Апелляционное определение № 22-386/2025 от 17 декабря 2025 г.

Судья Бадмаев Б.В. Дело № 22-386/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Элиста 18 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего - судьи Гончарова С.Н.,

судей - Фурманова И.В. и Утунова Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Базыровой Е.Н.,

с участием прокурора Деликова В.П.,

осужденного ФИО2,

его защитников Бадма-Гаряева Э.Н. и Эльдеевой Т.Х.,

потерпевшего П. ,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Бадма-Гаряева Э.Н. на приговор Приютненского районного суда Республики Калмыкия от 29 июля 2025 года, которым

ФИО2, родившийся <данные изъяты>

осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу.

Согласно п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с 1 августа по 5 сентября 2024 года и с 29 июля 2025 года по день вступления приговора в законную силу зачтено в срок отбывания наказания из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Отменен арест на автомобиль марки «<данные изъяты>» с государственным регистрационным номером №, наложенный постановлением Приютненского районного суда Республики Калмыкия от 22 ноября 2024 года.

На основании ч. 3 ст. 81, п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК РФ определена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Утунова Е.Н. с кратким изложением приговора и содержанием апелляционной жалобы, выступления осужденного ФИО2 и его защитников Бадма-Гаряева Э.Н., Эльдеевой Т.Х., поддержавших доводы жалобы, мнение потерпевшего П. об оставлении жалобы без удовлетворения, позицию прокурора Деликова В.П. об изменении приговора с переквалификацией действий осужденного на ч. 1 ст. 112 УК РФ, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Согласно приговору ФИО2 осужден за умышленное причинение П. тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, при следующих обстоятельствах.

28 июня 2024 года примерно с 8 до 9 часов в доме на животноводческой стоянке, расположенной в <адрес>, между ФИО2 и П. при выяснении отношений произошла словесная ссора. ФИО2 из личных неприязненных отношений, возникших на почве конфликта, умышленно нанес кулаком правой руки не менее трех ударов П. в область лица, причинив телесные повреждения в виде краниофациальной травмы, закрытой черепно-мозговая травмы, ушиба головного мозга, переломов нижней стенки правой орбиты со смещением, костей носа без выраженного смещения, латеральной стенки левой верхнечелюстной пазухи без выраженного смещения, ушиба мягких тканей лица, параорбитальной гематомы с двух сторон, ушибов мягких тканей, гематомы, ссадин обоих ушных раковин. Так как П. стал прикрывать лицо руками, ФИО2 нанес кулаком правой руки не менее трех ударов ему по туловищу слева, в область ребер, причинив телесные повреждения в виде закрытой тупой травмы груди, переломов 6 (переднего отрезка), 10 (заднего отрезка), 11 (заднего отрезка) ребер слева, осложнившихся левосторонним малым пневмотораксом, а также ушиба мягких тканей грудной клетки слева, которые согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 12 сентября 2024 года расценены в совокупности как тяжкий вред, причиненный здоровью потерпевшего, по признаку опасности для его жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину признал частично и пояснил, что в ходе произошедшей словесной ссоры П. , находившийся в состоянии алкогольного опьянения, схватил его за плечо. Он решил, что П. хочет его ударить, поэтому, действуя на опережение, нанес потерпевшему два-три удара в область лица, после чего вышел из дома. Однако П. последовал за ним, размахивая молотком, который держал в руке. Он отобрал молоток и дважды ударил П. в область живота.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Бадма-Гаряев Э.Н. просит отменить приговор, постановленный с нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона и не соответствующий требованиям ч. 1 ст. 297 УПК РФ о законности, обоснованности и справедливости. Считает, что судебное разбирательство проведено с существенными нарушениями УПК РФ, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, что привело к неправильному применению судом уголовного закона. В обоснование своей позиции указывает, что выводы суда первой инстанции о наличии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, противоречат доказательствам, исследованным в судебном заседании. Установленные события происшествия дают основания утверждать, что действия осужденного подлежат квалификации по ч. 1 ст. 114 УК РФ как причинение вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны. Так, в основу приговора о виновности ФИО2 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью П. суд положил противоречивые показания свидетеля обвинения ФИО9, при этом необоснованно отверг показания свидетелей защиты ФИО6, ФИО7 и ФИО8, утверждавших, что в указанный день П. размахивал молотком и нанес им ФИО1 ссадину на голове. Показания названных свидетелей детальны, последовательны, объективны и полностью соотносятся с показаниями ФИО2 В то же время положенные в основу приговора показания свидетеля ФИО9 являются недопустимым доказательством. Из материалов дела усматривается, что ФИО9 имел нарушения слуха, злоупотреблял спиртными напитками, являлся малограмотным, в силу чего мог допустить неточности, не осознавая всю важность своих показаний. В протоколах его допроса в нарушение предписаний ч. 6 ст. 190 УПК РФ отсутствуют записи о личном прочтении и подтверждении верности его показаний либо оглашении данных показаний следователем. О неустойчивости психики данного свидетеля и, как следствие, сомнительности его показаний свидетельствует и факт его суицида в ходе досудебного производства. При расследовании данного уголовного дела органом следствия была допущена волокита, что повлекло утрату доказательств, в том числе невозможность устранения противоречий, имеющихся в показаниях свидетеля ФИО9 Между тем присутствовавший при производстве проверки показаний ФИО2 на месте свидетель ФИО9 сообщил о том, что П. с молотком в руке преследовал осужденного, но данные сведения не были внесены в протокол следственного действия. По истечении двух месяцев ФИО9 был дополнительно допрошен, но дал иные показания. Очная ставка с участием ФИО9 не состоялась в связи со смертью последнего, поэтому описанные выше противоречия в показаниях названного свидетеля остались неустраненными. Однако суд предпочел сомнительные показания ФИО9 показаниям свидетелей стороны защиты и осужденного ФИО2 о самообороне. Необоснованными являются выводы суда о подтверждении противоречивых показаний свидетеля ФИО9 признательными показаниями ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, в которых им был признан только факт нанесения ударов П. , а не обстоятельства их нанесения. Суд первой инстанции принял во внимание лишь признательные показания ФИО2 и не дал должной оценки его показаниям при проверке их на месте, в ходе очной ставки, а также в судебном заседании. В приговоре не получили надлежащего анализа показания потерпевшего П. , данные им в судебном заседании, в которых он пояснил, что брал в руки молоток в целях напугать ФИО1 Не приняты по внимание судом показания потерпевшего, не отрицавшего факт управления мотоциклом непосредственно перед произошедшими событиями. В совокупности с другими доказательствами по делу, а именно свидетельскими показаниями ФИО10, ФИО11, ФИО12, указанные показания П. подтверждают доводы стороны защиты о возможности получения потерпевшим телесных повреждений при падении с мотоцикла. Об обоснованности приведенных доводов свидетельствуют и представленные стороной защиты фотографии данного транспортного средства с видимыми механическими повреждениями. Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО25 пояснил, что получение установленных у потерпевшего телесных повреждений не исключено и при падении с мотоцикла. Сторона защиты ставила под сомнение возможность получения потерпевшим многочисленных переломов ребер от удара кулаком, как вменено ФИО2 Данные доводы защиты опровергнуты не были, в связи с чем сомнения должны были толковаться судом в пользу подсудимого. Между тем судом первой инстанции нарушены принципы состязательности и равенства прав сторон, отклонены ходатайства, заявленные адвокатом в целях устранения имеющихся по делу противоречий и сомнений. Кроме того, постановленный приговор не может быть признан справедливым, поскольку назначенное осужденному наказание не соответствует сведениям о его личности. При назначении ФИО2 наказания судом первой инстанции не в полной мере учтена совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие обстоятельств, его отягчающих. Так, ФИО2 как на стадии предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства признавал факт причинения П. телесных повреждений, не соглашаясь лишь с правовой квалификацией его действий. Он не судим, положительно характеризуется, ранее активно оказывал благотворительную помощь, обладает прочными социальными связями - женат, имеет на иждивении троих несовершеннолетних детей, двое из которых являются малолетними, а также сына 18 лет, обучающегося на 1 курсе образовательной организации по очной форме обучения. Осужденный является единственным кормильцем в семье, ведет фермерское хозяйство, которое в настоящее время осталось без присмотра. Несправедливое наказание в виде лишения свободы поставило его семью в тяжелое положение. На досудебной стадии ФИО2 добровольно возместил причиненный потерпевшему материальный ущерб и моральный вред в сумме 150 000 рублей, принес ему публичные извинения. Также судом фактически не принято во внимание состояние здоровья осужденного, а лишь констатировано наличие у него заболевания. Вместе с тем в период рассмотрения дела в суде ФИО2 перенес хирургическую операцию по тотальному эндопротезированию левого тазобедренного сустава. Имеющееся у осужденного тяжкое заболевание прогрессирует и требует своевременного специализированного лечения, получение которого невозможно в условиях содержания в следственном изоляторе. При таких обстоятельствах назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы является чрезмерно суровым и не отвечающим принципу гуманизма.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Абушинов Д.В. указывает на несостоятельность изложенных в ней доводов, просит оставить приговор без изменения.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующему.

В апелляционной жалобе адвоката Бадма-Гаряева Э.Н. приведены доводы, аналогичные тем, на которых в суде первой инстанции основывалась противоречивая позиция стороны защиты о причинении ФИО2 вреда здоровью П. в условиях обороны от его противоправного посягательства и о получении потерпевшим обнаруженных у него телесных повреждении при падении с движущегося мотоцикла.

Следует отметить, что все аргументы стороной защиты были тщательно проверены судом и признаны несостоятельными с приведением в приговоре убедительной мотивировки.

При этом суд исходил из того, что осужденным ФИО2 не отрицался факт причинения П. телесных повреждений в результате нанесения ударов кулаком ему в лицо и по телу.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии достаточных доказательств совершения осужденным инкриминированного ему преступления нельзя признать убедительными, так как они противоречат материалам уголовного дела.

Все представленные сторонами доказательства были непосредственно исследованы в судебном заседании и с учетом требований ст. 17, 87, 88 УПК РФ подверглись судом проверке и оценке с точки зрения относимости, достоверности и достаточности для разрешения дела.

Утверждение адвоката Бадма-Гаряева Э.Н. о том, что обвинительный приговор основан исключительно на показаниях свидетеля ФИО9, противоречат действительности, так как из содержания обжалуемого судебного акта усматривается, что фактические обстоятельства дела установлены судом исходя из анализа всей совокупности исследованных материалов дела, в том числе объективных доказательств, в которых зафиксированы следы преступления и отражена информация, связанная с обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу.

Так, из показаний свидетеля ФИО9 на предварительном следствии, оглашенных в порядке п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, следует, что утром 28 июня 2024 года в доме на животноводческой стоянке, расположенной <адрес>, ФИО2 громко высказывал ему претензии за спаивание его работника ФИО10 В разговор вмешался П. и сделал замечание ФИО2 по поводу манеры общения. На этой почве между ними возник словесный конфликт, в процессе которого ФИО2 нанес несколько ударов кулаком правой руки в лицо П. . Когда потерпевший закрыл лицо руками, ФИО2 трижды ударил его кулаком по туловищу слева.

В судебном заседании осужденный ФИО2 и потерпевший П. подтвердили, что утром 28 июня 2024 года в доме на животноводческой стоянке, <адрес>, между ними произошел конфликт и признали факт, причинения ФИО2 телесных повреждений П. от ударов, нанесенных кулаком.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании и на предварительном следствии показал, что утром 28 июня 2024 года на животноводческую стоянку, <адрес>, приехал ФИО2 отругал его и отправил к месту работы. Позже ФИО2 сообщил ему, что избил П. за распитие с ним спиртного. На костяшках правой кисти ФИО2 имелись ссадины. На следующий день ФИО9 рассказал ему, что ФИО2 сильно избил П. .

Из показаний свидетеля ФИО11 усматривается, что 28 июня 2024 года ему по мобильному телефону позвонил П. и сообщил, что между ним и ФИО2 произошел конфликт, драка. 30 июня 2024 года его супруга доставила П. в больницу, где его госпитализировали в связи с телесными повреждениями.

Из протокола обыска от 31 июля 2024 года в доме животноводческой стоянки <адрес> протокола осмотра предметов (т. 2 л.д. 140 – 146) и заключения молекулярно-генетической судебной экспертизы №э следует, что на брюках, изъятых с животноводческой стоянки ФИО2, обнаружены следы крови, которые произошли от П. . Происхождение указанных следов крови от ФИО2 исключается.

Помимо вышеприведенных доказательств фактические обстоятельства содеянного ФИО2 подтверждаются заключением эксперта, протоколами очных ставок, осмотра места происшествия и предметов, изложенными в приговоре. Положенные в его основу доказательства были непосредственно исследованы и проверены в ходе судебного разбирательства, они зафиксированы в соответствии с уголовно-процессуальным законом и без каких-либо существенных нарушений, а поэтому обоснованно расценены судом первой инстанции как допустимые.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника суд в соответствии со ст. 73 УПК РФ установил все обстоятельства, имеющие значение по делу, и пришел к мотивированному мнению об умышленном характере действий ФИО2 по причинению вреда здоровью П. путем нанесения ударов кулаком по лицу и туловищу. В обоснование своих выводов суд изложил в приговоре совокупность достаточных доказательств и привел надлежащую аргументацию.

Достоверность показаний свидетеля ФИО9 на досудебной стадии проверялась судом первой инстанции. Они были сопоставлены с другими добытыми по делу доказательствами и проанализированы в совокупности. При проверке достоверности сообщенной ФИО9 информации о причине возникновения конфликта, который ФИО2 превратил в физическую расправу над П. , суд убедился в том, что показания названного свидетеля подтверждаются свидетельскими показаниями ФИО10 и ФИО11, а также объективными данными, отраженными в заключениях судебных экспертиз и протоколах следственных действий. По итогу тщательного анализа суд констатировал отсутствие существенных противоречий в показаниях свидетеля ФИО9, последовательность и детальность содержащихся в них сведений, поэтому признал его показания достоверно отражающими события, очевидцем которых он являлся, и положил их в основу приговора.

С мнением суда первой инстанции о правдивости исследованных показаний свидетеля ФИО9, нельзя не согласиться, так как оно сформировано на результатах надлежащей оценки доказательств, проведенной в соответствии с правилами, установленным в ст. 87, 88 УПК РФ. Судебная коллегия, как и суд первой инстанции, не усматривает серьезных разногласий в показаниях свидетеля ФИО9 о фактических обстоятельствах дела, не претерпевших в этой части принципиальных изменений. В этой связи несостоятельна точка зрения стороны защиты об ошибочности приведенного в приговоре истолкования показаний свидетеля ФИО9

В обжалуемом судебном решении с соблюдением требований ст. 307 УПК РФ дана оценка всем исследованным доказательствам, как подтверждающим выводы суда, так и противоречащим им.

Выдвинутые стороной защиты версии о получении П. телесных повреждений при падении с движущегося мотоцикла и о причинении ему телесных повреждений ФИО2 в условиях обороны от противоправного посягательства потерпевшего были тщательно проверены судом и признаны несостоятельными с приведением в приговоре убедительных мотивов.

Что же касается показаний осужденного ФИО2 о применении насилия к П. в стремлении защититься от нападения потерпевшего с молотком в руке, то они обоснованно получили в приговоре критическую оценку, поскольку предлагаемая осужденным интерпретация событий опровергается показаниями потерпевшего П. и свидетеля ФИО9, признанными достоверными, а также согласующимися с ними показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО11

При этом пояснения свидетелей ФИО6, ФИО7 и ФИО8 в судебном заседании в части, искажающей в интересах осужденного ФИО2 отдельные обстоятельства происшествия и последовательность развития событий, суд резонно объяснил их желанием помочь подсудимому избежать уголовной ответственности за совершенное общественно опасное деяние.

Доводы апелляционной жалобы о получении П. телесных повреждений при падении с мотоцикла не подкреплены доказательствами, достойными доверия, и прямо противоречат показаниям самого осужденного ФИО2, потерпевшего П. , свидетелей ФИО9, ФИО10 и ФИО11, а также содержанию протокола осмотра предметов (т. 2 л.д. 98 – 102), расписки ФИО11 (т. 2 л.д. 107).

С учетом установленных событий инкриминируемого деяния суд пришел к закономерному суждению о том, что возникшие противоречия с П. ФИО2 трансформировал в проявление агрессии с применением насилия к потерпевшему. В ходе судебного разбирательства достоверно установлена прямая причинно-следственная связь между нанесением ФИО2 ударов кулаком правой руки в лицо и по туловищу П. с причинением потерпевшему телесных повреждений в виде краниофациальной травмы, закрытой черепно-мозговая травмы, ушиба головного мозга, переломов нижней стенки правой орбиты со смещением, костей носа без выраженного смещения, латеральной стенки левой верхнечелюстной пазухи без выраженного смещения, ушиба мягких тканей лица, параорбитальной гематомы с двух сторон, ушибов мягких тканей, гематомы, ссадин обоих ушных раковин, закрытой тупой травмы груди, переломов 6 (переднего отрезка), 10 (заднего отрезка), 11 (заднего отрезка) ребер слева, осложнившихся левосторонним малым пневмотораксом, а также ушиба мягких тканей грудной клетки слева

Оценив указанные обстоятельства, судебная коллегия, также как и суд первой инстанции, пришла к убеждению об умышленном характере действий осужденного, проявившего агрессивное поведение из чувства личной неприязни к потерпевшему.

Изложенная в апелляционной жалобе точка зрения о том, что действия ФИО2 представляли необходимую оборону либо превышение её пределов, сформирована на собственном, тенденциозном восприятии стороной защиты материалов уголовного дела, которое противоречит объективной оценке исследованных в судебном заседании доказательств, положенной в основу обжалуемого приговора.

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия не усматривает оснований для переквалификации действий осужденного на ч. 1 ст. 114 УК РФ, на чем настаивала сторона защиты.

Количество, локализация и механизм образования обнаруженных у П. телесных повреждений, а также степень их тяжести установлены судом на основании выводов судебно-медицинской экспертизы, изложенных в заключении врача-эксперта БУ РК «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО14 № от ДД.ММ.ГГГГ. Имеющиеся у П. телесные повреждения в области грудной клетки, осложнившиеся левосторонним малым пневмотораксом, были расценены эксперты как тяжкий вред, причиненный здоровью потерпевшего, по признаку опасности создающий непосредственную угрозу для его жизни.

Выводы эксперта были положены в основу обвинительного приговора об умышленном причинении ФИО2 тяжкого вреда здоровью П. .

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № от 12 сентября 2024 года следует, что при проведении исследования эксперт руководствовался критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека методиками, установленными в приказе Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, утратившем силу с 1 сентября 2025 года в связи с изданием приказа Министерства здравоохранения РФ от 8 апреля 2025 года № 172н, которым утвержден новый порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

В ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции стороной защиты заявлены доводы о том, что установленные у потерпевшего телесные повреждения в соответствии с новыми медицинскими критериями определения степени тяжести вреда не образуют в совокупности тяжкий вред здоровью человека.

В целях проверки доводов, приведенных стороной защиты, судебная коллегия определением от 6 ноября 2025 года назначила по данному уголовному делу повторную судебно-медицинскую экспертизу потерпевшего П. .

Согласно выводам повторной (комиссионной) судебно-медицинской экспертизы № от 9 декабря 2025 года проявившееся у П. состояние в виде левостороннего малого пневмоторакса не сопровождалось развитием угрожающего жизни состояния, являющееся квалифицирующим признаком в отношении тяжкого вреда здоровья в соответствии с п. 5.2.1 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ № 172н от 8 апреля 2025 года, а установленные у потерпевшего П. телесные повреждения в виде краниофациальной травмы, закрытой черепно-мозговая травмы: ушиба головного мозга, переломов нижней стенки правой орбиты со смещением, костей носа без выраженного смещения, латеральной стенки левой верхнечелюстной пазухи без выраженного смещения, ушиба мягких тканей лица, параорбитальной гематомы с двух сторон, ушибов мягких тканей, гематомы, ссадин обоих ушных раковин; закрытой тупой травмы груди: переломов 6 (переднего отрезка), 10 (заднего отрезка), 11 (заднего отрезка) ребер слева, осложнившихся левосторонним малым пневмотораксом, а также ушиба мягких тканей грудной клетки слева расцениваются в совокупности как средней тяжести вред, причиненный здоровью человека.

Комиссионная судебно-медицинская экспертиза № проведена с соблюдением положений УПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» полномочными и компетентными экспертами, имеющими высшее образование по соответствующей специальности, необходимый опыт и стаж. Ход исследования подробно описан в исследовательской части заключения, примененные методики и сделанные на их основе выводы обоснованы, аргументированы и содержат ответы на поставленные вопросы, которые правовыми не являются. Подготовленное по результатам специального исследования заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, не является противоречивым и согласуется с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

В силу ст. 38926 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен, в том числе путем смягчения осужденному наказание или применения в отношении его уголовный закон о менее тяжком преступлении.

Учитывая результаты повторной судебно-медицинской экспертизы, действия осужденного ФИО2 по нанесению потерпевшему вреда здоровью при обстоятельствах, установленных приговором суда, подлежат переквалификации с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 112 УК РФ, то есть умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

В связи с иной юридической оценкой действий ФИО2 требуется изменение приговора в части назначенного осужденному наказания.

Согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ противоправное деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, в совершении которого ФИО2 признан виновным, относится к категории преступлений небольшой тяжести.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ.

Между тем по делу не установлено обстоятельств, отягчающих наказание осужденному.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, судом обоснованно учтены частичное признание им вины, принесение извинений потерпевшему, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, положительная характеристика, оказание помощи участникам СВО, дисфункция бедренных костей и коленных суставов, наличие на его иждивении четверых детей, двое из которых малолетние, отсутствие у осужденного судимостей.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения в отношении осужденного положений ч. 5 ст. 15, ст. 64 УК РФ, не находит их и судебная коллегия.

При назначении ФИО2 наказания судебная коллегия руководствуется положениями ч. 1 ст. 56 УК РФ, предписаниями ст. 6 и ч. 3 ст. 60 УК РФ, определяющими общие начала назначения наказания, и учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, в том числе предусмотренные пп. «г» и «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Исходя из принципов справедливости и соразмерности наказания содеянному, судебная коллегия приходит к убеждению о том, что назначение ФИО2 наказания в виде ограничения свободы на срок 2 года с установлением ограничений и обязанности, предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК РФ, будет способствовать восстановлению социальной справедливости, предотвращение совершения осужденным новых преступлений и его исправлению, то есть достижению целей, установленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Надзор за осужденным ФИО2, проживающим в <адрес>, судебная коллегия считает необходимым возложить на специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, - ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия.

В связи с назначением ФИО2 наказания, не связанного с лишением свободы, он подлежит освобождению из-под стражи незамедлительно.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок наказания ФИО2 подлежит зачету время его содержания под стражей с 1 августа по 5 сентября 2024 года и с 29 июля по 18 декабря 2025 года из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы.

Других оснований, влекущих отмену или изменение обжалуемого судебного решения, при рассмотрении данного уголовного дела в апелляционном порядке не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38915, 38920, 38926, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

Приговор Приютненского районного суда Республики Калмыкия от 29 июля 2025 года в отношении ФИО2 ФИО24 изменить.

Переквалифицировать действия ФИО2 с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 112 УК РФ и на основании санкции данной статьи назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 2 (два) года.

В соответствии со ст. 53 УК РФ для отбывания ФИО2 наказания в виде ограничения свободы, возложить на осужденного обязанность являться для регистрации два раза в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также установить следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования – Элистинский городской округ Республики Калмыкия без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Надзор за осужденным ФИО2 возложить на специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, - федеральное казенное учреждение «Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Калмыкия».

Освободить ФИО2 его из-под стражи незамедлительно.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок наказания зачесть ФИО2 время его содержания под стражей с 1 августа по 5 сентября 2024 года и с 29 июля по 18 декабря 2025 года из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Бадма-Гаряева Н.Э. удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня провозглашения в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший приговор. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

С.Н. Гончаров

Судьи

Е.Н. Утунов

И.В. Фурманов