Апелляционное определение № 33-758/2026 33-868/2026 от 17 февраля 2026 г.

Председательствующий: Бондаренко Е.В. Дело № 33-758/2026

№ 2-1339/2025

55RS0001-01-2025-000389-73


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Омск 18 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Емельяновой Е.В.,

судей Неделько О.С., Павловой Е.В.,

при секретаре Колбасовой Ю.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО2 АлексА.ны на решение Кировского районного суда г. Омска от 30.10.2025, которым постановлено:

«Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 АлексА.ны, <...> года рождения (СНИЛС № <...>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН № <...>) в счет возмещения причиненного ущерба 645 300 рублей, расходы по оплате услуг представителя 21 465 рублей, расходы на проведение экспертизы 11 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 16 484 рубля.

Взыскать с ФИО2 АлексА.ны, <...> года рождения (СНИЛС № <...>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН № <...>) проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ на сумму 645 300 рублей со дня вступления решения в законную силу по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

В удовлетворении остальной части исковых требований к ФИО2 АлексА.не – отказать.

В удовлетворении исковых требований к ФИО2 чу – отказать».

Заслушав доклад судьи Неделько О.С., судебная коллегия Омского областного суда

У С Т А Н О В И Л А:

ИП ФИО1 обратился с иском к ФИО2, ФИО2, о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), взыскании упущенной выгоды, указав, что 15.09.2024 в 10 ч. 20 мин. по <...> ФИО2, управляя автомобилем Тойота, государственный регистрационный знак (далее – г.р.з.) № <...>, на регулируемом перекрёстке при повороте налево на зеленый сигнал светофора не уступила дорогу автомобилю Лада, движущемуся со встречного направления прямо, допустив с ним столкновение. От удара автомобиль Тойота отбросило на попутно двигающееся транспортное средство Луидор, г.р.з. № <...> под управлением ФИО3, принадлежащего на праве собственности истцу.

Виновной в ДТП является ФИО2, гражданская ответственность которой застрахована не была.

В результате ДТП автомобилю Луидор, г.р.з. № <...>, причинены механические повреждения.

Согласно заключению специалиста № <...> ИП ФИО4, стоимость рыночная восстановительного ремонта, принадлежащего истцу транспортного средства, без учета износа составляет 645 300 рублей.

Истец является лицензиатом и перевозчиком, транспортное средство Луидор, г.р.з. № <...>, используется в трудовой деятельности, средняя доходность за месяц составляет 102 637,60 рублей. В настоящее время указанное транспортное средство не используется по назначению, поскольку находится в аварийном состоянии, в связи с этим истец считает необходимым взыскать с ответчиком упущенную выгоду за период с 16.09.2024 по 30.12.2024.

На основании изложенного, с учетом уточненных исковых требований, истец просит взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 645 300 рублей, упущенную выгоду за период с 16.09.2024 по 30.12.2024 в размере 256 594 рубля, расходы по оплате услуг представителя 30 000 рублей, расходы на опалу услуг эксперта 11 000 рублей, расходы по оплате госпошлины 23 038 рублей, неустойку, предусмотренную ст. 395 ГК РФ по дату фактического исполнения решения суда.

В судебное заседание ФИО1 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, его представитель ФИО5, действующая на основании доверенности, требования доверителя поддержал в полном объеме.

В судебное заседание ФИО2 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежаще, её представитель адвокат Драп А.С., действующий на основании ордера, возражал против удовлетворения исковых требований, полагая, что виновником столкновения транспортных средств истца и ответчика является водитель транспортного средства Луидор, г.р.з. № <...>, ФИО3

В судебное заседание ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО3, АО «АльфаСтрахование», ПАО «Группа Ренессанс страхование» не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование указывает, что заключение судебной экспертизы по настоящему делу и экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, имеют противоречивые выводы. Также указывает, что у водителя Луидора имелась техническая возможность для остановки транспортного средства на запрещающий сигнал светофора. Кроме того, в действиях водителя Луидор имеется нарушения правил дорожного движения, что влечет изменение степени вины.

В судебном заседании ФИО2, её представитель Драп А.С., доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме, полагали решение суда первой инстанции подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, извещены надлежащим образом, что в соответствии с ч. 1 ст. 327, ч.ч. 3, 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту – ГПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела по апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела с учётом требований ч.ч. 1 и 2 ст. 327.1 ГПК РФ, выслушав явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», следует, что решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником транспортного средства Луидор, г.р.з. № <...>, что подтверждается свидетельством о регистрации ТС (том 1 л.д. 15).

Согласно информации, представленной МОТН и РАС Госавтоинспекции УМВД России по Омской области, с 19.04.2019 владельцем транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо, г.р.з. № <...>, являлся ФИО2

Заочным решением исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № <...>, мирового судьи судебного участка № <...> в Кировском судебном районе в г. Омске от 13.12.2022, расторгнут брак, заключенный между ФИО2 и ФИО2, зарегистрированный Хохловской сельской администрацией Саргатского района Омской области <...>, актовой записью № <...> том 1 л.д. 160).

Согласно представленного в материалы настоящего гражданского дела и в материалы уголовного дела, копии договора купли-продажи транспортного средства, заключенного 25.03.2024 между ФИО2 и ФИО2, собственником транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо, г.р.з. № <...>, являлась на дату ДТП ФИО2 (том 1 л.д. 210), что сторонами не оспаривалось.

В связи с прекращением регистрации в связи с продажей (передачей другому лицу), транспортное средство 20.09.2024 на основании указанного выше договора купли-продажи снято ФИО2 с регистрационного учета.

На основании договора купли-продажи от 01.11.2024 ФИО2 произвела отчуждение транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо, государственный регистрационный знак № <...> ФИО8

<...> в 10 ч. 20 мин. по <...> г. Омске, произошло ДТП с участием автомобиля Тойота, г.р.з. № <...>, под управлением ФИО2, автомобиля Лада, г.р.з. № <...>, под управлением ФИО7 и транспортного средства Луидор, г.р.з. № <...>, под управлением ФИО3, принадлежащего на праве собственности истцу.

Постановлением № <...> по делу об административном правонарушении от 15.09.2024 ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ, как неисполнение владельцем транспортного средства установленной федеральным законом обязанности по страхованию своей гражданской ответственности, с назначением административного штрафа в размере 800 рублей.

Постановлением Кировского районного суда г. Омска от 09.06.2025 ФИО2 от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ освобождена, уголовное дело прекращено в связи с примирением сторон, то есть по не реабилитирующему основанию.

Данное постановление вступило в законную силу 25.06.2025.

Из указанного постановления следует, что ФИО2 предъявлено обвинение в том, что 15.09.2024 около 10 ч. 23 мин., она, управляя личным технически исправным автомобилем Тойота, г.р.з. № <...>, следовала по проезжей части <...><...> в направлении <...> в левом ряду полосы своего направления, приближалась к регулируемому светофорными объектами перекрестку <...> и автодороги, ведущей от <...> к <...> (объездная вокруг ТК «Континент»), расположенному в районе строения № <...> по <...>, на котором намеревалась осуществить поворот налево и проследовать в направлении указанного строения, выехала на перекресток на разрешающий движение «зеленый» сигнал светофора, не приняла необходимых и достаточных мер к обзору проезжей части встречного направления, неправильно оценила дорожно-транспортную ситуацию, имея реальную возможность обнаружить, что к перекрестку в прямом встречном направлении приближается автомобиль Лада, г.р.з. № <...>, под управлением ФИО9, которому она в соответствии c требованиями п.13.4 ПДД РФ обязана была предоставить право преимущественного проезда перекрестка, приступила к выполнению маневра поворота налево, в процессе которого выехала на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения, где допустила столкновение c автомобилем Лада, под управлением ФИО9 После столкновения указанных транспортных средств, автомобиль Тойота отбросило в средний ряд полосы встречного направления, где произошло его столкновение со следовавшим во встречном направлении автобусом Луидор, г.р.з. № <...>, под управлением водителя ФИО10, с находившимися в салоне автобуса пассажирами.

B результате ДТП пассажиру автобуса Луидор, ФИО11 причинены телесные повреждения.

Данное ДТП произошло из-за нарушения водителем ФИО12 требований пунктов 8.1, 10.1, 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В судебном заседании при рассмотрении уголовного дела согласно указанному постановлению подсудимая ФИО12 вину в совершении преступления не оспаривала.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу № <...> по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, постановлением следователя ОРДТП СУ УМВД России по г. Омску от <...> назначена комплексная видеотехническая и автотехническая экспертиза по уголовному делу, производство которой поручено ФБУ <...>.

Согласно заключению эксперта от 20.03.2025 № <...>, № <...>, в момент столкновения автомобилей Тойота Ленд Крузер Прадо и Лада Гранта, включен «желтый» сигнал светофора для движения автомобилей по <...>. В момент столкновения автобуса Луидор с автомобилем Тойота Ленд Крузер Прадо, включен «красный» сигнал светофора для движения автомобилей по <...>.

По представленной на исследование видеозаписи, с момента начала поворота налево автомобиля Тойота до включения для его направления «желтого» сигнала светофора прошло 0,12 с.; с момента начала поворота налево автомобиля Тойота до момента его столкновения с автомобилем Лада, прошло 2…2,08 с.; с момента столкновения автомобилей Тойота и Лада до столкновения автобуса Луидор с автомобилем Тойота прошло 1,36…1,52 с.; с момента включения «желтого» сигнала светофора по <...> прошло 1,88…1,96 с.; с момента включения «желтого» сигнала светофора по <...>, прошло 3,32…3,4 с.

По представленной на исследование видеозаписи, автомобиль Лада в момент включения для его направления «желтого» сигнала светофора, от линии дорожного знака 6.16 «Стоп-линия» находился на расстоянии 12,33…12,57 м; автобус Луидор в момент включения для его направления «желтого» сигнала светофора, от линии дорожного знака 6.16 «Стоп-линия» находился на расстоянии 32,66…33,06 м;

По представленной на исследование видеозаписи, в момент начала поворота автомобиля Тойота, автомобиль Лада находился на расстоянии не менее 32,2 м от места столкновения.

Определить расстояние, на котором находился автобус Луидор от передней части автомобиля Тойота в момент столкновения последнего с автомобилем Лада определить не удалось по причине того, что в момент столкновения передняя часть автомобиля Тойота находится за пределами измерительной шкалы, построенной для автобуса Луидор. При этом, установлено, что автобус Луидор от места столкновения с автомобилем Тойота находился на расстоянии не менее 18,54 м и не более 20,5 м.

По представленной на исследование видеозаписи скорость движения автомобиля Лада в момент включения для него «желтого» сигнала светофора и в момент начала поворота автомобиля Тойота составляла 72-74 км/ч; скорость движения автобуса Луидор в момент включения для его направления «желтого» сигнала светофора составляла 47…48 км/ч; скорость движения автобуса Луидор в момент столкновения автомобилей Тойота и Лада составляла 49-51 км/ч.

Расстояние, на котором мог находится автобус Луидор, при условии движения с фактической скоростью 47 км/ч…48 км/ч от дорожного знака 6.16 «Стоп-линия» в момент включения для его направления «желтого» сигнала светофора могло составлять 28,4 м…28,7 м…29,4 м…29,6 м.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, при условии движения автомобиля марки Лада Гранта, г.р.з. № <...> c разрешенной скоростью движения 60 км/ч соотношение остановочного пути 69,0 м…63,2 м больше расстояния до линии 6.16 «Стоп-линия», в момент включения для его направления «желтого» сигнала светофора, что позволяет сделать вывод об отсутствии технической возможности у водителя автомобиля Лада, г.р.з. № <...>, остановить транспортное средство путем применения не экстренного торможения до стоп линии (до линии дорожного знака 6.16 «Стоп-линия»).

B сложившейся дорожно-транспортной ситуации, при условии движения транспортного средства Луидор, г.р.з. № <...>, c фактической скоростью движения 47 км/ч...48 км/ч соотношение остановочного пути (51,0 м…52,8 0...(47,6 м...49,3 м)) больше расстояния до линии 6.16 « Стоп-линия» (S = 28,4 м... 28,7 м...29,4 м... 29,6 м; 32,66 м...33,06 м), в момент включения для его направления «желтого» сигнала светофора, что позволяет сделать вывод об отсутствии технической возможности y водителя автомобиля Луидор, г.р.з. № <...>, остановить транспортное средство путем применения не экстренного торможения до стоп линии.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, при условии движения автомобиля марки Лада, г.р.з. № <...>, с разрешенной скоростью движения (60,0 км/ч), a также со скоростью превышающей это значение, соотношение остановочного пути при применении экстренного торможения больше расстояния удаления (So > Sу; 40,2 м > 32,2 м), что позволяет сделать вывод об отсутствии технической возможности y водителя автомобиля Лада, г.р.з. № <...>, предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения, c учетом установленного момента возникновения опасности (c момента начала поворота автомобиля Тойота).

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, при условии движения автомобиля Луидор, г.р.з. № <...>, со скоростью движения 49,0 км/ч…51,0 км/ч, соотношение остановочного пути при применении экстренного торможения дальше расстояния удаления (So > Sу; 33,3 м…35,2 м. > 18,54 м… 20,5 м), что позволяет сделать вывод об отсутствии технической возможности y водителя автомобиля Луидор, государственный регистрационный знак № <...>, предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения, c учетом установленного момента возникновения опасности (момент столкновения автомобиля Лада и Тойота).

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, по заданным исходным данным, водитель автомобиля марки Тойота, г.р.з. № <...> ФИО2 должна была руководствоваться требованиями п. 13.4 Правил дорожного движения РФ.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, с технической точки зрения в действиях водителя автомобиля марки Тойота, г.р.з. № <...>, ФИО2 усматривается несоответствие требованиям п. 13.4 Правил дорожного движения РФ.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, по заданным исходным данным, водитель автомобиля Лада, г.р.з. № <...>, ФИО13, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 2), п. 10.2 Правил дорожного движения РФ.

С технической точки зрения в действиях водителя автомобиля Лада, г.р.з. № <...>, ФИО13 усматриваются несоответствия требованиям п. 10.2 Правил дорожного движения РФ, автотехническим расчетом установлено, что в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия не состоят. Несоответствий требованиям п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ не усматривается.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, по заданным исходным данным, водитель автомобиля Луидор, г.р.з. № <...>, ФИО3, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, с технической точки зрения в действиях водителя автомобиля Луидор, г.р.з. № <...>, ФИО3, усматриваются несоответствия требованиям п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ.

Определением Кировского районного суда г. Омска от <...> на основании ходатайства представителя ответчика ФИО2 – Драпа А.С. по делу назначена судебная автотехническая экспертиза (том 3 л.д. 59-62).

Согласно выводам заключения эксперта № <...>.-7-2025 от <...>, подготовленное ООО «<...>» на основании определения Кировского районного суда г. Омска от 16.06.2025, скорость движения автомобиля Лада Гранта в момент включения для его направления желтого сигнала светофора определяется равной в пределах 67…76 км/ч. при этом, для направления движения Лада Гранта желтый сигнал светофора в соответствии с п. 6.2 Правил дорожного движения разрешал дальнейшее движение, т.е. не являлся «запрещающим сигналом светофора».

Скорость автомобиля Лада Гранта в момент его столкновения с автомобилем Тойота Ленд Крузер Прадо определяется равной в пределах 67…80 км/ч.

Скорость движения автомобиля Луидор в момент включения для его направления желтого сигнала светофора определяется равной в пределах 43…47 км/ч. При этом, для направления движения Луидор желтый сигнал светофора в соответствии с п. 6.2 Правил дорожного движения разрешал дальнейшее движение, т.е. не являлся «запрещающим сигналом светофора».

Водитель автомобиля Лада Гранта не располагал технической возможностью остановить транспортное средство до линии дорожного знака 6.16 «Стоп-линия», не прибегая к экстренному торможению в момент включения для его направления желтого (не запрещающего) сигнала светофора.

Водитель автомобиля Луидор вероятно не располагал технической возможностью остановить транспортное средство до дорожного знака 6.16 «Стоп-линия», не прибегая к экстренному торможения, в момент включения для его направления желтого (не запрещающего) сигнала светофора.

Водитель автомобиля Луидор не располагал технической возможностью остановить транспортное средство до места расположения автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо после его столкновения с автомобилем Лада Гранта.

В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо усматриваются несоответствия требованиям п. 13.4 Правил дорожного движения РФ, и эти несоответствия находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

Согласно заключению специалиста № <...> от 05.11.2024 (том 1 л.д. 16-58), подготовленное Омское независимое экспертно-оценочное бюро ИП ФИО4 по инициативе истца, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Луидор, г.р.з. № <...> без учета износа составляет 645 300 рублей, с учетом износа 332 800 рублей. Стоимость экспертизы составила 11 000 рублей, что подтверждается чеком (том 1 л.д. 58).

Выводы заключения специалиста о рыночной стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства сторонами не оспаривались и под сомнение не ставились.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 15, 210, 393, 395, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ст.ст. 4, 32 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), положениями Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», Правилами дорожного движения, а также разъяснениями содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», принял в качестве доказательства заключение судебной автотехнической экспертизы, подготовленное ООО «<...>» и оценив его в совокупности с заключением эксперта по материалам уголовного дела ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России, с учетом иных представленных в дело доказательств (видеозаписи момента столкновения, схемы места ДТП, пояснений лиц участвующих в ДТП и др.), и исходил из того, что на момент рассматриваемого ДТП законным владельцем транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо, г.р.з. № <...>, являлась ФИО2, не застраховавшая свою гражданскую ответственность форме обязательного и (или) добровольного страхования, в результате действий которой, с учетом фактических установленных обстоятельств, причинен ущерб имущества истца, и не представления ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, объективных доказательств отсутствия её вины в произошедшем ДТП. Определяя размер ущерба, причинённого имуществу ФИО1, суд принял во внимание заключение ИП ФИО4, которое в полной мере соотносится с принципами относимости и допустимости доказательств, не опровергнутое сторонами при рассмотрении дела, при разъяснении лицам, участвующим в дела, прав на заявление соответствующего ходатайства, взыскал ущерб в размере 645 300 рублей, а также расходы, понесенные в рамках рассмотрения дела. Также взыскал проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ на сумму 645 300 рублей со дня вступления решения суда в законную силу по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды. При этом, суд первой инстанции не усмотрел оснований для взыскания в пользу истца упущенной выгоды.

Правовых оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы ответчика в части определения вины в рассматриваемом ДТП, с учетом установленных фактических обстоятельств и подлежащего применению к спорным отношениям правового регулирования, коллегия судей не имеет.

В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Положениями п. 1 ст. 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Из положений ст.ст. 15, 1064 ГК РФ следует, что для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда необходимо установить совокупность условий: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается.

Согласно разъяснению, содержащемуся в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

При этом согласно правовой позиции изложенной в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

В абз. 4 п. 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П указано, что при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Из п. 5.3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П, следует, что в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьи 55 (часть 3), принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены указанным Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств (ч.1).

Владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством (ч. 6).

Судебная коллегия, оценивая законность выводов суда первой инстанции относительно титульного собственника транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо г.р.з. № <...>, проанализировав совокупность представленных в материалы дела доказательств, соглашается с выводами суда первой инстанции, что на момент рассматриваемого ДТП законным владельцем указанного транспортного средства являлась ФИО2, что сторонами не оспаривается.

Также, вопреки указаниям апелляционной жалобы суд первой инстанции верно установил, что именно действия ФИО2 в рассматриваемой дорожной ситуации находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением имущественного вреда истцу, при отсутствии вины водителя ФИО3, ввиду следующего.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» и Правилами дорожного движения. Данные Правила, принятые в целях обеспечения безопасности дорожного движения, являются составной частью правового регулирования отношений, возникающих в сфере дорожного движения, задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (статья 1 указанного Федерального закона).

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Лица, нарушившие Правила, несут ответственность в соответствии с действующим законодательством (пункт 1.6 Правил дорожного движения).

Требованиями пунктом 6.14 Правил дорожного движения предусмотрено, что водителям, которые при включении желтого сигнала.. . не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Из пункта 6.13 Правил дорожного движения следует, что при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), a при ее отсутствии на перекрестке – перед пересекаемой проезжей частью (c учетом пункта 13.7 Правил).

В соответствии c пунктом 13.7 Правил дорожного движения, водитель, въехавший на перекресток при разрешающем сигнале светофора, должен выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе c перекрестка.

Согласно пункту 13.8 Правил дорожного движения, при включении разрешающего сигнала светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, и пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления.

В силу пункта 13.4 Правил дорожного движения, при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Пунктом 1.2 Правил дорожного движения установлено, требование «Уступить дорогу (не создавать помех)» означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

В пункте 8.1 ПДД РФ указано, что при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Как указано выше, водитель транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо г.р.з. № <...> пренебрегая п. 13.4 ПДД РФ двигаясь в левом ряду полосы своего направления, приближаясь в регулируемому светофорными объектами перекрёстку <...> и автодороги, ведущей от <...> к <...> (объездная вокруг ТК «Континент»), расположенному в районе строения № <...> по <...>, на зеленый сигнал светофора, намереваясь осуществить поворот налево не предоставил преимущество автомобилю Лада, г.р.з. № <...>, Луидор, г.р.з. № <...> приближающимся со встречного направления, в результате чего произошло столкновение.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе, материалы дела об административном правонарушении, уголовного дела, судебная коллегия полагает вывод суда первой инстанции о том, что оснований для вывода о наличии вины в действиях водителя ФИО3, управлявшего автомобилем Луидор, г.р.з. № <...>, не имеется, при отсутствии доказательств объективных доказательств отсутствия вины в произошедшем ДТП ФИО2

Из описательной части заключения судебной эксперта-техника следует, что в момент включения желтого сигнала светофора для направления Луидор, его скорость определяется равной в пределах 43….47 км/ч, при этом в сложившейся дорожной ситуации водитель автобуса Луидор вероятно не мог (вероятно, не располагал технической возможностью) остановить транспортное средство перед стоп-линией при включении для его направления желтого сигнала светофора в режиме «не прибегая к экстренному торможению», а также водитель автомобиля Луидор не располагал технической возможности остановить транспортное средство до места расположения автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо 150 после его столкновения с автомобилем Лада Гранта, действия водителя которой также не находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что водитель транспортного средства Луидор не имел возможности остановиться, не прибегая к экстренному торможению перед знаком 6.16, что, разрешает ему движение, при этом момент возникновения опасности для движения водителю Луидора является момент столкновения транспортных средств Тойота Ленд Крузер Прадо 150 и Лада Гранта, произошедшего в результате действий именно водителя ФИО2 в нарушение требований, приведенных выше Правил дорожного движения РФ.

Кроме того, в момент первичного контакта транспортных средств Тойота Ленд Крузер Прадо 150 и Лада Гранта у водителя Луидора с технической точки зрения не имелось возможности остановить транспортное средство.

Судебная коллегия полагает, что заключение судебного эксперта ООО «<...>» № <...> от 23.09.2025 в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ.

Заключение содержит подробное описание проведенного исследования и сделанных в результате его выводов, экспертом с учетом квалификации и опыта работы, в рамках его компетенции, даны ответы на все поставленные судом вопросы, выводы, сделанные экспертом, не противоречат друг-другу и иным собранным по делу доказательствам, соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ, в соответствии с которой если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Судебная коллегия не усматривает оснований ставить под сомнение выводы эксперта ООО «Автомир-Эксперт», которым даны исчерпывающие ответы на поставленные судом вопросы. Каких-либо сомнений в правильности выводов эксперта не имеется, поскольку они являются последовательными, основанными на анализе и исследовании материалов настоящего гражданского дела, видеозаписей дорожно-транспортного происшествия, не противоречат доказательствам, имеющимся в материалах дела, а также соотносятся с выводами экспертиза об обстоятельствах произошедшего ДТП, проведённой в рамках уголовного дела, при этом указание экспертами о нарушении водителями с технической точки зрения соответствующих пунктов ПДД РФ правового значения не имеют, поскольку установление данных правовых обстоятельств – виновности лица в произошедшем ДТП, находится в исключительной компетенции суда рассматривающего спор, и в данной ситуации судом первой инстанции они установлена верно.

Оценивая довод апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции проигнорированы показания свидетеля ФИО14, которая указывая на то, что непосредственно перед столкновением водитель рассчитывал пассажира судебная коллегия находит его несостоятельным, ввиду того, что из анализа показаний указанного свидетеля, данных в рамках уголовного дела, в момент столкновения свидетель и водитель уже совершили действия по оплате проезда, и момент непосредственного столкновения свидетель не видел, поскольку стоял спиной к водителю, который давая показания подробно описал дорожную ситуацию, и момент возникновения для него опасности обусловленный столкновением автомобиля ответчика с автомобилем Лада.

Вместе с тем, ответчик, указывая на то, что водитель Луидора не следил за дорожной обстановка, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не представил в материалы дела соответствующих доказательств.

Таким образом, материалами дела с учетом приведенных выше обстоятельств, с достоверностью подтверждено отсутствие вины в произошедшем ДТП водителя автомобиля Луидор, при недоказанности ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ отсутствия вины в произошедшем ДТП.

Решение суда первой инстанции в части определения размера, подлежащего возмещению ущерба, причиненного транспортному средству в результате рассматриваемого ДТП, размера взысканных судебных расходов, отказа в удовлетворении части требований, сторонами не обжаловалось, в связи с этим не является предметом проверки суда апелляционной инстанции, на основании положений ст. 327.1 ГПК РФ.

Судебная коллегия отмечает, что в целом, доводы апелляционной жалобы ответчика являлись предметом проверки и исследования при рассмотрении дела в суде первой инстанции и правильно признаны несостоятельными по мотивам приведенным в оспариваемом решении, не согласиться с которыми судебная коллегия оснований не находит, поскольку они фактически направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, и сводятся к оспариванию обоснованности выводов суда первой инстанции об установленных им обстоятельствах дела, основаны на субъективном восприятии обстоятельств дела подателем жалобы, что не является основанием, предусмотренным ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции в апелляционном порядке.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Кировского районного суда г. Омска от 30.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через Кировский районный суд г. Омска в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26.02.2026.