Решение № 2-205/2024 2-205/2024(2-4388/2023;)~М-3889/2023 2-4388/2023 М-3889/2023 от 20 апреля 2024 г. по делу № 2-205/2024

УИД: 66RS0044-01-2023-005070-31

Дело № 2-205/2024

Мотивированное
решение суда изготовлено 23 января 2024 года

(С учетом выходных дней 20.01.2024 и 21.04.2024)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Первоуральск 16 января 2024 года

Первоуральский городской суд Свердловской области

в составе председательствующего Логуновой Ю.Г.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Маликовой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-205/2024 по иску прокурора города Первоуральска в интересах ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Уральский завод сварочного и нефтегазового оборудования «Искра» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор г. Первоуральска в защиту интересов ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Уральский завод сварочного и нефтегазового оборудования «Искра»/далее по тексту -ООО «УЗСНГО «ИСКРА»/ о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

Определением Первоуральского городского суда от 13.11.2023 в порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участи в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО2

Определением Первоуральского городского суда от 16.01.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора привлечены Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес>, Государственная инспекция труда в <адрес>, ФИО3/л.д.134-135/.

В судебном заседании старший помощник прокурора <адрес> Фетисова А.С. заявленные исковые требования поддержала. Суду пояснила, что прокуратурой <адрес> в ходе осуществления надзора за соблюдением трудовых прав граждан в части обеспечения прав работников на безопасные условия труда, а также рассмотрения обращения ФИО1 был рассмотрен материал расследования тяжелого несчастного случая, связанного с производством.

В рамках расследования тяжелого несчастного случая, связанного с производством, установлено что 14.07.23 с водителем электро-и автотележки ФИО1 произошел несчастный случай. ФИО1 приступил к работе в 8.00 час. утра. В 10-50 час. пришел на территорию склада готовой продукции чтобы получить дальнейшее сменное задание от начальника склада ФИО3, которая была занята оформлением документов на отгрузку. Во время ожидания ФИО1 потерял сознание, упал, ударившись головой и телом о бетонный пол. Сотрудники, увидев падение ФИО1 и его судорожное состояние, вызвали «скорую помощь». После оказания первой медицинской помощи, ФИО1 был госпитализирован в травматологическое отделение ГАУЗ СО «ГБ <адрес>». ФИО1 был установлен диагноз: «<данные изъяты> степень тяжести повреждения здоровья- тяжелая. При расследовании комиссией было установлено, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ООО «УЗСНГО «ИСКРА», несчастный случай произошел на территории предприятия в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей. Были выявлены нарушения требований трудового законодательства. Обучение работников по оказанию первой помощи пострадавшим производится без практических занятий по формированию умений и навыков оказания первой помощи пострадавшим, нет помещения, оборудованного для проведения обучения работников и имеющего технические средства обучения. Также было выявлено отсутствие у работодателя медицинского заключения о наличии или отсутствии у ФИО1 противопоказаний по вредным факторам, ФИО1 был допущен к исполнению трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обязательного периодического медицинского осмотра. Не проведено обязательное психиатрическое освидетельствование. ФИО1 был обеспечен средствами индивидуальной и коллективной защиты, на момент несчастного случая был одет в костюм для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий, но не применял защитную каску. Основной причиной несчастного случая –внезапное ухудшение самочувствия пострадавшего, сопутствующими причинами являются неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в допуске работника к выполнению работ, без использования выданных ему средств индивидуальной защиты (защитной каски), что не исключило получения тяжелой травмы головы при падении, а также непринятии исчерпывающих мер по осуществлению контроля за соблюдением ответственными лицами требования охраны труда в части проведения медицинских осмотров, обучения по охране труда в установленном порядке и отстранение работников от трудовой деятельности при выявленных нарушениях.

В результате несчастного случая, ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью, он до настоящего времени находится на больничном, испытывает физическую боль в связи с полученными травмами (<данные изъяты>), последствием которой явилась <данные изъяты>, вероятностным является потеря ФИО1 трудоспособности. Также ФИО1 постоянно испытывает <данные изъяты>. ФИО1 испытывает нравственные страдания, связанные с тем, что он не может обеспечивать семью, продолжать трудовую деятельность.

На основании изложенного и руководствуясь положениями ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 17, ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, абз. 4 и 14 ч. 1 ст. 21, абз. 4,15 и 16 ч. 2 ст. 22, ч. 1 ст. 212, абз. 2 ч. 2 ст. 212, абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 150, ст. 151, п. 1 ст. 1099, п.п. 1, 2 ст. 1064, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации просила суд о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился по состоянию здоровья, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, его интересы в судебном заседании представляла ФИО4, действующая на основании доверенности № № от 09.11.2023 сроком действия десять лет со всеми правами/л.д.97-100/. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца ФИО1.

Представитель истца ФИО1 – ФИО5 в судебном заседании пояснения старшего помощника прокурора <адрес> Фетисовой А.С. поддержала, на заявленных требованиях настаивала. Суду пояснила, что ФИО1 приходится ей супругом. В результате полученной травмы ФИО1 до настоящего времени находится на больничном, переведен в госпиталь <адрес>, его готовят к операции. Действительно, у ее мужа случился <данные изъяты> (до этого 8 лет у него не было <данные изъяты>). Со слов врача, случившийся <данные изъяты> может быть не связан с заболеванием, однако такое может произойти с тем, кто <данные изъяты> супругом она не отрицает). В результате случившегося <данные изъяты> ее супруг упал и сильно ударился головой о бетонный пол цеха. В указанный день и за день до происшествия ее супруг <данные изъяты> не употреблял. Полагает, что такие сильные травмы ее супруг получил в результате того, что никто из его коллег не пришел ему на помощь. На снижение суммы компенсации морального вреда она не согласна, поскольку травмы, полученные ее супругом являются тяжелыми, привели к <данные изъяты>.

Ответчик – представитель ООО «УЗСНГО «ИСКРА» ФИО6, действующий на основании доверенности № от 09.01.2024 сроком действия один год со всеми правами/л.д.190/ в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, представил письменный отзыв на исковое заявление/л.д.101-103/. Суду пояснил, что по мнению стороны ответчика, несчастный случай и выразившиеся в его результате последствия произошли, в том числе, по причине небрежности самого пострадавшего ФИО1, указанные обстоятельства подтверждаются его объяснениями и материалами дела.

Основной причиной несчастного случая определена – прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев, в том числе, внезапное ухудшение самочувствия пострадавшего (головокружение и других), в результате чего работник, потеряв сознание, упал на пол, получив травмы. Полученные травмы могли бы быть менее тяжкими, если бы пострадавший применял выданные ему работодателем средства индивидуальной защиты - каску. Пострадавший в своих объяснениях указывает, что не применял каску по своей небрежности, так как посчитал, что поскольку в данный момент он не принимал участие в работах, ждал очередного задания каску применять нет необходимости в нарушение пункта 4.3.1. Инструкции № 8 «По охране труда для водителя электро- и автотележки», согласно которому водитель электро- и автотележки перед началом работы обязан надеть положенные спецодежду, спецобувь и средства индивидуальной защиты.

Кроме того, в апреле-мае 2023 года истец в ходе профосмотра прошел врача- <данные изъяты>, было получено заключение о том, что ФИО1 здоров и годен к выполнению трудовых обязанностей. Таким образом, при прохождении профосмотра в мае 2023 года было выявлено, что ФИО1 здоров. В последующем выяснилось, что оценка труда истца проводилась медицинской организацией не по надлежащим нормативам. Из представленных медицинских документов следует, что в марте 2023 года у истца случились <данные изъяты>, ФИО1 <данные изъяты>, что не оспаривалось супругой ФИО1 в судебном заседании.

За соблюдением требований техники безопасности на данном участке предприятия ответственные начальник склада ФИО3 и главный инженер предприятия ФИО2, которые в связи с произошедшим несчастным случаем с ФИО1 подверглись дисциплинарному взысканию в виде выговора.

Полагает, что вина работодателя в произошедшем минимальна, в данном случае имеется небрежность со стороны ФИО1 и ответственных лиц. Заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей не отвечает критериям разумности и справедливости, по мнению стороны ответчика разумным назначением в качестве выплаты понесенного морального вреда будет являться денежная компенсация в размере 50 000 рублей.

Третье лицо – представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> ФИО7, действующий на основании доверенности № от 13.12.2023 сроком действия три года со всеми правами/л.д.189/ разрешения заявленных исковых требований в части определения размера компенсации морального вреда оставил на усмотрение суда, представил письменный отзыв на исковое заявление/л.д.164/. Суду пояснил, что ООО «УЗСНГО «ИСКРА» 14.08.2023 составлен акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве, произошедшем 14.07.2023 с работником ФИО1. Согласно медицинскому заключению № от 17.07.2023 формы №/у установлен диагноз: <данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровью при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории травма тяжелая. Данный случай является страховым. По документам, представленным в ОСФР по <адрес>, Фондом произведена оплата б/л ФИО1 за период болезни по НС с 17.07.2023 по 12.12.2023. Оплата подтверждена справкой. Согласно расчетов, представленных предприятием расчет произведен из 100 % стажа (НС на производстве).

Третьи лица главный инженер ООО «УЗСНГО «ИСКРА» ФИО2, начальник склада ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом/л.д.142,148/. Своими заявлениями просили дело рассмотреть в свое отсутствие, указав, что заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей не отвечает критериям разумности и справедливости/л.д.150, 151/. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии третьих лиц ФИО2 и ФИО3.

Третье лицо – представитель Государственной инспекции труда в <адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется уведомление/л.д.141/. Заявлений, ходатайств, возражений суду не представил. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии представителя третьего лица Государственной инспекции труда в <адрес>.

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующему.

Статьей 1 Федерального закона № 2202-1 от 17.01.1992 «О прокуратуре Российской Федерации» на органы прокуратуры РФ возложен надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов.

Согласно ч.1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

Как следует из п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" вред, причиненный жизни или здоровью физического лица при исполнении им обязательств по гражданско-правовому договору, предметом которого являются выполнение работ и (или) оказание услуг, договору авторского заказа, в соответствии с которыми не предусмотрена обязанность заказчика по уплате страховых взносов страховщику, возмещается причинителем вреда в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора; в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

По правилам ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда; при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства; суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, в совокупности оценивает конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнося их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности; также при определении размера компенсации вреда суд должен учитывать требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из нормативных положений, регулирующих отношения по компенсации морального вреда, причиненного работнику, и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по их применению в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющими понятие морального вреда, способы и размер компенсации морального вреда, с учетом правовой позиции Европейского Суда по правам человека, выраженной в постановлении от 18.03.2010 по делу "М. (Maksimov) против России", следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий работника как последствия нарушения его трудовых прав, неправомерного действия (бездействия) работодателя как причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вины работодателя в причинении работнику морального вреда.

Таким образом, в случае нарушения работодателем прав и законных интересов работника возникновение у последнего нравственных страданий презюмируется, и предмет доказывания сводится в данном случае к доказыванию характера и объема наступивших последствий, вызванных физическими либо нравственными страданиями лица, что способно повлиять на размер денежной компенсации.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а потому предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Определение конкретного размера денежной компенсации морального вреда является правом суда.

Из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" также следует, что при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании трудового договора № от 24.11.2020 приказом № от 24.11.2020 истец ФИО1 был принят на работу в ООО «УЗСНГО «ИСКРА» участок сборок агрегатов, генераторов, шасси на должность водителя электро- и автотележки/л.д. 46 оборот, 47 оборот-49/.

Приказом №-ЛС от 12.04.2023 истец ФИО1 был переведен на работу в ООО «УЗСНГО «ИСКРА» на склад на должность водителя электро- и автотележки/л.д.47/.

Трудовые отношения между ООО «УЗСНГО «ИСКРА» и ФИО1 не прекращены.

Как следует из материалов дела, прокуратурой <адрес> в ходе осуществления надзора за соблюдением трудовых прав граждан, в части обеспечения прав работников на безопасные условия труда, а также рассмотрения обращения ФИО1 был рассмотрен материал расследования тяжелого несчастного случая, связанного с производством, произошедшим 14.07.2023 с водителем электро и автотележки ООО «УЗСНГО «ИСКРА» ФИО1/л.д.15/.

Судом установлено, что 14.07.2023 в 10:50 час. с истцом ФИО1 произошел несчастный случай, о чем работодателем составлен акт № по форме Н-1/л.д.21 оборот-25/.

Согласно акту №14.07.2023 водитель электро- и втотележки ФИО1 приступил к работе в 8-00 час.. В 10 ч. 50 мин. ФИО1 пришел на территорию склада готовой продукции, чтобы получить дальнейшее сменное задание от начальника склада ФИО3, которая была занята оформлением документов на отгрузку. Во время ожидания ФИО1 потерял сознание и упал на бетонный пол, ударившись головой и телом о бетонный пол. Начальник склада ФИО3 увидев падение ФИО1 и его судорожное состояние, позвала на помощь грузчика ФИО11 Грузчик ФИО11 сразу подбежал к пострадавшему для оказания первой помощи, держал голову ФИО1 во время <данные изъяты>. Начальник склада ФИО3 сообщила начальнику цеха нестандартной продукции ФИО12. ФИО12 вызвал скорую помощь, сообщил генеральному директору и в отдел охраны труда. После оказания первой медицинской помощи врачом скорой помощи пострадавший был госпитализирован в травматологическое отделение ГАУЗ СО «ГБ <адрес>»/л.д.22 оборот/.

Как следует из акта № по форме Н-1 согласно справке формы 315/У от 17.07.2023, выданной ГАУЗ СО «ГБ <адрес>» пострадавшему установлен диагноз: <данные изъяты>. Степень тяжести повреждения здоровья – тяжелая/л.д. 16, 24 оборот/.

В ходе расследования комиссией установлено, что водитель электро- и автотележки ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ООО «УЗСНГО «ИСКРА». Несчастный случай с водителем электро-и автотележки ФИО1 произошел на территории предприятия - ООО «УЗСНГО «ИСКРА» в рабочее время при выполнении трудовых обязанностей в интересах работодателя. Водитель электро-и автотележки ФИО1 в соответствии с трудовой функцией, установленной инструкцией по охране труда № утвержденной ДД.ММ.ГГГГ выполняет работы по эксплуатации электро- и автотележки.

Также согласно акту № по форме Н-1, при проверке выявлено, что у работодателя нет медицинского заключения о наличии или отсутствии у ФИО1 противопоказаний по вредным факторам, установленных картой № от ДД.ММ.ГГГГ специальной оценки условий труда на рабочем месте водителя электро- и автотележки, а именно, п. 4.3.2 - Общая вибрация, п. 4.4 — Шум и по п. 5.1 - Тяжесть трудового процесса, 5.2 Напряженность трудового процесса, п. 129.1 — Серная кислота и виду выполняемых работ п. 18.1.- Категории «А», «В», «ВЕ». В нарушение требований ст. 76, 214, 220 ТК РФ, п. 20, 21 Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, утв. Приказом Министерство здравоохранения РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ. Перечня вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные медицинские осмотры при поступлении на работу и периодические медицинские осмотры, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ №н Министерства здравоохранения РФ 1420н от ДД.ММ.ГГГГ. Водитель электро- и автотележки ФИО1 допущен к исполнению трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обязательного периодического медицинского осмотра.

Обязательное психиатрическое освидетельствование водителю электро- и автотележки ФИО1 не проведено в установленном порядке предусмотренным приказом Минздрава России от 20.05.2022 №342н «Об утверждении порядка прохождения обязательного психиатрического освидетельствования работниками, осуществляющими отдельные виды деятельности, его периодичности, а также видов деятельности, при осуществлении которых проводится психиатрическое освидетельствование». Допуск ФИО1 без прохождения психиатрического освидетельствования нарушает требование ст. 76 ст. 214 ст. 220 ТК РФ.

Профессия водитель электро- или автотележки входит в перечень работ, профессий, должностей, непосредственно связанных с управлением транспортными средствами или управлением движением транспортных средств утв. постановлением Правительства РФ от 29.12.2020 2349. Согласно Федерального закона от 10.12.1995 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения»^ водители транспортного средства проходят обязательные предрейсовые и послерейсовые медицинские осмотры. ФИО1 допущен к управлению транспортного средства (электротележки) без прохождения предрейсового медицинского осмотра, что нарушает требование ст. 76 ст. 214 ст. 220 ТК РФ.

Причинами несчастного случая (п.10 акта по форме Н-1 ) являются:

10.1 Прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев, в том числе внезапное ухудшение самочувствия пострадавшего (головокружение и других) в результате чего работник, потеряв сознание упал на пол, получив травмы.

10.2 Неудовлетворительная организация производства работы, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в допуске работника к выполнению работ, обусловленных должностными обязанностями, без использования выданных ему средств индивидуальной защиты (защитной каски), что не исключило получения тяжелой травмы головы при падении. Нарушение требований ст. 76, 214 ТК РФ, п. 26 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты»

10.3 Неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда выразившееся в непринятии исчерпывающих мер по осуществлению контроля за соблюдением ответственными лицами, установленных трудовым законодательством требований охраны труда в части проведения медицинских осмотров, обучения по охране в установленном порядке и отстранение работников от трудовой деятельности при выявленных нарушениях. Данные требования направлены на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности. Нарушение требований п. 47 Примерного положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 29.10.2021 г. № 776н, ст.ст. 214, 217 ТК РФ/л.д.25/.

Факт произошедшего несчастного случая с ФИО1 на производстве подтверждается также иными представленными в материалы дела документами, а именно: копией извещения о несчастном случаи на производстве/л.д.15 оборот/, копией акта о расследовании группового несчастного случая ( легкого несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом)/л.д.16 оборот-21/, копией приказа № )Д-144/1 от 17.06.2023 о создании комиссии по расследованию несчастного случая/л.д.26/, копией протокола опроса пострадавшего при несчастном случае (очевидца несчастного случая, должностного лица)/л.д.27 оборот-28, 28 оборот-29, 29 оборот-30, 30 оборот-31, 31 оборот-32, 32 оборот-33/, копией объяснительной ФИО1/л.д.33 оборот/, копией объяснительной ФИО3/л.д.34-34 оборот/, копией объяснительной ФИО11/л.д.35/, копией протокола осмотра места несчастного случая/л.д.35 оборот-37/, копией места происшествия/л.д.37/, копией заключения по квалификации тяжелого несчастного случая/л.д.185/.

Согласно разделу № 11 акта №, лицом, допустившим нарушение требований охраны труда указан главный инженер ФИО2 ( п.11.1).:

-не осуществление контроля за применением работником (водителем электро – и автотележки) выданных ему средств индивидуальной защиты при выполнении работ, обусловленных должностями обязанностями. Нарушение требований ст. 76, 214 ТК РФ, п. 26 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты» утв. приказом Минздравсоцразвития России от 01.06.2009 № 290н, п. 25.1 Положения о системе управления охраной труда, утвержденного и введённого в действие приказом генерального директора ООО «УЗСНГО «ИСКРА» № 27/2 от 28.02.2022;

-необеспечение функционирования системы управления охраны труда, что явилось следствием не принятия исчерпывающих мер по проведению медицинских осмотров, проведению психиатрического освидетельствования и мер по снижению уровня риска от падения, обучения по охране труда в установленном порядке, направленных на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, чем нарушены требования ст. 214, ст. 217 ТК РФ, п. 47 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 29.10.2021/л.д.21 оборот-25/.

Согласно копии Приказа №-К от 15.08.2023 в связи с неудовлетворительной организацией производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в допуске работника к выполнению работ, обусловленных должностными обязанностями, без использования выданных ему средств индивидуальной защиты (защитной каски), что не исключило получения тяжелой травмы головы при падении. По результатам расследования несчастного случая от 14.07.2023 произошедшего с водителем электро- и автотележки ФИО1 на главного инженера ФИО2 и начальника склада ФИО3 наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора/л.д.163/.

Таким образом, лицами, допустившими нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных актов, явившихся причинами несчастного случая, являются главный инженер ФИО2 и начальник склада ФИО3, которые нарушили положения ст. 76, 214 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 26 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты».

Согласно выписного эпикриза ГАУЗ СО «СОКП госпиталь для ветеранов войн», ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в <данные изъяты> отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом <данные изъяты>.

Анамнез заболевания: получил <данные изъяты> 07.2023. Находился на лечении в ГБ <адрес>. Больному выполнена <данные изъяты>. Поступил в 15 отделение для решения вопроса об оперативном лечении.

Локальный статус: <данные изъяты>.

18.12.23 Операция: <данные изъяты>.

<данные изъяты>.

Получал <данные изъяты>. Послеоперационный период без особенности. Рана зажила первичный натяжением.

В удовлетворительном состоянии выписан на амбулаторное лечение под наблюдение <данные изъяты> по месту жительства. Даны рекомендации. Критерии качества лечения достигнуты.

Лист нетрудоспособности: б/л с 15.07.23 по 28.12.23, амб. период с 29.12.23/л.д.149/

Ответчик не оспаривал факт получения истцом телесных повреждений в виде <данные изъяты>. Доказательства того, что данные повреждения были получены при иных обстоятельствах, чем указано истцом, равно как и доказательств о наличии в действиях ФИО1 грубой неосторожности (ст. 1083 ГК РФ) суду не представлены, материалы дела не содержат.

На основании вышеизложенного, учитывая установленный факт причинения вреда здоровью истца при выполнении им трудовых обязанностей в ООО «УЗСНГО «ИСКРА», при этом само по себе обстоятельство того, что одной из причин несчастного случая также является внезапное ухудшение самочувствия ФИО1, которое привело к падению работника на бетонный пол, не освобождает работодателя от возмещения компенсации морального вреда, учитывая, что в действиях непосредственных руководителей ФИО1 имеются признаки недобросовестного поведения при выполнении трудовых обязанностей, то есть судом установлена необходимая совокупность условий, влекущих право на возмещение морального вреда.

На основании вышеизложенного, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 были причинены физические и нравственные страдания в результате полученным им на производстве 14.07.2023 травмы, в связи с чем приходит к выводу о возложении на ответчика ООО «УЗСНГО «ИСКРА» ответственности за вред работнику ФИО1, поскольку получение травмы стало возможным, в том числе в результате ненадлежащего исполнения должностных обязанностей главным инженером ФИО2 и начальником склада ФИО3.

Сами по себе указанные обстоятельства сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривались.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства несчастного случая, в результате которого ФИО1 получил телесные повреждения, которые расценены как тяжкий вред здоровью, характер и степень физических и нравственных страданий, длительность лечения: истец находился на стационарном лечении в период с 15.07.23 по 28.12.2023 (5 месяцев), в период с 29.12.2023 находился на амбулаторном лечении, со слов представителя истца ФИО1 вновь находится на стационарном лечении, готовится к повторной операции, из-за которого привычный образ жизни истца ФИО1 изменился. Учитывая индивидуальные особенности ФИО1, который после полученных травм был лишен возможности вести ранее привычный, полноценный образ жизни, испытывает <данные изъяты>. Истец испытывал эмоциональные переживания, появилось чувство тревоги, беспокойство, нервозность ФИО1 испытывает нравственные страдания, связанные с невозможностью осуществлять трудовую деятельность, обеспечивать свою семью.

Также при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает одну из причин несчастного случая- внезапное ухудшение самочувствия ФИО1, которое привело к падению работника на бетонный пол, требования разумности и справедливости, полагая, что ответственность за причинение морального вреда имеет компенсационно-штрафной характер. Денежная компенсация за причинение морального вреда призвана вызвать положительные эмоции, которые могли бы максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности, обусловленные перенесенными страданиями.

Таким образом, учитывая все вышеизложенные обстоятельства, влияющие на определение размера компенсации морального вреда, учитывая отсутствие каких-либо норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные физическим и нравственным страданиям, учитывая, требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в размере 450 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19, п. 8 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец был освобожден в силу действующего налогового законодательства

На основании вышеизложенного и руководствуясь статьями 14,194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования прокурора <адрес> в интересах ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Уральский завод сварочного и нефтегазового оборудования «Искра» о взыскании компенсации морального вреда– удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод сварочного и нефтегазового оборудования «Искра»/ИНН <***>/ в пользу ФИО1/№/ компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей.

Остальные исковые требования прокурора <адрес> в интересах ФИО1 – оставить без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод сварочного и нефтегазового оборудования «Искра»/ИНН <***>/ государственную пошлину в доход бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловском областном суде в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Первоуральский городской суд.

Председательствующий: Ю.Г. Логунова