Решение № 2-388/2019 2-388/2019~М-400/2019 М-400/2019 от 24 декабря 2019 г. по делу № 2-388/2019

Дело № 2 -388/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Белая Глина 24 декабря 2019 г.

Белоглинский районный суд

Краснодарского края в составе:

судьи Азовцевой Т.В.

при секретаре Хорольской Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки.

Исковые требования мотивированы тем, что 26.09.2013 г. ФИО1 получила государственный сертификат на материнский (семейный) капитал в размере 408 960 рублей 50 копеек. С февраля 2012 г. она проживает в <адрес>. В 2018 г. решила за счет средств материнского капитала приобрести жилье в <адрес>. Ей посоветовали обратиться к ФИО3, на имя которой она выдала доверенность от 16.10.2018 г. ФИО3 показала ей фотографии отличного двухквартирного коттеджа, который ей очень понравился и она дала согласие на его приобретение. Далее ФИО3 оформила ипотечный договор займа в СПК «Тур-Агро» на сумму 408 026 рублей. Получив денежные средства, она сразу передала их ФИО3 для расчета с продавцом квартиры. 25.10.2018 г. ФИО3 оформила договор купли-продажи. В июне 2019 года истец с супругом решили переехать на постоянное место жительство в приобретенную квартиру. Однако, по приезду они увидели не двухквартирный коттедж, а разрушенную саманную хату, где нет отопления, освещения, водоснабжения, дверей, крыши, окон и забора. Со слов соседей известно, что квартира продается за 30 000 рублей. Впоследствии ФИО1 стало известно, что земельный участок, на котором квартира находится, в ЕГРН не зарегистрирован, и он принадлежит ФИО5, который умер около 6 лет назад. Истец полагает, что ответчики ввели ее в заблуждение, продав ей саманную хату на не принадлежащем ФИО2 земельном участке, то есть фактически совершили хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием.

Согласно уточненных исковых требований истица просит признать договор купли-продажи от 25.10.2018 года на жилое помещение (квартиру) по адресу: <адрес>, № <адрес> недействительной сделкой, обязать Управление Росреестра по Краснодарскому краю аннулировать запись о регистрации права собственности на указанную квартиру на имя ФИО1, восстановить право собственности на указанную квартиру за ФИО2, разрешить вопрос о возврате ответчиками денежных средств в сумме 408 960 рублей 50 копеек в федеральный бюджет на расчетный счет Государственного учреждения Управления Пенсионного Фонда в Адлерском внутригородском районе города-курорта <адрес>, а также восстановить за ФИО1 право повторного обращения за дополнительными мерами государственной поддержки средствами материнского (семейного) капитала. Истица также просит взыскать с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 понесенные судебные расходы в размере 7 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО6 поддержала измененные исковые требования и настаивала на их удовлетворении. ФИО6 пояснила, что истица ФИО1 16 октября 2018 года выдала доверенность на имя ФИО3, которая была удостоверена нотариусом Сочинского нотариального округа ФИО7 серия <адрес>5, на покупку за цену и на условиях по своему усмотрению земельного участка с объектом недвижимого имущества, либо без таковых, находящийся на территории Российской Федерации. ФИО3 через несколько дней показала ей фотографии отличного двухквартирного коттеджа и сказала, что собственница срочно продает квартиру дешево, готова продать за материнский капитал в связи с переездом. По фотографиям ей очень понравилась эта квартира, на земельном участке имелся сад и огород, она согласилась. Далее ФИО3 оформила ипотечный договор займа в Сельскохозяйственном Потребительском кооперативе «Тур-Агро» на сумму 408 026 рублей, который Шевчук подписала и получив денежные средства, сразу передала их ФИО3, чтобы она заключила договор купли-продажи квартиры и произвела с собственником полный расчет. По приезду в <адрес> они увидели не квартиру в коттедже, а полностью разрушенную саманную хату, где нет освещения, отопления, водоснабжения, дверей, крыши, окон, забора и данная квартира находится в полностью разрушенном состоянии. Кроме того, отсутствует земельный участок, хотя в доверенности указано крупным шрифтом, что должен быть приобретен земельный участок. На основании доверенности от 16 октября 2018 года сделка купли-продажи не могла быть зарегистрирована в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии, так как доверенность выдана на иную сделку купли-продажи и не соответствует условиям договора купли-продажи, который заключен ФИО3 В договоре купли - продажи указанная квартира имеет назначение «жилое помещение». По своему техническому состоянию квартира в жилом доме не предназначена для проживания детей и иных граждан. Истица была введена в заблуждение относительно состояния жилого дома. При приобретении жилого помещения для проживания детей ей не была оказана необходимая помощь специалистов, а продавец воспользовалась ее безграмотностью. Истица не имеет возможности выделить в данной квартире доли всем членам семьи.

В судебном заседании истица ФИО1 пояснила, что по рекомендации соседки обратилась к риелтору ФИО3, попросила помощи в приобретении жилья за материнский капитал. Она поехала в Белореченск в фирму Тур-Агро, там была девушка по имени Евгения. ФИО8 показала распечатанные фотографии объекта, но она их у нее не взяла, так как ей доверяла. В Белую Глину поехать денег не было, но для поездки в Белореченск деньги нашла. Мама в это время жила у нее, а к папе, который также живет в Белой Глине и другим знакомым, обратиться постеснялась. С продавцом не знакома, деньги получила со счета в Россельхозбанке, отдала их ФИО8, но расписку также не взяла, потому что доверяла. Договор купли-продажи ФИО3 передала ей впоследствии, в октябре-ноябре 2018 года.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Краснодарскому краю ФИО9 письменно просила рассмотреть дело в ее отсутствие, в решении по делу полагалась на усмотрение суда.

Представитель третьего лица УПФ РФ ГУ в Адлерском районе города Сочи Краснодарского края в судебное заседание не явился, письменно просил рассмотреть дело в его отсутствие, в случае вынесения решения о признании сделки недействительной просил разрешить вопрос о возврате денежных средств материнского (семейного) капитала на расчетный счет отделения ПФР по Краснодарскому краю.

Ответчик ФИО2 в судебное заседании не явилась, письменно просила рассмотреть дело в ее отсутствие, против удовлетворения требований иска возражала.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО10 требования иска не признал в полном и пояснил, что ФИО3 является лишь представителем ФИО1 по доверенности, но не является стороной договора купли-продажи. Продавцом квартиры являлась. ФИО2, а покупателем ФИО1 Требование о признании договора купли-продажи недействительным не может быть заявлено к поверенному. При признании сделки недействительной ФИО1 должна вернуть квартиру ФИО2, а та в свою очередь вернуть полученные за проданную квартиру деньги. ФИО1 действительно обратилась к ФИО3 с просьбой посодействовать в получении займа и приобретении недвижимого имущества на территории Краснодарского края. ФИО8 посоветовала Шевчук обратиться в потребительский кооператив «Тур-Агро» для получения денежных средств. Впоследствии они совместно посмотрели фотографии, согласовали условия сделки. После получения ФИО1 денег в банке, они вместе пришли в кооператив на <адрес> в <адрес>, где Шевчук передала деньги то ли девушке по имени Евгения, то ли ФИО11. Она лично от нее никаких денег не получала. Впоследствии в МФЦ подписала договор купли-продажи от имени ФИО1

Ответчик ФИО4 требования иска не признала и пояснила, что она лишь по просьбе подруги подписала в МФЦ договор купли-продажи на основании доверенности, выданной ФИО11 в порядке передоверия.

Выслушав мнение сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковое заявление не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из доверенности от 16.10.2018 года <адрес>5, удостоверенной нотариусом Сочинского нотариального округа ФИО7, зарегистрированной в реестре за №, следует, что ФИО1 уполномочила ФИО3 купить за цену и на условиях по своему усмотрению любой земельный участок с объектом недвижимого имущества или без таковых, находящиеся на территории Российской Федерации (л.д. 17).

Из доверенности от 20.10.2018 года <адрес>7, удостоверенной нотариусом Белоглинского нотариального округа ФИО12, зарегистрированной в реестре за №, следует, что ответчик ФИО2 уполномочила ФИО11 продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ей квартиру по адресу: Российская Федерация, <адрес>, № <адрес> (л.д.). Доверенность выдана с правом передоверия полномочий другим лицам.

Из доверенности <адрес>8 от 24.10.2018 года, удостоверенной нотариусом Новопокровского нотариального округа ФИО13, зарегистрированной в реестре за №, следует, что ФИО11 в порядке передоверия уполномочил ФИО4 продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ФИО2 квартиру по адресу: Российская Федерация, <адрес>, № <адрес>.

Договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что на имя ФИО1 ее доверенным лицом ФИО3 была приобретена квартира общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенная по адресу: <адрес>.

Договор от имени продавца квартиры ФИО2 подписан и представлен на государственную регистрацию ФИО4.

Из п. 2 договора купли-продажи следует, что продаваемая квартира принадлежала продавцу ФИО2 на основании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан от 22.12.1994 года.

Из п. 4, 5, 6 договора купли-продажи следует, что общая стоимость продаваемой недвижимости составляет 410 000 рублей. Расчеты между продавцом и покупателем производятся в следующем порядке: денежная сумма в размере 410 000 рублей выплачивается покупателем продавцу как за счет собственных средств, таки за счет средств предоставляемого целевого денежного займа, выданного физическому лицу сельскохозяйственным потребительским кредитным кооперативом «Тур-Агро». Уплата денежной суммы за продаваемую недвижимость выплачивается в два этапа: аванс в размере 1 974 рубля уплачивается покупателем в момент подписания настоящего договора из собственных средств покупателя. Окончательный расчет 408 026 рублей производится в момент подписания настоящего договора до перехода права собственности на квартиру за счет заемных средств с даты фактического получения предоставляемого целевого денежного займа, заключенного с физическим лицом по договору займа № 590 от 22.10.2018 года и сельскохозяйственным потребительским кредитным кооперативом «Тур-Агро».

Из представленного суду дела правоустанавливающих документов следует, что истица ФИО1 является членом сельскохозяйственного потребительского кредитного кооператива «Тур-Агро» с 22.10.2018 г. с оплатой паевого взноса 100 рублей.

Договором займа от 22 октября 2018 года подтверждается, что ФИО1 был предоставлен целевой заем в сумме 408 026 рублей со сроком возврата 22.04.2019 г. под 25 % годовых на покупку жилого помещения (квартиры) по адресу: Российская Федерация, <адрес>, № <адрес>.

В судебном заседании установлено, что погашение займа, полученного в СПКК «Тур-Агро», произведено за счет средств материнского (семейного) капитала, выданного ФИО1 Управлением Пенсионного ФИО14 ГУ в <адрес> края.

ФИО1 в качестве основания иска указывает, что она была введена в заблуждение относительно предмета сделки, поскольку фотографии квартиры, которые ей были показаны перед приобретением, не соответствуют фактическому ее состоянию, утверждает, что намеренно была обманута ФИО3

Основания признания недействительной сделки, совершенной под влиянием заблуждения, предусмотрены ст. 178 УК РФ.

В силу п. п. 1, 2, 5 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом, подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Следовательно, оспаривая сделку по основанию совершения ее под влиянием обмана или заблуждения, сторона истца должна представить суду относимые и допустимые доказательства умышленных действий ответчиков, выразившихся в сообщении искаженной информации истцу либо намеренного умолчании о существенных обстоятельствах, либо сознательном использовании результата подобных действий третьих лиц.

Как следует из доверенности, выданной истицей на имя ответчика ФИО3, истица ФИО1 уполномочила поверенного приобрести имущество за цену и условиях по своему усмотрению.

Из буквального толкования текста доверенности, суд приходит к выводу, что, выдавая доверенность со столь широкими и неограниченными полномочиями, ФИО1 могла и должна была осознавать последствия совершенного юридического действия. Более того, из самой доверенности следует, что ФИО1 нотариусом были разъяснены смысл и значение доверенности, ее юридические последствия, которые соответствуют ее намерениям.

Таким образом, выдавая на имя ответчика доверенность, истица заведомо выразила согласие с тем, что ФИО3 вправе приобрести любое имущество и за любую стоимость по своему усмотрению. Доверенность не содержит каких-либо указаний о качествах и свойствах объекта, который должен быть приобретен.

Следовательно, ФИО15 могла не согласовывать с ФИО1 ни сам объект и его состояние, ни его стоимость.

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что несмотря на широкий круг полномочий и отсутствие каких-либо ограничений, ответчицей ФИО3 приняты меры по согласованию с доверителем ФИО1 объекта, который будет приобретен.

Данный факт сторонами не отрицался. Истица указывает, что якобы ей ответчиком ФИО3 были показаны фотографии иного двухквартирного коттеджа. Представитель же ФИО3 при этом утверждает, что ФИО3 показывала ФИО1 фотографии именно этого объекта, который стал впоследствии предметом сделки.

В случае, когда стороны сообщают взаимопротиворечащие друг другу устные доводы, суд полагает, что в соответствии со ст. 56 ГПК РФ стороны должны подтвердить сообщаемые ими сведения документально.

Фотографий двухквартирного коттеджа, на которые ссылается истица, ею суду не представлены, хотя они могли быть взяты истицей у ФИО8 в момент их просмотра.

Также ФИО1 не была лишена возможности фактического осмотра квартиры. ФИО1 ссылается, что из-за отсутствия материальных возможностей не смогла приехать в с. Белая Глина посмотреть квартиру. Вместе с тем, она изыскала возможность выехать в г. Белореченск для просмотра фотографий объекта и вступления в члены СПКК «Тур-Агро».

Более того, в судебном заседании установлено и не отрицалось сторонами, что сама ФИО1, несмотря на временное пребывание в <адрес>, является жителем <адрес>, имеет там постоянную регистрацию. В <адрес> у нее проживают родители. То есть, она имела возможность попросить родителей посмотреть указанное домовладение. Каких-либо логичных и последовательных объяснений, по какой причине она или ее родственники не произвели осмотра приобретаемого домовладения, ФИО1 суду не представила.

При этом возможности произвести осмотр домовладения ее никто не лишал, поверенный по сделке ФИО3 ни коим образом не препятствовала ФИО1 в фактическом осмотре домовладения. Располагая сведениями о месте расположения имущества, ФИО1 при должной осмотрительности могла и должна была принять меры по осмотру приобретаемого домовладения.

Доводы истца и ее представителя о том, что она не знала, какой объект будет приобретаться, помимо прочего опровергаются письменными материалами дела, а именно, договором займа № от ДД.ММ.ГГГГ, из п. 11 которого следует, что займ является целевым и предоставляется на приобретение конкретного объекта, а именно: жилого помещения (квартиры) по адресу: Российская Федерация, <адрес>, № <адрес>.

Таким образом, истица, получая заем, уже обладала информацией, какой именно объект будет приобретен, и в случае несогласия с покупкой указанной квартиры была вправе не принимать на себя вышеуказанные обязательства, в связи с чем, имеются основания полагать, что истица осознанно и добровольно приняла на себя обязательства по кредиту, уже зная на ее имя будет приобретено конкретное жилое помещение по известной ей цене.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Суд приходит к выводу, что истицу никто не понуждал ни к выдаче доверенности, ни к заключению договора займа на приобретение конкретного имущества, ни к приобретению квартиры, которая впоследствии ей не понравилась. С момента выдачи доверенности до момента приобретения квартиры прошел период времени с 16 по 25 октября 2019 года, за указанное время истица имела возможность воспользоваться юридической помощью, в связи ссылаться лишь на юридическую неграмотность как на заблуждение и обман со стороны поверенного, противоречит закону.

По этим же основаниям суд считает несостоятельными доводы представителя истицы о превышении ФИО3 полномочий, предоставленных ей доверенностью, и об отсутствии последующего одобрения сделки со стороны Шевчук. Получение целевого займа на приобретение конкретного имущества, указанного в договоре займа, расценивается судом как одобрение сделки.

Доводы истицы о том, что по договору купли-продажи ей не продан земельный участок, не порочат совершенную сделку по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 273 ГК РФ при переходе права собственности на здание или сооружение, принадлежавшее собственнику земельного участка, на котором оно находится, к приобретателю здания или сооружения переходит право собственности на земельный участок, занятый зданием или сооружением и необходимый для его использования, если иное не предусмотрено законом.

Из указанного следует, что к новому собственнику квартиры перейдет именно тот вид права на участок, который принадлежал продавцу квартиры.

Виды прав на земельный участок предусмотрены Земельным кодексом РФ. ЗК РФ делит права на землю на две категории: собственность (гл. III ЗК РФ); прочие права (гл. IV, V ЗК РФ), к которым в том числе относится право безвозмездного пользования земельным участком.

Из материалов дела следует, что земельный участок, на котором находится квартира, был предоставлен супругу ФИО2 на праве пользования, то есть земельный участок не принадлежал ФИО2 на праве собственности, а, следовательно, и не мог быть продан по договору купли-продажи.

Соответственно, при переходе права собственности на квартиру к ФИО1 к ней также перешел такой вид права на земельный участок, как безвозмездное пользование земельным участком. Помимо прочего, данный вид права не препятствует ФИО1 обратиться с соответствующим заявлением в администрацию сельского поселения и получить указанный участок в собственность бесплатно.

Кроме того, как указано выше, в договоре целевого займа указано, что заем предоставляется для покупки квартиры, то есть земельный участок изначально не был указан в качестве предмета сделки. Подписывая целевой договор займа с указанием цели кредита «на покупку квартиры», ФИО1 могла и должна была осознавать, что земельный участок принадлежит продавцу на ином праве, отличном от права собственности.

Доводы представителя истца о том, что договор не мог быть зарегистрирован без земельного участка, не оцениваются судом как не относящиеся к предмету спора, так как предметом спора является действительность сделки, а не факт ее регистрации. Суд исходит из того, что регистрация перехода права произведена, а законность регистрации истица вправе оспорить путем предъявления соответствующего самостоятельного иска к регистрирующему органу.

Доводы о введении истицы в заблуждение относительно состояния квартиры не могут служить основанием недействительности сделки.

Из договора купли-продажи следует, что стороны имущественных претензий к друг другу не имеют.

В силу прямого указания ст. 211 ГК РФ риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

В судебном заседании достоверно установлено и не отрицалось истицей ФИО1, что договор купли-продажи с отметкой о регистрации перехода права собственности был передан ей ФИО3 в октябре- начале ноября 2018 г.

В период с ноября 2018 года по июнь 2019 года истица квартиру не посещала, ее судьбой и сохранностью не интересовалась.

Суд приходит к выводу, что истица, являясь собственником имущества, несет бремя охраны принадлежащей ей квартиры, однако, без уважительных на то причин не приняла должных мер к охране собственного имущества, которое в течение полугода оставалось без присмотра.

Доказательств, что недостатки квартиры (разломана печь, отсутствуют стекла, двери, водоснабжение и электричество) имели место в момент ее продажи, а не возникли впоследствии по причине оставления имущества без контроля, суду не представлено.

Акт технического состояния квартиры, представленный истицей, датирован ДД.ММ.ГГГГ То есть, с момента покупки квартиры до момента составления данного акта прошло более года. Помимо отсутствия печати на указанном документе, он составлен ДД.ММ.ГГГГ и отражает текущее состояние жилого помещения и не доказывает, что жилое помещение было таковым в момент его продажи.

Доводы истца о невозможности выделить доли по техническим причинам, то есть исполнить требования Пенсионного Фонда РФ, взятые на себя в связи с расходованием средств материнского (семейного) капитала, основаны на неправильном толковании норм материального права.

Из системного толкования ст.ст. 244-245 ГК РФ следует, что долевая собственность возникает на основании соглашения сторон.

Таким образом, для определения долей необходимо лишь заключение письменного соглашения между участниками долевой собственности.

Заключение соглашения об определении долей не является выделом доли в натуре, а потому техническая возможность выдела имущества при заключении соглашения о долевой собственности не имеет значения.

Распорядившись средствами материнского (семейного) капитала, ФИО1 приняла на себя обязательство лишь оформить квартиру в долевую собственность членов семьи. Выдел доли в натуре законом не предусмотрен, в связи с чем ссылка истицы на невозможность выдела доли по техническому состоянию дома как на основание недействительности сделки противоречит закону.

Доводы представителя истицы об ошибочном написании в договоре купли-продажи фамилии продавца (Романовская вместо Романская) не могут быть основанием для недействительности сделки.

Предметом сделки является квартира, то есть объект недвижимости, который принадлежит ФИО2 Описка в договоре в части указания фамилии собственника не изменяет существа сделки, не меняет принадлежности продаваемого объекта и его характеристик. Описка в договоре в написании фамилии продавца не указана в законе как основание для признания сделки недействительной.

Таким образом, доказательств того, что выраженное волеизъявление истицы на приобретение спорной квартиры не соответствует ее действительной воле по основанию неправильного понимания природы сделки, а также лица, с которым она заключается, суду не представлено.

В связи с отсутствием законных оснований для удовлетворения основного требования о признании сделки недействительной, также не подлежат удовлетворению производные от основного исковые требования о восстановлении в ЕГРН записи о регистрации права на квартиру за ответчиком ФИО2, о разрешении вопроса о возврате ответчиками денежных средств на расчетный счет Пенсионного фонда и восстановлении за Шевчук права повторного обращения за дополнительными мерами государственной поддержки.

При этом суд также учитывает, что истицей не доказан допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами факт передачи денег для последующего расчета за квартиру поверенному ФИО3 Поверенный ФИО15 не является стороной сделки, она лишь действовала в интересах стороны покупателя на основании доверенности, равно как ФИО4, являясь доверенным лицом продавца недвижимости, не является собственником имущества, которое является предметом сделки, не получала денежных средств, а потому ни ФИО3, ни ФИО4 не являются надлежащими ответчиками по иску о признании сделки недействительной и возврате денежных средств. Произвести замену ненадлежащих ответчиков сторона истца отказалась.

Судом также учитывается, что в сделке купли-продажи средства материнского (семейного) капитала не участвовали. Данный факт не отрицался представителем истицы в судебном заседании. То обстоятельство, что впоследствии средства материнского (семейного) капитала были направлены на погашение целевого займа, не относятся к существу рассматриваемого спора, а потому требования, направленные на восстановление каких-либо прав ФИО1 на дополнительные меры государственной поддержки, предусмотренные соответствующим законом № 256-ФЗ от 29.12.2006 г., не могут быть рассмотрены в рамках настоящего дела. Тем более, данные требования не могут предъявлены к ответчикам, заявленных истцом в качестве таковых по предъявленному иску.

В соответствии с ч.2 ст. 103 ГПК РФ при отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

Истица ФИО1 при подаче искового заявления не доплатила государственную пошлину в размере 5 300 рублей и ходатайствовала об отсрочке ее уплаты до рассмотрения дела по существу.

В связи с отказом в удовлетворении иска, с истицы в доход государства подлежит взысканию недоплаченная ею государственная пошлина в сумме 5 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении требований искового заявления к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход государства государственную пошлину в размере 5 300 (пяти тысяч трехсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белоглинский районный суд Краснодарского края.

Мотивированное решение составлено 27 декабря 2019 года.

Судья Т.В. Азовцева