Решение № 2-141/2021 2-141/2021(2-2200/2020;)~М-2128/2020 2-2200/2020 М-2128/2020 от 17 марта 2021 г. по делу № 2-141/2021

Дело № 2-141/2021

Мотивированное
решение суда

изготовлено 18 марта 2021 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 марта 2021 года г. Новоуральск

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Басановой И.А.,

при секретаре Фроловой Л.Н.,

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Логинова А.Н.,

представителя ответчика Государственного учреждения – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области – ФИО2,

представителя третьего лица Акционерного общества «Уральский электрохимический комбинат» - ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области о включении периодов работы в специальный трудовой стаж,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику Государственное учреждение Управление пенсионного фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области, в котором, ссылаясь на незаконность решения ответчика, просила признать незаконным решение УПФ № ххх от ххх года в части отказа во включении в специальный трудовой стаж для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2003 «О страховых пенсиях» периодов: с ххх года по ххх года – работы фельдшером в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК; с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года – нахождение на курсах повышения квалификации при работе фельдшером станции скорой медицинской помощи ФГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31 ФМБА России», ФБГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31» ФМБА России; обязать ответчика включить вышеуказанные периоды в её специальный трудовой страж, подлежащий учету при назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2003 «О страховых пенсиях» и с учетом данных периодов признать за ней отложенное право на назначении пенсии с ххх года (через 1 год 6 месяцев после возникновения права на назначение пенсии, исчисляемого с ххх года), также истец просила взыскать с ответчика в свою пользу расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 00 коп., расходы по оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 3000 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб. 00 коп.

В обоснование иска указано, что истец ФИО1 ххх года обратилась в Государственное учреждение - Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как лицу, не менее 30 лет осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в городах независимо от их возраста. Решением УПФР в г. Новоуральске № ххх от ххх года истцу было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по вышеуказанному основанию с ххх года, так как право на назначение пенсии может быть реализовано не ранее ххх года. С указанным решением истица частично не согласна, так как считает, что периоды работы: с ххх года по ххх года – работы фельдшером в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК; с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года – нахождение на курсах повышения квалификации при работе фельдшером станции скорой медицинской помощи ФГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31 ФМБА России», ФБГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31» ФМБА России должны быть включены в её специальный трудовой стаж. С учетом вышеуказанных спорных периодов, продолжительность которых составляет ххх и специального стажа, который зачтен ответчиком, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости специальный медицинский стаж 30 лет наступил у неё не ххх года, как признано ответчиком, а на ххх раньше, что соответствует дате – ххх года. Следовательно, отложенное право на назначение пенсии у неё возникает ххх года (через ххх после возникновения права на назначение пенсии, исчисляемого с ххх года).

В судебном заседании представитель истца ФИО1 - адвокат Логинов А.Н., действующий на основании ордера № ххх от ххх года, исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Пояснил суду, что в период с ххх года по ххх года истец ФИО1 работала фельдшером в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК. Указанный период работы подпадает под правовое регулирование Постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 № 665 «Списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение», которым утвержден Список профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет. Пунктом 1 данного Списка предусмотрены врачи и средний медицинский персонал независимо от наименования должности лечебно-профилактических и санитарно-эпидемиологических учреждений всех форм собственности. Кроме того, из решения Новоуральского городского суда от ххх года вступившего в законную силу ххх года по гражданскому делу № 2-324/2011 по иску С., следует, что Лечебно-оздоровительный комплекс УЭХК (ЛОК) был организован как структурное подразделение Уральского электрохимического комбината совместным решением дирекции комбината и Президиума ОКП-123 для проведения лечебно-профилактической работы среди трудящихся комбината. Его основными задачами являлись: осуществление лечебно-оздоровительной деятельности, оказание стоматологической помощи работникам комбината, а одним из основных функций ЛОКа были организация и проведение лечебно-оздоровительных и профилактических мероприятий среди работников УЭХК. При этом, судом было установлено, что истец С. в периоды работы с ххх года по ххх года в должности фельдшера в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК, то есть в то же время, в той же должности и том же учреждении, как и оспариваемый истцом период работы, занималась лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения. На этом основании аналогичный спорный период был включен в специальный стаж для досрочного пенсионного обеспечения. Указанное решение в соответствии с ч. 1 ст. 71 ГПК РФ относится к письменным доказательствам. Которыми согласно положениям ст. 55 ГПК РФ и абз. 5 п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 11.12.2012 № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» можно подтверждать особенности работы (работы в определенных условиях), определяющие её характер и влияющие на досрочное назначение пенсии. Кроме того имеются и другие письменные доказательства, подтверждающие, что Лечебно-оздоровительный комплекс УЭХК являлся лечебно-профилактическим учреждением: совместно решение дирекции УЭХК и президиума ОКП-123 «О создании лечебно-оздоровительного комплекса», постановление Главы администрации г. Новоуральска «О регистрации обособленного структурного подразделения УЭХК – Лечебно-оздоровительного комплекса», Положение о Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК. Таким образом, поскольку имеется подтверждение того, что Лечебно-оздоровительный комплекс УЭХК, в котором работала истец ФИО1 фельдшером с ххх года по ххх года, являлся лечебно-профилактическим учреждением, данный период работы в соответствии с п. 1 Списка, утвержденного Постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 № 464, и п. 3 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 № 665 подлежит включению в специальный стаж истца для назначения досрочной страховой пенсии по старости как медицинскому работнику. В вышеуказанный спорный период ФИО1 также находилась в отпуске по уходу за ребенком. При этом, учитывая, что отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет имел место до ххх года, был предоставлен истцу с ххх года, то есть до внесения изменений в законодательство, а также отсутствие доказательств того, что данный отпуск прерывался и истец выходила на работу, представитель истца полагает, что имеются все основания включения спорного периода в том, числе и периода нахождения истца в отпуске по уходу за ребенком до ххх года, в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Кроме того, в периоды с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года истец ФИО1 работала в должности фельдшера станции скорой медицинской помощи ФГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31 ФМБА России», ФБГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31» ФМБА России и находилась на курсах повышения квалификации с отрывом от производства. В указанные периоды она не увольнялась из медицинского учреждения, на курсы повышения квалификации направлялась по распоряжению работодателя, её трудовой стаж не прерывался, производились отчисления в пенсионный фонд, соответственно данные периоды работы должны быть включены в её специальный трудовой стаж. Кроме того, нахождение на курсах повышения квалификации являлось необходимым условием подтверждения квалификационной категории, необходимой для осуществления медицинской деятельности. Данный порядок работы с обязательными регулярными курсами повышения квалификации (не реже одного раза в 5 лет) регламентирован нормативными документами. С учетом спорных периодов - с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года, общая продолжительность которых составляет ххх и периодов работы истца, зачтенных ответчиком, специальный стаж 30 лет, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости, наступил у истца ФИО1 не ххх года как признано ответчиком, а на ххх раньше, что соответствует дате ххх года. Следовательно, в соответствии с положениями ч. 1.1 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», приложением 7 к данному закону и ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 03.10.2018 № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» отложенное право на назначении пенсии у истца ФИО1 возникает ххх года (через ххх после возникновения права на назначение пенсии, исчисляемого с ххх года). На основании изложенного представитель истца, просил исковые требования истца удовлетворить в полном объеме. При этом, представитель истца пояснил, что он согласен с доводами представителя ответчика, данных в ходе судебного заседания, из которых следует, что в случае если судом в полном объеме будут удовлетворены исковые требования истца в части включения оспариваемых периодов в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, и с учетом положений Федерального закона от 03.10.2018 № 350, специальный стаж 30 лет, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости, был выработан истцом ххх года, соответственно досрочная страховая пенсия по старости будет назначена истцу с ххх года.

Представитель ответчика УПФ ФИО2, действующая на основании доверенности ххх от ххх года, в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, полагая, что оснований для включения оспариваемых истцом ФИО1 периодов работы в стаж при определении права на досрочную страховую пенсию по старости не имеется. Дополнительно пояснила суду, что в случае если судом в полном объеме будут удовлетворены исковые требования истца в части включения оспариваемых периодов в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, и с учетом положений Федерального закона от 03.10.2018 № 350, специальный стаж 30 лет, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости, был выработан истцом ххх года, соответственно досрочная страховая пенсия по старости будет назначена истцу с ххх года.

Представитель третьего лица АО «УЭХК» - ФИО3, действующая на основании доверенности № ххх от ххх года, исковые требования истца в части периода её работы с ххх года по ххх года в должности фельдшера в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в письменном отзыве. Дополнительно пояснила суду, что ФИО1 была принята переводом (ст. 29 п. 5 КЗоТ РФ) из ЦМСЧ-31 фельдшером в Лечебно-оздоровительный комплекс (ЛОК) УЭХК. ЛОК в составе УЭХК был организован на основании совместного решения дирекции комбината и президиума ОКП-123 от 10.02.1993 № 156 и приказа начальника ЦМСЧ-31 и директора УЭХК от 05.05.1993 № 361/89 с целью сохранения существующего уровня лечебно-профилактической работы среди трудящихся комбината. Задачи ЛОК в части лечебной и иной деятельности по охране здоровья граждан закреплены в разделе 3 Положения о ЛОК, утвержденном приказом директора УЭХК от 10.09.1993 № 646 «О вводе в действие Положения о ЛОК «УЭХК», а основные функции – в разделе 4 Положения о ЛОК. Основные направления деятельности ЛОК как лечебного учреждения зафиксированы и в постановлении Главы Администрации города Новоуральска от 10.11.1994 № 1394 «О регистрации обособленного структурного подразделения УЭХК – ЛОК». В период с ххх года по ххх года ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком до 3-х лет, что подтверждается лицевыми счетами. Приказ о предоставлении отпуска и табеля учета рабочего времени отсутствуют. На работу истец ФИО1 после данного отпуска вышла ххх года, что подтверждается лицевыми счетами, согласно которым начисление заработной платы истцу идет с ххх года. Таким образом, представитель третьего лица, считает, что спорный период с хх года по ххх года подлежит включению в специальный трудовой стаж истца ФИО1, подлежащий учету при назначении досрочной страховой пенсии по старости, как работа в лечебном учреждении по осуществлению лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Истец ФИО1, третье лицо ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России, надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения дела путем направления судебных извещений, а также публично, посредством размещения информации о времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» на официальном сайте суда (novouralsky.svd.sudrf.ru), в судебное заседание не явились. Истец доверила участие в деле своему представителю - адвокату Логинову А.Н., действующему на основании ордера. Третье лицо ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России в судебное заседание не явился, представило в суд письменный отзыв и ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и третьего лица.

Рассмотрев требования иска, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации как социальном государстве охраняются труд и здоровье людей (ст. 7) и каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, и на охрану здоровья (ст. 37 ч. 3; ст. 41 ч. 1).

По смыслу названных положений государство обязано принимать все необходимые меры к тому, чтобы уменьшить негативные для здоровья работников последствия труда в условиях особой вредности, сложности, в том числе путем предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций, к которым относится, в частности, и возможность уйти на пенсию по старости в более раннем возрасте и при меньшей продолжительности общего трудового стажа.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 29 января 2004 года № 2-П в отношении граждан, приобретших пенсионные права до введения нового правового регулирования, ранее приобретенные права на пенсию в соответствии с условиями и нормами законодательства Российской Федерации, действовавшего на момент приобретения права, сохраняются за указанной категорией лиц.

На основании п.п. 20 п. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации. Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии. Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (п. 2-4 Федерального закона № 400-ФЗ от 28.12.2013).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 № 665 утверждены Списки работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение.

Подпунктом «н» пункта 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» (действует с 01.01.2015) установлено, что при определении стажа на соответствующих видах работ при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения: Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 № 781 «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»; Список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 № 1066 «Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения», - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 1 ноября 1999 по 31 декабря 2001 включительно; Список профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденный постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 № 464 «Об утверждении Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет», с применением положений абзацев четвертого и пятого пункта 2 указанного постановления, - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 1 января 1992 по 31 октября 1999 включительно; Перечень учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет (приложение к постановлению Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства»), - для учета периодов соответствующей деятельности, имевшей место до 1 января 1992.

Судом установлено, что ххх года истец ФИО1 обратилась в Государственное учреждение - Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области с заявлением о назначении пенсии по старости в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Решением ответчика от ххх года № ххх истцу отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по вышеуказанному основанию с ххх года, с указанием на то, что при наличии стажа на соответствующих видах работ 30 лет 00 мес. 00 дней на ххх года, право на назначение пенсии может быть реализовано не ранее ххх года.

Вышеуказанным решением ответчика истцу ФИО1 было отказано в назначении пенсии с ххх года, а также в специальный стаж истца ответчиком не были включены следующие периоды работы: с ххх года по ххх года – в должности фельдшера в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК; с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года – нахождение на курсах повышения квалификации в должности фельдшера станции скорой медицинской помощи ФГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31 ФМБА России», ФБГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31» ФМБА России.

Отказывая ФИО1 зачесть в специальный страховой стаж период работы с ххх года по ххх года – в должности фельдшера в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК, ответчик в решении ссылался на то, что предприятие УЭХК не является учреждением здравоохранения в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». УЭХК, Лечебно-оздоровительный комплекс не предусмотрены разделом «Наименование учреждений» Списка должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам. Осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, учрежденного Постановлением Правительства РФ от 29.10.2002г. № 781. Кроме того, Лечебно-оздоровительный комплекс не предусмотрен среди структурных подразделений, указанных в п. 6 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29.10.2002 года № 781.

Отказывая истцу зачесть в специальный страховой стаж периоды нахождения на курсах повышения квалификации – с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года, ответчик в решении ссылался на Правила исчисления периодов работы, дающих право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст.ст. 27, 28 Федерального закона от 17.12.2002 №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2002 № 516, которые содержат исчерпывающий перечень периодов работы и иной деятельности для включения в трудовой стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, а также на то, что в период нахождения на курсах повышения квалификации с отрывом от производства с сохранением заработной платы, лечебная и иная деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения ФИО1 не осуществлялась.

С указанным выводом ответчика суд частично не может согласиться по следующим основаниям.

Как установлено судом и подтверждается записями в трудовой книжке истца ФИО1, а также следует из уточняющей справки ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России № ххх от ххх года, ФИО1 с ххх года по ххх года работала медсестрой в кардиологическом отделении Центральной медико-санитарной части № 31; с ххх года по ххх года работала фельдшером на здравпункте поликлиники № 1 Центральной медико-санитарной части № 31; с ххх года по ххх года работала фельдшером 1 категории поликлиники ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России; с ххх года по настоящее время работает фельдшером станции скорой медицинской помощи в МУ «Станция скорой медицинской помощи» Новоуральского городского округа, ФГУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России, ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России. Периоды работы с ххх года по ххх года, с ххх года по настоящее время ФИО1 работала и работает на полную ставку в течение полного рабочего дня, за исключением отпуска без сохранения заработной платы, периодов курсов повышения квалификации с отрывом от производства и донорских дней. В режиме неполной рабочей недели не работала. На курсах повышения квалификации с отрывом от работы обучалась с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года. На период курсов повышения квалификации за ФИО1 сохранялось место работы и средняя заработная плата. Производилась уплата страховых пенсионных взносов.

Кроме того, из справки ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России № ххх от ххх года следует, что ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 (3-х) лет с ххх года по ххх года.

Как следует из трудовой книжки истец ФИО1 в оспариваемые периоды - с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года, не увольнялась, при этом на периоды нахождения на курсах повышения квалификации за ней сохранялось место работы и средняя заработная плата, что подтверждается вышеуказанными уточняющими справками ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России, а также исследованными в судебном заседании копиями из журнала учета повышения квалификации, копиями лицевых счетов и расчетных листов, свидетельств о прохождении повышения квалификации и сертификатами. Судом установлено, что за указанные периоды работодатель производил отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Частями 4, 5 ст. 196 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить повышение квалификации работников, если это является условием выполнения работниками определенных видов деятельности. При этом работникам, проходящим подготовку, работодатель должен создавать необходимые условия для совмещения работы с получением образования, предоставлять гарантии, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 187 Трудового кодекса Российской Федерации в случае направления работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата, поэтому период нахождения на курсах повышения квалификации является периодом работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В свою очередь в соответствии с п. 3 части 2 статьи 73 Федерального закона от 21.11.2011г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские работники обязаны совершенствовать профессиональные знания и навыки путем обучения по дополнительным профессиональным программам в образовательных и научных организациях в порядке и в сроки, установленные уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Министерства здравоохранения РФ от 03.08.2012 г. № 66н утверждены Порядок и сроки совершенствования медицинскими работниками и фармацевтическими работниками профессиональных знаний и навыков путем обучения по дополнительным профессиональным образовательным программам в образовательных и научных организациях, в соответствии с которыми повышение квалификации работников проводится не реже одного раза в 5 лет в течение всей их трудовой деятельности.

В соответствии с п. 3 данного Порядка совершенствование работниками профессиональных знаний и навыков осуществляется путем их обучения в образовательных и научных организациях по дополнительным профессиональным образовательным программам, реализуемым в виде повышения квалификации, профессиональной переподготовки, стажировки.

Необходимость прохождения работниками повышения квалификации, профессиональной переподготовки и стажировки устанавливается работодателем (п. 4 Порядка).

Согласно ст. 167 Трудового кодекса Российской Федерации при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой.

Нахождение истца на курсах повышения квалификации в вышеуказанный период все в той же должности осуществлялось по направлению работодателя медицинского учреждения, является обязанностью работника, установленной трудовым законодательством, такое обучение непосредственно связано с трудовой деятельностью. При этом в указанные периоды за работником в соответствии с нормами трудового законодательства сохранялась заработная плата и, следовательно, уплачивались страховые взносы, необходимые для исчисления страхового стажа, следовательно, эти периоды следует расценивать как лечебную деятельность, дающую право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Из изложенного следует, что периоды нахождения истца ФИО1 на курсах повышения квалификации с 11.03.2008 года по 18.04.2008 года, с 18.02.2013 года по 29.03.2013 подлежат включению в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение в качестве специального стажа, связанного с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Как установлено судом и подтверждается записями в трудовой книжке истца ФИО1, а также следует из уточняющей справки АО «УЭХК» № ххх от ххх года, ФИО1 работала в Медико-санитарной части (далее – МСЧ) № 31 Уральского электрохимического комбината (УЭХК): с ххх год по ххх года – фельдшером лечебно-оздоровительного комплекса УЭХК (приказ о приеме от ххх. № ххх).

АО «УЭХК» создано в результате преобразования Федерального государственного унитарного предприятия «Уральский электрохимический комбинат» и является его правопреемником, находится в ведомственном подчинении Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» и является предприятием атомной промышленности. 02.03.2015 года Открытое акционерное общество «Уральский электрохимический комбинат» переименовано в АО «УЭХК» в соответствии с Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ. Основной вид деятельности предприятия не менялся с момента основания в 1946 году.

Медико-санитарная часть № 31 была организована как одно из структурных подразделений Общества на базе Лечебно-оздоровительного комплекса и объектов ЦМСЧ-31 приказом директора Уральского электрохимического комбината от 29.11.1994 года № 707. В соответствии с классификатором «Подразделения, предприятия и организации города» № А00.16 КЛ от 20.01.1994 Медико-санитарная часть № 31 имела условное название МСЧ-31 и код 78.

В соответствии с Положениями о МСЧ № 31 Федерального унитарного предприятия «Уральский электрохимический комбинат» П 78.9-1995, П78.27-2002 МСЧ № 31 являлась лечебно-профилактическим учреждением.

С 01.08.2008 года приказом генерального директора комбината № 528 от 16.07.2008 года «О переименовании МСЧ-31 в ЛОЦ» изменено наименование «Медико-санитарной части № 31» на «Лечебно-оздоровительный центр» (сокращенное наименование «ЛОЦ») с сохранением состава выполняемых задач и функций.

Кроме того, из справки АО «УЭХК» № ххх от ххх года следует, что согласно лицевым счетам о заработной плате МСЧ № 31 ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком до 3-х лет с ххх года по ххх года. В режиме неполной рабочей недели за период с ххх года по ххх года не работала, за указанный период выполняла норму рабочего времени, установленную за ставку заработной платы. За вышеуказанные периоды работа МСЧ № 31 не останавливалась.

Также, судом установлено и следует из письменного отзыва третьего лица АО «УЭХК», а также представленных третьим лицом документов, что в период с ххх года по ххх года истец ФИО1 работала в должности фельдшера в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК, куда была принята переводом (ст. 29 п. 5 КЗоТ РФ) из ЦМСЧ-31 фельдшером в Лечебно-оздоровительный комплекс (ЛОК) УЭХК, о чем издан приказ о приеме на работу от ххх год № ххх).

Как следует из совместного решения дирекции УЭХК и президиума ОКП-123 «О создании лечебно-оздоровительного комплекса от 10.02.1993 № 156, приказа начальника ЦМСЧ-31 и директора УЭХК от 05.05.1993 № 361/89 «О передаче лечебно-оздоровительного комплекса (ЛОКа) в структуру УЭХК, Постановления главы администрации г. Новоуральска от 10.11.1994 г. № 1393 «О регистрации обособленного структурного подразделения УЭХК - Лечебно-оздоровительного комплекса», Приказа № 646 от 09.09.2003 г. «О вводе в действие Положения о лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК», Положения «О лечебно-оздоровительном комплексе комбината», введенного в действие с 09.09.2003 года, следует, что Лечебно-оздоровительный комплекс был организован как структурное подразделение УЭХК совместным решением дирекции комбината и Президиума ОКП -123 от 10.02.1993 года № 156 для проведения лечебно-профилактической работы среди трудящихся комбината. Основными задачами ЛОКа являлись: осуществление лечебно-оздоровительной деятельности, оказание стоматологической помощи работникам комбината, а одними из основных функций ЛОКа были организация и проведение лечебно-оздоровительных и профилактических мероприятий среди работников УЭХК, то есть в указанный оспариваемый период с ххх года по ххх года в должности фельдшера в лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК истец ФИО1 занималась лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения.

Также судом на основании вышеуказанных документов, установлено и следует из материалов дела, что ФИО1, работающей фельдшером на здравпункте поликлиники № 1 Центральной медико-санитарной части № 31 был предоставлен отпуске по уходу за ребенком до 1,5 (3-х) лет с ххх года по ххх года. Приказом о приеме на работу от ххх год № ххх ФИО1 была принята переводом (ст. 29 п. 5 КЗоТ РФ) из ЦМСЧ-31 фельдшером в Лечебно-оздоровительный комплекс (ЛОК) УЭХК. Далее нахождение ФИО1 в отпуске по уходу за ребенком до 3-х лет продолжилось в период с ххх года по ххх года. На работу истец ФИО1 после данного отпуска вышла ххх года, что подтверждается лицевыми счетами, согласно которым начисление заработной платы истцу идет с ххх года.

До введения в действие Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 КЗоТ РСФСР предусматривала включение периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком в стаж работы по специальности для назначения пенсии по выслуге лет.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22 января 1981 года «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей» были установлены частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет.

В соответствии с пунктом 2 постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 года № 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 года повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком была увеличена до достижения им возраста трех лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Впоследствии право женщин, имеющих малолетних детей, оформить отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет было предусмотрено Законом СССР от 22 мая 1990 года № 1501-I «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», которым внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, утвержденные Законом СССР от 15 июля 1970 года. При этом статья 71 Основ изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 6 октября 1992 года) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Необходимо учитывать, что если отпуск по уходу за ребенком начался до 6 октября 1992 года, то период нахождения в данном отпуске подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, независимо от момента его окончания (до или после этой даты).

Исходя из приведенных выше нормативных актов с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30, период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в специальный стаж работы по специальности в соответствии со статьей 167 КЗоТ РСФСР до внесения изменений в данную норму закона, то есть до 6 октября 1992 года.

Учитывая, что отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет был предоставлен истцу ФИО1 с ххх года, то есть до внесения изменений в законодательство, в соответствии с которыми указанный отпуск не подлежал включению в специальный трудовой стаж, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца, поскольку имеются все основания для удовлетворения исковых требований истца о включении периода её работы с ххх года по ххх года в должности фельдшера в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК в полном объеме, в том числе с учетом периода её нахождения в отпуске по уходу за ребенком, в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

С учетом изложенного, периоды работы истца с ххх года по ххх года в должности фельдшера в Лечебно-оздоровительном комплексе УЭХК; с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года – нахождение на курсах повышения квалификации при работе фельдшером станции скорой медицинской помощи ФГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31 ФМБА России», ФБГУЗ «Центральная медико-санитарная часть № 31» ФМБА России, подлежат включению в специальный трудовой стаж истца ФИО1, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, а иск в данной части удовлетворению.

Также истцом ФИО1 заявлено требование о признании за ней отложенное право на назначении пенсии с ххх года (через ххх после возникновения права на назначение пенсии, исчисляемого с ххх года). Разрешая данное требование, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 8 Закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

В силу п. 20 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Согласно ч. 1.1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 настоящей статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к настоящему Федеральному закону.

В соответствии с Приложением № 7 к Закону № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» при возникновении права на страховую пенсию в 2019 году срок ее назначения - не ранее чем через 12 месяцев со дня возникновения права, при возникновении права на назначение пенсии в 2020 году - не ранее чем через 24 месяца со дня возникновения права на страховую пенсию по старости.

Согласно ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 03.10.2018 № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и которые в период с 01.01.2019 по 31.12.2020 достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 01.01.2019, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

Как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 02.04.2019 № 854-О, для лиц, которым страховая пенсия по старости устанавливалась независимо от возраста в связи с осуществлением педагогической деятельности в учреждениях для детей, лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения либо творческой деятельности на сцене в театрах или театрально-зрелищных организациях (пункты 19 - 21 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях»), законодатель, не изменяя требований к продолжительности специального страхового стажа, предусмотрел, что пенсия им назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к Федеральному закону «О страховых пенсиях» (с постепенным увеличением данного срока с 12 месяцев в 2019 году и на 12 месяцев ежегодно с достижением к 2023 году величины 60 месяцев), т.е. ввел период ожидания возможности реализовать уже возникшее исходя из продолжительности соответствующих видов деятельности право на пенсию по старости.

Из приведенного толкования следует, что «возникновение права на пенсию» в формулировке Приложения № 7 к Закону № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» означает выработку необходимого для назначения пенсии специального стажа.

Из письменного ответа и пояснений представителя ответчика, данных в ходе судебного заседания, следует, что в случае если судом в полном объеме будут удовлетворены исковые требования истца в части включения оспариваемых периодов в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, и с учетом положений Федерального закона от 03.10.2018 № 350, специальный стаж 30 лет, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости, был выработан истцом ххх года, соответственно досрочная страховая пенсия по старости будет назначена истцу с ххх года. Указанные расчеты даты выработки истцом специального стажа и даты назначения пенсии не были оспорены представителем истца в ходе судебного заседания, в связи с чем, представитель истца полагал возможным согласиться в данной части с позицией представителя ответчика.

Учитывая обязательную силу решения суда (ст. 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), содержащаяся в требовании истца формулировка о признании за истцом отложенное право на назначении пенсии с ххх года (через ххх после возникновения права на назначение пенсии, исчисляемого с ххх года), некорректна, в таком виде заявленное истцом требование не может быть удовлетворено.

Приходя к такому выводу, суд учитывает тот факт, что для реализации права на досрочное назначение пенсии необходим не только 30-летний медицинский стаж, но и истечение периода ожидания реализации права на досрочную пенсию (ч. 1.1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», приложение № 7 к этому Закону, ч. 3 ст. 10 Закона № 350-ФЗ), а также подача заявления о назначении пенсии (ч. 1 ст. 22 Закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»). Совокупности этих фактов на ххх года не было, так как на эту дату не истек период ожидания реализации права на назначении пенсии (что не оспаривалось сторонами).

Из материалов дела и пояснений сторон данных ими в ходе судебного заседания, следует, что спор сторон также заключается в том, на какой момент истцом выработан 30-летний медицинский стаж (применительно к нормам Приложения № 7 к Закону № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»): представитель истца с учетом расчетов даты выработки истцом специального стажа и даты назначения пенсии, представленными стороной ответчика, настаивал на том, что такой стаж истцом выработан на ххх года, период ожидания реализации права составит ххх.

Суд соглашается с указанными доводами представителя истца о том, что у истца на ххх года выработан 30-летний медицинский стаж, необходимый для назначения страховой пенсии по старости, так как Государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области на ххх года зачло истцу в специальный стаж 30 лет 00 мес. 00 дня, с учетом оспариваемых истцом периодов и подлежащих к включению в стаж ххх лет ххх мес. ххх дней, соответственно, 30 лет медицинского стажа были выработаны истцом ххх года.

При этом, ссылка ответчика на то, что на ххх года у истца не было права на назначение пенсии, заслуживает внимания, но не в связи с тем, что на эту дату у истца не было 30-летнего медицинского стажа, а только из-за того, что на эту дату не истек период - ххх ожидания возможности реализации права (ч. 1.1. ст. 30 Закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», приложение № 7 к Закону № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», ч. 3 ст. 10 Закона № 350-ФЗ).

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом ФИО1 к ххх года выработан 30-летний медицинский стаж работы, необходимый для досрочного назначения страховой пенсии по старости по п. 20 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», однако право на назначение досрочной страховой пенсии по старости у истца не возникло (в том числе на день вынесения судом настоящего решения), а назначение пенсии "на будущее" законодательством не предусмотрено. Суд считает, что в такой формулировке спор сторон будет разрешен, при этом не предрешается вопрос о возникновении у истца права на назначение пенсии, учитывая, что такого права у истца не было ни на ххх года (на эту дату истцом был выработан лишь необходимый стаж), ни на ххх года (дату подачи истцом в Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области заявления о назначении пенсии), ни на ххх года (дату принятия Государственным учреждением – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области решения).

С учетом изложенного, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судом установлено, что истцом ФИО1 в связи с рассмотрением данного гражданского дела понесены судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 00 коп., а также расходы по оплате юридических услуг по составлению искового заявления в сумме 3000 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб. 00 коп., что подтверждается представленными суду квитанциями.

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 00 коп., расходы по оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 3000 руб. 00 коп.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов. При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

При определении размера подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, учитывая объем оказанной представителем помощи, время, затраченное им на подготовку необходимых документов, продолжительность рассмотрения и сложность дела, время, затраченное представителем на участие в трех судебном заседании суда первой инстанции, характер и сложность спора, объем защищаемого права и выполненной представителем работы, руководствуясь принципом разумности, суд приходит к выводу о необходимости уменьшения суммы расходов на оплату услуг представителя до 4500 руб. 00 коп., для установления баланса между правами лиц, участвующих в деле, что соответствует обстоятельствам дела и требованиям ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области о включении периодов работы в специальный трудовой стаж – удовлетворить частично.

Отменить решение Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области № ххх от ххх года в части отказа ФИО1 включить в специальный трудовой стаж следующих периодов работы: с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года.

Обязать Государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области включить в специальный трудовой стаж работы ФИО1, дающий право для назначения досрочной страховой пенсии по старости, указанные периоды – с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года, с ххх года по ххх года.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Государственного учреждения – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в г. Новоуральске Свердловской области в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 00 коп., расходы по оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 3000 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 4500 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, через суд, вынесшей решение, в течение одного месяца, со дня изготовления мотивированного текста решения суда.

Председательствующий И.А. Басанова

Согласовано:

Судья: И.А. Басанова