Апелляционное определение № 33-3-2665/2026 от 10 марта 2026 г.

дело № 33-3-2665/2026

Судья Яшина Н.С. ГД № 2-100/2025

УИД: 05RS0021-01-2022-004794-95


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь 11.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего Калоевой З.А.,

судей Куцурова П.О., Свечниковой Н.Г.,

при секретаре судебного заседания Кузьмичевой Е.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы с дополнениями ФИО1, ФИО2 на решение Каспийского городского суда Республики Дагестан от 02.09.2025 по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО1 о признании недействительным, незаключенным, ничтожным договора купли-продажи квартиры от 13.07.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки путем аннулирования зарегистрированного права собственности на квартиру, признании недействительным, незаключенным и ничтожным договора купли-продажи квартиры от 14.02.2022, заключенного между ФИО3 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки путем аннулирования зарегистрированного права собственности на квартиру, истребовании из чужого незаконного владения квартиры, восстановлении в ЕГРН сведений о праве собственности ФИО1 на квартиру, признании ФИО4 утратившей право пользования жилым помещением, выселении, взыскании судебных расходов за проведенную экспертизу, встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем.

Заслушав доклад судьи Калоевой З.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились с иском, уточненным в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, к ФИО3, ФИО4, ФИО1 о признании недействительным, незаключенным, ничтожным договора купли-продажи квартиры от 13.07.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки путем аннулирования зарегистрированного права собственности на квартиру, признании недействительным, незаключенным и ничтожным договора купли-продажи квартиры от 14.02.2022, заключенного между ФИО3 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки путем аннулирования зарегистрированного права собственности на квартиру, истребовании из чужого незаконного владения квартиры, восстановлении в ЕГРН сведений о праве собственности ФИО1 на квартиру, признании ФИО4 утратившей право пользования жилым помещением, выселении, взыскании судебных расходов за проведенную экспертизу (т. 1 л.д. 1-2, 22-23).

ФИО5 обратилась со встречным исковым заявлением к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем (т. 1 л.д. 158-159).

Обжалуемым решением Каспийского городского суда Республики Дагестан от 02.09.2025 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным, незаключенным, ничтожным договора купли-продажи от 13.06.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки путем аннулирования в ЕГРН зарегистрированного права собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <…>; признании недействительным, незаключенным и ничтожным договора купли-продажи квартиры от 14.02.2022, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и применении последствий недействительности сделки путем аннулирования в ЕГРН зарегистрированного права собственности ФИО4 на вышеуказанную квартиру, истребовании из чужого незаконного владения ФИО4 вышеуказанной квартиры, восстановлении в ЕГРН сведений о праве собственности ФИО1 на указанную квартиру, признании ФИО4 утратившей право пользования жилым помещением и выселении, взыскании судебных расходов за проведенную экспертизу.

Исковые требования ФИО2 удовлетворены частично.

Суд признал недействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный 13.06.2021 между ФИО1 и ФИО3

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказано.

Удовлетворены встречные исковые требования ФИО4.

Суд признал ФИО4 добросовестным приобретателем квартиры, расположенной по адресу: <…> (т. 4 л.д. 206-225).

В апелляционной жалобе с дополнениями ФИО1, ФИО2, их представитель по доверенности ФИО6 просят отменить решение суда, как незаконное и необоснованное, принятое с нарушением норм материального и процессуального права. Ссылаются на то, что судом неверно определен состав лиц, участвующих в деле. ФИО1 оспаривает договор в связи с тем, что он его не подписывал. ФИО2 оспаривает сделку ввиду отсутствия её согласия на совершение сделки как супруги. Судом в части исковых требований ФИО2 не привлечен в качестве ответчика ФИО1, не разрешен вопрос о разъединении исковых требований. Выражают несогласие с проведенной по делу судебной почерковедческой экспертизы, поскольку у эксперта отсутствовали образцы подписи ФИО1 до возникновения судебного спора. Рукописный текст и подписи от имени ФИО3 в договорах купли-продажи, доверенностях и почтовом уведомлении выполнены разными лицами. У ФИО3 отсутствовало согласие супруга на совершение сделки купли-продажи. Суд не выяснил, по каким причинам договор купли-продажи от 14.02.202 сдан на регистрацию спустя три месяца после его заключения. ФИО4 не представлено доказательств передачи от ФИО3 подлинников правоустанавливающих документов на квартиры. Не представлено доказательств фактического обладания спорной квартирой. Цена, по которой ФИО4 приобретена квартира, явно занижена (т. 5 л.д. 47-56, 60-69).

Возражения на апелляционную жалобу с дополнениями не поступали.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан от 02.12.2025 удовлетворено ходатайство представителя ФИО3 по доверенности Агасиева Р.З. об отводе всего состава судей Верховного суда Республики Дагестан (т. 5 л.д. 88-90).

Определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 30.01.2026 данное гражданское дело передано для апелляционного рассмотрения в Ставропольский краевой суд (т. 5 л.д. 148-152).

Стороны в суд апелляционной инстанции не явились, извещались о дате, месте и времени рассмотрения дела судом апелляционной инстанции своевременно и надлежащим образом, что подтверждается имеющейся в материалах дела информацией. Кроме того, информация о дате и времени рассмотрения дела также была размещена на официальном сайте Ставропольского краевого суда в сети «Интернет». Доказательств, подтверждающих уважительность причин неявки, не предоставили и не просили об отложении дела слушанием. Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть жалобу в порядке, предусмотренном ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), в отсутствие не явившихся лиц, по имеющимся в деле материалам.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях относительно жалобы.

Выслушав представителя ФИО2 о доверенности ФИО6 поддержавшего доводы апелляционной жалобы с дополнениями, просившего отменить решение суда; представителя ФИО3 по ордеру адвоката Агасиева Р.З., представителя ФИО4 по ордеру адвоката Гусейнова М.Г., не признавших доводы апелляционной жалобы с дополнениями, просивших отказать в её удовлетворении, решение суда оставить без изменения, как законное и обоснованное. Заключение прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Ставропольского края Московкиной В.В., полагавшей, что оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционных жалоб с дополнениями не усматривается, решение суда является законным и обоснованным. Обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе с дополнениями, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

На основании ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена данным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Как следует из п. 1 ст. 209 ГК РФ право распоряжаться своим имуществом принадлежит лишь собственнику.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из владения иным путем помимо их воли.

В силу п.п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая сторона обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах.

На основании п.п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Согласно ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (ч. 2 ст. 434 ГК РФ). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В силу п. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

На основании ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как следует из материалов данного дела, ФИО1 и ФИО2 состоят в зарегистрированном браке с 18.05.2010. Приходятся родителями ФИО7, ФИО8

21.08.2020 в период брака, за ФИО1 зарегистрировано право собственности на квартиру № <…>, общей площадью 74,5 кв.м., расположенную по адресу: <…> (т. 1 л.д. 7, 70-74).

13.06.2021 между ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи указанной квартиры, стоимостью 2 276 370 рублей. Согласно п. 4.2 договора, расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора (т. 1 л.д. 6, 51-52, 135, 136).

22.06.2021 ФИО1 и ФИО3 выдали доверенность <…> на имя ФИО7 (сын М-вых) с правом регистрации прав по договору купли-продажи квартиры от 13.06.2021. Доверенность удостоверена нотариусом Махачкалинского нотариального округа РД ФИО8 (дочь М-вых) (т. 1 л.д. 117, 118).

14.07.2021 ФИО1 и ФИО3 выдали доверенность <…> на имя ФИО7 с правом регистрации прав по договору купли-продажи квартиры от 13.06.2021. Доверенность также удостоверена нотариусом Махачкалинского нотариального округа РД ФИО8 (т. 1 л.д. 133, 134).

23.06.2021 заявление в регистрирующий орган о регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи от 13.06.2021 от имени ФИО1 подано ФИО7. В указанном заявлении содержится примечание о том, что правообладатель ФИО1 в браке не состоит (т. 1 л.д. 64-66).

06.08.2021 произведена запись о государственной регистрации права ФИО3 на указанную квартиру (т. 1 л.д. 6-оборот).

14.02.2022 между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи. Право собственности ФИО4 зарегистрировано 27.05.2022 (т. 1 л.д. 160-162).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции назначена почерковедческая экспертиза (т. 2 л.д. 53-55).

Как следует из заключения ФБУ «<…>» Министерства юстиции Российской Федерации № 601/3-2 от 29.06.2023, рукописные записи и подписи от имени ФИО1, изображения которых расположены в копиях договора купли-продажи квартиры от 13.06.2021 выполнены самим ФИО1 Рукописные записи от имени ФИО1, изображения которых расположены в копиях нотариальных доверенностей от 22.06.2021 и от 14.07.2021 удостоверенных нотариусом ФИО8 выполнены не ФИО1, а другим лицом. Кем, ФИО1 или другим лицом выполнены подписи от имени ФИО1, расположенные в копиях нотариальных доверенностей от 22.06.2021 и от 14.07.2021, удостоверенных нотариусом ФИО8 не представляется возможным (т. 2 л.д. 87-96).

Разрешая возникший между сторонами спор, установив указанные обстоятельства, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь ст.ст. 160, 167, 168, 302, 549 ГК РФ, ст.ст. 34, 35 СК РФ, разъяснениями Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, от 29.04.2010 № 22, суд первой инстанции исходил из того, что подпись в договоре купли-продажи от 13.06.2021 принадлежит ФИО1, договор купли-продажи от 13.06.2021 является заключенным, письменная форма договора соблюдена, договор подписан сторонами, все существенные условия договора согласованы, фактически договор исполнен, расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора, государственная регистрация перехода права собственности на квартиру за покупателем по договору ФИО3 состоялась. С учетом изложенного, суд пришел к выводу об отказе в ФИО1 в удовлетворении исковых требований. Исходя из того, что ФИО2, являясь супругой ФИО1, не давала своего согласия на отчуждение спорной квартиры, которая куплена во время брака и является совместной собственностью, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО2 и признании недействительным договора купли-продажи от 13.06.2021.

Руководствуясь правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П, установив, сделка купли-продажи, заключенная 14.02.2022 между ФИО4 и ФИО3 соответствует всем требованиям закона, отсутствие доказательств того, что ФИО4 при осуществлении сделки купли-продажи было известно о притязаниях третьих лиц в отношении спорной квартиры, отсутствие доказательств недобросовестности ФИО4, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении остальной части исковых требований М-вых и пришел к выводу об удовлетворении встречных исковых требований ФИО4 о признании её добросовестным приобретателем спорной квартиры.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием. Мотивы, по которым суд пришел к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворения исковых требований, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии не имеется оснований. Разрешая спор, суд первой инстанции правильно установил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела, собранным по делу доказательствам дал оценку в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы с дополнениями о том, что ФИО4 не может быть признана добросовестным приобретателем, отклоняются судебной коллегией, поскольку были предметом рассмотрения суда первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка, не согласиться с которой оснований не имеется.

Как следует из материалов данного дела, как ФИО3, так и ФИО4 полагались на сведения ЕГРН, в которых информации о правах ФИО2 на спорную квартиру не имелось, как и сведений о приобретении квартиры ФИО1 в браке. В заявлении, поданном в регистрирующий орган, содержалось примечание о том, что правообладатель ФИО1 в браке не состоит. Как на момент заключения ФИО3, так и на момент заключения ФИО4 договора купли-продажи квартира под обременением или арестом не состояла, запреты на отчуждение квартиры отсутствовали.

Действующее законодательство исходит из принципа защиты добросовестных участников гражданского оборота, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность. Исходя из этого применительно к правоотношениям по поводу купли-продажи жилого помещения положение ст. 35 (ч. 1) Конституции РФ, согласно которому право частной собственности охраняется законом, не может быть интерпретировано как позволяющее игнорировать законные интересы приобретателя жилого помещения.

По смыслу ч. 2 ст. 35 Конституции РФ во взаимосвязи с её ст.ст. 45, 46 права владения, пользования и распоряжения имуществом гарантируются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся и права добросовестных приобретателей, когда при возмездном приобретении жилого помещения такой приобретатель полагался на данные ЕГРН и в установленном законом порядке зарегистрировал свое право собственности на него. Такая защита должна предоставляться добросовестным участникам гражданского оборота.

По смыслу гражданского законодательства добросовестность участника гражданского оборота, полагающегося при приобретении недвижимого имущества на данные ЕГРН, предполагается (абз. 3 п. 6 ст. 8.1, п. 5 ст. 10 ГК РФ).

Вышеизложенное согласуется с правовой позицией Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 24.03.2015 № 5-П.

Оснований сомневаться в добросовестности поведения как ФИО3, так и ФИО4 при приобретении спорного недвижимого имущества не имеется.

Факт выбытия имущества из владения собственника ФИО1 помимо его воли стороной истца не доказан. ФИО1 имел волю на отчуждение спорной квартиры другому лицу, он по своей воле подписал договор купли-продажи и передал квартиру покупателю ФИО3, которая в настоящее время фактически находится во владении и пользовании ФИО4, что подтверждается представленными в материалы данного дела доказательствами.

Требования ФИО2 о недействительности сделки, истребовании спорного имущества основаны на отсутствии её воли как законной супруги на отчуждение совместно нажитого имущества.

Вместе с тем, согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.07.2021 № 35-П, разумное и осмотрительное поведение добросовестного участника гражданского оборота, полагающегося на сведения ЕГРН, не предполагает выяснения им, находилось ли имущество до его приобретения отчуждателем в общей совместной собственности бывших супругов и не было ли оно по какой-либо из предыдущих сделок отчуждено без согласия одного из них. Иное возлагало бы на приобретателей недвижимости все риски, связанные с признанием недействительными сделок, совершенных третьими лицами, и тем самым подрывало бы доверие граждан к государственной регистрации недвижимости.

Приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (ст.ст. 234, 302 ГК РФ), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

По смыслу ч. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст.ст. 45, 46 права владения, пользования и распоряжения имуществом гарантируются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся и права добросовестных приобретателей, когда при возмездном приобретении жилого помещения такой приобретатель полагался на данные Единого государственного реестра недвижимости и в установленном законом порядке зарегистрировал свое право собственности на него. Такая защита должна предоставляться добросовестным участникам гражданского оборота, если они возмездно приобрели право собственности на жилое помещение, одна из предыдущих сделок с которым была оспоримой, и от них на основании ст.ст. 301, 302 ГК РФ истребуется имущество после признания судом этой сделки недействительной по иску бывшего супруга как совершенной без его согласия.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия (например, п. 3 ст. 35 СК РФ).

Согласно п. 3 ст. 35 СК РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

По смыслу п. 3 ст. 433 ГК РФ в отношении третьих лиц договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. В отсутствие государственной регистрации такой договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 35 СК РФ, супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Вместе с тем супруг (сособственник общего совместного имущества), сведений о котором не имеется в ЕГРН, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должен сам предпринимать меры - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности - по контролю за ним и в том числе, когда это отвечает его интересам, совершать действия, направленные на своевременный раздел данного имущества. По крайней мере, он вправе предпринять действия, направленные на внесение указания о нем как о сособственнике в запись о регистрации права собственности на входящее в совместную собственность имущество. В отсутствие же таких действий с его стороны недопустимо возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без его согласия, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения указанного реестра и ставшего собственником имущества.

Даже в случае доказанности отсутствия согласия супруга на распоряжение совместно нажитым в браке имуществом другим супругом, иск к добросовестному участнику гражданского оборота, который возмездно приобрел жилое помещение, полагаясь на данные ЕГРН, и в установленном законом порядке зарегистрировал возникшее у него право собственности, не подлежит удовлетворению.

Как указывалось выше, в настоящем споре не доказано, что ФИО4 знала или заведомо должны была знать об отсутствии согласия ФИО2 на отчуждение спорной квартиры.

На момент заключения договора купли-продажи между ФИО3 и ФИО4 в ЕГРН содержалась запись о том, что собственником спорного имущества является ФИО3 При этом её право зарегистрировано на основании договора купли-продажи от 13.06.2021 (то есть запись о праве собственности продавца сделана более полугода назад). При этом в ЕГРН отсутствовали записи об ограничениях на распоряжение спорным имуществом.

ФИО4, заключая оспариваемый договор купли-продажи недвижимого имущества, разумно предполагала, что заверения продавца об отсутствии притязаний третьих лиц на спорный объект недвижимости в совокупности с отсутствием зарегистрированных арестов и иных обременений являются достоверными. Продавец ФИО3 в момент совершения оспариваемого договора являлась единственным собственником спорной квартиры. Как следствие у покупателя не было разумных оснований усомниться в правомочиях продавца.

Доказательств того, что при совершении сделки ФИО4 должна была усомниться в правомочиях продавца на отчуждение имущества, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

Каких-либо доказательств того, что ФИО4 знала о том, что продавцом ФИО3 спорное имущество приобретено незаконно, и имеются обстоятельства, в связи с которыми это право может быть оспорено, а само имущество может быть истребовано по иску третьего лица, в том числе истца, что свидетельствовало бы о недобросовестности ФИО4, не представлено.

Таким образом, ФИО4 проявила при совершении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, и в отношении неё действует принцип защиты добросовестного участника гражданского оборота, упомянутый в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 24.03.2015 № 5-П, от 13.07.2021 № 35-П. С учетом изложенного, ФИО4 является добросовестным приобретателем.

Как правильно установлено судом первой инстанции, договор купли-продажи исполнен обеими сторонами, квартира передана и находится во владении ФИО4, которая осуществляет все правомочия собственника, несет бремя содержания имущества, оплачивая коммунальные услуги за квартиру, проживая в ней.

С учетом вышеизложенного, а также правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, доводы апелляционной жалобы с дополнениями о незаконности отчуждения супругом ФИО1 спорного недвижимого имущества, приобретенного в период брака, не может быть принят во внимание, поскольку ФИО2, находясь в браке с ФИО1 и проживая с ним одной семьей, что предполагает наличие семейных доверительных отношений, а потому, считая спорное имущество совместно нажитым имуществом, должна была интересоваться судьбой совместного имущества, следить за ним, однако должным образом этого не делала. В то время, как при должной степени заботливости и осмотрительности могла реализовать свое право собственности на спорное недвижимое имущество путем принятия своевременных мер по контролю над общим имуществом супругов и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество.

По этим же основаниям судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ФИО2 о её неосведомленности о сделке, поскольку на период заключения спорной сделки стороны состояли в браке, следовательно, действуя разумно и осмотрительно, она должна была следить за судьбой спорного имущества.

По мнению судебной коллегия, пассивное поведение ФИО2, не предпринявшей своевременно мер по включению в ЕГРН сведений о своих правах на это имущество, не должно повлечь для добросовестного участника сделки негативных последствий.

При таких обстоятельствах, с учетом приведенной выше правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, недопустимо возложение неблагоприятных последствий сделки между ФИО3 и ФИО9 на ФИО4, а потому спорное имущество не может быть истребовано из владения последней и возвращено истцу.

При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить, что ФИО2 вправе рассчитывать на выплату другим супругом компенсации части стоимости имущества, при наличии доказательств того, что денежные средства от продажи данного имущества супруг израсходовал не в интересах семьи.

Доводы апелляционной жалобы с дополнениями о том, что в оспариваемом договоре купли-продажи от 13.06.2021, доверенностях от 22.06.2021 и 14.07.2021, договоре купли-продажи от 14.02.2025 рукописный текст и подписи от имени ФИО3 выполнены разными лицами, по мнению судебной коллегии, являются голословными и опровергаются материалами данного дела и не влекут к отмене решения суда.

Доводы апелляционной жалобы с дополнениями о том, что представленные в материалы доверенности от 22.06.2021 и от 14.07.2021 ФИО1 не подписывал, не влекут к отмене решения суда, поскольку они истцами не оспаривались, предметом настоящего спора не являлись.

Доводы апелляционной жалобы с дополнениями о занижении продажной стоимости имущества также не свидетельствует о недействительности сделки, поскольку право собственности перешло к покупателю за плату, тогда как в силу положений ст. 421 ГК РФ цена товара в гражданском обороте определяется сторонами свободно.

Доводы апелляционной жалобы с дополнениями о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, выразившихся в неверно определенном составе лиц, участвующих в деле, в не разрешении вопроса о разъединении исковых требований, отклоняются, как необоснованные.

В соответствии с ч. 2 ст. 151 ГПК РФ судья выделяет одно или несколько соединенных исковых требований в отдельное производство, если признает, что раздельное рассмотрение требований будет целесообразно.

Согласно приведенной норме, объединение дел и выделение исковых требований является правом, а не обязанностью суда.

В рассматриваемом споре суд пришел к выводу о целесообразности рассмотрения приведенных выше требований в одном производстве, что не является, вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнениями, нарушением норм процессуального права и основанием для отмены решения суда применительно к положениям ст. 330 ГПК РФ.

С учетом изложенного, судебная коллегия признает голословными вышеуказанные доводы апелляционной жалобы с дополнениями, которые не являются доказательством порока формы оспариваемого договора.

Доводы апелляционной жалобы с дополнениями о том, что судом неправильно установлены обстоятельства, имеющие значение дела, нельзя признать обоснованными. Несогласие в апелляционной жалобе с выводами суда первой инстанции в отношении представленных доказательств и установленных по делу обстоятельств не принимаются судебной коллегией, поскольку согласно положениям ст.ст. 56, 59, 67 ГПК РФ суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Доводы апелляционной жалобы с дополнениями повторяют позицию стороны, изложенную при рассмотрении спора в суде первой инстанции, по существу направлены на переоценку доказательств об обстоятельствах, установленных и исследованных судом первой инстанции, и обусловлены субъективным толкованием действующего законодательства. Не содержат фактов, непроверенных и неучтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, являются несостоятельными.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (ч. 1 ст. 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.

Судебная коллегия находит, что выводы суда первой инстанции мотивированы, сделаны при правильном определении юридически значимых обстоятельств, надлежащей оценке представленных доказательств и основаны на нормах материального права. Процессуальные действия судьи в части движения дела, сбора доказательств и их оценки основаны на законе и не могут быть признаны как необъективный подход к рассмотрению дела.

В соответствии с п. 1 ст. 328 ГПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции вправе: оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Исходя из изложенного, постановленное по делу решение отвечает требованиям ст. 195 ГПК РФ о законности и обоснованности судебного решения, а доводы апелляционной жалобы с дополнениями не содержат, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, правовых оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Каспийского городского суда Республики Дагестан от 02.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями - без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу в кассационном порядке в Пятый кассационный суд общей юрисдикции (г. Пятигорск) по правилам, установленным главой 41 ГПК РФ через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24.03.2026.

Председательствующий:

Судьи: