Апелляционное определение № 22-1369/2026 от 5 марта 2026 г.

Председательствующий Зиннурова Е.М. дело № 22-1369/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 06 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Никифорова А.Н.,

судей Пфейфер А.В., Гусевой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Пантелеева Е.В.,

осужденной ФИО2,

защитника – адвоката Малковой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО2, ее защитника – адвоката Малковой О.В. на приговор Первоуральского городского суда Свердловской области от 05 декабря 2025 года, которым

ФИО2,

родившаяся <дата>,

ранее судимая:

- 15.10.2014 года Первоуральским городским судом Свердловской области по ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года со штрафом в размере 350000 руб.;

- 24.08.2015 года Первоуральским городским судом Свердловской области по ч. 4 ст. 159 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ с наказанием по приговору суда от 15.10.2014 года, к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 1 месяц со штрафом в размере 350000 руб.; дополнительное наказание в виде штрафа исполнено 03.03.2016 года, 15.11.2016 года освобождена условно-досрочно на срок 10 месяцев 13 дней на основании постановления Свердловского областного суда от 31.10.2016 года;

признана виновной и осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу. ФИО2 взята под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей в период с 20.12.2023 года по 22.12.2023 года, с 05.12.2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в виде лишения свободы.

В соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время нахождения ФИО2 под домашним арестом в период с 23.12.2023 года по 20.11.2024 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в виде лишения свободы.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Пфейфер А.В. о содержании приговора, доводах апелляционных жалоб, выступление осужденной ФИО2, адвоката Малковой О.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, просивших о вынесении оправдательного приговора, мнение прокурора Пантелеева Е.В., просившего об оставлении приговора суда без изменения, судебная коллегия

установила:

по приговору суда ФИО2 признана виновной в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, в особо крупном размере.

Преступление совершено ФИО2 в период с 04.10.2017 года по 25.12.2023 года на территории г. Первоуральска Свердловской области при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В суде первой инстанции ФИО2 вину по предъявленному обвинению не признала, пояснила, что все денежные средства, поступившие на счет <...> (далее по тексту – <...>), расходовались исключительно на нужды созданного ею общества и для оплаты оказанных обществу услуг.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считает его подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что уголовное дело №123016500200000131 было возбуждено в отношении неустановленного лица из числа руководителей <...> по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст.160 УК РФ. По мнению осужденной, данное уголовное дело относится к категории дел частно-публичного обвинения, в связи с чем, оно могло быть возбуждено лишь по заявлению потерпевшего.

Полагает, что основанием для возбуждения уголовного дела являлось заявление директора КСП (далее по тексту – КСП) Кур адресованное прокурору г. Первоуральска с просьбой провести проверку в части расходования денежных средства <...>. По мнению осужденной, Кур, как номинальный директор, не обладала правомочием представлять интересы КСП.

Указывает, что К.М.М. не являлась сотрудником либо учредителем <...>, а являлась учредителем и руководителем КСП.

Обращает внимание суда на то, что в судебных заседаниях суда первой инстанции от 07.07.2025 года и 28.07.2025 года не велось аудиопротоколирование, а само судебное следствие проводилось поверхностно и некачественно.

Отмечает, что все работы по текущему содержанию многоквартирных домов осуществлялись работниками, которые были официально трудоустроены у ИПЛ и ИПП, либо привлечены непосредственно ФИО2. Оплата данных работ производилась со счетов ИПЛ, ИПП, личных средств ФИО2. Все ремонтные работы выполнялись подрядными организациями, имеющими спецтехнику, соответствующую квалификацию и необходимые материалы, оплачивались со счетов <...>.

Указывает, что органом предварительного расследования было изучено и учтено только движение по счету <...>, однако, по мнению осужденной, оно не отражает все финансовые операции, которые проводились в интересах общества, то есть следствием были учтены лишь ремонтные работы, производимые подрядчиками и оплачиваемые со счета <...>. Отмечает, что в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о движении денежных средств на счетах Ля и Пу, они не были изучены, им не была дана должная оценка.

Обращает внимание суда на то, что суд первой инстанции нарушил право осужденной на защиту, лишил ФИО2 возможности представить доказательства своей невиновности, отказав в удовлетворении ходатайств о приобщении документов, имеющих, по мнению осужденной, значение для уголовного дела. Отмечает, что суд первой инстанции не учел показания свидетелей К.М.М., Ля, Ро, Че, Де, Ро, Дж, должным образом не отразил их в приговоре.

Обращает внимание суда на то, что свидетель ФИО3 является иностранным гражданином, не владеющим устным и письменным русским языком, что ставит под сомнение его показания, отраженные в протоколе допроса на стадии предварительного расследования.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденная указывает на нарушения, допущенные судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела по существу. Указывает, что ходатайство адвоката Малковой о приобщении к материалам дела документов было разрешено судом через два месяца после его подачи, а письменные показания осужденной, приобщенные к материалам уголовного дела, не были отражены судом в приговоре.

Также в дополнениях к апелляционной жалобе осужденная подробно излагает обстоятельства, связанные с проведением работ для подготовки к отопительному сезону, приобретением оборудования, комплектующих, приборов, а также с привлечением подрядных организаций, работников для устранения аварий и недостатков, выявленных надзорными органами. Обращает внимание на то, что в приобщении документов, подтверждающих несение расходов, фактическое выполнение работ и выполнение предписаний надзорных органов, следствием и судом первой инстанции было отказано.

Утверждает, что выполнение работ подтверждается показаниями свидетелей Ко, Ко, Ки. Акцентирует свое внимание на то, что следствием не были представлены в материалы уголовного дела сведения о движении средств по расчетным счетам ИПП и ИПЛ, подтверждающие факт оплаты выполненных работ. Отмечает, что эти сведения также не были представлены эксперту.

Полагает, что значительный объем работ по текущему содержанию домов выполнялся работниками ИПП и ИПЛ, работы оплачивались из средств, находящихся на их счетах, однако следствием и судом данные обстоятельства были необоснованно отвергнуты, как не соответствующие действительности.

Обращает внимание на то обстоятельство, что в 2020 году, в период пандемии коронавируса, сбор денежных средств с населения сократился, увеличились расходы, был наложен запрет на взыскание задолженности с собственников. По мнению осужденной, у КСП возникли трудности по оплате услуг ИПП и ИПЛ. В связи с наличием задолженностей по уплате налогов, Пу и Ля приняли решение о прекращении статуса индивидуального предпринимателя, о чем они уведомили ее, однако необходимость оплаты задолженности не отпала.

Отмечает, что бухгалтер Ан готовила платежные поручения по оплате задолженности и направила их на рабочую почту КСП. Она распечатывала платежные поручения, снимала со своей банковской карты наличные денежные средства и передавала их Пу и Ля, которые оплачивали задолженность по налогам. Указывает, что задолженность Пу и Ля по уплате налогов была погашена в полном объеме, что подтверждается письменными материалами дела.

Дополнительно отмечает, что оплату выполненных работ, а именно аварийных заявок, она производила только со своей банковской карты путем перевода денежных средств на личные карты работников З.В.Р., Пш, а также на личную карту жены Ро – М..

Указывает, что для выполнения аварийных заявок также привлекался электрик Р.О.Я., оплату за выполнение его работ она выдавала наличными денежными средствами. После получения денег Р.О.Я., как и другие работники, заполнял расходно-кассовые ордера, которые были исследованы судом первой инстанции. Также оплату работ она переводила со своей банковской карты на банковскую карту Р.О.Я.. Акты выполненных работ электриками не подписывались, они делали фото- и видеоотчеты о выполненных работах и направляли их ей либо К.М.М.. Также велся журнал электрических заявок. Отмечает, что при оплате работ в электронном чеке указывала адрес и вид работ. Указывает, что электронные чеки и отчеты о выполненных работах были сохранены К.М.М. на ее компьютере, К.М.М. распечатывала чеки и включала их в отчеты о затратах общества на обслуживание домов.

Указывает, что в материалах дела имеются документы, подтверждающие получение денежных средств и погашение налоговой задолженности. Осужденная отмечает, что все денежные средства были сняты с ее личной банковской карты.

Обращает внимание на то, что при ознакомлении с материалами дела, осужденная обнаружила указание следователя, адресованное эксперту, не включать в расходы общества денежные средства, выданные наличными. Полагает, что сумма денежных средств, переданная наличным способом, была вменена ей как похищенная. Отмечает, что, в связи наличием задолженности перед контрагентами, она неоднократно брала в долг у Ло, К.М.М. денежные средства для ее погашения, которые, впоследствии, возвращала. Данные обстоятельства, по мнению осужденной, подтверждаются показаниями Ло и К.М.М., однако эти денежные средства были вменены следствием как похищенные.

Отмечает, что между ней и КСП был заключен договор об оказании услуг, по которому ей проводилась ежедневная работа, направленная на обслуживание многоквартирных домов. Она организовывала выезд аварийных бригад для устранения аварий, работу спецтехники, чистку подвалов и проведение иных работ.

Указывает, что ее работу никто не дублировал, а согласно договору ей выплачивалось вознаграждение в размере 50000 рублей в месяц. Отмечает, что по аналогичным договорам в организации работали другие сотрудники.

Считает, что в суде первой инстанции было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела подлинников не изъятых документов, однако суд отказал в его удовлетворении, указал в приговоре, что довод осужденной о неполном изъятии и изучении документов органом предварительного расследования опровергается показаниями свидетеля Дв. Данное обстоятельство осужденная считает не соответствующим действительности, поскольку, по ее мнению, следователями были изъяты лишь документы, подтверждающие затраты на ремонтные работы, которые оплачивались со счета <...>, а все остальные документы остались в офисе организации. Отмечает, что в удовлетворении ходатайств о приобщении остальных документов следствием и судом было необоснованно отказано.

В связи с изложенным, осужденная просит приговор суда отменить, вынести в отношении нее оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе защитник осужденной – адвокат Малкова выражает несогласие с приговором суда, считает его подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Отмечает, что уголовное дело в отношении ФИО2 по обвинению в хищении средств в период с 04.10.2017 года не возбуждалось. Полагает, что осужденная не могла совершить хищение способом, описанным в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой, поскольку агентский договор с <...> был заключен 01.10.2018 года.

Считает, что уголовное дело №123016500200000131 было возбуждено незаконно, поскольку ст. 160 УК РФ, по признакам которого возбуждено данное уголовное дело, относится к числу дел частно-публичного обвинения, однако заявления от потерпевшего на момент возбуждения уголовного дела не имелось.

Полагает, что заявление К.М.М. прокурору города Первоуральска не содержит просьбы о возбуждении уголовного дела, а сама К.М.М. не имела правомочий представлять интересы КСП.

Отмечает, что ФИО2 никогда не являлась сотрудником или руководителем <...>, а в постановлении о возбуждении уголовного дела отсутствуют данные о причастности ФИО2 или иного неустановленного лица, действовавшего совместно с руководителем <...> в рамках инкриминируемого преступления. В связи с этим, адвокат полагает, что предъявление обвинения, является незаконным.

Указывает, что до возбуждения уголовного дела №12401650081000280 в отношении ФИО2 в производстве следственных органов не имелось уголовных дел, возбужденных по факту хищения денежных средств КСП. В связи с этим, адвокат считает, что все доказательства, на которые суд ссылается в приговоре, собранные до 26.09.2024 года, то есть до даты возбуждения уголовного дела, являются недопустимыми на основании п. 3 ч.2 ст. 75 УПК РФ.

Отмечает, что в ходе предварительного расследования и судебного следствия было нарушено право ФИО2 на защиту, поскольку органом предварительного расследования и судом неоднократно было отказано в удовлетворении ходатайств о приобщении к материалам дела документов, имеющих существенное значение для принятия решения по существу. В ходе предварительного расследования не были изъяты все бухгалтерские документы, отражающие объем выполненных работ организации и ее расходы на обслуживание жилищного фонда в период с 2017 года по декабрь 2023 года. Поскольку ФИО2 находилась под домашним арестом, изъятие документов производилось без ее участия.

Аналогично доводам осужденной, адвокат Малкова обращает внимание суда на допущенные судом первой инстанции нарушения, а именно: отказ в приобщении к материалам дела не изъятых в рамках выемки документов, несоответствующее обстоятельствам дела указание в приговоре на опровержение доводов ФИО2 показаниями свидетеля Дв, непредставление в материалы дела сведений о движении средств по счетам сведения о движении средств по расчетным счетам ИПП и ИПЛ, письменное указание следователя на исключение из расходов общества денежных средств, переданных в наличной форме.

Отмечает, что следствие и суд не оспаривают факт осуществления ФИО2 трудовой деятельности в организации, однако суд, по мнению защитника, необоснованно посчитал, что деньги, полученные в качестве вознаграждения за труд, являются предметом хищения.

В связи с изложенным, адвокат просить приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО2 и адвоката Малковой – без удовлетворения.

Выслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое она осуждена, подтверждаются достаточной совокупностью достоверных и допустимых доказательств, собранных в ходе предварительного следствия, исследованных в судебном заседании с участием сторон, надлежащим образом проверенных и оцененных судом, подробно изложенных в приговоре.

В основу приговора судом первой инстанции правильно положены показания:

представителя потерпевшего Н., согласно которым до признания КСП (далее по тексту – КСП) несостоятельным (банкротом) жильцы многоквартирных домов оплачивали коммунальные услуги, при этом лица, имеющие доступ к счету <...> на основании заключенного агентского договора, денежные средства в адрес ЖС (далее переименованный в КС, позднее в КСП) не перечисляли;

свидетеля Ре, работавшего в ЖС в качестве инженера, который по просьбе ФИО2 был назначен на должность директора, однако функциональные обязанности директора он не выполнял;

свидетеля Ни, работавшей с 2017 года в должности директора ЖС, с ноября 2018 года руководство деятельностью управляющей компанией осуществляла ФИО2. На основании заключенного агентского договора с <...>, где директором был сын ФИО2 – Ка поступающие от жильцов многоквартирных домов денежные средства на расчетный счет <...>, расходовались с данного счета, в адрес ЖС не поступали. Пу и Ля были сотрудниками строй-группы ЖС;

свидетеля Ло, которая по просьбе ФИО2 занимала должность директора КСП, обществом управляла ФИО2 на основании выданной ею (Ло) доверенности;

свидетеля Го, данными в ходе предварительного следствия, которая по просьбе ФИО2 занимала должность директора ЖС, фактически управляющей компанией управляла ФИО2;

свидетеля Че, которая по просьбе ФИО2 с 2019 года стала учредителем КСП (ранее ЖС, КС). Фактическое руководство КСП осуществляла ФИО2, оплата жильцами за коммунальные услуги производилась на счета <...>, где директором был Ка. Оплата услуг подрядчикам КСП производилась по указанию ФИО2 на основании актов выполненных работ, заработная плата сотрудникам выплачивалась со счета <...>;

свидетеля К.М.М. – директора КСП, согласно которым фактическое руководство управляющей компанией осуществляла ФИО2. Все денежные средства от собственников многоквартирных домов поступали на счет <...>, у нее (Ку) отсутствовал доступ к данному счету. ФИО2 официально трудоустроена в <...> не была, в апреле 2020 года с ней был заключен договор оказания услуг, датированный 12.11.2019 года. 11.05.2021 года с ФИО2 был заключен трудовой договор на должность специалиста по работе с населением в КСП. Деятельностью ИПЛ и ИПП руководила ФИО2. У данных ИП были заключены договоры с КСП, у них были трудоустроены работники. По просьбе ФИО2 она (Ку) подписывала акты выполненных работ между ИПЛ, ИПП с КСП;

свидетеля Ка – до января 2017 года занимавшей должность директора КСП, в котором фактическое руководство осуществляла ФИО2;

свидетеля Ло, которая в 2020 году занимала должность директора КСП, в котором фактическое руководство осуществляла ФИО2;

свидетеля Ля, которая работала в ЖС (далее в КСП) в должности штукатура-маляра, в указанной организации руководителем была ФИО2, по предложению которой она и ее сожитель Пу зарегистрировались в качестве ИП, открыли расчетные счета. Управление расчетными счетами ИПЛ и ИПП осуществляла ФИО2;

свидетеля Пу, данными в ходе предварительного следствия, который работал в Ж (далее в КСП) в должности подсобного рабочего. В 2017 году по просьбе ФИО2 он и его сожительница Ля зарегистрировались в качестве ИП;

свидетеля ЯГ, работавшего в КСП в должности сантехника, которому известно о регистрации по просьбе ФИО2 ИПЛ и ИПП, которые продолжали работать в качестве штукатуров-маляров. Руководство в КСП осуществляла ФИО2;

свидетеля Ки, работавшей с 2020 гола в КСП в качестве бухгалтера. Фактическое руководство КСП осуществляла ФИО2, по просьбе которой она осуществляла заполнение налоговой отчетности за <...>, ИПП и ИПЛ;

свидетеля Пр, согласно которым он по просьбе ФИО2 подписал трудовой договор с ИПЛ и с ИПП на осуществление работ в должности дворника;

свидетеля Ку, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым он по просьбе ФИО2 подписал трудовой договор с ИПП, заработную плату ему наличными выплачивала ФИО2;

свидетеля Ил – сварщика ЖС, который он по просьбе ФИО2 был трудоустроен у ИПП на осуществление работ в должности сварщика. Несмотря на смену работодателя, все вопросы он решал с ФИО2;

свидетеля Сы, работавшей в ЖС (далее в КС, КСП) в должности специалиста по работе с населением. Фактическое руководство КСП осуществляла ФИО2. Денежные средства в адрес управляющей компании поступали от жильцов жилого фонда, обслуживаемого КСП на счет <...>, где директором был Ка. Расчеты с сотрудниками и подрядчиками производились Ка, который по просьбе ФИО2 переводил денежные средства на указанные ею счета. ИПП и ИПЛ фактическую деятельность не вели, доступ к расчетным счетам передали ФИО2;

свидетеля Де, трудоустроенного в должности слесаря-сантехника в КСП. Он и Я отказали в просьбе ФИО2 зарегистрироваться в качестве ИП. Денежные средства на приобретение товаров в магазине <...> переводила ФИО2, чеки и товарные накладные он передавал ФИО2;

свидетеля М, который по договору оказывал сварочные услуги КСП. Он и напарник Ми созванивались с ФИО2, которая сообщала, что для осуществления перевода денежных средств за оказанные услуги ей необходимо созвониться с сыном, товарные накладные и чеки передавались ФИО2;

свидетеля Б.В.С., который по просьбе ФИО2 привлекался к выполнению аварийных работ;

свидетеля Дж, который без официального трудоустройства работал в КСП, заработная плата ему была выплачена не в полном объеме, наличными денежными средствами ему заработная плата не выплачивалась;

свидетеля Б.С.А. – электромонтера КСП, сообщившего о проблемах управляющей компании под управлением ФИО2 при оплате счетов на приобретение товаров, выдаче заработной платы наличными денежными средствами;

свидетеля Гу – директора <...>, сообщившего о дебиторской задолженности КСП, где фактическое руководство осуществляла ФИО2;

свидетеля Фр, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым в 2019 году <...> и КСП заключен договор на оказание услуг по обслуживанию жилого фонда. От имени КСП все переговоры вела ФИО2. Оплата услуг со стороны КСП не произведена;

свидетеля Ро, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым в 2021 году между <...> и КСП заключен договор на оказание услуг по ремонту межпанельных швов многоквартирного жилого дома. От имени КСП все переговоры вела ФИО2. Оплата услуг со стороны КСП не произведена;

свидетеля Су, выполнявшего ремонт межпанельных швов многоквартирного жилого дома по договору с КСП. Все вопросы, в том числе по оплате, согласовывались с ФИО2;

свидетелей Яр, ЯС, Ло, Ан, Др, Пи, Ко, Ми, Ба о наличии дебиторской задолженности КСП, в котором фактическое руководство осуществляла ФИО2;

свидетелей Бу, Пе, Кл об оказании КСП некачественных коммунальных услуг;

свидетеля Дв – следователя следственного отдела ОМВД России по г. Первоуральску, который в присутствии ФИО2 производил обыск в офисе КСП. В ходе обыска была изъята вся первичная документация, касающаяся деятельности КСП с 2018 по 2022 годы. Со слов ФИО2, иных первичных документов в обществе за 2018-2022 годы не имеется.

Суд первой инстанции, проанализировав показания указанных лиц, так и показания свидетелей защиты, не нашел оснований для признания их недостоверными, противоречивыми, поскольку они согласуются между собой, не противоречат друг другу, подтверждаются иными доказательствами. Оснований для оговора ФИО2 указанными лицами не имеется.

Вышеуказанные показания представителя потерпевшего и свидетелей судом обоснованно признаны достоверными и положены в основу обвинительного приговора, поскольку они согласуются с письменными доказательствами, в частности: заявлением Ку – директора КСП от 28.12.2022 года о проведении проверки по факту расходования <...> денежных средств, предназначенных для оплаты по содержанию жилищного фонда; протоколом обыска от 15.02.2023 года, в ходе которого в присутствии ФИО2 в офисе КСП была изъята первичная документация, касающаяся деятельности КСП с 2018 по 2022 годы; протоколами осмотра предметов и документов; заключениями эксперта № 6266 от 03.11.2023 года, № 75 от 12.07.2024 года, № 81 от 31.07.2024 года, №УД/2024 от 31.08.2024 года; справкой об ущербе и другими доказательствами в их совокупности.

Каких-либо сведений о нарушениях уголовно-процессуального закона при проведении предварительного расследования и судебного следствия в материалах уголовного дела не имеется.

Указанные выше доказательства, положенные в основу приговора, получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно, объективно исследованы в судебном заседании в соответствии со ст.ст. 87, 88 УПК РФ, сомнений в достоверности не вызывают, а совокупность исследованных доказательств по делу позволила суду правильно установить фактические обстоятельства дела и постановить обвинительный приговор.

Судом были тщательно проверены и обоснованно отвергнуты, как несостоятельные, доводы осужденной и стороны защиты о непричастности ФИО2 к инкриминируемому преступлению, а также версия осужденной относительно произошедших событий, в том числе, о распоряжении полученными от жителей многоквартирных домов денежными средствами, поступившими на счет <...>, исключительно на нужды КСП, с приведением соответствующих мотивов, с которыми судебная коллегия соглашается и отмечает, что указанные доводы не нашли своего объективного подтверждения и опровергаются совокупностью доказательств, установленных судом, в том числе показаниями свидетелей Ля, Пу, Ни, Дж, Бе, Ил, Ко, Го, Шл о несвоевременной выплате заработной платы, свидетелей Ба, Ло, Як, Яр, Ро, Гу, Су, Фр, Ан, Др, Пи, Ко, Ми о наличии между ними и КСП договорных отношений, обязательства по которым в части оплаты услуг КСП не выполнены, свидетелей Ло, Ма и Ов о наличии долговых обязательств у ФИО2 перед ними. Оценка показаний осужденной в данной части, к которым суд отнесся критически, дана правильно.

Несмотря на доводы ФИО2, правильность оценки доказательств, как в отдельности, так и в совокупности, основанная на требованиях ст.ст.17,88 УПК РФ, сомнений не вызывает, а тот факт, что она не совпадает с позицией осужденной, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Судебная коллегия соглашается, что ФИО2 преступление совершено путем обмана и злоупотребления доверием, поскольку ФИО2, пользуясь сложившимися отношениями с подконтрольными ей руководителями КСП и директором <...> К.Д.В., который приходится ей сыном, злоупотребляя их доверием, сообщая несоответствующие действительности сведения о якобы выполненных в пользу Общества ИПП и ИПЛ работах, об объемах и фактах оказанных услуг, давала поручения директору <...> о переводе денежных средств, поступающих от жителей многоквартирных домов в качестве платы за жилищно-коммунальные услуги, принадлежащих КСП, со счета <...> на свои счета, а также на подконтрольные ей счета ИПП и ИПЛ.

Стоимость похищенного имущества КСП установлена на основании показаний представителя потерпевшего и исследованных в судебном заседании документов, оснований не доверять которым не имеется, и превышает 1 миллион рублей, что в силу примечания 4 к ст. 158 УК РФ является особо крупным размером.

Проанализировав представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления, квалифицировал ее действия по ч. 4 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере.

Доводы стороны защиты о том, что денежные средства, полученные ИПП и ИПЛ, являются затратами, понесенными данными индивидуальными предпринимателями при оказании услуг КСП, опровергаются: показаниями свидетелей Ля и Пу, из которых следует, что несмотря на регистрацию по просьбе ФИО2 в качестве индивидуальных предпринимателей, те продолжали работать на своих должностях, какого-либо участия в деятельности ИП не принимали, документы не составляли, подписывали их по просьбе ФИО2, товарно-материальные ценности приобретались у ИПД по безналичному расчету; выписками по счетам указанных ИП и сообщениями от ИПД, из содержания которых установлено, что ИПП и ИПЛ приобретали товарно-материальные ценности у ИПД за денежные средства КСП; сообщением налоговой службы, согласно которому, в период с 2019 по 2020 годы у ИПП были трудоустроены 11 сотрудников, доходы которых за указанный период составили 1063 061 руб. и 3 сотрудника у ИПЛ, доходы которых составили 253921 руб. Согласно заключению эксперта №УД/2024 от 31.08.2024 года, КСП приобретено товарно-материальных ценностей на сумму 353 270,57 руб. (приложение №55), при этом, КСП денежные средства выдавались наличными, в том числе сотрудникам ИПП и ИПЛ (приложение №56). Из заключения эксперта также следует, что в период с 2018 по 2020 годы расходы КСП превышали его доходы, а после того, как в 2021 году движение денежных средств со счета <...> на счета ИПП и ИПЛ прекратилось, улучшилось финансовое состояние Общества.

Доводы осужденной ФИО2 о том, что денежные средства, поступающие на ее банковские счета от <...>, были перечислены, в том числе, в качестве оплаты по договорам оказания услуг и трудовым договорам, опровергаются показаниями свидетеля К.М.М. и письменными материалами дела, из которых следует, что договор оказания услуг №12 между КСП в лице директора К.М.М. и ФИО2 от 12.11.2019 года фактически был заключен в апреле 2020 года, тогда как ФИО2 вознаграждение по договору получала с 29.11.2019 года. Кроме того, из приказов о приеме работника на работу и об увольнении следует, что ФИО2 была трудоустроена в КСП в период времени с 11.05.2021 года по 16.05.2021 года, с 01.06.2021 года по 07.06.2021 года, а переводы денежных средств со счета <...> по основанию «Зачисление заработной платы по договору с КСП получала в период времени с 18.01.2021 года по 27.08.2021 года. При этом, переводы <...>, в котором директором является сын виновной – К.Д.В., по устному поручению ФИО2 денежных средств на принадлежащую ей банковскую карту свидетельствуют о наличии в действиях ФИО2 мошенничества в форме обмана и злоупотребления доверием и не являются нарушением финансовой дисциплины, о чем указывает автор апелляционной жалобы.

Доводы стороны защиты о том, что органами предварительного следствия не установлено когда и каким образом денежные средства со счетов ИПП и ИПЛ изымались ФИО2 опровергаются показаниями свидетелей ФИО4 и ФИО5, из которых следует, что управлением расчетными счетами ИП занималась исключительно ФИО2, по просьбе которой они сообщали код, необходимый для совершения операций и снимали денежные средства в наличной форме, поступившие на банковские карты, которые впоследствии передавали ФИО2. Отсутствие

сведений о движении денежных средств на счетах ИПЛ и ИПП не свидетельствует о невиновности ФИО2, поскольку вина осужденной подтверждается совокупностью изложенных выше доказательств.

Доводы апелляционной жалобы осужденной о том, что КСП надлежащим образом обслуживало многоквартирные дома, находящиеся в его управлении, опровергаются показаниями свидетелей - жителей домов Со, Не, Уг, Во, Ши, Ма, Пе, Кл, указавших о некачественном выполнении услуг либо о невыполнении работ, в связи с чем жители многоквартирных домов обращались в различные органы по факту некачественного оказания услуг, КСП получало предписания Департамента государственного жилищного и строительного надзора.

Действия ФИО2 в части выполнения аварийных работ, работ по заявкам и предписаниям Департамента государственного жилищного и строительного надзора, по оплате налогов, иных обязательных платежей, изготовлению договоров и актов, по подготовке к отопительному сезону, не свидетельствуют об отсутствии в содеянном ФИО2 признаков состава преступления, поскольку данные действия были связаны не с выполнением КСП обязательств, а с желанием создать видимость исполнения обязательств и отсрочить обращение заинтересованных лиц в правоохранительные органы. С данными выводами суда соглашается судебная коллегия.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО2 в интересах КСП осуществляла иные работы с оплатой наличными денежными средствами, не свидетельствует о невиновности осужденной, поскольку действующее законодательство прямо запрещает расчеты между юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями в наличной форме. Наличие долговых обязательств у ФИО2, показания свидетелей Ло и Ку о предоставлении осужденной денежных средств в долг на выводы суда о виновности ФИО2 в совершении корыстного преступления не влияют.

Показания свидетеля защиты Ре, который по договору подряда оказывал услуги КСП, чьи работы оплачивала ФИО2, также не свидетельствует о невиновности осужденной, поскольку ее вина установлена совокупностью исследованных выше доказательств.

Утверждения стороны защиты о том, что КСП в лице представителя Н. не может являться потерпевшим по данному уголовному делу, поскольку денежные средства, получаемые от собственников помещений в многоквартирном доме носят целевой характер и в собственность управляющей компании не поступают, являются необоснованными. В силу действующего жилищного законодательства, управляющая организация, заключая договор управления с собственниками помещений многоквартирного дома, действует в интересах последних. Судом установлено, что собранные от населения денежные средства, поступившие на расчетный счет <...>, были обращены ФИО2 в свою пользу и потрачены на личные нужды, тогда как предназначались перечислению и их использованию по своему целевому назначению. При таких обстоятельствах, признание по настоящему уголовному делу в качестве потерпевшего КСП в лице арбитражного управляющего не противоречит положениям ч. 1 ст. 42 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия считает, что процессуальных нарушений при возбуждении уголовного дела органом предварительного следствия не допущено. Согласно материалам уголовного дела, по результатам проведенной прокуратурой г.Первоуральска проверки по факту хищения денежных средств, направленных на оплату коммунальных услуг, с учетом заявления Ку, при наличии соответствующих повода и оснований, предусмотренных ст. 140 УПК РФ, 03.02.2023 года возбуждено уголовно дело №123016500200000131 в отношении неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ (т. 1 л.д. 1, 154).

26.09.2024 года на основании рапорта об обнаружении признаков преступления, зарегистрированного в КУСП за №8384 от 25.09.2024 года, возбуждено уголовное дело №12401650081000280 в отношении ФИО2, в действиях которой усматривались признаки состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (т.1 л.д. 140, 250). Данные уголовные дела были соединены в одно производство.

Довод апелляционной жалобы осужденной о том, что 28.12.2022 года Ку с заявлением в прокуратуру г.Первоуральска не обращалась, а была вызвана в прокуратуру, где подписала напечатанное заявление, опровергается содержанием указанного заявления, из которого следует, что заявление Ку – директора КСП, адресованное прокурору г.Первоуральска, о проведении проверки и принятия мер реагирования поступило в прокуратуру 28.12.2022 года. Также из показаний свидетеля Ку следует, что указанное заявление она действительно подписала, согласившись с ним. В дальнейшем прокурором данное заявление с материалами проверки на основании п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ были направлены начальнику ОМВД России по г.Первоуральску для проведения проверки в порядке ст.ст. 144 – 145 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы нарушений ч. 3 ст. 20 УПК РФ при возбуждении уголовных дел по ч. 3 ст. 160, ч. 4 ст. 159 УК РФ не допущено, поскольку настоящие уголовные дела к уголовным делам частно-публичного обвинения не относятся.

Доводы защиты о признании недопустимыми доказательствами, собранными в ходе предварительного следствия до 26.09.2024 года, то есть до даты возбуждения уголовного дела, судебная коллегия признает не обоснованными.

С доводами стороны защиты о том, что уголовное дело в отношении ФИО2 по обвинению в хищении средств в период с 04.10.2017 года не возбуждалось, судебная коллегия не соглашается, поскольку уголовное дело было возбуждено по факту хищения с расчетного счета <...> денежных средств, принадлежащих КСП. В ходе предварительного следствия правильно установлены как время, так и место совершения преступления, что отражено в предъявленном ФИО2 обвинении, при этом заключение агентского договора с <...> 01.10.2018 года не свидетельствует о невозможности хищения денежных средств КСП (ранее ЖС, КС).

Утверждения стороны защиты о том, что органами предварительного следствия были изъяты не все документы, имеющие значение для дела, опровергаются показаниями свидетеля – следователя Дв и письменными материалами дела, из которых следует, что в ходе обыска в присутствии ФИО2 были изъяты все имеющиеся документы, касающиеся осуществления деятельности КСП за инкриминируемый период времени, при этом осужденная не сообщала о наличии дополнительных первичных документов в офисе КСП.

Кроме того, Решением Арбитражного Суда Свердловской области от 20.09.2023 года по делу № А60-65487/2022 конкурсным управляющим КСП утверждена Н.А.Г., на руководителя должника была возложена обязанность передать перечень имущества должника, бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника.

Представленные стороной защиты в суд апелляционной инстанции документы, отражающие расходы на ведение хозяйственной деятельности КСП, судебной коллегией не принимаются, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указанные документы должны быть переданы на хранение конкурсному управляющему.

Доводы апелляционных жалоб о неполноте судебного следствия, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку по делу собрана достаточная совокупность доказательств, на основании которых суд пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления, поэтому суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защиты о приобщении документов, которые не имеют существенного значения для дела и не могут повлиять на выводы суда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, показания осужденной ФИО2, свидетелей обвинения К.М.М., Ля, Ро, Че, Де, Ро, Дж, Пр, а также свидетелей защиты Ко, Ко, Ки получили надлежащую объективную оценку в приговоре. Анализ протокола судебного заседания показывает, что в приговоре показания данных лиц отражены верно. Возникшие противоречия и нестыковки в показаниях обоснованно признаны несущественными, так как они не касаются значимых для дела обстоятельств.

Показания свидетеля Дж, который является иностранным гражданином, не являются недопустимым доказательством, поскольку свидетель был непосредственно допрошен судом первой инстанции, его показания в ходе предварительного следствия также были оглашены, из которых следует, что он более 17 лет проживает в г. Екатеринбурге, хорошо владеет русским языком, умеет читать и писать на русском языке (т. 61 л.д. 29 – 31).

Вопреки доводам осужденной и ее защитника, как следует из протокола судебного заседания, судом исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов ФИО2 и ее защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, по делу не допущено.

Отсутствие аудиопротоколов судебного заседания от 07.07.2025 года и от 28.07.2025 года, о чем в деле имеются соответствующие акты (т. 72 л.д. 136, т. 73 л.д. 164), не является безусловным основанием для отмены приговора, не подтверждает предвзятого и пристрастного отношения суда первой инстанции к рассмотрению уголовного дела, не свидетельствует о порочности протоколов судебных заседаний в целом, учитывая, что в ходе каждого проведенного по уголовному делу судебного заседания составлялись протоколы судебного заседания в письменной форме, которые содержатся в материалах настоящего уголовного дела.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что суд, сохраняя беспристрастность, обеспечил проведение судебного разбирательства, всестороннее и полное исследование обстоятельств дела на основе принципа состязательности сторон, их равноправия перед судом, создав необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, нарушений которых допущено не было, а доводы осужденной и ее защитника об обратном являются несостоятельными.

При назначении наказания ФИО2 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства по делу, данные, характеризующие личность осужденной, в том числе смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные ч. 2 ст. 61 УК РФ, и отягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ – рецидив преступлений, вид которого, согласно п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ является опасным.

Вид исправительного учреждения назначен судом правильно, в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Приговор суда является законным и обоснованным. Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, по делу не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст.389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Первоуральского городского суда Свердловской области от 05 декабря 2025 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО2, ее защитника – адвоката Малковой О.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его оглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном Главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции, в течение 6 месяцев, а осужденной – в тот же срок со дня вручения его копии.

В случае подачи кассационных жалоб, представления осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи