Решение № 2-685/2019 2-685/2019~М-704/2019 М-704/2019 от 30 июля 2019 г. по делу № 2-685/2019

Решение в окончательной форме изготовлено 30 июля 2019 года

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

25 июля 2019 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего: судьи Шумковой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Юзеевой Е.В.,

с участием прокурора - старшего помощника прокурора г. Краснотурьинска Дранициной В.В.,

истца ФИО1,

представителя ответчика АО «РУСАЛ Урал» ФИО2, действующей на основании доверенности № 494/24-05 от 25.09.2018 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» о возмещении морального вреда, причиненного в связи с профессиональным с заболеванием,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» (далее - АО «РУСАЛ Урал») о компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, возникшим в результате производственной деятельности в АО «РУСАЛ Урал», указав, что ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%. Он чувствует постоянное недомогание, дискомфорт, боль в суставах, бессонницу, что причиняет физические и нравственные страдания. Истец просит взыскать с ответчика в его пользу в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 400 000 руб. в связи с причиненным ему профессиональным заболеванием.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал иск в полном объеме, пояснив, что работал на Богословском алюминиевом заводе с <дата обезличена>. В настоящее время после установления ему профессионального заболевания испытывает постоянное недомогание, боли в теле, судороги и онемение конечностей, испытывает усталость. Также испытывает трудности при ходьбе, он ограничен в физическом труде, вынужден принимать лекарственные препараты. Ему рекомендовано санаторно - курортное лечение. Он не может нормально проводить время с внуками, не может поднять их на руки, носить продукты. Просит удовлетворить исковые требования в размере 400 000 руб.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в суде не признала исковые требования ФИО1 в полном объеме, пояснив, что <дата обезличена> между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № от <дата обезличена> о выплате единовременной компенсации, в п. 2 которого имеется согласие, что у истца отсутствуют любые материальные или иные претензии в связи с причинением вреда здоровью в следствие работы во вредных, тяжелых условиях труда. Просит в иске отказать.

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Право на жизнь и на охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека - статьи 2, 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Международным законодательством на момент причинения вреда истцу также предусматривалось право человека на охрану здоровья. Так, в соответствии со ст.25 Всеобщей декларации прав человека и ст.12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст.2 Протокола № 1 от 20 марта 1952 года к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод здоровье – это состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов. Поэтому под охраной здоровья понимается совокупность мер политического, экономического, правового, социального, культурного, научного, медицинского, санитарно-гигиенического и противоэпидемического характера, направленных на сохранение и укрепление физического и психического здоровья каждого человека, поддержание его долголетней активной жизни, предоставление ему медицинской помощи в случае утраты здоровья.

Одним из основных направлений государственной политики в области охраны труда, согласно ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации, являются: обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников; защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательства вследствие причинения вреда, независимо от того, при каких обстоятельствах причинен вред, регулируются нормами главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным правоотношениям основанием ответственности работодателя за вред, причиненный здоровью работника, является вина в необеспечении им безопасных условий труда (соблюдение правил охраны труда, техники безопасности, санитарии и т.п.), причем обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе.

Как следует из материалов дела с <дата обезличена> по <дата обезличена>, с <дата обезличена> по <дата обезличена> ФИО1 работал в Богословском алюминиевом заводе ордена Ленина, реорганизованном впоследствии в ОАО «Богословский алюминиевый завод», в филиале «Богословский алюминиевый завод Сибирско – Уральской алюминиевой компании» в электролизном цехе - слесарем по ремонту металлургического оборудования 4-го разряда, затем с <дата обезличена> -электролизником расплавленных солей в электролизном цехе 5-го разряда; с <дата обезличена> – электролизником расплавленных солей в электролизном цехе 6-го разряда; с <дата обезличена> – электролизником расплавленных солей 5-го разряда в Дирекции по электролизному и анодному производству; с <дата обезличена> – электролизником расплавленных солей 6 разряда в Дирекции по алюминиевому производству, с <дата обезличена> – футеровщиком-шамотчиком по ремонту ванн 4 разряда в Дирекции по алюминиевому производству на участке по демонтажу оборудования, что следует из записей в трудовой книжке, и приказа о приеме на работу (л.д.11-14, 56).

В соответствии с приказом о прекращении действия трудового договора от <дата обезличена> за номером 00000255 с <дата обезличена> истец ФИО1 уволен по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.57).

Согласно Акта № 66-12-09/09-301-2019 от 24.01.2019 года о случае профессионального заболевания ФИО1 поставлен диагноз «<данные изъяты> (л.д.7-10).

По результатам обследования ФИО1 противопоказаны физические перегрузки (л.д.17).

Из акта о случае профессионального заболевания следует, что причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: тяжести трудового процесса в уровнях, превышающих ПДУ. Стаж в воздействиях вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 31 год 03 месяца. Условия труда на рабочем месте футеровщика-шамотчика на ремонте ванн соответствует классу 3.3.

Наличие вины работника не установлено. Профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия на организм физических перегрузок, превышающих ПДУ.

03.04.2019 года Бюро № 29 – филиал ФКУ «Главное бюро МСЭ по Свердловской области» ФИО1 определена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 % в связи с профессиональным заболеванием бессрочно (л.д.15).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ)обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 ТК РФ).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

На момент определения у ФИО1 профессионального заболевания на Богословском алюминиевом заводе филиале ОАО «СУАЛ» действовал Коллективный договор на 2014-2016 гг., действие которого в последующем продлено на 2017-2019 годы.

В соответствии с п.1.2 Коллективного договора на 2014-2016 гг. филиала «БАЗ-СУАЛ» ОАО «СУАЛ», заключенного между работниками филиала «БАЗ-СУАЛ» в лице председателя профсоюзного комитета филиала «БАЗ-СУАЛ» Горно-металлургического профсоюза России и работодателем ОАО «СУАЛ», он регулирует социально-трудовые отношения в организации, закрепляет взаимные обязательства сторон, выплаты, производимые за счет собственных средств работодателя, а также льготы и преимущества для работников, более благоприятные с действующим законодательством.

В соответствии с п. 5.1.15 Коллективного договора в случае установления у работника профессионального заболевания, связь с производственной деятельностью которого подтверждена материалами расследования, по заявлению работника выплачивать в качестве возмещения морального вреда, единовременное пособие в размере 1 000 рублей за каждый процент утраты трудоспособности, с заключением соглашения о выплате за моральный вред.

В соответствии с соглашением от 19.12.2015 года, заключенного между истцом и ответчиком при увольнении ФИО1, работодатель выплатил работнику единовременную компенсацию в размере 3-х среднемесячных заработков работника в соответствии с п. 2.1.7. Коллективного договора на 2014-2016 г.г., учитывая условия труда и стаж работы работника после расторжения трудового договора в связи с его уходом на пенсию. Работник не имеет претензий, связанных с последствиями его работы у работодателя во вредных, тяжелых условиях труда, ухудшением состояния здоровья, получением профессионального заболевания и (или) утратой им трудоспособности (л.д.58).

Пунктом 2.1.7. Коллективного договора на 2014-2016 г.г. предусмотрено, что лицам, увольняющимся с предприятия в связи с уходом на пенсию при достижении пенсионного возраста производить выплату единовременной материальной помощи в зависимости от общего стажа работы на предприятии (л.д.60).

В соответствии с разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2016 N 6-ПВ16 следует, что согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 ТК РФ, коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд.

Ввиду отсутствия в ТК РФ норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности на работодателя по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Как следует из материалов дела, условия труда по выполняемой истцом рабочей профессии электролизник расплавленных солей в электролизном производстве, слесарь по ремонту металлургического оборудования, футеровщик-шамотчик на ремонте ванн, по которым он проработал на одном предприятии 31 год 03 месяца, являются тяжелыми (отнесены к Списку N 1).

Доказательств принятия работодателем каких-либо мер, направленных на снижение влияния вредных факторов на протяжении указанного длительного периода работы истца, суду не представлено.

Установленными в судебном заседании обстоятельствами по делу подтверждены доводы истца о причинении вреда его здоровью в период работы именно в ОАО «СУАЛ» филиал «Богословский алюминиевый завод» в качестве электролизника расплавленных солей в электролизном производстве, футеровщика-шамотчика на ремонте ванн.

Исследованные в судебном заседании доказательства по делу в своей совокупности позволяют суду прийти к выводу о законности и обоснованности требований истца, поскольку, именно по вине работодателя, не предпринимавшего достаточных мер к улучшению существующих условий труда истца на протяжении длительного времени, снижению влияния вредных факторов на состояние его здоровья, привели к возникновению у истца профессионального заболевания и его дальнейшему развитию.

Пункт 2.1.7. коллективного договора регламентирует выплату увольняющимся на пенсию работникам с иным целевым назначением (стаж работы), без учета состояния здоровья работника.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ч. 3 ст. 8 Федерального Закона от 24 июля 1998 г N125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В судебном заседании установлено, что по вине ответчика истцу причинен моральный вред – повреждение здоровья профессиональным заболеванием «профессиональный остеоартроз локтевых суставов со сгибательно - разгибательной контрактурой (рентгенологически первой-второй стадии, функциональная недостаточность первой степени справа, нулевой степени слева)», наступившим в результате выполнения истцом трудовых обязанностей в ОАО «СУАЛ» филиал «Богословский алюминиевый завод» в качестве электролизника расплавленных солей в электролизном производстве, футеровщика-шамотчика на ремонте ванн. Это заболевание причиняет истцу значительные физические страдания, нравственные переживания по поводу ограничения в трудовой деятельности и жизнедеятельности.

Доводы представителя ответчика, что работодатель в период работы ФИО1 в ОАО «СУАЛ» филиал «Богословский алюминиевый завод» предпринимал все возможные меры к обеспечению безопасных условий труда, суд также во внимание не принимает, поскольку профессиональным заболеванием в соответствии с Федеральным Законом № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» является хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов, и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности, а меры по охране труда и улучшению условий труда, предпринимаемые работодателем лишь направлены на уменьшение воздействие вредных производственных факторов и не могут исключить возможность наступления профессионального заболевания, а в связи с этим и причинения нравственных или физических страданий работнику (статья 3).

Причинно-следственную связь между имеющимся профессиональным заболеванием истца и перенесенными им в связи с этим физическими и нравственными страданиями суд считает установленной.

Таким образом, требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика как причинителя вреда, суд принимает во внимание характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, повлекших за собой изменение привычного уклада и образа жизни; требования разумности и справедливости, степень тяжести причиненных истцу душевных, нравственных и физических страданий в результате утраты на производстве профессиональной трудоспособности; не обеспечение со стороны ответчика безопасных условий труда; период работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов.

Учитывая характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца в размере 100 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. В связи с чем, с ответчика в доход местного бюджета городского округа Краснотурьинск подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 196 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» о возмещении морального вреда, причиненного в связи с профессиональным с заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» государственную пошлину в доход бюджета городского округа Краснотурьинск в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи жалобы через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.

Председательствующий судья (подпись) Шумкова Н.В.