Постановление № 1-89/2019 от 6 ноября 2019 г. по делу № 1-89/2019

Дело № 1-89/2019


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

гор. Старица Тверской области 7 ноября 2019 г.

Старицкий районный суд Тверской области

в составе председательствующего судьи Беляевой И.Б.,

при секретаре Хревенковой Л.Г.,

с участием государственного обвинителя - заместителя прокурора Старицкого района Тверской области Светова С.А.,

обвиняемых ФИО1, ФИО2, ФИО3,

защитников – адвокатов Сердюка Д.А., Пречестного К.Е., Григорьева В.А.,

рассмотрев в порядке предварительного слушания в закрытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГг. в <адрес>,

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>,

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

установил:

ФИО1, ФИО2 и ФИО3 обвиняются органами предварительного расследования в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище при следующих обстоятельствах:

15 июля 2019 года в период времени с 12 часов 30 минут по 13 часов, более точное время следствием не установлено, на <адрес> Старицкого района Тверской области ФИО1, ФИО2, ФИО3 и неустановленное следствием лицо, находясь в состоянии алкогольного опьянения, подошли к дому № С. Постучав в дверь и обнаружив, что С. нет дома, ФИО1, ФИО2, ФИО3 и неустановленное следствием лицо, с внезапно возникшим совместным преступным корыстным умыслом на совершение тайного хищения спиртных напитков и продуктов питания из его дома, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает, при помощи физической силы, дернув за ручку, открыли входную дверь и незаконно проникли в жилое помещение дома С.., откуда тайно похитили канистру со спиртом объемом 5 литров стоимостью 700 рублей.

Затем, 16 июля 2019 года, в период времени с 14 часов 30 минут не позднее 15 часов, более точное время следствием не установлено, продолжая реализовывать свой единый преступный корыстный умысел, на <адрес> Старицкого района Тверской области, ФИО1, ФИО3 и неустановленное следствием лицо, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вновь подошли к дому № С.. Убедившись, что С. отсутствует по месту жительства, действуя согласованно, с распределением ролей, ФИО1, согласно отведенной ему роли вел наблюдение за окружающей обстановкой, находясь на крыльце дома, в это время ФИО3 и неустановленное следствием лицо при помощи физической силы открыли входную дверь дома и незаконно проникли в жилое помещение С., где тайно похитили продукты питания: торт бисквитный весом 0,5 кг стоимостью 300 рублей, 4 кг российского сыра стоимостью 300 рублей кг на общую сумму 1200 рублей, арбуз весом 2 кг стоимостью 50 рублей за кг на общую сумму 100 рублей, трехлитровую банку с маринованными помидорами и полуторалитровую бутылку с брагой, ценности для потерпевшего С.. не представляющие.

С похищенными продуктами питания и спиртными напитками ФИО1, ФИО3 и неустановленное следствием лицо с места преступления скрылись и распорядились по своему усмотрению.

Таким образом, ФИО1, ФИО2, ФИО3 и неустановленное следствием лицо всего похитили продуктов питания и спиртных напитков на общую сумму 2300 рублей.

Судом на обсуждение сторон поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В судебном заседании государственный обвинитель Светов С.А., возражал против возвращения уголовного дела прокурору. Полагает, что составленный по делу обвинительный акт соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, вопрос о наличии (отсутствии) в действиях обвиняемых квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» подлежит проверке в ходе судебного разбирательства.

Обвиняемые ФИО1, ФИО2, ФИО3, их защитники - адвокаты Сердюк Д.А., Пречестный К.Е., Григорьев В.А. передали рассмотрение данного вопроса на усмотрение суда.

Потерпевший С.. при надлежащем извещении в судебное заседание не явился.

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований настоящего кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

На основании ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

В соответствии с ч. 2 и ч. 3consultantplus://offline/ref=7B4C762B075F7607BE03228F14D0FD06EC3780AF6355971634C86D74D6A789E49B7D98565E42CD724CC036EA702AD19F5A42B0CA5D2B6D164517O ст. 15 УПК РФ функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга; суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты.

Согласно п. 1,2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу доказыванию подлежат событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления; виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Требования, предъявляемые к обвинительному заключению, регламентированы положениями ст. 220 УПК РФ.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь обязан указать: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Аналогичные требования предусмотрены законом для постановления о привлечении в качестве обвиняемого (п. 4 ч.2 ст.171 УПК РФ).

Вместе с тем, постановления о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3 в качестве обвиняемых (том 1 л.д. 69-71, 97-99, 126-128) и обвинительное заключение делу, составленное следователем по обслуживания Старицкого отдела полиции СО МО МВД России «Ржевский» Ш. и утвержденное ДД.ММ.ГГГГг. прокурором Старицкого района Тверской области Г.., не могут быть признаны соответствующими указанным требованиям уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" разъяснено, что при квалификации действий виновных как совершение хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору следует выяснить, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества, состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также, какие конкретные действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления.

Как указано выше, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 обвиняются в совершении совместно с неустановленным следствием лицом кражи, то есть тайного хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.

Вместе с тем, в обвинительном заключении не описано: когда, как и при каких обстоятельствах обвиняемые вступили в преступный сговор на совершение вышеуказанного преступления, какие действия согласно достигнутой договоренности входили в роли каждого из них при выполнении объективной стороны преступного деяния.

Более того, составленное по делу обвинительное заключение содержит существенные противоречия относительно квалификации содеянного обвиняемыми.

Так, в заключительной части обвинительного заключения указано на то, что следствие пришло к выводу о наличии в действиях ФИО1, ФИО2 и ФИО3 состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, то есть тайного хищения чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, то есть тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, в действиях ФИО3 состав преступления, предусмотренный п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, то есть тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище.

Из изложенного следует, что наличие в действиях обвиняемых квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» следствие не усматривает.

Далее, в обвинительном заключении указано, что на основании изложенного следствие считает вину обвиняемых ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ полностью доказанной, тогда как они обвиняются в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (том 1 л.д. 240).

Таким образом, обстоятельство, входящее в предмет доказывания по делу - событие преступления - фактически органом расследования в нарушение требований п. 1 ч. 1 ст. 73, п. 4 ч. 2 ст. 171, п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ конкретно не определено. Такая неопределенность в описании фактических обстоятельств предъявленного обвинения лишает суд возможности проверить обоснованность этого обвинения в ходе судебного разбирательства с соблюдением требований ч. 1 ст. 252 УПК РФ, поскольку суд как в силу ст. 252 УПК РФ, так и в силу положений ч. 2 и ч. 3 ст. 15 УПК РФ лишен полномочий формулировать обвинение, выходя за его пределы.

Следует отметить, что для того чтобы исключить тот или иной квалифицирующий признак преступления из существа обвинения, необходимо первоначально определить какие фактические обстоятельства, по мнению обвинения, этот квалифицирующий признак образуют. Поскольку стороной обвинения по настоящему делу такие фактические обстоятельства не определены, это исключает возможность проверить доказанность обвинения в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, изложенное в обвинительном заключении описание обстоятельств совершения ФИО1, ФИО2, ФИО3 инкриминируемого деяния, не соответствует формулировке предъявленного обвинения, то есть той квалификации действий подсудимых, которая определена органами предварительного следствия и прокуратуры, как единое преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, поскольку фактически в обвинительном заключении описано совершение обвиняемыми 15 июля 2019г. и 16 июля 2019г. двух самостоятельных преступлений

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что обвинительное заключение составлено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые не могут быть восполнены или устранены судом при рассмотрении дела, поэтому уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 236, п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд

постановил:

Уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, возвратить прокурору Старицкого района Тверской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1, ФИО2 и ФИО3 оставить без изменения – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Тверской областной суд через Старицкий районный суд Тверской области в течение десяти суток со дня его вынесения.

Председательствующий: