Апелляционное постановление № 1-43/2025 22-1068/2025 от 17 сентября 2025 г. по делу № 1-43/2025

Председательствующий – Воронина Т.И. (дело №1-43/2025)

УИД №32RS0030-01-2025-000166-71


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№22-1068/2025
18 сентября 2025 года
г. Брянск
Брянский областной суд в составе

председательствующего Мазовой О.В.,

при секретаре Акулиной И.В.

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Брянской области Симонова К.А.,

осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Кузенкова И.А.,

а также законного представителя несовершеннолетней потерпевшей П.П.П. - П.Н.С. и ее представителя - адвоката Винникова С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшего П.К.П. и представителя потерпевшей П.П.П. - адвоката Винникова С.В. на приговор Суражского районного суда Брянской области от 7 июля 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года, в соответствии со ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.

В силу ч.5 ст.73 УК РФ на осужденного ФИО1 возложены соответствующие обязанности.

Решены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах и процессуальных издержках.

Гражданские иски, заявленные к осужденному, удовлетворены частично: взыскано со ФИО1 в пользу потерпевшего П.К.П. 1 000 000 руб. в счет компенсации морального вреда, в пользу законного представителя несовершеннолетней потерпевшей П.П.П. – П.Н.С. расходы на погребение в размере 54 400 руб. и 700 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

Возмещены законному представителю несовершеннолетней потерпевшей П.П.П. – П.Н.С. расходы на оплату услуг представителя из средств федерального бюджета в размере 60 000 руб.

Взысканы со ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки, понесенные законным представителем несовершеннолетней потерпевшей П.П.П. – П.Н.С. на оплату услуг представителя, в размере 60 000 руб.

Заслушав доклад судьи, выступления законного представителя несовершеннолетней потерпевшей П.П.П. – П.Н.С. и ее представителя – адвоката Винникова С.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб как адвоката Винникова С.В., так и потерпевшего П.К.П., мнения прокурора, осужденного и его защитника, полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение 21 февраля 2025 года около 19 часов 59 минут в районе <адрес>, будучи лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть лежащего на проезжей части пешехода П.П.Н., при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину признал.

В апелляционной жалобе потерпевший П.К.П. полагает о несправедливости приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания. Считает, что исправление ФИО1, который его исковые требования признал частично, мер к возмещению причиненного преступлением вреда не предпринимал, принес извинения лишь с целью смягчения наказания и, сменив регистрационные номера, продолжает открыто пользоваться автомобилем, признанным вещественным доказательством, возможно лишь при условии отбывания им наказания в виде реального лишения свободы. Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей П.П.П. - адвокат Винников С.В. также полагает о несправедливости приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания и несоответствии выводов суда первой инстанции, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Ссылаясь на правовую позицию Пленума ВС РФ, приведенную в постановлении №25 от 9 декабря 2008 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств…», считает, что суд необоснованно признал смягчающим наказание обстоятельством противоправное поведение потерпевшего, поскольку в качестве таковых могут быть признаны только такие нарушения потерпевшим ПДД, которые, наряду с нарушениями, допущенными водителем транспортного средства, находятся в причинной связи с наступившими последствиями, в то же время согласно материалам уголовного дела таких нарушений со стороны потерпевшего не установлено. Так, причины, по которым П.П.Н. оказался на проезжей части, не выяснялись, вопросы о допущенных потерпевшим нарушениях Правил дорожного движения и их нахождении в причинно-следственной связи с наступившими последствиями перед экспертами поставлены не были, а вывод о том, что потерпевший, который в состоянии алкогольного опьянения лежал на проезжей части дороги, вне пешеходного перехода, создал опасность для движения, был сделан судом самостоятельно, что противоречит нормам уголовно-процессуального законодательства.

По мнению автора апелляционной жалобы, также необоснованно признано смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование осужденного раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в сообщении органу следствия информации, имеющей значение для правильного установления обстоятельств произошедшего, в том числе при участии в осмотре места происшествия и следственном эксперименте, поскольку обстоятельств, свидетельствующих об активном способствовании ФИО1 раскрытию преступления, не установлено, а его участие в осмотре места происшествия и следственном эксперименте подлежали признанию в качестве смягчающих наказание обстоятельств на основании ч.2 ст.61 УК РФ.

Утверждает, что признанный вещественным доказательством автомобиль «ВАЗ 217030», №, с целью сокрытия от органов следствия и суда, был снят ФИО1 с регистрационного учета и вновь поставлен на учет с другим регистрационным номером, что привело к неверному разрешению судом вопроса о вещественном доказательстве. Просит приговор отменить и направить дело на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционные жалобы представителя потерпевшей П.П.П. – адвоката Винникова С.В. и потерпевшего П.К.П. государственный обвинитель - заместитель прокурора Суражского района Брянской области Московкин Д.В. и осужденный ФИО1, полагая о законности, обоснованности и справедливости приговора, просят состоявшееся судебное решение оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, указанных в приговоре суда, сторонами не оспариваются, являются правильными и основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании и получивших обоснованную оценку в приговоре.

Помимо признательных показаний самого ФИО1, пояснившего, что, управляя своим транспортным средством «ВАЗ 217030», отвлекся, поднимая упавшую сигарету, почувствовал, что наехал на какое-то препятствие, сразу же затормозил, вышел из машины и увидел, что на проезжей части дороги лежал человек, уже без признаков жизни, его виновность в совершении инкриминируемого преступления подтверждается имеющимися в деле доказательствами, которые согласуются между собой и логически дополняют друг друга, а именно:

- показаниями потерпевших П.К.П., П.П.П. о том, что 21 февраля 2025 года узнали о смерти отца П.П.Н., которого сбила машина;

- показаниями свидетелей Ш.Д.В. и Ш.В.В. – очевидцев произошедшего, каждого в отдельности, об обстоятельствах ДТП, произошедшего 21 февраля 2025 года в районе <адрес>, в результате которого водитель ФИО1 совершил наезд на лежавшего на проезжей части дороги потерпевшего П.П.Н., от чего наступила смерть последнего;

- оглашенными показаниями свидетеля М.Р.В., из которых следует, что 21 февраля 2025 года примерно в 19 часов 53 минут около <адрес> он, управляя маршрутным такси, увидел лежащего на проезжей части мужчину, который не двигался, в связи с чем он остановился, в 19 часов 55 минут позвонил в службу 112 и сообщил, что на проезжей части лежит человек и не двигается, после чего уехал;

- протоколом осмотра места происшествия от 21 февраля 2025 года - участка проезжей части дороги в районе <адрес>, со схемой места ДТП и таблицей иллюстраций к нему;

- протоколом следственного эксперимента от 21 февраля 2025 года установлено, что расстояние видимости пешехода, лежавшего на проезжей части, с рабочего места водителя автомобиля «ВАЗ 217030», № составляет 82,3 м.;

- протоколом осмотра предметов - оптического DVD-R диска от 18 марта 2025 года с видеозаписью, зафиксировавшей дорожную обстановку на месте ДТП сразу же после совершения наезда на пешехода: на видеозаписи запечатлен разворачивающийся автомобиль «ВАЗ 217030» и катящееся за ним тело человека;

- протоколом осмотра автомобиля «ВАЗ 217030», №, зафиксированы механические повреждения, образовавшиеся в результате ДТП в виде деформация переднего бампера, металлической защиты картера двигателя, левой передней двери, правой задней двери, заднего права крыла, правой боковой части заднего бампера, а также исправность рулевого управления и тормозной системы транспортного средства;

- заключением эксперта (экспертиза трупа) № от 17 марта 2025 года, установившим наличие у П.П.Н. сочетанной травмы головы, шеи, туловища и конечностей, повлекшей тяжкий вред здоровью, опасного для жизни человека и состоящей в прямой причинно-следственной с наступлением смерти потерпевшего. Все телесные повреждения могли быть причинены в один незначительный промежуток времени и могли образоваться от воздействия частей (деталей) движущегося транспортного средства, а также дорожного покрытия при ДТП. Локализация, морфология и множественность как наружных, так и внутренних телесных повреждений указывают на то, что в данном случае имеет место травма в результате переезда человека колесом (колесами) автомобиля; в момент переезда колесом/колесами П.П.Н. находился в горизонтальном положении тела, лежал на животе и был обращен к колесу транспортного средства правой боковой поверхностью тела; переезд происходил по задней поверхности тела в направлении справа налево;

- заключением эксперта №э от 11 апреля 2025 года о том, что в данной дорожной ситуации и при заданных исходных водитель автомобиля «ВАЗ 217030» располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода путем применения экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения. С технической точки зрения, действия водителя не соответствовали требованиям п. 10.1 абзаца 2 ПДД РФ; 2.3.1 абзац 1 ПДД РФ;

- заключением эксперта от 25 февраля 2025 года №, подтвердившим наличие в крови П.П.Н. этилового спирта в концентрации 3,19%, что согласно заключения эксперта от 17 марта 2025 года № соответствует тяжелому отравлению алкоголем, в то же время алкогольная интоксикация в причинно-следственной связи со смертью не состоит.

Суд проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты в их совокупности, проверил в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства, несоблюдения процесса судопроизводства или иным образом повлияли бы на вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора, судом не допущено.

С учетом установленных фактических обстоятельств дела действия осужденного ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Обсудив доводы апелляционных жалоб о чрезмерной мягкости назначенного наказания, суд апелляционной инстанции согласиться с ними не может.

Наказание осужденному ФИО1 назначено с соблюдением принципов законности и справедливости, судом в соответствии со ст.ст.6, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств суд по п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ признал активное способствование расследованию преступления, а также по правилам ч.2 ст.61 УК РФ полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение потерпевшим извинений, частичное возмещение морального вреда потерпевшей П.П.П., противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя несовершеннолетней потерпевшей - адвоката Винникова С.В., суд во исполнение разъяснений, содержащихся в п.30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование расследованию преступления по п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, так как ФИО1 после совершения преступления, дождавшись сотрудников полиции, принял участие в осмотре места происшествия, в осмотре своего транспортного средства, дал подробные объяснения об обстоятельствах наезда на лежащего на проезжей части пешехода, в этот же день вечером участвовал в следственном эксперименте, что позволило получить данные, необходимые для производства автотехнической экспертизы, тем самым его активные действия имели значение для процесса доказывания и его результатов, использованных стороной обвинения и принятых за основу приговора, помимо этого, подтверждал свои признательные показания как при допросе при производстве предварительного следствия, так и в суде.

Доводы апелляционной жалобы представителя несовершеннолетней потерпевшей - адвоката Винникова С.В. о том, что погибший П.П.Н. не нарушал правил дорожного движения, и что суд необоснованно признал указанное обстоятельство смягчающим ФИО1 наказание, суд апелляционной инстанции находит неубедительными, поскольку потерпевший в нарушение пп.4.1, 4.5, 4.6 ПДД РФ, будучи в тяжелой степени алкогольного опьянения, в темное время суток лежал на проезжей части дороги, тем самым создав помеху для движения транспортных средств.

В то же время суд, признавая смягчающим наказание обстоятельством противоправное поведение потерпевшего, необоснованно указал, что такое поведение явилось поводом для совершения преступления. Наличие повода для совершения преступления свидетельствует об его умышленном характере, тогда как ФИО1 осужден за совершение неосторожного преступления. В связи с изложенным суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора указание, что противоправность поведения потерпевшего явилась поводом для преступления, что не влечет смягчения наказания. При этом фактических и правовых оснований для исключения смягчающего обстоятельства - противоправного поведения потерпевшего - не имеется, тем более данное смягчающее обстоятельство признано по правилам ч.2 ст.61 УК РФ, что является правом, а не обязанностью суда.

Наказание осужденному назначено согласно ч.1 ст.62 УК РФ.

Достаточных данных, которые позволяли бы признать совокупность установленных смягчающих обстоятельств исключительными и применить при назначении наказания ст.64 УК РФ, а также изменить категорию преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, суд не усмотрел.

Оценивая обстоятельства преступления, совершенного по неосторожности, сведения о личности осужденного ФИО1, который впервые привлекается к уголовной ответственности, по месту жительства и работы характеризуется положительно, на учете у нарколога и психиатра не состоит, принимает меры по возмещению причиненного вреда, что характеризует его постпреступное поведение, а также учитывая совокупность установленных смягчающих наказание обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу, что цели исправления ФИО1 могут быть достигнуты без его изоляции от общества и назначил ему наказание в виде лишения свободы с применением ст.73 УК РФ условно, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

С учетом продолжительности испытательного срока, а также дополнительного наказания в виде лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, необходимыми для достижения целей наказания, назначенное наказание отвечает закрепленным в уголовном законодательстве принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Позиция потерпевших по мере наказания в отношении ФИО1 была известна суду, между тем она определяющей не является, поскольку назначение наказания является дискреционным полномочием суда.

Тот факт, что ФИО1 полностью не возместил причиненный преступлением моральный вред, принес извинения, по мнению потерпевшего, лишь с целью смягчения наказания не может являться основанием для усиления назначенного ему наказания, отмены либо изменения приговора суда.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что после постановления приговора суда ФИО1 полностью возместил законному представителю несовершеннолетней потерпевшей П.Н.С. взысканный судом причиненный материальный ущерб, связанный с погребением, в сумме 54 400 руб., что ею в суде апелляционной инстанции было признано, то есть осужденный продолжает в добровольном порядке осуществлять действия по возмещению причиненного преступлением вреда.

Назначенное ФИО1 наказание как основное, так и дополнительное не является чрезмерно мягким, назначено с соблюдением судом требований уголовного закона, в связи с чем не может быть усилено по доводам апелляционных жалоб.

Доводы апелляционных жалоб о том, что ФИО1 с целью сокрытия принадлежащего ему транспортного средства снял его с регистрационного учета и вновь поставил его на учет с другим регистрационным знаком, являются голословными, опровергаются материалами уголовного дела, согласно которым снятие и последующая постановка на учет данного транспортного средства связана с исполнением ФИО1 административного наказания по ч.1 ст.12.5 КоАП РФ, кроме того, указанный автомобиль постановлением следователя от 4 апреля 2025 года был возвращен ФИО1

Гражданские иски разрешены по правилам ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ, посредством разъяснения сторонам процессуальных прав, исходя из фактических обстоятельств, при которых моральный вред причинен, на основе принципов разумности и справедливости, а также степени вины причинителя вреда, характера причиненных им нравственных и физических страданий с учетом добровольного частичного возмещения вреда, которые осужденные признал.

Между тем при разрешении гражданского иска, заявленного законным представителем П.Н.С., действующей в интересах несовершеннолетней потерпевшей П.П.П., о взыскании со ФИО1 компенсации морального вреда, так как в результате преступления несовершеннолетней потерпевшей П.П.П. причинены нравственные страдания в связи со смертью ее отца П.П.Н., судом не приняты во внимание положения ч.3 ст.44 и ч.2 ст.45 УПК РФ и разъяснения, данные в п.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года №23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», согласно которым по иску, заявленному в интересах несовершеннолетнего, взыскание должно производиться в пользу самого несовершеннолетнего.

В нарушение приведенных требований суд первой инстанции удовлетворил исковые требования о компенсации морального вреда в пользу законного представителя, что является основанием для изменения приговора в этой части.

Существенных нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену обжалуемого приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Суражского районного суда Брянской области от 7 июля 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части при признании смягчающим наказание обстоятельством ссылку на то, что противоправность поведения потерпевшего явилась поводом для преступления;

указать в резолютивной части в части разрешения гражданского иска законного представителя несовершеннолетней потерпевшей П.Н.С., действующей в интересах несовершеннолетней П.П.П., о компенсации морального вреда, что компенсация морального вреда в размере 700 000 рублей взыскана со ФИО1 в пользу несовершеннолетней П.П.П..

В остальной части приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы представителя потерпевшей П.П.П. - адвоката Винникова С.В., потерпевшего П.К.П. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.В. Мазова