Решение № 2-256/2026 2-256/2026(2-3614/2025;)~М-2837/2025 2-3614/2025 М-2837/2025 от 3 мая 2026 г. по делу № 2-256/2026

Дело № 2-256/2026

УИД 50RS0049-01-2025-007266-12


Р Е Ш Е Н И Е

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

21 апреля 2026 года г. ФИО6

Чеховский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Шаниной Л.Ю.,

при секретаре Пиманкиной Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного пожаром,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковыми требованиями к ответчику ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного пожаром от ДД.ММ.ГГГГ, в размере 704 000 руб., расходов по оплате госпошлины в размере 19 080 руб., расходов на составление заключения специалиста в размере 20 000 руб.

В обоснование заявленных требований в иске указано, что истец является собственником нежилого здания - бани по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ приблизительно в 01 час 30 минут произошел пожар в бане на соседнем участке № собственника ФИО2 Сосед хранил на своем участке между своей баней и баней истца бочки объемом 200 литров, в количестве 5-6 штук, в которых была солярка, а также несколько пластмассовых канистр, в которых находилось отработанное масло. Бочки и канистры тоже горели, что способствовало распространению огня. Пожар распространился на баню на соседнем участке № принадлежащей на праве собственности истцу. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило воспламенение горючих материалов бани на участке № от нагретой поверхности печного оборудования. Согласно заключению специалиста рыночно обоснованная величина убытков, связанных с повреждением имущества (затрат на восстановление в связи с повреждением, утратой имущества) в связи с пожаром, в размере восстановительной стоимости нежилого помещения(бани), расположенного по адресу: <адрес> по состоянию на дату осмотра (ДД.ММ.ГГГГ) составляет 648 000 руб. с учетом износа материалов, без учета износа материалов – 704 000 руб. Полагает, что сумма восстановительного ремонта может быть взыскана с ответчика без учета износа материалов.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, указанным в иске.

Представитель истца по устному ходатайству ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, указанным в иске, и пояснила, что с заключением судебной экспертизы согласны; на момент строительства бани кадастровые границы земельного участка ответчика не были установлены, спора по границам между истцом и ответчиком до пожара не было.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал в части размера заявленного ущерба, предоставил возражения на исковое заявление (л.д. 98-99, 201-203), в которых указал, что согласно выводам судебной экспертизы, строительство бани, принадлежащей истцу, было осуществлено с грубейшими нарушениями действующих норм и правил, а именно: нарушение отступа от границы участка: фактическая баня истца расположена на расстоянии 0.0-0,26 метра от юридической границы земельного участка ответчика. В то время как установлено требование о минимальном расстоянии от хозяйственных построек до границы соседнего участка не менее 1 метра; нарушение противопожарных разрывов: расстояние между баней истца и баней ответчика (местом возникновения пожара) на момент возгорания составляло около 4,5 метров. В соответствии с требованиями строительных правил и с учетом материалов постройки противопожарное расстояние между указанными строениями должно составлять не менее 15 метров. Действия истца по размещению бани на нулевом расстоянии от границы участка, являются грубой неосторожностью. Истец, возводя строение, должен был осознавать, что при любом возгорании на соседнем участке его имущество окажется в зоне безусловного поражения. Своими действиями истец создал условия, при которых вред был причинен в полном объеме, тогда как при соблюдении норм (отступ 1 м + противопожарный разрыв 15 м) возгорание бани истца было бы исключено или степень повреждений была бы минимальной. Ответчик не оспаривает факт наличия очага возгорания на его территории, однако настаивает на том, что итоговая сумма ущерба, подлежащая взысканию, должна быть определена судом с учетом степени вины истца.

3-е лицо – представитель СНТ «Плужково» в судебное заседание не явился, извещен, об отложении дела не просил.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель СНТ «Плужково» ФИО5 не возражала против удовлетворения исковых требований и пояснила, что ей известно о том, что ответчик хранил горючие вещества на своем участке, неоднократно предупреждала ответчика, чтобы он прекратил это делать. В момент пожара 2 бочки объемом по 200 л взорвались. Забор между земельными участками сторон был установлен истцом до приобретения права собственности ответчиком на земельный участок. Межевание земельного участка ответчик не производил.

При таких обстоятельствах, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие 3-его лица – представителя СНТ «Плужково».

Опрошенный в качестве свидетеля ФИО8 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что является собственником земельного участка № в СНТ «Плужково». Указал, что видел, как сначала загорелась баня ФИО2, он разбудил Л-ных и вызвал пожарных. Пожар распространялся быстро, слышал взрывы и видел вспышки. За баней ФИО2 находились бочки и канистры, что в них хранилось - не знает. Во время пожара бочки вспыхнули.

Опрошенный в качестве свидетеля ФИО9 в судебном заседании пояснил, что приходится супругом истца. Строительство бани началось в ДД.ММ.ГГГГ. Забор между земельными участками сторон был им установлен по согласованию с соседом. Кадастрового инженера не вызывали. Границы земельного участка стали устанавливать в ДД.ММ.ГГГГ, на тот момент границы земельного участка ответчика не были установлены. Межевание земельного участка истца производили ДД.ММ.ГГГГ. Баня была построена в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ

Заслушав пояснения сторон, свидетелей ФИО8, ФИО9, исследовав материалы дела, проверив их, суд считает исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 2 этой же статьи установлено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Для удовлетворения требования о взыскании ущерба на основании статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать противоправность действий причинителя вреда, размер ущерба и причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникшим вредом. При этом наличие вины презюмируется. По смыслу закона, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за причинение ущерба, лежит на ответчике. Задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" под пожарной безопасностью понимается состояние защищенности личности, имущества от пожаров.

В силу ст. 34 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством; граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

По смыслу приведенных норм права, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества, в том числе и вследствие несоблюдения мер пожарной безопасности.

Судом установлено, что истец ФИО1 является собственником земельного участка площадью 700 кв. м КН №, расположенного по адресу: <адрес> на основании договора дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 73-75, 87).

Границы указанного земельного участка в соответствии с земельным законодательством не установлены.

Вместе с тем, истец является собственником бани КН № площадью 40,6 кв. м и жилого дома КН № площадью 68,9 кв. м, расположенных на указанном земельном участке, что подтверждается выписками из ЕГРН (л.д. 116-123). Право собственности истца на баню и жилой дома зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ.

Установлено, что ответчик ФИО2 является собственником смежного земельного участка с КН №, площадью 700 кв. м, расположенного по адресу: <адрес> на основании договора купли-продажи земельного участка и дома от ДД.ММ.ГГГГ. Право собственности ответчика на указанный земельный участок зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 129-131).

Границы указанного земельного участка установлены в соответствии с земельным законодательством.

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного старшим дознавателем ОНД и ПР по городскому округу ФИО6 УНД и ПР ГУ МЧС России по Московской области, ДД.ММ.ГГГГ в 01.39 на пульт дежурного радиотелефониста ПСЧ-79 поступило сообщение о пожаре в бане, расположенной по адресу: <адрес>. По прибытию на место вызова первого подразделения пожарной охраны в 02 час. 08 мин. было установлено, что на уч. № горит баня открытым пламенем по всей площади и происходит распространение горения по бане на соседнем участке. При осмотре бани на уч. № установлено, что снаружи баня с пристройкой обгорела с южной части, мансардный этаж обгорел изнутри по всей площади, конструкции стен и крыши частично разобраны в южной части, помещения на первом этаже строения частично в копоти и залиты водой. Западнее бани на уч. № расположена теплица, которая частично подверглась термическому воздействию при пожаре в юго-восточной части.

Из заключения специалиста ОНД и ПР по городскому округу ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ по исследованию причины возникновения пожара следует, что наиболее вероятно очаг пожара находился в месте прохода дымовой трубы от печи через конструкции бани на уч. №; наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило воспламенение горючих материалов бани на уч. № от нагретой поверхности печного оборудования.

Данное постановление сторонами в предусмотренном законом порядке не обжаловано, каких-либо доказательств, опровергавших выводы, в распоряжении суда не имеется.

В судебном заседании стороной ответчика не оспаривались факт произошедшего пожара, причина его возникновения.

Оспаривая наличие своей вины в причинении истцу материального ущерба в заявленном размере, сторона ответчика ссылается, на несоблюдение истцом при строительстве своей бани градостроительных и противопожарных правил.

С целью подтверждения либо опровержения данных доводов судом по ходатайству стороны ответчика на основании определения Чеховского городского суда Московской области от ДД.ММ.ГГГГ была назначена и проведена судебная пожаро-техническая и землеустроительная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ООО «Геоэксп».

Согласно заключению эксперта №, выполненной ООО «Геоэксп» (л.д. 155-179), фактическое местоположение забора между земельными участками КН № и КН № в СНТ «Плужково» не соответствует юридической границе земельного участка № в <адрес> с КН №, то есть не соответствует кадастровым данным. По сведениям ЕГРН границы земельного участка КН № не установлены, соответственно сравнить с ними фактическое местоположение ограждения не представляется возможным. Также в связи с отсутствием ограждения по границе с участком КН :№ (с юго-западной стороны участка), невозможно определить фактическую площадь участка ФИО1

В связи с отсутствием утвержденной методики определения давности строительных работ, конструкций и материалов, невозможно определить давность возведения ограждения между участками К№ и :№ Документы, которые содержали бы данные о времени возведения ограждения, в материалах гражданского дела не представлены.

Отвечая на второй вопрос экспертизы, экспертом установлено, что нежилое здание бани, принадлежащей ФИО1, расположено на расстоянии 1,67-2,02 м от существующего ограждения между участками сторон по делу, однако, поскольку фактическое местоположение ограждения с юридической границей земельного участка ФИО2 не совпадает, то относительно юридической границы его земельного участка КН :№ по точкам 1-2 баня ФИО1 с кадастровым номером :№ расположена на расстоянии 0,0-0,26 м, что не соответствует расстоянию, предусмотренному действующими нормативными актами.

На момент обследования в рамках настоящей судебной экспертизы на участке ФИО2 КН :№ баня отсутствовала. ФИО2 в ходе экспертного обследования указал ориентировочное местоположение сгоревшей бани на его участке. Из материалов гражданского дела следует, что расстояние между банями на момент их возгорания составляло около 4,5 м (л.д. 84), что не соответствовало противопожарным расстояниям, поскольку для деревянных строений расстояние должно составлять не менее 15 м.

Исходя из анализа противопожарных норм эксперт полагает, что расстояние между строительными объектами влияет на время и вероятность возгорания одного объекта от возгорания другого. Соответственно, увеличенное расстояние между банями по сравнению с фактическим могло бы повлиять на изменение времени возгорания бани ФИО1 в сторону увеличения, поскольку температурное воздействие от горевшей бани ФИО2 на строение ФИО1 в таком случае было бы менее интенсивным. Исследование вопроса о том, имело ли бы место возгорание бани ФИО1 при увеличенном расстоянии от юридической границы участка КН :№ и, соответственно, от бани ФИО2, выходит за пределы технических возможностей экспертов, однако можно полагать, что даже при возведении бани ФИО1 на расстоянии в 1 м от юридической границы участка КН :№, расстояние между объектами составляло бы около 5,5 м и также не соответствовало бы нормативному противопожарному расстоянию, следовательно полностью не исключало бы возгорания бани ФИО1 При этом определить влияние на размер ущерба увеличенного расстояния между банями, но по-прежнему не соответствующего нормативному противопожарному расстоянию, не представляется возможным.

Судебная пожаро-техническая и землеустроительная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.08.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда о поручении проведения экспертизы экспертам организации в соответствии с профилем деятельности. Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертного заключения у суда не имеется, поскольку указанное заключение отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты имеют соответствующую квалификацию, стаж работы, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересованы в исходе дела, из текста экспертного заключения следует, что экспертами учитывались все имеющие значение для дела обстоятельства.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусмотрено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, размер ущерба, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением ответчика и наступившими последствиями, тогда как на ответчика возложено бремя опровержения вышеуказанных фактов, а также доказывания отсутствия вины.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения именно на суде лежит обязанность оценить доказательства, определить, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с ч. 2 ст. 12 ГПК РФ суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, в том числе создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1 ст. 67 ГПК РФ). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4).

Проанализировав материалы дела, принимая во внимание выводы пожаро-технической и землеустроительной экспертизы № ООО «Геоэксп», которые сторонами вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не опровергнуты, суд установив, что действия ответчика ФИО2, выразившееся в не безопасном содержании принадлежащего ему имущества, а именно размещение около бани 7 железных бочек, две из которых были заполнены дизельным топливом, повлекло возникновение пожара, в результате которого истцу причинен материальный ущерб.

Размещение около бани 7 железных бочек, две из которых были заполнены дизельным топливом, подтверждаются пояснениями ответчика ФИО2 данными в рамках материала проверки КРСП № от ДД.ММ.ГГГГ.

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 14 от 05.06.2002 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом, необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

Из приведенных положений закона следует, что, если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник. Добросовестное содержание собственником своего имущества предполагает соблюдение им правил пожарной безопасности при строительстве и эксплуатации построек, земельных участков, на которых они расположены, контроль и поддержание их в состоянии, исключающем причинение вреда иным лицам. Соответственно, ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик.

В целях защиты жизни, здоровья, имущества граждан и юридических лиц, государственного и муниципального имущества от пожаров принят Федеральный закон от 22 июля 2008 г. N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", который определяет основные положения технического регулирования в области пожарной безопасности и устанавливает общие требования пожарной безопасности к объектам защиты (продукции), в том числе к зданиям и сооружениям, производственным объектам, пожарно-технической продукции и продукции общего назначения (часть 1 статьи 1 названного закона).

Противопожарным разрывом (противопожарным расстоянием), в соответствии с пунктом 36 статьи 2 Федерального закона от 22 июля 2008 г. N 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" является нормированное расстояние между зданиями, строениями, устанавливаемое для предотвращения распространения пожара. Противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения (часть 1 статьи 69).

Несоблюдение отступов от границ земельного участка, как самостоятельный факт не влечет за собой возникновение угрозы жизни и здоровью граждан и угрозы порчи имущества смежных землепользователей. Указанное обстоятельство является лишь несоблюдением предельных параметров застройки.

Пунктами 2 - 4 части 1 статьи 38 Градостроительного кодекса Российской Федерации предусматривается установление в градостроительном регламенте предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, в частности: - минимальные отступы от границ земельных участков в целях определения мест допустимого размещения зданий, строений, сооружений, за пределами которых запрещено строительство зданий, строений, сооружений.

При этом такие параметры градостроительным регламентом могут не устанавливаться (часть 1.1 статьи 38 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, минимальные отступы от границ земельных участков являются одним из видов предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства и не являются параметрами непосредственно объекта капитального строительства, устанавливаемыми федеральным законом, в частности, пунктом 39 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации. Указанная позиция изложена в Письме Росреестра от ДД.ММ.ГГГГ №

Суд отмечает, что расстояние от фактической границы смежного земельного участка до бани истца составляет 1,67-2,02 м, при этом требований об установлении смежной границы по сведениям ЕГРН ответчиком не заявлено.

Вместе с тем, суд учитывает, что право собственности истца на баню зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, тогда как ответчик право собственности на свою баню в установленном законом порядке не зарегистрировал, в своих объяснениях, данных в рамках материалов проверки КРСП № от ДД.ММ.ГГГГ пояснял, что баню построил в ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после строительства бани истцом.

Таким образом, доводы стороны ответчика о наличии вины в действиях самого истца, построившего свою баню практически на границе земельных участков сторон, отклонен судом, так как из объяснений ответчика следует, что вначале была построена баня истца, а лишь затем - баня ответчика.

То есть, действуя разумно и предусмотрительно, исходя из содержания ст. 10 ГК РФ, ответчик имел возможность не устанавливать принадлежащую ему баню на расстоянии от бани истца, препятствующем соблюдению норм пожарной безопасности.

В связи с чем, вопреки доводов ответчика, суд приходит к выводу о том, что не несоблюдение противопожарных разрывов между строениями (банями сторон) как одной из причин возникновения у истца ущерба от пожара, допущено со стороны ответчика, в связи с чем отсутствуют основания для освобождения ответчика от возмещении причиненного в результате пожара ущерба истцу.

Виновных действий в произошедшем пожаре со стороны истца не установлено.

Оценивая представленные сторонами доказательства по правилам статей 67, 86, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание результаты судебной экспертизы, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении материального ущерба истцу, поскольку при использовании им бани не проявил необходимой заботливости и осмотрительности в процессе ее эксплуатации, что привело к распространению с его земельного участка пожара, повредившего баню на земельном участке истца.

Размер ущерба, заявленный к взысканию истцом в сумме 704 000 руб. определен ею, исходя из заключения специалиста № ООО «Оценка +» (л.д. 9-51), и ответчиком оспорен не был.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате госпошлины в размере 19 080 руб., а также по составлению заключения специалиста в размере 20 000 руб., поскольку данные расходы подтверждены документально (л.д. 3, 90-94) и являлись вынужденными для защиты своего нарушенного права

На основании вышеизложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет ущерба, причиненного пожаром от ДД.ММ.ГГГГ, денежную сумму в размере 704 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 19 080 руб., расходы на составление заключения специалиста в размере 20 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Чеховский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: