Приговор № 1-96/2017 от 28 мая 2017 г. по делу № 1-96/2017

Дело № *** г.


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Железногорск 29 мая 2017 года

Железногорский городской суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Сосновской К.Н.

с участием государственного обвинителя – ст.помощника

Железногорского межрайпрокурора ФИО1,

подсудимого Ш.А.М.,

его защитника - адвоката Мишина Н.С..,

представившего удостоверение № *** от **.**.** и ордер № *** от **.**.**,

потерпевших Ж.В.Н.,

С.И.Н.,

его представителя С.О.П.,

представителя гражданского ответчика Г.Н.Г.,

при секретаре Косыгине С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

Ш.А.М., **.**.** года рождения, уроженца *** области, проживающего и зарегистрированного по адресу: ***, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, состоящего в барке, имеющего на иждивении одного малолетнего ребенка **.**.** года рождения и одного несовершеннолетнего ребенка **.**.** года рождения, работающего водителем автобуса филиала ООО «АГРО БЕТОН», не военнообязанного, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

у с т а н о в и л:

Ш.А.М., управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

**.**.** в период времени с 07 часов 23 минут по 07 часов 28 минут водитель Ш.А.М., управляя автобусом «2227UT» регистрационный знак № ***, осуществлял движение по участку проезжей части 14 км автодороги «Тросна – Калиновка» – Михайловка – Линец» в *** области, со стороны населенного пункта Линец в направлении населенного пункта *** области.

Впереди автобуса «2227UT» регистрационный знак № *** под управлением водителя Ш.А.М. по ходу его движения на участке 14 км автодороги «Тросна – Калиновка» – Михайловка – Линец» в *** *** области в районе расположения СНТ «Ягодка» около остановки автобусов «Поворот на Ягодку» был расположен нерегулируемый пешеходный переход, обозначенный разметкой 1.14.1 «зебра» и дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 «Пешеходный переход», не имеющий искусственного освещения.

В это же время пешеход С.Н.Г. приступил к переходу проезжей части 14 км автодороги «Тросна – Калиновка» – Михайловка – Линец» в месте расположения вышеуказанного нерегулируемого пешеходного перехода слева направо по ходу движения автобуса «2227UT» регистрационный знак № *** под управлением Ш.А.М.

Единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации установлен Правилами дорожного движения Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года №1090, согласно которому: п. 1.3 - участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил…, знаков и разметки; п. 1.5 - участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; п. 10.1 - водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом… дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; п. 10.3 - вне населенных пунктов разрешается движение междугородним автобусам на всех дорогах - не более 90 км/ч; п. 14.1 - водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода».

Водитель Ш.А.М., проявляя преступную небрежность, управляя междугородним автобусом, осуществлял движение по участку проезжей части 14 км автодороги «Тросна – Калиновка» – Михайловка – Линец», расположенному вне населенного пункта и не имеющего искусственного освещения, со скоростью 98 – 105 км/час, превышающей установленное ограничение для движения на данном участке автодороги для междугородних автобусов – не более 90 км/час и избрал скорость, превышающую установленное ограничение, без учета дорожных условий, в частности видимости в направлении движения, которая, согласно заключению экспертов № *** от 30 декабря 2016 года соответствуя видимости в направлении движения автобуса, не должна была превышать 62 км/час.

Водитель Ш.А.М. не предвидел, что избранная им скорость движения 98 – 105 км/час, превышающая установленное ограничение, не соответствует дорожным условиям, в частности, видимости в направлении движения, и тем самым не обеспечивает ему контроля за движением управляемого им автобуса, в связи с чем, он создает угрозу дорожно-транспортного происшествия и ставит в опасность жизнь и здоровье других участников дорожного движения, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

В пути следования водитель Ш.А.М., проявляя преступную небрежность, управляя автобусом «2227UT» регистрационный знак № ***, обнаружив опасность для своего движения – пешехода С.Н.Г., вступившего на проезжую часть и переходящего ее в месте расположения вышеуказанного нерегулируемого пешеходного перехода и, согласно заключению экспертов № *** от 30 декабря 2016 года, располагая технической возможностью предотвратить наезд на пешехода, осуществляя движение со скоростью 98 – 105 км/час, превышающей установленное ограничение и не соответствующей дорожным условиям, не принял своевременных мер к снижению скорости управляемого им транспортного средства вплоть до его остановки и не уступил дорогу пешеходу С.Н.Г., нарушив своими действиями п.п.1.3, 1.5, 10.1, 10.3, 14.1 Правил дорожного движения РФ, допустил наезд на него.

Нарушение водителем Ш.А.М., управлявшим автобусом «2227UT» регистрационный знак № ***, пунктов 1.3, 1.5, 10.1, 10.3, 14.1 Правил дорожного движения РФ повлекло по неосторожности смерть пешехода С.Н.Г., которому в результате дорожно-транспортного происшествия, согласно заключению эксперта № *** от 13 апреля 2016 года, были причинены следующие телесные повреждения головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, которые рассматриваются в совокупности (за исключением кровоподтеков на внутренней поверхности левого локтевого сустава, на передне-внутренней поверхности правого коленного сустава и на тыльной поверхности левой кисти) как составляющие единого патофизиологического процесса и патоморфологического комплекса - тупая сочетанная травма тела (головы, шеи, туловища, конечностей), и квалифицируются, как причинившие ТЯЖКИЙ вред здоровью человека по признаку опасности для жизни и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти С.Н.Г. (п.22 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № ***н от 24.04.2008 г. «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Смерть С.Н.Г. наступила в результате тупой сочетанной травмы тела, осложнившейся массивной кровопотерей и находится в прямой причинной связи с допущенными Ш.А.М. нарушениями пунктов Правил дорожного движения РФ.

Вышеуказанное преступление Ш.А.М. совершил по неосторожности вследствие преступной небрежности, так как не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия нарушений Правил дорожного движения РФ, в результате которых наступила смерть человека.

Подсудимый Ш.А.М. виновным себя по ч. 3 ст. 264 УК РФ не признал, указав на то, что он действительно является водителем в ООО «АГРО БЕТОН» и 10 декабря 2015 года он, управляя автобусом «2227UT» регистрационный знак № *** в начале седьмого утра ехал за работниками в ***. Как он полагает, двигался он со скоростью 85-90 км/ч, с ближним светом фар. Подъезжая к пешеходному переходу в районе 14 километра трассы «Тросна-Калиновка-Михайловка-Линец», он разминулся со встречным автомобилем и сразу после этого почувствовал сильный удар и увидел на расстоянии 4-6 метров тень слева на право на середине дороги. Он сразу не понял, что что-то случилось. В этот момент он чуть-чуть вильнул влево и увидел на капоте тело. Он провез тело на капоте снижая скорость и при торможении тело соскочило. Объехав его, он припарковался около остановки и вышел из автомобиля. Подойдя к телу он понял что это человек, который уже не подавал признаков жизни. После этого он вызвал МЧС, а они уже вызвали скорую и полицию.

Ш.А.М. полагает, что в данной дорожно-транспортной ситуации он ничего не нарушил, поскольку он не мог представить, что в это время на данном пешеходном переходе может оказаться пешеход, поэтому опасность он для него не создавал, двигаясь на автобусе в зоне пешеходного перехода. Полагает, что именно пешеход, находясь в границах пешеходного перехода, создал опасность для его движения, поскольку именно С.Н.Г. должен был убедиться в безопасности перехода. Подсудимый считает, что не нарушал п. 14.1 ПДД, поскольку в данной ситуации пешеход должен был уступить ему дорогу. Ш.А.М. не оспаривал, что управлял автомобилем в данной дорожной ситуации без вставленной в тахограф карты водителя, в связи с чем, был привлечен к административной ответственности.

Гражданские иски, предъявленные потерпевшими С.И.Н. и Ж.В.Н. к ООО «АГРО БЕТОН» о компенсации морального вреда полагает не подлежащими удовлетворению, а вопрос о разрешении исков о возмещении материального ущерба и возмещении судебных издержек оставил на усмотрение суда.

Представитель гражданского ответчика ООО «АГРО БЕТОН» по доверенности адвокат Г.Н.Г. в судебном заседании показал, что в действиях пешехода С.Н.Г. усматривается грубая неосторожность, в связи с чем, при разрешении требований потерпевших о компенсации морального вреда необходимо применить положения ст. 1083 ГК РФ и снизить размер компенсации до <данные изъяты> рублей каждому. При разрешении гражданских исков просил учесть, что гражданская ответственность общества при управлении автобусом автобус «2227UT» регистрационный знак № *** была застрахована, однако потерпевшие не соблюли досудебный порядок обращения в страховую компанию за возмещением материального ущерба, в связи с чем, требования потерпевшей Ж.В.Н. не подлежат удовлетворению, как и требования потерпевшего С. о возмещении судебных издержек на оплату услуг представителя и транспортных услуг, поскольку как следует из объяснений представителя потерпевшего С. по доверенности С, он денежные средства за оказанные услуги в полной мере еще не получил.

Вместе с тем, вина подсудимого Ш.А.М. в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, потерпевшая Ж.В.Н. в судебном заседании показала, что погибший С.Н.Г. приходился ей мужем, с которым она проживала совместно. 10 декабря 2015 года ее супруг как обычно рано утром направился на дачу, расположенную в садовом обществе «Ягодка», куда он добирался на рейсовом автобусе. Он вышел из дома в 06 часов и поехал на автовокзал, где пересаживался на пригородный автобус. У него с собой был самодельный налобный фонарик, который он надевал при движении в темное время суток. Примерно в 07.20 – 07.25 часов ей позвонил сын и сообщил, что С.Н.Г. сбила машина. Она позвонила на телефон мужа и неизвестный мужчина сообщил ей, что ее муж погиб в результате ДТП. Она на место ДТП не выезжала, но ей известно, что у мужа было много телесных повреждений, полученных в результате ДТП. Смертью мужа ей причинен моральный вред, заключающийся в нравственных страданиях по погибшему близкому человеку, которые она испытывает до настоящего времени и которые привели к ухудшению ее здоровья. Эти страдания и переживания она оценивает в <данные изъяты> рублей. Кроме того, ей причинен имущественный ущерб, заключающийся в расходах, которые она понесла на проведение похорон и поминок в размере <данные изъяты> рублей и изготовления памятника в размере <данные изъяты> рублей, на общую сумму <данные изъяты> рублей. Она просит взыскать с ООО «АГРО БЕТОН» в возмещение указанных расходов сумму в размере <данные изъяты> рублей, а также расходы по составлению искового заявления в размере <данные изъяты> рублей.

Потерпевший С.И.Н. в судебном заседании показал, что 10 декабря 2015 года в 10-ом часу ему позвонил его родственник С.О.П. и сообщил о гибели отца – С.Н.Г., который погиб в результате ДТП. Ему известно, что ДТП произошло когда его отец переходил проезжую часть в районе СНТ «Ягодка». Он поддерживал с отцом теплые отношения, однако в несении расходов на его похороны участия не принимал. Смертью отца ему был причинен моральный вред, который С.И.Н. оценивает в <данные изъяты> рублей и просит взыскать его компенсацию с ООО «АГРО БЕТОН». Кроме того, просил взыскать с гражданского ответчика и возмещение судебных издержки на оплату услуг своего представителя и транспортные расходы сумму в размере <данные изъяты> рублей.

Свидетель И.С.А. в судебном заседании показал, что является инспектором ДПС ГИБДД МО МВД России «Железногорский» и 10 декабря 2015 года находился на службе. Примерно в 07.30 он получил сообщение от оперативного дежурного о дорожно-транспортном происшествии в районе 14 км трассы «Тросна-Калиновка-Михайловка-Линец». Прибыв на место происшествия в течение 10 минут, обнаружили на месте ДТП водителя микроавтобуса, который совершил наезд на пешехода, и самого пешехода, который лежал на проезжей части не далеко от пешеходного перехода, но за его границами, без признаков жизни. Дорожное покрытие было сухим. Автобус «2227UT», который совершил наезд, стоял около бетонного павильона автобусной остановки. Водитель пояснил, что пешеход переходил проезжую часть слева направо по ходу его движения после пешеходного перехода и он его заметил в последний момент, в связи с чем, не смог предотвратить наезд на него. Со слов водителя после наезда на пешехода он сразу остановился около автобусной остановки и автобус не перемещал. Под автобусом и по траектории его движения имелось пятно вытекшей технической жидкости. Кроме того, на месте ДТП был сломанный налобный фонарик, который находился на некотором расстоянии от погибшего. Он вызвал на место следственно-оперативную группу и больше никаких действий на месте ДТП не совершал. Следователь произвел осмотр места происшествия, обнаружив, что в автобусе «2227UT» был тахограф, в который не была вставлена карточка водителя, за что водитель, совершивший дорожно-транспортное происшествие, в этот же день был привлечен к административной ответственности.

Свидетель К.С.Н. в судебном заседании показал, что работает водителем в МУП «Транспортные линии» и в декабре 2015 году он управлял загородным рейсовым автобусом «ПАЗ-3205» регистрационный знак № *** который осуществлял движения по маршруту «Железногорск – Басово через Фоминку» в 06 часов 50 минут. 10 декабря 2015 года в указанное время он начал движения от автовокзала в сторону *** В это время на улице было еще темно. Примерно в 07 часов 20 минут на остановке общественного транспорта «Поворот на Ягодку», в районе СНТ «Ягодка», из автобуса вышел пассажир, у которого был налобный фонарик. Сразу после того как пассажир вышел из автобуса, дорогу он не стал переходить, так как он видел фары двигавшихся за ним трех автомобилей, свет которых не мерк. При этом он не видел, чтобы этот пассажир включал после выхода из автобуса свой фонарик, поскольку никаких источников света он в зеркала заднего виде не видел. На обратном пути он увидел последствия ДТП, но не сразу понял, что был сбит пассажир его автобуса.

Свидетель Ч.С.В. в судебном заседании показал, что 10 декабря 2015 года в утреннее время он в составе следственно-оперативной группы выезжал на место ДТП, участником которого являлся подсудимый Ш.А.М., управлявший автобусом «2227UT». В ходе осмотра места происшествия было установлено, что обнаруженный на месте ДТП пешеход погиб в результате наезда указанного автобуса. На месте ДТП также был обнаружен след технической жидкости на дорожном покрытии, который тянулся соответственно траектории движения автобуса от предполагаемого места взаимодействия с пешеходом до места остановки автобуса и под ним. Был также обнаружен след юза автобуса, который оканчивался под его правым передним колесом. Поскольку рисунка протектора колеса на следе технической жидкости не было, то этот след не был следом качения автобуса.

Свидетель П.С.В. в судебном заседании показал, что работает начальником транспортного отдела ООО «АГОРО БЕТОН» и знает Ш.А.М. как водителя указанного предприятия, который работает на автобусе «2227UT», регистрационный знак № ***. В его обязанности входит проверка перед выпуском на линию транспортных средств. 10 декабря 2015 года в 05 часов 30 минут он проверил техническое состояние автобуса, а именно световые приборы и рулевое управление. Всё было в технически исправном состоянии и он выпустил автобус на линию, который поехал в *** за рабочими. Через некоторое время ему позвонили и сообщили, что произошло ДТП с участием автобуса под управлением Ш.А.М.. Он выезжал на место ДТП. В автобусе был установлен ограничитель скорости, в связи с чем, по мнению свидетеля, автобус не мог двигаться со скоростью больше чем 90 км/ч.

Из оглашенных в судебном заседании показаний эксперта В.Я.В. следует, что в рамках производства дополнительной трасолого-автотехнической экспертизы № *** от 27.06.2016 года им были применены методики, используемые, как образовательные и научно-исследовательские по всех высших учебных заведениях и научно-исследовательских организациях мира, которые являются общенаучными, основанными на применимой физической теории и в настоящий момент никем не опровергнутой. Эти методики не требуют специального утверждения, каким либо органом исполнительной власти и рекомендованы к применению Минюстом РФ. В рамках экспертизы им проведено исследование по поставленным вопросам с применением передовых современных методик, что позволило сделать определенные выводы, которые с технической точки зрения никаким образом не противоречат и не могут противоречить предыдущим заключениями экспертов, поскольку дополняют и конкретизируют их. Кроме того, использование в тексте заключения экспертизы понятия «оценочное» было вызвано с технической точки зрения двумя причинами, первая из которых заключается в том, что в расчетах он вынужден использовать значения масс объектов, вступивших в контакт, из источников, содержащихся в справочной литературе, что уже обязывает указывать их как оценочные, поскольку установить конкретные (фактические) массы объектов на момент ДТП не представляется возможным. Второй причиной является то, что при проведении любых расчетов им определятся область (граница), которую впоследствии анализируют. Поскольку имеет место разброс объективных данных, поэтому, определив область значений, где могло быть расположено место наезда на пешехода, он с технической и математической точки зрения решает краевую задачу по представленным исходным данным, оценивая их (т. 2 л.д. 94-96).

Из оглашенных в судебном заседании показаний эксперта Г.С.М., следует, что в любой дорожно-транспортной ситуации следует различать рабочую и не рабочую ситуации для водителя транспортного средства. В данной конкретной ситуации имели дело с нахождением пешехода в зависимости от области, определенной в трасологической части заключения, непосредственно перед началом пешеходного перехода, в начале пешеходного перехода и непосредственно в зоне пешеходного перехода. Все эти три ситуации для водителя Ш.А.М. являются рабочими по следующим причинам, поскольку пешеходный переход, о котором идет речь, был обозначен соответствующим образом, и водитель имел возможность своевременно обнаружить данный пешеходный переход. Это означает, что с технической точки зрения в данных дорожных условиях (темное время суток и отсутствие освещения дороги) водитель должен был учитывать (предполагать) нахождение пешеходов на пешеходном переходе и на участке автодороге, непосредственно прилегающем к нему (в обозначенной ими зоне места наезда на пешехода). Нахождение пешехода С.Н.Г. в обозначенной ими зоне наезда на него для водителя Ш.А.М. является исключительно рабочей ситуацией, так как Правилами дорожного движения РФ не регламентируется траектория движения пешехода в области пешеходного перехода и нерегулируемые пешеходные переходы являются специальными местами для пересечения проезжей части пешеходами. Кроме того, ими было установлено, что скорость движения транспортного средства в момент наезда на пешехода составляла не менее 101+3 км/ч, что значительно превышает максимально допустимую Правилами дорожного движения РФ скорость движения данного вида ТС, в связи с чем, двигаясь с указанной скоростью, водитель уже преднамеренно сам лишил себя возможности обеспечить контроль за движение управляемого им ТС, в независимости от того, где именно в определенной ими области пешеход пересекал проезжую часть. На основании вышеизложенного, нахождение пешехода С.Н.Г. в определенной ими области является для водителя Ш.А.М. исключительно рабочей ситуацией, то есть когда предотвращение ДТП (обеспечение безопасности движения) полностью зависит от действий водителя по соблюдению и выполнению требований указанных в заключение пунктов Правил дорожного движения РФ (т. 2 л.д. 99-101)

Показания потерпевших и свидетелей, экспертов объективно подтверждаются следующими доказательствами:

сообщением начальника ОКУ «ЦОД ГОЧС по Курской области» № ***.1-06 от 01.03.2016 года, согласно которому сообщение по факту дорожно-транспортного происшествия с наездом на пешехода на проезжей части 14 км. Автодороги «Тросна-Калиновка-Михайловка-Линец» по системе-112 поступило 10 декабря 2015 года в 07 часов 28 минут (т. 1 л.д. 165,166);

сообщением директора МУП «Транспортные линии» № *** от 11.03.2016 года, согласно которому автобус «ПАЗ-3205» регистрационный знак № ***, на котором С.Н.Г. приехал на место происшествия, останавливался на автобусной остановке в районе СНТ «Ягодка», 10 декабря 2015 года в период времени между 07 часами 22 минутами 29 секундами и 07 часами 23 минутами 07 секундам (т.1 л.д. 168);

сообщением ООО «АГРО БЕТОН» № *** от 31.01.2017 года, согласно которому Ш.А.М. действительно работал в филиале ООО «Агро Бетон» с 17 июля 2015 года по 10 декабря 2015 года водителем автобуса, с11 декабря 2015 года по 27 марта 2016 года - слесарем производственного отдела, с 28 марта 2016 года по настоящее время - водителем автобуса (т. 4 л.д. 12)

протоколом осмотра места происшествия, со схемой, фототаблица и оптический диск к нему от 10 декабря 2015 года, согласно которому местом дорожно-транспортного происшествия являлся участок 13 – 14 км автодороги «Тросна – Калиновка» – Михайловка – Линец» в *** области. Справа к проезжей части примыкает автодорога, ведущая к СНТ «Ягодка», перед которой слева и после нее справа расположены автобусные остановки. После первой из указанных остановок и перед второй расположены нерегулируемые пешеходные переходы, обозначенные разметкой 1.14.1 «зебра» и дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 «Пешеходный переход».

Асфальтированное покрытие проезжей части находится в сухом состоянии и дефектов не имеет, источников искусственного освещения не имеет.

На середине проезжей части нанесена линия дорожной разметки 1.1, на правом и левом краю асфальтированного покрытия проезжей части нанесена линия дорожной разметки 1.2.2.

После второй из вышеуказанных автобусных остановок на правом краю проезжей части стоит автобус «2227UT» регистрационный знак № *** имеющий повреждения передней части справа. В данном автобусе установлен тахограф. Позади данного автобуса после второго из указанных пешеходных переходов на дороге лежит труп мужчины, при осмотре которого был обнаружен билет на автобус.

На участке дороги после первого из указанных пешеходных переходов до трупа мужчины расположены пара мужских ботинок, кепка, сумка с продуктами, фрагменты фонаря, пластиковые части и детали транспортного средства, в том числе в виду букв «I» и «Е», фрагмент бампера, брызги технической жидкости. На правой полосе проезжей части расположен след колеса с наслоением на нем технической жидкости, начинавшийся после первого из указанных пешеходных переходов и оканчивавшийся под правым передним колесом автобуса «2227UT» регистрационный знак № *** На проезжей части в месте расположения правого переднего угла кузова данного автобуса имеется пятно технической жидкости.

В ходе осмотра места происшествия были изъяты: автобус «2227UT» регистрационный знак № *** два ботинка, кепка, четыре фрагмента фонаря, два фрагмента транспортного средства, фрагменты транспортного средства в виде букв «I» и «Е», фрагмента бампера, билет на автобус и пять чеков (распечаток) тахографа указанного выше автобуса (т. 1 л.д. 7-28);

протоколом дополнительного осмотра места происшествия с фототаблицей и оптическим диском к нему от 25 декабря 2015 года, согласно которому объектом осмотра является участок местности 13-14 км автодороги «Тросна-Калиновка-Михайловка-Линец», общая видимость на котором с места водителя автобуса «2227UT» составила: при включенном дальнем свете фар и отсутствии встречного автотранспорта – 63,5 – 75,6 метра; при включенном ближнем свете фар и отсутствии встречного автотранспорта – 43,8 – 55,1 метра; при включенном ближнем свете фар и при наличии двух встречных легковых автомобилей, следующих друг за другом с включенным ближним светом фар – 33,7 метра. При включенном на автобусе «2227UT» ближнем свете фар, при наличии двух встречных легковых автомобилей, следующих друг за другом с включенным ближним светом фар, видимость статиста расположенного на середине проезжей части и середине дорожной разметки «зебра», составила 15,6 метра (т. 1 л.д. 81-90);

протоколом осмотра места происшествия со схемой и иллюстрационной таблицей к нему от 08 февраля 2016 года, согласно которому местом осмотра являлся участок 13 – 14 км автодороги «Тросна – Калиновка» – Михайловка – Линец» в *** области в месте примыкания к нему дороги, ведущей к СНТ «Ягодка». Осмотр производился относительно направления движения со стороны населенного пункта Линец в направлении населенного пункта *** области, где слева от проезжей части расположена остановка общественного транспорта. Непосредственно сразу после остановки расположен нерегулируемый пешеходный переход, после пешеходного перехода справа к проезжей части примыкает дорога, ведущая к СНТ «Ягодка» (т. 1 л.д. 147-151);

протоколом осмотра предмета с иллюстрационной таблицей к нему от 08 февраля 2016 года, согласно которому автобус «2227UT» регистрационный знак № *** имеет повреждения, которые локализованы в правой передней части кузова; в салоне автобуса на приборной панели установлен тахограф (т. 1 л.д. 144-146);

протоколом осмотра предметов с иллюстрационной таблицей к нему от 10 августа 2016 года, согласно которым осмотрены два ботинка, кепка, четыре фрагмента фонаря, два фрагмента транспортного средства, буквы «I» и «Е», фрагмент бампера автобуса «2227UT» регистрационный знак № ***, правая часть переднего бампера автобуса «2227UT» регистрационный знак № ***. (т. 2 л.д. 213-217);

протоколом осмотра документов с иллюстрационной таблицей и приложениями к нему от 10 августа 2016 года, согласно которому были осмотрены билет на автобус и пять распечаток цифрового тахографа «DTCO 1381» автобуса «2227UT» регистрационный знак № ***, согласно которым 10.12.2015 года в 04 часа 17 минут по универсальному времени (UTC), что составляет 07 часов 17 минут по московскому времени и в 04 часа 24 минуты по универсальному времени (UTC), что составляет 07 часов 24 минуты по московскому времени зафиксировано происшествие «превышение скорости» с указанием о наличии десяти происшествий «превышение скорости» за сутки (на момент последнего происшествия), всего за сутки зарегистрировано 10 превышений ограничения скорости 90 км/час (т. 2 л.д. 218-247);

протоколом осмотра предмета с иллюстрационной таблицей к нему от 11 февраля 2017 года, согласно которому был осмотрен оптический диск «CD-R intro», на котором записан компьютерный файл «Цифровой тахограф – DTCO 1381 Версия 2.0 – 2.1 Руководство по эксплуатации предпринимателя и водителя». В ходе просмотра документа установлено, что он содержит руководство по эксплуатации цифрового тахографа DTCO 1381 (т. 4 л.д. 38-39);

актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, согласно которому состояния опьянения у Ш.А.М. не установлено (т. 1 л.д. 34);

проектом организации дорожного движения, согласно которому на месте происшествия были расположены нерегулируемые пешеходные переходы, обозначенные знаками 5.19.1 и 5.19.2, а также дорожной разметкой 1.14.1, и автобусные остановки (т. 1 л.д. 72-74);

справкой начальника ФГБУ «Центрально-Черноземное УГМС» о погоде от 29 февраля 2016 года, согласно которой 10 декабря 2015 года во время дорожно-транспортного происшествия осадков не было, метеорологическая дальность видимости составляла 10 км. 25 декабря 2015 года во время дополнительного осмотра места происшествия, в ходе которого устанавливалась величина видимости пешехода и дороги, осадков не было, метеорологическая дальность видимости составляла 10 км (т. 1 л.д. 163);

сведениями начальника ФГБУ «Центрально-Черноземное УГМС» о погоде от 18 января 2017 года о наступлении темноты, согласно которым по данным метеорологической станции Железногорск период времени с 07 ч. 20 мин. до 07 ч. 40 мин. 10 декабря 2015 года (время дорожно-транспортного происшествия) соответствует темному времени суток, наступление рассвета в этот день – 07 ч. 49 мин. Период с 21 ч. 40 мин. до 23 ч. 20 мин. 25 декабря 2015 года (время дополнительного осмотра места происшествия, в ходе которого устанавливалась величина видимости пешехода и дороги) также соответствует темному времени суток, наступлением темноты – 17 ч. 18 мин. (т. 3 л.д. 238);

копией паспорта транспортного средства № ***, согласно которому автобус «2227UT» регистрационный знак № *** относится к типу транспортных средств «автобус II класса» (т. 2 л.д. 137-138);

сообщением УГИБДД УМВД России по Курской области, согласно которому автобус «2227UT» регистрационный знак <***> относится к классу II «междугородный автобус» (т. 3 л.д. 218-219);

сообщением директора ООО «ГрузАвто-36» от 16 сентября 2016 года, согласно которому автобус «2227UT» регистрационный знак № *** проходил техническое обслуживание в данной организации 08 декабря 2015 года и 29 июня 2016 года, при этом технической обслуживание ограничителя оборотов 3500 об/мин и ограничителя скорости 90 км/час не проводилось (т. 3 л.д. 28-29);

копией постановления по делу об административном правонарушении № *** от 15.12.2015 года, согласно которому Ш.А.М. был привлечени к административной ответственности по ч.1 ст. 11.23 КоАП РФ за управлении 10 декабря 2015 года в 07 часов 20 минут автобусом «2227UT» регистрационный знак № *** без карточки водителя в техническом устройстве контроля режима труда и отдыха - тахографе (т. 3 л.д. 221);

заключением эксперта № *** от 09 января 2016 года согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа С.Н.Г. были обнаружены следующие телесные повреждения в виде кровоподтеков, ссадин и ран головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, а также кровоизлияний в мягкие ткани головы в лобной области, в левой височной области, в затылочной области посередине, в заглазничной клетчатке слева и справа тёмно-красного цвета; перелом костей свода и основания черепа; тотального субарахноидальное кровоизлияния по всей поверхности больших полушарий; интравентрикулярного кровоизлияния; поперечного перелома тела с расхождением отломков и перелома с отрывом отломка правого поперечного отростка 7-ого шейного позвонка; полного поперечного разрыв спинного мозга, множественных закрытых переломов ребер с кровоизлияниями в прилежащие мягкие ткани; двустороннего гемоторакса; ушиба левого легкого; закрытого перелома правой лопатки с отрывом осколка; перелом поперечно-оскольчатый в нижней трети правой лопатки; муфтообразного кровоизлияние в мягкие ткани; множественных, перекрещивающихся друг с другом разрывов на передне-диафрагмальной поверхности печени с кровоизлиянием; забрюшинного кровоизлияниея в области поджелудочной железы, в корнеь брыжейки тонкой кишки; разрывов селезенки; разрыва крестцово-подвздошного сочленения справа с расхождением снизу, с кровоизлиянием в прилежащие ткани; разрыва лобкового симфиза с расхождением лобковых костей, с кровоизлиянием; закрытого винтообразного перелома правой бедренной кости в верхней трети, с обширным муфтообразным кровоизлиянием в прилежащие мягкие ткани; закрытого оскольчатого перелома костей правой голени со смещением отломков; косого перелома большеберцовой кости в нижней трети; отрыва медиальной лодыжки со смещением; перелома малоберцовой кости в верхней трети диафиза; перелома малоберцовой кости в нижней трети диафиза; перелома малоберцовой кости в области эпифиза со смещением наружной лодыжки правой голени; открытого перелом костей левой голени с массивными муфтообразными кровоизлияниями в прилежащие ткани: косого перелома диафиза большеберцовой кости в нижней трети со смещением отломков; перелома диафиза малоберцовой кости в средней трети со смещением отломков.

Все обнаруженные повреждения на теле потерпевшего рассматриваются только в совокупности (кроме кровоподтеков на внутренней поверхности левого локтевого сустава, на передне-внутренней поверхности правого коленного сустава и на тыльной поверхности левой кисти), а не изолированно друг от друга, как составляющие единого патофизиологического процесса и патоморфологического комплекса - тупая сочетанная травма тела (головы, шеи, туловища, конечностей), и квалифицируются, как причинившие ТЯЖКИЙ вред здоровью человека по признаку опасности для жизни и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти (п.22 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 г. «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Телесные повреждения - кровоподтеки на внутренней поверхности левого локтевого сустава, на передне-внутренней поверхности правого коленного сустава и на тыльной поверхности левой кисти, квалифицируются как НЕ ПРИЧИНИВШИЕ вред здоровью, т.к. не влекут за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности (п.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 г. «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Все телесные повреждения обнаруженные у С.Н.Г. могли быть получены им от воздействия тупого твердого предмета (-тов) (или о таковой), индивидуальные особенности которого (ых) в телесных повреждениях не отобразились, что исключает возможность его (их) идентифицировать.

Телесные повреждения на голове, шее, туловище, верхних и нижних конечностях (кроме кровоподтеков на внутренней поверхности левого локтевого сустава, на передне-внутренней поверхности правого коленного сустава и на тыльной поверхности левой кисти) могли быть получены одномоментно, и имеют срок давности на момент проведения судебно-медицинского исследования трупа С.Н.Г. - от нескольких минут до 3 часов.

Обнаруженные телесные повреждения на голове, шее, туловище, конечностях возникли одномоментно и находятся в причинной связи с наступлением смерти С.Н.Г. (за исключением кровоподтеков на внутренней поверхности левого локтевого сустава, на передне-внутренней поверхности правого коленного сустава и на тыльной поверхности левой кисти, которые по давности происхождения в причинной связи с наступлением смерти состоять не могут). На теле трупа С.Н.Г. обнаружено 47 зон травматизации. На голове - 15; на шее -1; на туловище - 7; на верхних конечностях- 7; на нижних конечностях- 17. Однако, каждая зона травматизации могла подвергаться травматическому воздействию неоднократно. В момент получения телесных повреждений С.Н.Г. был обращен зонами травматизации к повреждающим поверхностям травмообразующего предмета (предметов). Смерть С.Н.Г. наступила в результате тупой сочетанной травмы головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, осложнившейся массивной кровопотерей. В момент смерти С.Н.Г. был трезв, о чем свидетельствует отсутствие этилового спирта в крови и в моче. (1 л.д. 57-67);

заключением эксперта № *** от 13 апреля 2016 года, согласно которому при проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа С.Н.Г. установлено, что обнаруженные телесные повреждения являются прижизненными; телесных повреждений, характерных для переезда колесом при исследовании трупа С.Н.Г. не обнаружено (т.1 л.д. 203-217);

заключением экспертов № *** от 15 марта 2016 года, согласно которому локализация первичноконтактных повреждений и вторичноконтактных повреждений на задне-правой поверхности туловища и нижних конечностей потерпевшего позволяет полагать, что в момент наезда С.Н.Г. был обращен этой поверхностью тела к травмирующему объекту – автобусу «2227UT» (т. 1 л.д. 223-239);

заключением эксперта № *** от 18 марта 2016 года, согласно которому фрагмент транспортного средства, указанный в протоколе осмотра места происшествия от 10.12.2015 года как «фрагмент бампера», изъятый на 14 километре проезжей части автодороги «Тросна - Калиновка - Михайловка - Линец» ранее составлял единое целое с бампером автобуса «2227UТ», регистрационный знак <***> (т. 1 л.д. 247-256);

заключением эксперта № ***/з от 19 февраля 2016 года, согласно которому на момент осмотра представленный в распоряжение эксперта автобус «2227UT», регистрационный знак № *** имеет повреждения, локализованные в передней правой части транспортного средства. Анализ результатов проведенного осмотра тормозной системы и рулевого управления представленного для исследования автобуса позволяет сделать вывод о том, что на момент осмотра, они находятся в действующем состоянии, нарушений функционирования не выявлено. На момент осмотра колеса и шины представленного для исследования автобуса «2227UT», регистрационный знак № *** находятся в работоспособном состоянии и не имеют неисправностей, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств. Анализ результатов проведенного осмотра внешних осветительных приборов автобуса «2227UT», регистрационный знак № *** позволяет сделать вывод о том, что на момент осмотра они находятся в технически неисправном состоянии по причине повреждения правой блок-фары и как следствие этого нарушение режимов работы в режиме «дальний свет» и «правый передний указатель поворота». Выявленные неисправности (повреждения) исходя из степени, формы, локализации, а также отсутствия наслоений эксплуатационного характера на участках повреждений, носят аварийный характер, образовались в процессе происшествия и не могли послужить его причиной.

Основываясь на проведенном исследовании с учетом всего комплекса зафиксированных в представленных материалах и просматриваемых на иллюстрациях оптического диска следов и объектов, можно прийти к выводу о том, что наезд на пешехода имел место на правой полосе проезжей части, по направлению движения в сторону сл. Михайловка, перед началом участка осыпи осколков стекла и отделившихся фрагментов транспортного средства (т. 1 л.д. 97-116);

заключением эксперта № *** от 27 апреля 2016 года, согласно которому место наезда автобуса «2227UT» регистрационный знак № *** на пешехода расположено на полосе движения в направлении *** на участке, расположенном перед началом осыпи осколков стекла и пластиковых деталей автобуса и зоны разбрызгивания технической жидкости (т. 1 л.д. 279-280);

заключением эксперта № *** от 27 июня 2016 года с приложением, согласно которым, фактическая точка первичного контакта (место наезда) автобуса марки Ивеко 2227UT с пешеходом С.Н.Г. располагалась в полосе движения автобуса, в области овальной формы, центр которой находился в районе перпендикуляра к оси дороги проходящего через место установки первого по ходу движения автобуса знака «Пешеходный переход». В данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автобуса марки Ивеко 2227UT, г/н № *** должен был действовать в соответствии с требованиями пп.1.3, 1.5, 10.1, 10.3, 14.1 Правил дорожного движения РФ. Водитель автобуса марки Ивеко 2227UT, г/н № *** имел объективную возможность предотвратить данное ДТП, своевременно и полностью выполнив требования пп.1.3, 1.5, 10.1, 10.3, 14.1 Правил дорожного движения РФ. С технической точки зрения, действия водителя автобуса марки Ивеко 2227UT, г/н № *** не соответствовали требованиям пп.1.3, 1.5, 10.1, 10.3, 14.1 Правил дорожного движения РФ (т. №2 л.д. 53-86)

заключением экспертов № *** от 30 декабря 2016 года с приложением, согласно которому установлено, что наезд автобуса «2227UT» регистрационный знак № *** под управлением водителя Ш.А.М. на пешехода С.Н.Г. имел место в зоне протяжённостью 4,24 м и шириной 0,55 м, которая удалена в поперечном плане от левого края проезжей части на расстояние 6,24 м (ближняя граница) и 6,79 м (дальняя граница). Или на удалении 68,9-64,6 м от конечного положения тела пострадавшего С.Н.Г., где 66,9 расстояние от конечного положения до границы разметки 1.14.1.

Технический анализ дорожно-транспортной ситуации показывает, что в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии действия водителя Ш.А.М. регламентируются основными требованиями пунктов 10.1, 10.3, 14.1 ПДД РФ с учётом общих требований пунктов 1.3, 1.5, 19.1 Правил и, основными понятиями и терминами, изложенными в пункте 1.2 ПДД РФ, которыми он и должен был руководствоваться в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации.

С технической точки зрения, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации предотвращение данного дорожно-транспортного происшествия со стороны водителя автобуса «2227UT» Ш.А.М. зависело не от наличия или отсутствия у него технической возможности, а целиком зависело от его действий, не противоречащих приведённым выше требованиям Правил. Следовательно, с технической точки зрения, в случае полного и своевременного выполнения пунктов 10.1 (в части соблюдения установленного ограничения скорости и корректировки её величины с учётом видимости в направлении движения), 10.3 (движение с регламентированной скоростью 90 км/ч) ПДД РФ он мог (имел техническую возможность) не допустить наезда автобуса на пешехода С.Н.Г., пересекающего проезжую часть в районе пешеходного перехода.

Сопоставляя фактические действия водителя автобуса«2227UT» Ш.А.М. на момент дорожно-транспортного происшествия с теми, которые ему было необходимо и достаточно выполнить для обеспечения безопасности дорожного движения, следует сделать вывод о несоответствии его действий требованиям пунктов 1.5, 10.1 (ч.1), 10.3 действующих Правил дорожного движения Российской Федерации с учётом общих требований пункта 1.3 Правил

В случае наезда на пешехода С.Н.Г. на разметке 1.14.1 действия водителя автобуса «2227UT» Ш.А.М. дополнительно не соответствовали требованию пункта 14.1 Правил в части «не уступил дорогу пешеходу, переходящему дорогу». В остальном в действиях водителя Ш.А.М. несоответствий требованиям пунктов Правил, регламентирующих данную дорожно-транспортную ситуацию, не установлено.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации действия обоих участников дорожно-транспортного происшествия не соответствовали требованиям пунктов Правил. ФИО2 Г.при пересечении проезжей части автодороги не убедился в безопасности перехода и далее не остановился на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений, где он был в относительной безопасности, а продолжил переход, что привело к возникновению опасности для движения (при скорости автобуса 101-105 км/ч).

Анализ дорожной обстановки показывает, что никто из участников движения и ничто из дорожной обстановки не создавали для водителя автобуса«2227UT» Ш.А.М. внезапной опасности или препятствия, возникновение которых он не мог предвидеть и что могло бы потребовать от него выполнения каких-либо экстренных действий (увеличения скорости, превышающей установленное ограничение) по управлению ТС с целью предотвращения происшествия. Именно он создал опасность для движения, и лишил себя технической возможности предотвратить наезд на пешехода С.Н.Г., что и послужило условием возникновения аварийной обстановки на дороге.

Следовательно, несоответствия действий водителя Ш.А.М. регламентации пунктов 10.1 (ч.1) и 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации состояли в причинной связи с наездом автобуса «2227UT» на пешехода – не было бы несоответствий не было бы и наезда и послужили (явились) необходимой и достаточной (непосредственной) причиной наезда автобуса на пешехода С.Н.Г.. Следовательно, технической причиной происшествия послужили действия водителя автобуса «2227UT» Ш.А.М., несоответствующие требованиям пунктов 10.1 (ч. 1) и 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Проведенным исследованием установлено, что фактическая скорость автобуса «2227UT» под управлением Ш.А.М. в момент наезда на пешехода С.Н.Г. находилась в диапазоне 101-105 км/ч.

Анализ экспертами показал, что в процессе удара по телу пешехода автобус получил повреждения системы охлаждения и в процессе его перемещения охлаждающая жидкость с системы охлаждения вытекала на опорную поверхность впереди правого переднего колеса, которое проскальзывало по жидкости оставляя след, затем задние правые колёса также частично проскальзывали по опорной поверхности, смоченной жидкостью. В результате такого перемещения образовался след на опорной поверхности полностью повторяющий перемещение автобуса «2227UT» после наезда.

С экспертной точки зрения, в момент обнаружения в свете фар автобуса пешехода, находящегося на проезжей части на расстоянии не менее 15.6 м от передней части автобуса для водителя автобуса «2227UT» Ш.А.М. на дороге возникла опасность для движения, когда водителю следовало незамедлительно принимать меры по предотвращению происшествия. Таким образом, в условиях происшествия опасность для движения на дороге для водителя автобуса «2227UT» Ш.А.М. возникли в момент обнаружения в свете фар автобуса на расстоянии не менее 15,6 м пешехода С.Н.Г., пересекающего проезжую часть автодороги в районе нерегулируемого пешеходного перехода, обозначенного дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации (тёмное время суток, то есть, движение с ограниченной видимостью) неважно, где двигался пешеход С.Н.Г. по проезжей части рядом с пешеходным переходом или по разметке 1.14.1, так как момент возникновения опасности наступает при объективном обнаружении пешехода на проезжей части в свете фар (появление пешехода в поле зрения водителя), и именно с этого момента действия водителя автобуса «2227UT» Ш.А.М. регламентируются прописной нормой части 2 пункта 10.1 Правил – принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации пешеход С.Н.Г., намереваясь пересечь проезжую часть, должен был оценить скорость приближающегося ТС и расстояние до него. Должен был убедиться в безопасности и лишь после этого пересекать проезжую часть дороги по обозначенному дорожными знаками 5.19.1, 5.19.2 нерегулируемому пешеходному переходу, границы которого определяются в данном случае по месту нанесения разметки 1.14.1. Предписания Правил основываются на том, что пешеход, как участник дорожного движения, должен и способен адекватно оценивать дорожную ситуацию и воспринимать её как опасную или не опасную для перехода дороги (пешеход при выборе своих действий не должен заранее предусматривать возможность несоответствия действий регламентации ПДД РФ другими участниками движения.

Технический анализ дорожно-транспортной ситуации показывает, что в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии действия пешехода С.Н.Г. регламентируются требованиями пунктов 4.1, 4.3, 4.5, 4.6 ПДД РФ с учётом общих требований пунктов 1.3, 1.5 Правил и, основными понятиями и терминами, изложенными в пункте 1.2 ПДД РФ. Ими и должен был руководствоваться С.Н.Г. для обеспечения безопасности (в первую очередь своей, как самого незащищённого участника дорожного движения) в данной дорожно-транспортной ситуации.

Таким образом, водитель Ш.А.М., управляя автобусом, нарушил требования пунктов ПДД: 1.3., согласно которому, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, знаков и разметки; 1.5., согласно которому, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; 10.1., согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при это дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, а при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства;10.3, согласно которому вне населенных пунктов разрешается движение: междугородним автобусам на всех дорогах - не более 90 км/ч; 14.1., согласно которому водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода и в пути следования по причине нарушения указанных пунктов Правил дорожного движения РФ, и 10 декабря 2015 года в период времени с 07 часов 23 минут по 07 часов 28 минут на проезжей части 14 км автодороги «Тросна – Калиновка» – Михайловка – Линец» в *** *** области, проявляя преступную небрежность, осуществляя движение со скоростью 98 – 105 км/час, превышающей установленное ограничение и не соответствующей дорожным условиям в частности, видимости в направлении движения, не уступил дорогу пешеходу С.Н.Г., осуществлявшему переход проезжей части в месте расположения вышеуказанного нерегулируемого пешеходного перехода, и передней частью управляемого им автобуса «2227UT» регистрационный знак № *** допустил на него наезд.

При этом, суд не может согласиться с доводами защитника Ш.А.М. адвоката Мишина Н.С. полагавшего что действия пешехода С.Н.Г., нарушившего п.п. 1.3, 1.5, 4.1, 4.5 ПДД привели к дорожно-транспортному происшествию, поскольку, как следует из заключения экспертизы № № *** от 30 декабря 2016 года, на которое ссылается защитник как на основание оправдания Ш.А.М. следует, что именно водитель транспортного средства должен оценивать дорожную ситуацию и прогнозировать её развитие с позиций обеспечения безопасности движения, именно он обязан учитывать все факторы, которые могут повлиять на безопасность движения в месте происшествия, к которым относятся и скорость автобуса, и дорожные условия (в частности видимость в направлении движения), технические возможности автобуса, положение его на проезжей части. С технической точки зрения, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации предотвращение дорожно-транспортного происшествия со стороны водителя автобуса Ш.А.М. зависело не от наличия или отсутствия у него технической возможности, а целиком зависело от его действий, не противоречащих требованиям ПДД, в связи с чем, в случае полного и своевременного выполнения пунктов 10.1 (в части соблюдения установленного ограничения скорости и корректировки её величины с учётом видимости в направлении движения), 10.3 (движение с регламентированной скоростью 90 км/ч) ПДД РФ он мог и имел техническую возможность не допустить наезда автобуса на пешехода С.Н.Г., пересекающего проезжую часть в районе пешеходного перехода.

Ссылки защитника Ш.А.М. на заключение экспертизы № ***/з от 19.02.2016 года как на доказательство, опровергающее обвинение Ш.А.М., судом также приняты быть не могут, поскольку как следует из заключения указанной экспертизы, эксперт рассмотрел техническую возможность произвести остановку транспортного средства только на расстоянии 15,6 м, тогда как в постановлении о значении данной экспертизы следователь указал четыре варианта развития событий, с учетом движения различного количества транспортных средств во встречном направлении с различными режимами работы осветительных приборов автобуса, которая предшествовала дорожно-транспортному происшествию, в связи с чем, заключение указанной экспертизы нельзя признать полным, что также подтверждается оглашенными в судебном заедании показаниями эксперта В.Я.В., показавшего, что выводы проведенной с его участием дополнительной комплексной трасолого-автотехнической судебной экспертизы с технической точки зрения никаким образом не противоречат и не могут противоречить предыдущим заключениями экспертов, поскольку дополняют и конкретизируют их.

При этом, суд так же не может согласиться с доводами адвоката Мишина Н.С. о наличии в заключении дополнительной комплексной комиссионной трасолого-автотехнической экспертизы № *** от 30.12.2016 года противоречий, поскольку выводы экспертов, в том числе и по вопросу № ***, мотивированы и даны как в отношении общей дорожной ситуации, так и в отношении действий каждого из ее участников.

Вместе с тем, доводы защитника Ш.А.М. относительно обязанности пешехода обеспечивать своими действиями безопасность движения транспортного средства, уступая в зоне действия разметки «пешеходный переход» преимущество в движении транспортному средству, основаны на неправильном толковании действующих ПДД. Кроме того, как следует из оглашенных в судебном заседании показаний эксперта Г.С.М., дорожная ситуация, в которой оказался Ш.А.М., управляя автобусом 10 декабря 2015 года в районе 14 км трассы «Тросна-Калиновка-Линец-Михайловка», являлась для него рабочей, поскольку пешеходный переход, о котором идет речь, был обозначен соответствующим образом, и водитель имел возможность своевременно обнаружить данный пешеходный переход и должен был учитывать (предполагать) нахождение пешеходов на пешеходном переходе и на участке автодороге, непосредственно прилегающем к нему. Нахождение пешехода С.Н.Г. в обозначенной зоне наезда на него для водителя Ш.А.М. является исключительно рабочей ситуацией, так как Правилами дорожного движения РФ не регламентируется траектория движения пешехода в области пешеходного перехода и нерегулируемые пешеходные переходы являются специальными местами для пересечения проезжей части пешеходами.

При таких обстоятельствах, Ш.А.М. в нарушение п. 1.5 ПДД, согласно которому участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, а также в нарушение п. 10.1 ПДД, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения и обеспечивающей водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства и при возникновении опасности принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, а также п. 10.3 ПДД, согласно которому вне населенных пунктов разрешается движение междугородним автобусам на всех дорогах - не более 90 км/ч, в нарушение п. 14.1 ПДД, согласно которому водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода, проявляя преступную небрежность, управляя междугородним автобусом вне населенного пункта на дороге не имеющей искусственного освещения в темное время суток со скоростью 98 – 105 км/час, допустил наезд на пешехода, что повлекло по неосторожности смерть С.Н.Г. поэтому действия Ш.А.М. следует квалифицировать по ч.3 ст.264 УК РФ.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства и влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи.

Ш.А.М. по месту жительства заместителем главы *** характеризуется удовлетворительно (т. 2 л.д. 164), по мету работы в ООО «АГРО БЕТОН» - положительно (т. 2 л.д. 183), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (т.2 л.д. 166).

Ш.А.М. имеет на иждивении одного малолетнего ребенка и одного несовершеннолетнего, имеет также нетрудоспособных родителей, являющихся инвалидами второй группы, что суд признает смягчающими наказание обстоятельствами.

Ш.А.М. на период совершения преступления не привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка (т.2 л.д.165). Вместе с тем, привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения по ч. 4 ст. 12.15 и ч.1 ст. 11.23 КоАП РФ (т.4 л.д. 1-8).

Совершенное подсудимым преступление относится к категории преступлений средней тяжести. С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, а также степени его общественной опасности, судья не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с правилами ч.6 ст.15 УК РФ.

Учитывая изложенное, фактические обстоятельства и характер преступления, суд полагает правильным назначить Ш.А.М. наказание в виде реального лишения свободы, что будет соответствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Поскольку совершенное Ш.А.М. преступление связано с наличием у него права управлять транспортным средством, ранее Ш.А.М. совершал административные правонарушения в области безопасности дорожного движения, суд на основании ч.3 ст.47 УК РФ считает справедливым назначить ему дополнительное наказание в виде лишения указанного права, что, по мнению суда, также будет в полной мере отвечать целям наказания, определенным в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Оснований для применения к Ш.А.М. положений ст.ст. 64 и 73 УК РФ по делу не усматривается.

В силу п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы Ш.А.М., совершившему преступление по неосторожности, должно быть назначено в колонии-поселении.

Меру пресечения осужденному Ш.А.М., учитывая что он осуждается к реальному лишению свободы в колонии-поселения, оставить без изменения, при этом осужденный должен следовать в колонию поселения самостоятельно.

Гражданские иски С.И.Н. и Ж.В.Н. о компенсации морального вреда причиненного в результате преступления в размере <данные изъяты> рублей по каждому, подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений ч. 1 ст. 42 УПК РФ, потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред

В соответствии с положениями ч.1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ч.1ст. 1079 ГК РФ, граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно требованиями ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как следует из ч.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Аналогичные нормы содержит п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Кроме того, согласно рекомендациям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума ВС РФ № 1 от 26 января 2010 года «О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА, РЕГУЛИРУЮЩЕГО ОТНОШЕНИЯ ПО ОБЯЗАТЕЛЬСТВАМ ВСЛЕДСТВИЕ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА ЖИЗНИ ИЛИ ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАНИНА» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, поэтому потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При этом, определяя размер компенсаций подлежащих взысканию с гражданского ответчика в пользу потерпевших, суд не может согласиться с доводами представителя гражданского ответчика адвоката Г.Н.Г. о необходимости уменьшения размера компенсации ввиду наличия в действия пешехода С.Н.Г. грубой неосторожности, поскольку как следует из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного суда № 120-О-О от 21.02.2008 года, вопрос о наличии в действиях потерпевшего грубой неосторожности или простой неосмотрительности подлежит разрешению судом в каждой конкретной ситуации с учетом конкретных обстоятельств.

Анализируя обстоятельства, при которых наступила смерть С.Н.Г., суд приходит к выводу о том, что потерпевший, находясь на проезжей части дороги в границах пешеходного перехода не мог и не должен был предвидеть, что автобус под управлением подсудимого Ш.А.М. не уступит ему дорогу, в связи с чем, действия С.Н.Г., не образуют грубой неосторожности.

При таких обстоятельствах, учитывая то, что вследствие гибели мужа и отца Ж.В.Н. и С.И.Н. испытали физические страдания, связанные с невосполнимой потерей родного и близкого человека, а Ж.В.Н. еще нравственные страдания, связанные с изменением условий ее жизни, поскольку на момент гибели мужа она страдала от последствий перенесенного инсульта и нуждалась в уходе, который обеспечивал ей супруг, а также то, что она являлась пожилым человеком, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает правильным и справедливым определить размер компенсации морального вреда, причиненного С.И.Н. в размере <данные изъяты> рублей, а Ж.В.Н. в размере <данные изъяты> рублей.

Рассматривая требования потерпевшей Ж.В.Н. о возмещении ей материального ущерба, который складывается из расходов, понесенных ею на организацию похорон, поминок, а также изготовление и установку памятника, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Вместе с тем, как следует из объяснений представителя гражданского ответчика адвоката Г.Н.Г. и подтверждается копией страхового полиса ЕЕЕ № *** (т.1 л.д. 268) справкой о дорожно-транспортном происшествии от 10.12.2015 года на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ООО «АГРО БЕТОН» была застрахована в ООО СК «Согласие», которое к участию в деле в качестве гражданского ответчика привлечено не было. При таких обстоятельствах, когда привлечение к участию в деле в качестве гражданского ответчика страховой компании требует проведения дополнительных расчетов, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд считает правильным признать за гражданским истцом Ж.В.Н. право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, рассматривая вопрос о возмещении расходов, понесенных потерпевшим С.И.Н. на оплату услуг представителя, транспортных услуг и стоимости проезда к месту рассмотрения дела, суд исходит из того, что потерпевшим представлены документы, подтверждающие указанный расходы только в части оплаты проезда из *** в *** в сумме <данные изъяты> рублей 04 мая 2017 года, в остальной части доказательств обоснованности получения транспортных услуг на сумму <данные изъяты> рублей и документов, подтверждающих оплату проезда в г. Железногорск на сумму <данные изъяты> рублей, суду не представлено, в связи с чем, возмещению подлежат расходы, понесенные С.И.Н. на оплату проезда в *** 04 мая 2017 года в размере <данные изъяты> рублей. Кроме того, как следует из объяснений потерпевшего С.И.Н. и его представителя в судебном заседании, оплата услуг С.О.П. по договору № *** от 03 апреля 2017 года еще не была произведена, в связи с чем, требования С.И.Н. о возмещение судебных издержек по оплате услуг представителя по указанному договору возмещению не подлежат, в связи с чем, суд считает правильным взыскать с подсудимого Ш.А.М. в возмещение судебных издержек по оплате услуг представителя сумму в размере <данные изъяты> рублей по договору № *** от 08 апреля 2016 года, которую суд признает разумной и необходимой.

В порядке ст. 81 УПК РФ, а также с учетом мнения участников процесса, суд решает вопрос о вещественных доказательствах.

Вещественное доказательство по уголовному делу - автобус «2227UT» регистрационный знак № *** подлежит оставлению по принадлежности ООО «АГРО БЕТОН»; билет на автобус и пять распечаток тахографа автобуса «2227UT» регистрационный знак № ***, оптический диск CD-R «intro», содержащий файл с документом «Цифровой тахограф – DTCO 1381 Версия 2.0 – 2.1 Руководство по эксплуатации предпринимателя и водителя» - подлежат хранению при уголовном деле; два ботинка, кепка, четыре фрагмента фонаря, два фрагмента транспортного средства, буквы «I» и «Е», фрагмент бампера автобуса «2227UT» регистрационный знак № ***, правая часть переднего бампера автобуса «2227UT» регистрационный знак <***> –подлежат уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

Признать Ш.А.М. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься определенной деятельностью - управлять транспортным средством - на срок три года.

Меру пресечения осужденному Ш.А.М. до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Возложить на территориальный орган УФСИН России по Курской области обязанность обеспечить направление осужденного Ш.А.М. в колонию-поселение для отбывания наказания, при этом осужденный следует в колонию-поседение за счет государства самостоятельно.

Срок отбывания наказания Ш.А.М. исчислять со дня прибытия его в колонию-поселение.

Вещественное доказательство по уголовному делу - автобус «2227UT» регистрационный знак № *** - оставить по принадлежности ООО «АГРО БЕТОН»; билет на автобус и пять распечаток тахографа автобуса «2227UT» регистрационный знак № *** оптический диск CD-R «intro», содержащий файл с документом «Цифровой тахограф – DTCO 1381 Версия 2.0 – 2.1 Руководство по эксплуатации предпринимателя и водителя» - хранить при уголовном деле; два ботинка, кепка, четыре фрагмента фонаря, два фрагмента транспортного средства, буквы «I» и «Е», фрагмент бампера автобуса «2227UT» регистрационный знак <***>, правая часть переднего бампера автобуса «2227UT» регистрационный знак <***> - уничтожить.

Гражданский иск Ж.В.Н. удовлетворить частично, взыскать с ООО «АГРО БЕТОН» в пользу Ж.В.Н. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Гражданский иск С.И.Н. удовлетворить частично, взыскать с ООО «АГРО БЕТОН» а в пользу С.И.Н. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Гражданский иск Ж.В.Н. к ООО «АГРО БЕТОН» о возмещении материального ущерба и судебных расходов оставить без рассмотрения.

Взыскать с Ш.А.М. в пользу С.И.Н. в возмещение судебных издержек <данные изъяты> рубля.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Курского областного суда через Железногорский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: К.Н. Сосновская