Решение № 2-891/2018 2-891/2018~М-905/2018 М-905/2018 от 10 сентября 2018 г. по делу № 2-891/2018

Дело № 2-891/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области в составе:

председательствующего Степанцовой Е.В.,

при секретаре Бунаковой Е.В.,

с участием прокурора Равинской В.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Анжеро-Судженске

11 сентября 2018 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику АО «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивирует тем, что с 25.07.2006 по 18.11.2009 он работал в ОАО «Шахта Южная». 09.06.2009г. на территории шахты, при исполнении трудовых обязанностей, с ним произошел несчастный случай, а именно <...>. Вред здоровью заключался: <...>.

Согласно пункту 10 акта о несчастном случае на производстве № от 30.07.2009 года в действиях пострадавшего факта грубой неосторожности, содействующей возникновению вреда (увеличению вреда) не установлено.

В момент удара по голове, истец испытал резкую боль и потерял сознание, очнувшись и выйдя на поверхность, он был доставлен в травматологическое отделение, где находился с 10.06.2009 по 22.06.2009г., а с 01.07.2009г. по 24.07.2009г. находился па лечении в <...> отделении ЦГБ № <адрес>.

В период лечения вынужден был длительное время выполнять лечебные процедуры, принимать лекарственные препараты. Однако, несмотря на проведенное лечение, восстановление здоровья не наступило: истец постоянно испытывает <...>. Из-за травмы, <...>.

Так и не восстановив свое здоровье, из-за стойкой потери трудоспособности 18.11.2009 года он был уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

До травмы истец никогда ранее не обращался в медицинские учреждения с жалобами на головные боли, был активным человеком. В свободное от работы время занимался спортом, был физически крепким.

После травмы истец на всю жизнь остался ограниченным человеком, ему пришлось отказаться от любимых занятий спортом, он не имеет возможности, как раньше, проводить активный отдых с детьми, что доставляет ему сильные душевные страдания. Из-за переживаний по поводу травмы он стал раздражительным, что в свою очередь отразилось на членах семьи и друзьях.

Программой реабилитации пострадавшего, истцу противопоказан труд с контактом токсических веществ, значительной и умеренной физической и нервно-психической нагрузками, работой на высоте, неблагоприятными метеоусловиями.

Из-за потери работы и невозможности, по состоянию здоровья, найти новую, он не может нормально обеспечивать своих детей и покупать им все необходимое, всякий раз переживая по этому поводу.

При смене погодных условий, особенно весной и осенью, у него обостряются <...> и вынужден просить помощи у посторонних людей.

По настоящее время истец продолжает лечение, принимает лекарственные препараты, однако, восстановление его здоровья уже невозможно, так как с 23.10.2014г. ему установлено 40 % утраты трудоспособности бессрочно.

Пройдя длительное лечение истцу диагностировано: <...>.

Заключением МСЭ от 01.11.2012г. истцу установлена <...> бессрочно, в связи с трудовым увечьем. Таким образом, в молодом возрасте (<...>) истец стал <...>, что вызывает в нем чувство подавленности и безысходности, поскольку последствия травмы являются необратимыми, в связи с чем, он испытывает нравственные страдания ввиду невозможности чувствовать себя полноценным человеком.

26.06.2018г., с целью урегулировать спор в добровольном порядке, он обращался к работодателю с претензией. Однако, ответчик, никаким образом, но настоящее время моральный вред не возместил, претензия оставлена без ответа и удовлетворения.

В связи с таким равнодушным отношением со стороны предприятия к нуждам своих работников, истец испытал сильные душевные волнения, разочарование и чувство глубокой обиды, за то, что получив производственную травму, он оказался лишенным права на получение справедливой компенсации морального вреда.

До конца не восстановив свое здоровье, он вынужден обивать пороги в целях защиты своих прав. Моральный вред в связи с получением производственной травмы и оценивает в 1 000 000 рублей, хотя это и безмерно малая компенсация тех физических и нравственных страданий которые он перенес.

Просит суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Истец в ходе рассмотрения дела требования уточнил, просил взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 871 737,20 рублей, а также единовременное пособие, незаконно удержанное в качестве налога, в размере 19 116 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и представитель истца ФИО1 – ФИО2, допущенный к участию в деле на основании п.6 ст. 53 ГПК РФ, заявленные, а также уточненные требования поддержали.

Представитель ответчика АО «Черниговец» – ФИО3, действующая на основании доверенности № от 24.05.2018 года, в судебном заседании исковые требования истца не признала, поддержала позицию, изложенную в письменных возражениях.

В письменных возражениях указала, что 30.03.2010 года истцу выплачено единовременное пособие в счет компенсации морального вреда в размере 128 262,88 рубля с учетом положений коллективного договора, вытекающего из положений п.5.4 Федерального отраслевого соглашения, что подтверждается платежным поручением № от 30.03.2010 года. Таким образом, требования ФИО1 к АО «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей не подлежат удовлетворению. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. С учетом степени вины истца, легкой степени повреждения здоровья, считает, что компенсации морального вреда в размере 128 262,88 рубля, выплаченная ответчиком в добровольном порядке, является достаточной и соразмерной степени вины причинителя вреда.

Заслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему:

Так, статья 37 Конституции РФ провозглашает право каждого на труд в безопасных условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Право граждан на безопасный труд, как и иные конституционные права и свободы, является непосредственно действующим, определяет наряду с другими правами и свободами смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечивается правосудием.

Основными направлениями государственной политики в области охраны труда являются, в том числе обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников, профилактика несчастных случаев и повреждения здоровья работников.

В целях реализации конституционного права граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены труда Трудовой Кодекс РФ в числе основных предусматривает ряд обязанностей работодателя в сфере охраны труда.

Согласно ч.2 ст.212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить:

недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний;

принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи;

расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно ст. 151 Гражданского Кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 237 Трудового Кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 1099 Гражданского Кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского Кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что с 25.07.2006 истец состоял с ООО «Шахта Южная» в трудовых отношениях в должности электрогазосварщика (приказ№-к от 25.07.2006 (л.д.38)). 15.07.2007 ООО «Шахта Южная» реорганизовано в ЗАО «Шахта Южная». 02.04.2007 истец переведен на должность горнорабочего подземного 3 разряда, ЗАО «Шахта Южная» реорганизовано в ОАО «Шахта Южная». 20.04.2009 переведен на участок 33 по добыче угля горнорабочим очистного забоя 4 разряда. 18.11.2009 уволен (приказ №-к от 13.11.2009 (л.д.39)) по п.8 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ в связи с отказом от перевода на другую работу, необходимым в соответствии с медицинским заключением (л.д.6-7).

13.01.2014г. ОАО «Шахта Южная» реорганизована в форме присоединения к ОАО «Черниговец».

Из акта № о несчастном случае на производстве от 30.07.2009г. следует, что 09.06.2009г. на участке по добыче угля № 3 ОАО «Шахта Южная» с истцом произошел несчастный случай: после окончания 1 смены горнорабочий очистного забоя ФИО1 в 17 часов поднялся по Конвейерному штреку. В на Конвейерный наклонный ствол, поднялся на посадочную площадку, запрыгнул на ленту ленточного конвейера «H+E Logistik», работающего в грузовом режиме. Лента была пустая. Проехав около минуты на ФИО1 упал случайный предмет (предположительно кусок породы, затяжка). Доехав до площадки схода ФИО1 сошел с ленты. На поверхности шахты, пострадавшего заметили рабочие участка, который шел прижав правой рукой голову, сопроводили его до вахтового автомобиля и сообщили диспетчеру. ФИО1 был доставлен в больницу <адрес>, где ему была оказана помощь. Госпитализирован в МУЗ «Центральная городская больница» <адрес>. Установлен диагноз: <...> (л.д.8-9).

Согласно справке серии МСЭ-2012 № от 24.10.2012г. (л.д.11), истцу установлена <...> бессрочно по причине трудового увечья (л.д.10).

Согласно справке серии МСЭ-2013 № от 23.10.2014г. (л.д.12) истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 40 % в связи с несчастным случаем от 09.06.2009г. акт № от 30.07.2009г., с 23.10.2014г. бессрочно.

Программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 19.10.2016г., в связи с последствиями травмы <...>, истцу определена нуждаемость в реабилитации. Рекомендации о противопоказанных и доступных видах труда: противопоказан труд с контактом токсических веществ, значительной и умеренной физической и нервно-психической нагрузками, работой на высоте неблагоприятными метеоусловиями. По последствиям производственной травмы может продолжать профессиональную деятельность в обычных производственных условиях более низкой квалификации с 19.10.2016г по 19.10.2018г. (л.д.10).

Согласно выписке из амбулаторной карты (л.д.27) истец с 10.06.2009 по 22.06.2009 находился на стационарном лечении в <...> отделении с диагнозом: <...> (производственная травма 09.06.2009). С 01.07.2009 по 24.07.2009 на стационарном лечении в <...> отделении. С 25.07.2009 по 26.10.2009 находился на амбулаторном лечении.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом установлен факт причинения истцу физических и нравственных страданий в результате полученной травмы, что является основанием для компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1083 ГК РФ, согласно части 2 которой при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Причинение вреда здоровью истца в результате полученной травмы обусловлено со стороны ответчика неудовлетворительной организацией охраны труда, а также передвижением истца на ленточном шахтном грузовом конвейере, не оборудованном в соответствии с Инструкцией по безопасной перевозке людей ленточными конвейерами в подземных выработках угольных и сланцевых шахт, что свидетельствует о наличии вины работодателя, поскольку работодатель в силу ст. 22 ТК РФ обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда. Бремя доказывания данного обстоятельства лежит на работодателе.

Принимая во внимание наличие причинно-следственной связи между неисполнением работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда и получением истцом травмы в результате несчастного случая на производстве, в связи с чем, истец длительное время находился на лечении, основания для взыскания компенсации морального вреда установлены.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса РФ.

Эта позиция подтверждается разъяснениями в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Проанализировав представленные доказательства, руководствуясь положениями ст.ст. 5, 22, 212, 237 ТК РФ, ч. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», суд приходит к выводу о том, что вред здоровью истца причинен при исполнении им трудовых обязанностей, поэтому обязанность по его возмещению должна быть возложена на ответчика с учетом степени вины получения истцом травмы, поскольку ответчик не создал истцу безопасных условий труда, тем самым причинив ему моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает, что истцом была получена производственная травма, обстоятельства полученной производственной травмы, вред, причиненный здоровью истца, длительный период времени прохождения лечения, установление 40 % утраты профессиональной трудоспособности и <...>, Истец испытал физические и нравственные страдания, до настоящего времени нуждается в реабилитационных мероприятиях, не имеет возможности работать по своей профессии, ограничен в возможности вести активный образ жизни, выполнять хозяйственные работы по дому.

Суд, учитывая требования разумности и справедливости, принимая во внимание наличие спора между сторонами, применяя нормы гражданского законодательства, регулирующего спорные правоотношения сторон, исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимание обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, определяет компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой истца, что повлекло за собой утрату профессиональной трудоспособности в размере 40 % и <...>, суд взыскивает с ответчика в пользу истца 90 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании недоплаты единовременного пособия, незаконно удержанного в качестве налога, в размере 19 116 рублей, суд приходит выводу об удовлетворении требования в связи со следующим:

Согласно приказу № от 23.03.2010 года и справке-расчету (л.д.40-41) истцу на основании его заявления (л.д.42) выплачено единовременное пособие в размере 20 % от среднего заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности в размере 147 428,88 рублей.

Расчет единовременного пособия был произведен в соответствии с п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Рф на 2007-2009гг. в связи с утратой профессиональной трудоспособности (л.д. 40).

Платежным поручением № от 30.03.2010 года (л.д.34) подтверждается, что ОАО «Шахта Южная» ФИО1 было выплачено единовременное пособие в размере 128 262,88 рубля.

Судом из пояснений сторон установлено, что из начисленного истцу единовременного пособия был удержан налог на доходы физических лиц в размере 19 116 рублей (147 428,88 – 13 %).

В соответствии со ст. ст. 8, 11 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями) "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" размер единовременной страховой выплаты определяется в соответствии со степенью утраты застрахованным профессиональной трудоспособности, указанное пособие относится к видам возмещения вреда, причиненного здоровью.

Согласно п. 2 ст. 1 Федерального закона от 24 июля 1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», настоящий федеральный закон не ограничивает права застрахованного на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством РФ в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим федеральным законом, устанавливает в РФ правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим федеральным законом случаях.

Выплата единовременного пособия предусмотрена положениями Федерального отраслевого соглашения работников угольной промышленности РФ.

Исходя из буквального толкования вышеуказанных норм следует, что основанием для назначения данной выплаты истцу является утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы, расчет которой производится в каждом конкретном случае с учетом степени утраты пострадавшим профессиональной трудоспособности, т.е. эти выплаты носят характер компенсации вреда, причиненного здоровью вследствие трудового увечья и иного повреждения здоровья.

В соответствии с п. 3 ст. 217 Налогового кодекса РФ не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) все виды установленных действующим законодательством Российской Федерации, законодательными актами субъектов Российской Федерации, решениями представительных органов местного самоуправления компенсационных выплат (в пределах норм, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации), связанных, в том числе, с возмещением вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья.

Руководствуясь вышеприведенными законоположениями и учитывая обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что единовременное пособие в связи с утратой профессиональной трудоспособности, предусмотренное Федеральным отраслевым соглашением, коллективным договором является компенсационной выплатой в возмещении вреда здоровью и не подлежит налогообложению в соответствии с п. 3 ст. 217 Налогового кодекса РФ, т.к. носит компенсационный характер.

Таким образом, суд приходит к выводу о неправомерном удержании из единовременного пособия, подлежащего выплате истцу, налога на доходы физических лиц в размере 19 116 рублей, в связи с чем, взыскивает указанную сумму с ответчика в пользу истца.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ. В данном случае в доход местного бюджета.

Поскольку при подаче искового заявления истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии со ст. 333.36 НК РФ, данная пошлина подлежит взысканию с ответчика при вынесении решения на основании ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ в доход местного бюджета в размере 1064,64 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично:

Взыскать с Акционерного общества «Черниговец», находящегося по адресу: 652420, Кемеровская область, г. Березовский, ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации в качестве юридического лица - 26.10.2002г., в пользу ФИО1, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>,

компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой от 09.06.2009 года в размере 90 000 рублей, недоплату единовременного пособия согласно Федерального отраслевого соглашения в сумме 19 116 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать полностью.

Взыскать с Акционерного общества «Черниговец» в доход Анжеро-Судженского городского округа государственную пошлину в размере 1064 рубля 64 копейки.

Решение может быть обжаловано и опротестовано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Анжеро-Судженский городской суд путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 17.09.2018 года.