Решение № 2-102/2020 2-102/2020(2-7299/2019;)~М-6330/2019 2-7299/2019 М-6330/2019 от 22 января 2020 г. по делу № 2-102/2020

дело №2-102/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 января 2020 года город Уфа

Калининский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Тимербаева Р.А.,

при секретаре Фаизовой Р.Р.,

с участием истца (ответчика по встречному иску) ФИО1,

ответчика (истца по встречному иску) ФИО2, ее представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами,

встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании убытков,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 140 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами – 9 380, 01 рублей.

В обоснование требований указано, что истец является наследницей имущества, принадлежавшего ФИО4, умершей 14 ноября 2018 года, имеет право на получение наследства, включающего в себя денежный вклад, находящийся на хранении в подразделении № Уральского банка ПАО Сбербанк на счете №. В связи с тем, что все денежные средства, хранящиеся на вышеуказанном вкладе, были сняты ФИО2: частично 14 ноября 2018 года в сумме 50 000 рублей и 15 ноября 2018 года в сумме 90 388, 92 рублей, - истец не смогла реализовать свое право на получение наследуемого имущества в части вышеуказанного вклада. Ответчик действовала по доверенности, выданной 26 ноября 2015 года. Согласно справке от 1 июля 2019 года ФИО2 осуществила снятие денежных средств после смерти ФИО4. На основании изложенного у ответчика возникло неосновательное обогащение на сумму 140 000 рублей. Проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 14 ноября 2018 по 2 октября 2019 года составляют 9 380, 01 рублей.

В свою очередь, ФИО2 обратилась в суд с встречным иском к ФИО1 о возмещении убытков в размере 46 000 рублей, судебных расходов по уплате госпошлины в размере 1580 рублей.

В обоснование встречного иска указано, что ФИО1 незаконно, без согласия ФИО2 вывезла ее имущество, злоупотребив доверием. Имущество находилось в квартире, принадлежащей ФИО2 на праве собственности. 14 ноября 2018 года умерла ФИО4, которая проживала в квартире ФИО2, поскольку ее муж ФИО3 считал ее своей сестрой, так как его мать ФИО5 являлась крестной матерью ФИО4. Родители ФИО4 и ФИО3 были близкими лицами, помогали друг другу, последний постоянно помогал ФИО4. На время похорон ФИО4 приехала ее племянница ФИО1 с сыном, за последние пять лет жизни ФИО4 она навещала ее не чаще одного раза в год. Она разрешила ФИО1 на время похорон переночевать в ее квартире, передала ей сберкнижку ФИО4 с суммой более 500 тысяч рублей, ключи от квартиры. На следующий день после похорон ФИО1 с сыном уехали, ключи от квартиры, ключи от квартиры она не вернула, оставила у соседки. Забрав у соседки ключи, ФИО2 обнаружила, что из квартиры пропали холодильник, газовая плита, телевизор, диван (все вещи новые, служили около года). ФИО1 по телефону подтвердила, что увезла указанные вещи. Разрешение на вывоз бытовой техники ФИО1 ФИО2 не давала. ФИО1, воспользовавшись ее доверчивостью, тайно вывезла чужое имущество – бытовую технику общей стоимостью 46 000 рублей: телевизор «Самсунг» стоимостью 12 000 рублей, холодильник «Позис» стоимостью 14 000 рублей, газовая плита «Флама» стоимостью 8 000 рублей, диван-книжка стоимостью 12 000 рублей.

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 исковые требования поддержала, просила удовлетворить, встречный иск не признала, в удовлетворении просила отказать. Суду пояснила, что о существовании доверенности, выданной ФИО4 ФИО2, узнала после ее смерти, обратившись в Сбербанк, выяснила, что ФИО2 после смерти ФИО4 сняла денежные средства с ее книжки. Имущество, которое она забрала из квартиры, принадлежало ФИО4, она приобрела его 26 марта.

В судебном заседании ответчик (истец по встречному иску) ФИО2, ее представитель ФИО3 исковые требования ФИО1 не признали, в удовлетворении просили отказать, встречный иск поддержали, просили удовлетворить. Ответчик ФИО2 суду пояснила, что ФИО4 выдала доверенность на случай похорон, на личные нужды данные денежные средства не тратились. О том, что доверенность утратила силу после смерти ФИО4, ей было неизвестно. При получении денежных средств действовала по воле и в интересах ФИО4. ФИО2 забрала из квартиры ее имущество. После заключения договора купли-продажи квартиры купили новый холодильник, диван, когда купили телевизор, не помнит, плита возможно была куплена раньше. Сразу не обратились в суд, так как не хотели выносить сор из избы.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу обязательства одно лицо обязано совершить в пользу другого лица определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия (п.1 ст.307 ГК РФ).

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства (ст.310 ГК РФ).

В силу ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО4 (свидетельство о смерти IV-АР № от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно свидетельствам о праве на наследство по закону и завещанию от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приняла наследство, открывшееся после смерти ФИО4, в том числе денежный вклад, находящегося на хранении в подразделении 8598/0168 Уральского банка ПАО Сбербанк на счете №.

26 ноября 2015 года ФИО4 выдала ФИО2 доверенность на любые расходные операции со счетом №, в том числе с закрытием счета или перечислением денежных средств на период с 26 ноября 2015 по 26 ноября 2018 года.

Воспользовавшись указанной доверенностью, ФИО2 после смерти ФИО4 произвела снятие денежных средств со счета № в размере 140 000 рублей, в том числе: 14 ноября 2018 года – 50 000 рублей, 15 ноября 2018 года – 90 388, 92 рублей, что подтверждается выпиской со счета и справкой от 1 июля 2019 года и показаниями ответчика.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 как наследник ФИО4 имела единоличное право на распоряжение спорными денежными средствами, получение денежных средств ФИО2 подтверждается банковской выпиской, основание выдачи – доверенность ФИО4 указывает на отсутствие у ФИО1 волеизъявления на передачу данных денежных средств ФИО2.

В соответствии с п.5 ч.1 ст.188 ГК РФ действие доверенности прекращается вследствие смерти гражданина, выдавшего доверенность.

В связи с этим, вопреки доводам ответчика, после смерти доверителя ФИО4, выданная ею доверенность утратила юридическую силу, а потому законных оснований для получения денежных средств со счета умершей ФИО4 у нее не имелось.

Учитывая, что имеются достаточные и допустимые доказательства, подтверждающие получение ФИО2 денежных средств в размере 140 000 рублей и отсутствует подтверждение законности получения данной суммы, равно как наличия у ФИО1 или ФИО4 какого-либо денежного обязательства перед ней, исполнение которого предполагало бы перечисление денежных средств в сумме 140 000 рублей, суд удовлетворяет требования истца ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 неосновательного обогащения в размере 140 000 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 14 ноября 2018 по 2 октября 2019 года в сумме 9 380 рублей, как того просит истец.

Суд находит представленный расчет достоверным и объективным. Ответчиком расчет, представленный истцом, не оспорен, также ответчиком в свою очередь каких-либо доказательств надлежащего исполнения заключенного с истцом договора не представлено.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

ФИО2, обращаясь в суд с иском о возмещении убытков, ссылается, что имущество, которое ФИО1 забрала из квартиры, принадлежит ей, а не наследодателю ФИО4

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям ст. 59, 67 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Согласно положениям ч.ч. 3,4 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Из приведенных положений закона следует, что суд оценивает не только относимость и допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом следует учитывать, что достоверностью доказательств является такое качество доказательства, которое характеризует точность, правильность отражения обстоятельств, входящих в предмет доказывания. В частности, достоверность доказательств зависит от доброкачественности источника информации, соответствия различных доказательств по делу друг другу, общей оценки всех собранных и исследованных доказательств.

Принадлежность спорного имущества ФИО4 подтверждается следующими документами:

- холодильник Pozis 244-1A приобретен ФИО4 14 июня 2014 года по договору № от 14 июня 2014 года, подписанному ФИО4 лично;

- газовая плита (ПГ 1200- С7 К8) приобретена 25 июля 2012 года, что подтверждается свидетельством о приемке, цене, продаже газовой плиты с талонами №№1, 2, 3 на гарантийный ремонт от 25 июля 2012 года;

- телевизор LED Philips 40 PFT4101/60 приобретен 26 марта 2017 года, что подтверждается товарным чеком № от 26 марта 2017 года.

Таким образом, у ФИО1 имеются документы на приобретение спорного имущества, в том числе подписанные лично ФИО4, при этом ФИО2 не может конкретно указать, когда и какое имущество было приобретено, документы на имущество у нее отсутствуют.

В расписке, выданной ФИО1 16 ноября 2018 года, также указано, что она в составе наследственного имущества забрала телевизор.

Принимая во внимание вышеизложенное в совокупности, суд приходит к убеждению, что ФИО2 не доказала обоснованность требований о взыскании с ответчика денежных средств.

При таких обстоятельствах, учитывая у ФИО2 права собственности на спорное имущество, заявленные исковые требования о возмещении убытков не подлежат удовлетворению в полном объеме.

В силу положений ст.98 ГПК РФ, учитывая, что в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 580 рублей возложению на ФИО1 не подлежат.

ФИО1 в связи с подачей встречного иска заявлено требование о компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда суд учитывает требования разумности и справедливости имущественное положение ответчика (ст.1101 ГК РФ).

Поскольку ФИО1 не доказано нарушение ее личных неимущественных прав либо нематериальных благ, основания для признания за ней права на компенсацию морального вреда у суда отсутствуют.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-198, 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в размере 140 000 рублей и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 9 380, 01 рублей, а всего 149 380, 01 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании убытков в размере 46 000 рублей и расходов по уплате государственной пошлины в размере 1 580 рублей отказать за необоснованностью.

Решение суда может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Калининский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий: Р.А. Тимербаев