Апелляционное определение № 22-1036/2026 от 22 апреля 2026 г.

Судья Фролов Р.Н. Дело № 22-1036/2026

Докладчик – судья Лукаш Е.В.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Новосибирск 23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда

в составе:

председательствующего - судьи Лукаш Е.В.,

судей Свинтицкой Г.Я., Утяна Д.А.,

при секретарях Сикатском А.Е., Шаимкуловой Л.А., Носковой М.В.,

с участием:

прокуроров Раковой Н.С., ФИО1, ФИО2,

защитников - адвокатов Астаниной Ю.Ю., Михайловой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного МЯМ и его защитника - адвоката Михайловой А.М., апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1 на приговор Центрального районного суда г.Новосибирска от 12 ноября 2025 года в отношении

МЯМ, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее не судимого,

БВН, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее не судимого, осужденного:

- 08.06.2023 года по приговору <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Новосибирского областного суда от 29.11.2023г.) по ч. 1 ст. 162 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

- 04.07.2023 по приговору <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 2 годам лишения свободы, по постановлению <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 24.07.2024 года на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по приговору от 04.07.2023 и по приговору от 08.06.2023, окончательно назначено 3 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, освободившегося по отбытию наказания 24.01.2025 года,

у с т а н о в и л а:

по настоящему приговору МЯМ осужден по ч. 2 ст. 162 (два преступления), п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

- по ч. 2 ст. 162 УК РФ по первому и второму преступлению к 2 годам лишения свободы за каждое преступление;

- по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно МЯМ назначено 3 года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Б. В.Н. осужден по ч. 2 ст. 162 (два преступления), п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

- по ч. 2 ст. 162 УК РФ по первому и второму преступлению к 2 годам 6 месяцам лишения свободы за каждое преступление;

- по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний Б. В.Н. назначено 4 года лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору <данные изъяты> районного суда г. Новосибирска от 04.07.2023, окончательно Б. В.Н. назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания Б. В.Н. и МЯМ исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Мера пресечения до вступления приговора в законную силу МЯМ и Б. В.Н. изменена с подписки о невыезде на заключение под стражу. МЯМ и Б. В.Н. взяты под стражу в зале суда.

Зачтено в срок лишения свободы время содержания МЯМ под стражей с 12.11.2025 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачтено Б. В.Н. в срок лишения свободы время содержания его под стражей по настоящему делу с 12.11.2025 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также отбытое Б. В.Н. наказание по приговору <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 04.07.2023.

Исковые требования потерпевших С А.Д., Потерпевший №1 и ПАС о взыскании с Б. В.Н. и МЯМ имущественного ущерба, причиненного преступлениями, удовлетворены. Постановлено взыскать солидарно с Б. В.Н. и МЯМ денежные средства в счет возмещения причиненного преступлениями ущерба:

-в пользу С А.Д. в сумме 5 150 рублей;

-в пользу Потерпевший №1 в сумме 53 007 рублей 97 копеек;

-в пользу ПАС в сумме 29 500 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Действия МЯМ и Б. В.Н. квалифицированы судом по первому и второму преступлениям по ч. 2 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия; по третьему преступлению по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 159.3 УК РФ).

В суде первой инстанции МЯМ и Б. В.Н. вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, полностью признали, а по преступлениям, предусмотренным ч. 2 ст. 162 УК РФ, осужденные вину признали частично, при этом, Б. В.Н. показал, что преступления совершал без участия МЯМ, ножа к потерпевшим не применял, а МЯМ показал, что ножа у Б. В.Н. не видел, умысла на разбойное нападение на потерпевших не имел.

На приговор суда осужденный МЯМ, адвокат МАМ и потерпевший Потерпевший №1 подали апелляционные жалобы.

Адвокат МАМ в апелляционной жалобе и дополнениях к ней просит приговор суда в отношении МЯМ изменить, по первому и второму преступлению по ч. 2 ст. 162 УК РФ МЯМ оправдать, при назначении наказания по третьему преступлению применить положения ст.ст. 64, 73 УК РФ, назначить наказание условно, МЯМ из – под стражи освободить.

По доводам адвоката, приговор суда необоснованный, а назначенное МЯМ наказание чрезмерно строгое.

Признавая МЯМ виновным в совершении преступлений, суд первой инстанции не учел его показаний по обстоятельствам произошедшего и показаний свидетелей.

МЯМ в ходе предварительного и судебного следствия пояснял, что в сговор на совершение преступления с Б. В.Н. с применением ножа не вступал, о наличии у Б. В.Н. ножа не знал. Б. В.Н. пояснял, что это преступление совершил один.

Потерпевший С А.Д. свои показания в ходе предварительного следствия постоянно менял, несмотря на неоднократные вызовы в судебное заседание не явился, его показания были оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ.

В протоколе принятия устного заявления о преступлении от 27.08.2022, а также при первоначальном допросе С А.Д. в качестве потерпевшего от 27.08.2022 он не говорил о ноже, лишь при допросе 21.10.2022 потерпевший пояснил, что Б. В.Н. доставал из кармана нож. При этом нож Б. показал потерпевшему уже после того, как перевел деньги с его С на свою карту. С не завладел, поскольку С убежал.

Стороной защиты 09.09.2025 и 10.11.2025 было заявлено ходатайство о допросе в качестве свидетелей работников отдела полиции № «<данные изъяты>» <данные изъяты>, которые были допрошены на предварительном следствии, но в удовлетворении ходатайств необоснованно отказано, в связи с чем, суд не проверил должным образом правдивость показаний потерпевшего С А.Д.

По второму преступлению МЯМ также пояснял, что в сговор на совершение преступления с Б. В.Н. с применением угроз, а также с демонстрацией ножа не вступал, о наличии у Б. ножа не знал. Сувенирный нож Б. взял из кармана Потерпевший №1, а данным ножом невозможно причинить какой-либо вред. Возможно, на этот счет МЯМ и заблуждался, но он никогда не менял своих показаний. А при таких обстоятельствах по второму преступлению демонстрация Б. В.Н. ножа является эксцессом исполнителя.

В протоколе заявления о преступлении от 29.08.2022 Потерпевший №1 заявил, что парень № (Б.) показал нож для того, чтобы похвастаться, каких – либо угроз, связанных с применением ножа от него не поступало. Аналогичные показания по обстоятельствам произошедшего дал Потерпевший №1 при допросе в качестве потерпевшего.

В судебном заседании 13.05.2025 Потерпевший №1 изменил свои показания, однако пояснил, что в первый раз МЯМ очевидно не видел нож у Б., а во второй раз МЯМ просто стоял рядом и ничего не делал. Считает, что такое поведение МЯМ связано с тем, что он полагал, что данный нож сувенирный.

Стороной защиты 09.09.2025 и 10.11.2025 было заявлено ходатайство о допросе в качестве свидетелей работников ОП № «<данные изъяты>» <данные изъяты>, которые принимали заявление и допрашивали Потерпевший №1, аналогичное ходатайство стороной защиты было заявлено и ДД.ММ.ГГГГ, но суд в удовлетворении ходатайств отказал.

С учетом изложенного, адвокат полагает действия МЯМ квалифицированы не верно, в связи с чем МЯМ следует по первому и второму преступлению оправдать.

По третьему преступлению МЯМ вину в совершении преступления признал, чистосердечно раскаялся в содеянном, активно способствовал расследованию преступления, в период предварительного следствия каждому из потерпевших возместил ? часть причинённого ущерба, принес всем потерпевшим извинения. С 2022 года по ноябрь 2025 года находился на свободе, преступлений, административных правонарушений не совершал, все время после окончания колледжа работал. При этом МЯМ имеет на иждивении сына ДД.ММ.ГГГГ года рождения и дочь ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что МЯМ сознательно встал на путь исправления, в связи с чем, имеются все основания для применения при назначении ему наказания положений ст.ст. 64, 73 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный МЯМ просит приговор суда изменить, по первому и второму преступлению его оправдать или переквалифицировать его действия на ч. 3 ст. 158 УК РФ.

По доводам осужденного, умысла на разбой он не имел и о том, что у Б. имеется при себе нож, не знал, Б. ему нож не показывал.

Считает, к показаниям потерпевших С и Потерпевший №1 следует отнестись критически, поскольку им ножом никто не угрожал. Они с Б. хотели обманным путем снять деньги с С потерпевших и забрать телефон Потерпевший №1 себе. При этом насилие ни к кому не применяли, угроз применения насилия не высказывали. Б. забрал у Потерпевший №1 сувенирный нож, который и демонстрировал Потерпевший №1. Указанным ножом невозможно причинить вред здоровью потерпевшего.

Считает, что Потерпевший №1 оговорил их, поскольку ему было стыдно перед следователем. В своих первоначальных показаниях Потерпевший №1 о ноже не говорил.

По третьему преступлению в отношении Петровой он свою вину в совершении преступления признает, но просит назначить ему наказание за данное преступление с применением положений ст. 73 УК РФ, в связи с наличием смягчающих наказание обстоятельств (вину признал, перед потерпевшими извинился, в ходе предварительного следствия всем 3-м потерпевшим возместил <данные изъяты> долю причинного ущерба, новых преступлений не совершал). Также просит учесть, что он характеризуется положительно, потерпевшие на строгом наказании не настаивали.

После совершения преступлений прошло 3 года, за это время он успел жениться, в браке родилось двое детей, до вынесения приговора он работал, помогал дедушке, который был его опекуном, дедушка имеет заболевания, в настоящее время состояние здоровья дедушки значительно ухудшилось и он нуждается в его помощи и поддержке.

Потерпевший Потерпевший №1 в апелляционной жалобе просит приговор суда изменить, считает его несправедливым в части назначенного МЯМ наказания, размер наказания которому просит снизить и применить при назначении наказания МЯМ положения ст. 73 УК РФ.

По доводам потерпевшего, назначенное МЯМ наказание чрезмерно строгое, назначено без учета обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения дела. МЯМ раскаялся в содеянном, принес искренние извинения, в период следствия возместил ему половину причиненного ущерба. При этом МЯМ работал, новых преступлений не совершал, женился, имеет на иждивении двух малолетних детей.

В судебном заседании адвокаты АЮЮ и МАН доводы апелляционных жалоб поддержали.

Государственные обвинители РНС и СКА по доводам апелляционных жалоб возражали, полагали необходимым приговор оставить без изменения.

Заслушав участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив производство по уголовному делу в полном объеме, учитывая положения ч.ч. 1, 2 ст. 389.19 УПК РФ, согласно которым при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалоб и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме в отношении всех осужденных, внеся в необходимом случае изменения, улучшающие их положение, судебная коллегия приходит к следующему.

Все обстоятельства, при которых МЯМ и Б. В.Н. совершили преступления, и подлежащие доказыванию по настоящему уголовному делу, установлены судом правильно.

Доказанность вины осужденных МЯМ и Б. В.Н. и правильность квалификации их действий по преступлению № в отношении потерпевшей ПАС в апелляционных жалобах не оспариваются. Данные выводы в приговоре изложены судом полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому являются правильными.

Виновность МЯМ и Б. В.Н. в совершении разбойного нападения на потерпевших С А.Д. и Потерпевший №1 при обстоятельствах, изложенных в приговоре, также установлена и подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре. Вопреки доводам жалоб, этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Фактические обстоятельства происшедшего, как они установлены судом, изложены в приговоре, который в своей описательной части содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе совершения преступлений, причастности к ним осужденных МЯМ и Б. В.Н., об их виновности, а также об иных обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Причастность МЯМ и Б. В.Н. к совершению инкриминированных им преступлений и их виновность установлена на основании показаний самих осужденных в части, признанной судом соответствующей установленным обстоятельствам дела, показаний потерпевших С А.Д., Потерпевший №1, ПАС, свидетелей СОД, МТЕ, материалов дела: протоколов следственных и процессуальных действий, вещественных доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Как следует из материалов дела, все доводы стороны защиты, повторно приведенные в жалобах, а также в суде апелляционной инстанции о том, что МЯМ умысла на совершение нападения на потерпевших С А.Д. и Потерпевший №1 с целью завладения их имуществом, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, не имел и о наличии у Б. В.Н. ножа не знал, были предметом тщательного исследования и проверки в ходе судебного следствия, эти доводы не соответствуют исследованным доказательствам, а потому обоснованно отвергнуты судом в приговоре с приведением убедительных мотивов принятого решения, не согласиться с которыми у судебной коллегии оснований не имеется. Новых доводов в подтверждение всех этих заявлений жалобы не содержат.

При этом показания осужденных МЯМ и Б. В.Н. в ходе производства по делу, верно приняты судом лишь в части, признанной судом соответствующей установленным обстоятельствам дела, а в остальной части оценены судом как избранный ими способ защиты своих интересов.

Сам факт хищения денежных средств у потерпевших осужденные МЯМ и Б. В.Н. не отрицали.

Вывод суда о том, что Б. В.Н. и МЯМ в группе лиц по предварительному сговору совершили нападение на С А.Д. и Потерпевший №1 с целью хищения их имущества и применили предмет, похожий на нож, используемый в качестве оружия, угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, сомнений не вызывает.

Доводы жалоб о том, что МЯМ не знал о наличии у Б. В.Н. предмета, похожего на нож, а также об отсутствии между осужденными сговора на его применение, верно признаны судом несостоятельными, поскольку они опровергаются собранными по делу с соблюдением процессуальных норм и исследованными судом следующими доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего С А.Д., оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что на улице ранее незнакомые ему Б. В.Н. и МЯМ попросили у него мобильный С позвонить, потом МЯМ попросил перевести ему на номер С 20 рублей, когда он вошел в мобильное приложение «Тинькофф Банка», то Б. В.Н. выхватил у него из рук С, начал вводить номер карты, а МЯМ в это время отвлекал его разговорами, в этот момент он увидел, что Б. В.Н. переводит 8 000 рублей, тогда он сказал, что тот переводит слишком много, на что МЯМ в агрессивной форме сказал, чтобы он не кричал, после чего он стал просить вернуть ему С, в какой-то момент Б. В.Н. заблокировал С, попросил его разблокировать, вернул ему С, тогда он увидел в приложении банка, что с его карты было произведено три перевода на 7 000 рублей, 4 500 рублей и 800 рублей, стал требовать вернуть их обратно, но Б. В.Н. достал из кармана складной нож, раскрыл его, направил лезвие в его сторону и стал в грубой форме требовать отдать С, а МЯМ в это время стоял рядом, никак не пытался остановить Б. В.Н., в связи с чем он понял, что он поддерживает его агрессивный настрой, реально опасался за свою жизнь и здоровье, поскольку парней было двое и у Б. В.Н. был нож, поэтому он убежал.

В ходе очных ставок с Б. В.Н. и с МЯМ потерпевший С А.Д. свои показания об обстоятельствах произошедшего полностью подтвердил, настаивал на том, что после того, как без его ведома МЯМ и Б. В.Н. с помощью мобильного приложения перевели у него со счета денежные средства, они стали просить у него С и В достал нож, размахивал им, направлял в его сторону, требовал отдать ему С. Б. В.Н. показания потерпевшего С А.Д. подтвердил частично, при этом допускал, что мог доставать из кармана находящийся у него нож, а МЯМ показал, что Б. В.Н. действительно совершил перевод денег потерпевшего с помощью С, деньги они поделили между собой.

Из показаний потерпевшего Потерпевший №1 в ходе производства по делу следует, что на улице ранее незнакомые ему Б. В.Н. и МЯМ попросили перевести им 10 рублей через мобильное приложение «Сбербанк Онлайн», потом попросили дать посмотреть С, а когда он дал С Б. В.Н., парни пошли во двор дома, где Б. В.Н., увидев, что у него на банковском счете есть деньги, потребовал ввести пароль от приложения ПАО «Сбербанк», но он отказывался, тогда Б. В.Н. достал свой нож, раскрыл его и направил лезвие в его сторону, сделал шаг в его сторону, а МЯМ в это время находился рядом, не пытался остановить Б. В.Н., из чего он сделал вывод, что МЯМ эти угрозы ножом поддерживает, испугавшись за свою жизнь и здоровье, он ввел пароль от мобильного приложения и Б. В.Н. снова забрал у него С, после чего Б. В.Н. и МЯМ увидели у него на счете денежные средства и Б. В.Н. осуществил перевод денег в размере 100 000 рублей, после чего парни сказали ему уходить и он ушел, оставив им свой С.

В ходе очной ставки с Б. В.Н. и МЯМ потерпевший Потерпевший №1 свои показания об обстоятельствах произошедшего полностью подтвердил, показав, что В во дворе дома требовал ввести пароль от банковского приложения в С, при этом доставал нож, направлял лезвие в его сторону, делал шаг к нему, Ян в это время находился рядом, после того, как он выполнил требование и ввел пароль, В совершил перевод денежных средств с его С в сумме 100 000 рублей. МЯМ показания потерпевшего подтвердил частично, при этом показал, что Б. В.Н. действительно доставал нож, но только тот, который забрал у потерпевшего, осуществлял перевод денег потерпевшего, в этот же день В дал ему деньги за сдачу С в ломбард, деньги они поделили.

Показания потерпевшего Потерпевший №1 согласуются также с показаниями свидетеля СОД, согласно которым 28.08.2022 Б. перевел ей на карту 97 000 рублей, она обналичила деньги и отдала их Б. В.Н., который часть денег отдал МЯМ

При таких обстоятельствах, ссылка в жалобах на недостоверность показаний потерпевших С А.Д. и Потерпевший №1 о применении осужденными предмета, похожего на нож, в ходе завладения осужденными имущества потерпевших, по мнению судебной коллегии, не содержит убедительных мотивов, почему достоверность данных показаний, которые последовательно подтверждались потерпевшими на протяжении всего производства по делу, суд должен был подвергнуть сомнению.

Судебная коллегия считает, что судом обоснованно положены в основу обвинительного приговора показания потерпевших С А.Д. и Потерпевший №1, данные ими в ходе предварительного и судебного следствия, поскольку показания потерпевших получены в соответствии с требованиями УПК РФ, каких-либо оснований для оговора ими осужденных МЯМ и Б. В.Н., равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о виновности осужденных, на правильность применения уголовного закона, судебной коллегией не установлено.

То обстоятельство, что при принятии устного заявления о преступлении от Потерпевший №1, а также при даче потерпевшими Потерпевший №1 и С А.Д. первоначальных показаний потерпевшими не было сообщено о применении к ним Б. В.Н. в ходе неправомерного завладения имуществом предмета, похожего на нож, не свидетельствует о недостоверности их последующих показаний, в которых они более детально и подробно описали обстоятельства совершенных в отношении них преступлений.

В вызове и допросе в ходе судебного следствия сотрудников полиции КМБ, КВИ и ПНК необходимости не имелось, поскольку все необходимые для рассмотрения дела обстоятельства изложены в объяснениях потерпевших и их последующих показаниях, имеющихся в материалах дела. При этом потерпевшие Потерпевший №1 и С А.Д. в ходе допросов объяснили причины, по которым они первоначально не указали о применении осужденными ножа. Оснований не доверять показаниям потерпевших суд обоснованно не усмотрел.

Как следует из материалов дела, судом принимались исчерпывающие меры к вызову в судебное заседание потерпевшего С А.Д., в том числе путем его принудительного привода. Поскольку принудительный привод не исполнен, местонахождение потерпевшего не было установлено, суд обоснованно принял решение об оглашении его показаний, руководствуясь положениями п. 3 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, согласно которой оглашение показаний потерпевшего, ранее данных им при производстве предварительного расследования, не требует согласия сторон.

Кроме того, судебная коллегия учитывает и то обстоятельство, что между потерпевшим С А.Д. и обвиняемыми МЯМ и Б. В.Н., проводились очные ставки, где С А.Д. давал показания в присутствии участвующих лиц, которые по своему содержанию аналогичны, что также подтверждает правдивость его показаний.

Анализируя представленные стороной обвинения доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что положенные в основу приговора доказательства получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному МЯМ и Б. В.Н. обвинению и в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора.

Все приведенные в приговоре доказательства получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно оценены в совокупности, с соблюдением требований, предусмотренных ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, согласуются между собой, не противоречат обстоятельствам совершения преступлений, установленным в судебном заседании, и вопреки доводам жалоб, подтверждают вывод суда о виновности осужденных МЯМ и Б. В.Н. в совершении тех действий, за которые они осуждены.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом правильно.

Приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе ст. 307 УПК РФ, в нем приведены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденных в совершении преступлений, и мотивы, по которым суд отверг их доводы, приведенные в свою защиту.

Исходя из анализа представленных доказательств, суд верно пришел к выводу о том, что МЯМ и Б. В.Н. по первому и второму преступлениям совершили разбойное нападение на потерпевших. Об умысле осужденных на совершение разбоя с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, свидетельствуют в совокупности: исследованные в судебном заседании и изложенные выше и в приговоре доказательства, установленные судом обстоятельства совершения преступлений, выбранный ими предмет, используемый в качестве оружия, похожий на нож.

Суд пришел к правильному выводу о том, что квалифицирующий признак разбойного нападения в целях хищения чужого имущества «группой лиц по предварительному сговору» в действиях осужденных нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Судом из анализа представленных стороной обвинения доказательств, фактических обстоятельств совершения преступлений, правильно установлено, что осужденные МЯМ и Б. В.Н. заранее, то есть до начала совершения умышленных действий, непосредственно направленных на совершение разбоя, договорились о совместном совершении преступлений и в целях осуществления преступного умысла одновременно начали выполнять активные действия, непосредственно направленные на завладение имуществом потерпевших.

Утверждение осужденных о том, что у них не было умысла на завладение имуществом потерпевших с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а также с применением предмета, используемого в качестве оружия, опровергаются фактическими обстоятельствами совершения преступлений, из которых следует, что осужденные действовали одновременно, внезапно, действуя в присутствии друг друга, не подавая друг другу команд, нападали на потерпевших, при этом Б. В.Н. в присутствии МЯМ, с целью хищения имущества, подавлении воли потерпевших к сопротивлению, а также удержания уже похищенных денежных средств, демонстрировал потерпевшим предмет, похожий на нож, выражая тем самым угрозу применить насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевших. Совместными действиями осужденных воля потерпевших к сопротивлению была подавлена, и им удалось завладеть их имуществом, обратив его в свою пользу.

Доводы жалобы стороны защиты о том, что Б. В.Н. применил предмет, похожий на нож, демонстрируя его потерпевшему С А.Д., уже после того, как осуществил неправомерный перевод денег с его мобильного приложения, не свидетельствуют о неправильной квалификации действий осужденных, учитывая, что по смыслу закона при разбое угроза применения насилия, опасного для жизни и здоровья, применяется не только для завладения имуществом потерпевшего, но и для удержания этого имущества. Кроме этого, как следует из показаний потерпевшего, после завладения деньгами потерпевшего, Б. В.Н. требовал передать еще мобильный С.

Квалифицирующий признак совершения разбойного нападения «с применением предмета, используемого в качестве оружия» нашел свое подтверждение, поскольку факт демонстрации Б. В.Н. потерпевшим С А.Д. и Потерпевший №1 предмета, используемого в качестве оружия, похожего на нож, который он удерживал в руке, демонстрировал его в целях устрашения, направлял его в сторону потерпевших, высказывая требования передать имущество, сообщить пароль от входа в банковское приложение, при этом с учетом обстановки совершения преступлений, численного превосходства нападавших, угрозу, опасную для жизни и здоровья, потерпевшие воспринимали реально и боялись ее осуществления.

Характер действий осужденного МЯМ и Б. В.Н., направленных на завладение имуществом потерпевших С А.Д. и Потерпевший №1 был целенаправленным, интенсивным, а демонстрация предмета, похожего на нож, выступала средством, обеспечивающим изъятие у потерпевших имущества, в результате чего воля к сопротивлению потерпевших была подавлена и осужденным удалось завладеть их ценным имуществом.

Также нельзя согласиться с доводами жалоб о том, что Потерпевший №1 осужденным был продемонстрирован сувенирный нож, угрозу применения которым нельзя было воспринимать реально, поскольку они не основаны на материалах дела. Также несостоятельны доводы стороны защиты о том, что Б. В.Н. угрожал Потерпевший №1 применением предмета, внешне схожего с ножом, который он забрал у потерпевшего, поскольку потерпевший Потерпевший №1 категорично утверждал в ходе производства по делу, что Б. В.Н. доставал именно свой нож, а не тот, которые осужденные забрали у него.

Вопреки доводам жалоб, в действиях МЯМ суд верно установил наличие квалифицирующего признака преступления – применения предмета, используемого в качестве оружия, поскольку как это следует из разъяснений, содержащихся в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», если применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, охватывалось умыслом виновных, совершивших разбойное нападение группой лиц по предварительному сговору, все участники совершенного преступления несут ответственность по части второй статьи 162 УК РФ как соисполнители и в том случае, когда оружие и другие предметы были применены одним из них.

Исходя из показаний потерпевших С А.Д. и Потерпевший №1 о том, что в тот момент, когда Б. В.Н. угрожал им предметом, внешне похожим на нож, МЯМ видел это, действиям Б. В.Н. не препятствовал, а напротив продолжал выполнять действия по хищению имущества потерпевших, суд пришел к правильному выводу о том, что действия Б. В.Н. по применению предмета, используемого в качестве оружия, носили согласованный с МЯМ характер, охватывались их единым преступным умыслом.

Доводы МЯМ о том, что он не знал о наличии у Б. В.Н. ножа верно признаны судом несостоятельными, учитывая, что преступления ими совершались тождественным способом, через непродолжительный период времени.

При таких обстоятельствах, оснований считать действия Б. В.Н. по применению к потерпевшим предмета, похожего на нож, как эксцесс исполнителя, не имелось.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенных МЯМ и Б. В.Н. преступлений, и прийти к правильному выводу об их виновности и о квалификации их действий по первому и второму преступлению по ч. 2 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия; по третьему преступлению по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета.

Судебная коллегия считает, что квалификация действий осужденных МЯМ и Б. В.Н. соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, и оснований для ее изменения, а равно для оправдания осужденных, прекращения в отношении них уголовного дела, не имеется.

С учетом принципа состязательности сторон данное дело органами предварительного следствия расследовано, а судом рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства, по ним приняты мотивированные решения, которые суд апелляционной инстанции находит правильными.

Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении прав осужденных на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах дела не содержится.

Психическое состояние МЯМ и Б. В.Н. проверено с достаточной полнотой и выводы суда в приговоре об их вменяемости сомнений в их правильности не вызывают.

Доводы жалоб о назначении осужденному МЯМ чрезмерно сурового наказания и о его смягчении нельзя признать состоятельными.

Наказание МЯМ и Б. В.Н. назначено справедливое, соразмерно содеянному ими, с соблюдением требований ст. 6, 60, 61 УК РФ и с учетом целей наказания, установленных ст. 43 ч. 2 УК РФ.

Судом были учтены все предусмотренные законом обстоятельства: характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденных, влияние назначенного наказания на их исправление, условия жизни их семей и все конкретные обстоятельства дела.

Кроме того, в соответствии со ст. 67 УК РФ суд учел характер и степень фактического участия каждого осужденного в совершении преступлений, значение этого участия для достижения цели преступлений. Наказание осужденным назначено индивидуально.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом учтены по всем преступлениям:

МЯМ - его молодой возраст, тот факт, что он ранее не судим, на специализированных профилактических учетах не состоит, имеет на иждивении двух малолетних детей, положительно характеризуется, частично возместил причиненный преступлением ущерб, неудовлетворительное состояние здоровья его близких родственников, по третьему преступлению – признание вины, раскаяние в содеянном, по второму преступлению – принесение извинений потерпевшему, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления;

Б. В.Н. - его молодой возраст, тот факт, что ранее он не судим, вину по предъявленному обвинению в совершении преступлений №1 и №2 признал частично, по преступлению №3 признал в полном объеме, раскаялся в содеянном, на специализированных профилактических учетах не состоит, характеризуется положительно, имеет на иждивении малолетнего ребенка, частично возместил причиненный преступлением ущерб, неудовлетворительное состояние его здоровья и состояние здоровья его близких родственников, по преступлениям № 1 и № 2 – активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

При этом, смягчающие наказание обстоятельства не только приведены в приговоре, но и учтены судом в достаточной степени.

Обстоятельств, отягчающих наказание МЯМ и Б. В.Н., не установлено.

Судом учтены также все данные о личности осужденных, которые нашли документальное подтверждение в материалах уголовного дела и имеют значение при решении вопроса о наказании.

Иных обстоятельств, которые бы не были известны суду первой инстанции, не учтены в приговоре и имели бы значение для определения вида и размера наказания осужденным МЯМ и Б. В.Н., не установлено.

Учитывая фактические обстоятельства преступлений, степень их общественной опасности, суд обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую, в соответствии с положениями части 6 ст.15 УК РФ.

В целях восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, суд обоснованно назначил осужденным наказание, связанное с реальным лишением свободы, не усмотрев оснований для применения ст. 73 УК РФ, либо назначения более мягкого вида наказания с применением ст. 64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением осужденных, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, судом объективно не установлено. Не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

То обстоятельство, что осужденный МЯМ после совершения преступлений по настоящему делу новых преступлений не совершал, не является безусловным основанием для назначения ему наказания с применением положений ст. 73 УК РФ.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе приведенные в апелляционных жалобах, в полной мере учтены судом при решении вопроса о назначении осужденным наказания, в связи с чем, оно не может быть признано излишне суровым.

Оснований для смягчения наказания осужденным за совершенные ими преступления суд апелляционной инстанции не усматривает, полагая назначенное им наказание справедливым, соразмерным содеянному и личности осужденных.

Медицинского заключения о наличии у МЯМ и Б. В.Н. заболеваний, включенных в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы, в материалах дела не имеется.

Вид исправительного учреждения осужденным назначен судом верно в соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Гражданские иски потерпевших правильно разрешены судом в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ.

С учетом изложенного, апелляционные жалобы осужденного МЯМ и его защитника - адвоката МАМ, а также апелляционная жалоба потерпевшего Потерпевший №1 удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, а признается он таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

На основании положений ч. 1 ст. 73 УПК РФ наряду с другими обстоятельствами при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Как видно из описательно-мотивировочной части приговора, суд, описывая хищение денежных средств у потерпевшего Потерпевший №1 по преступлению № 2, указал, что МЯМ и Б. В.Н. похитили у потерпевшего путем осуществления перевода на банковский счет, открытый на имя Б. В.Н., денежные средства в сумме 100 507 руб. 97 коп., из которых комиссия банка за перевод составила 507 руб. 97 коп., распорядились похищенным по своему усмотрению.

Однако, суд не учел, что причинение ущерба потерпевшему в размере 507 руб. 97 коп. было связано с условием осуществления банковской операции по переводу денежных средств с одного банковского счета на другой, такой способ совершения преступления был выбран осужденными для реализации их корыстной цели по завладению денежными средствами в размере 100 000 рублей, при этом денежные средства в размере 507 руб. 97 коп., списанные со счета потерпевшего Потерпевший №1 в счет комиссии банка за проведенные операции, осужденные не изымали и не обращали в свою пользу.

При таких обстоятельствах, учитывая то, что в сумму денежных средств, похищенных осужденными у потерпевшего, следствием и судом включена комиссия банка за произведенную банковскую операцию в размере 507 руб. 97 коп., данная сумма подлежит исключению из осуждения МЯМ и Б. В.Н., поскольку хищение комиссии умыслом осужденных не охватывалось, а было обусловлено действиями банка, не зависящими от воли осужденных.

Исключение из суммы похищенных у потерпевшего Потерпевший №1 денежных средств излишне включенной комиссии банка не влияет на квалификацию действий МЯМ и Б. В.Н., не ухудшает их положение, не нарушает их право на защиту.

Несмотря на вносимое в приговор изменение, оснований для смягчения осужденным МЯМ и Б. В.Н. наказания судебная коллегия не усматривает, поскольку оно является справедливым, соответствующим характеру и степени общественной опасности инкриминируемых им преступлений и полным данным о личности осужденных.

Кроме того, принимая решение о назначении Б. В.Н. наказания по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, суд верно исходил из того, что в случае если после вынесения судом приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора суда по первому делу, то окончательное наказание назначается по совокупности преступлений. В этом случае в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору суда.

При таких обстоятельствах, суд верно указал в приговоре о зачете Б. В.Н. в срок наказания отбытого им наказания по приговору <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 04.07.2023 года.

Вместе с тем, суд не указал в приговоре конкретный период, подлежащий зачету Б. В.Н. в срок наказания в виде лишения свободы по приговору от 04.07.2023г., а также не указал о необходимости зачета в срок наказания осужденному времени содержания его под стражей в качестве избранной ему меры пресечения по уголовным делам, по которым он осужден приговорами <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 08.06.2023 года и <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 04.07.2023 года.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия полагает необходимым приговор в части зачета наказания осужденному Б. В.Н. уточнить и конкретизировать периоды содержания его под стражей по всем приговорам, входящим в совокупность при назначении ему наказания, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в качестве меры пресечения из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также период отбывания осужденным наказания по этим приговорам, учитывая дату вступления приговоров в законную силу, из расчета один день за один день лишения свободы.

В соответствии с материалами дела, резолютивную часть приговора необходимо дополнить указанием о зачете Б. В.Н. в срок наказания времени содержания под стражей по приговорам <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 08.06.2023 года и <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 04.07.2023 года с 07 сентября 2022 года до 29 ноября 2023 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также отбытое наказание по этим же приговорам (с учетом постановления <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 24.07.2024 года) с 29 ноября 2023 года по 24 января 2025 года из расчета один день за один день.

Внесение данных изменений в приговор о зачете Б. В.Н. времени содержания под стражей и отбытого наказания по предыдущему приговору не ухудшает его положение и не нарушает его право на защиту.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, а равно внесение в него иных изменений, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор <данные изъяты> районного суда г. Новосибирска от 12 ноября 2025 года в отношении МЯМ, БВН изменить.

Исключить из осуждения МЯМ и Б. В.Н. по ч. 2 ст. 162 УК РФ (преступление № 2 в отношении Потерпевший №1) указание о хищении денежных средств в сумме 507 рублей 97 копеек, списанных со счета потерпевшего Потерпевший №1 в счет комиссии банка за проведенные операции.

Дополнить резолютивную часть приговора указанием о зачете Б. В.Н. в срок наказания времени содержания под стражей по приговорам <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 08.06.2023 года и <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от 04.07.2023 года с 07 сентября 2022 года до 29 ноября 2023 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также отбытое наказание по этим же приговорам (с учетом постановления Первомайского районного суда г.Новосибирска от 24.07.2024 года) с 29 ноября 2023 года по 24 января 2025 года из расчета один день за один день.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного МЯМ и его защитника - адвоката МАМ, апелляционную жалобу потерпевшего Потерпевший №1 без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденных, содержащихся под стражей – в тот же срок со дня вручения им копии приговора, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи