Апелляционное определение № 11-13341/2025 11-369/2026 от 28 января 2026 г.

УИД № 74RS0028-01-2025-003599-80

Дело № 2-2392/2025 (номер в первой инстанции)

Судья Зозуля Н.Е.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-369/2026 (11-13341/2025)

29 января 2026 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Лузиной О.Е.,

судей Рыжовой Е.В., Сердюковой С.С.,

при секретаре Галеевой З.З.

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО4 к публичному акционерному обществу Сбербанк о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности, по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Копейского городского суда Челябинской области от 11 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Лузиной О.Е. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы и возражений на них, объяснения истца ФИО4 и третьего лица ФИО5, поддержавших исковые требования, объяснения представителя ответчика ПАО Сбербанк – ФИО1, возражавшего относительно исковых требований, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к публичному акционерному обществу Сбербанк (далее по тексту – ПАО Сбербанк) о признании кредитного договора № от 23 января 2025 года недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде освобождения ФИО4 от исполнения обязательств, вытекающих из договора, возложении на Банк обязанности направить в бюро кредитных историй информацию об исключении сведений о наличии обязательств по кредитному договору.

В обоснование исковых требований указала на то, что 23 января 2025 года на номер её телефона <данные изъяты> поступило смс-сообщение о том, что на её имя выпущена кредитная карта ПАО Сбербанк с лимитом кредитования 140 000 рублей. В этот же день она позвонила в ПАО Сбербанк и сообщила о незаконном доступе к личным данным. 24 января 2025 года следователем <данные изъяты> на основании заявления ФИО4 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> по факту покушения на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с банковского счёта, а равно в отношении электронных денежных средств, в рамках которого ФИО4 признана потерпевшей. 14 апреля 2025 года истец обратилась в <данные изъяты> в службу по защите прав потребителей, указав на то, что ПАО Сбербанк в отсутствие её согласия оформил на её имя кредитную карту, при выдаче кредита банк не рассчитал показатель долговой нагрузки, а также перевёл денежные средства на арестованный дебетовый счёт, денежные средства были списаны в рамках исполнительного производства, в связи с чем была проведена проверка и в действиях банка были выявлены нарушения. Кредитный договор следует признать недействительным, поскольку волеизъявление на оформление договора на выпуск кредитной карты она не давала, кредитную карту не получала, условия договора не были согласованы. Считает, что при оформлении кредитной карты банк действовал недобросовестно и неосмотрительно.

Протокольными определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Копейский ГОСП ГУФССП России по Челябинской области, ГУФССП России по Челябинской области, АО «Национальное бюро кредитных историй», ФИО6, ФИО5 (том 1 л.д. 151, 189).

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО4 заявленные исковые требования поддержала, пояснив, что после проверки компьютера старшего сына ФИО5 обнаружила две переписки, в которых мошенники сообщили сыну, что его банковским счетом пользуются без его ведома и, чтобы обезопасить свои счета необходимо предоставить информацию о счетах своих родственников, что он и сделал. Он знал пароль от её приложения Сбербанк Онлайн и, действуя по указанию неизвестных лиц, подал заявку на оформление кредитной карты в приложении банка. Намерений на заключение спорного кредитного договора ФИО4 не имела.

Представители ответчика ПАО Сбербанк – ФИО2, ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции просили в иске отказать в полном объеме по доводам, изложенным в возражениях (том 1 л.д. 208-217).

Третье лицо ФИО6 извещён надлежащим образом, в судебное заседание суда первой инстанции не явился.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание суда первой инстанции не явился.

Представители третьих лиц АО «Национальное бюро кредитных историй», ГУФССП России по Челябинской области, Копейского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области в судебное заседание суда первой инстанции при надлежащем извещении не явились.

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО4 оставил без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 просит решение суда отменить, исковые требования удовлетворить. В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Судом не учтено совершение в отношении истца мошеннических действий, оформление кредитной карты неустановленным третьим лицом, осуществление перевода денежных средств в размере 130 000 рублей на арестованную банковскую карту истца. Ссылается на недобросовестное и неосмотрительное поведение банка при оформлении кредитной карты, поскольку банком не учтена кредитная нагрузка клиента, наличие арестованных карт, а также признаки совершаемой операции, а именно: сумма перевода, периодичность и время.

В возражениях на апелляционную жалобу ПАО Сбербанк просит решение суда оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность (том 2 л.д. 146-154).

Третье лицо ФИО6, представители третьих лиц АО «Национальное бюро кредитных историй», ГУФССП России по Челябинской области, Копейского ГОСП ГУФССП России по Челябинской области о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены заблаговременно и надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, доказательств уважительности причин своей неявки не представили, об отложении разбирательства дела не просили.

Информация о рассмотрении дела была размещена на официальном сайте Челябинского областного суда.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом мнения истца ФИО4, представителя ответчика ПАО Сбербанк – ФИО1, третьего лица ФИО5, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в суд апелляционной инстанции при указанных обстоятельствах препятствием к разбирательству дела не является.

Заслушав объяснения истца ФИО4, представителя ответчика ПАО Сбербанк – ФИО1, а также объяснения третьего лица ФИО5, принимавшего участие в судебном заседании суда апелляционной инстанции с использованием систем видеоконференц-связи через <данные изъяты>, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на них, исследовав материалы дела, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене в связи с нарушением судом норм процессуального права (пункт 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а исковые требования – подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещённых надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

В соответствии со статьей 155 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации разбирательство гражданского дела происходит в судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте заседания.

Формы извещения лиц, участвующих в деле, установлены частью 1 статьи 113 названного Кодекса, предусматривающей, что лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Независимо от того, какой из способов извещения участников судопроизводства избирается судом, любое используемое средство связи или доставки должно обеспечивать достоверную фиксацию переданного сообщения и факт его получения адресатом.

Протокольным определением суда от 13 августа 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечён ФИО5 (том 1 л.д. 189). Из материалов дела следует, что повестки с извещением о времени и месте судебного заседания, назначенного на 10:00 часов 04 сентября 2025 года, были направлены судом третьему лицу ФИО5 по адресу: <адрес> и по адресу: <адрес> Почтовая корреспонденция ФИО5 не получена и возвращена в суд (том 1 л.д. 204, том 2 л.д. 114).

Вместе с тем, в судебном заседании суда первой инстанции 04 сентября 2025 года истец ФИО4 в своих объяснениях указала на то, что её старший сын ФИО5 арестован (том 2 л.д. 87-91).

Из материалов дела следует, что 26 марта 2025 года <данные изъяты> в отношении ФИО5 вынесен приговор по делу №, которым ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, ему назначено наказание <данные изъяты> (том 2 л.д. 171-180). Из указанного приговора суда также следует, что мера пресечения ФИО5 в виде <данные изъяты> оставлена прежней.

Из объяснений ФИО4 следует, что ФИО5 отбывает наказание в <данные изъяты>.

Таким образом, из содержания вынесенного в отношении ФИО5 приговора <данные изъяты> от 26 марта 2025 года и объяснений истца ФИО4 следует, что на момент рассмотрения Копейским городским судом Челябинской области настоящего гражданского дела являющийся третьим лицом по делу ФИО5 находился в местах лишения свободы. Однако, доказательств его извещения о времени и месте судебного заседания, назначенного на 11 сентября 2025 года, по месту отбывания им наказания в <данные изъяты> в материалах дела не имеется.

Таким образом, суд первой инстанции рассмотрел настоящее гражданское дело в отсутствие сведений о надлежащем извещении третьего лица ФИО5 о времени и месте судебного заседания, что в силу в силу пункта 2 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации влечёт безусловную отмену решения суда первой инстанции.

Разрешая исковые требования ФИО4 по существу, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для их частичного удовлетворения ввиду следующего.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что 25 мая 2017 года ФИО4 обратилась в ПАО Сбербанк с заявлением на банковское обслуживание, в рамках которого просила выдать ей дебетовую карту ПАО Сбербанк и открыть счёт карты №, выразила согласие с Условиями выпуска и обслуживания карт, Памяткой держателя карт ПАО Сбербанк, Тарифами (том 1 л.д. 220). В заявлении на банковское обслуживание указан номер мобильного телефона ФИО4: <данные изъяты>.

На основании указанного заявления Банк открыл ФИО4 банковский счёт № и выдал дебетовую карту.

30 марта 2023 года ФИО4 обратилась в Банк с заявлением, в котором просила предоставить доступ к SMS-банку (мобильному банку) по продуктам Банка (банковским счетам, СберКартам, Платежным счетам) по единому номеру телефона <данные изъяты> (том 2 л.д. 38).

23 января 2025 года в 02:41:17 (МСК) по указанному номеру телефона осуществлен вход в систему Сбербанк Онлайн, что подтверждается выгрузкой из Журнала входов в систему Сбербанк Онлайн (том 2 л.д. 41).

23 января 2025 года в 03:08:48 (МСК) через мобильное приложение системы Сбербанк Онлайн оформлена заявка на получение кредитной карты с лимитом кредитования 140 000 рублей, под 47,8% годовых, что подтверждается выгрузкой из журнала операций в системе Сбербанк Онлайн (том 2 л.д. 42).

23 января 2025 года в 03:09:23 (МСК) на телефонный номер истца согласно выгрузки смс/push сообщений с номера <данные изъяты> доставлено смс-сообщение с кодом подтверждения <данные изъяты> для получения кредитной карты с лимитом кредитования 140 000 рублей, под 47,8% годовых, указано на необходимость никому не сообщать поступивший код (том 2 л.д. 39).

Подписание договора кредитной карты путём направленного на номер телефона истца смс-кода <данные изъяты> произведено 23 января 2025 года в 03:09:41 (МСК), что подтверждается протоколом проведения операций в автоматизированной системе Сбербанк-Онлайн (том 2 л.д. 73).

23 января 2025 года в 03:09:59 (МСК) на телефон истца направлено push-сообщение банка со следующим текстом: «Кредитная карта активирована и готова к использованию. Номер карты, код безопасности, срок действия и иные реквизиты можно уточнить в Сбербанк Онлайн. Если вы не совершали операцию, позвоните на 900» (том 2 л.д. 39).

23 января 2025 года в 03:10:22 (МСК) с номера телефона клиента был осуществлен вход в систему Сбербанк Онлайн (том 2 л.д. 41). В 03:11:28 (МСК) выполнен перевод денежных средств в размере 130 000 рублей со счета № кредитной карты <данные изъяты> на счёт № дебетовой карты <данные изъяты> в ПАО Сбербанк (том 2 л.д. 71), о чём на номер телефона истца доставлено PUSH-сообщение (том 2 л.д. 39).

Перечисленные на счёт № дебетовой карты <данные изъяты> денежные средства в размере 130 000 рубле были заблокированы ФИО1 на основании постановления судебного пристава-исполнителя по исполнительному производству № от 07 февраля 2023 года, о чём банком на телефон истца доставлено PUSH-сообщение (том 2 л.д. 39).

В судебном заседании также установлено, что в этот же день, 23 января 2025 года ФИО4 обратилась в <данные изъяты> с заявлением о покушении на хищение денежных средств с банковской карты (том 1 л.д. 56-57).

24 января 2025 года постановлением следователя <данные изъяты> по факту покушения на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с банковского счёта, а равно в отношении электронных денежных средств, возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> (том 1 л.д. 51), в рамках которого постановлением от 24 января 2025 года ФИО4 признана потерпевшей (том 1 л.д. 76-78).

Из протокола допроса потерпевшей ФИО4 от 21 февраля 2025 года и дополнительного протокола допроса от 14 марта 2025 года следует, что проживавший с ней старший сын ФИО5 знал пароль от её мобильного приложения Сбербанк Онлайн. 20 февраля 2025 года он был арестован сотрудниками <данные изъяты>. После чего, ФИО4, войдя в приложение <данные изъяты>, установленное на компьютере сына, обнаружила две переписки: одна переписка с человеком, который представился <данные изъяты>, а вторая переписка с его помощником (ФИО3). В данных переписках вышеуказанные лица сообщили сыну, что его банковскими счетами пользуются без его ведома и, чтобы обезопасить банковские счета необходимо предоставить информацию о банковских счетах родственниках, что и сделал ФИО5, сообщил информацию о банковском счёте ФИО4 путём фотографий её сотового телефона, войдя при этом в приложение Сбербанк Онлайн. Из переписки ФИО5 с вышеуказанными неизвестными лицами также следует, что ФИО5, действуя по указанию неизвестных лиц, подал заявку от имени ФИО4 на оформление кредитной карты в приложении Сбербанк Онлайн (том 1 л.д. 79-82, 126-129).

30 января 2025 года ФИО4 обратилась в банк с заявлением об оформлении на её имя кредитной карты мошенническим способом. Требование клиента - разъяснить, каким образом с арестованными счетами и наличием задолженностей у судебных приставов была оформлена кредитная карта (том 1 л.д. 23).

Банком на указанное обращение был дан ответ, из которого следует, что кредитный договор не может быть аннулирован/закрыт/расторгнут, так как при входе в мобильное приложение Сбербанк Онлайн использовались персональные средства доступа. Согласие с условиями по кредитной карте подтверждено смс-кодом, который был направлен на номер телефона истца. По договору с банком смс-коды - это аналог подписи. За сохранность этих данных отвечает клиент (том 1 л.д. 24-25).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено этим же кодексом.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачёте, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В силу пункта 1 статьи 435 Гражданского кодекса Российской Федерации офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

Сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при её совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признаётся недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Положениями статьи 8 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона о защите прав потребителей.

При этом пунктом 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (ст.12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учётом технических особенностей определённых носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заёмщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заёмщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа) чётким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5).

Согласно статье 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учётом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1).

Договор потребительского кредита считается заключённым, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключённым с момента передачи заёмщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьёй, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим её принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заёмщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заёмщиком может быть заключён договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).

В части 2 статьи 5 Федерального закона от 06 апреля 2011 года №63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Согласно части 2 статьи 6 Федерального закона от 06 апреля 2011 года №63-ФЗ «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного закона.

Электронный документ согласно статьи 9 названного закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В части 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

Из приведённых положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования.

Основания и порядок предоставления услуг через удалённые каналы обслуживания предусмотрены Приложением 1 к «Условиям банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк» (далее по тексту – ДБО), Приложением 3 к ДБО Правилами электронного взаимодействия (том 2 л.д. 1-17).

В силу пункта 4 Приложения 3 к ДБО документы в электронном виде могут подписываться Клиентом вне Подразделений Банка на Официальном сайте Банка и в Системе Сбербанк Онлайн – простой электронной подписью, формируемой одним из следующих способов:

- посредством нажатия Клиентом на кнопку «Подтвердить»;

- посредством нажатия Клиентом на кнопку «Подтвердить» и проведения успешной Аутентификации Клиента на основании ввода им корректного ключа простой электронной подписи на этапе подтверждения операции в порядке, определенном в пункте 4 настоящих Правил электронного взаимодействия.

В соответствии с пунктами 3.8, 3.9 Приложения 1 к ДБО электронные документы, в том числе договоры и заявления, направляемые сторонами друг другу и подписанные с использованием Аналога собственноручной подписи/простой электронной подписью, признаются Банком и Клиентом равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью, и могут служить доказательством в суде. Сделки, заключенные путём передачи в Банк распоряжений Клиента/акцептов предложений (оферт), подтверждённых с применением средств Идентификации и Аутентификации клиента, предусмотренных ДБО, удовлетворяют требованиям совершения сделок в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством, и влекут последствия, аналогичные последствиям совершения сделок, совершенных при физическом присутствии лица, совершающего сделку.

Согласие Клиента заключить предлагаемый договор/направление Клиентом Банку предложения заключить кредитный договор/направление Клиентом Банку Заявления на страхование для заключения Банком в отношении него договора страхования по программе страхования Банка, может быть оформлено в форме Электронного документа, подписанного Аналогом собственноручной подписи/простой электронной подписью. Порядок функционирования Системы Сбербанк Онлайн позволяет достоверно установить, что формируемые и передаваемые внутри Системы Сбербанк Онлайн Электронные документы исходят от сторон по Договору.

Банк фиксирует результат проверки Аналога собственноручной подписи/простой электронной подписи, введенного Клиентом при совершении действий через Сбербанк Онлайн, и по запросу Клиента формирует документ с указанием на результат проверки Аналога собственноручной подписи/простой электронной подписи на бумажном носителе.

Банк обеспечивает неизменность подписанного аналогом собственноручной подписи/простой электронной подписью клиента Электронного документа и возможность подтверждения факта подписания Клиентом конкретного документа. Документальным подтверждением факта оказания Клиенту услуги, совершения Клиентом операции/действия является протокол проведения операций/действия в автоматизированной системе Банка, подтверждающий корректную Идентификацию и Аутентификацию Клиента (в том числе, использование Клиентом Аналога собственноручной подписи) и оказание услуги, совершение операции/действия в такой системе.

По факту заключения договора в электронной форме Банк направляет Клиенту на все номера мобильных телефонов, зарегистрированных для доступа к SMS-банку, SMS-сообщение и/или PUSH-уведомление на Мобильное устройство Клиента с установленным Мобильным приложением Банка о заключении договора, которое является подтверждением заключения такого договора.

Подключение клиента к услуге Сбербанк Онлайн осуществляется при условии наличия у Клиента действующей карты и SMS-банка (пункт 3.5 Приложения 1 к ДБО).

Доступ Клиента к Сбербанк Онлайн осуществляется при условии его успешной Идентификации и Аутентификации с использованием средств доступа (пункт 3.6)

Идентификация Клиента осуществляется на основании карты и/или логина (Идентификатора пользователя) и/или номера мобильного телефона, зарегистрированного для доступа SMS-банку, и/или Биометрических персональных данных Клиента и/или Сбер ID.

Аутентификация клиента осуществляется на основании Постоянного пароля и/или Одноразовых паролей (пункт 3.6 Приложения 1 к ДБО).

Согласно п. 2.3 Условий ДБО аутентификация – удостоверение правомочности обращения клиента (доверенного лица Клиента) в Банк, в том числе при обращении по телефону, для совершения операции и/или получения информации по Счетам/вкладам и другим продуктам в Банке в порядке, предусмотренном ДБО.

Пунктом 2.26 Условий ДБО предусмотрено, что идентификация – установление личности Клиента (доверенного лица Клиента) при его обращении в Банк для совершения операций или получения информации по счетам клиента в порядке, предусмотренном ДБО.

Операции в «Сбербанк Онлайн» клиент подтверждает одноразовым паролем, который вводится при совершении операции в системе «Сбербанк Онлайн». Одноразовые пароли Клиент может получить в SMS-сообщении, отправленном на номер мобильного телефона, зарегистрированный для доступа к SMS-банку (при выборе данного способа получения Одноразового пароля в «Сбербанк Онлайн») (пункт 3.7 Приложения 1 к ДБО).

Из материалов дела следует, что заявка на получение кредита была подана в Банк 23 января 2025 года в 03:08:48 (МСК), а уже в 03:09:59 (МСК) путём успешного ввода смс-кода кредитная карта была активирована (том 2 л.д. 73).

Из материалов дела и объяснений истца ФИО4 следует, что намерение и воля на заключение спорного кредитного договора с ПАО Сбербанк у неё отсутствовали. В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что спорный кредитный договор заключен от имени ФИО4 в результате действий её сына ФИО5, что подтверждается представленными копиями материалов уголовного дела №, а именно: постановлением следователя <данные изъяты> о производстве выемки от 22 февраля 2025 года (том 1 л.д. 83), протоколом выемки от 22 февраля 2025 года скриншотов переписки в мессенджере <данные изъяты> с мошенниками (том 1 л.д. 84, 85), протоколом осмотра предметов (документов) от 21 февраля 2025 года, в рамках которого установлено, что скриншоты переписки содержат информацию о том, как сын потерпевшей ФИО5 ведёт переписку с мошенниками, в которой передаёт информацию о банковских счетах, накоплениях своих родственников (том 1 л.д. 86, 87-117), протоколом осмотра предметов (документов) от 18 февраля 2025 года (том 1 л.д. 118, 119-124), постановлением следователя о признании вещественными доказательствами и приобщении их к материалам уголовного дела от 18 февраля 2025 года (том 1 л.д. 125), протоколом выемки телефона <данные изъяты> (том 1 л.д. 131, 132), протоколом осмотра телефона от 14 марта 2025 года, в рамках которого было установлено наличие в приложении <данные изъяты> переписки с мошенниками (том 1 л.д. 133, 134-137).

Кроме того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции третье лицо ФИО5 подтвердил, что он, воспользовавшись телефоном матери, ДД.ММ.ГГГГ в раннее утреннее время заключил в приложении Сбербанк Онлайн спорный кредитный договор от имени ФИО2 под воздействием мошенников, кредитные денежные средства были перечислены им по указанию мошенников на банковский счёт матери в Сбербанке и впоследствии арестованы службой судебных приставов.

При изложенных обстоятельствах, поскольку в судебном заедании достоверно установлено, что спорный кредитный договор № от 23 января 2025 года был заключен от имени ФИО4 её сыном ФИО5, который совершил действия по изъятию телефона ФИО4 и получению её персональных данных для заключения кредитного договора, оснований полагать, что все действия по заключению спорного кредитного договора совершала сама ФИО4, вопреки позиции ответчика, не имеется.

Оценив представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что истец ФИО4 не совершала действия по заключению спорного кредитного договора с ПАО Сбербанк.

Изложенные обстоятельства оформления на имя ФИО4 спорного кредитного договора, с учётом её последующего обращения в банк и правоохранительные органы, свидетельствуют об отсутствии волеизъявления истца на оформление спорного кредитного договора с ПАО Сбербанк.

При этом, оценивая действия сторон на предмет их добросовестности, судебная коллегия также полагает необходимым указать следующее.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года № 2669-0 указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 года № ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

С учётом изложенного, Банк, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы ФИО4, должен был принять во внимание нетипичный для истца характер совершаемых операций – направление заявки на получение кредита и перевод денежных средств ранним утром (03:08:48 (МСК)), и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом банка ФИО4 и в соответствии с её волеизъявлением.

Поскольку кредитный договор ФИО4 не заключала, договор заключен от её имени вопреки её воле, судебная коллегия приходит к выводу о признании кредитного договора № от 23 января 2025 года недействительным.

Поскольку судебная коллегия пришла к выводу о признании спорного кредитного договора недействительным, то в силу ч.ч.3.1, 5.9 ст.5 Федерального закона от 30 декабря 2005 года №218-ФЗ «О кредитных историях», возлагающих на источники формирования кредитной истории – кредитные организации обязанность по предоставлению всей имеющейся информации в отношении заёмщиков в хотя бы одно бюро кредитных историй, включённое в государственный реестр бюро кредитных историй, а также соответствующую корректирующую информацию, в том числе, для удаления такой информации из кредитной истории, судебная коллегия полагает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о возложении на банк обязанности направить в вышеизложенном порядке сведения на удаление информации из кредитной истории ФИО4 о кредитных обязательствах по спорному кредитному договору № от 23 января 2025 года.

Вместе с этим, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для удовлетворения оставшейся части заявленных ФИО4 исковых требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Учитывая изложенное, заявленные истцом последствия недействительности сделки в виде освобождения от исполнения обязательств, вытекающих из кредитного договора, в том числе по выплате основного долга и процентов, законом не предусмотрены, в связи с чем, в данной части исковые требования ФИО4 удовлетворению не подлежат.

При этом, поскольку судебной коллегией установлено, что волеизъявление истца на заключение спорного кредитного договора отсутствовало, как отсутствовало её волеизъявление на распоряжение предоставленными по спорному кредитному договору денежными средствами, оснований для применения в настоящем деле последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу Банка предоставленных по кредитному договору денежных средств не имеется.

Вместе с тем, поскольку из материалов дела следует, что денежные средства по спорному кредитному договору были перечислены со счёта истца на счёт её дебетовой банковской карты, а впоследствии удержаны в счёт погашения задолженности ФИО4 по исполнительному производству, ПАО Сбербанк не лишён права на обращение в суд в общем порядке с соответствующим иском о взыскании неосновательного обогащения.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Копейского городского суда Челябинской области от 11 сентября 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Признать недействительным кредитный договор № от 23 января 2025 года между публичным акционерным обществом Сбербанк и ФИО4.

Возложить на публичное акционерное общество Сбербанк обязанность направить в бюро кредитных историй, включенное в государственный реестр бюро кредитных историй, сведения на удаление информации из кредитной истории ФИО4 (<данные изъяты>) о кредитных обязательствах по кредитному договору № от 23 января 2025 года между публичным акционерным обществом Сбербанк и ФИО4.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказать.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 февраля 2026 года.