Решение № 2-3191/2018 2-3191/2018~М-2950/2018 М-2950/2018 от 30 октября 2018 г. по делу № 2-3191/2018

Дело №2-3191/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

30 октября 2018 года Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Казаковой Л.Ю.,

при секретаре Алексеевой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО1, к администрации города Бийска о сохранении жилого помещения в реконструированном состоянии, признании права пользования жилым помещением,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 (до брака – ФИО23), действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в суд с иском к администрации города Бийска о сохранении жилого помещения <адрес> жилом доме по <адрес> в реконструированном состоянии, с учетом присоединения <адрес>, общей площадью 36,7 кв.м., признании за истцом права пользования (на условиях договора социального найма) жилым помещением - квартирой №, с учетом присоединения комнаты №, общей площадью 36,7 кв.м. (уточненное исковое заявление – л.д.183-185).

В судебном заседании истец ФИО3 поддержала заявленные требования по доводам, указанным в исковом заявлении.

Привлеченный судом к участию в деле ФИО4 (протокол судебного заседания от 03.09.2018г) в судебное заседание не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствии.

Представитель ответчика ФИО5, действующая на основании доверенности (л.д.___),в судебном заседании возражала против удовлетворения указанных исковых требований, ссылаясь на отсутствие законных оснований для признания за истцом права пользования жилым помещением.

Другие лица, участвующие в деле, в том числе, законные представители несовершеннолетних детей ФИО16, ФИО17, привлеченные судом к участию в деле (л.д.65),в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом, сведений об уважительности причин неявки в судебное заседание, а также иных ходатайств и заявлений, суду не представили.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, учитывая мнение лиц, участвующих в судебном заседании, суд полагал возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, изучив материалы данного гражданского дела, материалы гражданских дел №№ 2-2974/2017, 2-2491/2018, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений Конституции РФ, Российская Федерация, как социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, призвана гарантировать реализацию прав и свобод человека и гражданина в этой сфере, в частности права каждого на жилище, признаваемого международным сообществом в качестве элемента права на достойный жизненный уровень (ст.25 Всеобщей декларации прав человека, ст.11Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

На основании п.4 ст.3 ЖК РФ, никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, в том числе, в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Согласно ст.10 ЖК РФ, действующего на момент рассмотрения дела судом, жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают, в том числе, вследствие действий (бездействия) участников жилищных отношений или наступления событии, с которыми федеральный закон или иной нормативный правовой акт связывает возникновение жилищных прав и обязанностей.

В силу ст.11 ЖК РФ, защита жилищных прав осуществляется, в том числе, путем признания жилищного права.

Таким образом, требования истца о признании за ней и членами ее семьи права пользования жилым помещением – квартирой № в многоквартирном жилом доме по <адрес> общей площадью 36,7 кв.м., на условиях договора социального найма, могут быть удовлетворены судом при наличии оснований, подтверждающих возникновение у истцов права постоянного пользования спорным жилым помещением на условиях договора социального найма.

В ходе судебного разбирательства установлены следующие обстоятельства.

Жилой дом <адрес>, был построен в 1959 году, до 1992 года являлся государственной собственностью и находился в хозяйственным ведении Производственного объединения «Бийский химический комбинат», а с ноября 1992 года, после акционирования указанного предприятия и образования АООТ «Полиэкс» – в собственности АООТ «Полиэкс».

До 1994 года данный жилой дом использовался указанным предприятием в качестве общежития для работников предприятия.

В соответствии с Постановлением администрации Алтайского края №81 от 23.03.1994 года, постановлением администрации г.Бийска №322 от 22 апреля 1994 года, указанный жилой дом был передан в муниципальную собственность г.Бийска(л.д.110-113).

На основании Постановления администрации г.Бийска №571 от 24 мая 1995 года, правовой статус данного жилого дома, как общежития, был отменен, отделу по учету и распределению жилой площади было предписано выдать ордера лицам, проживающим в жилых помещениях на законных основаниях (л.д.50-51).

Истец ФИО3 (до брака – ФИО23 - л.д.117) с 1987 года (то есть, с рождения) имеет право пользования квартирой № в указанном жилом доме, куда была вселена своими родителями ФИО11, ФИО8, что подтверждается следующими обстоятельствами.

На основании ордера на право занятия жилой площади в общежитии № от 25 октября 1985 года, выданного Бийским химическим комбинатом отцу истца ФИО11, с учетом членов его семьи – супруги ФИО8, дочери ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и договора найма жилого помещения от 29 октября 1985 года, заключенного между ЖЭУ-3 и ФИО11, установлено, что семье ФИО23 была предоставлена в пользование комната №, площадью 18,9 кв.м. в общежитии по <адрес>(л.д.16 -17).

Данное жилое помещение, как следует из ордера, и подтверждается другими материалами дела, (л.д.46-48), было предоставлено ФИО11 в связи с работой на Бийском химическом комбинате.

Позднее семье ФИО23 в пользование было предоставлено соседнее жилое помещение (комната №), в результате общая площадь занимаемого их семьей помещения стала составлять 36,7 кв.м..

В указанное жилое помещение были вселены также другие дети ФИО11, ФИО8 – дочь ФИО26 Т.Е. (истец ФИО3), ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сын ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

25 апреля 2000 года умерла мать истца ФИО8 (л.д.18), 1 февраля 2003 года умерла сестра ФИО9 (л.д.98-99), 18 апреля 2005 года умер отец истца ФИО11 (л.д.19).

После смерти матери несовершеннолетние ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были устроены в учреждение общественного воспитания на полное государственное обеспечение на основании распоряжения администрации г.Бийска, Алтайского края №1790-р от 23 ноября 2001 года (л.д.52). При этом за несовершеннолетними было сохранено жилое помещение – <адрес>

Указанная информация, в соответствии с п.3 названного постановления, была внесена в поквартирную карточку (л.д.55).

На полном государственном обеспечении истец находилась до июля 2007 года, после чего вселилась в спорное жилое помещение, производит оплату коммунальных услуг, из расчета общей площади занимаемого жилого помещения 36,7 кв.м.. На ее имя открыты лицевые счета для оплаты коммунальных услуг.

В настоящее время в <адрес>, состоящей из комнат 17 и 16, общей площадью 36,7 кв.м., проживают и состоят на регистрационном учете истец ФИО3, ее несовершеннолетние дети ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается выпиской из домовой книги (л.д.54), паспортными данными, свидетельствами о регистрации по месту жительства детей (л.д.7-13).

Кроме того, на регистрационном учете в квартире состоит брат истца – ФИО4, временно проживающий, в связи с работой, в другом регионе.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратилась в администрацию г.Бийска с заявлением о заключении с ней договора социального найма на квартиру, состоящую из двух комнат №№ (л.д.114), однако ей в этом было отказано, по причине отсутствия сведений о выдаче ордера на жилое помещение по <адрес> (л.д.115).

Суд находит данные действия администрации г.Бийска необоснованными.

В соответствии со ст.5 ФЗ РФ №189-ФЗ от 29 декабря 2004 года «О введении в действие ЖК РФ», к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие ЖК РФ, ЖК РФ применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим ФЗ РФ.

Поскольку ЖК РФ вступил в действие с 1 марта 2005 года, к спорным правоотношениям, возникшим до введения его в действие, подлежат применению нормы ЖК РСФСР.

В соответствии с требованиями ст.43 ЖК РСФСР, жилые помещения в домах ведомственного жилищного фонда подлежали предоставлению гражданам по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному местным органом исполнительной власти.

Вместе с тем, поскольку жилой дом по <адрес> на момент возникновения у родителей истца ФИО11, ФИО8, права пользования жилым помещением – комнатой № в указанном жилом доме (25 октября 1985 года), находился в хозяйственном ведении Бийского химического комбината (в последствие реорганизованного в ОАО «Полиэкс») и имел статус общежития, то указанное жилое помещение, а также иное жилое помещение в общежитии, в частности, комната №, подлежали предоставлению семье ФИО23 в соответствии с требованиями ст.109 ЖК РСФСР и Примерного положения об общежитиях (утверждено постановлением Совета Министров РСФСР от 11 августа 1988 г., №328).

В соответствии со ст.109 ЖК РСФСР, для проживания рабочих, служащих, студентов, учащихся, а также других граждан в период работы или учебы могут использоваться общежития. Под общежития предоставляются специально построенные или переоборудованные для этих целей жилые дома.

Согласно п.10 Примерного положения, жилая площадь в общежитии предоставляется рабочим, служащим, студентам, учащимся, а также другим гражданам по совместному решению администрации, профсоюзного комитета … предприятия, в ведении которого находится общежитие. На основании принятого решения администрацией выдается ордер на занятие по найму жилой площади в общежитии по установленной форме.

Таким образом, в период до передачи указанного жилого дома в муниципальную собственность, то есть, до июля 1994 года (Акт приемо-передачи – л.д.113), предоставление жилых помещений в нем, как общежитии, должно было осуществляться по совместному решению администрации и профкома предприятия, на основании ордера на жилое помещение в общежитии, который являлся основанием для заключения договора найма.

В соответствии со ст.ст. 53, 54 ЖК РСФСР, наниматель был вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требовалось согласия остальных членов семьи. Члены семьи нанимателя жилого помещения, вселенные в жилое помещение в установленном законом порядке, приобретали равное с нанимателем право пользования жилым помещением, если между нанимателем и членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

В данном случае установлено, что на основании ордера на право занятия жилой площади в общежитии от 25 октября 1985 года, договора найма жилого помещения от 29 октября 1985 года, то есть, в установленном законом порядке, семье ФИО23, на состав семьи три человека, была предоставлена комната №, площадью 18,9 кв.м..

В дальнейшем, в конце 1980-х, начале 1990-х годов, им было предоставлено в пользование и другое жилое помещение – комната №, в результате чего они две комнаты были объединены в одну квартиру, общая площадь которой составила 36,7 кв.м..

Дети ФИО23 – дочь ФИО23 (ФИО3) Т.Е., сын ФИО4 также были вселены в указанное жилое помещение и проживали в нем с рождения.

То обстоятельство, что истец ФИО3 в настоящее время не располагает ордером на занятие комнаты №, по мнению суда, не может являться основанием для лишения ее прав на занимаемое жилое помещение, поскольку отсутствие ордера, по истечении значительного времени со дня возникновения соответствующих правоотношений до рассмотрения спора судом, не может быть поставлено ей в вину.

Также не может являться основанием для отказа истцу в удовлетворении требований о признании права пользования указанным жилым помещением отсутствие письменного договора найма жилого помещения между наймодателем и первоначальным нанимателем жилого помещения ФИО11 в отношении комнаты №.

Суд принимает во внимание, что, в силу ст.ст. 674, 162, 167 ГК РФ, (которые подлежат применению в данном случае, поскольку правоотношения являются длящимися), несоблюдение письменной формы договора найма жилого помещения, само по себе, не влечет его недействительность.

В этом случае правоотношения сторон должны устанавливаться с учетом всех обстоятельств, свидетельствующих о законности или незаконности вселения нанимателей в жилое помещение.

В данном случае судом не установлено каких-либо обстоятельств, опровергающих законность вселения семьи ФИО23 в спорное жилое помещение.

В то же время, вселение истца и ее родителей в спорное помещение для постоянного проживания, с разрешения владельца жилого помещения, подтверждается тем фактом, что до передачи жилого дома в муниципальную собственность, в том числе, в период, когда жилой дом принадлежал АО «Полиэкс» на праве собственности, владелец (собственник) жилого помещения на протяжении более десяти лет не оспаривал право пользования указанным жилым помещением ФИО11 и членов его семьи, с требованиями о выселении из комнаты № в суд не обращался.

Кроме того, законность вселения семьи ФИО23 в комнату № подтверждается и иными доказательствами, установленными по делу.

Как следует из пояснений допрошенных по делу свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, (протокол судебного заседания от 3-6 сентября 2018 года – л.д.121-124), семья ФИО23 с 1985 года проживает в жилом доме по <адрес>, в конце 80-х, начале 90-х годов, им была предоставлена вторая комната «на расширение», поскольку у них родились дети, они нуждались в жилой площади. При этом с разрешения администрации Бийского химкомбината многие семьи, проживающие в указанном общежитии, улучшали таким образом свои жилищные условия, в то же время, многим ордера на дополнительно предоставленные жилые помещения не выдавались.

Показания указанных свидетелей подтверждаются письменными доказательствами, установленными по делу, в том числе, материалами гражданского дела №2-2491/2018 по иску ФИО12 к администрации г.Бийска (на основании решения Бийского городского суда от 11 июля 2018 года за ФИО12 и ее несовершеннолетними детьми при аналогичных обстоятельствах признано право на комнату № в указанном жилом доме); материалами гражданского дела №2-2974/2017 по иску Свидетель №1 (на основании решения Бийского городского суда от 11 сентября 2017 года, вступившего в законную силу на основании апелляционного определения Алтайского краевого суда от 28 ноября 2017 года, за Свидетель №1 признано право пользования комнатами №№ в указанном жилом доме).

Также, учитывая разъяснения Верховного Суда РФ, о том, что при рассмотрении дел, связанных с признанием права пользования жилым помещением, необходимо учитывать данные о наличии или отсутствии прописки (регистрации) в качестве одного из доказательств того, состоялось ли между нанимателем (собственником) жилого помещения, членами его семьи соглашение о вселении лица в занимаемое им жилое помещение и на каких условиях (Постановление Пленума ВСРФ №8от 31 октября 1995 года (ред. от 03.03.2015), п.13), суд, в качестве одного из доказательств по делу, учитывает имеющиеся в деле письменные документы (выписку из домовой книги, поквартирную карточку) в качестве доказательства того, что вселение в спорное жилое помещение семьи ФИО23 производилось с разрешения администрации Бийского химического комбината.

Так, согласно объединенной поквартирной карточке (л.д.97), что было бы невозможно без ведома владельца жилых помещений, в комнатах №№ на регистрационном учете состояли ФИО11, ФИО8 – с 17 декабря 1985 года по день смерти, ФИО9 с 16 сентября 1997 года (со дня получения паспорта) до дня смерти.В настоящее время на регистрационном учете в указанном жилом помещении находятся ФИО23 (ФИО3) Т.Е. (истец) – с 2 сентября 2005 года, ФИО6 – с 23 апреля 1993 года, а также дети истца ФИО14, ФИО1.

Сведения о других лицах, обладающих правами пользования указанными жилыми помещениями, в поквартирную карточку не вносились.

При этом отдельная поквартирная карточка на комнату № в паспортной службе отсутствует, в связи с чем, не была представлена по запросу суда, что свидетельствует о том, что на протяжении длительного времени <адрес> представляет собой жилое помещение, состоящее из двух комнат - №№.

Также в судебном заседании находит подтверждение то обстоятельство, что семья ФИО23 нуждалась в улучшении жилищных условий, в связи с чем, предоставление им второй комнаты в пользование не противоречило требованиям действующего законодательства.

Так в соответствии с п.1 ст.29 Жилищного кодекса РСФСР, нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане, в том числе, имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи ниже уровня, устанавливаемого Советом Министров автономной республики, исполнительным комитетом краевого, областного, Московского и Ленинградского городских Советов народных депутатов.

Согласно подп. «а», «з», «и» п.12 Правил учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в Алтайском крае, утвержденных Постановлением Алтайского краевого Совета народных депутатов от 28.12.1989 N447, нуждающимися в улучшении жилищных условий, могли быть признаны граждане, имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи 7,5 квадратных метра и менее; в семье которых лица разного пола старше 9 лет (кроме супругов) проживают в одной комнате; при обеспечении жилой площадью на одного члена семьи выше установленной нормы, если они проживают в домах для малосемейных гостиничного типа, где у нанимателей отсутствуют кухня, ванная комната или душевая, туалет, либо эти помещения являются общими для пользования нескольких нанимателей.

На момент вселения ФИО23 в комнату №, площадью 18,9 кв.м., их семья состояла из 3-х человек, то есть, на каждого члена семьи приходилось 6,3кв.м.. В последующем в семье родились еще двое детей – ФИО10 (1987 год) и ФИО4 (1993 год), что бесспорно свидетельствует о нуждаемости в улучшении жилищных условий.

Следовательно, ФИО23 имели право занять дополнительно предоставленную комнату №, в доме по <адрес>.

Таким образом, исследовав имеющиеся по делу доказательства, суд не находит оснований не согласиться с истцом в той части, что комната № была предоставлена в пользование ее семье на законном основании, поскольку в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт вселения семьи ФИО23 в указанную комнату с ведома администрации Бийского химического комбината и постоянного проживания в данном жилом помещении, одновременно с комнатой №, как по постоянному месту жительства, в течение длительного периода времени.

В силу ст.675 ГК РФ, переход права собственности на занимаемое по договору найма жилое помещение не влечет расторжения или изменения договора найма жилого помещения. При этом новый собственник становится наймодателем на условиях ранее заключенного договора найма.

Следовательно, право пользования спорным жилым помещением при переходе жилого помещения в муниципальную собственность подлежало сохранению за истцом в силу прямого указания закона.

Данное обстоятельство следует также из постановления администрации г.Бийска №571 от 24 мая 1995 года об отмене правового статуса жилого дома по <адрес> как общежития, где имелось предписание отделу администрации г.Бийска по учету и распределению жилой площади выдать жильцам ордера установленного образца для заключения договора найма жилых помещений. При этом каких-либо ограничений в выдаче ордеров лицам, проживающим в данном жилом доме, не имелось.

На основании ст.64 ЖК РФ, действующего в настоящее время, переход права собственности на занимаемое по договору социального найма жилое помещение, права хозяйственного ведения или права оперативного управления таким жилым помещением не влечет за собой расторжение или изменение условий договора социального найма жилого помещения.

В соответствии со ст.7 ФЗ РФ №189-ФЗ от 29 декабря 2004 года «О введении в действие ЖК РФ», к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям, либо государственным или муниципальным учреждениям, и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, применяются нормы ЖК РФ о договоре социального найма.

На основании определения ВС РФ от 21 ноября 2006 года по делу №85-В06-19, граждане, занимающие такие жилые помещения (указанные в ст.7 ФЗ РФ №189-ФЗ от 29 декабря 2004 года «О введении в действие ЖК РФ»), с момента вступления в силу указанного федерального закона приобретают в отношении данных жилых помещений все права и обязанности, предусмотренные для нанимателей жилого помещения по договору социального найма.

В определениях ВС РФ от 13 ноября 2007 года по делу №41-В07-49 и от 15 мая 2007 года по делу №57-В07-6, было указано, что общежития, которые принадлежали государственным или муниципальным предприятиям и учреждениям и были переданы в ведение органов местного самоуправления, утрачивают статус общежитий в силу закона (после вступления в силу ФЗ РФ №189-ФЗ от 29 декабря 2004 года «Овведении в действие ЖК РФ») и к ним применяется правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма. При этом отсутствие договора социального найма, а также решения органа местного самоуправления об исключении соответствующего дома из специализированного жилищного фонда, не может препятствовать осуществлению гражданами прав нанимателя жилого помещения по договору социального найма, так как их реализация не может быть поставлена в зависимость от оформления органами местного самоуправления указанных документов.

Таким образом, право пользования жилым помещением – квартирой №, состоящей из двух комнат №№ и № имевшееся у истца ФИО3, а также ее брата ФИО4, подлежало сохранению за ними и после передачи жилого дома в муниципальную собственность, в силу прямого указания закона.

При этом между ними и новым собственником жилого помещения, в лице администрации г.Бийска, возникли правоотношения, вытекающие из договора социального найма жилого помещения, что подтверждается установленными по делу фактическими обстоятельствами.

В частности, истец ФИО3, с 2001 года по июль 2007 года находившаяся на воспитании в учреждении для детей, оставшихся без попечения родителей, по достижении совершеннолетнего возраста вселилась в спорное жилое помещение, более 10 лет проживает в нем постоянно, состоит на регистрационном учете, как по месту жительства, несет обязанности по содержанию жилого помещения, оплате коммунальных услуг, исходя из всей площади квартиры, состоящей из двух комнат, что подтверждается материалами дела и не оспаривалось ответчиком.

Как следует из определения Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 22 января 2002 года по конкретному гражданскому делу (БВС №8, 2002, с.с.8-9), добросовестное выполнение гражданином обязанностей нанимателя жилого помещения является одним из доказательств того, что сложившиеся между ним и собственником жилья правоотношения вытекают из договора найма.

На данное обстоятельство обращалось внимание ВС РФ также в определении от 21 января 2005 года №48-В04-15, где указывалось, что предоставление жилого помещения представителями наймодателя, факт длительного проживания в жилом помещении, открытие лицевого счета и внесение платежей за коммунальные услуги, взимание на протяжении длительного времени квартирной платы, свидетельствуют о заключении договора найма жилого помещения.

Брат истца ФИО4 также сохраняет право пользования жилым помещением, поскольку его непроживание в жилом помещении носит временный характер, он состоит в нем на регистрационном учете, как по месту постоянного жительства, мер к снятию с регистрационного учета им не предпринимались, требований о признании его утратившим право пользования жилым помещением никем, включая истца и ответчика, не заявлялось.

Кроме того, п.2 ст.20 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей, опекунов.

В силу ч.1 ст.70 действующего в настоящее время Жилищного кодекса РФ, наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей… На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

На основании п.2 ст.69 ЖК РФ, члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности.

Таким образом, право пользования спорным жилым помещением, вытекающее из договора социального найма жилого помещения, следует признавать за несовершеннолетними детьми ФИО3 – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года, которые с рождения проживают в указанном жилом помещении, как члены семьи истца.

То обстоятельство, что комната № в настоящее время не может быть определена, как самостоятельный объект недвижимости, по мнению суда, не является основанием для отказа истцу в иске о признании за ней и членами ее семьи права пользования квартирой №, общей площадью 36,7 кв.м..

Так в ходе судебного разбирательства установлено, что что комната №, площадью 18,9 кв.м., является муниципальной собственностью, что подтверждается выпиской №910 от 4 сентября 2018 года из реестра объектов муниципальной собственности г.Бийска (л.д.143).

Сведения о комнате №, как объекте недвижимости, отсутствуют, как в Едином государственном реестре недвижимости, так и в реестре объектов муниципальной собственности г.Бийска, что не оспаривалось ответчиком.

При этом технический паспорт на указанный жилой дом не сохранился, что следует из письма КГБУ «АЦНГКО» (л.д.127).

В экспликации к плану строения, имеющейся в материалах инвентарного дела, записи произведены в 1959 году, при этом нумерация жилых и нежилых помещений в жилом доме не соответствует той, что фактически имела место на момент передачи жилого дома в муниципальную собственность, в частности, комната№на втором этаже жилого дома, занимаемая истцом, так же как и комната №, значатся как места общего пользования (туалет) (л.д. 159).

Вместе с тем, на основании технического паспорта жилого помещения, занимаемого истцом, – <адрес>, подготовленного КГБУ «АЦНГКО» по состоянию на 17 октября 2018 года, установлено, указанная квартира состоит из двух жилых комнат –площадью 10,7 и 13,0 квадратных метров, а также выделенных нежилых помещений, общая площадь жилого помещения составляет 36,7 кв.м. (л.д.204-206).

Наличие в пользовании истца жилого помещения – <адрес>, состоящей из двух комнат №, общей площадью 36,7 кв.м. подтверждается также актом обследования жилого помещения ООО «Бийскэнерго» от 29 декабря 2008 года (л.д.15).

Таким образом, суд считает, что за ФИО3, ее детьми ФИО2, ФИО30 а также ФИО4, следует признать право пользования, вытекающее из договора социального найма, на жилое помещение, существующее на день разрешения заявленного спора, – <адрес>, общей площадью 36,7 кв.м..

Также, определяя права истца ФИО3 и членов ее семьи на спорное жилое помещение, суд учитывает, что на момент рассмотрения данного гражданского дела они являются нуждающимися в данном жилом помещении, поскольку общая площадь, приходящаяся на каждого члена семьи (4 человека) составляет около 9,18кв.м., что менее размера учетной нормы, установленной п.2 Постановления Администрации города Бийска от 20.04.2005 N726 «Об утверждении нормы предоставления и учетной нормы площади жилого помещения в городе Бийске» в размере 9,5 квадратных метров.

Следовательно, на момент рассмотрения дела судом истец и члены ее семьи не утратили нуждаемость в жилом помещении, а учитывая, что вселение истца ФИО3, третьего лица ФИО4 в спорное жилое помещение произведено до введения Жилищного кодекса Российской Федерации, действующий ранее Жилищный кодекс РСФСР не требовал признания граждан малоимущими для предоставления жилого помещения, истцам не может быть отказано в предоставлении спорного жилого помещения на основании того факта, что они не признаны малоимущими в настоящее время.

Кроме того, при разрешении данного дела суд учитывает, что в соответствии со ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, каждый имеет право на уважение его жилища… Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществлении этого права, за исключением случая, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».

При этом в Постановлении ЕС от 18 ноября 2004 года по делу «Прокопович против РФ» было указано, что концепция «жилища», по смыслу ст.8 Конвенции, не ограничена жилищем, занимаемым на законных основаниях или установленным в законном порядке. «Жилище» - это автономная концепция, которая не зависит от классификации в национальном праве. То, является ли место конкретного проживания «жилищем», которое бы влекло защиту на основании п.1 ст.8 Конвенции, зависит от фактических обстоятельств дела, а именно, от наличия достаточных продолжающихся связей с конкретным местом проживания. Также ЕС обратил внимание на то, что в этом случае должно приниматься во внимание наличие у гражданина другого жилого помещения, которое должно рассматриваться в качестве жилища.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО3, ее несовершеннолетние дети, ее брат ФИО4 вселились в спорное жилое помещение в установленном законом порядке, длительное время проживают в данном жилом помещении на условиях договора социального найма, зарегистрированы по указанному адресу, как по постоянному месту жительства, не имеют другого жилого помещения, отвечающего признакам постоянного места жительства (жилища), и не состоят на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, что свидетельствует о том, что правом на получение в пользование по договору социального найма другого жилого помещения они не обладают.

Соответственно, суд вправе признать спорное жилое помещение «жилищем» истцов и осуществить защиту их прав путем признания за ними права пользования указанным жилым помещением, вытекающие из договора социального найма.

Согласно ч.2 ст.82 ЖК РФ, дееспособный член семьи нанимателя, с согласия остальных членов своей семьи и наймодателя, вправе требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя. Такое же право принадлежит в случае смерти нанимателя любому дееспособному члену семьи умершего нанимателя.

Вместе с тем, учитывая, что на основании Постановления администрации г.Бийска №1370 от 2 октября 2018 года указанный жилой дом признан аварийным и подлежащим сносу (л.д.203), а кроме того, согласно уточненному исковому заявлению, истцом соответствующих требований заявлено не было, суд не находит оснований для возложения на администрацию г.Бийска обязанности по заключению с истцом договора социального найма спорного жилого помещения.

Также суд, учитывая, что жилой дом по <адрес> является аварийным, не находит оснований для удовлетворения требований о сохранении спорного жилого помещения в реконструированном (перепланированном) состоянии.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Признать за ФИО3, ФИО2, ФИО1, ФИО4 право пользования жилым помещением – квартирой № по <адрес>, в <адрес>, общей площадью 36,7 кв.м., на условиях договора социального найма.

В удовлетворении исковых требований в остальной части ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО1, отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья Казакова Л.Ю.