Решение № 2-131/2025 2-131/2025~М-124/2025 М-124/2025 от 17 июля 2025 г. по делу № 2-131/2025

Дело №2-131/2025

УИД 13RS0022-01-2025-000180-55


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

рп. Торбеево 16 июля 2025 года

Торбеевский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Андреевой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Уфаевой Т.Ф.,

с участием в деле:

истцов - ФИО4, ФИО5, их представителя адвоката Виканова А.М., действующего на основании ордера №46 от 20.05.2025 и удостоверения №534,

ответчика - общества с ограниченной ответственностью «МЕГАТРАНС»,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истцов - ФИО6, ФИО7, ФИО5,

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков - ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Альтера», общества с ограниченной ответственностью «Делко Альфа»,

помощника прокурора Торбеевского района Республики Мордовия Борисова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО5 к обществу с ограниченной ответственностью «МЕГАТРАНС» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО4, ФИО5 обратились в суд с названным исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «МЕГАТРАНС» (далее - ООО «МЕГАТРАНС», общество), в обоснование которого указано, что 16.10.2024 водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем «DAF FT XF», государственный регистрационный знак <№>, в нарушение пунктов 1.5 и 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, допустил выезд на полосу дороги, предназначенной для встречного движения, в результате чего в указанный день около 03 часов 30 минут совершил столкновение с автомобилем «СКАНИА S4X200», государственный регистрационный знак <№>, под управлением водителя ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия водители ФИО1 и ФИО2 от полученных травм скончались. 14.12.2024 следователем отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по г. Владимир по указанному факту дорожно-транспортного происшествия вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО1 по основанию пункта 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи со смертью виновного лица. В возбуждении уголовного дела по статье 264 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО2 отказано в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления. В ходе проверки органами следствия установлено, что ФИО1 был трудоустроен в ООО «МЕГАТРАНС», являлся наемным водителем. Собственником автомобиля «DAF FT XF», государственный регистрационный знак <№>, являлся ответчик. На момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1 выполнял рейс, находился при исполнении трудовых обязанностей, владельцем автомобиля не являлся.

Истцы приходятся близкими родственниками ФИО2 – супругой и сыном. При его жизни их связывали теплые семейные отношения. Он был образцовым мужем и заботливым отцом. Они остались без кормильца. Новость о его смерти стала для них ударом, его утрату ничем не восполнить. ФИО2 был близок с ними, в браке у них было взаимопонимание, он много времени проводил с сыном, во время его рабочих поездок он регулярно общался с семьей по видеосвязи. Его смерть нарушила их привычный образ жизни, их жизнь потеряла смысл. Представители ответчика не принесли им своих извинений за преступную халатность, повлекшую трагедию, не выразили раскаяния. Данное обстоятельство усугубляет их страдания.

В связи с чем истцы просят суд взыскать с ООО «МЕГАТРАНС» в их пользу компенсацию морального вреда по 2 000 000 руб. каждому.

В возражениях на исковое заявление представитель ООО «МЕГАТРАНС» указал, что общество не оспаривает обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 16.10.2024. Юридическая ответственность ООО «МЕГАТРАНС» как владельца источника повышенной опасности не отрицается. Отмечает, что дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие неосторожности водителя ФИО1, являющегося работником общества, а не системных нарушений со стороны ООО «МЕГАТРАНС». Автомобиль DAF FT XF, государственный регистрационный знак <№>, был исправен, ответчик регулярно, в установленном законом порядке и в соответствии с внутренними правилами политики компании, проводил с водителями-экспедиторами инструктажи и методические занятия. Режим труда и отдыха водителями соблюдался, к административной ответственности по статье 11.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях общество не привлекалось. По его мнению, размер заявленного возмещения морального вреда превышает разумные пределы. Истцами не представлено никаких доказательств, подтверждающих факт или последствия перенесенных ими нравственных страданий. Ответчик не имел возможности выйти на связь с истцами, поскольку не располагал их контактами и не имел возможности их получить в законном порядке. Самостоятельно к ответчику с целью досудебного урегулирования спора они не обращались. Полагает, что заявленная сумма в 2 000 000 руб. на каждого многократно превышает средний уровень компенсаций по Российской Федерации и не соответствует принципам разумности и справедливости. В связи с чем просит взыскать в пользу истцов компенсацию морального вреда по 500 000 руб. каждому (л.д.93-94).

Определением суда от 10.06.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истцов, привлечены ФИО6, ФИО7, ФИО5, которым было разъяснено в соответствии со статьей 42 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК Российской Федерации) право вступить в данное гражданское дело в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, о чем ими должно быть подано в суд соответствующее заявление. Третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО5 с заявлениями о вступлении в дело в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, не обратилсиь.

Определением суда от 30.06.2025, внесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечены ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Альтера» (далее – ООО «Альтера»).

Определением суда от 01.07.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Делко Альфа» (далее – ООО «Делко Альфа»).

В судебном заседании истцы ФИО4, ФИО5, их представитель адвокат Виканов А.М. исковые требования поддержали, просили их удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании 30.06.2025 истец ФИО4 пояснила, что ФИО2 – ее супруг. Все свободное время они проводили вместе, он обеспечивал семью, оплачивал обучение сына. Среднемесячный доход его составлял 200 000 руб. ФИО2 очень любил сына. Они созванивались каждые 2-3 часа. Когда не был на вахте, супруг отвозил ее и забирал с работы, готовил еду, решал все бытовые вопросы. В связи со смертью супруга она перенесла большой стресс, на фоне которого ухудшилось здоровье. Она принимала успокоительные, много плакала, из-за чего ухудшилось зрение, впоследствии перенесла 3 операции на глаза. Работодатель и родственники ФИО1 с ними не связывались, помощь не предлагали, соболезнования не выразили.

Истец ФИО5 в судебном заседании 30.06.2025 пояснил, что ФИО2 – его отец, который ему был лучшим другом. Они могли поговорить обо всем, у них были совместные поездки, любили вместе смотреть футбол, он учил его плавать, всегда дарил подарки, решал все бытовые вопросы. Когда отец находился на работе, общение между ними не прекращалось, они ежедневно созванивались, он интересовался его студенческой жизнью. После его смерти он сильно переживал за маму, она все время плакала. Ему не хотелось ни с кем общаться, пришлось пропустить занятия, а потом дополнительно заниматься. До настоящего времени он не осознал, что отец погиб.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истцов, ФИО6, ФИО7, ФИО5, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явились, сведений уважительности неявки суду не представили.

В судебном заседании 30.06.2025 третье лицо ФИО6 пояснил, что ФИО2 – его сын. Он очень сильно любил жену и сына. Был главой семьи, кормильцем. В результате переживаний из-за смерти мужа Юлия на глазах постарела на несколько лет. После похорон Юлия стала жаловаться на глаза, в г. Пенза ей сделали операции.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании 30.06.2025 пояснила, что ФИО2 был ей братом и другом, давал ей советы, оказывал помощь. После случившегося Юлия отдалилась от них, не хочет ни с кем общаться, все время плачет, а Никита сразу повзрослел.

Представитель ответчика ООО «МЕГАТРАНС» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте его проведения извещен своевременно и надлежащим образом, сведений уважительности неявки суду не представил, об отложении рассмотрения дела не просил.

В судебное заседание третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, ФИО8, представители ООО «Альтера», ООО «Делко Альфа» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещены своевременно и надлежащим образом, сведений уважительности неявки суду не представили.

При таких обстоятельствах и в силу положений статьи 167 ГПК Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Помощник прокурора Торбеевского района Республики Мордовия Борисов А.В. дал заключение, в котором указал об обоснованности заявленных требований истцов, полагая заявленную сумму компенсации морального вреда завышенной.

Проанализировав исковое заявление, возражения на исковое заявление, выслушав объяснения явившихся участников процесса, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, материалы проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, заслушав заключение прокурора, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При этом работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

По смыслу приведенных норм, закрепленных в статьях 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из материалов дела следует, что 16.10.2024 водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем «ДАФ FT XF», государственный регистрационный знак <№>, двигался по автодороге М-7 «Волга» со стороны г. Нижнего Новгорода в сторону г. Москвы. Двигаясь в указанном направлении и находясь на 182 км (1181 км + 500 м) автодороги М-7 «Волга», водитель ФИО1 в нарушение пунктов 1.5 и 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации допустил выезд на полосу дороги предназначенной для встречного движения, что создавало опасность и угрозу причинения вреда другим участникам дорожного движения. В результате этого 16.10.2024 около 03 часов 30 минут, двигаясь по встречной полосе движения, водитель ФИО1 совершил столкновение с автомобилем «СКАНИА S4X200», государственный регистрационный знак <№>, под управлением водителя ФИО2, который следовал со стороны г. Москва. В результате дорожно-транспортного происшествия водители ФИО1 и ФИО2 от полученных травм скончались.

Обстоятельства указанного дорожно-транспортного происшествия установлены в рамках доследственной проверки, проведенной СУ УМВД России по г. Владимиру, и ответчиком по существу не оспариваются.

По результатам доследственной проверки 12.12.2024 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному пунктом 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи со смертью виновного лица, а также об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного статьей 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО2 по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д.14-18).

Указанным постановлением следователя установлено, что причинение смерти ФИО2 является следствием неосторожности водителя ФИО1, который, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, нарушил требования пунктов 1.5, 9.1 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Мер, направленных на обеспечение безопасности дорожного движения и безаварийный проезд по участку проезжей части, водитель ФИО1 не предпринял. Нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации находится в причинной связи с наступившими последствиями.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы №2431 от 18.11.2024, смерть ФИО2 наступила от тяжелой сочетанной травмы <...>. Характер, количество и локализация повреждений свидетельствуют, что их комплекс мог образоваться от воздействий частей салона автомашины в условиях дорожно-транспортного происшествия. Эти повреждения по признаку опасности для жизни относятся к телесным повреждениям, причиняющим тяжкий вред здоровью, и имеют прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти ФИО2 (л.д.20-24).

На основании свидетельства о смерти II-НА №890498, выданного 21.10.2024, копии записи акта о смерти от 21.10.2024, установлено, что ФИО2, _._._ года рождения, умер _._._ в г. Владимир Владимирской области. Причины смерти – <...>, дорожно-транспортное происшествие, <...> (л.д.12,71).

Таким образом, причинно-следственная связь между гибелью ФИО2 в связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием документально подтверждена и не оспорена сторонами.

В соответствии со свидетельством о регистрации транспортного средства <№>, карточкой учета транспортного средства, владельцем транспортного средства DAF FT XF, государственный регистрационный знак <№>, с 15.11.2016 является ООО «МЕГАТРАНС» (л.д.26,127).

Владельцем транспортного средства SCANIA S4X200 S500 A4X2NA, государственный регистрационный знак <№>, согласно карточке учета транспортного средства, с 10.05.2021 является ООО «Альтера» (л.д.156).

В момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «МЕГАТРАНС» и по поручению работодателя осуществлял движение на транспортном средстве DAF FT XF, государственный регистрационный знак <№>, на основании путевого листа. Данное обстоятельство подтверждается трудовым договором №386 от 21.06.2022, путевым листом №074/03102024 от 03.10.2024, который закрыт 16.10.2024 в связи с дорожно-транспортным происшествием (л.д.53-54,55).

Гражданская ответственность владельца транспортного средства DAF FT XF, государственный регистрационный знак <№>, на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «СОГАЗ» (страховой полис ТТТ <№> от 01.11.2023 в отношении неограниченного числа лиц, допущенных к управлению транспортным средством).

АО «СОГАЗ» признало произошедшее дорожно-транспортное происшествие страховым случаем и по заявлению ФИО2 ей произведена страховая выплата в размере 500 000 руб., из которых 475 000 руб. за причинение вреда жизни потерпевшего, 25 000 руб. - расходы на погребение (л.д.150,151).

При таких обстоятельствах, установив, что на момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем транспортного средства - виновника данного происшествия, являлось ООО «МЕГАТРАНС», с которым водитель ФИО1 состоял в трудовых отношениях, суд приходит к выводу, что именно ответчик, как работодатель виновника и законный владелец источника повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия, несет ответственность по возмещению вреда, причиненного его работником ФИО1 при исполнении последним своих трудовых обязанностей.

Из материалов дела также следует, что погибший ФИО2 являлся супругом истца ФИО4, отцом истца ФИО5, сыном третьих лиц ФИО6 и ФИО7, братом третьего лица ФИО5, что усматривается из свидетельства о заключении брака I-ЖК №501100, выданного 16.02.2002, свидетельства о рождении <№>, выданного _._._, копий актовых записей о рождении и заключении брака (л.д.10,11,68,69,70,130).

Исходя из статьи 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно статье 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

На основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Компенсация морального вреда в силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 указанного Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, …. право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Установив указанные выше обстоятельства, исходя из вышеизложенных положений закона, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения ответственности за причиненный истцам в результате гибели их супруга и отца моральный вред на ответчика ООО «МЕГАТРАНС».

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать истцам перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

В обоснование требований истцы указали на то, что в связи со смертью ФИО2 они переживали и продолжают переживать нравственные страдания, его смерть принесла им боль и горечь утраты родного и близкого человека, до настоящего времени они не могут смириться с мыслью, что их супруг и отец погиб, их жизнь потеряла смысл, они лишились кормильца.

Из пояснений истца ФИО4, данных в судебном заседании, следует, что она проживала совместно с супругом и сыном, они вели общее хозяйство, имели общий семейный бюджет, их связывали теплые, доверительные отношения. ФИО2 работал водителем, все выходные и свободное время проводил с семьей, обеспечивал их. После смерти супруга, на фоне пережитого, у нее ухудшилось состояние здоровья, долгое время она принимала успокоительные, перенесла три операции на глаза.

Допрошенная в судебном заседании 30.06.2025 в качестве свидетеля ФИО3, суду показала, что она является матерью ФИО4 ФИО2 был замечательный, добрый человек. Они всегда были вместе, он делал все домашние дела, был моральной и материальной опорой своей семьи. ФИО2 все делал ради сына, гордился им, они увлекались футболом. После похорон Юлия не хотела жить, все время плакала, принимала успокоительные. У нее сильно упало зрение, ей провели 3 операции. Никита очень сильно переживал, не мог ни с кем общаться, замкнулся в себе.

Показания свидетеля суд оценивает как допустимое и достоверное доказательство по делу, поскольку каких-либо заслуживающих внимание оснований ставить их под сомнение и не доверять им у суда не имеется.

В подтверждение указанных доводов ФИО4 представлены выписки из амбулаторной карты №100096282 ООО Клиника Стандарт Пенза, в соответствии с которыми она 25.03.2025 обращалась на прием с жалобами на значительное снижение зрения за последние полгода. По результатам обследования выставлен диагноз: <...>. Рекомендовано: <...>. <...>. Перечисленные выписки в совокупности с объяснениями истцов, третьих лиц, показаний свидетелей, по мнению суда, подтверждают ухудшение состояния здоровья (зрения) ФИО4 в юридически значимый период – после смерти супруга ФИО2, связанное с перенесенным стрессом, что, в свою очередь, не могло не сказаться на ее эмоциональном состоянии.

Вместе с тем, представленные стороной истцов справки по операциям, сформированные в Сбербанк Онлайн, исходя из которых ФИО3, Никитой Николаевичем А. 19.10.2024, 04.11.2024, 22.11.2024, 28.11.2024, 06.12.2024,10.03.2025 выполнены платежи на сумму 296, 632, 257, 852, 60 и 1 046 руб. соответственно, описание операций – Аптека, с достоверностью не подтверждают приобретение седативных средств для ФИО4

Оценивая в совокупности все исследованные фактические данные, учитывая объяснения в судебном заседании истцов ФИО4, ФИО5, третьих лиц, принимая во внимание, что сам факт смерти супруга и отца уже подтверждает наличие нравственных страданий, суд приходит к выводу, что требования истцов о компенсации морального вреда обоснованы.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суд учитывает обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния истцов, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Суд принимает во внимание, что смерть близкого родственника является сильнейшим травмирующим фактором, невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, влечет состояние эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи. По мнению суда, смерть близкого родственника безусловно причинила истцам нравственные страдания, и поэтому право на компенсацию морального вреда, причиненного смертью близкого человека, является самостоятельным и возникает у истцов в связи с их нравственными переживаниями, так как гибель близкого человека, в результате которой они продолжают испытывать глубокие нравственные страдания, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие всех членов семьи, неимущественное право на родственные и семейные связи. По указанным основаниям довод представителя ООО «МЕГАТРАНС» в возражениях на исковое заявление о недоказанности истцами наличия нравственных страданий и перенесенного стресса отклоняется.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной, а право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

В данном случае, судом установлено, что погибший поддерживал с супругой и сыном тесную семейную связь, характеризующуюся заботой погибшего о них, их полным материальным содержанием, заботой об их здоровье и воспитании, гармоничном развитии (в отношении сына), находясь в длительных рейсах, он поддерживал с ними постоянную связь по телефону. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что такие отношения являлись значимыми и ценными как для супруги, так и для сына погибшего, который был для них опорой и надеждой.

Кроме того, суд полагает, что в данном случае причинение морального вреда выражается для сына погибшего, несмотря на его совершеннолетний возраст, в том числе в невозможности участия отца в его воспитании, отсутствии в жизни внимания и заботы отца, лишении полноценной семьи, что указывает на нарушение неимущественного права ребенка на родственные и семейные связи, которое не может быть восстановлено.

Также суд принимает во внимание, что ФИО2 при жизни характеризовался исключительно положительно как родственниками, так и по месту работы, являлся ветераном боевых действий, являлся примером для сына.

С учетом степени нравственных страданий истцов, связанных со смертью близкого человека, характера взаимоотношений истцов с погибшим ФИО2, принимая во внимание возраст погибшего (43 года) и обстоятельства его смерти (внезапная, в отсутствие с его стороны виновных действий, грубой неосторожности), степень вины ответчика, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, виновником которого являлся водитель ФИО1, допустивший нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, отсутствие умышленных действий с его стороны, тот факт, что в действиях водителя ФИО2 нарушений требований Правил дорожного движения Российской Федерации не установлено, характер причиненных истцам нравственных страданий, степень родства с погибшим, близости отношений и эмоциональной привязанности, невосполнимость и горечь утраты ими супруга и отца, с учетом требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу супруги в сумме 800 000 руб., в пользу сына - 1 000 000 рублей.

Определенный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевших и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда.

В соответствии с частью 5 статьи 198 ГПК Российской Федерации при вынесении решения суд обязан решить вопрос о распределении судебных расходов.

На основании статьи 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Согласно абзацу 2 подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина уплачивается физическими лицами в размере 3 000 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истцы при подаче настоящего искового заявления были освобождены от уплаты государственной пошлины, то на основании изложенных норм закона, с ответчика ООО «МЕГАТРАНС», не освобожденного от ее уплаты, подлежит взысканию в местный бюджет государственная пошлина в размере 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО4, ФИО5 к обществу с ограниченной ответственностью «МЕГАТРАНС» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МЕГАТРАНС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО4, _._._ года рождения, СНИЛС <№>, компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МЕГАТРАНС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО5, _._._ года рождения, СНИЛС <№>, компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МЕГАТРАНС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход бюджета Торбеевского муниципального района Республики Мордовии государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи жалобы через Торбеевский районный суд Республики Мордовия.

Председательствующий судья Н.В. Андреева

Мотивированное решение составлено 18 июля 2025 г.