Апелляционное определение № 33-606/2026 33-8050/2025 от 4 февраля 2026 г.

Дело № 33-606/2026 (33-8050/2025;)

№ 2-к4/2025

УИД: 36RS0020-02-2024-000336-22

Строка № 2.214

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 05 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего судьи Юрченко Е.П.,

судей Леденевой И.С., Очневой О.В.,

при секретаре Еремишине А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Воронежского областного суда, с использованием системы видеоконференц-связи на базе Советского районного суда г. Астрахани по докладу судьи Юрченко Е.П.

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 о взыскании неосновательного обогащения,

по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2, ФИО9, ФИО15, ФИО16,

на решение Лискинского районного суда Воронежской области от 12 марта 2025 г.

(судья районного суда Шпак В.А.)

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась с иском, с учетом уточненных исковых требований просила взыскать неосновательное обогащение:

с ФИО2 в размере 4510000,00 рублей;

с ФИО3 в размере 1515000,00 рублей;

с ФИО4 в размере 2141000,00 рублей;

с ФИО5 в размере 3147000,00 рублей;

с ФИО6 в размере 1486000,00 рублей;

с ФИО7 в размере 3136000,00 рублей.

с ФИО8 в размере 2000000,00 рублей;

с ФИО9 в размере 4995000,00 рублей.

с ФИО10 в размере 4940000,00 рублей;

с ФИО11 в размере 1680000,00 рублей;

с ФИО12 в размере 1 627 000,00 рублей;

с ФИО13 в размере 1084000,00 рублей;

с ФИО14 в размере 5000000,00 рублей;

со ФИО15 в размере 4495000,00 рублей;

с ФИО16 в размере 1085000,00 рублей;

с ФИО18 в размере 3108200,00 рублей.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что 13 декабря 2023 г. неустановленные лица, представившись сотрудниками ФСБ и ЦБ Российской Федерации, позвонили ей с неустановленных абонентских номеров в сети «Telеgram» и сообщили заведомо ложные сведения о компрометации ее персональных данных, их использовании третьими лицами для доступа к ее текущим счетам в банках, оформления от ее имени кредитной заявки и предоставлении по ней денежных средств, а также продажи без ее ведома имеющейся в ее собственности квартиры с целью перечисления полученных денежных средств в адрес террористической организации.

Неустановленные лица сообщили, что в целях недопущения перечисления террористам и сохранения денежных средств ей необходимо обнулить ранее открытый ЦБ России основной счет, поскольку его данные были скомпрометированы, для чего ей необходимо снять деньги с текущих счетов и направить их через банкомат на иной счет, который укажет сотрудник Центрального Банка Российской Федерации, а затем после перечисления денег на новый основной счет старый будет аннулирован, а новый актуализирован после передачи ею юристам ЦБ России чеков из банкоматов, подтверждающих перечисление денежных средств. Необходимость перечисления денежных средств через банкомат женщина, представлявшаяся сотрудником ЦБ России, объяснила тем, что в банкомате считываются номера купюр, что необходимо для отчетности.

В период с 14 декабря 2023 г. по 16 февраля 2024 г. неизвестные лица, представлявшиеся сотрудниками ФСБ и ЦБ России, убедили ее в том, что в связи с попытками перечисления с ее счета денежных средств, получения кредитов, продажи квартиры третьими лицами, действующими от ее имени, для недопущения потери денежных средств и недвижимого имущества, а также недопущения финансирования от ее имени противоправной деятельности необходимо оформить в банках кредиты, обналичить полученные в кредит и имеющиеся на счетах денежные средства, продать (с последующим признанием договора купли – продажи недействительным) находящуюся в ее собственности квартиру, обналичить имеющиеся на счетах денежные средства и зачислить все полученные денежные средства на «безопасный» счет, в действительности подконтрольный неустановленным лицам.

С 13 декабря 2023 г. по 16 февраля 2024 г., будучи обманутой, следуя инструкциям неустановленных лиц, она через банкоматы <данные изъяты> и <адрес>, расположенные в <данные изъяты>, произвела перечисление кредитных денежных средств, а также своих собственных на общую сумму 31770000,00 рублей на подконтрольные неустановленным лицам неустановленные банковские счета.

По данному факту 18 февраля 2024 г. Следственным управлением УМВД России по Одинцовскому городскому округу Московской области возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которому она признана потерпевшей.

В ходе расследования уголовного дела было установлено, что денежные средства поступали на следующие расчетные счета:

№, открытый в ПАО «Росбанк» 25 января 2024 г. на имя ФИО3, к которому выпущена банковская карта №;

№, открытый в ПАО «Росбанк» 25 января 2024 г. на имя ФИО9, к которому выпущена банковская карта №,

№, открытый в ПАО «Росбанк» 07 февраля 2024 г. на имя ФИО15, к которому выпущена банковская карта №;

№, открытый в ПАО «Росбанк» 12 февраля 2024 г. на имя ФИО11, к которому выпущена банковская карта №;

№, открытый в ПАО «Росбанк» 30 января 2024 г. на имя ФИО14, к которому выпущена банковская карта №;

№, открытый в ПАО «Росбанк» 11 ноября 2023 г. на имя ФИО16, к которому выпущена банковская карта №;

№, открытый в ПАО «Росбанк» 22 января 2024 г. на имя ФИО2, к которому выпущена банковская карта №

№, открытый в ПАО «Росбанк» 20 января 2024 г. на имя ФИО10, к которому выпущена банковская карта №.

Согласно ответу ПАО «Росбанк» от 27 апреля 2024 г. №, имеющемуся в материалах уголовного дела, вышеуказанные расчетные счета принадлежат вышеназванным ответчикам.

Из прилагаемых к ответу выпискам по счетам следует, что:

15 декабря 2023 г. по счету №, открытому на имя ФИО16, поступили денежные средства в размере 130000,00 рублей; 455000,00 рублей; 500000,00 рублей, всего в общей сумме 1085 00,00 рублей;

15 февраля 2024 г. по счету №, открытому на имя ФИО15, поступили денежные средства в размере 490000,00 рублей; 490000,00 рублей; 490000,00 рублей; 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 505000,00 рублей; 510000,00 рублей; 515000,00 рублей, а всего в общей сумме 4495 00,00 рублей;

15 февраля 2024 г. по счету №, открытому на имя ФИО3, поступили денежные средства в размере 20000,00 рублей; 170000,00 рублей; 325000,00 рублей; 490000,00 рублей; 510000,00 рублей, а всего в общей сумме 1515 00,00 рублей;

15 февраля 2024 г. по счету №, открытому на имя ФИО2, поступили денежные средства в размере 145000,00 рублей; 355000,00 рублей; 485000,00 рублей; 490000,00 рублей; 495000,00 рублей; 495000,00 рублей; 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 510000,00 рублей; 540000,00 рублей, а всего в общей сумме 4510 000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. по счету №, открытому на имя ФИО9, поступили денежные средства в размере 345000,00 рублей; 390000,00 рублей; 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 505000,00 рублей; 505000,00 рублей; 510000,00 рублей; 590000,00 рублей; 655000,00 рублей, а всего в общей сумме 4995 000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. по счету №, открытому на имя ФИО10, поступили денежные средства в размере 385000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 555000,00 рублей, а всего в общей сумме 4940 000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. по счету №, открытому на имя ФИО11, поступили денежные средства в размере 185000,00 рублей; 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей, а всего в общей сумме 1680 000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. по счету №, открытому на имя ФИО14, поступили денежные средства в размере 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 505000,00 рублей, а всего в общей сумме 5000 000,00 рублей.

Далее с указанных расчетных счетов ее денежные средства были переведены с назначением платежа «возврат долга» на расчетные счета дропперов ФИО13, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО18, ФИО7 и ФИО6, открытые в АО «Тинькофф Банк».

В ходе расследования установлено, что денежные средства поступали на следующие расчетные счета, открытые в АО «Тинькофф Банк»:

текущий счет №, открытый 13 февраля 2024 г. на имя ФИО7 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №;

текущий счет №; открытый 27 августа 2022 г. на имя ФИО5 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №;

текущий счет №, открытый 03 мая 2023 г. на имя ФИО6 на основании заключенного между нею и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №;

текущий счет №, открытый 01 мая 2023 г. на имя ФИО12 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №;

текущий счет №, открытый 11 февраля 2023 г. на имя ФИО4 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №;

текущий счет №, открытый 20 апреля 2023 г. на имя ФИО13 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №;

текущий счет №, открытый 14 июля 2023 г. на имя ФИО8 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №;

текущий счет №, открытый 17 марта 2023 г. на имя ФИО17 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №.

Ответом АО «Тинькофф Банк» от 25 апреля 2024 г. №, содержащимся в материалах уголовного дела, подтверждено, что вышеуказанные расчетные счета принадлежат ответчикам.

Из прилагаемых к ответу выписок по счетам следует, что:

15 декабря 2023 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО13, поступили денежные средства в размере 1084000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО12, поступили денежные средства в размерах 599000,00 рублей; 449000,00 рублей; 579000,00 рублей, а всего в общей сумме 1627000,00 рублей;

15 февраля 2024 г. и 16 февраля 2024 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО6, поступили денежные средства в размерах 994000,00 рублей; и 492000,00 рублей, а всего в общей сумме 1486000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО8, поступили денежные средства в размере 2000000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. и 19 февраля 2024 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО5, поступили денежные средства в размерах 2000000,00 рублей; 150000,00 рублей; и 997000,00 рублей, а всего в общей сумме 3147000,00 рублей;

16 февраля 2024 г. и 19 февраля 2024 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО7, поступили денежные средства в размерах 2000000,00 рублей; 249000,00 рублей; 99000,00 рублей; 314000,00 рублей; 474000,00 рублей, а всего в общей сумме 3136000,00 рублей;

19 февраля 2024 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО4, поступили денежные средства в размерах 498000,00 рублей; 794000,00 рублей; 849000,00 рублей, а всего в общей сумме 2141000,00 рублей;

19 февраля 2024 г. на расчетную карту №, открытую на имя ФИО17, поступили денежные средства в размерах 780200,00 рублей; 349000,00 рублей; 1979000,00 рублей, а всего в общей сумме 3108200,00 рублей.

Из протоколов допросов в качестве свидетелей ФИО13, ФИО5, ФИО16, ФИО4, ФИО6, ФИО11 и ФИО2, имеющихся в материалах уголовного дела, следует, что вышеуказанные граждане в целях заработка оформляли на себя кредитные карты и в дальнейшем передавали их ранее неизвестным им лицам безвозмездно либо за вознаграждение.

Ссылаясь на отсутствие каких-либо законных оснований для получения ответчиками принадлежащих истцу денежных средств, основываясь на положениях статей 845, 847, 854, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ФИО1 просила взыскать с ответчиков в ее пользу неосновательное обогащение (Т.1 л.д. 1-7, 89-91, 153-158).

Решением Лискинского районного суда Воронежской области от 12 марта 2025 г. иск ФИО1 удовлетворен частично.

Постановлено следующее.

Иск к ФИО2, ФИО3, ФИО9, ФИО10, ФИО14, ФИО15, ФИО16 удовлетворить.

Исковые требования ФИО1 к ФИО11 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 неосновательное обогащение со следующих лиц:

с ФИО2 4 510 000 рублей,

с ФИО3 1 515 000 рублей,

с ФИО9 4 995 000 рублей,

с ФИО10 4 940 000 рублей,

с ФИО14 5 000 000 рублей,

со ФИО15 4 495 000 рублей,

с ФИО16 1 085 000 рублей,

с ФИО11 500 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО11 отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 ФИО8, ФИО12, ФИО13, ФИО18 отказать.

Взыскать в доход бюджета муниципального образования – Каменского муниципального района Воронежской области государственную пошлину:

с ФИО2 55 570 рублей,

с ФИО3 30 150 рублей,

с ФИО9 58 965 рублей,

с ФИО10 58 580 рублей,

с ФИО11 15 000 рублей,

с ФИО14 59 000 рублей,

со ФИО15 55 465 рублей,

с ФИО16 25 850 рублей (Т.3 л.д. 104-114).

В апелляционной жалобе ФИО1 просила отменить вышеуказанное решение суда в части отказа в удовлетворении иска, полагала, что суд не учел, что деньги перечислялись со счетов лиц, в чью пользу они были изначально непосредственно перечислены (в отношении них иск удовлетворен), на счета тех, в отношении которых в удовлетворении иска отказано, т.е. все ответчики причастны к мошеннической схеме по завладению деньгами, тем более, что ответчики не отрицали, что открыли счета на свое имя, выпустили банковские карты к этим счетам и их передали за вознаграждение третьим лицам. С истцом ответчики не знакомы, операции по счетам не производились во исполнение каких-либо обязательств (Т.3 л.д. 237-240).

ФИО18 поданы возражения на апелляционную жалобу ФИО1, в которых указал, что считает решение суда законным в части отказа в удовлетворении предъявленного к нему иска, поскольку он не является подозреваемым или обвиняемым по уголовному делу, деньги не присваивал, не тратил, иным образом ими не распоряжался ими, т.е. причинителем вреда не является. При этом, перечисляя деньги, ФИО1 достоверно знала об отсутствии договорных отношений с ответчиками. Полагал, что надлежащим ответчиком будет лицо, в отношении которого будет вынесен приговор, однако, следствие на настоящий момент не окончено (Т.10 л.д. 204-206).

ФИО2 в апелляционной жалобе указал, что не является приобретателем имущества, деньги перечислены на подконтрольные неустановленным лицам счета в результате мошеннических действий, поэтому считал удовлетворение иска к нему незаконным (Т.3 л.д. 166-171).

ФИО15 в апелляционной жалобе ссылался, что токен (уникальный цифровой иденификатор, который заменяет реальные данные банковской карты при совершении платежей), принадлежащий ФИО15, указывает на осуществление платежей по номеру телефона №, который ни ФИО15, ни его родственникам не принадлежал. Каким образом был сформирован токен ФИО15 не известно, деньги после поступления переводились на другие счета, через СБП. Однако, суд данным обстоятельствам не дал надлежащую оценку. Кроме того, суд не удовлетворил ходатайства: не привлек к участию в деле кредитную организацию, не истребовал у оператора связи сведения о входящих и исходящих телефонных соединениях с указанием адресов, базовых станций, через которые осуществлялись соединения для установления местонахождения абонентов, не установил обстоятельства, связанные с фактическим осуществлением транзакций по счету ФИО15 с формированием токена через спорный абонентский номер. Помимо этого, следует учесть, что ФИО1 произвела несколько переводов в отсутствие договорных отношений и обязательств со стороны ответчика, т.е. добровольно, неоднократно, в отсутствие счетной ошибки, что исключает возможность взыскания неосновательного обогащения (Т.15 л.д. 244-246).

ФИО16 в апелляционной жалобе указал, что перечисленные на счет деньги не присваивал, деньги переведены на принадлежащий ему счет от незнакомого ФИО13 Перечисляя деньги, ФИО1 знала об отсутствии обязательств, во исполнение которых перечисляла (Т.4 л.д. 117-119).

ФИО9 в апелляционной жалобе указал, что не был привлечен к участию в деле, не извещен о судебном заседании. Полагал решение суда незаконным, поскольку суд не учел, что первые получатели денег фактически являлись промежуточными получателями, деньги себе не присваивали, не обогатились за счет них. Считал, что суд формально подошел к рассмотрению спора (Т.5 л.д. 2-6).

ФИО1 подала возражения на апелляционные жалобы ФИО2 (Т.15 л.д. 62-64, Т.16 л.д. 177-179), ФИО9 (Т.13 л.д. 141-143, Т.17 л.д. 81-83), ФИО15 (Т.15 л.д. 244-246, Т.17 л.д. 232-234), ФИО16 (Т.14 л.д. 96-98, Т.18 л.д. 141-143).

В судебном заседании представитель ФИО15 по доверенности (Т.2 л.д. 31) ФИО19 поддержала доводы апелляционной жалобы ФИО15

ФИО18 поддержал возражения на апелляционную. Жалобу ФИО1

Представитель ФИО9 по ордеру ФИО20 (Т.5 л.д. 7) в судебном заседании, участвовавшая путем видеоконференц-связи на базе Советского районного суда г. Астрахани поддержала доводы апелляционной жалобы доверителя.

Иные участники процесса, представители с надлежащим образом оформленными полномочиями не явились в судебное заседание. О времени, дате и месте рассмотрения дела извещены (Т.19 л.д. 44-88). В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав явившихся в судебное заседание участников процесса, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены оспариваемого судебного акта.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями действующего законодательства, верно истолковал и применив их к возникшим правоотношениям.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Из статьи 1103 ГК РФ следует, что поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

В статье 1109 ГК РФ предусмотрен перечень оснований, по которым неосновательное обогащение не подлежит возврату.

В соответствии с пунктом 4 указанной статьи не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком во исполнение несуществующего обязательства, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2014), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 декабря 2014 г., в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Таким образом, взыскание необоснованно полученной денежной суммы должно производиться с того лица, которое фактически получало и пользовалось указанной выплатой в отсутствие предусмотренных законных оснований.

Для возникновения обстоятельств из неосновательного обогащения, необходимо наличие совокупности трех обязательных условий: у конкретного лица имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

Следовательно, для установления неосновательного обогащения необходимо, в том числе, отсутствие у ответчика оснований (юридических фактов, которыми могут быть договоры, сделки и иные предусмотренные статьей 8 ГК РФ основания возникновения гражданских прав и обязанностей), дающих ему право на получение имущества.

Оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд первой инстанции верно установил юридически значимые обстоятельства.

18 февраля 2024 г. Следственным управлением УМВД России по Одинцовскому городскому округу Московской области возбуждено уголовное дело № в отношении неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту хищения денежных средств, принадлежащих ФИО1

Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела, в период времени с 13 декабря 2023 г. по 16 февраля 2024 г. неустановленные лица позвонили ФИО1 в сети «Telegram» с неустановленных абонентских номеров и сообщили последней заведомо ложные сведения о компрометации ее персональных данных, их использования третьими лицами для оформления от ее имени кредитной заявки и получения кредитных денежных средств, убедив ФИО1 в том, что в связи с выдачей кредита третьим лицам, действующим от ее имени, у нее образовалась кредитная задолженность, для погашений которой ей в банках необходимо оформить кредиты, обналичить полученные денежные средства, продать находящееся в собственности недвижимое имущество и зачислить все имеющиеся денежные средства на «безопасный счет». ФИО1, будучи обманутой неустановленными лицами, следуя их инструкциям, через банкоматы <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> и №, расположенные по адресу: <адрес>, произвела перечисления кредитных денежных средств, а также своих собственных в общей сумме 31770 000 рублей, из которых 30 385 000 рублей являлись денежными средствами, вырученными ею от продажи квартиры, на подконтрольные неустановленным лицам банковские счета. В результате противоправных действий неустановленных лиц ФИО1 был причинен ущерб в особо крупном размере в сумме 31770000 рублей (Т.1 л.д.18).

Постановлением старшего следователя Следственного управления УМВД России по Одинцовскому городскому округу Московской области ФИО44. от 18 февраля 2024 г. ФИО1 признана потерпевшей по данному уголовному делу (Т.1 л.д. 18).

В ходе расследования уголовного дела было установлено и подтверждено при рассмотрении настоящего гражданского дела в суде, что ФИО1 через банкоматы <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> и №, расположенные по одному адресу: <адрес>, были внесены наличные денежные средства на следующие счета:

текущий № №, открытый в ПАО «Росбанк» 25 января 2024 г. на имя ФИО3, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован уникальный цифровой идентификатор, который заменяет реальные данные банковской карты при совершении операции - токен №): 15 февраля 2024 г. суммами 20000,00 рублей; 170000,00 рублей; 325000,00 рублей; 490000,00 рублей; 510000,00 рублей, а всего в общей сумме 1515 00,00 рублей (Т.1 л.д. 52, 208-209, 224- 225; Т.2 л.д. 253 );

текущий №, открытый в ПАО «Росбанк» 25 января 2024 г. на имя ФИО9, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован токен №): 16 февраля 2024 г. суммами 345000,00 рублей; 390000,00 рублей; 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 505000,00 рублей; 505000,00 рублей; 510000,00 рублей; 590000,00 рублей; 655000,00 рублей, а всего в общей сумме 4995 000,00 рублей (Т.1 л.д. 58, 59, 60, 208-209, 217-218; Т.2 л.д. 243);

текущий №, открытый в ПАО «Росбанк» 07 февраля 2024 г. на имя ФИО15, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован токен №): 15 февраля 2024 г. суммами 490000,00 рублей; 490000,00 рублей; 490000,00 рублей; 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 505000,00 рублей; 510000,00 рублей; 515000,00 рублей, а всего в общей сумме 4495 00,00 рублей (Т.1 л.д. 50-51, 208-209, 213-214; Т.2 л.д. 239);

текущий №, открытый в ПАО «Росбанк» 30 января 2024 г. на имя ФИО14, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован токен №): 16.02.2024 года суммами 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 505000,00 рублей, а всего в общей сумме 5000 000,00 рублей (Т.1 л.д. 53, 54, 55, 208-209, 210-212; Т.2 л.д. 248-249 );

текущий №, открытый в ПАО «Росбанк» 11 ноября 2023 г. на имя ФИО16, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован токен №): 15 декабря 2023 г. суммами 130000,00 рублей; 455000,00 рублей; 500000,00 рублей, а всего в общей сумме 1085 00,00 рублей (Т.1 л.д. 45, 208-209, 215-216; Т.2 л.д. 50);

текущий №, открытый в ПАО «Росбанк» 22.01.2024 года на имя ФИО2, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован токен №): 15 февраля 2024 г. суммами 145000,00 рублей; 355000,00 рублей; 485000,00 рублей; 490000,00 рублей; 495000,00 рублей; 495000,00 рублей; 495000,00 рублей; 500000,00 рублей; 510000,00 рублей; 540000,00 рублей, а всего в общей сумме 4510 000,00 рублей (Т. 1 л.д. 48,49, 146, 147, 159, 208-209, 221- 222; Т.2 л.д. 240-242);

текущий №, открытый в ПАО «Росбанк» 20 января 2024 г. на имя ФИО10, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован токен №): 16 февраля 2024 г. суммами 385000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 500000,00 рублей; 555000,00 рублей, а всего в общей сумме 4940 000,00 рублей (Т.1 л.д. 55,56, 57, 58, 146, 148, 150, 208-209, 223; Т.2 л.д. 251-252 ).

В рамках заявленных ФИО1 требований к ФИО11, суд первой инстанции исходил из следующего.

Вопреки доводам истца, имеющиеся в материалах дела доказательства, к которым в данном случае относится чек о банковской операции (Т.1 л.д. 53, 208-209; Т.2 л.д. 244-247), с достоверностью подтверждают лишь тот факт, что на текущий счет №, открытый в ПАО «Росбанк» 12 февраля 2024 г. на имя ФИО11, к которому выпущена банковская карта № (к карте сгенерирован токен №), ею 16 февраля 2024 г. в 17:32:20 была внесена сумма наличных денежных средств в размере 500000 рублей.

Доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности, свидетельствующих о том, что ею в этот же день вносились на указанный счет, принадлежащий ФИО11, наличные денежные средства в суммах 185000,00 рублей; 495000,00 рублей и 500000,00 рублей, истцом не представлено. В выписке по счету №, предоставленной ПАО «Росбанк», не содержится сведений, позволяющих сделать однозначный вывод о том, что поступившие на указанный счет денежные средства в суммах 185000,00 рублей; 495000,00 рублей и 500000,00 рублей исходили от истца (Т.1 л.д. 219-220).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции счел недоказанным с бесспорностью факт внесения истцом денежных средств на принадлежащий ФИО11 банковский счет № в сумме 1 180000 рублей.

Ответчики ФИО14, ФИО11, ФИО2, ФИО16 и ФИО5, не принимавшие личного участия в ходе судебного разбирательства, в ходе допросов в качестве свидетелей в рамках возбужденного уголовного дела ссылались на то, что банковские счета оформляли на свое имя по просьбе третьих лиц, которым после открытия счетов передали всю документацию с личными банковскими данными и привязанные к счетам банковские карты, и в дальнейшем указанные лица самостоятельно распоряжались имеющимися на счетах денежными средствами.

Согласно показаниям ФИО14, в январе и феврале 2024 г. по просьбе своего знакомого по имени Павел она оформила на свое имя несколько банковских карт и передала их в пользование Павлу за вознаграждение (Т.2 л.д. 205-207).

ФИО11 пояснял, что 12 февраля 2024 г. он по просьбе знакомого ФИО45 в отделении ПАО «Росбанк» по адресу: <адрес>, оформил на свое им банковскую карту, последние четыре цифры номера которой <данные изъяты>, привязав карту к номеру телефона ФИО46 после чего передал последнему ее в пользование (Т.2 л.д. 208-211).

По показаниям ФИО2, примерно в ноябре-декабре 2023 г. он по просьбе знакомого по имени <данные изъяты> из Чеченской Республики оформил на свое имя банковскую карту, привязав ее к номеру телефона №, который ему не принадлежит, и передал карту <данные изъяты> (Т.2 л.д. 212-218).

Из пояснений ФИО16 следует, в ноябре 2023 г. по просьбе знакомого ФИО47 он оформил на свое имя карту ПАО «Росбанк» с привязкой к ней телефонного номера, который предоставил последний, и передал ее ФИО48 за вознаграждение в сумме 3 000 рублей (Т.2 л.д. 235-238).

ФИО5 сообщил, что в феврале 2024 г. за денежное вознаграждение в размере 10000 рублей передал свою банковскую карту АО «Тинькофф Банк» и приобретенную сим-карту некоему <данные изъяты> (Т.2 л.д. 227-234).

На основе анализа исследованных доказательств судом первой инстанции установлено, что внесение ФИО1 на счета ответчиков ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9 денежных сумм было спровоцировано угрозой потери собственных денежных средств и имущества в связи с совершением в отношении истца неизвестными лицами действий, имеющих признаки мошенничества, что послужило основанием для возбуждения уголовного дела в отношении указанных неизвестных лиц и признание истца потерпевшей по данному уголовному делу.

Доказательств, отвечающих требованиям статьи 67 ГПК РФ, о наличии у них законных оснований для приобретения или сбережения за счет ФИО1 имущества в виде поступивших от нее денежных средств либо о наличии обстоятельств, при которых указанные суммы в силу закона не подлежат возврату истцу, ответчиками ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9, на которых лежит бремя доказывания данных обстоятельств, не представлено.

Согласно положениям статьи 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету (пункт 1).

Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению (пункт 3).

В силу пункта 1 статьи 847 ГК РФ права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета.

Пунктом 1 статьи 848 ГК РФ предусмотрено, что банк обязан совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

Исходя из указанных норм, все поступающие на счет банковской карты денежные средства фактически поступают во владение и распоряжение держателя карты, который несет ответственность за ее сохранность.

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Суд первой инстанции правильно исходил, что денежные средства истца, перечисленные в результате мошеннических действий, поступали на банковскую карту ответчика, сам по себе факт наличия конечных бенефициаров, которым впоследствии при непосредственном содействии ответчика данные денежные средства перечислялись, не является основанием для освобождения последнего от обязанности возвратить необоснованно полученное истцу.

В силу пунктов 1.11, 1.12 Положения Банка России от 24 декабря 2004 г. № 266-П «Об эмиссии банковских карт и об операциях, совершаемых с использованием платежных карт», утвержденного Банком России 24 декабря 2004 г., отношения с использованием карт регулируются договором банковского счета, внутренними правилами (условиями) по предоставлению и использованию банковских карт.

В силу закона Банк не вправе определять и контролировать направления денежных средств клиента и устанавливать направления использования денежных средств клиента, а также устанавливать ограничения прав на распоряжение денежными средствами по своему усмотрению.

Банковская карта в соответствии с пунктом 1.3 Положения является персонифицированной, т.е. нанесенная на нее информация позволяет идентифицировать ее держателя для допуска к денежным средствам.

По правилам выпуска и обслуживания банковских карт, карта является собственностью банка и дается владельцу во временное пользование.

Передача карты в руки третьих лиц и предоставление сведений о ПИН-кодах категорически запрещена условиями договора, заключенного между банком и клиентом. Персональную ответственность по операциям с картой несет владелец карты.

Таким образом, при передаче банковской карты третьему лицу все негативные последствия по совершенным банковским операциям возложены на лицо, на чье имя выдана банковская карта.

Сама по себе передача карты не делает ее нового владельца стороной по договору банковского счета, к которому выдана банковская карта, при этом лицо, на чье имя открыт счет, сохраняет возможность использования своего счета и распоряжения денежными средствами на нем иными способами.

В этой связи, владельцем денежных средств, находящихся на счете, и их получателем является именно лицо, на чье имя открыт счет, а не владелец банковской карты, привязанной к счету.

При таких обстоятельствах, поступившие на счет владельца банковской карты денежные средства стали его собственностью, а значит, его доходом, которым он был вправе распоряжаться по своему усмотрению.

Списание (снятие) денежных средств со счета ответчиков, проведенное с использованием личной банковской карты, с введением правильного ПИН-кода - есть операция, проведенная владельцем банковской карты. При передаче банковской карты иному лицу с сообщением ПИН-кода держатель карты тем самым дает согласие на снятие денежных средств со счета. Таким образом, своими действиями ответчики одобрили снятие со своего счета денежных средств.

Денежные средства получены ответчиками в отсутствие договорных отношений с истцом и какого-либо встречного предоставления на переведенную истцом денежную сумму, в отсутствие воли истца на исполнение обязанности третьего лица, в результате совершенных в отношении истца мошеннических действий.

Взаимоотношения ответчика и иных лиц в отношении спорных денежных средств в данном случае не имеют правового значения, поскольку факт перечисления денежных средств, принадлежащих истцу, на счет ответчика без какого-либо правового основания доказан. Доводы апеллянтов о том, что полученные от истца денежные средства были перечислены третьим лицам, не могут служить основанием для освобождения от обязанности возместить истцу все незаконно полученное в полном объеме, как неосновательное обогащение.

Как выше указано, в силу статьи 847 ГК РФ все поступающие на счет банковской карты денежные средства фактически поступают во владение и распоряжение держателя карты.

Федеральным законом от 24 июня 2025 г. № 176-ФЗ «О внесении изменений в статью 187 Уголовного кодекса Российской Федерации» введена уголовная ответственность держателей электронных средств платежа, открывающих платежные карты, электронные кошельки и счета на свое имя с целью их передачи или предоставления доступа к ним за денежное вознаграждение третьим лицам либо для неправомерных операций по приему, переводу денежных средств, выдаче, получению наличных денег.

Вопреки доводам жалобы, ответчики, передавая банковскую карту третьим лицам, будучи осведомленными о правилах использования банковских карт и о запрете передачи банковской карты третьим лицам, в отсутствие доказательств обращения в банк с заявлением о блокировании карты несут риск негативных последствий, обусловленных данным обстоятельством. При этом банковская карта является индивидуальной, привязана к счету, открытому на имя ответчика, который при должной степени осмотрительности и осторожности мог и должен был контролировать поступление денежных средств на его счет, распоряжение ответчиком банковской картой по своему усмотрению и передача ее третьему лицу не свидетельствует о правомерности получения денежных средств от истца.

Таким образом, само по себе возможное пользование картой ответчика иным лицом не может рассматриваться как основание освобождения ответчика от ответственности по возврату неосновательного обогащения, поскольку, на ответчике как на владельце счета лежит обязанность по обеспечению сохранности личных банковских данных для исключения неправомерного использования посторонними лицами в противоправных целях, принадлежащих ему банковских учетных записей, как клиента банка, для возможности совершения операций от его имени с денежными средствами.

С учетом изложенного, именно на владельце банковского счета лежит обязанность по обеспечению сохранности личных банковских данных для исключения неправомерного использования посторонними лицами в противоправных целях принадлежащих ему учетных банковских записей, как клиенту банка, для совершения операций от его имени с денежными средствами, что ответчиками ФИО14, ФИО16, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9 было без уважительных к тому причин проигнорировано.

Применительно к возникшим правоотношениям именно владелец (держатель) банковской карты несет риск неблагоприятных последствий в результате передачи доступа к учетным банковским данным иному лицу, а также в связи с ее утратой.

Исходя из принципа диспозитивности, согласно которому стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе (статьи 1, 9 ГК РФ), а также исходя из принципа состязательности, передавая банковские карты в распоряжение третьих лиц, ответчики ФИО14, ФИО16, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9 реализовали принадлежащие им права по своей воле и в своем интересе.

С учетом изложенного, передача ответчиками ФИО14, ФИО16, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9 банковских карт третьим лицам и распоряжение последними банковскими картами по своему усмотрению не свидетельствует о правомерности получения денежных средств от истицы ФИО1

Доводы ответчика ФИО15 о том, что, заключив договор банковского счета с ПАО «Росбанк», выпущенную к нему банковскую карту он не использовал, третьим лицам ее не передавал и данные карты никому не сообщал, суд первой инстанции счел несостоятельными, поскольку ответчиком в подтверждение данных доводов доказательств о наличии у него банковской карты, которыми могла являться сама карта, суду не предоставлено.

Доводы ФИО15 о том, что номер телефона №, привязанный к его банковской карте, на его имя не зарегистрирован и никогда в его пользовании не находился, что, по его мнению, следует из информации ПАО «<данные изъяты>», и он физически при совершении переводов денежных средств с принадлежащего ему счета на счета ФИО6, ФИО5 и ФИО7 в местах расположения банкоматов не находился, судом первой инстанции также были отклонены, поскольку в данном случае регистрация номера мобильного телефона, к которому привязана банковская карта ФИО15, на иное лицо, не является бесспорным доказательством о непричастности ответчика ФИО15 к распоряжению денежными средствами на счете.

По факту неправомерного использования неизвестными лицами его личных банковских данных ФИО15 в правоохранительные органы не обращался.

Ходатайства ФИО15 судом первой инстанции мотивированно разрешены (Т. 2 л.д. 43, 169, Т.2 л.д. 175-176, Т.3 л.д. 99-101).

Кроме того, ФИО21 произвела несколько переводов в отсутствие договорных отношений и обязательств со стороны ответчика, что исключает НО. Деньги перечислены добровольно, неоднократно, в отсутствие счетной ошибки.

Вопреки доводам жалобы, кредитные организации судом привлечены к участию в деле – АО «ТБанк», АО «Росбанк» (филиал АО «ТБанк») (Т.2 л.д. 175-176).

С учетом изложенного, учитывая, что доказательств наличия договорных отношений между истцом и ответчиками ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9, в силу которых у истца могла возникнуть обязанность по внесению на счета указанных ответчиков денежных средств, как и доказательств наличия обстоятельств, при которых указанные суммы в силу закона не подлежат возврату ФИО1, ответчиками не представлено, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу о том, что факт неосновательного обогащения ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9 за счет истца подтвержден объективными доказательствами, то есть о состоятельности заявленных истицей исковых требований и наличии достаточных оснований для их удовлетворения.

Принимая во внимание вышеизложенное в совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении иска ФИО1 к ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9 в полном объеме, а к ФИО11 – частично.

Позицию ответчиков о том, что у истца имеется иной способ восстановления нарушенных прав, а именно в рамках уголовного судопроизводства по возбужденному уголовному делу, по которому она признана потерпевшей, суд первой инстанции счел не влекущим отказ в удовлетворении иска, поскольку возможность разрешить спор о взыскании неосновательного обогащения в порядке гражданского судопроизводства прямо предусмотрена законом.

Конституционный Суд Российской Федерации Определением от 30 октября 2025 г. № 2827-О отказал в принятии к рассмотрению жалобы ФИО22 на нарушение его прав статьей 1102 ГК РФ, ссылавшегося на то, что положения оспариваемой статьи противоречат Конституции Российской Федерации, ее статьям 1 (часть 1), 2, 15 (часть 1), 17 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 3), 45 (часть 1) и 46 (часть 1) в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они предоставляют возможность возмещать ущерб, причиненный мошенническими действиями, не за счет причинителя вреда, а за счет добросовестного участника сделки.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что положения статьи 1102 ГК РФ обеспечивают защиту и восстановление имущественных прав участников гражданского оборота и соблюдение справедливого баланса их прав и законных интересов (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 9 ноября 2017 г. № 2513-О, от 27 декабря 2023 г. № 3523-О, от 30 мая 2024 г. № 1262-О и др.).

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 22 декабря 2025 г. № 47-П «По делу о проверке конституционности статьи 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО23» содержатся нижеприведенные позиции.

Одной из процедур, предназначенных для защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (пункт 1 части первой статьи 6 УПК РФ), является предъявление гражданского иска в уголовном судопроизводстве. Такой иск вправе предъявить потерпевшие, признанные гражданскими истцами, к лицам, которые в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несут ответственность за вред, причиненный преступлением, и признаны гражданскими ответчиками (статьи 42, 44 и 54 УПК РФ). Он разрешается в приговоре (пункт 10 части первой статьи 299 УПК РФ) на основе тех же норм гражданского законодательства, что и иск в гражданском процессе.

Вместе с тем данный порядок исключает возможность разрешения вопроса о возмещении вреда посредством гражданского иска в уголовном деле до разрешения самого этого дела по существу, в частности если производство по нему приостановлено. В таком случае потерпевший вправе отстаивать свои права в рамках гражданского и арбитражного процесса, в том числе посредством подачи исков о возмещении вреда и (или) о взыскании неосновательного обогащения к лицам, на которых в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации могут быть возложены обязанности, связанные с восстановлением имущественных прав потерпевшего. Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что само по себе возбуждение уголовного дела по заявлению потерпевшего, выступающего в рамках этого дела в качестве гражданского истца, не препятствует защите им своих имущественных прав по правилам гражданского судопроизводства путем подачи иска в суд; потерпевший должен предвидеть юридические последствия своих действий, в том числе возможность, а иногда и необходимость защиты своих прав в порядке гражданского судопроизводства (Определение от 5 марта 2014 года N 589-О).

До вынесения приговора может быть затруднено принятие решения по иску о возмещении вреда, причиненного преступлением, заявленному в порядке гражданского судопроизводства, - в этом случае в рамках гражданского дела суд фактически вынужден устанавливать в числе прочего обстоятельства, относящиеся к составу преступления. Заявляя такое требование, истец оказывается связанным необходимостью разрешения сначала уголовно-правового вопроса о виновности или невиновности соответствующего лица, поскольку основанием этого требования может быть не любой имущественный или моральный вред, находящийся в причинной связи с преступлением, но только тот, который причинен преступлением непосредственно, чем объясняется, в частности, закрепление различных правовых последствий в зависимости от постановления обвинительного или оправдательного приговора.

Нормы же, образующие институт неосновательного обогащения и помещенные в главу 60 ГК РФ, призваны предотвратить необоснованное приобретение лицом имущественных благ за счет других. В силу статьи 1102 данного Кодекса лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество, за исключением ряда случаев; правила, предусмотренные названной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Будучи направленным на защиту имущественных прав участников гражданского оборота, иск о взыскании неосновательного обогащения касается таких взаимообусловленных обстоятельств, как приобретение имущества одним лицом за счет другого и его приобретение без законных на то оснований. При этом, по общему правилу, на ответчика возложено бремя доказывания наличия законных оснований для приобретения имущества (включая денежные средства) или наличия обстоятельств, при которых оно не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного его Президиумом 17 июля 2019 г.). Рассмотрение иска о взыскании неосновательного обогащения может быть завершено и до разрешения уголовного дела по существу, особенно если производство по уголовному делу приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (ответчика по иску о возмещении причиненного преступлением вреда), с учетом того, что неоправданная задержка в рассмотрении требований потерпевшего, когда лицо, которому перечислены похищенные денежные средства, известно и нет препятствий для рассмотрения данных требований, вступала бы в противоречие с принципами своевременной и эффективной судебной защиты (составляющими неотъемлемый элемент права на нее), так как порождала бы риск лишения потерпевшего возможности восстановить нарушенное преступлением имущественное положение.

Приостановленное уголовное дело не служит препятствием для рассмотрения и удовлетворения исков потерпевших о взыскании денежных средств, переведенных в процессе хищения лицу с использованием предоставленных ему кредитной организацией средств платежа.

Тем самым иск о взыскании неосновательного обогащения к лицу, которому поступило похищенное, - оперативный, а иногда и единственный способ защиты прав потерпевшего, с учетом того что выбор потерпевшим той или иной формы исковой защиты в значительном числе случаев не является свободным, будучи обусловленным внешними по отношению к нему и не зависящими от него факторами (приостановление уголовного дела, неизвестность причинителя вреда - лица, непосредственно осуществившего хищение, и т.п.).

С учетом изложенного не может повлечь отмену оспариваемого судебного акта довод жалобы о том, что принятие решения по настоящему делу является преждевременным, до вынесения приговора.

Отказывая в удовлетворении иска к иным ответчикам, суд первой инстанции принял во внимание следующее.

В ходе рассмотрения дела судом с достоверностью установлено, что по расчетным счетам ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9, открытым в ПАО «Росбанк» (с 01 января 2025 г. реорганизовано в форме присоединения к АО «ТБанк»), осуществлялись операции, в том числе по перечислению денежных средств с назначением платежа «возврат долга» на расчетные счета ФИО13, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО18, ФИО7 и ФИО6, открытые в АО «Тинькофф Банк» (Т.1 л.д. 210-212, 213-214, 215-216, 219-220, 221-222, 223, 224-225, 226-230, Т.2 л.д. 239-254, Т.3 л.д. 76-92):

текущий счет №, открытый 13 февраля 2024 г. на имя ФИО7 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №, 16 февраля 2024 г. и 19 февраля 2024 г. в суммах 2000000,00 рублей; 249000,00 рублей; 99000,00 рублей; 314000,00 рублей; 474000,00 рублей, а всего в общей сумме 3136000,00 рублей (Т.1 л.д. 249-250, том 3 л.д. 67-68);

текущий счет №; открытый 27 августа 2022 г. на имя ФИО5 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №; 16 февраля 2024 г. и 19 февраля 2024 г. в суммах 2000000,00 рублей; 150000,00 рублей; и 997000,00 рублей, а всего в общей сумме 3147000,00 рублей (Т. 1 л.д. 238-240, Т.3 л.д. 67-68);

текущий счет №, открытый 03 мая 2023 г. на имя ФИО6 на основании заключенного между нею и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №; 15 февраля 2024 г. и 16 февраля 2024 г. в суммах 994000,00 рублей и 492000,00 рублей, а всего в общей сумме 1486000,00 рублей (Т.1 л.д. 244-245, 251-252, Т.3 л.д. 67-68);

текущий счет №, открытый 01 мая 2023 г. на имя ФИО12 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №; 16 февраля 2024 г. в суммах 599000,00 рублей; 449000,00 рублей; 579000,00 рублей, а всего в общей сумме 1627000,00 рублей (Т.1 л.д. 246-248);

текущий счет №, открытый 11 февраля 2023 г. на имя ФИО4 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №; 19 февраля 2024 г. в суммах 498000,00 рублей; 794000,00 рублей; 849000,00 рублей, а всего в общей сумме 2141000,00 рублей (Т.1 л.д. 236-237);

текущий счет №, открытый 20 апреля 2023 г. на имя ФИО13 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №; 15 декабря 2023 г. в сумме 1084000,00 рублей (Т.1 л.д. 231-232);

текущий счет №, открытый 14 июля 2023 г. на имя ФИО8 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №; 16 февраля 2024 г. в сумме 2000000,00 рублей (Т.1 л.д. 241-243 );

текущий счет №, открытый 17 марта 2023 г. на имя ФИО17 на основании заключенного между ним и Банком договора расчетной карты №, в соответствии с которым выпущена расчетная карта №, 19 февраля 2024 г. в суммах 780200,00 рублей; 349000,00 рублей; 1979000,00 рублей, а всего в общей сумме 3108200,00 рублей (Т.1 л.д. 233-235, 251-252).

Анализ данных, содержащихся в предоставленных ПАО «Росбанк» и АО «ТБанк», информации в отношении счетов, открытых на имя ответчиков ФИО13, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО18, ФИО7 и ФИО6, с бесспорностью свидетельствует о том, что ФИО1 денежные средства непосредственно на их счета не зачислялись. Идентифицировать те денежные средства, которые перечислялись данным ответчикам со счетов ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО11, ФИО10, ФИО3, ФИО2 и ФИО9 не представляется возможным.

С учетом изложенного суд первой инстанции исходил, что ФИО24 не доказано, что на стороне ответчиков ФИО13, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО18, ФИО7 и ФИО6 имеется неосновательное обогащение, и что оно возникло за ее счет, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований истца к данным ответчикам суд первой инстанции не усмотрел.

В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статьей 98, частью 1 статьи 103 ГПК РФ суд первой инстанции взыскал с ответчиков, в отношении которых удовлетворен иск, госпошлину в доход местного бюджета.

Ссылка ФИО9 на ненадлежащее извещение его о судебном заседании противоречит имеющимся в деле доказательствам, в частности, почтовому идентификатору, согласно которому он получил почтовую корреспонденцию из суда 21 февраля 2025 г., т.е. заблаговременно, причем по надлежащему адресу, идентичному указанному им в апелляционной жалобе (Т. 3 л.д. 63).

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они сделаны с учетом фактических обстоятельств и совокупности представленных доказательств, при правильном применении норм права. Оснований для переоценки доказательств не имеется.

Доводы апелляционной жалобы аналогичны доводам, изложенным в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, которым была дана надлежащая оценка. Указанные доводы выводы суда не опровергают, сводятся к несогласию с ними, направлены на переоценку доказательств, обусловлены субъективным толкованием действующего законодательства.

С учетом изложенного судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели бы к неправильному разрешению дела, а также предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, являющихся основанием для безусловной отмены судебного постановления, не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Лискинского районного суда Воронежской области от 12 марта 2025 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО9, ФИО15, ФИО16 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 11 февраля 2026 г.

Председательствующий

Судьи коллегии