Апелляционное определение № 33-40389/2025 от 23 декабря 2025 г.

Судья: Баженова Е.А. Дело № 33-40389/2025

50RS0036-01-2025-004101-11


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московская область 24 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего Конатыгиной Ю.А.,

судей Бездетновой А.С., Денисовой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Назаровой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4866/2025 по иску ФИО1 к АО «ТБанк» о признании кредитного договора недействительным,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Пушкинского городского суда Московской области от 23 июля 2025 года,

заслушав доклад судьи Бездетновой А.С.,

объяснения истца ФИО1,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «ТБанк» о признании заключенного кредитного договора с АО «ТБанк» за <данные изъяты> от 25.01.2025 недействительным. В обоснование иска указано, что 25.01.2025 ФИО1 стала жертвой телефонных мошенников. «Госуслуги» истца были взломаны, и на её имя без её ведома с выходом с чужого устройства был заключен договор <данные изъяты> с АО «ТБанк», и оформлена кредитная карта на сумму 316 826 руб. После чего мошенники в тот же день, используя угрозы, забрали у истца эти денежные средства. На письменное обращение истца в АО «ТБанк» с требованием провести служебное расследование и признать кредитный договор <данные изъяты> недействительным Банк ответил отказом. Истец считает, что ответчик проявил поспешность и неосмотрительность в выдаче данного кредита, не проверив платежеспособность истца, в связи с чем просит признать кредитный договор недействительным.

Решением Пушкинского городского суда Московской области от 23 июля 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе истец с решением суда не согласилась, полагала его постановленным с нарушением норм материального и процессуального права, просила отменить и принять по делу новое решение.

В судебном заседании истец ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержала и просила ее удовлетворить.

Представитель АО «ТБанк» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался в установленном порядке, в связи с чем в соответствии со ст. 167 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ судебная коллегия нашла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии со ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представления и возражения относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между Банком и истцом <данные изъяты> был заключен договор расчетной карты <данные изъяты>.

Составными частями заключенного с истцом договора являются Заявление-анкета, подписанная истцом, Тарифы по тарифному плану и Условия комплексного банковского обслуживания физических лиц (далее – «УКБО»).

25.01.2025 был заключен договор кредитной карты <данные изъяты> при помощи аналога собственноручной подписи истца в соответствии с соглашением с истцом об электронном документообороте, однако без участия истца с чужого устройства. По этому договору был предоставлен кредитный лимит на сумму 316826 руб., из которых 283000 руб. она перевела сначала своему знакомому, потом им эта сумма переведена мошенникам.

Предъявляя заявленные исковые требования, истец ссылается на то, что указанный кредитный договор она заключила, находясь под влиянием существенного заблуждения, в связи с чем, считает его недействительным.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может отказать в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применить иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По настоящему делу судом установлено, что 25.01.2025 в 15:24:43 был осуществлен вход в личный кабинет истца посредством мобильного приложения Банка с характерного IP адреса и устройства истца. При этом был верно введен ПИН-код, заданный истцом, что подтверждено приложенным лог-файлом.

В рамках данной сессии истец обратилась с заявкой на заключение договора кредитной карты <данные изъяты>, заявке был присвоен статус «Утверждено». Перед подписанием указанного договора кредитной карты он был показан истцу в мобильном приложении, а после подписания – направлен истцу в чат с Банком. При подписании договора истец верно ввела код подтверждения, поступивший в СМС-сообщении на её мобильный номер <данные изъяты>.

Договор кредитной карты <данные изъяты> был заключен при помощи аналога собственноручной подписи в соответствии с соглашением с истцом об электронном документообороте. Истец в личном кабинете мобильного приложения Банка, ознакомившись с индивидуальными условиями кредитования, использовав аналог собственноручной подписи и в порядке, предусмотренном п. 14 ст. 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» от 21.12.2013 № 353–ФЗ и п. 2.7 УКБО, а именно, нажав на кнопку «Активировать кредит», подтвердила, что ей предоставлены индивидуальные условия кредитования, и понятна информация о полной стоимости кредита, посредством мобильного приложения Банка с характерного IP адреса и устройства истца. Вход осуществлен путем корректного ввода ПИН-кода, заданного истцом, что подтверждено приложенным лог-файлом.

В рамках данной сессии с использованием кредитной карты истца посредством мобильного приложения были осуществлены следующие операции:

– 25.01.2025 в 15:50:39 в размере 250 000 руб. – внешний перевод по номеру телефона <данные изъяты>

– 25.01.2025 в 15:50:39 в размере 6 090 руб. – комиссия за внешний перевод, перевод по номеру телефона <данные изъяты>

Для подтверждения указанных операций истец ввела код из СМС-сообщения, поступившего на мобильный номер истца, указанный ею при заполнении заявки на заключение договора.

Получателем денежных средств по указанному переводу является сама истец.

25.01.2025 в 17:18:45 был осуществлен вход в личный кабинет истца посредством мобильного приложения Банка с характерного IP адреса и устройства истца. Вход осуществлен путем корректного ввода ПИН-кода, заданного истцом, что подтверждено приложенным лог-файлом.

25.01.2025 в 15:49:59 был осуществлен вход в личный кабинет истца. В рамках данной сессии с использованием кредитной карты истца посредством мобильного приложения были осуществлены следующие операции:

– 25.01.2025 в 17:19:31 в размере 33 000 руб. – внешний перевод по номеру телефона <данные изъяты>

– 25.01.2025 в 17:19:31 в размере 1 247 руб. – комиссия за внешний перевод, перевод по номеру телефона <данные изъяты>

Для подтверждения указанных операции истец ввела код из СМС-сообщения, поступившего на мобильный номер истца, указанный ею при заполнении заявки на заключение договора, что подтверждается приложенной выгрузкой СМС-сообщений.

Получателем денежных средств по указанному переводу является сама истец.

Данные обстоятельства, в том числе, принадлежность номера телефона истцу, с которого были осуществлены вход в личный кабинет, путем ввода пин-кода лично истцом, дальнейший перевод полученных кредитных денежных средств на счет, принадлежащий истцу, стороной истца не оспаривались.

27.01.2025 в 12:35:08 истец обратилась в Банк по телефону, сообщив, что совершала указанные операции под влиянием обмана со стороны третьих лиц (мошенников). Истец осуществила вход в личный кабинет самостоятельно со своего мобильного устройства, вводила поступающие от Банка коды-подтверждения операций. Банком были незамедлительно заблокированы карты истца, при этом также была заблокирована возможность совершения расходных операций в личном кабинете истца. Сотрудник Банка порекомендовал истцу написать заявление в полицию, что было сделано последней.

Данные обстоятельства истец по существу не оспаривает, ссылаясь на то, что при совершении названных выше действий она находилась под влиянием мошенников, которые ее обманули и угрозами вынудили перевести денежные средства.

В пунктах 7 и 8 постановления Пленума N 25 разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По настоящему делу, предъявляя иск о недействительности кредитного договора, ФИО1 ссылалась на специальные основания недействительности сделки - совершение сделки под влиянием существенного заблуждения и обмана со стороны третьих лиц.

В соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6).

В силу статьи 179 названного выше кодекса сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (пункт 4).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.

Вместе с тем, как верно указал суд первой инстанции, характер последовательности действий ФИО1 указывает на то, что она осознавала, что получаемые ею денежные средства являются кредитными, а не ее собственными средствами, распорядилась полученными денежными средствами лично, перечислив на иные счета других лиц.

Судом установлено, что 25.01.2025 истец осуществила вход в личный кабинет посредством мобильного приложения с характерного IP адреса и устройства, при этом был верно введен ПИН-код. В рамках данной сессии истец обратилась с заявкой на заключение договора кредитной карты <данные изъяты>. Банк акцептовал Заявку истца на заключение договора кредитной карты.

25.01.2025 в период с 15:49 по 17:18 были осуществлены входы в личный кабинет истца посредством мобильного приложения Банка с характерного IP адреса и устройства истца. При каждом входе был верно введен ПИН-код, установленный истцом.

В рамках указанных сессий с использованием кредитной карты истца были осуществлены операции по переводу денежных средств в сторонний банк, при этом их получателем является сама истец.

Истец самостоятельно вводила поступившие в СМС-сообщениях коды-подтверждения операций, которые были направлены Банком на её номер телефона.

При таких обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что воля истца на заключение кредитного договора с ответчиком была нарушена, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований. С этими выводами суд первой инстанции соглашается.

Также суд первой инстанции установил, что ответчиком до истца были доведены все существенные условия договора, которые были отражены в индивидуальных условиях договора потребительского кредита, истец добровольно подписала заявление о получении кредита, об открытии банковского счета, получила денежные средства в качестве кредита, которым самостоятельно распорядилась, осуществив их перевод на счета третьих лиц, Данных о том, что ответчиком передавались какие-либо конфиденциальные данные неустановленному лицу, банк был осведомлен о совершении мошенничества в отношении истца, судом не установлено.

При таких обстоятельствах у судебной коллегии отсутствуют основания для выводов о наличии в действиях банка нарушений прав истца, в том числе, связанных с заключением оспариваемого ею договора, а также относительно осуществленных с ее счета переводов полученных кредитных денежных средств.

Также судебная коллегия отмечает, что из представленных истцом выписок по счетам следует, что истцом активно используются электронные ресурсы для финансовых операций, многократно производились перечисления и поступления денежных средств различным лицам и от различных лиц, что обусловлено, как пояснила истец в суде апелляционной инстанции, ее деятельностью по оказанию тренерских услуг по верховой езде.

Судебная коллегия полагает, что, разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства по делу, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства, в связи с чем оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не усматривает.

Руководствуясь ст.ст.199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Пушкинского городского суда Московской области от 23 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12.01.2026.