Апелляционное постановление № 10-6/2017 от 15 августа 2017 г. по делу № 10-6/2017

Мировой судья Мартыненко Н.Н. Дело № 10-6/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕг. Кострома 16 августа 2017 года

Димитровский районный суд г. Костромы в составе председательствующего судьи Заикиной М.В., с участием прокурора Козловой Я.Н., защитника- адвоката Шунько О.В., при секретаре Калешкиной Ю.А., рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании

материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Кулаковой О.С. на постановление мирового судьи судебного участка № 14 Димитровского судебного района города Костромы от 26 июня 2017 года, которым уголовное дело № 26280 (№ 1-11/2017) по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 14 Димитровского судебного района г. Костромы от 26 июня 2017 года уголовное дело №26280 (№1-11/2017) по обвинению ФИО1, в совершении преступления, предусмотренного ст. 118 ч. 1 УК РФ, возвращено прокурору г.Костромы для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кулакова О.С. постановление мирового судьи отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение, поскольку оно не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и подлежит отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что оснований для возвращения прокурору не было, поскольку вопреки доводам суда об отсутствии в обвинительном акте предусмотренных п. 8 ч. 1 ст. 220 УПК РФ данных о потерпевшем, данные о потерпевшем У.С. и характере причиненного ему вреда в соответствии с требованиями УПК РФ указаны в обвинительном акте в томе 1 на листе дела 196. Указание судом в качестве одного из обстоятельств, влекущего возвращение уголовного дела прокурору, неправильного определения процессуального статуса Г.С., допущенного дознавателем в качестве представителя потерпевшего, не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Также полагала, что поскольку до допроса ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в качестве подозреваемого дознавателем уже было установлено обстоятельство, исключающие производство дознания в сокращенной форме, а именно возражение потерпевшего, в связи с чем не разъяснение ФИО1 на первоначальном этапе дознания права заявлять ходатайство о производстве дознания в сокращенной форме, также не является существенным нарушением норм УПК РФ.

В судебном заседании прокурор Козлова Я.Н. доводы апелляционного представления поддержала в полном объеме.

В судебном заседании защитник ФИО1 адвокат Шунько О.В. возражала против удовлетворения апелляционного представления, доводы, изложенные в постановлении мирового судьи судебного участка № Димитровского судебного района г. Костромы от 26 июня 2017 года поддерживала, кроме того, указала, что при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела ему не были разъяснены права в соответствии с ч.5 ст. 217 УПК РФ

Исследовав материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав мнение прокурора, защитника адвоката Шунько О.В., суд апелляционной инстанции находит постановление мирового судьи подлежащим отмене с направлением на новое судебное разбирательство в связи с существенными нарушениями уголовно процессуального закона, выразившимися в следующем.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

В соответствии с конституционно-правовым толкованием положений ст. 237 УПК РФ, сформулированным Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 8 декабря 2003 года N 18-П, в случае выявления допущенных органами дознания или предварительного следствия процессуальных нарушений суд вправе, самостоятельно и независимо осуществляя правосудие, принимать в соответствии с уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав участников уголовного судопроизводства и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу. Тем самым лицам, участвующим в уголовном судопроизводстве, прежде всего обвиняемому и потерпевшему, обеспечивается гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту их прав и свобод, а также другие права, закрепленные в ее статьях 47 - 50 и 52.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации исходил из того, что существенным процессуальным нарушением, препятствующим рассмотрению дела, является такое нарушение, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него функцию.

Применительно к конкретным процессуальным обстоятельствам, выявленным по уголовному делу в отношении ФИО1 указанные уголовно-процессуальные требования судом первой инстанции истолкованы неверно, что повлекло их неправильное применение при формировании выводов о возвращении уголовного дела прокурору.

Так, вопреки выводам суда об отсутствии в обвинительном акте предусмотренных п. 8 ч. 1 ст. 220 УПК РФ данных о потерпевшем, данные о потерпевшем У.С. и характере причиненного ему вреда в соответствии с требованиями УПК РФ указаны в обвинительном акте в томе 1 на листе дела 196. Указание судом в качестве одного из обстоятельств, влекущего возвращение уголовно дела прокурору, неправильного определения процессуального статуса Г.С., допущенного дознавателем в качестве представителя потерпевшего, не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку факт допуска ненадлежащего представителя потерпевшего не является неустранимым и не препятствует суду в привлечении к участию в уголовном деле надлежащего лица, о чем суд выносит соответствующее постановление.

Кроме того, судом в качестве обоснования возвращения уголовного дела прокурору указано отсутствие в материалах уголовного дела сведений о разъяснении ФИО1 права на заявлении ходатайства о производстве дознания в сокращенной форме, при этом не учтено следующее. Однако, в ходе производства дополнительного дознания указанные прокурором нарушения устранены, а именно при признании У.С. потерпевшим (т. 1 л.д. 88-90) дознавателем разъяснены предусмотренные УПК РФ права, а также порядок и правовые последствия производства дознания в сокращенной форме, предусмотренные главой 32.1 УПК РФ, при этом потерпевший возражал против производства дознания в сокращенной форме что в силу п. 6 ч. 1 ст. 226.2 УПК РФ является безусловным обстоятельством, исключающим производство дознания в сокращенной форме. Таким образом, до допроса ФИО1 в качестве подозреваемого дознавателем уже было установлено обстоятельство, исключающие производство дознания в сокращенной форме, а именно возражение потерпевшего. Согласно протоколу допроса подозреваемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что право ходатайствовать о производстве дознания в сокращенной форме, порядок и правовые последствия производства дознания в сокращенной форме до начала допроса подозреваемому дознавателем разъяснены, однако ФИО1 от подписи отказался.

Вопреки доводам защитника суд апелляционной инстанции считает, что при ознакомлении с материалами уголовного дела обвиняемому были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 217 УПК РФ, однако от подписи обвиняемый ФИО1 также отказался, о чем имеется запись в протоколе ознакомления обвиняемого и его защитники с обвинительным актом и материалами уголовного дела-т. 1 л.д. 203.

В связи с чем выводы суда о возвращении уголовного дела прокурору для восполнения неполноты проведенного дознания противоречат конституционно-правовому смыслу положений части первой статьи 237 УПК Российской Федерации по вышеизложенным основаниям.

При таких обстоятельствах, оснований для возвращения уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имеется, и постановление мирового судьи судебного участка № 14 Димитровского судебного района города Костромы подлежит отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 2 ст. 389.15 УПК РФ,

постановил:

постановление мирового судьи судебного участка № 14 Димитровского судебного района города Костромы от 26 июня 2017 года, которым уголовное дело № 26280 (№ 1-11/2017) по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом-отменить.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ, направить на рассмотрение по существу мировому судье судебного участка № 13 Димитровского судебного района г. Костромы.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента вынесения, но может быть обжаловано в Костромской областной суд в кассационном порядке Главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья М.В. Заикина