Решение № 2-2904/2018 2-2904/2018 ~ М-250/2018 М-250/2018 от 28 мая 2018 г. по делу № 2-2904/2018

Дело № 2-2904/2018

Категория 2.200


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2018 года Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Вожжовой Т.Н.,

при секретаре Сотниковой В.С.,

с участием ответчика ФИО1 и его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО1, мотивируя требования тем, что 26 октября 2015 года в ходе следственного действия опознание ответчик в присутствии законного представителя ФИО2 указал на него как на лицо, совершившее в отношении него преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации. 27 октября 2015 года ответчик в ходе очной ставки подтвердил результат опознания. Законный представитель ответчика ФИО2 в ходе следственных действий оскорбляла его, высказывала проклятья. При этом ФИО2 делала без его разрешения видеозапись, показывала знакомым, указывая, что истец совершил преступление. В ходе судебного следствия ФИО2 также оскорбляла его и унижала его достоинство, а ответчик просил наказать его по всей строгости закона. 09 декабря 2016 года приговором Октябрьского районного суда г.Красноярска истец оправдан по обвинению в совершении преступления в отношении ответчика. Указывая, что из-за действий ответчика и его законного представителя он был незаконного привлечен к уголовной ответственности, терпел оскорбления и унижения, обвинения в преступлении, которого он не совершал, распространял такие сведения в отношении него в обществе, потерял аппетит, страдал бессонницей, в связи с чем просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей.

В судебное заседание истец не явился, извещен о дне, времени и месте рассмотрения дела заказным письмом, отбывает наказание в исправительном учреждении, просил рассматривать дело в его отсутствие.

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенная до участия в деле по устному ходатайству, против удовлетворения иска возражали. ФИО1 суду пояснил, что ответчика намеренно он не оговаривал. Полагают, что истцом не представлено доказательств в обоснование своих доводов. Под стражей ФИО3 находился и получил наказание в виде реального лишения свободы в связи с другим эпизодом разбойного нападения, в связи с чем изоляция от общества, как в период следствия, так и по приговору суда не связана с позицией ФИО1 по делу и его показаниями. Доказательств наличия причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья истца и поведением ответчика не представлено. Доводы истца о недопустимом поведении ФИО2 голословны, противоречат материалам дела, не соотносятся с личностью ФИО2, которая положительно характеризуется по месту работы, не привлекалась к ответственности за нарушение порядка в судебном заседании, из зала суда не удалялась. Факт распространения ФИО2 какого-либо видео в отношении истца не подтвержден. Также указали, что потерпевшим ФИО1 подано заявление о совершенном преступлении по факту, а не в отношении конкретного лица. На опознании ФИО1 указал на истца как на наиболее похожего человека, высказал свое мнение, а обязанность расследования уголовного дела возложена на правоохранительные органы, поскольку следователь от имени государства принимает решение о привлечении конкретного лица к уголовной ответственности. Также указали, что вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством, а не потерпевшим по уголовному делу. В связи с чем просят в удовлетворении иска отказать.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, и не возражавших против рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Суд, выслушав объяснения ответчика, его представителя, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно пункту 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.Приговором Октябрьского районного суда г. Красноярска от 09 декабря 2016 года, рассмотревшего материалы уголовного дела в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, установлено, что органами предварительного следствия ФИО3 обвинялся в разбое, то есть в нападении 01 октября 2015 года на ФИО1 возле первого подъезда дома № У по Х в Х в целях хищения имущества потерпевшего с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Согласно обвинительному заключению, ФИО3 в указанное время указанной даты продемонстрировал ФИО1 имевшийся у подсудимого при себе нож, используя данный нож в качестве оружия, угрожая при этом потерпевшему применением насилия, опасного для жизни и здоровья последнего и требуя у ФИО1 деньги, после чего похитил из кошелька ФИО1 денежные средства в размере 1100 рублей.

Действия подсудимого по факту нападения на ФИО1 органами предварительного следствия квалифицированы как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, с угрозой применения такого насилия, с применением предметов используемых в качестве оружия.

Исследовав добытые по делу доказательства, суд пришел к выводу о том, что подсудимый ФИО3 подлежит оправданию в совершении 01 октября 2015 года преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО1 (л.д. 5-17).

Приговор суда вступил в законную силу 06 апреля 2017 года (л.д. 18-30).

Обращаясь в суд с настоящим иском о взыскании компенсации морального вреда, истец ФИО3 указал, что по вине ответчика ФИО1 и его законного представителя А5 он необоснованно привлечен к уголовной ответственности, однако был оправдан приговором суда ввиду непричастности к совершению преступления в отношении ФИО1

Между тем, согласно ст. 20 Уголовного кодекса Российской Федерации в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Уголовные дела, за исключением уголовных дел, указанных в частях второй и третьей настоящей статьи, в том числе по ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами публичного обвинения.

В соответствии с ч. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

При таком правовом регулировании ФИО1 является ненадлежащим ответчиком по требованию ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по факту преступления, совершенного в отношении ФИО1, поскольку уголовное дело по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, является уголовным делом публичного обвинения.

Также суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств того, что обращение ФИО1 в правоохранительные органы было обусловлено исключительно намерением ответчика причинить вред истцу.

Как следует из разъяснений в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в случае, когда гражданин обращается в государственные органы и органы местного самоуправления с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного сведения о совершении в отношении ФИО1 преступления, сообщенные в правоохранительные органы, нельзя рассматривать как распространение не соответствующих действительности и порочащих сведений, поскольку объяснения ФИО1 были даны сотрудникам полиции и суду, как должностным лицам, обязанным в силу своего положения осуществлять надзор за соблюдением законов и проверять поступающую информацию, а также рассматривать уголовные дела.

При этом обращение законного представителя ФИО2 в указанные органы продиктовано намерением защитить права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ФИО1, а не намерением причинить вред истцу.

Факт совершения законным представителем ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являвшегося несовершеннолетним на момент проведения следствия, ФИО2 видеозаписи истца, и её распространение с комментарием об изображении на записи преступника, который с ножом отбирает деньги у детей, допустимыми доказательствами ФИО3, не подтвержден, тогда как именно истец обязан суду представить доказательства распространения о нем сведений порочащего характера.

Более того, вне зависимости от наличия или отсутствия факта распространения сведений ФИО2, ФИО1 является ненадлежащим ответчиком по требованию о компенсации морального вреда за действия, которые как указывает истец, совершило иное лицо.

Довод истца о том, что законный представитель ответчика ФИО2 допускала в его адрес оскорбления, унижающие его достоинство, является голословным, никакими доказательствами не подтвержден.

В протоколах судебных заседаний по уголовному делу № У факты оскорбления ФИО1 истца не зафиксированы.

Более того, вне зависимости от наличия или отсутствия факта оскорбления истца ФИО2, ФИО1 является ненадлежащим ответчиком по требованию о компенсации морального вреда за действия, которые как указывает истец, совершило иное лицо.

С учетом вышеизложенного, в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований Владислава Андреевича к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Т.Н. Вожжова