Приговор № 1-301/2018 1-8/2019 от 14 января 2019 г. по делу № 1-301/2018

Дело № 1-8/2019


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Камышин

15 января 2019 года.

Камышинский городской суд Волгоградской области в составе председательствующего федерального судьи Прокурова Д.В.,

при секретаре ФИО18,

с участием

государственного обвинителя старшего помощника Камышинского городского прокурора ФИО19,

подсудимого ФИО10,

защитника – адвоката ФИО20,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца ...., гражданина РФ, имеющего <данные изъяты> ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающего <данные изъяты> ...., <данные изъяты> зарегистрированного по адресу: ...., проживающего по адресу: ...., <данные изъяты> № 67, ФИО2 не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 306 УК РФ.

УСТАНОВИЛ:

ФИО10 совершил заведомо ложный донос о совершении преступления, при следующих обстоятельствах.

Так, ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 09 часов 35 минут, ФИО10, находясь в Межмуниципальном отделе МВД России «Камышинский», расположенном по адресу: ...., желая возвратить в свое владение ФИО2 проданный по согласованию со своей супругой ФИО11 №1, принадлежавший ему автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак «№ ....», решил сообщить в правоохранительные органы городского округа – .... заведомо ложные сведения о совершенном в отношении него преступлении, а именно об угоне у него вышеуказанного транспортного средства, то есть о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ.

Реализуя свой преступный умысел, ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 11 часов 30 минут ФИО10, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде нарушения деятельности государственных правоохранительных органов, понимая, что сообщит в МО МВД РФ «Камышинский» заведомо ложные сведения о совершенном в отношении него преступлении, и желая этого, собственноручно написал заявление на имя начальника МО МВД России «Камышинский» подполковника полиции ФИО21, указав в нем заведомо ложные сведения о том, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ неизвестное лицо угнало у него, принадлежащий ему вышеуказанный автомобиль, располагавшийся у ...., скрывая при этом фактические обстоятельства выбывания из его владения автомобиля.

Затем, будучи предупрежденным старшим следователем СО МО МВД России «Камышинский» ФИО11 №3 об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, то есть о совершении преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ, положение которой ему были разъяснены, ФИО10, осознавая противоправность своих действий, подписал свое заявление и дал заведомо ложное объяснение старшему следователю ФИО11 №3, изложив в нем вымышленные обстоятельства совершения в отношении него преступления.

В последующем, написанное ФИО10 заявление было зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 50 минут в книге учета сообщений о происшествиях под № ...., однако в ходе проведения процессуальной проверки, факт преступления, заявленного ФИО10, не подтвердился.

Подсудимый ФИО10 в судебном заседании вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, суду показал, что в июле 2016 года он приехал с работы. В этот момент его супруга находилась в .... где закупала товар. Приехала она только в августе 2016 года. Он понял, что их жизненные пути расходятся и они обо всем поговорили. Он предложил ей продать приобретенный ими в браке автомобиль «ФИО1», но она отказалась, в связи с чем между ними началась ссора. Он понял, что разговор у них не получится и ушел из дома. Пришел к своей супруге он только через несколько дней, чтобы продолжить начатый разговор и увидел выходящего из ванной комнаты полураздетого ФИО11 №4. ФИО2 он не знал и не видел. В связи с этим разговор между ними снова не состоялся, и он ушел. С этого момента совместно проживать с супругой они перестали. Он стал проживать с ФИО3 ФИО36 по адресу: ...., ...., .... .... ..... Несколько раз он приходил к бывшей супруге, чтобы поговорить, но разговор у них не получался. Когда он ушел от супруги, автомобиль стоял около дома, а ключи и документы от него были в квартире у жены. Меньше чем через неделю он снова приехал к супруге, но их автомобиля у подъезда он уже не видел. На заданный им вопрос своей супруге где автомобиль, она сначала ответила ему, что сдала его в залог, а потом изложила ему много разных версий по поводу судьбы автомобиля. Он узнавал у дочери, где автомобиль, на что дочь ответила ему, что они ездили в .... покупать вещи к школе, а вернулись уже без автомобиля, сказав, что они оставили его у какого-то мужчины. В 2018 году он решил подать иск в суд о разделе совместно нажитого имущества, в связи с чем пошел к адвокату ФИО22, которому рассказал все обстоятельства, пояснив при этом, что в данный момент он не знает где находится в настоящее время автомобиль. Адвокат ФИО22 сначала куда-то позвонил, как он понял в ГИБДД, чтобы выяснить какую-либо информацию по поводу автомобиля, но тому там ничего не сказали. Тогда адвокат ФИО22 посоветовал ему сначала сходить в полицию, где написать заявление об угоне автомобиля, а после того как автомобиль найдут, заняться вопросом о разделе совместно нажитого имущества. После этого, на следующий день, около 10 часов утра он пришел в отдел полиции и сказал дежурному, что у него угнали автомобиль. Через какое-то время к нему спустился следователь ФИО11 №3 и позвал его к себе в кабинет. В момент, когда они разговаривали с ФИО11 №3, зашел сотрудник полиции ФИО7 и спросил у него, знает ли он ФИО11 №2, на что он ответил, что не знает. ФИО7 вышел, ФИО7 снова зашел и спросил у него, зачем он пришел подавать заявление, если автомобиль в данный момент уже давно продан. После этого, он им пояснил, что не знал, что автомобиль продан и попросил позвонить адвокату. ФИО11 №3 и ФИО7 Е. его попросили рассказать в чем дело и он им рассказал, что ему посоветовал прийти в полицию и написать заявление об угоне его автомобиля адвокат ФИО22, чтобы сотрудники полиции помогли ему его найти. ФИО11 №3 и ФИО7 разозлились и начали его ругать за то, что он отвлекает их от работы. Он попросил переписать заявление о том, что хочет просто выяснить где автомобиль, но ему было отказано. Он подписывал заявление после того, как выяснилось, что автомобиль уже продан. Он точно не помнит, что подписывал, объяснения или заявление, но в том документе были изложены все обстоятельства, о которых он рассказывал. Он сразу сотрудникам полиции сообщил, что он автомобиль не продавал. Он ничего не подписывал до того момента, пока не выяснилось, что автомобиль продан. Заявление об угоне он писал собственноручно на бланке, но точно не помнит, до дачи объяснений или после них. До момента предъявления ФИО7 Е. и ФИО11 №3 ему претензии, по поводу написанного им заявления по обстоятельствам не соответствующим действительности об угоне, он тоже что-то подписывал, но что именно уже не помнит. Он затрудняется ответить, зачем писал заявление об угоне, если такового не было. После этого они ждали следственно-оперативную группу, чтобы выехать на осмотр места происшествия. Он спрашивал у сотрудников полиции зачем ехать на осмотр места происшествия, если все уже известно, на что они ответили, что так положено. Ему неизвестно, отдавал ли следователь заявление на регистрацию в дежурную часть, поскольку он выходил в коридор, звонил адвокату. Возможно в этот момент он относил заявление на регистрацию. Адвокат ему сказал, чтобы он попросил сотрудников полиции порвать его заявление. Примерно около тридцати минут они ждали следственно-оперативную группу. Когда сотрудники полиции приехали, то женщина, которая входила в следственно-оперативную группу, уже знала о том, что угона не было, в связи с чем они задали вопрос, зачем ехать, если угона не было. ФИО11 №3 сказал, что так положено. Они поехали на осмотр места происшествия, где он показал в каком месте находился автомобиль, уточнив при этом, что это было в 2016 году. После этого его отпустили и он пошел домой. С жалобами на действия сотрудников полиции он никуда не обращался. Через некоторое время ему пришло письмо с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела и в нем было указано, что он продал автомобиль ФИО11 №4. Спустя какое-то время его вызвал ФИО11 №3 по поводу дела в отношении него самого по ст. 306 УК РФ. Он отказался от дачи показаний. Он снова позвонил адвокату Семенову, посоветовавшему ему написать заявление об угоне, который сказал ему молчать и ничего не говорить сотрудникам полиции. Он попросил адвоката Семенова помочь ему, но он сказал, зачем ему тратить деньги. По ст. 306 УК РФ он признавал вину, потому что заявление он писал, машина давно продана и ему это было известно, а бесплатный адвокат, в порядке ст. 51 УПК РФ посоветовала ему что-нибудь придумать, но он отказался говорить неправду, в связи с чем она ему сказала, что тогда придется признаться во всем, и в этом случае ему назначат штраф в размере 5000 рублей и на этом все закончится. Он в это поверил. ФИО7 следователь ФИО23 позвонила ему и попросила прийти ознакомится с материалами уголовного дела, которое она ему отдала через решетку. Он стал его читать, а там было написано все не так, как он говорил, в связи с чем, он решил нанять адвоката по соглашению и разобраться с этим делом. В материалах уголовного дела не было указано, что он говорил о том, что он автомобиль не продавал. Кроме того, когда следователь ФИО23 его вызывала, то она сказала ему, что нашла ФИО11 №4, допросила его, и он подтвердил версию, которую говорит его бывшая жена. О том, что они с супругой в разводе, он узнал через год после самого развода. После возбуждения уголовного дела в отношении него по ст. 306 УК РФ он общался с супругой, выяснял про автомобиль, она ему пояснила, что сдала его в залог в автоломбард, а там его продали. С братом его жены, ФИО6, у них были конфликтные отношения, поскольку когда тот украл у него нарезное оружие, он не хотел ехать на суд, но они начали на него давить, просили съездить в суд где сказать, что он оставил ключи дома и тогда ФИО6 не посадят. Он отказался говорить неправду, тогда и жена, и родители на него разозлились и до сих пор считают, что ФИО6 осужден к реальному отбытию наказания в местах лишения свободы из-за него. Все автомобили, приобретенные в браке, были оформлены на него. Он автомобиль не продавал. Доверенности на продажу автомобиля у его супруги не было, страховка выдана без ограничения. Документы, которые он подписывал у следователя, он читал бегло, точно не помнит, что подписывал, скорее всего, это было заявление об угоне. У ФИО6 действительно имеется больной ребенок, которому требовалось оперативное вмешательство. Его бывшая супруга с ним не советовалась по поводу оказании материальной помощи ее брату на операцию для ребенка, она все делала без его ведома. Перед дачей показаний, он советовался со своим защитником, и ему разъяснялось положение ст. 51 Конституции РФ. Адвокат сказала ему, что лучше дать показания. С материалами уголовного дела он знакомился без адвоката, после ознакомления понял, что в материалах дела все не так, как было на самом деле. Скорее всего он подписывал ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке. Он не решал вопрос о разделе имущества, поскольку хотел поговорить с бывшей супругой. Документы на автомобиль были дома, когда он уходил из дома, то документы не забирал. С заявлением о том, что его супруга не отдает ему автомобиль, он в полицию не обращался.

Вместе с тем, при производстве предварительного расследования подсудимый ФИО10 давал иные показания, чем в судебном заседании, которые в связи с существенными противоречиями с ФИО2 данными показаниями были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия других участников процесса на основании п.1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ.

Так, из оглашенных на основании ч. 1 ст. 276 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, с согласия других участников процесса, показаний подсудимого ФИО10, данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, и идентичных по своему содержанию, с участием его защитника в порядке ст. 51 УПК РФ, следует что свою вину в предъявленном ему обвинении по ч. 1 ст. 306 УК РФ ФИО10 признает полностью и по обстоятельствам дела показал, что проживает по адресу: ...., .... ...., совместно со своей сожительницей ФИО3. В июле 2003 года вступил в брак с ФИО4, от брака с которой имеет несовершеннолетнюю дочь ФИО5. В период нахождения в браке с ФИО24, занимались совместным бизнесом, который был оформлен на ее имя ИП «ФИО30». В браке было приобретено имущество, а именно недвижимое имущество и несколько автомобилей, необходимые для работы (газели). Также в браке был приобретен автомобиль «<данные изъяты>». Все автомобили были оформлены на его имя. К середине 2016 года отношения между ними испортились и с августа 2016 года с ФИО11 №1 они совместно уже не проживали, а в ноябре 2016 года брак с ФИО11 №1 был расторгнут. О том, что ФИО11 №1 подала на развод и их брак расторгнут, он узнал примерно через год. Так как у них в долевой собственности находится квартира, по которой они оплачивали ипотечный кредит, где он является созаемщиком, то после развода он неоднократно просил ФИО11 №1 продать автомобиль «ФИО17 <данные изъяты> с той целью, чтобы погасить кредитную задолженность. ФИО11 №1 была против продажи автомобиля, так не хотела оплачивать кредит досрочно. С его стороны неоднократно предпринимались попытки переговоров по поводу продажи автомобиля, но ФИО13 на контакт идти не хотела. Так, в марте 2018 года, он решил обратиться в полицию с заявлением о том, что у него данный автомобиль угнали, так как считал, что автомобиль числится в ГИБДД на нем. Фактически на тот момент автомобилем он не пользовался, он находился у его бывшей супруги. Сделал он это для того, чтобы вернуть принадлежащий ему автомобиль, продать его и погасить ипотечный кредит. В дальнейшем от сотрудников полиции ему стало известно о том, что автомобиль марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак «№ ....», был продан в августе 2016 года, то есть в тот момент, когда они фактически находились с ФИО13 в браке. О том, что автомобиль был продан он не знал, так как участия в купле-продаже он не принимал. Понимает, что фактически при подаче заявления о том, что автомобиль был угнан, он сообщил недостоверные сведения, так как в тот момент, когда он уходил от ФИО11 №1, то ни документы на автомобиль, ни ключи от него, он не забирал, и все это осталось у нее дома. Вину признает полностью, в содеянном раскаивается.

(том 1 л.д. 54-56, 63-65);

После оглашения показаний подсудимого ФИО10 последний суду пояснил, что свои показания, данные в ходе предварительного расследования он не поддерживает, вину не признает в полном объеме.

Вместе с тем, суд принимает показания ФИО10, данных им как в ходе предварительного следствия, так и данные им в ходе судебного следствия, в части обстоятельств отчуждения автомобиля, поскольку его показания в этой части логичны, последовательны, согласуются с показаниями нижеуказанных свидетелей, а также подтверждаются совокупностью иных материалов дела, исследованными в судебном заседании в качестве доказательств по делу.

Более того, подсудимый ФИО10 при производстве предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого, в присутствии своего защитника, добровольно давал подробные показания с полным признанием своей вины, в совершении им вышеуказанного преступления, в присутствии своего защитника и без какого-либо давления на него со стороны следственных органов, с предварительным ему разъяснением его права, предусмотренного статьей 51 Конституции Российской Федерации, не свидетельствовать против самого себя.

Каких-либо нарушений норм Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации при допросе ФИО10 в качестве подозреваемого и обвиняемого при производстве предварительного расследования, а также каких-либо оснований для его самооговора в инкриминируемом ему преступлении, судом не установлено.

При таких обстоятельствах, суд находит показания ФИО10, данные им при производстве предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также в судебном заседании, в части обстоятельств отчуждения автомобиля и последующих действий по сообщению о совершении в отношении него преступления, путем написания соответствующего заявления в правоохранительные органы, правдивыми и достоверными.

Суд не принимает во внимание показания ФИО10 в судебном заседании с доводами об отсутствии умысла на совершение инкриминируемого ему преступления, свидетельствующие о непризнании последним своей вины, поскольку его показания в этой части непоследовательны, не согласуются с его же показаниями, данными им в ходе предварительного следствия, противоречат нижеизложенным показаниям свидетелей по делу, а также опровергаются другими нижеисследованными письменными доказательствами по делу, полученными с соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд приходит к выводу, что таким образом подсудимым и стороной защиты выработана своя концепция защиты, с желанием преподнести произошедшие события в более выгодной для подсудимого ситуации, чтобы избежать ответственности за содеянное.

Вместе с тем, несмотря на непризнание ФИО10 своей вины в совершении заведомо ложного доноса о совершении преступления, его виновность в инкриминируемом ему деянии, подтверждается совокупностью следующих исследованных в судебном заседании доказательств, а именно показаниями свидетелей и иными материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Так свидетель ФИО11 №1, будучи предупрежденная в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показала, что из присутствующих в зале судебного заседания знает подсудимого ФИО10, поскольку он является ее бывшим супругом. Неприязненных отношений ни к кому не испытывает, причин оговаривать кого-либо или говорить неправду в суде у нее не имеется. Желает воспользоваться ст. 51 Конституции РФ, поскольку у них с ФИО10 имеется несовершеннолетняя дочь в связи с чем своими показаниями она может ей навредить.

Вместе с тем, в связи с отказом свидетеля ФИО11 №1 от дачи показаний, по ходатайству государственного обвинителя с согласия других участников процесса на основании ч. 4 ст. 281 УПК РФ, были оглашены показания ФИО11 №1, данные ею в ходе предварительного расследования.

Так, из оглашенных показаний свидетеля ФИО11 №1 следует, что она является индивидуальным предпринимателем в сфере грузоперевозок и оптовых поставок. В период времени с 2003 года по ДД.ММ.ГГГГ она состояла в браке с ФИО10. При разводе споров о разделе имущества у них не было. В совместном браке было приобретено как движимое так и недвижимое имущество, включая автомобиль ФИО8 «ФИО17», государственный регистрационный знак № .... регион, в кузове черного цвета, 2013 года выпуска. Данный автомобиль при покупке в июне 2015 года был оформлен на ее супруга ФИО10 Затем в августе 2016 года возникла необходимость в денежных средствах, в связи с тем, что ребенку ее брата понадобилась помощь в оплате лечения и операции. Так, в конце августа 2016 года вышеуказанный автомобиль был продан, однако кому именно она в настоящее время сказать не может, так как договора купли-продажи на руках у нее не осталось. ФИО10 о данном факте знал, принимал непосредственное участие в переоформлении документов на автомобиль. Впоследствии от сотрудников полиции ей стало известно о том, что ФИО10 написал заявление об угоне вышеуказанного автомобиля в феврале 2018 года, чего фактически быть не могло, так как автомобиль был продан в 2016 году, в тот период когда они находились в браке, и ФИО10 прекрасно знал причины продажи автомобиля и против его продажи не возражал.

(том 1 л.д. 32);

После оглашения показаний свидетеля ФИО11 №1, последняя суду пояснила, что свои показания, данные в ходе предварительного расследования поддерживает в полном объеме.

Кроме того, в дополнение своих показаний добавила, что на момент покупки именно этого автомобиля, ее супруг находился на лечении, так как он являлся инвалидом, в связи с чем не работал. На ней фактически было две семьи и в каждой семье было по два инвалида, которых необходимо было кормить. Вопрос о продаже автомобиля принимался ею совместно с ФИО10 примерно в августе 2016 года, поскольку нужны были денежные средства на оказание медицинской помощи ребенку ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который является ребенком ее брата, ФИО6, а также необходимы были денежные средства и на другие расходы. Они вместе с супругом обсуждали вопрос о продаже автомобиля, приценивались. Ее супруг выставлял объявление о продаже автомобиля на сайте объявлений «Авито». Она в тот момент была в командировке в ....-на –Дону, а когда приехала из нее в ...., то к ним приехал покупатель и оставил задаток за автомобиль и после они поехали переоформлять автомобиль. Задаток за автомобиль был передан в квартире в присутствии ФИО10, а оставшаяся сумма за автомобиль была передана в ГИБДД. При продаже автомобиля она присутствовала и несмотря, на то, что собственником автомобиля на тот момент был ее муж, в договоре купли-продажи везде расписывалась она за ФИО10, без его присутствия, поскольку на тот момент все движимое и недвижимое имущество покупала и оформляла она. Автомобиль был продан за 370 000 тысяч рублей, однако покупали они его примерно за 500-550 000 рублей. Продали они этот автомобиль дешевле из-за неполадок в двигателе. О том, что ФИО10 знал о продаже автомобиля, могут подтвердить ее брат, ФИО6, его гражданская супруга, ФИО37, и ее дочь ФИО5. То, что ФИО10 обратился в полицию с заявлением об угоне автомобиля спустя полтора года объясняет тем, что она экстренно подала на развод в один день, и ФИО10 требовал у нее однокомнатную квартиру за развод с ним, но она ему в этом отказала, сказав, что все их имущество принадлежит их дочери и делить она его не намерена. После этого ФИО10 сильно разозлился, поскольку пошло все не так как он хотел и он отказался переписывать все имущество на их дочь. Она ждала, что он придет и они совместно решат эти вопросы. После этого, в марте 2018 года, ФИО10 пришел к ней с претензиями и она сказала ему, что готова на него переписать что-то из имущества, но с тем условием, если это имущество будет принадлежать их совместной дочери. ФИО10 это не устроило и он сказал, что ему нужно, чтобы все по документам принадлежало только ему. После этого он пошел и написал заявление об угоне автомобиля, о котором она узнала только в мае 2018 года, когда ей об этом сообщили сотрудники полиции. Перед этим он предупреждал ее, что пойдет и напишет заявление в полицию об угоне автомобиля, так как она подписала за него договор купли-продажи. Таким образом ФИО10 хотел ей навредить. На момент продажи автомобиля, ФИО10 не высказывал ей претензии по поводу его продажи и по поводу того обстоятельства, что она везде за него расписалась. Сам уже печатный бланк договора купли-продажи был оформлен в ГИБДД, поскольку там есть такая услуга, однако письменную часть содержания договора от руки заполняла она. Текст договора был стандартным. При заполнении договора присутствовал человек, который покупал автомобиль. Сделка происходила в ..... Денежные средства за автомобиль полностью получила она одна, однако какую-либо часть из них ФИО10 она после сделки не передавала, так как на тот момент они жили в одной квартире и деньги всегда лежали в шкафу. С ФИО11 №4 у нее дружеские отношения, поскольку у них имеются общие знакомые, но на момент продажи автомобиля она с последним не сожительствовала.

Так свидетель ФИО6, будучи предупрежденный в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний в режиме видео-конференцсвязи, суду показал, что из присутствующих в зале судебного заседания знает подсудимого ФИО10, поскольку он является бывшим мужем его сестры.

По обстоятельствам дела суду показал, что ФИО10 является отцом его племянницы. Ему ничего не известно об обстоятельствах продажи автомобиля марки «ФИО17», который находился в совместном пользовании у ФИО11 №1 и ФИО10 Он знал, что в пользовании супругов ФИО30 был автомобиль. Ему не известно, каким образом отчуждался этот автомобиль, поскольку он уехал работать в ..... Он знал, что сестра с ФИО10 собираются продавать этот автомобиль, но подробности продажи этого автомобиля не знал. Ему не известно, было ли решение о продаже автомобиля, совместным решением супругов. Деньгами от продажи автомобиля они помогли его ребенку и погасили свои долги. Денежные средства ему передавала его сестра, ФИО11 №1, осенью 2016 года. Ему не известно, были ли эти деньги с продажи автомобиля или просто свои деньги. Ему нужно было в .... снять квартиру, купить одежду ребенку, и на жизнь первое время. На эти цели сестра дала ему 50 000 рублей. Когда ФИО11 №1 передавала денежные средства, она говорила, что дает деньги на лечение ребенку. Деньги она передавала сожительнице, поскольку он на тот период уже отбывал наказание в местах лишения свободы. Какую сумму передала сестра, он не знает, и операцию ребенку еще не сделали, поскольку такие операции проводят только после достижения ребенком пятилетнего возраста. Ребенку поставили диагноз Муковисцидоз. Ему не известно, кому именно был продан автомобиль, и за материальной помощью он обращался ко всей семье. На тот момент супруги ФИО30 проживали совместно. Ему не известно, возвращены ли деньги ФИО30, он на тот период уже отбывал наказание. Когда он обращался за помощью к сестре, то ФИО10 при этом разговоре не присутствовал. Оружие у ФИО10 он украл ДД.ММ.ГГГГ, на этом фоне конфликтов у него с ним не было, и неприязненного отношения к ФИО10 в связи с этим, он не испытывает. На правдивость его показаний в суде, это обстоятельство никак не влияет. Осудили его за кражу огнестрельного оружия у ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ

Так, свидетель ФИО11 №2, будучи предупрежденный в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показал, что в конце 2016 года в сети «Интернет» на сайте объявлений «Авито» он выбирал себе автомобиль, где нашел объявление о продаже автомобиля «ФИО17 ФИО38 <данные изъяты> года выпуска. Он позвонил по номеру телефона, указанному в объявлении, а именно № .... и трубку взял человек по имени ФИО15, фамилию которого он уже не помнит. Они договорились о встрече, чтобы посмотреть автомобиль. Он подъехал в .... встрече ФИО15 сказал, что продает автомобиль брата, который живет в ..... В тот момент продаваемый ФИО15 автомобиль был оформлен на гражданина ФИО11 №4. У него имеется паспорт транспортного средства на указанный автомобиль, из содержания которого следует, что ФИО10 приобрел автомобиль ДД.ММ.ГГГГ, а продал его ДД.ММ.ГГГГ. ФИО15, который продавал ему автомобиль, является родственником ФИО2 Р.В. Указанный автомобиль он приобрел за <данные изъяты> рублей. ФИО15, который продавал ему автомобиль действовал по доверенности, но он точно не знает, была ли доверенность нотариально заверена. Он с ФИО2 Р.В., как и с собственником автомобиля, не созванивался и не уточнял хочет ли тот на самом деле продавать автомобиль. Указанным автомобилем он пользуется до сих пор. Автомобиль находился в пользовании ФИО15, так как он приехал на нем к нему на встречу. ФИО15 сам ему сказал, что собственником автомобиля является ФИО2 Р.В. и тот тогда сделал копию паспорта ФИО2 Р.В. Согласно содержанию доверенности ФИО15 имел право на продажу автомобиля, собственником которого являлся ФИО2 Р.В., поскольку последний на тот момент работал вахтовым методом. Из документов на автомобиль он видел паспорт транспортного средства (ПТС) и свидетельство о регистрации транспортного средства. Он не уточнял, как ФИО2 Р.В. приобрел данный автомобиль. У него сохранился договор купли – продажи вышеуказанного автомобиля. Кто именно готовил договор купли - продажи ему неизвестно, поскольку ФИО15 его принес уже готовый сразу в МРЭО. Договор подписывал со стороны продавца ФИО15. Деньги за автомобиль он также передал ему. Он не помнит, писал ли ФИО15 ему соответствующую расписку. Первый раз он смотрел машину в 20-х числах декабря. Для покупки данного автомобиля он брал потребительский кредит. В .... он приехал впервые, поскольку его вызвали в суд, и до этого в .... он никогда не был. По обстоятельствам приобретения им автомобиля его допрашивали по телефону. В мае 2018 года ему звонил заместитель начальника общественной безопасности из ...., ФИО7 инспектор или заместитель начальника ГИБДД, а после ему позвонила женщина-следователь, фамилию которой он уже не помнит. Он им передавал ПТС и свидетельство о регистрации транспортного средства по электронной почте, но на чей электронный адрес, он уже не помнит. После этого, его вызвал в .... отдел .... оперативный сотрудник полиции по имени Максим, фамилию которого, он также уже не помнит, однако у него есть номер его сотового телефона № ..... Он с этим оперативным сотрудником встретился, и дал тому объяснение каким образом он приобретал автомобиль. На следующий день он принес этому оперативному работнику ПТС и свидетельство о регистрации транспортного средства, а договор купли-продажи транспортного средства, спустя месяц он сфотографировал на сотовый телефон и уже фотографию сбросил со своего сотового телефона на сотовый телефон сотрудника полиции по имени Максим.

После обозрения в судебном заседании протокола своего допроса в качестве свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ, из содержания которого следует, что его допрос производился в ...., свидетель ФИО11 №2 повторно подтвердил суду, что ДД.ММ.ГГГГ в .... он не был, и до этого момента он в .... вообще никогда не был и сегодня приехал в этот город первый раз. В тот день ему женщина сотрудник полиции из .... позвонила на сотовый телефон, по которому предупредила его об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, после чего допросила его и сообщила, что в .... находится их сотрудник полиции, который на неделе приедет к нему. После этого, к нему приехал сотрудник полиции и предоставил ему уже готовый протокол его допроса, который он прочитал и в нем расписался на капоте автомобиля. Когда он расписывался в протоколе своего допроса на капоте автомобиля, то сотрудник полиции уже не предупреждал его об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Кроме того, пояснил, что сотрудники полиции .... его точно не допрашивали, и следователя ФИО23 он вообще не знает, и разницу между объяснениями и протоколом своего допроса понимает. Если бы его следователь вызывал в .... на допрос, то он бы обязательно явился. Номер его сотового телефона № .... у него давно в пользовании, еще до покупки автомобиля. ДД.ММ.ГГГГ его сотовый телефон с указанным номером весь день был при нем, и сам он во время его допроса женщиной-следователем по сотовому телефону находился в .....

В связи с сообщенными свидетелем ФИО11 №2 в судебном заседании сведениями по факту отсутствия его ДД.ММ.ГГГГ в ...., а также его допроса в тот день следователем ФИО23 по сотовому телефону когда он находился в ...., и возникшей необходимостью проверки достоверности его показаний в этой части, в судебное заседание была вызвана и допрошена в качестве свидетеля следователь СО МО МВД России «Камышинский» ФИО23

Так, свидетель ФИО23, будучи предупрежденная в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показала, что из присутствующих в зале судебного заседания знает ФИО10 и ФИО11 №2 По обстоятельствам допроса свидетеля ФИО11 №2 ДД.ММ.ГГГГ суду пояснила, что в протоколе допроса свидетеля ФИО11 №2 от вышеуказанной даты, ею допущена опечатка, а именно в протоколе неверно указано, что допрос свидетеля ФИО11 №2 происходил в ...., так как на самом деле она допрашивала свидетеля ФИО11 №2 в ..... ФИО11 №2 она неоднократно вызывала для допроса в качестве свидетеля в ...., но ФИО11 №2 не мог прибыть в ...., обосновывая это состоянием своего здоровья. В связи с этим, ДД.ММ.ГГГГ она присутствовала в ...., где допросила ФИО11 №2 в качестве свидетеля в помещении следственного отдела ..... Они предварительно созванивались с ФИО11 №2, после чего договорись с ним о встрече в отделе полиции № .... в ...., где в итоге и встретились. Свидетеля ФИО11 №2 перед его допросом она предупреждала об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. По окончании допроса свидетель ФИО11 №2 знакомился с содержанием протокола своего допроса, лично прочитал его, и каких-либо замечаний и дополнений к содержанию протокола, у него не было. В .... она выезжала по служебной необходимости, в связи с чем она и совместила поездку с допросом свидетеля ФИО11 №2 Скорее всего, она звонила ему с рабочего номера телефона, номер которого она уже не помнит. Ее номер мобильного телефона № ...., который в день допроса свидетеля ФИО11 №2 в .... был при ней. Дата допроса ДД.ММ.ГГГГ соответствует действительности. Когда именно она звонила ФИО11 №2 и предупреждала его о том, что ДД.ММ.ГГГГ он должен явиться в .... отдел полиции для допроса, она уже не помнит. Вызов данного свидетеля на допрос она осуществляла в телефонном режиме. Подтверждений его неявки по ее вызову в ...., у нее нет, только с ее слов. Оформление принудительного привода ею не осуществлялось, поскольку они со свидетелем ФИО11 №2 договорились о том, что как только она будет в ...., то они встретятся. Она ничем не может подтвердить свое пребывание в ....ном отделе полиции .... ДД.ММ.ГГГГ. Поручение о допросе или опросе ФИО11 №2 она никому не давала. Копии документов на автомобиль были вместе с материалом проверки. ФИО11 №2 никаких документов на автомобиль ей не передавал. В протоколе допроса свидетеля ФИО11 №2 неверно лишь место составления протокола. Она не допрашивала свидетеля по телефону. Со свидетелем ФИО11 №2 у нее не было конфликтов, неприязненных отношений. ДД.ММ.ГГГГ она звонила по своему сотовому телефону неоднократно. Она не выясняла обстоятельства приобретения им автомобиля. ФИО11 ФИО2 Р.В. не был допрошен по причине невозможности установить его местонахождение. По месту прописки в .... он не проживает, а со слов соседей он проживает в ..... Она не знала о том, что ФИО2 Р.В. сожитель ФИО11 №1 Очная ставка ею между ФИО10 и ФИО11 №1 не была проведена по причине нахождения последней в Крыму длительное время.

После допроса свидетеля ФИО23 в присутствии свидетеля ФИО11 №2, последний сразу изменил свои показания в судебном заседании в части его допроса следователем ФИО23 и суду показал, что в отделе полиции .... его действительно вызывала и допрашивала какая-то девушка в гражданской одежде, однако он не знал, что это была следователь ФИО23 На капоте автомобиля он что-то подписывал, однако что именно, он уже пояснить не может в связи с давностью событий, то ли это был протокол его допроса, то ли это было его объяснение. Его один раз опрашивали, и он просто мог перепутать моменты. Всего он подписывал три документа, один в ....ном отделе полиции, другой документ на капоте автомобиля, а третий в ....ном отделе полиции ..... Кроме того пояснил, что он слышал показания свидетеля ФИО23 о том, что никаких поручений сотрудникам .... она не давала.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что показания свидетеля ФИО23 в части того обстоятельства, что ДД.ММ.ГГГГ допрос свидетеля ФИО11 №2 ею производился в ....ном отделе полиции ...., а в протоколе допроса последнего ею допущена опечатка относительно места его допроса, вместо .... ошибочно указано ...., не соответствуют действительности, исходя из следующего.

Так свидетель ФИО11 №2 изначально давал показания, что ДД.ММ.ГГГГ следователь ФИО23 его допрашивала по обстоятельствам приобретения им автомобиля по сотовому телефону, пояснив ему, что на неделе подъедет их сотрудник полиции и привезет ему готовый протокол допроса с его объяснениями, чтобы он его подписал. В тот день он весь день находился в городе Волгограде, за пределы которого не выезжал, и в .... в тот день соответственно следователем ФИО23 не допрашивался.

При допросе свидетеля ФИО23, в присутствии свидетеля ФИО11 №2, первая суду показала, что в протоколе допроса свидетеля ФИО11 №2 ею просто допущена техническая опечатка относительно места допроса последнего, и на самом деле в тот день она допрашивала свидетеля ФИО11 №2 в ....ном отделе полиции ...., когда она по служебной необходимости приезжала в .... и заодно допросила свидетеля ФИО11 №2

При этом каких-либо подробностей этого протокола допроса не смогла пояснить суду. Также свидетель ФИО23 пояснила суду, что ничем не может подтвердить свое нахождение в ...., поскольку не оформляла никаких командировочных документов. Также ФИО23 не смогла назвать ни одного конкретного сотрудника Дзержинского отдела полиции, который бы смог подтвердить, что ДД.ММ.ГГГГ с 10 часов 00 минут до 10 часов 40 минут она находилась именно там.

После допроса свидетеля ФИО23 в присутствии свидетеля ФИО11 №2, последний сразу резко изменил содержание своих показаний, пояснив, что вроде как он встречался с «этой девушкой», но не знал, что это следователь ФИО23, которая действительно ДД.ММ.ГГГГ допрашивала его в ....ном отделе полиции ..... Вместе с тем, свидетель ФИО11 №2 говорил об этом в судебном заседании не очень уверенно, и не смог внятно пояснить суду, что именно он подписывал на капоте автомобиля.

Кроме того, в судебном заседании свидетель ФИО23 и свидетель ФИО11 №2 сообщили суду номера своих сотовых телефонов, которые ДД.ММ.ГГГГ целый день находились при них, по которым они осуществляли в течение дня различные звонки, в том числе и другим абонентам.

Так, свидетель ФИО23 указала номер своего сотового телефона № ...., и свидетель ФИО11 №2 также указал номер своего сотового телефона № .....

В связи с этим, в целях объективной проверки показаний обоих свидетелей, судом по ходатайству стороны защиты, были истребованы в компании сотовой связи Мегафон билинг и детализация абонентских номеров № .... и № .... с целью получения сведений о местонахождении абонента с номером № .... (ФИО23) и абонента с номером № .... (ФИО11 №2) на дату ДД.ММ.ГГГГ.

При исследовании данных документов судом достоверно установлено, что ДД.ММ.ГГГГ следователь ФИО23 и свидетель ФИО11 №2 лично не встречались, поскольку следователь ФИО23 в тот день целые сутки находилась в ...., а свидетель ФИО11 №2 в тот день целые сутки находился в ...., соответственно следователь ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ лично не допрашивала свидетеля ФИО11 №2 в .....

Таким образом, измененные после допроса ФИО23 показания свидетеля ФИО11 №2, в части того обстоятельства, что ДД.ММ.ГГГГ следователь ФИО23 его допрашивала в ....ном отделе полиции ...., а не по сотовому телефону, полностью не соответствуют действительности, поскольку являются нелогичными, непоследовательными и опровергаются вышеисследованными доказательствами по делу.

Суд приходит к выводу, что свидетель ФИО23, являясь должностным лицом, своими показаниями пытается избежать возможной уголовной ответственности за содеянное, а свидетель ФИО11 №2, поняв какие последствия могут наступить из-за содержания его показаний для следователя ФИО23, являющегося должностным лицом, путем изменения своих показаний пытается помочь избежать ФИО23 возможной ответственности за содеянное.

На основании изложенного, суд принимает первоначальные показания свидетеля ФИО11 №2, данные им в ходе судебного заседания, до допроса свидетеля ФИО23, в связи с чем кладет их в основу обвинительного приговора, и полностью не принимает его показания, данные им в ходе предварительного следствия, по нижеизложенным основаниям, как полученные с грубым нарушением Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также не принимает его показания, данные им после допроса свидетеля ФИО23, поскольку они нелогичны, непоследовательны и опровергаются нижеисследованными материалами дела.

В связи с этим, суд полагает необходимым исключить протокол допроса свидетеля ФИО11 №2 от ДД.ММ.ГГГГ, как недопустимое доказательство по делу, исходя из следующего.

Так, в силу части 1 статьи 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.

Согласно абзацу 3 части 2 статьи 75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса.

Таким образом, поскольку в ходе судебного следствия достоверно установлено, что ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО11 №2 следователем ФИО23 в .... в здании МО МВД России «Камышинский» лично не допрашивался, соответственно его личность надлежащим образом установлена не была и об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, предусмотренных ст., ст. 307-308 УК РФ, последний не предупреждался, а также ему не были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, чем были грубо нарушены его права, а следователем ФИО23 были грубо нарушены нормы действующего Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, то суд полагает необходимым признать протокол допроса свидетеля ФИО11 №2 от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством, исключив его из объема предъявленного ФИО10 обвинения.

Так свидетель ФИО11 №3, будучи предупрежденный в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показал, что из присутствующих в зале судебного заседания знает подсудимого ФИО10, в связи с обстоятельствами данного уголовного дела.

По обстоятельствам дела суду показал, что он работает в следственном отделе МО МВД России «Камышинский», где состоит в должности старшего следователя с 2014 года. В тот день он дежурил в связи с чем находился в составе следственно-оперативной группы. Его вызвал дежурный и сказал, что пришел человек заявить о преступлении. Он спустился к человеку, попросил пройти с ним в его кабинет и начал выяснять обстоятельства, по которым тот обратился в отдел полиции. Мужчина пояснил, что у него похитили принадлежащий ему на праве собственности автомобиль, внедорожник «ФИО1». В процессе выяснения обстоятельств, он предложил мужчине написать заявление о преступлении, потому что согласно тем сведениям, которые тот сообщил, в действиях неустановленных лиц усматривались признаки преступления – кража. Мужчина добровольно ответил согласием на его предложение написать заявление по факту совершенного в отношении него преступления. После этого, он распечатал бланк заявления, передал мужчине и помог оформить данное заявление. Пояснил суду, что при составлении заявления в бланке имеется машинописный текст с графой «Об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ предупрежден» и графа, где лицо должно поставить личную подпись. Эту строку гражданин, которым оказался ФИО10, прочитал и после этого он ему объяснил, что это значит, и ФИО10 все было понятно. Далее, ФИО10 собственноручно написал заявление о совершении в отношении него преступления, и подписал его. В его кабинет пришел сотрудник оперативной службы ФИО7 и выяснил у ФИО10 обстоятельства совершенного преступления. ФИО7 удалился из кабинета, и он стал опрашивать ФИО10 по поводу произошедшего. В ходе опроса ФИО10 дал ему подробные объяснения по обстоятельствам кражи у него автомобиля и по завершению принятия от него объяснения, оперативный сотрудник ФИО7 вернулся и сообщил ему и ФИО10, что этот автомобиль уже как год принадлежит другому человеку и в собственности ФИО10, с указанного срока, не находится. Он спросил у ФИО10, что это все значит и ФИО10 признался в том, что написанное заявление и оформленное объяснение содержат недостоверные сведения, поскольку в действительности никто у него автомобиль не похищал, а свой поступок ФИО10 объяснил тем, что таким способом он собирался узнать где в данный момент находится этот автомобиль, для того, чтобы решать какие-то свои вопросы по разделу совместно нажитого имущества со своей бывшей супругой. После этого, он отнес заявление ФИО10 о совершении преступления в дежурную часть муниципального отдела, где оно подлежало обязательной регистрации, и после этого поехал на осмотр места происшествия совместно с гражданином ФИО10 и экспертом-криминалистом на то место, где согласно объяснениям ФИО10, у него якобы похитили автомобиль. На том месте автомобиля не оказалось и в ходе осмотра места происшествия, гражданин ФИО10 ему пояснил, что в действительности он совершил заведомо ложный донос, что им было занесено в протокол осмотра места происшествия и по окончании следственного действия ФИО10 подписал протокол. На этом его работа с этим материалом закончилась. После этого он приехал в отдел полиции, составил рапорт по поводу проделанной работы и отправил этот материал в дежурную часть, так как признаков состава преступления в виде кражи, по окончанию процессуальной проверки, не усматривалось. Данные события происходили ДД.ММ.ГГГГ На момент проведения проверки ФИО7 установил период, в который автомобиль уже не находился в пользовании ФИО10 На момент, когда он сдал материал в дежурную часть никаких письменных доказательств, подтверждающих факт того обстоятельства, что автомобиль был в действительности продан не было. Это было известно со слов ФИО10 В личной беседе с ФИО10, тот ему признался, что когда он пришел писать заявление, то автомобиль был уже не в его собственности. ФИО10 не называл фамилию того человека, кому был продан автомобиль. Ему кто-то посоветовал прийти с таким заявлением, но кто именно дал такой совет он уже не помнит. Он по этому материалу попытался еще раз опросить ФИО10, но уже по поводу ст. 306 УК РФ, но он никаких объяснений ему не дал и воспользовался ст. 51 Конституции РФ. Когда он пришел писать заявление, то он пояснил, что до написания заявления около месяца был на работе в ..... Когда он проводил проверку, то со слов ФИО7 ему стало известно, что автомобиль находился в ...., но кто именно в тот момент был собственником автомобиля, он уже не помнит. Кроме того, суду показал, что он не выяснял, когда автомобиль вышел из их собственности. Когда человек приходит в отдел полиции сообщить о совершенном в отношении него преступлении, то он как представитель органов внутренних дел обязан предложить заявить об этом преступлении. В связи с этим, он и предложил ФИО10 написать заявление о совершении в отношении него преступления и тот согласился. К написанию такого заявления он ФИО10 не принуждал. На вопрос ФИО10 что произошло последний пояснил, что предположительно его бывшая супруга совершила хищение его автомобиля. Он, поняв, что в отношении человека возможно совершено преступление, предложил ему оформить заявление по этому поводу. После написания ФИО10 заявления, он его опросил по обстоятельствам угона транспортного средства. Он не мог отказать человеку в написании официального заявления, который пришел в отдел полиции с сообщением о совершении в отношении того преступлении, поскольку в случае такого отказа гражданину РФ с его стороны, это будет считаться противоправным действием. Сначала он принял заявление от ФИО10, зарегистрировал его в дежурной части и только после этого начал принимать у него объяснение по зарегистрированному заявлению. После ФИО10 признался в том, что сообщил ложные сведения об угоне автомобиля, но это уже было после того, как он отобрал у него письменное объяснение. В связи с этим признание ФИО10 в заведомо ложном доносе было письменно оформлено уже после осмотра места происшествия. О том, знает ли ФИО10 о продаже своего автомобиля, выяснял оперуполномоченный ФИО7 в ходе личного общения с ФИО10, и после дачи последним письменных объяснений в его присутствии. В данный момент он уже не помнит по чьему совету ФИО10 обратился с заявлением об угоне у того транспортного средства.

Вместе с тем, при производстве предварительного расследования свидетель ФИО11 №3 давал иные показания, чем в судебном заседании, которые в связи с существенными противоречиями с ФИО2 данными показаниями были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия других участников процесса на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ.

Так, из оглашенных показаний свидетеля ФИО11 №3, на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя с согласия других участников процесса следует, что он проходит службу в должности старшего следователя СО МО МВД России «Камышинский» с 2014 года. ДД.ММ.ГГГГ, он находился в составе следственно-оперативной группы на суточном дежурстве. В тот же день, примерно в 09 часов 30 минут в отдел полиции обратился ФИО10, который устно сообщил, что в отношении него было совершено преступление, а именно то, что его автомобиль марки «ФИО8» был угнан. Им, совместно с оперуполномоченным ФИО7, была начата процессуальная проверка по данному факту. В ходе проведения доследственной проверки ФИО10 было предложено написать заявление по данному факту, перед написанием которого ФИО10 был им предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложный донос о совершенном преступлении по ст. 306 УК РФ. ФИО10 были разъяснены правовые последствия в случае сообщения им ложных сведений, которые ему были полностью понятны. После этого, ФИО10 собственноручно написал заявление о преступлении, в котором подробно изложил обстоятельства угона у него автомобиля марки «ФИО8», и указал предполагаемый период совершения данного преступления, а также стоимость причиненного ему ущерба. Впоследствии им был опрошен ФИО10 по данному факту. В ходе опроса ФИО10 ему пояснил, что автомобиль находится в его собственности, он трудоустроен вахтовым методом и уезжал на работу на длительный период времени, а автомобиль все это время оставлял возле входа в подъезд его дома, запирая его при этом. В своем объяснении ФИО10 сообщил также, что подозревает в угоне автомобиля свою бывшую супругу, с которой он официально расторгнул брак в 2016 году, однако у его супруги имелся комплект ключей от автомобиля после развода. На момент принятия объяснения у ФИО10, оперуполномоченный ФИО7 также проводил оперативно-розыскные мероприятия, направленные на отыскание автомобиля, в ходе проведения которых им было установлено, что вышеуказанные автомобиль был продан ФИО11 №2 ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли – продажи. Получив копии документов нового собственника на автомобиль, оперуполномоченный ФИО7 задал вопрос ФИО10 о факте продажи им автомобиля еще в 2016 году, на что ФИО10 устно признался, что на момент нахождения в браке с супругой автомобиль был действительно продан им еще в 2016 году, другому человеку, но не ФИО11 №2, а деньги потрачены на общие нужды семьи. На вопрос о том, зачем ФИО10 обратился в правоохранительные органы и сообщил ложную информацию о совершенном угоне автомобиля, ФИО10 пояснил, что обратился в полицию по совету адвоката Семенова, с той целью, чтобы сотрудники полиции помогли отыскать его автомобиль, так как у него имелись споры с бывшей супругой о разделе совместно нажитого имущества. Более подробно о причинах сообщения в полицию ложной информации, относительно угона автомобиля, ФИО10, не рассказывал. После написания ФИО10 заявления о преступлении и дачи им объяснения, заявление было им отнесено в дежурную часть МО МВД России «Камышинский», где оно было зарегистрировано в книге учета сообщений о преступлении, и ему был присвоен порядковый номер. Далее, он совместно с ФИО10 в составе следственно-оперативной группы выехал на место, где по словам ФИО10 ФИО2 располагался его автомобиль, и протоколом осмотра места происшествия было зафиксировано его отсутствие. В протоколе осмотра места происшествия ФИО10 поставил свою подпись, ознакомившись с содержанием протокола.

( том 1 л.д. 30-31);

После оглашения показаний свидетеля ФИО11 №3, последний суду пояснил, что поддерживает свои показания, данные им в ходе предварительного расследования частично, а именно он не поддерживает свои показания в части того обстоятельства, что сначала он принял от ФИО10 заявление об угоне транспортного средства, а также объяснение от последнего по обстоятельствам совершения преступления, и только после этого зарегистрировал само заявление в дежурной части, объяснив это допущенной неточностью следователя ФИО23 при его допросе в качестве свидетеля. Суду показал, что сначала он зарегистрировал заявление ФИО10 и только после этого стал брать с последнего письменные объяснения по обстоятельствам угона транспортного средства.

Кроме того, по обстоятельствам своего допроса в ходе предварительного следствия суду показал, что когда его допрашивала следователь ФИО23, в качестве свидетеля, то он ей сообщал, что сначала он отобрал объяснение у ФИО10, распечатал его, после чего все участники подписали объяснение, и после этого зашел ФИО7 и сообщил, что автомобиль уже не принадлежит ФИО10 Сведения о том, что ФИО10 заявил, что написал ложное заявление и дал ложные сведения в части хищения автомобиля, имеются в протоколе осмотра места происшествия. Признание ФИО10 о том, что тот сообщил ложные сведения о совершении преступления, не было им оформлено дополнительным объяснением, поскольку все действия ему необходимо было производить максимально оперативно, и он посчитал нецелесообразным дополнительно опрашивать ФИО10, так как нужно было ехать на осмотр места происшествия, в ходе которого он и зафиксировал то обстоятельство, что ФИО10 признался в ложном сообщении о преступлении. Протокол явки с повинной ФИО10 он не стал оформлять, поскольку тот не подпадал под категорию лиц, которые добровольно сообщают о совершенном ими преступлении.

В связи с изложенными показаниями свидетеля ФИО11 №3, в части сообщенных им сведений относительно его допроса в ходе предварительного следствия, в судебное заседание была вызвана и дополнительно допрошена свидетель ФИО23

Так, дополнительно допрошенная свидетель ФИО23, будучи предупрежденной в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показала, что допрос свидетеля ФИО11 №3 проходил в свободной форме. Она определила суть допроса, в котором просила ФИО11 №3 пояснить обстоятельства, при которых было получено заявление от ФИО10, и как происходил сбор документов по процессуальной проверке. По окончании допроса ФИО11 №3 знакомился с содержанием протокола своего допроса, и лично читал его. Протокол допроса ФИО11 №3 читал около пяти минут, и никуда не торопился. Допрос ФИО11 №3 длился примерно 30 минут. Замечаний на содержание протокола своего допроса от ФИО11 №3 не поступило. То обстоятельство, что заявление ФИО10 было зарегистрировано в 11 часов 50 минут, при том, что ФИО11 №3 брал объяснение с ФИО10 в период времени с 9 часов 35 минут до 10 часов 30 минут, а осмотр места происшествия начал в 11 часов 40 минут, закончив его в 12 часов 10 минут, может объяснить тем, что заявление было передано в дежурную часть своевременно, но по каким-то причинам зарегистрировано позже. Изменение ФИО11 №3 в судебном заседании своих показаний, относительно некоторых обстоятельств дела, она может объяснить тем, что возможно ФИО11 №3 что-то вспомнил, или что-то упустил в ходе его допроса. Вместе с тем, она записывала лишь те показания, которые ей давал свидетель ФИО11 №3

После показаний свидетеля ФИО23, был дополнительно допрошен свидетель ФИО11 №3, который будучи предупрежденный в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показал, что сначала он все таки принял заявление от ФИО10, зарегистрировал его в дежурной части, а после принял объяснение от ФИО10 После принятия объяснения от ФИО10, пришел оперативный сотрудник ФИО7, который сказал, что автомобиль продан. После этого, ФИО10 сказал, что ему посоветовали прийти и написать заявление об угоне, но в действительности автомобиль ему уже не принадлежит, угона автомобиля не было, и просто из-за проблем с супругой он обратился в с таким заявлением в полицию. ФИО7 он поехал на осмотр места происшествия. Он не контролировал когда заявление будет зарегистрировано в журнале КУСП, поскольку в дежурной части работают два сотрудника на весь город и ждать регистрации каждого заявления он не может. Он отдал заявление на регистрацию и начал работать по материалу. Его действия законны, он действовал в соответствии с УПК РФ, где указано, что он обязан принять сообщение о преступлении от гражданина, что он и сделал. Он точно не помнит, в какой поочередности описаны его действия в протоколе допроса в ходе предварительного расследования. Он не очень серьезно к ним отнесся, не придав им значения. Возможно, он нарушил последовательность, возможно, он неточно выразился. В тот период, когда он отбирал объяснения от ФИО10, никто из сотрудников полиции не приходил к нему, и ему на тот момент не было известно, что автомобиль ФИО10 продан. Он мог выехать на место происшествия до того, как заявление было зарегистрировано. Полагает, что его действия законны, поскольку в УПК РФ написано, что он обязан принять сообщение о преступлении, а о том, что заявление о совершении преступления становится заявлением лишь после того как оно будет зарегистрировано в КУСП, то в УПК РФ об этом нет ни одного слова. Полагает, что его действия законны. Он не помнит, во сколько к нему пришел ФИО10, но заявление в дежурную часть он отнес до дачи им объяснений по обстоятельствам совершения преступления. Он не интересовался в дежурной части, когда будет зарегистрировано заявление о преступлении. Факт сдачи заявления в дежурную часть нигде не фиксируется. На место происшествия он выезжал на дежурном автомобиле. Он ничем не может подтвердить, что отдал заявление о совершении преступления на регистрацию раньше, чем отобрал объяснение от ФИО10 Кроме того, пояснил, что зарегистрированное заявление может быть передано следователю через сутки или двое после того, как руководитель поставит свою резолюцию, однако следователь может и сам зайти в дежурную часть и забрать заявление под роспись. В тот день он был основным дежурным следователем. Кто был дежурным резервным следователем, а также кто был дежурным дознавателем, он уже не помнит. Замечаний на протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ ни от кого не поступило. Кроме этого, также велась фото-фиксация, которую проводила ФИО35. Протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ был начат в 11 часов 40 минут, и окончен в 12 часов 10 минут. Ему неизвестно, кому впоследствии передали материал. Он помнит, что опрашивал ФИО10 дополнительно, поскольку хотел получить объяснения именно по факту ст. 306 УК РФ, но ФИО10 отказался от дачи объяснений, воспользовавшись своим правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. Он лично давал ФИО10 бланк заявления для его заполнения, и все действия происходили у него в кабинете. ФИО10 объяснил, что случилось, и он помог ему составить заявление. Когда он относил заявление на регистрацию, ФИО10 остался на этаже. Поддерживает свои показания, данные им в ходе судебного следствия, поскольку по его мнению они являются наиболее точными.

Суд принимает показания следователя ФИО11 №3, данные им как в ходе предварительного следствия так и в ходе судебного заседания, по обстоятельствам инкриминируемого ФИО10 преступления, поскольку в целом по своему содержанию они логичны, последовательны и согласуются как с показаниями свидетелей, положенных судом в основу обвинительного приговора так и с письменными доказательствами по делу исследованными в судебном заседании.

Незначительные неточности и расхождения в показаниях свидетеля ФИО11 №3 относительно алгоритма регистрации заявления, отбора объяснения от ФИО10 и последующие другие процессуальные действия, такие как осмотр места происшествия, не опровергают выводы о виновности ФИО10 в инкриминируемом ему преступлении, установленной совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств.

Так свидетель ФИО7 Е.И., будучи предупрежденный в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показал, что из присутствующих в зале судебного заседания знает подсудимого ФИО10

По обстоятельствам дела суду показал, что с 2015 года он работает в должности старшего оперуполномоченного уголовного розыска МО МВД России «Камышинский». В марте 2018 года он находился в составе следственно-оперативной группы, в которую входит следователь или дознаватель, сотрудник уголовного розыска, участковый, эксперт, криминалист. ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 30 минут он заступил на дежурство со следователем ФИО11 №3, во время которого он находился в своем кабинете. Сообщения о преступлении поступают ему из дежурной части. В первой половине дня следователь ФИО11 №3 привел ФИО10 к себе в кабинет и начал выяснять обстоятельства кражи автомобиля. ФИО10 пояснял, что автомобиль украли, предполагая при этом, что это могла сделать его бывшая супруга, в связи с чем просил его найти. В кабинете он находился примерно 10-15 минут. Он получил нужную для себя информацию об угнанном автомобиле, а именно марку автомобиля, государственный регистрационный знак, цвет, год выпуска, период времени его исчезновения, и пошел проводить проверку. Он установил по штрафам или по ДТП, сейчас он уже это не помнит, что автомобиль находится в ...., и у этого автомобиля уже другой собственник. Он позвонил по телефону, который был указан в документации в ГИБДД, и ему ответила девочка, сказав, что ее папа позже сам ему перезвонит. Спустя какое-то время мужчина перезвонил и пояснил, что автомобиль в его собственности около полугода. Они договорились с мужчиной, что в случае необходимости он свяжется с дежурным оперуполномоченным по ...., который опросит его по обстоятельствам приобретения им автомобиля, на что мужчина ответил согласием. Еще он договорился с этим мужчиной, что он сделает копию ПТС, которую впоследствии ему передаст. Он выяснил у действующего на тот момент собственника автомобиля стоимость продажи автомобиля и время продажи. Полученную информацию он доложил следователю ФИО11 №3 ближе к обеду. ФИО11 №3 позвонил ему и уточнил нужен ли ему еще ФИО10, так как следователь закончил работу с ним, на что тот ответил, что да, поскольку собственник автомобиля должен в ближайшее время предоставить ПТС, а тот должен был впоследствии написать рапорт. Заявление ФИО10 об угоне автомобиля он видел лично, так как следователь при опросе по обстоятельствам совершения преступления всегда отбирает заявление. По его просьбе ФИО10 остался у него в кабинете. Он созвонился с мужчиной, на которого был зарегистрирован на тот момент автомобиль, и убедившись, что данный автомобиль продан, спустился в кабинет ФИО11 №3 Сначала он не стал сразу говорить ФИО10 о продаже последним автомобиля. Он стал задавать ФИО10 такие вопросы, чтобы ФИО10 сам во всем сознался. Сначала он начал узнавать у ФИО10, что у того произошло в семье, на что ФИО10 сказал, что они делили имущество в семье и ему адвокат посоветовал прийти в полицию и написать заявление об угоне или хищении автомобиля. Таким образом, в ходе беседы с ФИО10 стало ясно, что ФИО10 известно, что автомобиль был продан. С ФИО10 он беседовал около 30 минут. Когда он пришел к ФИО10, ФИО11 №3 ушел. В тот момент мужчина чувствовал себя уверенно. После их разговора ФИО10 не просил его переписать заявление или отобрать новое. После того, как ФИО11 №3 вернулся, он сообщил ему, что ФИО10 говорит неправду. Он не брал от ФИО30 никаких заявлений, так как этим должен заниматься следователь. На осмотр места происшествия со следователем он не выезжал. Информация по поводу того было ли зарегистрировано заявление ФИО10 в дежурной части или нет, на тот момент когда он занимался вопросом угона автомобиля, его не интересовала, в связи с чем он не может сказать, было ли зарегистрировано заявление ФИО10 когда того привели к следователю. Брал ли от него такое заявление ФИО11 №3, он также пояснить не может. Кроме того, суду показал, что при написании гражданином заявления о совершенном преступлении, ему всегда разъясняется положение ст. 306 УК РФ.

Так несовершеннолетняя свидетель защиты ФИО5 суду показала, что из присутствующих в зале судебного заседания знает подсудимого ФИО10, поскольку он является ее родным отцом, совместно с которым она не проживает уже на протяжении двух лет.

По обстоятельствам дела суду показала, что примерно в середине августа 2016 года ее родители по какой-то причине серьезно поругались, после чего ее отец ушел из дома. Это произошло в квартире, расположенной по адресу: ...., в которой на тот момент они совместно проживали. После этого она, ее мать ФИО11 №1 и ФИО11 №4 уехали в деревню, где находились около пяти дней. Еще до этих событий ее мать представила ей ФИО11 №4 как друга. Они с матерью проживали совместно. Когда они вернулись с деревни домой, то отца она долго не видела дома. Некоторое время она проживала с бабушкой по адресу: ..... У них был автомобиль «ФИО17» черного цвета, номер «№ ....», на котором они ездили в деревню. Она не видела, чтобы ее отец ФИО10 приходил домой за вещами. ФИО7 она сама отдавала ему частично вещи, чтобы ее мать этого не видела, так как отец не хотел встречаться с матерью. С начала сентября они с мамой и ФИО11 №4 переехали на ..... Где был на тот момент автомобиль «ФИО17» она не знает. Она спрашивала у матери про автомобиль, но та ей на этот вопрос ничего не отвечала. Она тайно встречалась со своим отцом, приезжая к нему домой на 5 мкр. ..... На тот момент ее отец ФИО10 проживал с ФИО3. При ней родители между собой не общались. Ее мать уехала в середине или конце сентября с ФИО11 №4. Ее мама как-то звонила папе, но он трубку не брал. Ей известно, что один раз ее отец и ФИО11 №4 встречались, но когда это точно было, она не помнит. Ее мать позвала отца поговорить, и при разговоре присутствовал ФИО11 №4. Ее мать хотела переехать с ФИО11 №4 и ней в Германию, в связи с чем просила ее отца ФИО10 от нее отказаться для того, чтобы ФИО11 №4 ее удочерил, но ее отец отказал матери, в связи с чем все закончилось ссорой. Автомобиль «ФИО17» она не видела с сентября 2016 года. После того, как отец ушел из дома, автомобиль находился у матери. Родители между собой не общались. Когда мать звонила ее отцу, то он не брал трубку. Ей неизвестно почему ее отец пришел в полицию с заявлением об угоне автомобиля. Разговора между родителями о дальнейшей судьбе автомобиля она не слышала. Ей также неизвестно делили ли родители имущество. ФИО6 ей приходится дядей, у которого есть четырехлетняя дочь - ФИО9. У нее врожденная болезнь, из-за которой она имеет инвалидность. Ей неизвестно, передавала ли ее мать деньги на лечение ФИО9 в середине сентября 2016 года. После этого, ее мать с ФИО11 №4 уехали в ...., где в настоящее время и проживает, но уже не с ФИО11 №4.

Так свидетель защиты ФИО3, будучи предупрежденная в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суду показала, что из присутствующих в зале судебного заседания знает подсудимого ФИО10, поскольку они в настоящее время сожительствуют.

По обстоятельствам дела суду показала, что в 2015 году ФИО10 с супругой ФИО11 №1 купили автомобиль «ФИО17» черного цвета. Со слов ФИО10 ей стало известно, что автомобилем в основном пользовалась ФИО11 №1, которая ФИО10 автомобиль не давала. Летом 2016 года ФИО10 со своей супругой ездили на работу, где занимались предпринимательской деятельностью. ФИО10 в конце июля приехал домой. В начала августа ФИО10 пошел в банк по поводу квартиры, поскольку у них была задолженность по ипотеке и он хотел возобновить платеж. Им назначили время в банке, чтобы прийти вдвоем и решить вопрос. ДД.ММ.ГГГГ они пошли с ФИО11 №1 в банк, где разговора у них не получилось и ФИО11 №1 сказала, что платить не будет. В связи с этим они поругались в банке и разошлись. Через неделю ФИО10 решил поговорить с ФИО11 №1 по поводу продажи автомобиля и выплаты задолженности по ипотеке, однако ФИО11 №1 на контакт не пошла и кинулась на ФИО10 драться, после чего он ушел. Все эти события произошли в квартире, где ФИО30 совместно проживали, то есть в ..... С этого момента ФИО10 стал проживать у нее. С ФИО10 они встречаются примерно около пяти лет, и стали проживать совместно примерно через неделею после произошедшего. Когда ФИО10 пришел домой за вещами, то там был ФИО11 №4. Для ФИО10 это было неожиданно, в связи с чем ФИО10 собрал вещи и ушел. До августа 2016 года она совместно с ФИО10 ездили на этом автомобиле. После этого он этим автомобилем не пользовался. Со слов ФИО10 ей было известно, что собственником автомобиля являлся он, но документов, подтверждающих этот факт, он ей не показывал. Он рассказывал ей про семейные отношения с ФИО11 №1 Про угон автомобиля он ничего ей не говорил, сказал только, что его супруга забрала автомобиль и ключи. В марте 2018 года ФИО10 пошел в коллегию адвокатов, чтобы проконсультироваться по поводу раздела совместно нажитого имущества и общих долгов со своей бывшей супругой. Адвокат посоветовал ФИО10 написать заявление об угоне автомобиля, чтобы его быстро нашли, после чего адвокат будет дальше заниматься вопросом о разделе совместно нажитого имущества, в связи с чем ФИО10 и обратился в полицию, чтобы быстрее найти автомобиль. Раньше с подобным заявлением ФИО10 не обращался, так как хотел с бывшей супругой решить все миром. Сам ФИО10 автомобиль не продавал. Ей известно почему ФИО10 привлекают к уголовной ответственности. В ходе предварительного расследования ФИО10 признавал вину, поскольку ему это посоветовала адвокат в порядке ст. 51 УПК РФ, пообещав ФИО10, что ФИО7 она займется разделом их совместно нажитого имущества. Ей не известно, почему он не написал заявление в ГИБДД о розыске автомобиля. Ей и ФИО10 было известно, что автомобиль не в угоне, а у бывшей супруги, но так им посоветовал сделать адвокат.

Суд принимает показания свидетелей ФИО11 №2, ФИО23 (в части допроса следователя ФИО11 №3), ФИО11 №1, ФИО6, ФИО11 №3, ФИО7 Е.И., данные ими в судебном заседании, а также свидетеля ФИО11 №1, данные ею как в ходе судебного заседания так и в ходе предварительного следствия по обстоятельствам совершения ФИО10 инкриминируемого ему преступления, поскольку они логичны, последовательны, дополняют друг друга, а также согласуются с иными доказательствами по делу.

Каких-либо нарушений Уголовно-процессуального закона при допросе вышеуказанных свидетелей в ходе предварительного следствия, а также каких-либо оснований для оговора подсудимого указанными лицами, судом не установлено.

Незначительные неточности в показаниях вышеуказанных лиц, по мнению суда, обусловлены субъективным восприятием происходящего и физиологическими особенностями запоминания, при этом они не влияют на доказанность обстоятельств совершенного ФИО10 преступления.

Более того, признавая показания вышеуказанных лиц, допустимыми доказательствами по делу, и, оценивая их как достоверные, суд исходит из того, что они в части описания существа предъявленного подсудимому обвинения противоречий не содержат, сопоставимы друг с другом и полностью согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

На основании изложенного, суд признает показания вышеуказанных лиц правдивыми и достоверными, в связи с чем кладет их в основу обвинительного приговора.

Кроме того, помимо показаний вышеуказанных свидетелей, указывающих на виновность ФИО10 в совершении инкриминируемого ему преступления, его виновность в содеянном подтверждается также и совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

Рапортом УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Камышинский» ФИО25, зарегистрированном в КУСП № .... от ДД.ММ.ГГГГг. о том, что ФИО10, будучи предупрежденный следователем СО МО МВД России «Камышинский» ФИО11 №3 об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос, сообщил в заявлении о привлечении к уголовной ответственности заведомо ложные сведения об угоне у него автомобиля «ФИО8» государственный регистрационный знак № .... регион.

(том 1 л.д. 4);

Заявлением зарегистрированном в КУСП № .... от ДД.ММ.ГГГГг., поступившим от ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающего по адресу: ...., .... ...., о том, что он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестное ему лицо, которое в период времени с 14 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по 14 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГг., находясь по адресу: .... около 2 подъезда угнало принадлежащий ему автомобиль «ФИО8» № ...., черного цвета, 2013 года выпуска, чем причинило ему значительный материальный ущерб в размере 500 000 рублей.

(том 1 л.д. 6);

Протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ходе осмотра места происшествия ФИО10 указал на участок местности, расположенный примерно в 10 метрах от левого торца ...., где с его слов был припаркован автомобиль марки «ФИО8», государственный регистрационный знак № .... регион.

(том 1 л.д. 12-15);

Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, из содержания которого следует, что у оперативного дежурного МО МВД России «Камышинский» была изъята книга учета сообщений о происшествиях.

(том 1 л.д. 38-39);

Протоколом осмотра и фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГГГ, согласно содержанию которого осмотрено заявление ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестное ему лицо, совершившее угон принадлежащего ему автомобиля марки ФИО8 (ФИО17) № ...., черного цвета, 2013 года выпуска, а также книга учета сообщений о происшествиях, в которой зарегистрировано ложное заявление ФИО10 о совершении преступления.

( том 1 л.д. 40-41);

Суд признает вышеуказанные доказательства относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела по существу, и вывода о виновности ФИО10 в инкриминируемом ему преступлении.

При этом суд исходит из того, что они противоречий не содержат, сопоставимы друг с другом и полностью согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, в связи с чем суд также кладет их в основу обвинительного приговора.

Изложенные письменные доказательства суд расценивает, как допустимые и достоверные, поскольку они получены в соответствии с требованиями Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу.

Таким образом, совокупность вышеприведенных доказательств, свидетельствует о том, что ФИО10 обоснованно привлечен к уголовной ответственности, и его вина в совершении вышеуказанного преступления полностью нашла свое подтверждение в судебном заседании.

Доводы стороны защиты о том, что в действиях подсудимого ФИО10 органами предварительного расследования не установлено наличие прямого умысла на совершение заведомо ложного доноса о совершенном преступлении, суд не принимает во внимание, поскольку они опровергаются вышеисследованными показаниями как самого подсудимого ФИО10, положенных судом в основу обвинительного приговора, пояснившего, что он знал об отчуждении автомобиля в 2016 году, но по совету адвоката ФИО22 сообщил в правоохранительные органы о совершенном в отношении него угоне его транспортного средства, поскольку хотел разделить его как совместно нажитое имущество, получив за него таким образом денежную компенсацию, так и показаниями вышеуказанных свидетелей, также положенных судом в основу обвинительного приговора, из содержания которых следуют аналогичные обстоятельства отчуждения автомобиля ФИО11 №1 по предварительному согласованию с ФИО10, и его последующие действия, направленные на попытку найти принадлежавший ему когда-то ФИО2 автомобиль по совету адвоката ФИО22, путем написания заявления об его угоне.

Доводы стороны защиты, о том, что следователь ФИО11 №3 не мог в силу закона проводить какие-либо процессуальные действия о сообщенном преступлении без регистрации самого заявления о совершении преступления, суд не принимает во внимание, поскольку поводом к возбуждению уголовного дела, является источник информации о совершенном или готовящемся преступлении, которым закон придает значение юридических фактов, обязывающих следователя в пределах, установленных УПК РФ рассмотреть их и решить вопрос о возбуждении уголовного дела при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Кроме того, заявление о преступлении как повод к возбуждению уголовного дела представляет собой сообщение о совершенном либо готовящемся преступлении независимо от того, причинен ли преступным деянием вред заявителю. Само заявление о преступлении может быть сделано как в устном, так и в письменном виде. Письменное заявление должно быть подписано заявителем.

В ходе судебного следствия достоверно установлено на основании всей совокупности исследованных доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, что ФИО10 при вышеуказанных обстоятельствах, прекрасно зная об отчуждении автомобиля еще в 2016 году, пришел в МО МВД России «Камышинский», где сообщил о совершенном в отношении него преступлении, впоследствии написал соответствующее письменное заявление, подписал его, отдав следователю ФИО11 №3, который зарегистрировал его в дежурной части и дал подробные объяснения об обстоятельствах угона у него вышеуказанного транспортного средства.

При таких обстоятельствах, временной промежуток времени с момента устного сообщения ФИО10 о совершении в отношении него преступлении, написании им письменного заявления об этом, и последующей регистрации самого заявления в дежурной части, значения не имеют, поскольку преступление считается оконченным с момента принятия уполномоченным лицом устного или письменного заявления о преступлении.

Изучение и проверка этого заявления, в том числе посредством следственных действий, а также принятие по нему решения находятся за рамками данного состава преступления и могут учитываться при определении степени тяжести преступления.

Таким образом, судом достоверно установлено, что ФИО10, осознавал, что автомобиль в угоне не находится и он сообщает ложные сведения.

Мотивы, которые привели ФИО10 к совершению данного преступления, установлены в судебном заседании, а именно: личная неприязнь к бывшей супруге, с которой они длительное время не могли разделить совместно нажитое имущество, а также желание вернуть автомобиль в кратчайшие сроки за счет использования административного ресурса, информационных баз и должностных инструкций сотрудников полиции, которые должны были посодействовать розыску автомобиля.

Доводы стороны защиты о том, что сам ФИО10 не подписывал договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, и лично автомобиль не продавал, суд не принимает во внимание, поскольку в судебном заседании из показаний ФИО11 №1, положенных в основу обвинительного приговора, достоверно установлено, что договор купли-продажи был подписан лично ею, а не ФИО10, однако с согласия последнего, поскольку между ними, как супругами, ФИО2 была достигнута договоренность о продаже вышеуказанного автомобиля.

Кроме того, самим ФИО10, длительное время каких-либо мер к оспариванию в судебном порядке вышеуказанного договора купли-продажи данного автомобиля не предпринималось, что подтверждает то обстоятельство, что ФИО10 знал о том, что автомобиль марки ФИО1 Волс (ФИО17) № ...., собственником которого он являлся, был давно продан его супругой ФИО11 №1 Указанное обстоятельство нашло свое полное подтверждение в ходе судебного следствия как письменными материалами дела, так и вышеисследоваными доказательствами, положенными судом в основу обвинительного приговора.

Доводы стороны защиты о том, что следователь ФИО11 №3 работал по незарегистрированному заявлению ФИО10, что по мнению защиты, является провокацией преступления со стороны сотрудников полиции с целью улучшения показателей раскрываемости преступлений на вверенном им участке, суд не принимает во внимание, поскольку опровергаются как вышеисследованными письменными доказательствами по делу, так и показаниями вышеуказанных свидетелей, положенных судом в основу обвинительного приговора, из содержания которых следует, что заявление подсудимого ФИО10 зарегистрировано в установленном законом порядке, а именно в книге учета сообщений о преступлениях, находящегося в дежурной части МО МВД России «Камышинский», и после сообщения о совершенном в отношении него преступлении.

Кроме того, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного следствия, ФИО10 сам подтвердил факт собственноручного написания им заявления об угоне транспортного средства ФИО8 (ФИО17) № ...., зная о том, что автомобиль давно не находится в его пользовании, после консультации с адвокатом Семеновым, который посоветовал ему написать заявление об угоне транспортного средства, с целью узнать у кого на тот момент находился автомобиль, чтобы впоследствии попытаться произвести раздел совместно нажитого имущества, в том числе и этого автомобиля.

Вышеуказанные показания ФИО10 давал без оказания на него какого-либо физического или психологического давления со стороны правоохранительных органов, что в судебном заседании подтвердил и сам ФИО10, который самостоятельно и без чьего-либо принуждения пришел в дежурную часть МО МВД России «Камышинский» для написания заявления о якобы совершенном в отношении него преступлении, где добровольно давал сотрудникам полиции объяснения по вымышленным им обстоятельствам несуществующего преступления, что опровергает выводы стороны защиты о совершенной сотрудниками полиции какой-либо провокации в отношении ФИО10

Время регистрации заявления ФИО10 о совершенном в отношении него преступлении в книге учета сообщений о преступлениях, находящейся в дежурной части отдела полиции, не опровергает выводы о виновности последнего в инкриминируемом ему преступлении.

Исходя из вышеизложенного, совокупность исследованных в суде доказательств, свидетельствует о том, что действия ФИО10 носили умышленный характер и были направлены именно на заведомо ложный донос о совершении преступления.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о применении к подсудимому ФИО10 недозволенных методов следствия, выразившихся в оказании на него психологического либо физического давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, судом не установлено.

Отвергая доводы подсудимого и защитника, и расценивая их как способ защиты от предъявленного обвинения, суд исходит из совокупности приведенных выше доказательств, которые были получены в соответствии с действующим процессуальным законодательством, являются относимыми и допустимыми по своей природе.

На основании изложенного, суд критически оценивает показания ФИО10, а также свидетелей защиты ФИО26 и ФИО3, данные ими в ходе судебного следствия, в части неведения ФИО10 относительно продажи вышеуказанного автомобиля в 2016 году, как непоследовательные, не согласующиеся с другими доказательствами, полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства.

Суд полагает, что из чувства сострадания к ФИО10, вышеуказанные свидетели, одна из которых является его родной дочерью, а другая сожительницей, пытаются помочь ему избежать ответственности за содеянное.

Совокупность же исследованных в суде доказательств, свидетельствует об их достаточности для признания ФИО10 виновным в совершении инкриминируемого ему преступления, а позицию подсудимого ФИО10 суд расценивает как выработанную им концепцию защиты, с целью уйти от ответственности за содеянное и преподнести произошедшие события в более выгодном для себя положении.

Таким образом, признавая ФИО10 виновным, в инкриминируемом ему преступлении, суд квалифицирует его действия по части 1 статьи 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, как заведомо ложный донос о совершении преступления.

Определяя подсудимому наказание, суд в соответствии с ч.ч. 1, 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им деяния, личность виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

Так, ФИО10 совершил умышленное преступление небольшой тяжести, в браке не состоит, на иждивении имеет несовершеннолетнего ребенка, на учетах у врача-нарколога и у врача-психиатра не состоит, участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно, по месту работы – положительно.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимому ФИО10, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признает наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, а также состояние его здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО10, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом по делу не установлено.

На основании изложенного, и исходя из общих начал назначения наказания, предусмотренных ч.ч.1 и 3 ст.60 УК РФ, с учетом требований ст. 43 УК РФ, для достижения предусмотренных законом целей на исправление подсудимого, предупреждения совершения им новых преступлений и восстановления социальной справедливости, суд полагает необходимым назначить ФИО10 наказание в виде штрафа.

Фактические обстоятельства дела и личность подсудимого, а также характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, не дают суду оснований для применения в отношении подсудимого положений ст. 64 УК РФ о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление.

Избранную в отношении ФИО10 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, суд полагает необходимым оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Вещественные доказательства по делу, в силу ст. 81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу: заявление ФИО10 о совершенном преступлении, зарегистрированном в КУСП № .... от ДД.ММ.ГГГГ, хранящееся при материалах уголовного дела, суд полагает необходимым оставить на хранение при материалах уголовного дела в течение всего срока его хранения; книгу учета сообщений о происшествиях том № ...., переданную под сохранную расписку оперативному дежурному МО МВД России «Камышинский», суд полагает необходимым оставить по принадлежности МО МВД России «Камышинский».

На основании изложенного и, руководствуясь ст.303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО10 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Меру пресечения ФИО10 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Вещественные доказательства по делу, в силу ст. 81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу: заявление ФИО10 о совершенном преступлении, зарегистрированного в КУСП № .... от ДД.ММ.ГГГГ, хранящееся при материалах уголовного дела, - оставить на хранение при материалах уголовного дела в течение всего срока его хранения; книгу учета сообщений о происшествиях том № ...., переданную под сохранную расписку оперативному дежурному МО МВД России «Камышинский», - оставить по принадлежности МО МВД России «Камышинский».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Волгоградского областного суда через Камышинский городской суд .... в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок, с момента получения им копии приговора суда.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья подпись Прокуров Д.В.

Копия верна: Судья Прокуров Д.В.