Апелляционное определение № 11-14892/2025 11-1637/2026 от 8 февраля 2026 г.

УИД 74RS0002-01-2025-000717-16

судья Главатских Л.Н.

дело № 2-2347/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-1637/2026

(№11-14892/2025)

09 февраля 2026 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

Председательствующего Фортыгиной И.И.,

судей Регир А.В., Булавинцева С.И.

при секретаре Щегольковой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда н. Челябинска от 12 мая 2025 года по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью страховая компания «Сбербанк страхование жизни» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Регир А.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, пояснения истца ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью страховая компания «Сбербанк страхование жизни» (далее ООО СК «Сбербанк страхование жизни») о взыскании страхового возмещения в размере 206 775,70 руб., неустойки, штрафа, компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование требований указал, что его отец <данные изъяты> был застрахован у ответчика по договору страхования жизни и здоровья заемщика. После смерти <данные изъяты> истец как наследник обратился с заявлением о страховой выплате, однако страховщик не признал смерть страховым случаем, с чем истец не согласен.

Решением суда в удовлетворении иска <данные изъяты> к ООО СК «Сбербанк страхование жизни» о взыскании страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда отказано.

ФИО1 в апелляционной жалобе просит решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении требований истца в полном объеме. Утверждает, что на момент страхования <данные изъяты>. был инвалидом <данные изъяты> и у него отсутствовали заболевания, наличие которых предполагает базовое страховое покрытие, в связи с чем, <данные изъяты>. был застрахован по программе специального страхового покрытия, страховым риском которого является «смерть». Считает, что страховая компания должна была довести до потребителя надлежащую информацию о страховом продукте в технической документации, прилагаемой к услуге. Указывает на то, что в заявлении на страхование не указано имеющееся у <данные изъяты>. на момент страхования заболевание «<данные изъяты>», в связи с этим условия, на которые ссылается страховщик, не применимы при оценке страхового риска. Просит обратить внимание на то, что суд не учел приобщенные к делу материалы о признании страховой компанией страховым случаем смерти <данные изъяты>. по аналогичным условиям страхования по договору от 24 марта 2023 года.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 14 августа 2025 года решение Центрального районного суда г. Челябинска от 12 мая 2025 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18 декабря 2025 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским дела Челябинского областного суда от 14 августа 2025 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Представитель ответчика ООО СК «Сбербанк страхование жизни», представитель третьего лица ПАО «Сбербанк» о дате, времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в суд не явились, о дате, времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно на интернет-сайте Челябинского областного суда.

Судебная коллегия в соответствии с положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что 17 августа 2021 года между ПАО «Сбербанк» и <данные изъяты>. заключен кредитный договор 1051996 на сумму 206 775,70 руб. сроком по 17.08.2025 под 16,8% годовых.

В этот же день на основании заявления <данные изъяты>. он был включен в число лиц, застрахованных по программе добровольного страхования жизни, здоровья и на случай диагностирования критического заболевания заемщика от 17 августа 2021 года, заключенного между ООО СК «Сбербанк страхование жизни» и ПАО «Сбербанк», сроком на 48 месяцев.

Договором страхования предусмотрено три варианта страхования: расширенное, базовое и специальное.

На момент заключения договора страхования <данные изъяты> являлся инвалидом <данные изъяты> по общему заболеванию.

<данные изъяты>. умер.

Как следует из материалов дела, его наследником является сын ФИО1, который 16 апреля 2024 года обратился к ответчику с заявлением о страховой выплате в связи со смертью застрахованного лица.

Обязательства по указанному выше кредитному договору исполнены ФИО1 в полном объеме 30.10.2024.

20 апреля 2024 года страховая компания сообщила об отсутствии оснований для осуществления страховой выплаты со ссылкой на то, что заявленное событие не является страховым случаем.

16 декабря 2024 года финансовым уполномоченным по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов вынесено решение об отказе в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с ООО СК «Сбербанк страхование жизни» страховой выплаты.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался ответом страховщика о том, что до даты заключения договора в 2015 году <данные изъяты> был установлен диагноз «<данные изъяты>», в связи с чем, на момент присоединения к Программе страхования в отношении <данные изъяты>. страхование осуществлялось лишь на условиях базового страхования.

Придя к выводу, что <данные изъяты> относился в категории лиц, указанных в п. 2.1 условий страхования, и в отношении него страхование могло осуществляться только по базовому страхованию, куда смерть от заболевания не входит, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения исковых требований.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции сделаны с нарушением норм материального права, в связи с чем, решение суда подлежит отмене.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховым случаем является свершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В силу пункта 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

На основании пункта 3 статьи 940 данного кодекса страховщик при заключении договора страхования вправе применять разработанные им или объединением страховщиков стандартные формы договора (страхового полиса) по отдельным видам страхования.

Положениями статьи 944 названного выше кодекса предусмотрено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 1).

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (пункт 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 этого кодекса (пункт 3).

В силу пункта 2 статьи 945 этого же кодекса при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Статьей 959 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что страховщик, уведомленный об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, вправе потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска.

Если страхователь (выгодоприобретатель) возражает против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии, страховщик вправе потребовать расторжения договора в соответствии с правилами, предусмотренными главой 29 данного кодекса (пункт 2).

При неисполнении страхователем либо выгодоприобретателем предусмотренной в пункте 1 данной статьи обязанности незамедлительно сообщить страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска, страховщик вправе потребовать расторжения договора страхования и возмещения убытков, причиненных расторжением договора (пункт 5 статьи 453) (пункт 3).

При личном страховании последствия изменения страхового риска в период действия договора страхования, указанные в пунктах 2 и 3 данной статьи, могут наступить, только если они прямо предусмотрены в договоре (пункт 5).

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43).

По смыслу абзаца второго статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45).

Кроме того, статьей 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» на исполнителя возлагаются дополнительные обязанности по предоставлению потребителю в доступной форме необходимой и достоверной информации об услуге, обеспечивающей возможность правильного ее выбора.Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что условия договора личного страхования должны толковаться с учетом его цели и существа законодательного регулирования этих отношений, а все противоречия, неясности и сомнения подлежат толкованию в пользу гражданина-потребителя, в том числе выгодоприобретателей и правопреемников.

В частности, для сходных правоотношений в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» разъяснено, что исходя из положений пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества, в связи с чем к условиям договора помимо перечисленных в статье 942 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть отнесены и другие условия (в частности, территория использования или место нахождения застрахованного имущества; перечень случаев, которые не могут быть признаны страховыми (например, управление транспортным средством лицом, не допущенным к управлению в рамках договора добровольного страхования транспортного средства; угон транспортного средства с оставленными регистрационными документами, если в соответствии с договором страхования страховым риском является кража или угон транспортного средства без документов и (или) ключей).

Стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества (страховой полис) перечень страховых событий и исключений из него, условия о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству, в частности не ущемляют права потребителя (статья 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей»).

При этом в пункте 16 этого же постановления указано, что по общему правилу при неясности условий договора страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия (часть 2 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной является страховщик как лицо, профессионально осуществляющее деятельность в страховой сфере.

С учетом изложенного выше при заключении договора личного страхования в нем должно быть определено событие (страховой случай), связанное с причинением вреда жизни или здоровья страхователя или иного названного в договоре гражданина, с наступлением которого страховщик обязуется уплачивать страхователю или выгодоприобретателю единовременно или периодическими платежами страховую сумму.

При этом страховой риск и обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков, подлежат определению при заключении договора с последующей обязанностью страхователя (выгодоприобретателя) сообщать об изменениях в этих обстоятельствах.

Страховщик может воспользоваться правом на оценку страхового риска путем обследования страхуемого лица для оценки состояния его здоровья либо оговорить в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в письменном запросе обстоятельства, имеющие существенное значение для оценки страхового риска, о наличии или отсутствии которых страхователь обязан сообщить при заключении договора страхования.

В случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон толкование условий договора осуществляется в пользу гражданина-потребителя, заключившего договор с профессиональным страховщиком.

Как следует из обстоятельств дела, 17 августа 2021 года <данные изъяты> при заключении кредитного договора с ПАО «Сбербанк» на основании его заявления и в этот же день был включен в число лиц, застрахованных по программе добровольного страхования жизни, здоровья и на случай диагностирования критического заболевания заемщика в ООО СК «Сбербанк страхование жизни», сроком на 48 месяцев.

Заявление на страхование от имени <данные изъяты>. составлено в печатном виде, содержит ссылки на Условия участия в программе добровольного страхования жизни, здоровья и на случай диагностирования критического заболевания заемщика, также содержатся сведения о необходимости ознакомления застрахованного с Правилами страхования, размещенными по ссылке, заявление подписано застрахованным лицом.

В соответствии с пунктом 1 заявления на страхование договор страхования заключен на следующих условиях.

Страховые риски (с учетом исключений из страхового покрытия):

Расширенное страховое покрытие - для лиц, не относящихся к категориям, указанным в пункте 2.1, п. 2.2 настоящего заявления: смерть (п. п. 1.1.1), инвалидность 1 группы в результате несчастного случая или заболевания (п. п. 1.1.2), инвалидность 2 группы в результате несчастного случая (п. п. 1.1.3), инвалидность 2 группы в результате заболевания (п. п. 1.1.4), временная нетрудоспособность (п. п. 1.1.5); первичная нетрудоспособность (п.п.1.1.6).

1.2. Базовое страховое покрытие - для лиц, не относящихся к категориям, указанным в пункте 2.1 настоящего заявления: смерть от несчастного случая (п. п. 1.2.1);

1.3. Специальное страховое покрытие - для лиц, относящихся к категории, указанной в п. 2.2 настоящего заявления: смерть (п. п. 1.3.1).

В пункте 2 приведены категории лиц, в отношении которых договор страхования заключается только на условиях:

2.1 Базового страхового покрытия – лица, возраст которых на дату подписания настоящего заявления составляет менее 18 лет или более 65 полных лет (п. п. 2.1.1); лица, у которых до даты подписания настоящего заявления (включая указанную дату) имелись (-ются) следующие заболевания: ишемическая болезнь сердца (инфаркт миокарда, стенокардия), инсульт, онкологические заболевания, цирроз печени;

2.2. Специального страхового покрытия: лица, на дату подписания настоящего заявления, признанные инвалидами 1, 2 или 3 группы, либо имеющие действующее направление на медико-социальную экспертизу, и не относящиеся к категории (ям), указанной (ым) в п. 2.1 настоящего заявления.

Выгодоприобретателями по договору страхования являются по всем страховым рискам, указанным в заявлении, за исключением страхового риска «Временная нетрудоспособность» - ПАО Сбербанк в размере не погашенной на дату страхового случая задолженности застрахованного лица по потребительскому кредиту, предоставленному банком по кредитному договору, сведения о котором указываются в договоре страхования. В остальной части, а также после полного досрочного погашения задолженности застрахованного лица по потребительскому кредиту выгодоприобретателем является застрахованное лицо, а в случае его смерти - наследники застрахованного лица (п. 7 заявления).

Аналогичные условия страхования предусмотрены Условиями участия в программе добровольного страхования жизни и здоровья заемщика, которые применяются в отношении застрахованных лиц, принятых на страхование, начиная с 31 мая 2020 г.

Обязательства по указанному выше кредитному договору заемщиком на момент смерти не исполнены.

06 апреля 2024 <данные изъяты> умер, причиной смерти явился <данные изъяты>.

Из медицинской карты ГАУЗ «<данные изъяты>» стационарного больного следует, что 25 января 2015 года <данные изъяты> поступил в первичное сосудистое отделение, при обследовании, установлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно выписке из электронной медицинской карты пациента ГАУЗ «<данные изъяты>» <данные изъяты>. состоял на диспансерном учете с диагнозом: <данные изъяты>.

Вместе с тем только лишь из ответа <данные изъяты> по медицинской части ГАУЗ «<данные изъяты>» <данные изъяты>. от 22 января 2026 года на запрос судебной коллегии о том, имелось ли у <данные изъяты> заболевание <данные изъяты>, следует, что согласно данным <данные изъяты> г.р., состоял на диспансерном наблюдении врача <данные изъяты> после перенесенного в январе 2015 года <данные изъяты>

Таким образом, до января 2026 года согласно медицинским документам <данные изъяты> имел заболевание «инфаркт», вместе с тем страховщиком не представлено доказательств того, что до заключения договора страхования <данные изъяты> было достоверно известно о наличии у него заболевания «<данные изъяты>», в связи с чем, договор страхования заключается только на условиях базового покрытия и при наступлении страхового случая он не может рассчитывать на страховое возмещение.

Из материалов дела не следует, что страховой компанией страхователю предлагалось сообщить сведения о наличии или отсутствии у него заболеваний, указанных в п. 2.1.2 Заявления на страхование, а также отсутствуют сведения о том, что страхователь на запрос страховой компании умолчал об этих обстоятельствах или сообщил о них ложные сведения, опросный лист либо анкета о состоянии здоровья <данные изъяты>. не заполнялись.

Между тем, страховщик, не выясняя обстоятельств состояния здоровья страхователя, наличия у него каких-либо заболеваний, не воспользовавшись правом на оценку страхового риска, заключил с гражданином-потребителем договор личного страхования, предусматривающий как расширенное страховое покрытие, так и базовое страховое покрытие, а также специальное страховое покрытие с различными перечнями страховых рисков, получив за это страховую премию (плату за подключение к программе страхования) по единому тарифу, не зависящему от того, на условиях какого именно страхового покрытия заключен договор.

Анализируя условия договора страхования, исходя из установленного факта инвалидности страхователя <данные изъяты> на момент заключения договора страхования и отсутствие доказательств, подтверждающих, что до страхователя была доведена информация о заключении договора на условиях только базового покрытия, судебная коллегия приходит к выводу о том, что страховщик заключил с <данные изъяты> договор личного страхования на условиях специального страхового покрытия, включающего в качестве страхового случая смерть застрахованного лица по любой причине, трактуя при этом условия договора в пользу гражданина-потребителя, как более слабой стороны договора.

Судебная коллегия не усмотрела процессуальных оснований для удовлетворения ходатайства ООО СК «Сбербанк страхование жизни» о назначении судебно-медицинской экспертизы, в связи с тем, что имеющихся в деле доказательств и установленных обстоятельств достаточно для разрешения спора по существу.

Согласно условиям договора страховая сумма по риску «Смерть» составляет 206 775,70 руб.

При таких обстоятельствах, поскольку смерть <данные изъяты> является страховым случаем, и страховщиком необоснованно отказано наследнику умершей ФИО1 в выплате страхового возмещения, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для взыскания указанной суммы с ответчика в пользу истца.

В соответствии с разъяснениями, указанными в пункте 2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Таким образом, по смыслу Закона о защите прав потребителей сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в каждом конкретном случае с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости (пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17).

Принимая во внимание длительность нарушения прав ФИО1 как потребителя, с учетом степени вины нарушителя, степени нравственных страданий, требований разумности и справедливости, судебная коллегия считает необходимым взыскать с ООО СК «Сбербанк страхование жизнь» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 10 000 руб.

Учитывая п. 3.15 Условий страхования, судебная коллегия приходит к выводу о том, что просрочка исполнения обязательств начинается с 17.05.2024 (через 15 рабочих дней после обращения потребителя с заявлением о выплате страхового возмещения).

Судебная коллегия, с учетом ч.3 ст. 196 ГПК РФ полагает возможным произвести расчет неустойки, подлежащий взысканию с ООО СК «Сбербанк страхование жизни», за период заявленный истцом с 03 ноября 2024 года по 09 февраля 2026 года, размер которой составит 414 477,74 руб. (29775,70 руб. х3% х464 дня), при этом учитывая, что сумма неустойки, согласно п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, не может превышать стоимость финансовой услуги, то есть в данном конкретном случае размера страховой премии (29 775,70 руб.), то предельный размер неустойки, подлежащий взысканию с ответчика составит - 29 775,70 руб.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт нарушения прав истца, как потребителя, ввиду отказа страховщика в выплате ему страхового возмещения, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца штрафа в размере 123 275,70 руб. (206775,70 руб.+10 000 руб.+29775,70 руб.)х50%).

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 096,54 руб.

Руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда города Челябинска от 12 мая 2025 года отменить, принять новое.

Взыскать с общества ограниченной ответственностью страховая компания «Сбербанк страхование жизни» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) страховое возмещение в размере 206775,70 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., неустойку в размере 29 775,70 руб., штраф в размере 123 275,70 руб.

Взыскать с общества ограниченной ответственностью страховая компания «Сбербанк страхование жизни» (<данные изъяты>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 11 096,54 руб.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20 февраля 2026 года.