Решение № 2-325/2017 2-325/2017~М-337/2017 М-337/2017 от 29 октября 2017 г. по делу № 2-325/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 октября 2017 г. г.Белев Тульской области

Белевский районный суд Тульской области в составе: председательствующего судьи Брылевой Н.А.,

при ведении протокола секретарем Соловьевой К.П.,

с участием истцов ФИО6, ФИО7, ФИО8, представителей ответчика ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» ФИО9, ФИО10,

а также с участием помощника прокурора Белевского района Жуковой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-325/2017 по иску ФИО6, ФИО7 и ФИО8 к ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» о восстановлении на работе,

установил:

с ДД.ММ.ГГГГ истцы ФИО6, ФИО7, и ФИО8 состояли в трудовых отношениях с обществом с ограниченной ответственностью (ООО) «ЭнергоГазИнвест-Тула», куда были приняты в котельную №1 Белевского производства операторами котельной 3 разряда в порядке перевода из ООО «Теплоэнергетик».

ДД.ММ.ГГГГ И.о. генерального директора ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» издан приказ о сокращении с ДД.ММ.ГГГГ должностей оператора котельной 3 разряда, выведении из штата предприятия четырех единиц, в связи с проведенными мероприятиями по модернизации котельной №1 г.Белев (установка диспетчеризации с выводом аварийных сигналов на диспетчерский пульт).

ДД.ММ.ГГГГ приказом № ФИО6, ФИО7 и ФИО8 были уволены из ООО «ЭнергоГазИнвест – Тула» на основании п.2 ст.81 Трудового Кодекса РФ в связи с сокращением штата.

Полагая увольнение необоснованным ввиду не проведения мероприятий по диспетчеризации, а также незаконным, проведенным с нарушением процедуры увольнения по указанному основанию, истцы обратились с иском о восстановлении их на работе в прежней занимаемой каждым из них должности – оператором 3 разряда.

В судебном заседании истцы свои требования поддержали. Пояснили, что повод к их увольнению надуман – никаких мероприятий по диспетчеризации не проводилось. Кроме того, нарушена и процедура увольнения – вакантных должностей им не предлагали, нарушены сроки издания приказа об увольнении, не учитывалось их преимущественное право на оставление на работе.

Представители ответчика ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» ФИО9 и ФИО10 иск не признали, пояснив, что основанием принятия решения о сокращении штата послужило проведение мероприятий по диспетчеризации котельной №1 г.Белева, в связи с чем и были сокращены должности оператора 3 разряда. Все мероприятия по проведению процедуры сокращения должностей работодателем соблюдены, равно как и сроки увольнения сотрудников.

Заслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора? полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

ДД.ММ.ГГГГ приказом № ФИО8 принята на работу в ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» в Белевское производство оператором котельной 3 разряда в порядке перевода из ООО «Теплоэнергетик» (л.д.18).

ДД.ММ.ГГГГ приказом № ФИО7 принят на работу в ООО «ЭнегоГазИнвест-Тула» в котельную №1 Белевского производства оператором 3 разряда в порядке перевода из ООО «Теплоэнергетик» (л.д.29-30).

ДД.ММ.ГГГГ приказом № ФИО6 принята на работу в ООО «ЭнегоГазИнвест-Тула» в котельную №1 Белевского производства оператором 3 разряда в порядке перевода из ООО «Теплоэнергетик» (л.д.42).

Также ДД.ММ.ГГГГ ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» с принятыми работниками ФИО8, ФИО7 и ФИО6 заключены трудовые договоры (л.д.10-13; 22-25; 34-37).

27 июля 2017 года И.о. генерального директора ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» издан приказ о сокращении с 27 сентября 2017 года должностей оператора котельной 3 разряда, выведении из штата предприятия (котельная №1 производства по Белевскому району) четырех единиц, в связи с проведенными мероприятиями по модернизации котельной №1 г.Белев (установка диспетчеризации с выводом аварийных сигналов на диспетчерский пульт) (л.д.55).

25 сентября 2017 г. генеральным директором ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» издан приказ №БВ 25-к о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ) с ФИО1, ФИО8, ФИО6 и ФИО7 операторами 3 разряда котельной №1 Белевского производства (л.д.78).

Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34 часть 1; статья 35 часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

В соответствии с ч.3 ст.81 ТК РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Статьей 180 Трудового кодекса РФ определено, что при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в той же организации, соответствующую квалификации работника, причем перевод на эту работу возможен лишь с письменного согласия работника (ч.1 ст.179, ч.1 и 2 ст.180, ч.3 ст.81 Трудового кодекса РФ). О предстоящем увольнении в связи с сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем не менее чем за два месяца до увольнения.

Из смысла приведенных выше норм действующего трудового законодательства следует, что принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

Доводы истцов, а также утверждения свидетелей ФИО3 и ФИО4, диспетчеров котельной №1 Белевского участка, о том, что мероприятий по диспетчеризации в котельной не проводилось, а потому принятие решения о сокращении численности работников необоснованно, с учетом приведенных выше положений закона и его анализа, правового значения для разрешения настоящего спора, по мнению суда, не имеет.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в части 2 пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации" расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 ТК РФ).

При этом, исходя из разъяснений Конституционного суда Российской Федерации, данных в Определении от 21 декабря 2006 года №581-О, часть 1 статьи 179 ТК РФ, относящаяся к числу норм, регламентирующих порядок увольнения в связи с сокращением штата работников, - определяет основанное на объективных критериях правило отбора работников для оставления на работе. Установив в качестве таких критериев более высокую производительность труда работника и его квалификацию, законодатель исходил как из необходимости предоставления дополнительных мер защиты трудовых прав работникам, имеющим более высокие результаты трудовой деятельности и лучшие профессиональные качества, так и из интереса работодателя в продолжении трудовых отношений с наиболее квалифицированными и эффективно работающими работниками.

В соответствии с требованиями трудового законодательства обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как видно из материалов дела, решение работодателя о сокращении штата обусловлено проведением мероприятий по оптимизации деятельности организации.

Свидетели ФИО5, заместитель начальника Белевского участка, и ФИО2, мастер участка, в суде пояснили, что при сокращении должностей истцов они высказывали руководству предприятия свое мнение об отсутствии у увольняемых преимущественного права на оставление на работе.

Однако иных доказательств оценки критериев высвобождаемых сотрудников представителями ответчика суду не представлено. Суд полагает, что из представленных в материалы дела документов невозможно сделать однозначный вывод о том, по каким основаниям работодатель пришел к выводу, что высвобождению подлежат именно должности занимаемые истцами, а не аналогичные должности, занимаемые другими работниками. Решение работодателя по сокращению должности истцов надлежащим образом не мотивировано, суду не представлено доводов, из которых можно было бы сделать вывод, какими критериями руководствовался ответчик и какие обстоятельства учитывались при сокращении.

Оценивая данные обстоятельства, суд приходит к выводу что, фактически, работодатель не проводил анализ и оценку производительности и качеству работы работников при сокращении штата. Доказательств того, что ФИО6, ФИО7 и ФИО8 по каким-либо объективным причинам обладали меньшей производительностью труда, либо квалификацией по сравнению с другими работниками, что подтверждено соответствующими документами, ответчиком в нарушение требований части 1 статьи 56 ГПК РФ, также не представлено.

Кроме того, как следует из материалов дела, 27 июля 2017 года ФИО7, ФИО8 и ФИО6 вручены уведомления о предстоящем увольнении с 27 сентября 2017 г. в связи с сокращением штата, об отсутствии вакантных должностей в организации (л.д.63, 68, 73), а также им направлены уведомления о необходимости получения трудовой книжки после увольнения (л.д.64, 69, 74).

В соответствии с абз.3 ст.14 Трудового кодекса Российской Федерации сроки, исчисляемые годами, месяцами, неделями, истекают в соответствующее число последнего года, месяца или недели срока.

Частью второй статьи 14 ТК РФ предусмотрено, что течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений.

Как усматривается из материалов дела, истцы были предупреждены о предстоящем увольнении 27 июля 2017 г., соответственно двухмесячный срок предупреждения, начинающий исчисляться со следующего дня, то есть с 28 июля 2017 г., истекал 28 сентября 2017 г. В связи с этим ФИО8, ФИО7 и ФИО6 могли быть уволены не ранее чем с 29 сентября 2017 г., в то время как увольнение было произведено приказом от 25 сентября 2017 г. №БВ 25-к с 27 сентября 2017 г., то есть до истечения установленного законом срока предупреждения (л.д.78).

Кроме того, заслуживает внимания довод истцов о том, что в организации с 02 октября 2017 г. утверждено штатное расписание, предполагающее увеличение штатных единиц по сравнению с предыдущим штатным расписанием, в том числе и принятие сезонных работников (л.д.57-62). Между тем, при увольнении 27 сентября 2017 года истцам не были предложены какие-либо должности или работы, в том числе нижеоплачиваемые, с учетом нового штатного расписания. Не представлено сведений и об отсутствии таковых.

Учитывая, что работодателем не был соблюден предусмотренный нормами трудового законодательства порядок увольнения истцов - не решен вопрос в установленном порядке о преимущественном их праве оставления на работе, нарушены сроки увольнения с момента предупреждения, к моменту увольнения не предложены имеющиеся вакантные должности, их увольнение нельзя признать законным.

Согласно статье 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Таким образом, требования ФИО6, ФИО7 и ФИО8 о восстановлении их на работе в прежней занимаемой каждым из них должности – оператором 3 разряда котельной №1 Белевского производства ООО «ЭнергоГазИнвест – Тула», подлежат удовлетворению.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы (ч.2 ст.394 ТК РФ).

Согласно п.52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным, выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

Таким образом, принимая во внимание, что при увольнении с 27 сентября 2017 года каждому из истцов было выплачено выходное пособие в размере среднемесячного заработка, оно подлежит зачету в оплату времени вынужденного прогула, составляющего к моменту принятия настоящего решения один месяц.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО6, ФИО7, ФИО8 восстановить на работе в ООО «ЭнергоГазИнвест-Тула» в котельную №1 Белевского производства в прежней занимаемой каждым из них должности – оператор котельной 3 разряда.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белевский районный суд.

Председательствующий Н.А. Брылева

В окончательной форме решение принято 03 ноября 2017 года.