Апелляционное постановление № 10-2/2025 от 23 октября 2025 г. по делу № 1-18/2025

№10-2/2025

УИД 03МS0192-01-2025-003055-10


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

с. Кушнаренково 24 октября 2025 года

Кушнаренковский районный суд Республики Башкортостан в составе судьи Белорусовой Г.С.,

при секретаре Амоновой Э.Р.,

с участием государственного обвинителя – прокурора Кушнаренковского района Республики Башкортостан Галеева А.Н.,

подсудимой ФИО1, ее защитника – адвоката Батыровой Р.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя - помощника прокурора Кушнаренковского района Республики Башкортостан Хазиевой Э.Ф. и апелляционной жалобе подсудимой ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка по Кушнаренковскому району Республики Башкортостан от 02 сентября 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159 УК РФ возвращено прокурору <адрес> Республики Башкортостан для устранения препятствий его рассмотрения судом,

Заслушав выступления участников процесса: прокурора Галеева А.Н., поддержавшего доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, подсудимую ФИО1, ее защитника – адвоката Батырову Р.Р., поддержавших доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, проверив и изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд, руководствуясь ст. ст. . 389.20, 389.28 УПК РФ,

установил:

Органом предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159 УК РФ – мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана.

Мировым судьей по своей инициативе принято решение о возвращении дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Данное решение мотивировано тем, что фактические обстоятельства, изложенные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении не в полной мере соответствуют обстоятельствам, установленным в ходе судебного следствия, в том числе после допроса свидетелей Г. и Г.К., которые пояснили, что согласия на оформление кредитов и снятие указанных денежных средств с их счетов не давали.

При этом ФИО1 какого-либо незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами информационно-телекоммуникационные сети микрокредитных организаций не осуществляла, доступ к денежным средствам получила, воспользовавшись необходимыми учетными данными Г. и Г.К. Кроме того, совершение онлайн операций по оформлению договоров займа производилось дистанционно, без личного участия сотрудников микрокредитных организаций. Указанные обстоятельства указывают на наличие оснований для иной квалификации действий ФИО1, как более тяжких преступлений, что не позволяет суду принять законное и обоснованное решение на основании обвинительного заключения, и уголовное дело подлежит направлению прокурору для дачи надлежащей правовой оценки действий обвиняемой.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора Кушнаренковского района Республики Башкортостан выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несоответствия выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Указывает, что в силу абз. 2 п. 25.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицируются действия лица и в том случае, когда оно тайно похитило денежные средства с банковского счета или электронные денежные средства, использовав необходимую для получения доступа к ним конфиденциальную информацию владельца денежных средств (например, персональные данные владельца, данные платежной карты, контрольную информацию, пароли).

В случае квалификации действий лица по ст. 158 УК РФ потерпевшим признается физическое лицо, при квалификации действий по ст. 159 УК РФ - юридическое лицо.

Потерпевшими по делу ФИО1 признаны представители вышеуказанных микрофинансовых организаций.

По мнению суда, исходя из изложенных судом суждений о дистанционном доступе, в действиях ФИО1 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Решение суда является оспоримым. Представляется, что имелись достаточные основания для квалификации действий ФИО1 по ст. 159 УК РФ, поскольку она, используя анкетные данные других лиц, не осведомленных о её действиях, то есть, фактически представляясь другим человеком, похитила денежные средства микрофинансовых организаций путем обмана.

Из материалов уголовного дела следует, что потребительские займы с Г., Г.К. не заключались, принадлежащие им собственные денежные средства, которые могли быть похищены, на их банковских счетах отсутствовали, а были зачислены на счета ввиду обмана со стороны ФИО1, которая с использованием мобильного телефона, учетных данных Г., Г.К. и личного кабинета портала «Госсуслуги», приложения «Сбербанк России» оформила от их имени заявки на получение потребительских займов.

При этом Г., Г.К., как владельцы счетов, на который были перечислены денежные средства, фактически не обогатились, поскольку в момент зачисления денежных средств указанные счета находились под контролем ФИО1, в связи с чем Г., Г.К. не обладала возможностью распоряжаться поступившими на счет денежными средствами.

Использование ФИО1 персональных данных Г., Г.К. при совершении мошеннических действий по оформлению потребительских займов и свидетельствует о её умысле на хищение денежных средств, принадлежащих <данные изъяты>

Из показаний представителей потерпевших данных организаций следует, что ущерб причинен микрофинансовым учреждениям, свидетели Г. и Г.К. мер к уплате кредитной задолженности не предпринимали, в этой связи потерпевшими по делу не являются.

При этом показания Г. и Г.К., данные на стадии предварительного расследования, подтверждают фактические обстоятельства совершения преступления, свидетельствующие об умысле ФИО1 на хищение денежных средств, принадлежащих именно вышеприведенным микрофинансовым организациям, а не Г. и Г.К.. Кредитные средства организаций предоставлены не Г., Г.К. и не в результате их действий, а ФИО1, обманным путём действовавшей от их имени.

Данные обстоятельства свидетельствуют о причинении материального ущерба организациям в результате заключения потребительских займов с использованием данных третьих лиц, поскольку ничтожные кредитные договоры обязательства перед микрофинансовыми организациями у Г., Г.К. не влекут. Фактически данные сделки являются недействительными и не порождают у них наличие обязательств перед учреждениями.

В этой связи к обстоятельствам данного уголовного дела не применимы положения п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», указывающие, что в случаях, когда лицо похитило безналичные денежные средства, воспользовавшись необходимой для получения доступа к ним конфиденциальной информацией держателя карты, переданной злоумышленнику самим держателем платежной карты под воздействием обмана, действия виновного квалифицируются как кража.

При рассмотрении дела в суде представители потерпевших <данные изъяты> показали о причинённых ущербах непосредственно ФИО1. Данные ущербы незначительные для обществ, возмещены ФИО1

Такое хищение нельзя считать хищением, совершенным в пользу третьего лица - действительного владельца банковского счета, от имени которого в банк обратился виновный, поскольку в результате указанных действий владелец счета фактически не обогащается. Действительно, кредитные средства зачисляются на его банковский счет, однако сам счет на момент зачисления на него денежных средств находится под контролем виновного, в связи с этим владелец счета лишен возможности распоряжаться поступившими на счет денежными средствами. Признание факта обогащения владельца банковского счета за счет кредитных средств лишь на основании того, что денежные средства были зачислены на его счет, как это предлагается представителями банков, без учета того, получил владелец счета возможность распоряжаться этими средствами или нет, приведет к парадоксальной ситуации, когда кражей с банковского счета необходимо будет признавать списание денег с данного счета, даже если деньги на такой счет поступили по инициативе контролирующего этот счет преступника (например, преступник перечислил на него свои деньги, чтобы, скажем, рассчитаться с этого счета за приобретенные наркотические средства). Поскольку владелец счета в действительности за счет полученных вышеуказанным способом кредитных средств не обогащается, то и ущерба вследствие перевода этих средств на другой счет или их обналичивания ему не причиняется.

Таким образом, при хищении средств организаций путем потребительских займов чужой банковский счет используется преступником в качестве средства совершения преступления. Все последующие действия виновного с поступившими на данный подконтрольный ему банковский счет денежными средствами (перевод их на другой счет, обналичивание с помощью банкомата) представляют собой распоряжение уже похищенным им у кредитной организации имуществом и уголовно-правовой оценке не подлежат.

При данных обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о допущенных в ходе предварительного расследования уголовного дела существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, исключающего возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, представляется необоснованным, противоречащим закону, предъявленное ФИО1 обвинение не исключает её привлечения к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (4 эпизода).

Согласно 4 ст. 231 УПК РФ стороны должны быть извещены о месте, дате и времени судебного заседания не менее чем за 5 суток до его начала. 11.08.2025 судьей вынесено постановление о назначении судебного заседания на 25.08.2025, постановлено известить участников процесса о месте, дате и времени судебного заседания не позднее, чем за 5 суток до его начала. В материалах уголовного дела содержится расписка помощника прокурора Кушнаренковского района Хазиевой Э.Ф. о получении копии постановления от 11.08.2025 о назначении судебного заседания 12.08.2025. Однако, сотрудники прокуратуры Кушнаренковского района, в том числе Хазиева Э.Ф., не были уведомлены о рассмотрении уголовного дела на 25.08.2025. Хазиевой Э.Ф. поставлена подпись в расписке без даты 25.08.2025 и именно в этот день она приступила к исполнению обязанностей помощника прокурора Кушнаренковского района Республики Башкортостан, ранее занимая должность помощника прокурора <адрес> Республики Башкортостан, находясь по месту службы в другом территориальном районе. Таким образом, судом нарушены требования уголовно-процессуального закона о надлежащем уведомлении прокуратуры района о месте, дате и времени судебного заседания, что, в свою очередь, повлекло нарушение гарантированных указанным законом его прав и интересов.

Из содержания протокола судебного заседания от 25.08.2025 следует, что вопросов о том, готов ли к проведению судебного заседания государственный обвинитель, судом первой инстанции не выяснялся. В протоколе судебного заседания также не содержится сведений об исследовании судом соответствующих письменных документов, подтверждающих надлежащее извещение прокурора о дате, времени и месте судебного заседания в срок, установленный ч. 4 ст. 231 УПК РФ.

Кроме того, в нарушение требований уголовного - процессуального закона, резолютивная часть судебного постановления не содержит ссылок на нормы УПК РФ, которыми руководствовался суд, принимая данное решение.

Просит постановление мирового судьи судебного участка по Кушнаренковскому району Республики Башкортостан от 02 сентября 29025 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору района для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить и передать дело в суд первой инстанции в ином составе судей со стадии судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе подсудимая ФИО1 не соглашаясь в вынесенным постановлением, указывает, что ею входе предварительного следствия было заявлено ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке, которое в ходе судебного заседания ею было поддержано. Вину она полностью признала, в содеянном раскаялась, причиненный ущерб возместила в полном объеме. Ее действия были правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 159 УК РФ, представителя потерпевших организаций показали о причинении ущерба непосредственно ею, для указанных организаций он является незначительным.

Просит постановление мирового судьи судебного участка по Кушнаренковскому району Республики Башкортостан от 02 сентября 29025 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору района для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить и передать дело в суд первой инстанции в ином составе судей со стадии судебного разбирательства.

В суде апелляционной инстанции прокурор доводы апелляционного представления поддержал, против апелляционной жалобы подсудимой возражений не представил.

Подсудимая ФИО1 и ее защитник – адвокат Батырова Р.Р. апелляционную жалобу поддержали, также поддержали доводы апелляционного представления.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав прокурора, подсудимую, защитника, не находит оснований для отмены судебного решения.

В соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно уголовно-процессуальному законодательству, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

В соответствии с ч. 1 ст. 220 УПК РФ обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, а также формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Из описания преступного деяния следует, что ДАТА, ДАТА, ДАТА, ДАТА ФИО1, находясь по адресу: <адрес>, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, с целью получения денежных средств в <данные изъяты> в виде потребительского займа, используя мобильный телефон марки <данные изъяты> с функцией бесконтактных платежей «NFC», посредством сети «Интернет» заходила на сайты вышеуказанных микрофинансовых организаций, заполняла анкеты и заявления на предоставление потребительских займов, указывая заведомо ложные сведения о своей личности и размере дохода, а именно при заполнении анкетных данных умышленно вносила персональные данные своих родственников Г., Г.К., которые ранее добровольно предоставили ей доступ к порталу «Госуслуги» и своим банковским счетам в мобильных приложениях, чтобы та оплачивала за них коммунальные и иные платежи.

В вышеуказанные даты на основании предоставленных ФИО1 сведений сотрудники <данные изъяты> проводившие проверки по заявкам, введенные в заблуждение, приняли положительные решения о предоставлении потребительских займов в размере 19 500 руб., 15 000 руб., 13 500 руб., 5 000 руб., соответственно, после чего дистанционно заключались договоры потребительского займа.

В последующем денежные средства переведены на счета Г., Г.К., которые фактически находились в пользовании ФИО1, а последняя, получив денежные средства, распорядилась ими по своему усмотрению..

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении не в полной мере соответствуют обстоятельствам, установленным в ходе судебного следствия.

Свидетели Г. и Г.К. пояснили, что согласия на оформление кредитов и снятие указанных денежных средств с их счетов не давали. При этом ФИО1 какого-либо незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами информационно-телекоммуникационные сети микрокредитных организаций не осуществляла, доступ к денежным средствам получила, воспользовавшись необходимыми учетными данными Г. и Г.К. Кроме того, совершение онлайн операций по оформлению договоров займа производилось дистанционно, без личного участия сотрудников микрокредитных организаций. Указанные обстоятельства указывают на наличие оснований для иной квалификации действий ФИО1, как более тяжких преступлений, что не позволяет суду принять законное и обоснованное решение на основании обвинительного заключения, и уголовное дело подлежит направлению прокурору для дачи надлежащей правовой оценки действий обвиняемой.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 N 48 (ред. от 15.12.2022) "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", в случаях когда лицо похитило безналичные денежные средства, воспользовавшись необходимой для получения доступа к ним конфиденциальной информацией держателя платежной карты (например, персональными данными владельца, данными платежной карты, контрольной информацией, паролями), переданной злоумышленнику самим держателем платежной карты под воздействием обмана или злоупотребления доверием, действия виновного квалифицируются как кража.

В соответствии с пунктом 21 указанного Постановления в тех случаях, когда хищение совершается путем использования учетных данных собственника или иного владельца имущества независимо от способа получения доступа к таким данным (тайно либо путем обмана воспользовался телефоном потерпевшего, подключенным к услуге "мобильный банк", авторизовался в системе интернет-платежей под известными ему данными другого лица и т.п.), такие действия подлежат квалификации как кража, если виновным не было оказано незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети. При этом изменение данных о состоянии банковского счета и (или) о движении денежных средств, происшедшее в результате использования виновным учетных данных потерпевшего, не может признаваться таким воздействием.

Доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы о том, что микрофинансовые организации полагают, что ущерб причинен им, и что по уголовному делу они признаны потерпевшими не влияет на квалификацию преступных деяний.

Как следует из материалов дела, заемные денежные средства поступали на счета Г. и Г.К., в последующем подсудимая ФИО1 потратила указанные денежные средства, в том числе путем совершения покупок с использованием денежных средств, находящихся на счетах Г. и Г.К..

В судебном разбирательстве не допускается изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого.

Установление обстоятельств совершения преступления относится к исключительной компетенции органов предварительного следствия.

Суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступления, его способов, мотивов, целей и последствий. При этом от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации прав всех участников уголовного судопроизводства.

Таким образом, мировой судья, установив, что действия ФИО1 подлежат квалификации как совершение более тяжких преступлений, обоснованно принял решение о возврате дела прокурору.

Восполнение данного нарушения в ходе рассмотрения уголовного дела судом не представляется возможным, поскольку установление этих обстоятельств и подтверждающих доказательств, прежде всего, отнесено к компетенции органов предварительного расследования.

Доводы представления о том, что государственный обвинитель не был заблаговременно извещен о судебном заседании от 25 августа 2025 года, незаконности вынесенного постановления не влекут, поскольку обжалуемое постановление вынесено 02 сентября 2025 года, о рассмотрении уголовного дела 02 сентября 2025 года государственный обвинитель был извещен 25 августа 2025 года.

Постановление содержит ссылки на нормы права, которым руководствовался мировой судья при принятии решения, дополнительного указания на нормы УПК РФ в резолютивной части постановления не требуется.

Принятое судом первой инстанции постановление о возвращении уголовного дела прокурору соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ, в нем приведены мотивы принятого решения, не согласиться с которыми оснований не имеется.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, повлиявших на исход дела, и которые в силу ст. 389.15 УПК РФ являлись бы основаниями для отмены либо изменения в апелляционном порядке постановления суда, не допущено, в связи с чем, оснований к удовлетворению апелляционного представления и апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Постановление мирового судьи судебного участка по Кушнаренковскому району Республики Башкортостан от 02 сентября 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159 УК РФ возвращено прокурору Кушнаренковского района Республики Башкортостан для устранения препятствий его рассмотрения судом, оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя - помощника прокурора Кушнаренковского района Республики Башкортостан Хазиевой Э.Ф. и апелляционную жалобу подсудимой ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) путем подачи кассационной жалобы и кассационного представления в течение шести месяцев со дня вступления настоящего решения в законную силу.

Председательствующий Г.С. Белорусова