Решение № 2-2520/2017 2-389/2018 2-389/2018 (2-2520/2017;) ~ М-2456/2017 М-2456/2017 от 6 июня 2018 г. по делу № 2-2520/2017

Дело № 2-389/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 июня 2018 года г.Воткинск

Воткинский районный суд УР в составе судьи Акуловой Е.А.при секретаре Старших О.Л.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 и ФИО7 к ФИО8 о признании недействительным договора дарения и признании права собственности в порядке наследования,

У с т а н о в и л :

ФИО6 и ФИО7 обратились в суд с иском к ФИО8 о признании недействительным договора дарения земельного участка и помещения по адресу <*****> и признании права собственности в порядке наследования.

Исковые требования обоснованы тем, что в <дата> был зарегистрирован брак между ФИО2 и ФИО1 <дата> умерла мать сторон - ФИО1, после ее смерти открылось наследство в виде: земельного участка, площадью <***> га, расположенного по адресу: <*****>, а также земельного участка, кадастровый номер №*** расположенного по адресу: <*****> и помещения, кадастровый номер №***, расположенного по адресу: Удмуртская <*****> Наследниками ФИО1 являлись: муж - ФИО2 и дети - ФИО6, ФИО7, ФИО9 и ФИО5 (умерший <дата> Вышеуказанные наследники приняли наследство после ФИО1 фактическими действиями. <дата> умер отец сторон ФИО2 После его смерти открылось наследство в виде: земельного участка, площадью 4,9 га. расположенного по адресу: <*****> и земельного участка, кадастровый номер №***, площадью <***>, расположенного по адресу: <*****> Вышеуказанные наследники приняли наследство после ФИО10 путем подачи по месту открытия наследства нотариусу заявления о выдаче свидетельства о праве на наследство. Нотариусом нотариального округа «Боткинский район Удмуртской Республики» ФИО11 было открыто наследственное дело. Наследниками ФИО2 являются дети - ФИО6, ФИО7, ФИО9 Нотариусом каждому вышеуказанному наследнику было выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1/3 долю в праве собственности на земельный участок, площадью <***> га, расположенный по адресу: <*****> и земельный участок, кадастровый номер №***, площадью <***>., расположенный по адресу: <*****> Однако спорные земельный участок и помещение не входили в наследственную массу после смерти ФИО2 Спорный земельный участок и помещение принадлежали на праве общей совместной собственности ФИО1 и ФИО2 Истцам в 2017 <дата> стало известно, что <дата> ФИО2 зарегистрировал свое право собственности на спорные земельный участок и помещение и на основании договора дарения подарил их ФИО8 Земельный участок и помещение были выделены отцу (ФИО2 в период брака с матерью ФИО1 и принадлежали им на праве общей совместной собственности. Так как земельный участок и помещение приобретены ФИО1 и ФИО2 совместно в период брака, то они являются их общей совместной собственностью.

Согласно п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства, поэтому истцам и ФИО9 принадлежит по 1/6 доли в праве собственности на земельный участок и помещение с <дата> (с момента смерти матери - ФИО1.). Таким образом, истцы приняли наследство (по 1/6 доле в праве собственности на земельный участок и помещение) после смерти своей матери ФИО1 Договор дарения земельного участка и помещения, заключенного между ФИО2 и ФИО8, является недействительным, т.к. ФИО2 распорядился имуществом, которое не принадлежало ему на праве личной собственности. На основании изложенного, истцы просили признать договор дарения земельного участка, кадастровый номер №*** расположенного по адресу: <*****> и помещения, кадастровый номер №***, расположенного по адресу: <*****> заключенного между ФИО2 и ФИО8, недействительным, признать за ФИО6 право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок и помещение, признать за ФИО7 право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок и помещение, расположенные по вышеуказанному адресу.

В ходе судебного разбирательства от истцов в лице представителя – ФИО12, действующей на основании доверенности от <дата> со сроком действия до <дата> (копия на л.д. №***) от имени ФИО7, и на основании доверенности от <дата>. со сроком действия до <дата> (копия на л.д. №***) от имени ФИО6, в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) поступило заявление (л.д. №***), принятое судом в качестве заявления об изменении предмета иска протокольным определением от <дата>., согласно которому истцы просили признать за ними по 7/18 долей в праве собственности на спорное имущество за каждой.

В судебном заседании истец ФИО7, надлежащим образом извещенная о дате, времени и месте судебного заседания, что подтверждается имеющимся в материалах дела почтовым уведомлением, не присутствовала, не представила сведений о причинах неявки и не просила рассмотреть дело в ее отсутствие, в связи с чем, в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО7

Истец ФИО6 в судебном заседании также не присутствовала, извещалась о дате, времени и месте судебного заседания посредством направления в ее адрес заказной почтовой корреспонденции, откуда почтовое отправление возвращено с отметкой об истечении срока хранения.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО6

Представитель истцов: ФИО7 и ФИО6 – ФИО12 в судебном заседании исковые требования с учетом изменения предмета иска поддержала, поддержала также пояснения, данные ею в предыдущих судебных заседаниях, считает, что срок исковой давности истцами не пропущен, поскольку свидетельство о праве на наследство было получено в <дата>, именно с этого момента истцы узнали о своем нарушенном праве, как наследники, и заявили иск в пределах исковой давности. На момент обращения к нотариусу истцы не знали объем наследственного имущества. Один из истцов проживает в <*****>, в связи с чем, у неё получилось приехать в Удмуртию только в <дата>. Второй истец - инвалид, по состоянию здоровья тоже не смогла оформить свои наследственные права ранее. Истцы обратились к нотариусу в установленный законом шестимесячный срок, и на момент обращения к нотариусу истец ФИО6 находилась еще в регионе.

Также представитель истцов пояснила, что истцы после смерти ФИО1 приняли наследство, поскольку после её смерти в спорной квартире проживала ФИО7, в течение 3-х лет, делала косметический ремонт за свой счет, ухаживала за лежачим отцом, помогала по хозяйству, а ФИО6 приезжала на выходные дни, а А.А., по факту, в спорной квартире не проживал. ФИО7 на день смерти ФИО2 была зарегистрирована в <*****>, по факту проживала в <*****> ФИО13 начала проживать в спорной квартире после смерти ФИО1, поскольку ФИО2 находился в беспомощном состоянии, фактически был лежачий больной. Почему истцы не включили в состав наследственного имущества спорную квартиру и земельный участок, когда вступали в права наследования после смерти отца, пояснить не может. После смерти ФИО2 ФИО13 какое-то время проживала в спорной квартире, потом в квартире поселился ФИО14 со своей семьей, ФИО13 была вынуждена уехать из спорной квартиры. ФИО13 действительно проживала в спорной квартире, по адресу: <*****>, но выезжала в больницу, поскольку также была в преклонном возрасте и ездила в больницу в <*****>, поскольку была прописана в <*****> Каким образом в <дата> появилась доверенность, выданная нотариусом о совершении сделки, пояснить не может. Возможно, нотариус был приглашен к ФИО2, когда ФИО13 выезжала в больницу, поскольку при ней никаких действий совершено не было.

В судебном заседании ответчик ФИО8 исковые требования не признал, просил в их удовлетворении отказать, дополнительных пояснений в судебном заседании ответчик не дал.

Также, в ходе подготовки дела к судебному разбирательству ответчиком было представлено заявление о пропуске исковой давности, которое мотивировано тем, что, по мнению ответчика, о своём нарушенном праве истцы узнали, либо должны были узнать в <*****>, когда ими было подано заявление о вступлении в наследство, открывшееся после смерти их отца ФИО10, в связи с чем, трёхгодичный срок исковой давности по требованию по признании сделки недействительной истек <дата>. Кроме того, оспариваемый договор дарения соответствует требованиям, установленным законом, был заключен в письменной форме, с соблюдением статьи 574 ГК РФ, оснований для запрещения дарения и ограничения дарения, предусмотренных ст. 575, 576 ГК РФ не имеется. Доказательств того, что сторонами заключен иной договор, не соответствующий их волеизъявлению, истцами не представлено. Доводы истцов о несоответствии договора дарения требованиям закона, так как ФИО2. не являлся на момент совершения сделки единоличным собственником не соответствуют действительности, так как в наследство после смерти матери ФИО1. истцы не вступали, иного суду не предоставлено. Более того, на дату оформления договора дарения никаких правопритязаний со стороны истцов на имущество не имелось, тогда как им достоверно было известно о его наличии и существовании, так как в указанном доме и на указанном земельном участке по адресу <*****> проживали, как мать истцов - ФИО1 так и отец истцов - ФИО2 На основании вышеизложенного, ответчик просил суд в удовлетворении заявленных исковых требований отказать, ввиду пропуска срока исковой давности

В судебном заседании представитель ответчика ФИО8 – ФИО15, действующая на основании доверенности от <дата> со сроком действия до <дата> (копия на л.д. №***), исковые требования также не признала в полном объеме, поддержала пояснения, данные ею в предыдущих судебных заседаниях, согласно которым на момент совершения сделки дарения на <дата> ФИО2 являлся единоличным собственником спорной квартиры и земельного участка, по адресу: <*****> данная квартира принадлежала ему на основании договора купли-продажи от <дата>, который был зарегистрирован в БТИ г. Воткинска и Воткинского района <дата> Сделка дарения была совершена по истечении трех месяцев с момента смерти ФИО1 Таким образом, говорить о том, что истцы фактически вступили в наследство, оснований не имеется, т.к. с момента смерти ФИО1 истцам было достоверно известно, о том, что в <дата> ФИО2 подарил спорный земельный участок и квартиру своему внуку. На дату смерти и подачи заявления о вступления в наследство после смерти ФИО2 (<дата>.) и в течение последующих 6 месяцев ничто не препятствовало истцам определить объем наследственной массы, оставшейся после смерти ФИО2. Сделка дарения соответствовала требованиям закона, до сегодняшнего момента не оспаривалась, срок исковой давности истек, который, как считает сторона истца, начал течь в <дата> т.е. по истечении 6 месяцев, с момента, когда истцами было подано заявление о вступлении в наследство, срок истек <дата> Говорить о том, что данное имущество могло входить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО2., оснований нет, т.к. на <дата> право собственности перешло уже к ФИО8 Нотариус выдала свидетельство только на то имущество, которое на момент смерти являлось собственностью ФИО2. Заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме, в том числе, по доводам, изложенным в заявлении о пропуске срока. Квартира была приобретена в период брака супругов ФИО2 и ФИО1, этого сторона ответчика не оспаривает, но вопрос о выделе супружеской доли после смерти ФИО1 истцами решен не был.

Также, представитель ответчика пояснила, что после смерти ФИО1 истцы не вступили в наследство, в связи с чем, дедушка доверителя распорядился данным имуществом, т.к. данное имущество было оформлено на его имя, он его подарил. С <дата> никаких правопритязаний со стороны истцов не было, тогда как им было достоверно известно, что имущество принадлежит не их отцу. При жизни ФИО2, ФИО1 этим спорным имуществом пользовался с <дата>, как доверитель, который проживал в этом доме и обсуживал дедушку, так и ФИО2, за которым сохранялось право пользования и проживания до момента смерти, там же проживала ФИО1. Не знать о том, что спорная квартира находится в собственности доверителя, истцы не могли, поскольку постоянно приезжали к родителям. При жизни ФИО1 не пыталась решать вопрос каким-либо образом о выделе своей супружеской доли, её все устраивало. В свидетельстве о праве наследовании по закону указано, что фактически после смерти ФИО1. наследником был только её муж ФИО2, принявший наследство, но не оформивший своих наследственных прав на земельную долю, которая находилась на праве собственности у ФИО1., долю земли в <***> на которую потом истцы оформили наследство после смерти отца, который вступил в наследство фактически после смерти ФИО1 На день смерти ФИО1 в квартире были зарегистрированы и проживали: сама ФИО1 и ФИО2. Земельным участком <***> пользовался колхоз – земли коллективной долевой собственности, истцы землей не пользовались, истцы заявили права наследования на две земельные доли в <***> – земли сельхоз назначения, коллективной собственности.

В судебном заседании третье лицо ФИО9 с иском не согласился, поддержал пояснения, данные им в предыдущих судебных заседаниях, согласно которым он вступал в наследство после смерти отца – ФИО2 вместе с сестрами (истцами). Спорную квартиру получал с работы, проживал в ней до <дата>, потом получил другую квартиру в <дата> В спорной квартире оставил проживать своих родителей. Сестры всегда жили в <*****>. Когда он обучался в школе, сестры с ним и родителями уже не проживали. Квартиры находились в собственности колхоза и в <дата> колхоз стал продавать квартиры. Тогда ему сказали, что две квартиры на него одного оформить нельзя, поэтому одну квартиру оформили на отца, т.е. спорную квартиру, путем заключения договора купли-продажи. Сестры об этом знали, что квартиру оформили на отца, поскольку они приезжали в гости, общались с родителями. Родители жили одни, в <дата> мать умерла, за отцом ухаживали: он, его жена и сын, возили отца в больницу. Л.Н. на тот момент уже не работала, предложила им помочь ухаживать за отцом, приезжала и проживала с отцом, но периодически уезжала из-за своей болезни. Л.Н. приехала к отцу в <дата>, поскольку не могла приехать и ухаживать за отцом, была сама больна. Все коммунальные услуги оплачивали сын и жена третьего лица. Заранее было оговорено, что спорная квартира останется его сыну, когда отец стал оформлять квартиру на себя. После смерти матери, чтобы не было никаких препятствий, отец оформил дарение спорной квартиры и земельного участка на сына третьего лица, своего внука. Для оформления договора дарения нотариус была приглашена в спорную квартиру, поскольку у отца была сломана нога, он самостоятельно не мог передвигаться. Нотариус оформила доверенность на имя третьего лица, чтобы потом он мог оформить договор дарения от его имени. Когда была оформлена дарственная на спорную квартиру, отец сам сказал об этом Л.Н., а она уже потом передала Н.Н.. Третьему лицу об этом стало известно от Н.Н., поскольку она ему потом звонила, это было после оформления договора дарения, прошло 2-3 дня. Н.Н. сказала, что квартиру нужно было делить на троих, он же сказал, что на то была воля отца, что квартира будет на внуке, после чего никаких вопросов не было задано по квартире, даже после смерти отца. После смерти отца он ездил первый к нотариусу и подал заявление, где указал наследственное имущество – два земельных участка и денежные средства. После смерти отца также и сестры обращались к нотариусу и писали заявление о вступлении в наследство. Свое свидетельство о праве на наследство он оформил в срок, т.е. примерно в <дата>. Почему сестры оформили свои свидетельства так поздно, сказать не может.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, и, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из материалов дела усматривается, что <дата>. ФИО9, действующим по доверенности за ФИО2 именуемым дарителем, заключен договор дарения квартиры и земельного участка по адресу <*****> (копия на л.д. №***), одаряемым по которому является ответчик ФИО8

Согласно свидетельствам о государственной регистрации права (копии на л.д. №***), выпискам из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости (копии на л.д. №***), правообладателем спорного помещения и земельного участка по вышеуказанному адресу с <дата> является ответчик ФИО8

В силу ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов (часть 1 статьи 4 ГПК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 168 ГК РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна.

Согласно абз. 1 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно п. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ст. 1150 ГК РФ принадлежащее пережившему супругу наследодателя в силу завещания или закона право наследования не умаляет его права на часть имущества, нажитого во время брака с наследодателем и являющегося их совместной собственностью. Доля умершего супруга в этом имуществе, определяемая в соответствии со ст. 256 Кодекса, входит в состав наследства и переходит к наследникам в соответствии с правилами, установленными данным Кодексом.

Положениями ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) и ст. 256 ГК РФ предусмотрено, что совместная собственность супругов возникает в силу прямого указания закона.

Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное (п. 1 ст. 33 СК РФ).

К общему имуществу супругов согласно п. 2 ст. 34 СК РФ относятся, в том числе приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи (жилые и нежилые строения и помещения, земельные участки, автотранспортные средства, мебель, бытовая техника и т.п.); любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Пунктом 2 ст. 209 ГК РФ определено, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Таким образом, по смыслу указанных правовых норм и применительно к предмету рассматриваемого спора, основанием для признания недействительной сделки дарения является распоряжение дарителем имуществом, не принадлежащим ему на праве собственности

Из поданного искового заявления следует, что истцами оспаривается договор дарения, совершенный дарителем в отношении имущества, являющегося совместной собственностью супругов, один из которых на момент дарения умер, в связи с чем, его доля должна войти в состав наследственной массы этого супруга, а именно - матери истцов.

Как усматривается из материалов дела, в том числе, из оспариваемого договора дарения, ФИО2. – дарителю – спорное имущество в виде квартиры принадлежало на праве собственности на основании договора купли-продажи от <дата> (копия на л.д. №***), а спорное имущество в виде земельного участка – на основании постановления Главы <***> сельской Администрации МО «Воткинский район» от <дата>

В ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривалось, что вышеуказанное имущество поступило в собственность ФИО2 в период его нахождения в зарегистрированном браке с ФИО1 - матерью истцов.

Судом установлено, что ФИО1 умерла в <дата> в <*****>, что следует из свидетельства о ее смерти (копия на л.д. №***).

При этом, согласно сообщению нотариуса ФИО11 от <дата> (л.д. №***), после смерти ФИО1 наследственное дело не заводилось.

Таким образом, с <дата> до подачи рассматриваемого иска в декабре <дата> истцы на спорное имущество не претендовали.

Спорный договор дарения заключен <дата>

Кроме того, отец истцов - ФИО2 умер <дата>., что следует из свидетельства о его смерти (копия на л.д. №***), после его смерти открылось наследство.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет 3 (три) года. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ч. 1 ст. 200 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Ответчиком ФИО8 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В связи с заявлением ответчика о пропуске истцами срока исковой давности, стороне истцов судом было разъяснено право на заявление ходатайства о восстановлении срока и предоставления в этом случае доказательств уважительности его пропуска.

Вместе с тем, из содержания представленного в материалы дела возражения (л.д.№***) и объяснений представителя истцов, судом установлено, что ходатайство о восстановлении срока истцами в ходе рассмотрения дела не заявлено, поскольку, по их мнению, срок исковой давности ими не пропущен.

Согласно ч. 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Поскольку истцы стороной сделки, заключенной <дата> между их отцом и ответчиком по делу, не являлись, по мнению суда, о том, что заключен договор дарения могли узнать, как после смерти своей матери ФИО1., так и после смерти отца при оформлении наследства.

При этом, иск предъявлен в суд только в <дата>, т.е. спустя более восьми лет со дня открытия наследства после смерти матери и более пяти лет со дня открытия наследства после смерти отца.

Тот факт, что истцы своевременно, т.е. в установленный законом шестимесячный срок со дня открытия наследства обратились к нотариусу с заявлениями о принятии ими наследства после смерти своего отца, в ходе рассмотрения дела не оспаривался.

Как усматривается из свидетельств о праве на наследство по закону (копии на л.д. №***), ФИО7 данные свидетельства на имущество отца ФИО2., вошедшее в состав его наследственной массы, получены <дата>., в связи с чем, истец ФИО7 не могла не знать о том, что на спорное имущество ее право наследования не возникло.

Достоверно зная о том, что не является наследником доли в спорном имуществе, ФИО7 за защитой своих наследственных прав на спорное имущество обратилась в суд только в <дата>, т.е. спустя, как минимум, более трех с половиной лет с момента, когда должна была узнать о нарушении своего права на наследственное имущество после смерти отца, который при жизни произвел отчуждение не только своей доли в спорном имуществе, если бы такая была выделена, но и доли своей супруги, на которую фактически претендуют истцы.

Учитывая, что истцы ФИО6 и ФИО7, как усматривается из материалов дела, подтверждается выдачей им нотариусом свидетельств о праве на наследство после смерти отца - ФИО2 умершего <дата> с заявлением о принятии наследства обратились в предусмотренный законом шестимесячный срок, т.е. до <дата>., истцам в указанный период не мог быть неизвестен состав наследственного имущества, в который не вошли спорное помещение и земельный участок.

Более того, как следует из содержания имеющихся в материалах дела свидетельств о праве на наследство по закону: №*** (копия л.д.№***), выданного ФИО6, и №***, выданного ФИО7 (копия л.д.№***), одна из земельных долей, на которую выданы указанные свидетельства, «принадлежит ФИО1, наследником которой был муж ФИО2, принявший наследство, но не оформивший своих прав».

Какого-либо указания на то, что наследственное имущество после смерти ФИО1 принял кто-либо еще, вышеуказанные документы не содержат.

Более того, исходя из предмета заявленных требований, истцами данные свидетельства о праве на наследство не оспариваются, что противоречит избранному истцами способу защиты права.

Все вышеизложенное позволяет суду сделать вывод о том, что истцами пропущен срок исковой давности на обращение в суд за защитой своих прав наследственных прав, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных ими требований.

При этом суд также учитывает, что обстоятельства уважительности пропуска истцами срока исковой давности не подтверждаются ни показаниями допрошенных по ходатайству стороны истцов свидетелей, ни представленными в материалы дела медицинскими документами.

Так свидетели ФИО3 ФИО4 и ФИО5 в ходе их допроса в судебном заседании показали, что истцы присутствовали на похоронах, как матери, так и отца, после смерти матери, приезжали навещали отца, ФИО16 какое-то время проживала в доме вместе с отцом, ухаживала за ним, при этом производила посадки в огороде, периодически выезжая <*****> в больницу. ФИО13 сама ездила к нотариусу оформляла документы по наследству, а Батурина направляла документы почтой, т.к. жила в то время уже в <*****>.

Представленные суду медицинские документы о состоянии здоровья ФИО16 действительно свидетельствуют о том, что истец регулярно, как до смерти отца, так и после, обращалась за медицинской помощью, проходила различные обследований, проходила стационарное лечение.

Изложенное свидетельствует о том, что истец ФИО7 вела достаточно активный образ жизни, при этом состояние ее здоровья не препятствовало ей самостоятельно ухаживать за огородом, обращаться в медицинские учреждения и также к нотариусу, следовательно, вопрос о реализации своих наследственных прав ФИО16 могла разрешить в установленные законом сроки. При этом, доводы стороны истца в данной части не свидетельствуют о том, что именно в <дата> у ФИО7 наступила такая ремиссия в состоянии здоровья, которая позволила ей именно в данный промежуток времени обратиться в суд за защитой своего права и препятствовала осуществить такую защиту в течение трех с половиной лет до этого.

Истцом же ФИО6 не представлено вообще никаких доказательств того, что срок исковой давности ею пропущен по уважительной причине. Доводы представителя истца о том, что таковыми причинами является проживание истца в <*****> судом отклоняются, как несостоятельные и противоречащие фактическим обстоятельствам. Так проживая в <*****> истец ФИО6 своевременно обратилась к нотариусу с заявлением о принятии ею наследства после смерти отца, в подтверждение чего суду представлены квитанции Почты России (копии л.д.№***).

Кроме того, судом учитывается то обстоятельство, что ФИО2 имел право на 1\2 долю в общем праве на спорное имущество, а другая 1/2 доля принадлежала ему в порядке наследования имущества ФИО1., как пережившему супругу наследодателя ФИО1 а также еще трем потенциальным наследникам по закону первой очереди: ФИО6, ФИО7 и ФИО9, т.е. по 1/8 доле от ? доли каждому наследнику.

Следовательно, на момент совершения оспариваемого договора дарения всего ФИО2 спорное имущество принадлежало в размере 5/8 долей и он ими мог распоряжаться по договору дарения по своему усмотрению, и только 3/8 долей могли быть унаследованы остальными наследниками, в том числе, истцами по 1/8 доле каждой., а не по 7/18 долей, как просили истцы, в связи с чем, требования о признании за ними права на указанный размер долей за каждой также являются необоснованными.

Поскольку с момента заключения оспариваемого договора дарения, то есть с <дата> прошел срок более восьми лет, истцами не представлены доказательства уважительности причин пропуска срока исковой давности, суд не усматривает оснований, предусмотренных статьей 205 ГК РФ, для его восстановления, приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении иска, в связи с истечением срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре.

В соответствии с ч. 4 ст. 198 ГПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

В соответствии со ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда (п. 1). В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда.

При вынесении решения суд находит возможным по своей инициативе отменить меры обеспечения иска, принятые определением судьи Воткинского районного суда УР от <дата> в виде запрета Управлению федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР Воткинскому отделу производить регистрационные действия, в том числе, по переходу права собственности, по изменению и исключению из ЕГРП сведений в отношении земельного участка и помещения, расположенных по адресу: <*****>

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО6 и ФИО7 к ФИО8 о признании недействительным договора дарения и признании права собственности в порядке наследования – оставить без удовлетворения.

Обеспечительные меры, принятые определением судьи Воткинского районного суда УР от <дата> в виде запрета Управлению федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР Воткинскому отделу производить регистрационные действия, в том числе, по переходу права собственности, по изменению и исключению из ЕГРП сведений в отношении земельного участка и помещения, расположенных по адресу: <*****> – отменить.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд УР путем подачи апелляционной жалобы через Воткинский районный суд УР в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 13 июня 2018 года.

Судья: Е.А. Акулова