Апелляционное определение № 33-704/2026 от 13 апреля 2026 г.

89RS0001-01-2025-001110-67

1 инстанция №2-1057/2025

Апелл. дело №33-704/2026

Судья Лисиенков К.В.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Салехард 14 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Байкиной С.В.

судей коллегии Козловой М.В., Курманова Э.Р.,

при секретаре Пановой Я.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ямальского района в интересах ФИО1 к ООО «СеверТрансСервис» о восстановлении на работе,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09 декабря 2025 г.,

Заслушав доклад судьи Курманова Э.Р., пояснения истца ФИО1, третьего лица ФИО2, прокурора Рукавишникова ПГубайдулиной. А., представителя ответчика Иванова Э.Ю., судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа,

у с т а н о в и л а:

Прокурор Ямальского района в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СеверТрансСервис» о восстановлении истца на работе.

В обоснование требований иска прокурор указал, что проведенной прокуратурой проверкой установлено, что ФИО1 на основании трудового договора от 18.11.2023 №437 был принят на работу в ООО «СеверТрансСервис» на Бованенковское НГКМ (ЯНАО) и других объектах заказчика работодателя на должность контролера вахтовым методом. В соответствии с п.8.2 трудового договора, данный договор действует с момента подписания до 18.02.2024. 25.01.2024 в результате пожара на рабочем месте, произошедшем на объекте ООО «СеверТрансСервис» на территории Бованенковского НГКМ (ЯНАО) в жилом балке, в котором проживали ФИО1 и ФИО6, последний скончался от полученных телесных повреждений, а ФИО1 получил телесные повреждения, отнесенные к категории тяжелые, в связи с чем, он 25.01.2024 был госпитализирован в ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница» и в указанную дату ФИО1 был открыт листок нетрудоспособности до 13.03.2024, затем продлен с 16.04.2024 по 31.01.2025. 11.11.2024 ООО «СеверТрансСервис» посредством почтовой связи в адрес ФИО1 направило уведомление о прекращении с ним 18.11.2024 трудового договора №437 от 18.11.2023 по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ – истечение срока трудового договора. 18.11.2024 ООО «СеверТрансСервис» также посредством почтовой связи в адрес ФИО1 направило приказ о прекращении трудового договора с работником от 18.11.2024 №124, согласно которому ФИО1 уволен с 18.11.2024 в связи с истечением срока действия трудового договора по п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ. Данное почтовое отправление получено ФИО1 25.11.2024. Кроме приказа об увольнении, письмо работодателя содержало копию дополнительного соглашения от 18.02.2024 к трудовому договору от 18.11.2023. Согласно условиям заключенного сторонами дополнительного соглашения, внесены изменения в п.8.2 трудового договора, согласно которым трудовой договор действует с момента подписания до 18.11.2024. В дополнительном соглашении имеются подписи сторон. Из представленного ответа ООО «СеверТрансСервис» следует, что данное дополнительное соглашение подписано сторонами 29.01.2024 в помещении ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница», в момент посещения находящегося на лечении ФИО1 специалистом по охране труда ФИО8 где в ходе отобрания объяснения у ФИО1 по факту несчастного случая на производстве, также было подписано указанное дополнительное соглашение. ФИО1 подтвердил факт дачи объяснения представителю ООО «СеверТрансСервис» 29.01.2024, при этом опроверг подписание дополнительного соглашения. Прокурор полагает, что трудовой договор стал бессрочным, поэтому увольнение ФИО1, находящегося на больничном, является незаконным, правовых оснований для прекращения действия трудового договора и увольнения работника по данному основанию не имелось и увольнение является незаконным. Учитывая, что ФИО1 до настоящего времени находится на больничном, им принимались меры по восстановлению его трудовых прав путем обращения в органы прокуратуры, у него имелись правомерные ожидания о восстановлении его трудовых прав во внесудебном порядке, а потому, установленный ст.392 ТК РФ срок обращения в суд с заявлением о восстановлении на работе пропущен по уважительной причине и подлежит восстановлению. Просил: признать приказ ООО «СеверТрансСервис» от 18.11.2024 №124 о прекращении трудового договора с ФИО1 на основании п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ незаконным; признать трудовой договор от 18.11.2023 №437, заключенный между ООО «СеверТрансСервис» и ФИО1 заключенным на неопределенный срок; признать дополнительное соглашение от 18.02.2024 к трудовому договору от 18.11.2023 №437 недействительным; восстановить ФИО1 на работе в должности контролера структурного подразделения Бованенковское НГКМ (ЯНАО) ООО «СеверТрансСервис» с 18.11.2024; взыскать с ООО «СеверТрансСервис» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула с 18.11.2024 по дату вынесения решения суда о восстановлении на работе, компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей, а также в доход бюджета государственную пошлину.

Помощник прокурора г. Салехарда Румянцев Д.А. в судебном заседании на удовлетворении требований иска настаивал.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении требований иска также настаивал. До проведения судебной почерковедческой экспертизы настаивал на том, что дополнительное соглашение от 18.02.2024 он не подписывал, после получения результатов почерковедческой экспертизы указал, что он не помнит факт подписания дополнительного соглашения в больнице, так как был после реанимации, из-за полученной им травмы при пожаре у него стали проблемы с памятью.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ФИО2 в судебном заседании требование иска поддержала.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ОСФР по ЯНАО, будучи извещенным надлежащим образом, в судебное заседание не явился, направил в адрес суда ходатайство о рассмотрении дела по существу в отсутствие представителя фонда.

Представитель ответчика адвокат Иванов Э.Ю. в судебном заседании требования иска не признал по основаниям, изложенным в представленных в адрес суда письменных возражениях.

Судом постановлено решение, которым исковые требования истца оставлены без удовлетворения в полном объеме.

С указанным решением не согласен истец ФИО1

В апелляционной жалобе просит отменить решение суда и принять новое решение об удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы приводит доводы, изложенные в иске, а также дополнительные о том, что в судебном заседании свидетель ФИО8 не смогла с уверенностью сказать, что она приносила на подписание ему в больницу дополнительное соглашение к трудовому договору от 18.02.2024 года, что не исключает его подписание задним числом. После травмы у него имеются проблемы с памятью, однако он с уверенностью может сказать о том, что 29.01.2024 года он никакие документы в помещении СОКБ у ФИО8 не подписывал, что также подтверждается словами его супруги ФИО2 Слова ФИО8 о его нормальном психическом и эмоциональном состоянии противоречат заключению психотерапевта, у которого он наблюдается почти 2 года. Подписание дополнительного соглашения 29.01.2024 года совершено в обход всех установленных законом процедур и моральных требований. Сама беседа с ним была проведена без разрешения лечащего врача. Вывод почерковедческой экспертизы, что истец при подписании дополнительного соглашения находился в удобной позе, в нормальном и безболезненном состоянии, подтверждает, что он не мог подписывать его 29.01.2024 года - через 2 дня после его перевода из реанимации, получения интенсивного лечения, в том числе и правой руки (которой он обычно пишет и подписывается). Таким образом, при рассмотрении дела не было установлено, когда и при каких обстоятельствах было подписано данное дополнительное соглашение, которое, вероятнее всего было подписано после 18.02.2024 года, не по его волеизъявлению, а также состоялось его увольнение во время нахождения на больничном.

Ответчиком ООО «СеверТрансСервис» представлены возражения на апелляционную жалобу.

Истец ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции на доводах апелляционной жалобы настаивал.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ФИО2, полагала жалобу истца подлежащей удовлетворению.

Прокурор Рукавишников П.А. требования апелляционной жалобы истца поддержал.

Представитель ответчика ООО «СеверТрансСервис» Иванов Э.Ю. с требованиями жалобы не согласился, полагал необходимым решение суда оставить без изменения.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ОСФР по ЯНАО в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, извещен надлежащим образом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 18.11.2023 между ООО «СеверТрансСервис» и ФИО1 был заключен трудовой договор №437 в соответствии с которым ФИО1 был принят на работу в ООО «СеверТрансСервис» на Бованенковское НГКМ (ЯНАО) и другие объекты заказчика ООО «СеверТрансСервис» на должность контролера. Согласно п.1.3 договора трудовые обязанности работник выполняет вахтовым методом. Согласно п.8.2 трудового договора, данный договор действует с момента подписания до 18.02.2024. Если ни одна из сторон не заявила об окончании срока трудового договора, то он становится бессрочным. Согласно п.8.3 договора – любая договоренность между сторонами, влекущая за собой новые обязательства, которые не вытекают из договора, должна быть подтверждена сторонами в форме дополнительных соглашений к договору. Все изменения и дополнения к договору считаются действительными, если они оформлены в письменном виде и подписаны надлежащими уполномоченными представителями сторон (т.1. л.д.23-26).

Согласно дополнительного соглашения от 18.02.2024 к трудовому договору №437 от 18.11.2023, п. 8.2 трудового договора изложен в следующей редакции: настоящий договор действует с момента подписания и до 18.11.2024 (т.1 л.д.27).

11.11.2024 ООО «СеверТрансСервис» посредством почтовой связи в адрес ФИО1 направило уведомление о прекращении с ним 18.11.2024 трудового договора №437 от 18.11.2023 по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ – истечение срока трудового договора. Получение данного уведомления подтверждается истцом и прокурором Ямальского района, обратившимся в его интересах с настоящим иском в суд (т.1 л.д.3).

18.11.2024 ответчиком издан приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), в соответствии с которым ФИО1 уволен с должности контролера Бованенковское НГКМ 18.11.2024 в связи истечением срока трудового договора на основании п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ (т.1 л.д.28).

Согласно ответа ООО «СеверТрансСервис» прокурору Ямальского района от 15.01.2025 на его запрос, на момент подписания дополнительного соглашения к трудовому договору №437 от 18.11.2023, ФИО1 проходил лечение в стационаре ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница». Специалист по охране труда ФИО8 (подразделение в г. Лабытнанги ЯНАО), 29.01.2024 посещала ФИО1 в стационаре для оформления документов по несчастному случаю, произошедшему 25.01.2024. В это время, наряду с другими внутренними документами лично ФИО1 и было подписано дополнительное соглашение о продлении срока трудового договора (т.1 л.д.31).

Из протокола опроса пострадавшего при несчастном случае от 29.01.2024, следует, что он был составлен в ГБУЗ СОКБ <адрес> стационара для посещения пациентов, с 17:10 до 17:35 специалистом по охране труда ООО «СеверТрансСервис» ФИО8 и ею был опрошен ФИО1, и из содержания пояснений последнего следует, что он четко и подробно отвечал на поставленные ему вопросы (т.1 л.д.32-34).

В своем объяснении помощнику прокурора г. Салехарда 17.01.2025 ФИО1 подтвердил, что 29.01.2024 к нему в больницу приезжала ФИО8 которая от него отбирала объяснение по факту несчастного случая, более он никаких документов не подписывал, в том числе и не подписывал дополнительное соглашение к трудовому договору от 18.02.2024, подпись в данном дополнительном соглашении составлена не им (т.1 л.д.35).

В судебном заседании 17.04.2025, ФИО1 также заявил, что подпись в дополнительном соглашении к трудовому договору от 18.02.2024 выполнена не им (т.1 л.д.120). В связи с заявлением прокурора Ямальского района и истцом ФИО1 о подложности представленного ответчиком доказательства – дополнительного соглашения к трудовому договору, определением суда первой инстанции от 17.04.2025 была назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ "Тюменская Лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации" (т.1 л.д.121-122).

Согласно выводов заключения эксперта №832/01-2-25 от 23.07.2025 следует: что подписи от имени ФИО1, расположенные в четырех строках перед фамилией «К.В. Борисов» на четвертом листе трудового договора №437 от 18.11.2023, заключенного между ООО «СеверТрансСервис» и ФИО1; в двух строках перед фамилией «К.В. Борисов» на дополнительном соглашении от 18.02.2024 к трудовому договору №437 от 18.11.2023, заключенному между ООО «СеверТрансСервис» и ФИО1; в строке после слов «Подпись владельца книжки» на первой странице трудовой книжки ТК-VI №4949419 на имя ФИО1 с датой заполнения 18.11.2023 – выполнены самим ФИО1» (т.1 л.д.149-159).

В связи с тем, что истцом, после получении заключения эксперта была изменена позиция (что он не подписывал дополнительное соглашение от 18.02.2024 года), он стал указывать, что не помнит, чтобы подписывал данное соглашение, так как он находился в больнице, после реанимации, ему давали наркотические препараты, в результате приема которых он мог не отдавать отчет своим действиям и руководить ими, а также могли сыграть свою роль потеря им памяти в результате отравления угарным газом, судом первой инстанции были допрошены в качестве свидетелей ФИО8 лечащий врача ФИО1 – ФИО7

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО8 суду показала, что 29.01.2024 она приезжала в ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница» для заполнения протокола расследования несчетного случая на производстве и опроса ФИО1 по факту данного несчастного случая на производстве. Она производила его опрос в холле ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница» на 1-м этаже, куда спустился ФИО1 В холле имеются стулья, лавочки. Протокол она заполняла ручкой на планшете. ФИО1 четко отвечал на поставленные вопросы об обстоятельствах несчастного случая на производстве и подробно все описывал, был адекватен. Она все внесла в протокол и дала ему подписать. Еще один раз она приезжала домой к ФИО1 после его выписки из больницы для дополнительного опроса, дома была еще его жена, которая читала документы. Она точно не помнит возможно ей давали для подписания с ФИО1 дополнительное соглашение к трудовому договору от 18.02.2024 и если он его подписывал, то при обоих встречах он полностью отдавал отчет в своих действиях.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО7 суду показал, что он работает в хирургическом отделении ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница» врачом-хирургом и являлся лечащим врачом ФИО1, который находился на стационарном лечении с 25.01.2024 по 30.01.2024. Сначала, ФИО1 с 25.01.2024 по 27.01.2024 находился в отделении реанимации, а после стабилизации его состояния, был переведен в хирургическое отделение. Он не помнит, приезжал ли кто-либо к ФИО1 29.01.2024. 29.01.2024 ФИО1 мог адекватно воспринимать все происходящее и отдавать отчет своим действиям, поскольку этот день предшествовал дню его выписки и его состояние было стабильным. На первых этапах лечения для снятия эмоционального компонента (успокоения) пациента ему могли давать препараты из группы морфина – морфин, промедол, но 29.01.2024, за день до выписки, ему данные препараты точно не давали. Указанные препараты никак не влияют на мозговую деятельность. Психотропные препараты ему точно не назначались. При тяжелых травмах пациентов сначала помещают в реанимационное отделение для стабилизации его состояния. Медикаментозная кома – это применение седативного препарата, при котором пациент уходит в сон. Отравление угарным газом в анамнезе ФИО1 не указано. При отравлении угарным газом, пациенты достаточно быстро отходят от него, обычно 1-2 дня и к 29.01.2024 у ФИО1 точно не было каких-либо последствий отравления угарным газом, даже если бы оно имело место быть.

Исследовав собранные по делу доказательства, суд первой инстанции, восстановил срок обращения в суд с заявлением о восстановлении на работе, поскольку он был пропущен по уважительной причине, а в удовлетворении исковых требований о признании данного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании приказа от 18.11.2024 года №124 о прекращении трудового договора с истцом незаконным, восстановлении его на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 18.11.2024 года по дату вынесения решения суда о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, взыскании с ответчика в доход бюджета государственной пошлины – отказал в полном объеме.

Судебная коллегия, полагает необходимым указать следующее.

В статьях 58, 59 ТК РФ содержатся нормы, определяющие основания заключения срочных трудовых договоров.

Согласно части первой статьи 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным кодексом и иными федеральными законами.

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 ТК РФ. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 данного кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть вторая статьи 58 ТК РФ).

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (часть пятая статьи 58 ТК РФ).

Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок (часть шестая статьи 58 ТК РФ).

В части первой статьи 59 ТК РФ закреплен перечень случаев (обстоятельств), при наличии которых трудовой договор заключается на определенный срок в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения. Среди них - заключение срочного трудового договора с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой (абзац восьмой части первой статьи 59 ТК РФ).

В абзаце четвертом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 разъяснено, что при установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом обстоятельств каждого дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок.

Таким образом, Трудовой кодекс Российской Федерации, предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, существенно ограничил их применение в целях защиты работника в трудовом правоотношении от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора. Если судом при разрешении спора будет установлено, что отсутствовали основания для заключения с работником срочного трудового договора, то к такому договору применяются правила о договоре, заключенном на неопределенный срок. Об отсутствии оснований для заключения срочного трудового договора может свидетельствовать факт многократности заключения с работником срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции, а также факт неоднократной пролонгации заключенного с работником трудового договора.

Как указал суд первой инстанции, поскольку истец был принят на работу на должность контролера на Бованенковское НГКМ (нефтегазоконденсатное месторождение) (ЯНАО) и других объектах заказчика ООО «СеверТрансСервис», указанная работа связана с заведомо временным расширением производства и объема оказываемых услуг заказчикам «СеверТрансСервис», а характер выполняемой истцом работы контролера на Бованенковском НГКМ мог быть определен конкретной датой, с ним правомерно был заключен срочный трудовой договор и указанное не оспаривалось как процессуальным, так и материальным истцом, требований о признании трудового договора бессрочным в силу отсутствия оснований для изначального заключения срочного трудового договора 18.11.2023 года не заявлялось.

Судебной коллегий у ответчика были запрошены дополнительные доказательства, указывающие на правомерность заключения с истцом срочного трудового договора.

Согласно ответа на судебный запрос от 09.04.2026 года указано, что между ответчиком (исполнитель) и ООО «Центр цементирования скважин» (ООО «ЦЦС») был заключен договор №120ЦЦС23 от 01.04.2023 года на оказание комплекса услуг по переработке грузов, на основании данного договора ответчик оказывал услуги хранения ТМЦ на Бованенковском месторождении, срок действия договора до 31.08.2023 года. В связи с увеличением объема работ в ноябре 2023 года возникла потребность в привлечении отдельного сотрудника на должность контролера, объем работ был запланирован до февраля 2024 года, в связи с чем с истцом был заключен срочный трудовой договор сроком на 3 месяца до 18.02.2024 года. С ООО «ЦЦС» заключено дополнительное соглашение №1 от 17.01.2024 года о продлении договора до 31.12.2023 года. 22.01.2024 года было заключено дополнительное соглашение №2 сроком действия до конца 2024 года, в связи с чем, ФИО1 было предложено изменить срок действия срочного трудового договора и заключено дополнительное соглашение.

Согласно положений ч.1 ст.79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Согласно п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ основаниями прекращения трудового договора являются истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

Увольнение по данному основанию не является увольнением по инициативе работодателя, поэтому может быть произведено в период временной нетрудоспособности работника.

Процедура увольнения работодателем соблюдена, ранее, чем за три дня до истечения срока действия срочного трудового договора, а именно за 7 дней, им в адрес работника было направлено уведомление о прекращении срока действия трудового договора, которое получено им 14 ноября 2024 года.

Материалами дела не подтверждается многократность продления срочного трудового договора с истцом, имело место быть его однократное продление дополнительным соглашением от 18 февраля 2024 года (в последний день срока действия трудового договора от 18 ноября 2023 года).

Из представленных ФИО1 дополнительно медицинских документов следует, что он обращался к врачу-неврологу с диагнозами: постгипоксическая энцелафапотия, цефалгический синдром, когнитивные нарушения; поражение бедренных нервов; поражение лучевого нерва справа; тревожной расстройство (т.2 л.д.63-69). Из представленной истцом справки из ГБУЗ ЯНОПНД следует, что он 09.08.2024 обращался за амбулаторной помощью к врачу-психотерапевту с диагнозом: «органическое тревожное расстройство». 24.12.2024 обращался к врачу-психиатру за амбулаторной помощью с диагнозом «посттравматическое стрессовое расстройство». 25.04.2025 обращался за амбулаторной помощью к врачу-психотерапевту с диагнозом: «посттравматическое стрессовое расстройство». 24.11.2025 обращался за амбулаторной помощью к врачу-психиатру с диагнозом: «посттравматическое стрессовое расстройство» (т.2 л.д.70). Указанные диагнозы ни как не связаны с потерей истцом памяти и его доводы в данной части являются не состоятельными. Довод о том, что в дополнительном соглашении к трудовому договору от 18.02.2024 указаны данные его старого паспорта, который был уничтожен в результате пожара, не влекут недействительность данного дополнительного соглашения, поскольку существенным для данного соглашения является воля сторон, которая подтверждена их подписями в данном соглашении.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что дополнительное соглашение от 18.02.2024 к трудовому договору №437 от 18.11.2023, которым был продлен срок действия трудового договора до 18.11.2024, между сторонами было действительно заключено, а потому требования иска о признании трудового договора №437 от 18.11.2023 заключенным на неопределенный срок не подлежали удовлетворению.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, как постановленными в соответствии с материалами дела.

В условиях отсутствия допустимых доказательств нарушения прав истца действиями ответчика, суд первой инстанции правомерно отказал истцу в удовлетворении иска о признании приказа от 18.11.2024 года №124 о прекращении трудового договора с истцом незаконным, восстановлении его на работе в прежней должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 18.11.2024 года, взыскании компенсации морального вреда, расходов по уплате государственной пошлины.

Работодателем действительно была соблюдена процедура прекращения срочного трудового договора с истцом, оснований для признания его увольнения незаконным не имеется.

Доводы истца о том, что он не мог подписывать дополнительное соглашение, поскольку получил ожог правой руки (а сам является правшой) опровергаются заключением судебной почерковедческой экспертизы.

Кроме того, согласно медицинской документации у истца был установлен термический ожог правого плеча, левой кисти (т.1 л.д.140-141), что не указывает на невозможность самостоятельного подписания дополнительного соглашения.

Также истцом при рассмотрении дела допущено необоснованное изменение процессуальной позиции, что указывает на недоказанность обстоятельств, указываемых им в качестве оснований иска.

Иные доводы, указанные в апелляционной жалобе были предметом оценки суда первой инстанции, фактически основаны на несогласии с оценкой обстоятельств дела, поэтому они не могут служить основанием для отмены судебного акта.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

Решение Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09 декабря 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 17.04.2026