Апелляционное постановление № 22К-1650/2025 от 19 марта 2025 г. по делу № 3/2-85/2025

Судья Орлова Э.А.

Дело № 22К-1650/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 20 марта 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Александровой В.И.,

при секретаре судебного заседания Братчиковой Л.Н. рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе защитника Ширяева О.А. в интересах обвиняемого Б. на постановление Свердловского районного суда г. Перми от 13 марта 2025 года, которым

Б., родившемуся дата в ****, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 4месяцев, то есть до 14 мая 2025 года.

Изложив краткое содержание постановления, доводы апелляционной жалобы, заслушав выступление защитника Ширяева О.А., поддержавшего доводы жалобы, мнение прокурора Григоренко П.А. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

14 января 2025 года в отделе по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Кировского района СУ Управления МВД России по г. Перми возбуждено уголовное дело № 12501570053000045 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

14 января 2025 года по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ был задержан Б., в тот же день он был допрошен в качестве подозреваемого.

16 января 2025 года постановлением Кировского районного суда г. Перми в отношении Б. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

20 января 2025 года Б. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, в тот же день он был допрошен в качестве обвиняемого.

В одно производство с данным уголовным делом соединены 7 уголовных дел, возбужденных по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Соединенному уголовному делу присвоен № 12501570053000045.

7 марта 2025 года уголовное дело передано для производства предварительного расследования в СЧ СУ Управления МВД России по г. Перми.

11 марта 2025 года срок предварительного следствия по уголовному делу продлен надлежащим должностным лицом до 14 апреля 2025 года.

Следователь, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия руководителя следственного органа, обратился с ходатайством о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Б., по результатам рассмотрения которого судьей вынесено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе защитник Ширяев О.А. находит постановление суда необоснованным, считает, что основания, по которым в отношении Б. ранее была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время отпали, так как изменились обстоятельства, а доводы, изложенные в ходатайстве следователя и обжалуемом постановлении, не обоснованы. Сведений о том, что Б. скроется от органа предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью не представлено. Следствие и суд не располагают фактами, свидетельствующими о попытке совершения Б. указанных действий. Ни в ходатайстве следователя, ни в постановлении суда не указано конкретных фактов, обосновывающих необходимость продления меры пресечения, а доводы носят общий характер, являются недостаточными и надуманными, что противоречит положениям ст. 97 УПК РФ. Выводы суда о том, что Б. скроется от следствия и суда, воспрепятствует производству по делу ничем не подтверждены, поскольку он имеет постоянное место жительства, где характеризуется положительно. Принимая решение о продлении меры пресечения, суд необоснованно сделал ссылку на объем действий, о проведении которых заявлено в ходатайстве следователя. В действительности за истекшие 2 месяца с Б. были проведены только неотложные следственные действия в первые дни, после чего никаких действий не проводилось, при этом уголовное дело не приостанавливалась, поэтому нельзя признать не завершение дела по объективным причинам. Считает, что у суда не было оснований ссылаться на объем запланированных следственно-процессуальных действий по уголовному делу, поскольку за 2 месяца содержания под стражей с Б. никакие следственные действия не производились. При этом Б. имеет постоянное место жительства, его личность установлена, он не предпринимал попыток скрыться от органов предварительного расследования, исключительно положительно характеризуется по месту жительства, работает автомехаником, имеет устойчивые социальные связи, занимается воспитанием дочери. Кроме того, суд не учел, что Б. страдает множеством серьезных хронических заболеваний. Диагнозы Б. и факт срочного помещения в медсанчасть свидетельствуют о невозможности его содержания под стражей, поскольку ему необходимо постоянное лечение, которое в условиях изоляции невозможно по объективным причинам. Б. с 2017 года состоит на учете в ГКУЗ «***», по результатам анализов в 2024 году у него было выявлено ***, в связи с чем ему необходима *** терапия. Приобщенные в судебном заседании анализы крови свидетельствуют об ином диагнозе у Б. - ***. Просит изменить в отношении Б. меру пресечения на иную, более мягкую, не связанную с изоляцией от общества.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения, до 12 месяцев.

Согласно ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и ст. 99 УПК РФ.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей в отношении Б., суд руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона и мотивировал свои выводы о необходимости такого продления.

Срок предварительного расследования по уголовному делу продлен надлежащим должностным лицом, и нарушений закона при этом не допущено.

Ходатайство следователя рассмотрено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, а также основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Представленные органом предварительного расследования доказательства свидетельствуют об обоснованности подозрения Б. в причастности к инкриминируемому деянию.

Выводы суда о необходимости продления Б. срока содержания под стражей и невозможности применения иной меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, в постановлении надлежаще мотивированы. Оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит, поскольку они основаны на представленных суду и исследованных в судебном заседании материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого судьей решения.

Вопреки доводам стороны защиты, в соответствии с действующим законодательством, поводом для избрания (продления) подозреваемому (обвиняемому) меры пресечения является наличие оснований полагать, что он скроется от следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства, уничтожить доказательства. То есть, действующее законодательство не требует наличие бесспорных доказательств этому, а устанавливает лишь наличие оснований полагать (предполагать) возможность со стороны подозреваемого (обвиняемого) попыток уйти от ответственности хотя бы одним из вышеприведенных способов.

Проанализировав сведения о личности обвиняемого, характере и степени общественной опасности преступления, в совершении которого он обвиняется органом предварительного расследования, с учетом целей сохранения баланса между интересами обвиняемого и необходимостью гарантировать эффективность системы уголовного правосудия, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что основания для применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу не изменились и сохраняют свою актуальность по настоящее время.

Б. органами предварительного следствия обвиняется в совершении покушения на особо тяжкое преступление, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, подозревается в совершении 7 аналогичных преступлений, официального источника дохода не имеет, допускает немедицинское употребление наркотических веществ.

Учитывая изложенное, суд обоснованно сделал вывод о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе, Б. может скрыться от органа предварительного следствия, уклониться от явки к следователю для проведения следственных и процессуальных действий, заниматься преступной деятельностью, чем может воспрепятствовать производству по уголовному делу, поэтому применение к нему иных, предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер пресечения, в том числе домашнего ареста, залога, невозможно, так как альтернативные меры пресечения не обеспечат надлежащего поведения обвиняемого и предупреждения совершения им действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, в том числе не послужат препятствием для совершения противоправных деяний для немедицинского употребления запрещенных веществ.

Доводы жалобы о том, что срок содержания обвиняемого под стражей продлен при отсутствии доказательств, подтверждающих доводы органа следствия, являются несостоятельными, поскольку в судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона ходатайство следователя и необходимые материалы, подтверждающие изложенные в нем доводы, которым дана надлежащая оценка.

Продление срока содержания Б. под стражей обусловлено необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, в том числе, проведения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы в отношении Б., истребования и осмотра информации о движении денежных средств по банковским счетам обвиняемого, получения информации о географическом положении абонентов и детализации их соединений по абонентскому номеру обвиняемого, осмотра мобильного телефона обвиняемого; производства дополнительного допроса Б.

Приводя мотивы принятого решения, суд указал, что продление срока содержания под стражей обусловлено, в том числе необходимостью выполнения указанных в ходатайстве процессуальных действий, провести которые до истечения установленного срока содержания обвиняемого под стражей не представилось возможным.

Принимая во внимание объем действий, о проведении которых заявлено в ходатайстве следователя, указанный в постановлении срок содержания под стражей является разумным и необходимым.

Фактов волокиты, неэффективности организации расследования, несвоевременного проведения следственных действий, вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанций не установлено, с учетом объема проведенных следственных и процессуальных действий. Не выявлено таковых и судом апелляционной инстанции, предварительное расследование не завершено по объективным причинам.

Сама по себе длительность предварительного следствия и количество проведенных следственных действий с обвиняемым не является свидетельством нарушения положений ст. 6.1 УПК РФ, поскольку в данном случае это связано с характером и фактическими обстоятельствами инкриминируемого Б. органом предварительного следствия деяния и производством необходимых процессуальных действий. При этом суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что уголовно-процессуальным законом на досудебной стадии производства по делу предусмотрено проведение различных следственных и процессуальных действий, в которых обвиняемый не участвует.

Следует также отметить, что мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана в отношении обвиняемого не только для обеспечения его непосредственного участия при производстве различных следственных действий, в производстве которых может возникнуть необходимость, но и, прежде всего, для обеспечения невоспрепятствования обвиняемым производству по уголовному делу.

Не проведение в определенный период следственных действий конкретно с обвиняемым, не свидетельствует о допущенной волоките, учитывая, что предварительное расследование по уголовному делу включает производство действий, направленных на установление всех обстоятельств дела.

Кроме того, следователь, являясь самостоятельным процессуальным лицом, сам направляет ход расследования и определяет, когда и какие следственные и процессуальные действия проводить, и несогласие стороны защиты с действиями (бездействием) следователя в части не проведения тех или иных следственных действий, вопреки доводам жалобы, не свидетельствует о допущенной по настоящему делу волоките, не является предметом рассмотрения в настоящем судебном заседании и может быть обжаловано в ином порядке уголовного судопроизводства.

Наличие места жительства, положительных характеристик, несовершеннолетнего ребенка, вопреки доводам жалобы, не является безусловным основанием для отмены обжалуемого решения. Кроме того, при разрешении вопросов, связанных с мерой пресечения, суд не входит в обсуждение вопросов о виновности или невиновности лица в совершении преступления, о доказанности вины, квалификации действий и оценки доказательств и иных обстоятельств по делу.

Несмотря на наличие у обвиняемого Б. хронических заболеваний, согласно справке Филиала «Больницы № 2» ФКУЗ МСЧ-59 ФСИН России от 19 марта 2025 года, они не препятствуют содержанию его под стражей. Также в настоящее время отсутствует медицинское заключение о проведении медицинского освидетельствования обвиняемого на предмет наличия у него тяжких заболеваний, включенных в перечень тяжких заболеваний, препятствующих содержанию под стражей. Доводы защитника об обратном не могут быть признаны состоятельными, поскольку адвокат не является специалистом либо экспертом в области медицины.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайства следователя, влекущих отмену или изменение постановления, судом первой инстанции допущено не было.

Постановление суда соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, оно основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и исследованных в судебном заседании, является законным, обоснованным и мотивированным.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Перми от 13 марта 2025 года в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Ширяева О.А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись