Апелляционное определение № 33-3092/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья ФИО2 УИД 61RS0017-01-2025-001146-05

№ 33-3092/2026

№ 2-684/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда

в составе председательствующего судьи Котельниковой Л.П.,

судей Петриченко И.Г., Голованя Р.М.,

при секретаре Шипулиной Н.А.,

с участием прокурора Жван Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Шахтоуправление «Обуховская» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с утратой профтрудоспособности по причине установленного профзаболевания по апелляционной жалобе АО «Шахтоуправление «Обуховская» на решение Красносулинского районного суда Ростовской области от 23 октября 2025 года. Заслушав доклад судьи Петриченко И.Г., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 02.08.2023 в период работы в АО «Шахтоуправление «Обуховская» в качестве проходчика подземного ему впервые установлен заключительный диагноз профессионального заболевания «радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня с умеренно выраженным L5-S1 корешковым синдромом справа, стойкий болевой синдром, затянувшееся обострение, умеренные статико-вертебральные нарушения с умеренно выраженными нарушениями подвижности позвоночника на фоне дегенеративно-дистрофических изменений в позвоночнике от комплекса производственных факторов».

Профессиональное заболевание возникло в результате длительной работы в организации ответчика, в условиях вредных производственных факторов, а именно, длительное воздействие физических нагрузок в течение рабочей смены, нахождение в вынужденной неудобной позе, в связи со сложной горно-геологической обстановкой в горных выработках, недостаточное применение средств малой механизации, а также учитывая вредный стаж 19 лет 3 мес.

При исполнении трудовых обязанностей работодателем не были созданы в соответствии со ст. 212 ТК РФ условия труда, исключающие повреждение здоровья, что привело к профессиональному заболеванию, в связи с чем решением бюро МСЭ от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА ему впервые установлено 40% утраты профтрудоспособности и 3 группа инвалидности, в последующем при ежегодном переосвидетельствовании проценты утраты трудоспособности и группа инвалидности подтверждены с датой очередного переосвидетельствования ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА.

Выявленное у него профессиональное заболевание, причинившее вред его здоровью, причинило ему моральный вред, выразившийся не только в физических страданиях, но и в нравственных переживаниях, а именно: постоянные боли в спине и ногах, невозможность передвигаться пешком без боли даже на незначительные расстояния, усиление боли в спине и в ногах при незначительных физнагрузках, нарушение полноценного сна, состояние постоянной несобранности и утомляемости, вынужденный постоянный прием лекарств, а также пользование при передвижении дополнительными опорами.

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА он вынужден был уволиться, по состоянию здоровья продолжать работу на прежнем рабочем месте не имеет возможности. Соответственно потерял возможность иметь высокую (достойную) заработную плату на прежнем уровне. Из-за болезни вынужден большую часть времени и средств тратить на лечение.

В соответствии с п. 9.3. Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2022-2024 годы, приказом предприятия от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-ОД/2023 ответчик назначил к выплате ему 241107,04 рублей единовременной компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности, что считает недостаточным для полной компенсации морального вреда.

На основании изложенного просит суд взыскать с АО «ШУ «Обуховская» с учетом уточненных требований компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, а также 25000 расходы на оплату услуг представителя.

Решением Красносулинского районного суда Ростовской области от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Суд взыскал с АО «Шахтоуправление «Обуховская» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 91800 рублей, а также расходы на оплату представителя в размере 15000 рублей.

Также суд взыскал с АО «Шахтоуправление «Обуховская» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей.

Не согласившись с вынесенным решением, АО «Шахтоуправление «Обуховская» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило его отменить, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении заявленных требований.

Апеллянт указывает, что суд не принял во внимание, что диагноз хронического заболевания (радиокулопатия) признано профессиональным только лишь на том основании, что была подтверждена связь повреждения здоровья истца с его стажем работы в условиях многократного воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в течение 19 лет, куда входят периоды работы истца как у ответчика, так и на других предприятиях. При этом стаж работы истца в АО «Шахтоуправление «Обуховская» незначительный и составляет 5 лет 6 месяцев, что составляет 30,6 % от общего стажа работы во вредных условиях труда.

Также податель жалобы указал, что, исходя из положений Федерального

отраслевого тарифного соглашения по угольной промышленности, на который ссылается истец, сумма компенсации морального вреда с учетом установленной степени вины АО «Шахтоуправление «Обуховская» (30,6%) должна составлять 278991 рубль, что соотносится с выплаченной ему по Коллективному договору 241107,04 рублей, разница составит 37883рубля.

Апеллянт полагал, что при заявлении размера компенсации морального вреда истец не обосновал, в чем заключалось причинение морального вреда, в чем состоит нарушение его прав при исчислении размера единовременной выплаты компенсации морального вреда, произведенного по п. 9.3 Коллективного договора. Поскольку истец не оспаривал в суде условия коллективного договора, определяющие расчет размера компенсации морального вреда при получении работником профессионального заболевания, или других условий, относящихся к компенсации морального вреда, законных оснований для применения к рассматриваемым правоотношениям ст. 237 ТК РФ, у суда первой инстанции не имелось.

Удовлетворяя исковые требования ФИО1, по мнению апеллянта, суд первой инстанции ограничился ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, не указал мотивы, по которым он взыскал в пользу истца компенсацию морального вреда, и не привел мотивов относительно степени вины работодателя, указанной судом в числе прочих обстоятельств, которые, учитывались при определении размера компенсации морального вреда.

Кроме того, суд первой инстанции при удовлетворении исковых требований в указанном размере, не принял во внимание и не учел, что повреждение здоровья не связано с умышленными противоправными действиями ответчика, истец осознанно и добровольно в течение длительного времени осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда на угольных шахтах, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, повышенной оплатой труда, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, в том числе досрочный выход на пенсию.

Ознакомившись с материалами дела, доводами апелляционной жалобы, возражениями на неё, выслушав представителя АО «Шахтоуправление «Обуховская» ФИО3, поддержавшего доводы жалобы, истца ФИО1 и его представителя ФИО4, просивших отказать в удовлетворении жалобы, заключение прокурора Жван Ю.А., полагавшей, что в данном случае оснований для отмены решения суда не имеется, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, истцу ФИО1 в период работы у ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская» в качестве проходчика ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА установлен заключительный диагноз профессионального заболевания – радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня с умеренно-выраженным Л5-S1 корешковым синдромом справа, стойкий болевой синдром, затянувшееся обострение, умеренные статико-вертебральные нарушения с умеренно выраженными нарушениями подвижности позвоночника на фоне дегенеративно-дистрофических изменений в позвоночнике от комплекса производственных факторов.

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА составлен акт НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН о случае профессионального заболевания, который устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь выявленного профзаболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия.

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА истцу впервые было установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания и 3 группа инвалидности, что подтверждается справками ФКУ «ГБ МСЭ по Ростовской области».

ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА ФИО1 уволен в связи с отказом от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением (п. 8 ст. 77 Трудового кодекса РФ).

Таким образом, в период работы у ответчика ФИО1 установлен заключительный диагноз хронического профессионального заболевания – радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) от комплекса производственных факторов, в связи с чем проведено расследование случая профзаболевания, с участием работодателя АО «Шахтоуправление «Обуховская» ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА составлен акт о случае профессионального заболевания НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.

При освидетельствовании в бюро МСЭ ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА ФИО1 повторно установлено ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА.

Положения п. 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы (срок действия продлен по ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА), предусматривающего компенсацию морального вреда, причиненного работнику в случае утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, в отношении работодателя – АО «Шахтоуправление «Обуховская» и работников указанной организации в данном случае применению не подлежат, так как АО «Шахтоуправление «Обуховская» в установленном законом порядке отказалось от присоединения к указанному Соглашению.

Действующим у ответчика Коллективным договором предусмотрена компенсация морального вреда в случае причинения вреда здоровью работника. Так, согласно п. 9.3 Коллективного договора АО «Шахтоуправление «Обуховская» на период спорных правоотношений, работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью вследствие несчастного случая (профессионального заболевания), связанного с производством, исходя из среднего заработка работника, степени утраты трудоспособности, количества лет работы в АО «Шахтоуправление «Обуховская».

На основании п. 9.3 Коллективного договора приказом по АО «Шахтоуправление «Обуховская» от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-ОД/2023 ответчиком ФИО1 выплачена единовременная компенсация морального вреда в размере 241107,04 рублей.

Разрешая спор и принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 9, 22, 237 ТК РФ, статей 150, 151, 1099 ГК РФ, статьи 8 Федерального закона от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», исходил из того, что в период работы у ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская» истцу ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания – радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) от комплекса производственных факторов, в результате которого истцу причинены физические и нравственные страдания, вызванные болезненными ощущениями, необходимостью периодически обращаться за медицинской помощью, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности выбирать работу по своему усмотрению, материально обеспечивать семью, и пришел к выводу о возникновении у ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская» обязанности возместить истцу моральный вред в связи с причинением вреда его здоровью.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходил из степени вины ответчика, установленной заключением судебно-медицинской экспертизы в размере 30,6 %, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств установления профессионального заболевания, степени испытываемых истцом физических и нравственных страданий, причиненных ему повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, суд первой инстанции пришел к выводу, что размер компенсации морального вреда следует определить в сумме 91800 рублей (дополнительно к сумме, выплаченной ответчиком в соответствии с условиями Коллективного договора), что в полной мере будет соответствовать требованиям разумности и справедливости.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о возникновении у ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская» обязанности возместить истцу моральный вред в связи с причинением вреда его здоровью и полагает, что они являются обоснованными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы гражданского дела доказательствам, сделаны при правильном применении норм материального права.

В соответствии с абзацами 1, 2 части 1 статьи 5 ТК РФ, регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 ТК РФ).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 ТК РФ).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 219 ТК РФ).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 ТК РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 ТК РФ).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора или отраслевым соглашением, локальным нормативным актом работодателя.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Ввиду отсутствия в ТК РФ норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы ГК РФ, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что причиной возникновения и установления ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА профессионального заболевания у ФИО1 является воздействие на организм вредных производственных факторов в период работы, в том числе, в АО «Шахтоуправление «Обуховская».

В связи с нарушением ответчиком своих обязанностей по созданию безопасных условий труда, предусмотренных статьями 22, 212 ТК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что именно на АО «Шахтоуправление «Обуховская», в силу пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ и статьи 237 ТК РФ, возлагается обязанность по выплате ФИО1 денежной компенсации причиненного ему морального вреда.

Установлено, что ФИО1 впервые установлено профессиональное заболевание - радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня преимущественно справа в связи с воздействием комплекса вредных производственных факторов – ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, именно в период его работы в АО «Шахтоуправление «Обуховская», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН. При освидетельствовании в бюро МСЭ ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА установлено ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА

При этом, судебная коллегия отмечает, что сведений об установлении ФИО1 ранее профессионального заболевания в материалах дела не имеется. При прохождении периодических медицинских осмотров за время работы ФИО1 он признавался годным к работе в подземных условиях по профессии.

Согласно выводам заключения судебной экспертизы НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА Федерального государственного бюджетного учреждения «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний», в возникновении профессионального заболевания у ФИО1 с учетом его стажа работы на предприятии, степени воздействия вредных и неблагоприятных производственных степень вины работодателя - АО «ШУ «Обуховская» составляет 30,6 %.

Согласно части 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 N 81-ФЗ "О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности" социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

По смыслу положений нормативных правовых актов Российской Федерации и Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в данном случае угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре, в том числе условия выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Из изложенного следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора. В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

При этом, положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

С учетом вышеизложенного судебная коллегия признает несостоятельными доводы апелляционной жалобы АО «Шахтоуправление «Обуховская» о том, что поскольку стороны заключили соглашение на основании коллективного договора о денежной компенсации морального вреда, по которому истцу выплачено 241107,04 рублей, в связи с чем спор о размере компенсации этого вреда отсутствовал, следовательно, истец не имеет права на взыскание иной суммы компенсации морального вреда. В данном случае, как правильно отмечено судом первой инстанции, спора между сторонами в отношении определенного Коллективным договором размера компенсации морального вреда между сторонами не имелось. Между тем, истец воспользовался предусмотренным законом правом на взыскание компенсации морального вреда по нормам Трудового и Гражданского законодательства, в связи с чем оснований для отказа ему в удовлетворении указанных требований не имелось.

Принимая во внимание, индивидуальные особенности истца, степень его нравственных и физических страданий в связи с возникновением профессионального заболевания, утрату профессиональной трудоспособности 40%, степень вину ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда – 30,6%, выплаченную истцу работодателем денежную сумму в добровольном порядке в счет компенсации морального вреда в размере 241107,04 рублей, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований у суда первой инстанции для взыскания с АО «Шахтоуправление «Обуховская» в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда в размере 91800 рублей.

При таких обстоятельствах, решение Красносулинского районного суда Ростовской области от 23.10.2025 является законным, обоснованным, при вынесении решения судом не допущено нарушений норм материального и процессуального права, все значимые для дела обстоятельства были установлены судом правильно и им дана надлежащая правовая оценка. Оснований к отмене решения суда, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 328 – 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Красносулинского районного суда Ростовской области от 23 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу АО «Шахтоуправление «Обуховская» без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.03.2026.