Решение № 2-559/2017 от 30 августа 2017 г. по делу № 2-559/2017

дело №


Решение

Именем Российской Федерации

31 августа 2017 года г. ФИО7 Томской области

Стрежевской городской суд Томской области в составе

председательствующего судьи Родионовой Н.В.,

при секретаре Молчановой О.Н.,

с участием

помощника прокурора г.ФИО7 Томской области Гатауллина Р.Г.,

представителя истца ФИО1 - адвоката Валиевой Э.М., действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика Открытого акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика Общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» ФИО3, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика Общества с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение» ФИО4 действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, Открытому акционерному обществу «Томский научно-исследовательский и проектный институт нефти и газа», Акционерному обществу «Сибирская Сервисная компания», Обществу с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение», Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, судебных расходов,

установил:

ФИО1 в лице представителя адвоката Валиевой Э.М., обратился в суд с иском к Открытому акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании далее (ОАО Томскнефть ВНК), Открытому акционерному обществу «Томский научно-исследовательский и проектный институт нефти и газа» (далее ОАО «ТомскНИПИнефть»), Акционерному обществу «Сибирская Сервисная компания» (далее АО «ССК»), Обществу с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение» (далее ООО «СГК-Бурение»), Обществу с ограниченной ответственностью ООО «РН-Сервис» (далее ООО «РН-Сервис») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, судебных расходов, мотивируя требования следующим образом.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, истец работал замерщиком на топографо-геодезтческих и маркшейдерских работах отдела инженерно-строительных изысканий, рабочим отдела инженерно-строительных изысканий, бурильщиком ручного бурения, рабочим на геолого-поисковых работах, бурильщиком механического бурения, машинистом БКМ в структурных подразделениях ОАО «Томскнефть» ВНК.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ОАО «ТомскНИПИнефть» машинистом.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в АО «ССК» помощником бурильщика капитального ремонта скважин.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал бурильщиком капитального ремонта скважин в ООО «Сибирская геофизическая компания». В настоящее время ООО «СГК» переименовано в ООО «СГК-Бурение».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ООО «ПРС» бурильщиком капитального ремонта скважин, помощником бурильщика капитального ремонта скважин. В настоящее время ООО «ПРС» реорганизовано в ООО «РН-Сервис».

Общий стаж работы истца во вредных условиях составляет год месяцев, что подтверждается записями в трудовой книжке, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ, актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено % утраты профессиональной трудоспособности.

В результате полученного профессионального заболевания у истца болят плечи, руки, ноги, колени, суставы, отчего он испытывает трудности в передвижении.

Истец просит суд взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда с ОАО Томскнефть» ВНК в сумме руб. с учетом право на компенсацию морального вреда с ДД.ММ.ГГГГ, ОАО «ТомскНИПИнефть» ВНК в сумме руб., АО «ССК» в сумме руб., ООО «СГК-Бурение руб., ООО «РН-Сервис» руб., судебные расходы по оплате услуг за оформление доверенности на представителя адвоката Валиеву Э.М., в сумме руб., по руб. с каждого ответчика.

Истец ФИО1 надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, представил заявления о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя Валиевой Э.М.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – Валиева Э.М. требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске. Не возражала против доводов представителя ответчика ОАО «Томскнефть» ВНК об исключении из периода работы истца во вредных условиях у данного работодателя, период нахождения истца на учебе, работы в должности сторожа. Доводы ответчиков в возражениях на иск не состоятельны, поскольку сводятся к несогласию с СГХ, которая, ответчиками не обжаловалась. Профессиональное заболевание установлено истцу на основании акта о профзаболевании, СГХ. Ответчиками не представлены доказательства, отсутствия вредных условий при работе истца у каждого из ответчиков. Вина истца отсутствует. При определении размера компенсации морального вреда, принимается во внимание период работы истца с ДД.ММ.ГГГГ, поскольку реализация права истца на компенсацию морального вреда возможна только с ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании представитель ответчика ОАО «Томскнефть» ВНК ФИО2 исковые требования не признала в полном объеме, по основаниям, изложенным в отзыве на иск. Не согласилась с периодом работы указанным истцом в иске в части, поскольку истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в должности бурильщика ручного бурения разряда (период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не учитывается, поскольку в СГХ отсутствуют измерения, подтверждающие вредные условия труда в профессии рабочего разряда на геолого-поисковых работах. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласно приказу ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № проходил обучение в , не находился на рабочем месте, не осуществлял рабочие функции). С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с должности бурильщика механического бурения разряда (согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГ №) ФИО1 переведён сторожем для охраны базы, имущества и техники на ). С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности бурильщика механического бурения на геолого-поисковых работах (уволен, по собственному желанию по приказу от ДД.ММ.ГГГГ №). Научно-производственный и проектный институт нефтяной промышленности «ТомскНИПИнефть» был в подчинении «Томскнефть» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (записи № трудовой книжки) и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (записи № в трудовой книжке) документы о работе ФИО1 в архиве Общества отсутствуют.

Согласно свидетельству о внесении записи в ЕГРЮ о юридическом лице зарегистрированном до ДД.ММ.ГГГГ серия № ОАО «ТомскНИПИнефть» зарегистрировано в качестве юридического лица ДД.ММ.ГГГГ. Реализация права истца на компенсацию морального вреда возможно только с ДД.ММ.ГГГГ. При определении размера компенсации морального вреда, могут быть приняты периоды истца в Обществе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (), ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (), ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (), ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (), ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (дата регистрации в качестве юридического лица ОАО «ТомскНИПнефть» ДД.ММ.ГГГГ) (), а всего года месяца дней. Из представленных истцом документов установить непосредственного причинителя вреда, его вину не представляется возможным. Профессиональное заболевание впервые установлено ФИО1, в период работы в ООО «РН-Сервис». Работая в Обществе, истец признавался годным к работе, жалобы на недомогания не поступали. Профессиональное заболевание диагностировано после прекращения трудовых отношений с Обществом ДД.ММ.ГГГГ и по истечении продолжительного времени после увольнения из Общества. Документов подтверждающих диагностирование профессионального заболевания в период работы истца в Обществе, причинение вреда его здоровью вследствие наступления профессионального заболевания у данного работодателя, истцом не представлено, в связи, с чем отсутствует причинно-следственная связь между работой истца в Обществе и возникновением у него профессионального заболевания. В п. акта № от ДД.ММ.ГГГГ изложены обстоятельства и условия возникновения у истца профессионального заболевания, однако не указано, что все условия обстоятельства имели место при работе истца у определённых ответчиков, не указано в каких организациях имелись выявленные обстоятельства и условия. Согласно п. акта лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов не указаны. В п. мероприятия в целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний не предложены. Общество не было признано непосредственным причинителем вреда, не была установлена вина Общества в возникновении у истца профессионального заболевания. Акт № от ДД.ММ.ГГГГ в части содержащихся в нём сведений об условиях труда истца в Обществе не подтверждает получение истцом при работе в Обществе профессионального заболевания. Согласно СГХ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подвергался воздействию вредных производственных факторов, работая в Обществе в должностях: замерщика на топографо-геодезических и маркшейдерских работах, рабочего топогеофизических работ, бурильщика ручного бурения, бурильщика механического бурения на геолого-поисковых работах, машиниста БКМ. При описании трудового процесса работ по указанным профессиям в СГХ № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что истец подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума, поскольку при работе в данных должностях использовались ручные инструменты («бензопила ), транспорт (). Общество не согласно с СГХ, поскольку при обосновании наличия вредных условий труда на определенном рабочем месте нельзя руководствоваться исключительно беря в расчет усредненные данные. Исследования условий труда на определенном рабочем месте необходимо проводить с применением специальных технических средств в соответствии с действующим законодательством. ФИО1 в Обществе не работал в должности рабочего топографических работ, а рабочим разряда на геолого-поисковых работах, все измерения которые приведены в СГХ проводились в на указанной технике в ДД.ММ.ГГГГ, когда истец уже не работал в Обществе. К СГХ не приложены документы измерения, на которые делается ссылка в СГХ. Заключение СГХ о том, что общая оценка труда на рабочих местах истца, в том числе, на рабочих местах в организациях, правопреемником которых является Общество, не отвечали гигиеническим требованиям по уровню шума и вибрации, по показателям тяжести труда, не свидетельствуют о профессиональном характере заболевания истца, поскольку воздействие на работника вредного производственного фактора не влечет в обязательном порядке возникновение профессионального заболевания. При поступлении на работу в Общество истец был предупреждён о наличии вредных условий труда, был с ними согласен, получал при этом установленные законодательством компенсации: сокращенную продолжительность рабочего времени, дополнительные отпуска, повышенный размер оплаты труда, обеспечивался специальной одеждой и обувью. У Общества отсутствовал умысел причинения вреда здоровью истца. При определении размера компенсации морального вреда необходимо учесть, что истец частично утратил профессиональную трудоспособность %, что не лишает его возможности осуществлять трудовую деятельность. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышен. СГХ Обществом не обжаловалась.

В судебное заседание представитель ответчика ОАО «ТомскНИПИнефть» ФИО5 действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие. В письменном отзыве на иск не оспаривал период работы истца в Обществе, указал, что установить непосредственного причинителя вреда не представляется возможным. Профессиональное заболевание впервые установлено ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. Истец, работая в Обществе, признавался годным к работе, жалобы на недомогания не поступали. Поскольку, профессиональное заболевание у истца диагностировано после прекращения трудовых отношений с Обществом ДД.ММ.ГГГГ и по истечении продолжительного периода времени после увольнения из Общества, документов подтверждающих диагностирование профессионального заболевания в период работы истца в Обществе, причинение вреда его здоровью вследствие наступления профессионального заболевания у данного работодателя, истцом не представлено, в связи с чем, отсутствует причинно-следственная связь между работой истца в Обществе и возникновением у него профессионального заболевания. В акте № от ДД.ММ.ГГГГ в п. не указано, что все обстоятельства имели место при работе истца у определенных ответчиков, не указано в каких организациях имелись выявленные обстоятельства и условия. В п. акта не указаны лица допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов. В п. акта мероприятия в целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний не предложены. В соответствии с актом Общество не признано непосредственным причинителем вреда, вина Общества в возникновении у истца профессионального заболевания не установлена. Согласно СГХ, ФИО1 подвергался воздействию вредных производственных факторов, работая в Обществе машинистом разряда. К СГХ не приложены документы измерения, на которые делается ссылка в СГХ. Заключение СГХ о том, что общая оценка труда на рабочих местах истца, на рабочих местах истца, не отвечали гигиеническим требованиям по уровню шума и вибрации, по показателям тяжести труда не свидетельствуют о профессиональном характере заболевания истца, поскольку воздействие на работника вредного производственного фактора не влечет в обязательном порядке возникновение профессионального заболевания. Одного только указания предприятия в профессиональном маршруте истца в СГХ недостаточно для возложения на Общество ответственности за причинение вреда в результате профессионального заболевания. Принуждение к работе в должностях, которые указаны в исковом заявлении, трудовой книжке, приказах и иных документах со стороны Общества отсутствовало. При поступлении на работу в Общество истец был предупреждён о наличии вредных условий труда, был с ними согласен, получал при этом установленные законодательством компенсации: сокращенную продолжительность рабочего времени, дополнительные отпуска, повышенный размер оплаты труда, обеспечивался специальной одеждой и обувью. У Общества отсутствовал умысел причинения вреда здоровью истца. При определении размера компенсации морального вреда необходимо учесть, что истец частично утратил профессиональную трудоспособность %, что не лишает его возможности осуществлять трудовую деятельность. Утрата профессиональной трудоспособности установлена истцу временно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышен. СГХ Обществом не обжаловалась.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «СГК-Бурение» ФИО4 исковые требования не признала в полном объеме, по основаниям, изложенным в отзыве на иск, дополнительно пояснила, что истцом неверно указана должность в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поскольку согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ, записям в трудовой книжке истец был принят помощником бурильщика капитального ремонта скважин, с ДД.ММ.ГГГГ переведен бурильщиком капитального ремонта скважин. Акт № от ДД.ММ.ГГГГ составлен по последнему месту работы истца в ООО «РН-Сервис» и устанавливает причинно-следственную связь заболевания истца с условиями его труда в данной организации на конкретном рабочем месте при работе бурильщиком капитального ремонта скважин. В п. акта указано об отсутствии лиц, допустивших нарушение государственно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов. В п. акта не указано, у какого именно работодателя истец подвергался перечисленным вредным факторам. Доказательства воздействия на истца вредных производственных факторов шума, вибрации, превышающих предельно-допустимые показатели в период его работы в Обществе отсутствуют. В СГХ также отсутствуют ссылки на документы, подтверждающие наличие неблагоприятных производственных факторов на рабочем месте истца в ООО «СГК-Бурение». Во время работы истца в Обществе не были выявлены противопоказания к работе с вредными условиями труда или признаки профессионального заболевания. Истец трудоустроился в Общество в ДД.ММ.ГГГГ с общим стажем работы года и после увольнения в ДД.ММ.ГГГГ проработал в течение лет. Общество не может являться причинителем вреда здоровью истца. Доказательств в обоснование физических и нравственных страданий истцом не представлено. Не оспаривала вредные условия на технике, которой работал истец.

Представитель ответчика АО «ССК» ФИО6 действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ в судебное заседание не явился. В письменном отзыве на иск не оспаривал период работы истца в Обществе, указал, что при оценке страданий суд должен учитывать индивидуальные особенности потерпевшего. Истец не доказал факт наличия страданий, в чем конкретно выражены страдания в исковом заявлении не указано. Нравственные страдания выражаются в претерпевании стыда, унижения, возникновения неприятных переживаний, затрагивающих эмоциональное состояние лица, наносящее вред его психическому благополучию, данные обстоятельства не имели места в рассматриваемом случае. Физические страдания выражаются в возникновении вреда, вызванного воздействием на здоровье потерпевшего. Примером физических страданий может послужить причинение боли, ухудшение состояния здоровья. Однако в данном случае вред здоровью причинен в процессе осуществления добровольной трудовой деятельности, без понуждения со стороны ответчика. Общество обеспечило рабочее место, и условия труда истца с соблюдением всех необходимых правил и требований. Установленных действующим законодательством в области охраны труда и промышленной безопасности, за нарушение данных норм Общество не привлекалось. Вина работодателя в повреждении здоровья работника заключается в не обеспечении им здоровых и безопасных условий труда. Истец не представил доказательства нарушения Обществом правил охраны труда. Просит суд отказать в удовлетворении требований истца.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «РН-Сервис» ФИО3 исковые требования не признал в полном объеме, по основаниям, изложенным в отзыве на иск, дополнительно пояснил, что истец работал в Обществе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В течение указанного периода истец находился на больничном листе календарных дней. Истец проходил реабилитационное - восстановительное лечение в санатории с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Для профессионального заболевания характерен длительный процесс воздействия вредных производственных факторов, который может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии. В п. акта указано, что средний стаж формирования болезни лет и более. При поступлении на работу истец был предупрежден о наличии вредных условий труда в его профессии и был с ними согласен, получал установленные законодательством компенсации: сокращенная продолжительность рабочего времени, дополнительные отпуска, повышенный размер оплаты труда, обеспечивался специальной одеждой и обувью. Общество прилагало усилия для уменьшения неблагоприятных факторов влияющих на состояние здоровья работников. В Обществе, в целях предупредительных мер по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний, разрабатываются и применяются мероприятия: аттестация рабочих мест, обучение по охране труда работников, приобретение средств индивидуальной защиты работникам, занятым на работах с вредными (или) опасными условиями труда, санаторно-курортное лечение, реабилитационное - восстановительное лечение, расходы на лечебно-профилактическое питание работников, предоставление дополнительных дней к отпуску за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, обязательные периодические осмотры (обследования). Умысел на причинение вреда здоровью истца у работодателя отсутствовал. Профессиональное заболевание возникло у истца в связи с длительной работой во вредных условиях. СГХ Обществом не обжаловалась и при её подписании претензий у работодателя не имелось. Просит суд в удовлетворении требований отказать.

В соответствии с ч. 4,5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие истца, представителей ответчиков.

В судебном заседании в заключении по делу помощник прокурора г. Стрежевого Томской области Гатауллин Р.Г. находит требования истца о компенсации морального вреда, подлежащими частичному удовлетворению с ОАО «Томскнефть» ВНК в размере рублей, ОАО «ТомскНИПИнефть» в размере руб., ООО «СГК-Бурение» в размере рублей, АО «ССК» в размере руб., ООО «РН-Сервис» в размере руб., с учетом отработанного истцом периода времени во вредных условиях у каждого из ответчиков и установлении % утраты трудоспособности, судебные расходы по оплате услуг за составление доверенности в сумме рублей, подлежат удовлетворению в полном объеме, то есть в сумме руб. с каждого ответчика. Периоды работы истца в должности сторожа и нахождении на учебе считает, подлежат исключению из стажа работы истца в ОАО «Томскнефть» ВНК во вредных условиях.

Заслушав участников судебного заседания, заключение помощника прокурора г. ФИО7 Томской области Гатауллина Р.Г., изучив материалы дела и представленные доказательства, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (ст.7, часть 2), каждому гарантируется обеспечение в представленных законом случаях (ст.39, ч.1).

Согласно ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность обеспечения безопасных условий и охраны труда работника возлагается на работодателя.

Согласно статьи 3, 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №125-ФЗ « Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. Указанная норма направлена на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В судебном заседании установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, истец работал замерщиком на топографо-геодезтческих и маркшейдерских работах отдела инженерно-строительных изысканий, рабочим отдела инженерно-строительных изысканий, бурильщиком ручного бурения, рабочим на геолого-поисковых работах, бурильщиком механического бурения, машинистом БКМ, в подразделениях ОАО «Томскнефть» ВНК.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ОАО «ТомскНИПИнефть» машинистом.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ЗАО «ССК» помощником бурильщика капитального ремонта скважин.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал бурильщиком капитального ремонта скважин в ООО «Сибирская геофизическая компания». В настоящее время ООО «СГК» переименовано в ООО «СГК-Бурение».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ООО «ПРС» бурильщиком капитального ремонта скважин, помощником бурильщика капитального ремонта скважин. В настоящее время ООО «ПРС» реорганизовано в ООО «РН-Сервис».

Указанные обстоятельства подтверждаются записями в трудовой книжке № от ДД.ММ.ГГГГ истца, представленными приказами ответчиков на истца (т. л.д. ) и не оспаривалось ответчиками в судебном заседании.

Истец выдвинул требование к каждому из ответчиков, являвшихся в разные периоды времени его работодателями, о компенсации морального вреда, причиненного в результате возникновения у него профессионального заболевания.

Согласно заключению врачебной комиссии отделения № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 установлен диагноз: (л.д. ).

Справкой № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждено установление истцу % степени утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. ).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденной руководителем П.В.Г., трудовой стаж работы истца, связанный с воздействием повышенных уровней шума составляет год месяцев, в профессиях рабочего топогеофизических работ, замерщика на топографо-геодизических и маркшейдерских работах, бурильщика ручного бурения, бурильщика механического бурения, машиниста БКМ, помощника бурильщика капитального ремонта скважин, бурильщика капитального ремонта скважин.

Из пункта СГХ следует, что работа ФИО1 в течение года месяцев, была связана с повышенными уровнями вибрации, превышающими ПДУ на дБ, шума, превышающими ПДУ на дБА, в том числе: во время работы рабочим топографических работ, замерщиком по топографо-геофизических и маркшейдерских работах, с использованием ручной бензопилы (ДД.ММ.ГГГГ -ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ) уровень локальной вибрации превышал ПДУ на дБ, уровень шума превышал ПДУ на дБ А. Во время работы бурильщиком ручного бурения (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ) подвергался воздействию локальной вибрации на кисти рук, шума, неблагоприятных метеофакторов - вибрация по уровню вибрации и шума отсутствует. Во время работы в указанных профессиях работа проводилась в труднодоступных участках нефтепромыслов, куда доставлялся на , уровень вибрации на данном виде техники превышал ПДУ на дБ, уровень шума превышал ПДУ на дБА. Время в пути составляло от до % рабочего времени. Во время работы бурильщиком механического бурения на бурильном устройстве на базе автомобиля (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ) подвергался воздействию вибрации и шума. При передвижении в условиях бездорожья к месту работы и обратно уровень вибрации превышал ПДУ на дБ, уровень шума превышал ПДУ на дБА. Во время работы машинистом (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ) уровень вибрации превышал ПДУ на дБ, уровень шума превышал ПДУ дБА, во время работы помощником бурильщика капитального ремонта скважин (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ) уровень вибрации превышал ПДУ на дБ, уровень шума превышал ПДУ на дБА, во время работы бурильщиком капитального ремонта скважин (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ) уровень общей вибрации превышал ПДУ дБ, уровень локальной вибрации превышал ПДУ на дБ, уровень шума превышал ПДУ на дБА. Длительное воздействие повышенных уровней вибрации и шума в сочетании с повышенными показателями тяжести и напряженности труда, неблагоприятными метеофакторами, обладающими сочетанным воздействием, может привести к появлению и развитию профессиональных заболеваний опорно-двигательной, периферической нервной и сосудистой систем (т. л.д. ).

Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным начальником Л.С.И.., по послед нему месту работы истца в ООО «РН-Сервис», ФИО1 установлено профессиональное заболевание: (т. л.д. ).

Полномочия утверждения акта № от ДД.ММ.ГГГГ начальником Л.С.И. проверены судом (т. л.д. ).

Суд считает установленным, что в результате работы истца в ОАО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Сервис», ООО «СГК-Бурение», ОАО «ТомскНИПИнефть», АО «ССК» ФИО1 получил профессиональное заболевание.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению причинителем вреда.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его

вины должен представить сам ответчик.

Согласно ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Таким образом, отсутствие вины в причинении вреда здоровью должно доказываться ответчиком.

В соответствии с ч.ч.1,3 ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Профессиональное заболевание у ФИО1 впервые выявлено в период его работы в ООО «РН-Сервис», однако причинно-следственная связь между возникновением у истца профессионального заболевания и исполнением им трудовых обязанностей в ОАО «Томскнефть» ВНК, ООО «СГК-Бурение», ОАО «ТомскНИПИнефть», АО «ССК» установлена актом о случае профессионального заболевания.

Согласно п. 30,32 Постановления Правительства РФ от 15 декабря 2000 № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является акт о случае профессионального заболевания.

Из положений ст.ст.219, 209 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника. Вредный производственный фактор – фактор, воздействие которого на работника может привести к его заболеванию.

Доказательств отсутствия вины, в возникновении у истца профессионального заболевания и причинения ему морального вреда, ответчики не представили.

Рассматривая требования истца к ОАО «Томскнефть» ВНК, ООО «СГК-Бурение», ОАО «ТомскНИПИнефть», АО «ССК», ООО «РН-Сервис» суд считает установленной вину данных ответчиков в возникновении у истца профессионального заболевания и причинения вреда его здоровью, в силу чего ФИО1, имеет право на компенсацию морального вреда, данными ответчиками.

Из положения ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда в размере его возмещения определяется судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В судебном заседании установлено, подтверждено пояснениями представителя истца и материалами дела, что в связи с профессиональным заболеванием истец испытывает физическую боль и нравственные страдания, компенсацию за которые (моральный вред) просит взыскать с ответчиков.

Из ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу положений п.2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20.12.1994 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно п.32 постановления Пленума Верховного Суда от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда, при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд в силу ст. 21 (абз.14 ч.1) и ст.237 ТК РФ, вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействиями работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца ФИО1, суд принимает во внимание все обстоятельства дела, а также то, что истцу причинен вред здоровью при исполнении трудовых обязанностей.

С учетом вышеизложенного, при определении размера компенсации морального вреда, суд обязан учитывать, степень вины причинителя вреда.

Суд, учитывает отсутствие умысла работодателей на причинение вреда здоровью ФИО1, принятие ответчиками мер по охране труда и технике безопасности. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает положения ст.214 Трудового кодекса Российской Федерации о том, что на работнике лежит обязанность немедленно известить своего непосредственного или вышестоящего руководителя о проявлении признаков профессионального заболевания, об ухудшении своего здоровья, суд приходит к следующему: истец медосмотры проходил ежегодно, жалоб не предъявлял. При этом данное обстоятельство само по себе не может рассматриваться в качестве основания для освобождения ответчиков от возмещения компенсации морального вреда.

Размер заявленной компенсации морального вреда к ОАО «Томскнефть» ВНК, ОАО «ТомскНИПИнефть», АО «ССК», ООО «СГК-Бурение», ООО «РН-Сервис» суд находит завышенным, не соответствующим именно тем нравственным и физическим страданиям, которые ФИО1 вынужден претерпевать, в связи с полученным профессиональным заболеванием и установлением % утраты профессиональной трудоспособности.

Исходя из изложенного и с учетом возникновения права на компенсацию морального вреда с ДД.ММ.ГГГГ, суд находит разумным размером компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1 с ОАО «Томскнефть» ВНК в сумме руб. рублей, ОАО «ТомскНИПИнефть» в сумме руб., АО «ССК» в сумме руб., ООО «СГК-Бурение» в сумме руб., ООО «РН-Сервис» в сумме руб., с учетом периодов работы у каждого из ответчиков.

В порядке ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной ответчиков, не представлены доказательства, отсутствия вредных факторов – вибрации, шума, на рабочих места истца, в период работы в ОАО «Томскнефть» ВНК, ОАО «ТомскНИПИнефть», АО «ССК», ООО «СГК-Бурение», ООО «РН-Сервис», кроме того, представителями ответчиков не оспаривалось в судебном заседании, работу истца у каждого работодателя, на технике с вредными условиями труда.

По мнению суда, доводы ответчиков об отказе в иске истцу несостоятельны, указывают на несогласие с СГХ, однако СГХ ответчиками не обжаловалась.

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчиков судебных расходов по оформлению доверенности на представителя в сумме рублей, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истец ФИО1 оплатил за оформление нотариальной доверенности на ведение дела представителем Валиевой Э.М. в суде в размере рублей, что подтверждается доверенностью № от ДД.ММ.ГГГГ (т. л.д.) и квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ (т., л.д.).

В связи с удовлетворением требований истца о компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что судебные расходы по оплате услуг нотариуса за оформление доверенности представителю подлежит взысканию с ответчиков в полном объеме в размере рублей, то есть по руб. коп. с каждого из ответчиков.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой при обращении в суд был освобожден истец, взыскивается судом с ответчика ОАО «Томскнефть» ВНК, ОАО «ТомскНИПИнефть», АО «ССК», ООО «СГК-Бурение», ООО «РН-Сервис» в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО7 в размере руб., то есть по руб. с каждого из ответчиков.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, Открытому акционерному обществу «Томский научно-исследовательский и проектный институт нефти и газа», Акционерному обществу «Сибирская Сервисная компания», Обществу с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение», Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в размере рублей коп., судебные расходы за оформление нотариальной доверенности в размере руб. коп.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Томский научно-исследовательский и проектный институт нефти и газа» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в размере рублей коп., судебные расходы за оформление нотариальной доверенности в размере руб. коп.

Взыскать с Акционерного общества «Сибирская Сервисная компания» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в размере рублей коп., судебные расходы за оформление нотариальной доверенности в размере руб. коп.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в размере рублей коп., судебные расходы за оформление нотариальной доверенности в размере руб. коп.

Взыскать Общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в размере рублей коп., судебные расходы за оформление нотариальной доверенности в размере руб. коп.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, с Открытого акционерного общества «Томский научно-исследовательский и проектный институт нефти и газа», с Акционерного общества «Сибирская Сервисная компания», с Общества с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение», Общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО7 государственную пошлину в размере рублей, то есть по руб. коп. с каждого из ответчиков.

Решение может быть обжаловано, опротестовано в апелляционном порядке в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Стрежевской городской суд.

Председательствующий судья Родионова Н.В.