Апелляционное определение № 33-2627/2025 33-55/2026 от 13 января 2026 г.

Председательствующий: Осипова Н.С.

УИД 19RS0009-01-2025-000422-62

Дело № 33-55/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

14 января 2026 года г. Абакан

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Душкова С.Н.,

судей Дудусова Д.А., Тришканевой И.С.,

при секретаре – помощнике судьи Таскиной Л.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя ответчика на решение Таштыпского районного суда Республики Хакасия от 2 октября 2025 года, которым частично удовлетворены исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни» о признании договора инвестиционного страхования жизни недействительным, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа.

Заслушав доклад судьи Душкова С.Н., объяснения представителя ответчика ФИО4, поддержавшего доводы жалобы, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А :

ФИО3 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «РСХБ-Страхование жизни» (далее – ООО «РСХБ-Страхование жизни») о признании договора инвестиционного страхования жизни «Бенефит «день за днем» от 18 февраля 2020 года № недействительным, взыскании неустойки в размере 650 000 руб., компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб., штрафа 330 000 руб., мотивируя требования тем, что является клиентом Акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - АО «Россельхозбанк», банк). В течение трех лет размещала в нем денежные средства во вклады под проценты. В феврале 2020 года в связи с истечением срока действия договора банковского вклада она пришла в Таштыпский офис АО «Россельхозбанк» с целью его переоформления. Знакомый сотрудник банка сообщил ей о возможности заключения на более выгодных условиях договора инвестиционного страхования жизни, согласно которому процент от вложенной суммы составит 10% годовых. В связи с этим, не имея оснований ему не доверять, 18 февраля 2020 года она через него совершила такую сделку, подписав все необходимые документы. При явке в банк по истечении действия договора инвестиционного страхования жизни в апреле 2025 года за возвратом суммы вклада и причитающихся процентов, вместо ожидаемой суммы получила только внесенные 950 000 руб. и проценты в размере 4 750 руб. Она достигла пенсионного возраста, имела заболевания зрения на дату заключения указанного договора. Подписала его, а также заявление о разовом перечислении денежных средств, не вникая в их суть, полностью доверившись сотруднику банка. Он же при совершении сделки не довел до нее полную и достоверную информация о ней. Договор инвестиционного страхования жизни содержит понятия, термины и формулировки, которые не являются общедоступными, требуют познаний в финансовой сфере. Намерения на его заключение на указанных в нем условиях у нее не имелось. Сделка ею совершена под влиянием существенного заблуждения относительно ее предмета, на основании ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации является недействительной.

Определением суда от 2 сентября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Россельхозбанк».

В судебном заседании представитель истца ФИО5 настаивал на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в иске.

Истец ФИО3, представители ответчика ООО «РСХБ-Страхование жизни», третьего лица АО «Россельхозбанк» в судебное заседание не явились, суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО3 удовлетворил частично. Признал договор инвестиционного страхования жизни №, заключенный 18 февраля 2020 года между нею и «РСХБ-Страхование жизни», недействительным. Взыскал с последнего в пользу ФИО3 неустойку за период с 17 июля 2025 года по 23 августа 2025 года в размере 650 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 330 000 руб., в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 24 000 руб.

Не согласившись с вынесенным решением, представитель ответчика обратился в Верховный Суд Республики Хакасия с апелляционной жалобой, в которой просит судебную коллегию отменить решение Таштыпского районного суда Республики Хакасия от 2 октября 2025 года в связи с несоответствием изложенных в нем его выводов обстоятельствам дела, нарушением норм материального права.

Заявитель жалобы ссылается на то, что п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) об уплате неустойки в размере 3% применим только в случае нарушения установленных сроков выполнения работ (оказания услуг) исполнителем. В рассматриваемой ситуации страховщиком они не были нарушены. Суд первой инстанции разрешал спор о признании договора страхования недействительным, как совершенным под влиянием заблуждения, применении реституции, то есть возврата всего полученного по сделке. Считает, что им ошибочно с ответчика взыскана неустойка в размере 650 000 руб. У него также отсутствовали основания для привлечения его к ответственности в виде уплаты ФИО3 штрафа по п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей. Названный Закон к спорным правоотношениям вообще неприменим. Исковые требования не связаны с ненадлежащим качеством оказания услуг по страхованию, нарушением каких-либо сроков по исполнению договора. Истец не указал на защищаемое законодательством о защите прав потребителей право.

В возражениях относительно апелляционной жалобы представитель истца ФИО5 выражает согласие с решением суда, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В заседание судебной коллегии ФИО3, представитель третьего лица не явились, о времени и месте разбирательства по делу извещались надлежащим образом. В связи с этим судебная коллегия на основании положений ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 18 февраля 2020 г. между ООО «РСХБ-Страхование жизни» (страховщик), в интересах которого действовал сотрудник АО «Россельхозбанк», и ФИО3 (страхователь) заключен договор (страховой полис) инвестиционного страхования жизни Бенефит «День за днем» №.

Договор заключен на основании Правил страхования жизни №, (утвержденных приказом Временно исполняющего функции директора страховщика от 15 января 2020 г. № (далее – Правила страхования), путем принятия и акцепта страхователем страхового полиса (оферты), подписанного страховщиком и приложений к нему, являющихся неотъемлемой частью договора страхования. Акцептом страхового полиса (оферты) считается принятие страхового полиса, что подтверждается оплатой страховой премии и соответствии с условиями, содержащимися в страховом полисе и правилах страхования.

Срок действия договора страхования – с 00 часов 00 минут 17 марта 2020 г. по 23 часов 59 минут 16 марта 2025 г., срок страхования – 5 лет.

Раздел 4 договора предусматривает страховые риски:

«Дожитие» до 16.03.2021 – страховая сумма 950 руб.;

«Дожитие» до 16.03.2022 – страховая сумма 950 руб.;

«Дожитие» до 16.03.2023 – страховая сумма 950 руб.;

«Дожитие» до 16.03.2024 – страховая сумма 950 руб.;

«Дожитие» до 16.03.2025 – страховая сумма 950 950 руб.;

«Смерть по любой причине» - 950 000 руб.;

«Смерть от несчастного случая» - 950 000 руб.;

«Смерть в ДТП» - 950 000 руб.;

«Инвалидность 1 группы в результате несчастного случая - 950 000 руб. (раздел 4 договора).

Выгодоприобретателем (ями) по соответствующему страховому риску и в соответствующей доле в выплате, с согласия застрахованного лица, являются лица, поименованные в разделе 8 в таблице. В случае, если по договору страхования/страховому риску не указаны лица, в пользу которых заключен договор страхования, выгодоприобретателем (ями) по договору страхования/ соответствующему страховому риску является застрахованное лицо, а в случае его смерти, выгодоприобретателем (ями) признаются наследники застрахованного лица. Выгодоприобретатели по рискам: «Смерть по любой причине», Смерть от несчастного случая»; «Смерть в ДТП» – ФИО1 50% доля в выплате; ФИО2 50% доля в выплате; ФИО1 50% доля в выплате; ФИО2 50% доля в выплате.

Согласно разделу 5 договора размер страховой премии по договору страхования составляет 950 000 руб., уплата страховой премии производится в срок не позднее 21 февраля 2020 г. Страховой тариф 100% от страховой суммы по риску «Смерть по любой причине».

18 февраля 2020 г. ФИО3 уплачена страховая премия в размере 950 000 руб. путем подачи в операционный офис № Красноярского регионального филиала АО «Россельхозбанк» (<адрес>) заявления на разовое перечисление денежных средств ООО «РСХБ-Страхование жизни».

По истечении действия договора в апреле 2025 г. истец обратилась в Банк, где ей были выданы ее сумма 950 000 руб., а также премия за каждый год, начиная с 2021 г. по 2025 г. в размере 4 750 руб. (950х5).

Ссылаясь на нарушение страховщиком условий договора страхователя и прав потребителя, 27 июня 2025 г. ФИО3 обратилась в ООО «РСХБ-Страхование жизни» с заявлением в котором требовала вернуть невыплаченный доход в размере 10 % годовых за каждый год в размере 474 525 руб.

Указанное заявление истца получено ответчиком 07 июля 2025 г.

16 июля 2025 г. страховщик на данное заявление сообщил, что дополнительный инвестиционный доход гарантированным не является, инвестиционный купон в размере 10 % начисляется ежегодно в случае соблюдения следующего условия: котировка каждого из активов, входящих в инвестиционную корзину, в дату наблюдения выше первоначального значения котировки. В случае невыполнения указанного условия, дополнительный инвестиционный доход не начисляется. Условие по договору страхования отслеживается страховщиком на ежедневной основе. При заключении договора были разъяснены все его существенные условия, а также получены все прилагаемые и являющиеся неотъемлемой частью договора документы. За периоды с 17 марта 2021 г. по 16 марта 2020 г., с 17 марта 2020 г. по 16 марта 2023 г., 17 марта 2023 г. по 16 марта 2024 г., а также с 17 марта 2024 г. по 16 марта 2025 г. определить, начислить выплатить на текущий момент не представляется возможным, ввиду того, что с марта 2022 введены санкции, в результате которых приостановлены все операции между международной клиринговой организацией Euroclear Bank S.A./N.V. и депозитарием Небанковской кредитной организацией акционерного общества «Национальный расчетный депозитарий».

Суд, исследовав все представленные доказательства, признал договор инвестиционного страхования жизни № заключенный 18 февраля 2020 г. недействительным, взыскал с ответчика в пользу ФИО3 неустойку за период с 17 июля 2025 г. по 23 августа 2025 г. в размере 650 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 330 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследованных судом доказательствах, которым дана аргументированная правовая оценка, при этом мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, исчерпывающим образом изложены в решении суда и являются обоснованными.

Согласно статье 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Подпункт 3 пункта 1 статьи 32.9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 (ред. от 28.02.2025) «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее - Закон об организации страхового дела), относящий страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика к одному из видов страхования, не препятствует возможности обращения в суд с требованиями о признании соответствующих сделок недействительными как совершенных под влиянием заблуждения или обмана (статьи 178 и 179 ГК Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 178 ГК Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 178 ГК Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки.

Из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что предприниматель, действующий добросовестно, обязан принять меры, направленные на выравнивание переговорных возможностей, в частности за счет предоставления информации, необходимой для обеспечения свободы выбора потребителя. Исполнение указанной информационной обязанности не может являться номинальным: формальное соблюдение требований закона о предоставлении потребителям доступа к информации о товарах, работах, услугах не исключает вывода о нарушении исполнителем (продавцом) требования о добросовестном поведении при заключении и исполнении гражданско-правового договора, а также об отклонении от конституционных требований о балансе прав и законных интересов сторон в правоотношениях, в том числе с учетом оценки квалификации и экономической силы сторон соответствующих правоотношений (постановления от 28.12.2022 № 59-П, 3.04.2023 № 14-П, 2.07.2024 № 34-П, 26.09.2024 № 2429-О).

В информационном письме Банка России от 13.01.2021 № ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей» указано, что в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей - физических лиц Банк России рекомендовал страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.

Как установлено судом, в исследуемый период истица не обращалась в страховую компанию для заключения договора страхования, а она обратилась в Банк для заключения договора банковского вклада, при этом сотрудник Банка рекомендовала ей заключить договор инвестиционного страхования, и такой договор страхования с истицей был заключен сотрудником Банка, одновременно представлявшим интересы ООО «РСХБ-Страхование жизни» (ответчика) и действовавшим в интересах страховой компании.

В процессе рассмотрения дела истица ссылался на то, что она заблуждалась относительно природы подписываемого ею договора инвестиционного страхования жизни, полагая, что заключает с Банком договор банковского вклада под больший процент, а не договор инвестиционного страхования с ООО «РСХБ-Страхование жизни», поскольку сотрудник Банка настойчиво рекомендовала заключить такой договор, в связи с чем, она была лишена возможности осознавать правовую природу сделки и последствия ее заключения.

ФИО3 является получателем пенсии по старости, с 2012 г. страдает заболеваниями зрения. Согласно записям из медицинской карты амбулаторного больного 15 октября 2012 г. ФИО3 поставлен диагноз – <данные изъяты>; медицинские документы (истории посещений врача, выписки из амбулаторной карты) свидетельствуют о том, что заболевание прогрессировало. К 2025 г. <данные изъяты>.

У истца нет какого-либо образования в финансовой сфере, все подробности размещения денег на вкладах ей объяснял сотрудники банка. После заключения договора ей дали весь пакет документов в полном объеме, но она с ним не знакомилась, поскольку текст договора был сложным, а долго читать она не может в виду плохого зрения. Кроме того, она доверяла сотруднику Банка, с которым неоднократно вступала в подобного рода правоотношения.

Установив, что при заключении оспариваемого договора страхования истице не была предоставлена полная и достоверная информация о том, что предлагаемый сотрудником Банка финансовый продукт не гарантирует получение дохода, не разъяснена природа договора и связанные с этим риски, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о признании договора страхования недействительным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика в решении суда приведены установленные судом фактические обстоятельства, а также приведено правовое обоснование вывода о недействительности договора страхования.

Также не могут быть признаны обоснованными доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что требование о взыскании штрафа не подлежало удовлетворению, со ссылкой на то, что Закон о защите прав потребителей не подлежал применению.

Согласно преамбуле Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» он регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Нормой статьи 39 данного Закона установлено, что последствия нарушения условий договоров об оказании отдельных видов услуг, если такие договоры по своему характеру не подпадают под действие настоящей главы, определяются законом.

Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснил, что исходя из преамбулы Закона о защите прав потребителей и статьи 9 Федерального закона от 26.01.1996 № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» правами, предоставленными потребителю законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.) (пункт 3). Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования (как личного, так и имущественного), договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами (пункт 2).

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, отношения, связанные со страхованием жизни и здоровья, в том числе на основании договора инвестиционного страхования, подпадают под действие Закона о защите прав потребителей с учетом статьи 39 данного Закона и пунктов 2 и 3 приведенного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17, и к отношениям, возникающим из договоров страхования с участием потребителей, в части, не урегулированной специальным законом, применимы в том числе и нормы об ответственности за нарушение прав потребителей, включая его статью 13.

Доводы апелляционной жалобы ответчика относительно неустойки также не могут быть признаны обоснованными.

Действительно, как правильно указывает ответчик в апелляционной жалобе, страховую выплату в размере 950 000 рублей он выплатил истице без нарушения срока.

Истица же, вопреки доводам апелляционной жалобы, требование о взыскании неустойки заявила не в связи с тем, что нарушен срок выплаты страховой суммы, а в связи с тем, что ответчик нарушил срок удовлетворения её требования о выплате дополнительного дохода.

Как приведено выше, 7 июля 2025 года страховщик получил заявление истца, в котором он, ссылаясь на нарушение страховщиком условий договора и прав потребителя, потребовал выплатить дополнительный доход (10% годовых) в размере 474 525 руб. (л.д.34-36 т.1).

Отказывая страхователю (истице) в выплате дополнительного дохода, страховщик исходил из того, что с 17.03.2022 введены санкции, в результате которых приостановлены все операции между международной клиринговой организацией Euroclear Bank S.A./N.V. и депозитарием Небанковской кредитной организацией акционерного общества «Национальный расчетный депозитарий». При снятии ограничений, возобновлении расчетов между Euroclear и НРД и получении денежного исполнения по сделкам обязательства по начислению и выплате дополнительного инвестиционного дохода будут исполнены в полном объеме в соответствии с условиями договора (л.д.103 т.1).

Между тем сами по себе данные обстоятельства не обосновывают неправомерность исковых требований о взыскании неустойки и не обосновывают неправомерность выводов суда о её взыскании.

Статьей 3 Закона об организации страхового дела предусмотрено, что правила страхования (за исключением правил страхования, принимаемых в рамках международных систем страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, к которым присоединилась Российская Федерация) должны содержать исчерпывающий перечень сведений и документов, необходимых для заключения договоров страхования, оценки страховых рисков, определения размера убытков или ущерба, и, кроме того, сроки и порядок принятия решения об осуществлении страховой выплаты, а для договоров страхования жизни также порядок расчета выкупной суммы и начисления инвестиционного дохода, если договор предусматривает участие страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования.

По требованиям страхователей, застрахованных лиц, выгодоприобретателей, а также лиц, имеющих намерение заключить договор страхования, страховщики обязаны разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договорах страхования, предоставлять информацию о размере вознаграждения, выплачиваемого страховому агенту, страховому брокеру по обязательному страхованию, расчеты изменения в течение срока действия договора страхования страховой суммы, расчеты страховой выплаты или выкупной суммы (если такие условия предусмотрены договором страхования жизни), информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

На основании пунктом 1 и 2 статьи 6 Закона об организации страхового дела страховщики вправе инвестировать собственные средства (капитал) и средства страховых резервов, осуществлять сделки с имуществом в целях обеспечения своей деятельности. Страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия.

Пунктами 1 и 2 статьи 25, пунктом 2 статьи 26 того же Закона определено, что гарантиями обеспечения финансовой устойчивости и платежеспособности страховщика являются экономически обоснованные страховые тарифы; сформированные страховые резервы; средства страховых резервов, достаточные для исполнения обязательств по страхованию, сострахованию, перестрахованию, взаимному страхованию; собственные средства (капитал); перестрахование. Страховые организации должны инвестировать собственные средства (капитал) на условиях диверсификации, ликвидности, возвратности и доходности.

В соответствии с пунктом 6 статьи 10 Закона об организации страхового дела при осуществлении страхования жизни страховщик в дополнение к страховой сумме может выплачивать часть инвестиционного дохода страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор страхования жизни.

Размер инвестиционного дохода, подлежащего распределению между договорами страхования жизни, предусматривающими участие страхователей или иных лиц, в пользу которых заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика, определяется страховщиком. Порядок расчета указанного дохода и методика его распределения между договорами страхования жизни устанавливаются объединением страховщиков. Страхователь или иное лицо, в пользу которого заключен договор страхования жизни, вправе обратиться к страховщику за разъяснением порядка расчета причитающегося ему инвестиционного дохода.

В силу приведенный законоположений страхователи не могут оказывать влияния на размер инвестиционного дохода, что не исключает обязанности страховщика по надлежащему исполнению обязательств перед страхователем по добровольному договору личного страхования с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика (статья 309 ГК РФ) и инвестированию страховых резервов на условиях диверсификации, ликвидности, возвратности и доходности (статья 26 Закона об организации страхового дела).

В соответствии с Правилами страхования, являющимися неотъемлемой частью договора инвестиционного страхования, если иное не предусмотрено договором страхования, дополнительный инвестиционный доход может быть выплачен, в случае его начисления, в дополнении к страховой сумме при наступлении страхового случая по страховым рискам «Дожитие» и/или «Смерть по любой причине» (пункт 10.3.) – л.д.113-126 т.1.

Как приведено выше, 07.10.2024 страховщик составил страховые акты, признав заявленное истицей событие страховым случаем по страховому риску «Дожитие».

В соответствии с пунктом 2 статьи 25 Закона об организации страховой деятельности инвестирование собственных средств (капитала) осуществляется страховой организацией самостоятельно или путем передачи средств в доверительное управление управляющей компании частично или полностью.

Согласно статье 309 ГК Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу пункта 3 статьи 1 ГК Российской Федерации при осуществлении гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 статьи 4 Закона о защите прав потребителей исполнитель обязан оказать потребителю услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодную для целей, для которых услуга такого рода обычно используется. Если исполнитель при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях оказания услуги, исполнитель обязан оказать услугу, пригодную для использования в соответствии с этими целями.

Статьёй 401 ГК Российской Федерации предусмотрено, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1).

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3).

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 (ред. от 22.06.2021) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Пунктом 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей определено, что изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Следовательно, по настоящему спору на ответчике лежит бремя доказывания факта и размера дополнительного инвестиционного дохода, в том числе отрицательного или нулевого, от инвестиционной деятельности страховщика, на которую страхователь в силу закона влиять не может.

Между тем возражая относительно неустойки, исчисленной истицей за нарушение срока выплаты дополнительного инвестиционного дохода, ответчик не представил и не пытался представить доказательства, которые бы подтверждали, что обстоятельства, указанные им в ответе на заявление истицы, привели к снижению до нуля размера инвестиционного дохода.

В такой ситуации судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд на законном основании и обоснованно взыскал неустойку за нарушение срока выплаты дополнительного инвестиционного дохода.

Несогласие автора апелляционной жалобы с применением судом при разрешении спора Закона о защите прав потребителей и удовлетворением в связи с этим требований истца о взыскании неустойки, штрафа, отклоняются, как не основанные на законе.

Как установлено по делу, услуга истцу была оказана ненадлежащим образом, в том числе до истца в надлежащем виде не была доведена информация, что явилось законным основанием для взыскания с ответчика как неустойки в соответствии с п. 5 ст. 28 Закона «О защите прав потребителей», так и для взыскания с ответчика штрафа в соответствии с п. 6 ст. 13 указанного Закона, при условии признания договора недействительным.

При этом судебная коллегия не может согласиться с размером взысканной неустойки.

7 июля 2025 ответчик получил заявление истца о выплате доход (10% годовых) в размере 474 525 руб. Ответчик отказал в удовлетворении заявления. Следовательно, неустойка должны быть взыскана за период с 17 июля 2025 г. по 23 августа 2025 г. в размере 540 958,50 руб. (474 525 х 3%)х38 дней) и штраф в размере 275 479,25 руб.( 550 958,50/2).

Возражая на исковые требования, ответчик также просил применить положения статьи 333 ГК Российской Федерации и снизить размер неустойки и штрафа.

Нормой пункта 1 статьи 333 ГК Российской Федерации установлено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 34 постановления от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснил, что применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Таким образом, целью применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации является установление баланса интересов, при котором взыскиваемая неустойка, имеющая компенсационный характер, будет являться мерой ответственности для должника, а не мерой наказания.

Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Учитывая, что степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Оценив доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии исключительных обстоятельств и оснований для снижения размера подлежащих взысканию неустойки и штрафа.

С учетом изменения размера неустойки с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 18 819,17 руб.

При таких обстоятельствах и на основании п.4 ч.1 ст.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда подлежит изменению в части неустойки, штрафа и государственной пошлины. В остальной части оставлении без изменения.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Решение Таштыпского районного суда Республики Хакасия от 2 октября 2025 года по настоящему делу изменить в части взыскания неустойки, штрафа и государственной пошлины, абзацы 3, 4 резолютивной части решения суда изложить в следующей редакции:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСХБ - Страхование жизни» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 неустойку за период с 17 июля 2025 года по 23 августа 2025 года в размере 540 958 рублей 50 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 275 479 рублей 25 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСХБ - Страхование жизни» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 18 819 рублей 17 копеек.

В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу судебного постановления, в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Председательствующий С.Н. Душков

Судьи Д.А. Дудусов

И.С. Тришканева

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 января 2025 года