Приговор № 1-2/2024 1-273/2023 от 7 ноября 2024 г. по делу № 1-153/2023Буденновский городской суд (Ставропольский край) - Уголовное дело № 1-2/2024 26RS0026-01-2022-001538-52 Именем Российской Федерации г. Буденновск 08 ноября 2024 года Буденновский городской суд Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Яроцкого А.Д., при ведении протокола судебного заседания помощником председателя суда БураковойЕ.А., секретарями судебного заседания Поздняковой А.А., Тучиной Э.В., с участием: государственных обвинителей – старшего помощника Буденновского межрайонного прокурора Чернышовой В.И., помощников Буденновского межрайонного прокурора Луценко Д.В., ФИО22, ФИО23, представителя потерпевшего <данные изъяты> ФИО28, действующего на основании доверенностей № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, подсудимого ФИО29, защитника подсудимого адвоката АК <адрес> Трутень И.И., представившего удостоверение № и ордер № № от ДД.ММ.ГГГГ, рассмотрев в судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению: ФИО29 <данные изъяты> в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 159, частью 4 статьи 159 и частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, ФИО29 совершил преступления при следующих обстоятельствах. Так в не установленное следствием время, но не ДД.ММ.ГГГГ, у лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (далее лицо №1), возник преступный умысел, направленный на хищение из корыстных побуждений путем обмана группой лиц по предварительному сговору чужого имущества - денежных средств <данные изъяты>» в особо крупном размере. Для осуществления преступного умысла лицо №1 разработало преступный план согласно которому, в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, более точные даты и время следствием не установлены, используя подконтрольное ему юридическое лицо ООО «<данные изъяты>», в котором он осуществлял фактическое руководство, а также руководство финансово-хозяйственной деятельностью организации, то есть являлся бенефициаром указанной организации, при выполнении ООО «<данные изъяты>» указанных выше работ по договорам с ООО «<данные изъяты>» не намеревался исполнять все виды работ, предусмотренные договорами в полном объеме, а именно в части внесения в почву на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» и микробиологического препарата «<данные изъяты>» (далее по тексту препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>»). Для реализации своего преступного умысла, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, более точные время и дата следствием не установлены, находясь в неустанволенном следствием месте, лицо №1 из корыстных побуждений вступило в предварительный преступный сговор, направленный на совершение хищения путем обмана чужого имущества – денежных средств в особо крупном размере у <данные изъяты>, которое в дальнейшем в ДД.ММ.ГГГГ году сменило название на ООО «<данные изъяты>», с ранее знакомыми ему различными лицами, в том числе и с ФИО29, и иными неустановленными следствием лицами, и распределил преступные роли между этими различными лицами. В целях достижения указанных преступных целей ФИО29, будучи назначенным по указанию лица №1 на должность директора ООО «<данные изъяты>»», занимающий указанную должность с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно п. 1.3 должностной инструкции директора обязан: обеспечивать выполнение предприятием всех обязательств перед федеральным, региональным и местным бюджетом, государственными внебюджетными социальными фондами, поставщиками, заказчиками и кредиторами, включая учреждения банка, а так же хозяйственных и трудовых договоров (контрактов) и бизнес-планов. Согласно отведенной преступной роли, ФИО29 должен был, как директор ООО «<данные изъяты>» заключать договоры с ООО «РН<данные изъяты>» на выполнение работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», готовить техническое задание на оказания услуг по «ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» и подписывать акты сдачи-приемки оказанных услуг и выполненных работ. При этом, ФИО29 был осведомлен и осознавал, что фактически при выполнении работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не будут вноситься в почву в том количестве, который указан в инструкции по приготовлению препаратов повышенной концентрации, и документах, которые будут составляться ООО «<данные изъяты>», а также о том, что поставки указанных препаратов от ООО «<данные изъяты> фактически осуществляться не будут, то есть фактически выразил своё согласие на участие в совершении преступления хищении чужого имущества в особо крупном размере - денежных средств ООО «<данные изъяты>», которое должно было осуществляться путем не исполнения подконтрольными ему ООО «<данные изъяты>» в полном объеме работ, предусмотренных договорами с ООО «<данные изъяты>», и внесения в акты о сдачи-приемке выполненных работ и оказанных услуг, заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений об объемах фактически выполненных работ в части внесения в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Реализуя задуманное ФИО29, являясь в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласно решению от ДД.ММ.ГГГГ единственного учредителя (участника) ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №6, не осведомлённого о преступном умысле ФИО29 и иных лиц, и на основании приказа ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № являясь директором ООО «<данные изъяты>» и в соответствии с уставом являясь единоличным исполнительным органом общества, правомочным действовать от имени ООО <данные изъяты>» без доверенности, в том числе представлять его интересы и совершать сделки, издавать приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, то есть, являясь лицом, выполняющим административно-хозяйственные и организационно-распорядительные функции в коммерческой организации, согласно преступному сговору, используя свое служебное положение, должен был подавать от имени ООО «<данные изъяты>» заявки и необходимые документы, через площадку электронных торгов на заключение договоров подряда с ООО «<данные изъяты>», заключать от имени ООО «<данные изъяты>» договоры с ООО «<данные изъяты>» на выполнение работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), представить в ООО«<данные изъяты>» акты сдачи-приемки выполненных работ, оказанных услуг, содержащие заведомо для него ложные и не соответствующие действительности сведения об объемах и стоимости фактически выполненных работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», в части внесения в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Для реализации совместного преступного умысла ФИО29, в рабочее время, более точное время следствием не установлено, находясь по адресу: <адрес>, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, действуя согласно разработанному преступному плану, выступая как директор ООО «<данные изъяты>» в качестве покупателя, действуя согласно отведенной роли, реализуя совместный преступный умысел, достоверно зная о том, что фактическая поставка препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» осуществляться не будет, что указанный документооборот является фиктивным, заключил с ООО «<данные изъяты>» договор поставки № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому поставщик обязуется передавать, а покупатель принимать и оплачивать товар, в соответствии с приложениями к договору – спецификациями, в которых указывалось наименование и количество необходимого к поставке товара. Таким образом, ФИО29 заключил указанный договор, и в последующем спецификации к договору для реализации совместного преступного умысла, и для придания видимости законности своим действиям. В целях реализации совместного преступного умысла ФИО29, действуя из корыстных побуждений, путем обмана, группой лиц по предварительному сговору с прямым умыслом, направленным на хищение чужого имущества - денежных средств ООО <данные изъяты>» в особо крупном размере», с использованием своего служебного положения, согласно отведенной ему преступной роли, находясь по адресу: <адрес>, используя свое служебное положение, ДД.ММ.ГГГГ, в рабочее время, более точное время следствием не установлено, заключил как директор ООО «<данные изъяты>» (Исполнитель) с ООО«<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО59 №9. (Заказчик) договор № № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно условиям которого, исполнитель обязался выполнить работы по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), в соответствии с проектной и рабочей документацией, техническим заданием к указанному договору, в которые входила рекультивация земель по следующим участкам: «<адрес>», после чего передать объект Заказчику, а последний оплатить его в общей сумме 45838568 рублей 79 копеек. При этом ФИО29 и иные лица, входящие в состав группы лиц по предварительному сговору, с целью хищения путем обмана денежных средств в особо крупном размере, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», не собирались выполнять в полном объеме работы, предусмотренные вышеуказанным договором № № от ДД.ММ.ГГГГ, в части внесения в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». В период действия договора № № от ДД.ММ.ГГГГ, все участники вышеуказанной преступной группы лиц по предварительному сговору, согласно разработанному плану и отведенным им ролям, из корыстных побуждений с прямым умыслом, направленным на хищение путем обмана чужого имущества - денежных средств ООО «<данные изъяты>» в особо крупном размере, достоверно зная о том, что препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» фактически не поставляются, подписывали акты-приема передачи товарно-материальных ценностей препаратов - «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», и товарно-транспортные накладные (грузополучатель ООО «<данные изъяты>» и поставщик ООО «<данные изъяты>») на поставку препаратов - «<данные изъяты>» и "<данные изъяты>", заведомо зная о том, что фактическая поставка указанных препаратов в объемах указанных в транспортных накладных на ООО «<данные изъяты>» не осуществляется, тем самым создавали видимость приготовления препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> на территории <адрес> края и его выдачу работникам ООО «<данные изъяты>» для работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО29, находясь в помещении кабинета директора ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, в рабочее время, более точное время следствием не установлено, действуя из корыстных побуждений с прямым умыслом, направленным на хищение путем обмана, группой лиц по предварительному сговору чужого имущества - денежных средств ООО «<данные изъяты>» в особо крупном размере, с использованием своего служебного положения, подписал от имени ООО «<данные изъяты>» акты сдачи-приемки оказанных услуг: - акт сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 10607968,79 рублей; - акт сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 29754844,75 рублей; - акт сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4885755,25 рублей; - акт сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590 000 рублей. А всего на общую сумму 45838568,79 рублей, в которые внес заведомо для него и иных лиц, входящих в состав группы лиц по предварительному сговору, недостоверные и несоответствующие действительности сведения о том, что <данные изъяты>» выполнило работы по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) в полном объеме в соответствии с договором №№ от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе работы по внесению в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». После этого, в тот же период времени ФИО29 представил сотрудникам ООО «<данные изъяты>» для подписания от имени Заказчика вышеуказанные акты сдачи-приемки оказанных услуг, содержащие заведомо для ФИО29 и вышеуказанных лиц, входящих в состав группы лиц по предварительному сговору, уголовные дела в отношении которых выделены в отдельное производство, недостоверные и не соответствующие действительности сведения, скрыв от сотрудников ООО «<данные изъяты>», что работы по внесению в почву препаратов «<данные изъяты>» и <данные изъяты>» не выполнялись и цели договора не достигнуты, тем самым ввели сотрудников ООО «<данные изъяты>» в заблуждение относительно своих преступных намерений, направленных на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», убедив произвести полную оплату по заключенному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ.. Сотрудники ООО «<данные изъяты>», не осведомленные об истинных намерениях ФИО29 и вышеуказанных лиц, входящих в группу лиц по предварительному сговору, введенные в заблуждение относительно достоверности сведений, отраженных в вышеуказанных актах сдачи – приемки оказанных услуг, подписали эти документы от имени Заказчика – ООО «<данные изъяты>», после чего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» №, открытого в отделение <данные изъяты>, расположенное по адресу: <адрес>, перечислили от имени и за счет ООО «<данные изъяты>» денежные средства в общей сумме 45838568, 79 рублей на расчетный счет <данные изъяты>» №, открытый через филиал Банка «<данные изъяты> расположенный по адресу: <адрес>, в качестве оплаты по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ, часть из которых в сумме 17629450 рублей - стоимости биопрепарата <данные изъяты>» и препарата «<данные изъяты> ФИО29, лицо №1 и иные, в том числе неустановленные лица, уголовные дела в отношении которых выделены в отдельное производство, действуя из корыстных побуждений, в составе группы лиц по предварительному сговору путем обмана похитили и обратили в свою пользу, распорядились ими по своему усмотрению, причинив тем самым ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму - 17629450 рублей, что является особо крупным размером. Аналогичным способом ФИО29, действуя в составе вышеуказанной группы лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли и заранее разработанному преступному плану, из корыстных побуждений с прямым умыслом, направленным на хищение путем обмана чужого имущества - денежных средств ООО <данные изъяты>» в особо крупном размере», с использованием своего служебного положения, находясь в кабинете директора ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, используя свое служебное положение, ДД.ММ.ГГГГ, в рабочее время более точное время, следствием не установлено, заключил как директор ООО»<данные изъяты> (Исполнитель) с ООО«<данные изъяты>» лице генерального директора ФИО59 №9 (Заказчик) договор № № от ДД.ММ.ГГГГ, (с учетом дополнительных соглашений к указанному договору: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ) согласно условиям которого, исполнитель обязался выполнить работы по рекультивации ионозагрязненных земель на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», в соответствии с проектной и рабочей документацией, техническим заданием к указанному договору, в которых входили работы по рекультивации ионозагрязненных земель на участке 70 ГА, после чего передать объект Заказчику, а последний оплатить его в общей сумме 52998448 рублей 87 копеек. При этом, ФИО29 и вышеуказанные лица, входящие в состав группы лиц по предварительному сговору, с целью хищения из корыстных побуждений путем обмана денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», не собирались выполнять в полном объеме работы, предусмотренные вышеуказанным договором № №, (с учетом дополнительных соглашений к указанному договору: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ), в части внесения в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», для достижения целей договора. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО29, находясь в помещении кабинета директора ООО <данные изъяты> расположенном по адресу: <адрес>, в рабочее время, более точное время следствием не установлено, действуя в составе вышеуказанной группы лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли и заранее разработанному преступному плану, из корыстных побуждений с прямым умыслом, направленным на хищение путем обмана чужого имущества - денежных средств ООО «<данные изъяты>» в особо крупном размере», с использованием своего служебного положения, подписал от имени ООО «<данные изъяты>» следующие акты сдачи-приемки выполненных работ: - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1003000 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3215500 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 383500 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 13669364,56 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1652000 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 15232864,56 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 652 000 рублей; - акт сдачи-приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 118 000 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 685086,75 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 7608000 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 120000 рублей, а всего на общую сумму 47339315,87 рублей, в которые внес заведомо для него и иных лиц, входящих в состав группы лиц по предварительному сговору, недостоверные и несоответствующие действительности сведения о том, что ООО «<данные изъяты>» выполнило работы по рекультивации ионозагрязненных земель на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» в полном объеме в соответствии с договором № <данные изъяты>, (с учетом дополнительных соглашений к указанному договору: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ), в том числе работы по внесению в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». После этого, в тот же период времени ФИО29 представил сотрудникам ООО «<данные изъяты>» для их подписания от имени Заказчика вышеуказанные акты сдачи–приемки выполненных работ, содержащие заведомо для ФИО29 и вышеуказанных лиц, входящих в состав группу лиц по предварительному сговору, недостоверные и не соответствующие действительности сведения, скрыв данный факт от сотрудников ООО «<данные изъяты>». Сотрудники ООО «<данные изъяты>», не осведомленные об истинных намерениях ФИО29 и вышеуказанных лиц, входящих в состав группы лиц по предварительному сговору, введенные в заблуждение относительно достоверности сведений отраженных в вышеуказанных актах сдачи – приемки выполненных работ, подписали их от имени Заказчика – ООО <данные изъяты>», после чего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» №, открытого через отделение Банка «<данные изъяты>), расположенное по адресу: <адрес>, перечислили от имени и за счет ООО «<данные изъяты>» денежные средства в общей сумме 39611315,87 рублей на расчетный счет ООО»<данные изъяты>» №, открытый через филиал Банка «<данные изъяты>), расположенный по адресу: <адрес>, в качестве оплаты по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ, часть из которых в сумме 1280 070 рублей - стоимости биопрепарата «<данные изъяты> и препарата «<данные изъяты> ФИО29, лицо №1 и иные, в том числе неустановленные лица, уголовные дела в отношении которых выделены в отдельное производство, действуя из корыстных побуждений, в составе группы лиц по предварительному сговору путем обмана похитили и обратили в свою пользу, распорядились ими по своему усмотрению, причинив тем самым ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму – 1280 070 рублей, что является особо крупным размером. Также ФИО29, действуя составе группы лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли и заранее разработанному преступному плану, из корыстных побуждений с прямым умыслом, направленным на хищение путем обмана чужого имущества - денежных средств ООО «<данные изъяты>» в особо крупном размере», с использованием своего служебного положения, согласно отведенной ему преступной роли, находясь в кабинете директора ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, используя свое служебное положение, ДД.ММ.ГГГГ, в рабочее время, более точное время следствием не установлено, заключил как директор ООО»<данные изъяты>» (Исполнитель) с ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО59 №10 (Заказчик) договор № от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом дополнительного соглашения к указанному договору: № от ДД.ММ.ГГГГ) согласно условиям которого, исполнитель обязался выполнить работы по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), в соответствии с проектной и рабочей документацией, техническим заданием к указанному договору, в которые входили рекультивация земель по следующим участкам: <адрес>, после чего передать объект Заказчику, а последний оплатить его в общей сумме 36873017 рублей 91 копейка. При этом ФИО29 и иные лица, входящие в состав группы лиц по предварительному сговору, с целью хищения из корыстных побуждений путем обмана денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», которое в ДД.ММ.ГГГГ году сменило название на <данные изъяты>», не собирались выполнять в полном объеме работы, предусмотренные вышеуказанными договором № от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом дополнительных соглашений к указанному договору: № от ДД.ММ.ГГГГ) в части внесения в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», для достижения целей договора. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО29, находясь в помещении кабинета директора ООО «<данные изъяты> расположенном по адресу: <адрес>, в рабочее время более точное время, следствием не установлено, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли и заранее разработанному преступному плану, из корыстных побуждений с прямым умыслом, направленным на хищение путем обмана чужого имущества - денежных средств ООО «<данные изъяты>» в особо крупном размере», с использованием своего служебного положения, подписал от имени ООО «<данные изъяты>» акты сдачи-приемки выполненных работ: - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590000 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 8909000 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 21178073,91 рублей; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 5605944 рубля; - акт сдачи–приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590000 рублей, а всего на общую сумму 36873017,91 рубль, в которые внес заведомо для него и иных лиц, входящих в состав группы лиц по предварительному сговору, недостоверные и несоответствующие действитель-ности сведения о том, что ООО «<данные изъяты>» выполнило работы по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) в полном объеме в соответствии с договором № от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом дополнительного соглашения к указанному договору: № от ДД.ММ.ГГГГ), в том числе работы по внесению в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». После этого, в тот же период времени ФИО29 представил сотрудникам ООО «<данные изъяты>» для подписания от имени Заказчика вышеуказанные акты сдачи–приемки выполненных работ, содержащие заведомо для ФИО29 и вышеуказанных лиц, входящих в состав группы лиц по предварительному сговору, недостоверные и несоответствующие действительности сведения, скрыв данный факт от сотрудников ООО «<данные изъяты>». Сотрудники ООО «<данные изъяты>», не осведомленные об истинных намерениях ФИО29 и вышеуказанных лиц, входящих в состав группы лиц по предварительному сговору, введенные в заблуждение относительно достоверности сведений отраженных в вышеуказанных актах сдачи–приемки выполненных работ, подписали их от имени Заказчика – ООО «<данные изъяты>», после чего в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с расчетного счета ООО «<данные изъяты> №, открытый через филиал Банка «<данные изъяты>), расположенный по адресу: <адрес>, перечислили от имени и за счет ООО «<данные изъяты>» денежные средства в общей сумме 36283017,91 рубль на расчетный счет ООО»<данные изъяты>» №, открытый через филиал Банка «<данные изъяты>), расположенный по адресу: <адрес>, в качестве оплаты по договору № от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом дополнительного соглашения к указанному договору: № от ДД.ММ.ГГГГ), часть из которых в сумме 17142330 рублей - стоимости биопрепарата «<данные изъяты>» и препарата «<данные изъяты>», ФИО29, лицо №1 и иные, в том числе неустановленные лица, уголовные дела в отношении которых выделены в отдельное производство, действуя из корыстных побуждений, в составе группы лиц по предварительному сговору путем обмана похитили и обратили в свою пользу, распорядились ими по своему усмотрению, причинив тем самым ООО «<данные изъяты>» ущерб на указанную сумму - 17142330 рублей, что является особо крупным размером. Подсудимый ФИО29 свою вину в совершении указанных преступлений не признал и пояснил, что не считает себя виновным, поскольку не совершал никакого преступления, никаких мошеннических действий, ни в каком сговоре ни с кем никогда не состоял. Он не имел никакого отношения к препаратам <данные изъяты> и <данные изъяты>, поскольку фактически в его обязанности не входила ни поставка препаратов, ни их приемка, ни наработка препаратов, ни их внесение в почву. Поставка, приготовление или наработка препаратов, а также их отпуск подрядчикам осуществлялась в <адрес> с территории бывшего асфальтного завода силами ООО «<данные изъяты>"). Получение препаратов осуществлялось ООО «<данные изъяты> с территории бывшего асфальтного завода непосредственно перед внесение препаратов в почву. Контроль в <данные изъяты> за получением и внесением препаратов осуществлял непосредственно ФИО59 №39 Кроме того, допрошенные в суде работники ООО <данные изъяты> подтверждают, что всеми работами руководил ФИО59 №39. ФИО59 №1 допрошенный в суде также подтвердил, что приемкой и разведением препаратов кроме него занимался ФИО59 №39 Очевидно, что фактически работы с препаратом осуществлялись не им, а третьими лицами. Считает, что человек должен отвечать только за те поступки, которые он совершил фактически, а не за то, что у него написано в каких-то там инструкциях. При этом у него не возникало ни малейшего сомнения в том, что все препараты поставляются и используются в работе в полном объеме в соответствии с условиями договоров подряда. Одним из квалифицирующих признаков вменяемого ему преступления, подлежащего доказыванию в суде, в соответствии со ст.73 УПК РФ, является мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана, а также событие преступления. Согласно обвинения, ООО <данные изъяты> не выполнило работы по внесению препаратов и предоставило на оплату Заказчику документы, по которым препараты не вносились и эти документы были оплачены Заказчиком. Важным обстоятельством, подлежащим доказыванию в суде, является не только наличие таких документов, но и факт предъявления на оплату таких документов заказчику и соответственно получения по ним оплаты. Обращает внимание суда, что до настоящего времени стороной обвинения не представлено ни одного документа, ни одного доказательства подтверждающего, что Заказчик оплатил выполненные работы ООО <данные изъяты> поставка препаратов по которым не производилась и работы не выполнялись. А не представлены такие документы потому, что такие документы не существуют. В суде исследованы документы, изъятые в ООО <данные изъяты> по которым якобы работники ООО <данные изъяты> ездили в <адрес> за препаратами. Такие документы никогда не предъявлялись Заказчику, никогда Заказчиком не оплачивались. Даже подлинность этих документов вызывает у него сомнения. Да и сами по себе эти бумажки не относятся к Договорам подряда фигурирующими в обвинении, и он считает, не образуют никакого состава преступления. Это сторона обвинения зачитывала, согласно которых «<данные изъяты>» посылала водителей в <адрес>. Эти документы никогда не предъявлялись заказчику, даже если они есть якобы. Никогда не предъявлялись и по ним никогда никакая оплата не проходила. Он почему их пока не комментирует, он считает очень важным объяснить как эти документы появились. Вообще все документы, которые имеются в материалах дела. В один из дней ранним утром в офис зашли сотрудники в масках и с автоматами, всех поставили к стенке и собирали все, что было в организации ООО «<данные изъяты>». Всю документацию, относящуюся, не относящуюся, и после этого ни одних документов не осталось. Естественно там были какие-то черновые варианты, еще какие-то документы, которые в большей части не относятся к работам, к договорам. Обстоятельства получения этих документов, которые фигурируют в материалах дела, это очень важно и на стадии предварительного следствия никто не вникал, какие работы выполнены, какие не выполнены, что вносилось, что не вносилось, какие документы оплачивались, какие не оплачивались. Даже если представить, что есть документы, по которым ООО <данные изъяты> посылает своих работников в космос за лунным грунтом, то даже в этом случае сам по себе выписанный документ не будет образовывать никакого состава преступления. И только если такой документы был бы предъявлен Заказчику и им оплачен, только тогда можно было говорить о каком-то составе. Но таких документов не существует. Между тем, документы, по которым фактически выполнялись и были оплачены заказчиком работы, судом не исследованы. А эти документы были изъяты и у Заказчика и у ООО <данные изъяты> их перечень приведен в Акте приема-передачи документов № находящийся в вещественных доказательствах по делу, к исследованию которых с разрешения суда он перейдет, чуть позже. До трудоустройства в ООО <данные изъяты> он никого из работников не знал. Когда он устроился в ООО <данные изъяты> коллектив уже был сформирован и работали с препаратами. Он в течении полугода обучался технологии которой владеет компания. Обстоятельства заключения и исполнения договоров по ликвидации шламонакопителей и рекультивации нарушенных земель, изложенные в обвинительном заключении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Так, примерно в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 предложил ему должность директора ООО <данные изъяты>. Поскольку у него не было опыта работы по рекультивации земель, ФИО1 сообщил, что фактически выполнять все работы, а также осуществлять контроль за выполнением работ и руководить работами будет ФИО59 №39 В ДД.ММ.ГГГГ года он был принят ФИО59 №6 в ООО <данные изъяты> на должность директора. Фактически в его обязанности входила подготовка документации для участия в конкурсах и аукционах, а также контроль за подготовкой и своевременной сдачей документации по выполненным работам. В ДД.ММ.ГГГГ года в ООО <данные изъяты> было передано в аренду, а затем и выкуплено у ООО <данные изъяты> часть техники. По распоряжению ФИО59 №39 в штат компании были приняты несколько водителей из ООО <данные изъяты>. ФИО59 №39 непосредственно работал с этими водителями, он осуществлял контроль и до «<данные изъяты>». Поэтому когда «<данные изъяты>» начала осуществлять работы, ФИО59 №39 туда устроился вместе с водителями. Он говорил, кого брать, кто ему нужен в работе, кто не нужен. Поэтому кадровый вопрос в его функции не входил. Таким образом, производственные, финансово-хозяйственные и кадровые вопросы при исполнении обязанности директора в ООО <данные изъяты> в его обязанности фактически не входили. В период исполнения своих обязанностей в должности директора ООО <данные изъяты> у него не возникало ни малейшего сомнения в том, что работы выполняются своевременно и в полном объеме, в том числе по внесению в почву всех необходимых материалов и препаратов, предусмотренных договорами и вот почему. Заключению каждого фигурирующего в обвинении договора на ликвидацию шламонакопителей и рекультивацию земель предшествовала процедура участия в аукционе. Подготовка и участие в аукционе требовало большого количества времени и внимания, поскольку любая ошибка, допущенная в конкурсной документации, влекла за собой отказ в участии в аукционе. Сама процедура аукциона проводилась в электронном виде на электронных федеральных площадках без личного контакта с организаторами аукциона и была доступна для всех желающих. Рассмотрением поданных на аукцион заявок и документов занималась специально созданная ООО «<данные изъяты>» комиссия в составе не менее 10 человек. Результаты проведенных торгов, а также основания, по которым заявки были отклонены, можно было узнать только по завершению аукциона. По результатам аукциона составлялся протокол результатов проведения аукциона, который подписывали всеми членами комиссии. После того, как ООО <данные изъяты> была признана победителем с ней заключался договор на выполнение работ по ликвидации шламонакопителей. Подписанию договора предшествовало согласование договора со всеми службами заказчика, а это порядка от четырех до шести служб (отделов) заказчика. Он углубляется, что бы было понятно, какой объем специалистов был задействован только в заключение этих договоров, подготовки. Далее, чтобы приступить к работам на каждое транспортное средство и на каждого сотрудника выполняющего работы заказчиком выдавались наряды-допуски. Объекты, на которых выполнялись работы подлежали еженедельному и ежемесячному контролю заказчиком. Все его доводы, изложенные по обстоятельствам заключения договора, подтверждаются показаниями бывших директоров Заказчика ФИО59 №10 и ФИО59 №9, процедуру заключения договоров, они так же подтвердили. Далее по условиям договоров и в соответствии с технологией ликвидации шламонакопителей все работы выполнялись поэтапно. Этапы работ определялись в календарном плане выполнения работ, являющегося неотъемлемой частью каждого договора на ликвидацию шламонакопителей, а также в плане производства работ, так называемый ППР, утвержденного заказчиком. Перед началом выполнения работ проводилась фотосъемка принятого на ликвидацию шламонакопителя (объекта) и лабораторный анализ грунта. Далее каждый этап выполненных работ фиксировался на фото, после чего составлялись акты скрытых работ и отчет о выполненных работах, и передавался заказчику. Кроме того, одним из требований заказчика было его обязательное присутствие при выполнении работ по внесению материалов и препаратов в почву в объемах, предусмотренных договорами. Таким образом, при выполнении ООО <данные изъяты> работ по внесению в почву материалов и препаратов на объекте всегда присутствовали водители, выполняющие работы, бригадир ФИО59 №39, разнорабочие, а также представители заказчика, о чем всегда составлялся акт скрытых работ. Открытость проводимых работ, еженедельный контроль Заказчика, ежемесячная отчетность и лабораторный контроль очищенного грунта, а также периодические проверки контролирующих органов не вызывали у него ни малейшего сомнения в том, что работы выполняются не только в полном объеме, но и своевременно. ДД.ММ.ГГГГ между ООО <данные изъяты> и ООО <данные изъяты> был заключен договор на поставку препаратов <данные изъяты>» и <данные изъяты>. В то время ООО <данные изъяты> имело на территории муниципального образования <адрес> базу, для отпуска препаратов <данные изъяты>» и <данные изъяты>, расположенную по адресу <адрес>, бывшая территория асфальтного завода. По всем договорам, фигурирующим в обвинении, отпуск ООО <данные изъяты> препаратов осуществлялся в адрес ООО <данные изъяты> с указанной базы в <адрес>. Полученный готовый препарат водители ООО <данные изъяты> забирали непосредственно при выполнении работ под руководством ФИО59 №39 и везли сразу на объекты. Выдачу готовых препаратов осуществлял ФИО59 №1 и сам ФИО59 №39. Техническую часть по загрузке и выгрузке препаратов осуществляли разнорабочие, которые работали в штате ООО <данные изъяты>. Также, имело место осуществления поставок препаратов на территорию непосредственно ООО «<данные изъяты>» с которой препараты в дальнейшем перевозились на Территорию бывшего <данные изъяты> завода. Кроме того, помимо препаратов, поставляемых ООО «<данные изъяты>», поставку различных материалов, используемых в производственной деятельности ООО <данные изъяты> при выполнении работ, также осуществляли различные компании. Среди таких материалов поставлялись гипс в колоссальных объемах, база была заставлена, краны приезжали, выгружали минеральные и органические удобрения, семена многолетних трав, карбомид, мочевина и т.д.. При этом было огромное количество поставщиков, львиная доля это были представители края, то есть проверить их не составляло труда, что поставка осуществлялась других препаратов. При таких обстоятельствах сомнений в том, что работы выполнялись полностью и своевременно, в том числе по внесению в почву всех необходимых препаратов и материалов, у него никогда не вызывало. В настоящее время в суде исследован большой объем документации. Большая часть исследованных документов не относится к договорам подряда фигурирующих в обвинении. Более того, те документы, что были исследованы, лишь подтверждают выполнение ООО <данные изъяты> достаточно большого объема работ выполненного в соответствии с условиями договора. Между тем, стороной обвинения до настоящего времени не представлено ни одного доказательства сговора подсудимого с кем-либо, умысла подсудимого на совершение преступления, наличие состава преступления и события преступления, т.е. не поставку и не внесение препаратов и материалов при выполнении работ. Кроме того, стороной обвинения до настоящего времени так и не представлено суду, не сформулировано и не озвучено какой же именно препарат, на каком объекте и в каком объеме, по мнению стороны обвинения, не поставлялся и не использовался ООО <данные изъяты> при выполнении работ. В суде не исследованы документы, по которым фактически выполнялись работы. Он предоставляет документы, по которым фактически были выполнены работы. Потому что в этих реестрах указаны договора с объемами, которые должны поставлять в соответствии с условиями договора. В ТТН указаны конкретные транспортные средства, конкретные объекты, конкретные водители, и конкретные объемы, которые привозились на объекты. В актах скрытых работ указаны конкретные объемы препаратов, которые внесены были в почву непосредственно. Кроме того по запросу защиты из <данные изъяты> были предоставлены копии документов подтверждающих внутреннюю поставку препаратов из одной базы «<данные изъяты>» в <адрес>. Поскольку база в <адрес> и база в <адрес> относятся к одной компании, соответственно, все перемещения, которые осуществлялись, из <адрес> в <адрес> это было внутреннее дело компании «<данные изъяты>». Как они перевозили, какой объем перевозили, ему не известно. После запроса были предоставлены документы, согласно которых объемы в достаточных объемах поставлялись фактически. Он ходатайствовал о допросе водителей по тем основаниям, что водители действительно ездили, и их показания имеются в материалах основного дела. А в материалах его дела их нет и огласить их, к сожалению невозможно. Что касается непосредственно выполнения работ по договору №№ от ДД.ММ.ГГГГ исполнитель (ООО «<данные изъяты> на основании задания Заказчика (ООО «РН<данные изъяты>»), обязуется оказать, а Заказчик обязуется принять и оплатить, на условиях, в порядке и в сроки, установленные договором, работы по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), включающие в себя: разработку и согласование в компетентных органах проекта(ов) ликвидации и рекультивации временных шламонакопителей; обезвреживание/утилизация не менее 16112,28 м3 нефтесодержащих отходов; рекультивацию временных шламонакопителей, не менее 14 шт., с использованием продуктов утилизации НСО; подготовку и сдачу рекультивированных земельных участков в установленном порядке. В рамках исполнения договора ООО «<данные изъяты>» передало ООО «<данные изъяты>»: по акту приемки-передачи шламонакопителя для проведения работ по ликвидации и рекультивации № от ДД.ММ.ГГГГ. шламонакопитель в районе наливной <адрес>, площадь участка 0,0996 га, общий объем 1423,41 м3. Подписание договора это длительный процесс, поэтому и условие «<данные изъяты>» было такое, что они передавали после того как пройдет согласование. То есть договор заключался, дата присваивалась, регистрировался, и пока проходило согласование фактически передавали через 2-3 недели, могли и через месяц передать. При этом датировано все было тогда, когда у них в этой машине все установлено. Всего по этому договору было передано 10-ю актами отдельными было передано шламонакопителя по акту № от ДД.ММ.ГГГГ. шламонакопитель в районе <адрес>, площадь участка 0,0251 га, общий объем 300,65 м3; по акту приемки-передачи шламонакопителя № от ДД.ММ.ГГГГ. шламонакопитель 300 м. от <адрес>, площадь участка 0,0824 га, общий объем 807,77 м3; по акту приемки-передачи шламонакопителя для проведения работ № от ДД.ММ.ГГГГ. шламонакопитель в районе <адрес> площадь участка 0,0128 га, общий объем 163,12 м3; по акту приемки-передачи шламонакопителя №. Он все 10 называть не будет они есть. Согласно требованиям, к проведению работ по договору ведущим инженером <данные изъяты> отдела инструментального контроля испытательной лаборатории филиала ФГБУ «<данные изъяты> ФИО59 №20 были проведены отборы проб почвы, с целью анализа содержания загрязняющих веществ. Так называемый входной контроль. Прежде чем приступить к работе, необходимо было определить содержание нефтезагрязненного грунта, содержание углеводорода в почве загрязненной. Почему была выбрана эта лаборатория, потому что аккредитации по проведению таких работ в крае ни у кого не было. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе наливной <адрес> составило 91,21 г/кг или 9,42%. Забегая вперед, чтобы было понятно, допустимое остаточное содержание нефтепродукта составляет 4 грамма на килограмм. Это показатели содержания углеводорода с которыми «<данные изъяты>» приняла грунт на переработку. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 84,9 г/кг или 8,49%. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель 300 м. от <адрес> составило 103,4 г/кг или 10,34%.Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 104,2 г/кг или 10,42%. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 102,68 г/кг или 10,27%. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 98,72 г/кг или 9,87%. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 104,3 г/кг или 10,43%. Согласно протоколу испытаний (№ от ДД.ММ.ГГГГ. по всем этим 10 скважинам содержание нефтепродуктов составляла в районе 70-130 г. на килограмм. Каждый протокол был на каждый объект составлен. Общий протокол испытаний был составлен потом ведущим инженером ФИО19 и утвердила Руководитель <данные изъяты> отдела инструментального контроля – испытательной лаборатории ФИО59 №22 Из протокола допроса свидетеля ФИО59 №20(Т.11 л.д.231) от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на отбор проб действительно выезжал, пробы отбирал в соответствии с нормативными документами. Пробы не менял, результаты не фальсифицировал. Протоколом допроса свидетеля ФИО59 №22 от ДД.ММ.ГГГГ года(Т.10 л.д.80) установлено, что на вопрос следователя «Поясните, проводилось Вами, ФИО8 либо иными работниками <данные изъяты> корректирование показателей, полученных в результате проведенного исследования проб, полученных в результате отбора проб в ООО <данные изъяты>»…» свидетелем ФИО59 №22 был дан однозначный ответ - «Нет, полученные в ходе исследований показатели мы никогда ни с кем не согласовывали и не корректировали…». Следовательно, показатели содержания нефтепродуктов в протоколах достоверные. Проектами производства работ по ликвидации временного шламонакопителя предложены технологические решения по обезвреживанию (переработки) локализованного в шламонакопителе нефтешлама с последующим использованием продуктов переработки для технической рекультивации нарушенного земельного участка с использованием технологии «Ремедиация загрязненных нефтью и нефтепродуктами почв и грунтов с использованием технологии воспроизводства аборигенной микрофлоры». Загрязнённый грунт после переработки превращается в определенный продукт. Грунт, который классифицируется, сертифицируется по определенным стандартам. То есть нефтезагрязненный грунт это пока отход, как только его переработали и утилизировали, это определенный продукт, определенный грунт, который можно использовать в дальнейшем. Проекты производства работ по этим договорам согласованы гендиректором ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №9 и утверждены председателем постоянной комиссии по вопросам рекультивации земель при администрации <адрес> ФИО18. Согласно утвержденным проектам препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> используются на биологическом этапе обезвреживания/утилизации нефтешлама (п.5.2.4 стр.72 ППР), что также подтверждается пунктом № календарного плана оказания услуг. Просто утилизация или обезвреживание отходов предполагает большое количество этапов. И обезвреживание биологический этап, когда вносится препарат, это один из многих этапов. Проектами производства работ предусмотрено, что обезвреженный грунт должен соответствовать требованиям к грунту органоминеральному <данные изъяты> в соответствии (п. 5.2.5. стр.76), которые имеют положительное заключение экспертной комиссии государственной экологической экспертизы (Утверждено приказом Росприроднадзор от 22.03.2015г. №25-Э). Технология для того чтобы переработать или утилизировать нефтезагрязненный грунт, никто в принципе не может сделать просто так, необходимо обладать какой-то технологией, которая предполагает какой-то цикл, в результате которого будет доказано, что грунт очищен. И этот же грунт не выкидывается, он должен соответствовать определенной безопасности, определенному классу. Так вот «<данные изъяты>» обладала такой технологией по договору. <данные изъяты> передавали не только продукты, но и были заключены договора на использование интеллектуальных прав в части использования этой технологии. После проведения всех предусмотренных договором и проектами работ ведущим инженером <данные изъяты> отдела инструментального контроля испытательной лаборатории филиала ФГБУ «<адрес>» ФИО59 №21 был проведен отбор проб почвы на территории шламонакопителей с целью анализа содержания загрязняющих веществ (10 Акт отбора (измерений) проб почвы № от ДД.ММ.ГГГГ.). Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в шламонакопитель в районе наливной <данные изъяты> составило 3,35 г/кг или 0,34%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 2,25 г/кг или 0,22%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель 300 м. от <адрес> составило 3,5 г/кг или 0,35%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 2,67 г/кг или 0,27%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 0,98 г/кг или 0,1%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 1,1 г/кг или 0,11%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес> составило 1,27 г/кг или 0,13%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе <адрес>, 500 м. по направлению на запад составило 1,03 г/кг или 0,1%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопитель в районе факела <адрес> составило 0,73 г/кг или 0,07%. Согласно протоколу испытаний (измерений) № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в Шламонакопителях № в районе <адрес> составило 0,77 г/кг или 0,08%. Согласно протоколам испытаний (измерений) содержание нефтепродуктов в пробе почвы, отобранных по всем шламонакопителям, после рекультивации, соответствует требованиям к грунту органоминеральному <данные изъяты> (содержание нефтепродуктов не более 5000 мг/кг) по ТУ № (стр. 5 заключения экспертной комиссии государственной экологической экспертизы проекта технической документации на материал «Грунт органоминеральный <данные изъяты> и краевому нормативу <данные изъяты>. Протоколы оформила ведущий инженер ФИО59 №21, утвердила заместитель руководителя <данные изъяты> отдела инструментального контроля – испытательной лаборатории ФИО19 Из протокола допроса свидетеля ФИО59 №21 от ДД.ММ.ГГГГ (Т.17 л.д.1) следует на отбор проб в <адрес> действительно выезжала, пробы отбирала в соответствии с нормативными документами. На вопрос следователя «Поясните, производилось Вами, либо иными работниками <данные изъяты> корректирование показателей, полученных в результате проведенного исследования проб, полученных в результате отбора проб ООО «<данные изъяты> …?» свидетель ФИО59 №21 дала ответ - «Могу пояснить, что пробы отобранные нами были доставлены в лабораторию <данные изъяты>, для дальнейшего проведения измерения, при этом отобранные пробы шифруются, в связи с чем корректировать показатели, как я понимаю, невозможно. Могу пояснить, что мною никаких корректировок не вносилось». Позже, ДД.ММ.ГГГГ допрошенная в суде ФИО59 №21 подтвердила свои показания. Следовательно, показатели содержания нефтепродуктов в протоколах достоверные. Далее, в соответствии с требованиями договора, рекультивированные земли были приняты по актам приемки-передачи рекультивированных земель № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., № от ДД.ММ.ГГГГ., постоянной комиссией по вопросам рекультивации земель Администрации <адрес>, утвержденной Постановлением администрации <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. № в составе: председателя комиссии: ФИО18 – начальника управления сельского хозяйства и охраны окружающей среды администрации <адрес>; членов комиссии: ФИО20 – заместителя председателя комиссии, заместителя начальника управления сельского хозяйства и охраны окружающей среды администрации <адрес>; ФИО21 – секретаря комиссии, ведущего специалиста управления сельского хозяйства и охраны окружающей среды администрации <адрес>; ФИО 22 – государственного инспектора отдела. Его обвиняют в мошенничестве, совершенное группой лиц по предварительному сговору в особо крупных размерах. Он хочет показать количество лиц, а если их в совокупности посчитать более 100, которые принимали участие в контроле выполнения работ на каждом объекте. Какой тут сговор может быть и с кем конкретно, 100 с лишним человек. В материалах его дела практически ничего нет, потому что он шел как соглашенец, со всем был согласен. Поэтому сейчас он хочет обратить внимание суда, как фактически это выполнялось. Он озвучил количество людей только для того чтобы донести до суда какой объем людей, контроля был задействован. Как он уже сказал, рекультивированные земли были переданы постоянной комиссии. Эту комиссию подписал так же собственник земель ФИО 23 – атаман <данные изъяты> казачьего общества, принял, осмотрел и он видел как эти работы выполнялись. Все эти участки рекультивации находились всегда рядом с месторождением. Поскольку технологический амбар это не просто случайный розлив, это технологическое сооружение которое в процессе добычи периодически производится сброс нефти. Соответственно они все находятся рядом с месторождением. Месторождение это объект, который охраняется постоянно 24 часа в сутки. Как ведутся работы безопасники сотрудники видят. Кроме того видят землепользователи. У разных земель разные собственники. Полный перечень тех, кто осуществлял контроль, надзор, в том числе за деятельностью «<данные изъяты> в части аварийной ситуации, в части этих амбаров, в части рекультивации, в части нефтешлама он не вспомнит сейчас. Но может вспомнить точно Отдел безопасности «<данные изъяты>», это что к ним относилось. Организации, которые к ним не относились, это <данные изъяты><данные изъяты>, это <данные изъяты>, и это собственники земельных участков. Вообще на местах где разливаются нефтепродукты порядка 45 лет ничего не растет. Нефть помимо того что может издавать радиационный фон, у них такой контроль тоже был, сама нефть очень токсична, и убивает практически все живое. Чтобы она естественным путем исчезла в природе, должны появиться бактерии. Поэтому без использования препаратов, он уверен 100%, достичь результатов не возможно. Те бактерии, которые в природе вырабатываются, поедают углеводород, их формирование появляется десятилетиями. Согласно этой технологии бактерии вносились туда в том количестве необходимым, в котором они должны были быть. И естественно использовали бактерии, которые питаются углеводородом. После получения лабораторного заключения «<данные изъяты> о том, что ниже 4 граммов, то есть допустимо, данное заключение направляется заказчику. Желает рассказать технологию для понимания в дальнейшем. Есть амбар определенный, технология предполагает, когда взяли все анализы, рядом с амбаром делается временная технологическая площадка обезвреживания (ВТПО). Из этого амбара изымается грунт, и планируется, перерабатывается на этой площадке. Изымается из ямы, планируется, перемешивается на специализированной площадке, сделанной рядом с амбаром, это разравнивается. Были такие случае, что пропитка такая, что поле, а бульдозериста нет. Оказывается бульдозер так изымает, что уходит под землю с головой. То есть такая пропитка была. Так этот грунт изымается, перерабатывается на площадке, все этапы проходит. После того как этот грунт достигает нужных результатов, он становится определенной марки. Там же сдаются анализы не только на содержание нефтепродуктов, там и биотестирование на наличие всяких инфекций, чтобы в глубине не было всяких эпидемий. После того как грунт внесен, сделаны анализы, приезжала «<данные изъяты>» она видела как утилизация происходит. Только после того как они все согласуют, грунт возвращается назад. Далее, когда грунт вернулся, и это очень важно, это прописано в технологии, сверху на расстоянии 30-40 сантиметров наносится материнский грунт. То есть бульдозер загребает почву, которая не перерабатывалась, которая хорошая и планирует, ровняет. Все анализы, там 2 эксперта на стадии следствия, привлеченные следователем, они брали почву грунта на расстоянии до 30 сантиметров, то есть фактически до грунта, который реально перерабатывался. Сделали они это, потому что технологию не знали. По актам было передано комиссии и в том числе землепользователю. Согласно этому акту по рекультивации земель комиссия рассмотрела представленные документы, и сделала следующие выводы: внесение рабочего раствора микробиологического препарата-нефтедеструктора; внесение препарата «<данные изъяты>». Постоянная комиссия приняла решение принять работу. Резюмируя вышесказанное, следует обратить внимание на то, что по итогам выполнения работ документально подтверждено (протоколы испытаний проб почвы аккредитованной испытательной лабораторией <данные изъяты>») значительное снижение содержания нефтепродуктов в почве от первоначального. Содержание нефетепродуктов по участкам снизилось от 28 до 168 раз и составило от 0,18 до 0,87 ПДК (ДОСНП 4 г/кг), что могло произойти только при условии соблюдения технологии и внесения расчетных доз препаратов. Факт внесения препаратов также документально подтверждён актами скрытых работ № от ДД.ММ.ГГГГ., актом сдачи-приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ., актами приёмки-передачи рекультивированных земель №№ от ДД.ММ.ГГГГ., ТТН, путевыми листами, фотоотчетом. Актами приема-передачи рекультивированные земли были переданы для использования по целевому сельскохозяйственному назначению. Претензий со стороны землевладельцев, землепользователей, а также контролирующих органов к качеству работ нет до настоящего времени. Следовательно, земли уже на протяжении 7 лет используются для сельскохозяйственных целей. По договору № от ДД.ММ.ГГГГ. подрядчик (ООО «<данные изъяты>»), на основании задания Заказчика (ООО «<данные изъяты>»), обязуется выполнить, а Заказчик обязуется принять и оплатить, на условиях, в порядке и в сроки, установленные договором, работы по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров. В рамках исполнения договора ООО <данные изъяты>» передало ООО «<данные изъяты>»3-х технологических амбара: по акту приемки-передачи № от ДД.ММ.ГГГГ. технологический амбар № в районе <адрес> площадь 0,165579 га, объем 2090,43 м3.; по акту приемки-передачи технологического амбара № от ДД.ММ.ГГГГ. технологический амбар № в районе <адрес> площадь 0,1212902 га, объем 1963,36 м3.; по акту приемки-передачи № от ДД.ММ.ГГГГ. технологический амбар № в районе <адрес> площадь 0,417576 га, объем 9920,47 м3. Согласно требованиям, к проведению работ по договору ведущими инженерами <данные изъяты> ФИО59 №20 и ФИО24 был проведен отбор проб почвы технологических амбаров с целью анализа акт отбора (измерений) проб почвы № от ДД.ММ.ГГГГ.). Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в амбаре № в районе <адрес> составило 91,03 г/кг или 9,1%. Это входной контроль, показатели с которыми принимался объект. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта в амбаре № в районе <адрес> составило 98,96 г/кг или 9,9%. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта отобранная в амбаре в районе <адрес> составило 98,4 г/кг или 9,8%. Из протокола допроса свидетеля ФИО59 №20 от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что на отбор проб на территорию <адрес> и <адрес> действительно выезжал, пробы отбирал в соответствии с нормативами. Специалиста ФИО24 на протяжении более 4 лет расследования допросить не удалось, неизвестно по какой причине. Был подготовлен проект производства работ, который утвержден начальником <данные изъяты>» ФИО3 и утвержден директором ООО <данные изъяты>» то есть мной. Проектом предусмотрено, что обезвреженный грунт должен соответствовать определенной марки. После проведения всех предусмотренных договором работ, также были проведены испытания, ФИО59 №22 был произведен отбор проб. Согласно протоколу испытаний № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в пробе грунта отобранная: в амбаре № в районе <адрес> составило 4,46 г/кг или 0,45%,; в амбаре № в районе <адрес> составило 4,58 г/кг или 0,46%,; в амбаре в районе <адрес> составило 4,76 г/кг или 0,47%. Полученные результаты подтверждают, что переработанный грунт соответствует требованиям к грунту органоминеральному <данные изъяты> в соответствии с технологией переработки. Протокол так же оформлен ФИО19 утвержден руководителем ФИО59 №22. Так же допрошенная ФИО59 №22 подтвердила, что результаты все никто не фальсифицировал, все зашифровано было в тех протоколах, на которые я уже ссылался. Далее, в соответствии с требованиями договора, рекультивированные земли были осмотрены членами постоянной комиссии по вопросам рекультивации земель на территории <адрес> так же им переданы. Резюмируя вышесказанное, обращает внимание, что по итогам выполнения работ документально подтверждено снижение содержания нефтепродуктов в очищенном грунте по всем участкам, а именно: в амбаре № в районе <адрес> с 91,03 г/кг до 4,46 г/кг или в 17 раз, в амбаре № в районе <адрес> с 98,96 г/кг до 4,58 г/кг или в 21 раз; в амбаре в районе <адрес> с 98,4 г/кг до 4,76 г/кг или в 22 раза. Такое снижение содержание нефтепродуктов в очищенном грунте от первоначального могло произойти только при условии соблюдения технологии и внесения расчетных доз препаратов. Факт внесения препаратов также документально подтверждён актом скрытых работ № от ДД.ММ.ГГГГ. и № от ДД.ММ.ГГГГ., актом сдачи-приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ., отчетом о выполненных работах к Договору № от ДД.ММ.ГГГГ «Ликвидация и последующая рекультивация технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>)» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Факт снижения нефтепродуктов в почве после проведения рекультивационных работ до уровня значительно ниже предельных допустимых концентраций по <данные изъяты> подтвержден актом внеплановой выездной проверки <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. № в отношении ООО <данные изъяты>». Проверка проведена по инициативе Управления ФСБ по <адрес> (письмо от ДД.ММ.ГГГГ №). В ходе проведения проверки Росприроднадзора специалистами <данные изъяты> по <адрес>» были отобраны пробы почвы с рекультивированных участков. Это ДД.ММ.ГГГГ год, по инициативе ФСБ выезжает комиссия из <адрес>, организована проверка центральным аппаратом <данные изъяты>, приезжает <данные изъяты>, поскольку здесь нет специалистов, с других округов, создается комиссия. Они сделали проверку, вынесли заключение. Согласно протоколу измерений № от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в почве рекультивированного участка в районе <адрес>» составило от 969 мг/кг или 0.9 г/кг до 1030 мг/кг или 1г/кг, что в 4 раза ниже нормативов. Согласно протоколу измерений №гк от ДД.ММ.ГГГГ. содержание нефтепродуктов в почве остальных участков в 21 раз ниже норматива. Этого документа нет, нигде его не приложено. Он сейчас дойдет до него. Актами приема-передачи рекультивированные земли были переданы для использования по целевому сельскохозяйственному назначению. Претензий со стороны землевладельцев, землепользователей, а также контролирующих органов к качеству работ нет до настоящего времени. Следовательно, земли уже на протяжении 6 лет используются для сельскохозяйственных целей. По договору №№ от ДД.ММ.ГГГГ заказчик (ООО <данные изъяты>») поручает, а Подрядчик (ООО «<данные изъяты>») принимает на себя обязательства по выполнению комплекса работ по рекультивации ионозагрязнённых земель на территории деятельности ООО«<данные изъяты>». Объем по договору определен п.4 Технического задания (Рекультивация ионозагрязненных земель на площади 70 га, Утилизация/обезвреживание 300м3 нефтезагрязненного грунта). Согласно п.6 технического задания исходными данными для выполнения работ является проект рекультивации ионозагрязненных земель площадью 70 га на территории <адрес> месторождения ООО «<данные изъяты>» <адрес>, который согласован с начальником управления сельского хозяйства и охраны окружающей среды администрации <адрес> ФИО18, с землепользователем ИП глава КФХ ФИО25 и утвержден гендиректором ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №9 Этот проект существовал и был согласован еще до того как «<данные изъяты>» выполняла, вообще приступала к работам. То есть он был согласован другими службами. Он не принимал участия ни в разработке этого проекта ни в подготовки. Согласно утвержденному проекту целью рекультивации ионозагязненных земель является их перевод в состояние, пригодное для использования в сельском хозяйстве (пастбище). Поскольку основными загрязняющими веществами являются нефтепромысловые воды хлоридно-натриевого типа, показателем очистки ионозагрязненных земель является содержание обменного и водорастворимого натрия. Мероприятия по приведению почвенного покрова в состояния допустимого для посева растительности должны быть направлены на снижение содержания водорастворимых солей. Если двумя словами это земли, которые засолены. Большое содержание разных солей. Согласно технологической карты рекультивации ионозагрязненных земель на этапе химической мелиорации вносится гипс в объеме 5917,65 тонн и органические удобрения в объеме 2100 тонн. Использование препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> при рекультивации ионозагрязненных земель проектом не предусмотрено. Согласно проекту, использование препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> предусмотрено для переработки 300 м3 нефтезагрязнгенного грунта (НЗГ). В рамках исполнения договора ООО «<данные изъяты>» передало ООО «<данные изъяты>» по акту приемки-передачи ионозагрязненных земель и нефтезагрязненного грунта для проведения работ рекультивации, утилизации/обезвреживанию № от ДД.ММ.ГГГГ ионозагрязненные (засоленные) земли в пределах долевой собственности СПК «<данные изъяты>» площадью 70 га и НЗГ в объеме 300 м3. С привлечением <данные изъяты>», просит обратить внимание, эксперт, который делал на предварительном следствии, он работал с ними, осуществлял работы с ними по договору. С привлечением «<данные изъяты>», проведены почвенные обследования и химического анализа почв (грунтов) на участках ионозагрязненных земель с целью определения содержания водорастворимых солей. Предполагалось несколько этапов, когласно акту скрытых работ для утилизации нефтезагрязненного грунта 300 м3 было внесено 1,5 м3 <данные изъяты> и 1,8 м3 <данные изъяты>. Больше по технологии не предусматривалось. Данный объем соответствует проекту производства работ и условиям Договора. Работы по всем договорам выполнялись в полном объеме и препараты вносились в НЗГ в соответствии с условиями договоров и также в полном объеме. Никогда ООО «<данные изъяты> не предъявляло на оплату Заказчику документы и оплату препаратов, которые не поставлялись и не использовались в работе. Такие факты предварительным следствие не установлены, суду не представлены. Дальше в материалах дела имеется 2 экспертиз: заключение эксперта Эксперт №1№ от ДД.ММ.ГГГГ и заключения специалиста Эксперт №2 № от ДД.ММ.ГГГГ. Каждая экспертиза проведена с существенными нарушениями законодательства. Первое, что хотелось бы отметить сразу, что Эксперт №1 работал с <данные изъяты> по договору и оказывал услуги по проведению обследования почвы на содержание водорастворимых солей в рамках Договора о проведение работ по рекультивации ионозагрязненных земель №№ от ДД.ММ.ГГГГ. Соответственно его незаинтересованность, независимость и объективность выводов при выполнении экспертизы как эксперта вызывает сомнения и не может служить доказательством по делу. Второе, ни Эксперт №1 ни Эксперт №2 не имеют аккредитацию на проведение указанных работ. Третье, отбор проб почвы произведенный Эксперт №1 осуществлялся с глубины не более 30 см. Тогда как переработанный грунт располагается на глубине свыше 30 см. Согласно технологии переработки нефтезагрязненного грунта, по которой ООО <данные изъяты> осуществляла работы, осуществляется следующими этапами: Организация <данные изъяты> перемещение грунта с амбара на <данные изъяты>, на площадке он всячески бортовался, перемешивался, вносились все препараты, опять он перемешивался, после того как он был обезврежен, брались с него же анализы, и потом он возвращался, после разрешения, когда приезжали представители контролирующих органов и в частности представитель заказчика, они убеждались, сверяли и грунт возвращался на место. Им изучено заключение Эксперт №1 почвоведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной следствием с существенным нарушением, во-первых не аккредитованно, сомнительные выводы, поскольку существуют нарушения отбора проб, имеет место неправомерность используемых методик. Из трех, поставленных следователем перед экспертом вопросов, эксперт ответил только на один, объяснив невозможность высказаться по двум остальным вопросам отсутствием необходимой аккредитации. При этом, аккредитации у лаборатории не имеется для ответа и на 1-й вопрос – имеются ли на объектах (в почве), указанных в договорах следы нефтесодержащих отходов, если да, то каков класс опасности и процент(доля) содержания. В выводах этой экспертизы отсутствует ответ на вопрос – вносились ли в почву для обезвреживания препараты. Тем не менее, выводы полученные таким образом, положены в основу обвинения. Обвинение построено на заключении полученном с нарушением закона почвоведческой экспертизы Эксперт №2 и экспертизы Эксперт №1, которые в своих выводах указали на наличие превышения норм концентрации нефтепродуктов в почве и соответственно о невнесении или недостаточном внесении препаратов «<данные изъяты>» в ходе выполнения работ. При этом, выводы этих заключений противоречат акту внеплановой выездной проверки Росприроднадзора, о которой я уже говорил, проведенной «<данные изъяты> по <адрес>» в отношении ООО <данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ году по требованию УФСБ. В тоже время, устраняя нарушения и недостатки Эксперт №2 заключения №, эксперта Эксперт №1 по уголовному делу, которое сделано в ДД.ММ.ГГГГ. Эксперт Эксперт №2, который не обладал специальными познаниями, сделал выводы о невнесении в ходе выполнения работ. От себя скажет, в ДД.ММ.ГГГГ году за 4-5 лет работы сделать выводы о том, что вносился или не вносился препарат, это невозможно. Это невозможно сделать через полгода. Как Эксперт №2 мог определить. Здесь нарушение не в том, что она могла определить, а какие ответы дает. При этом, ознакомившись с заключением специалиста Эксперт №2 № от ДД.ММ.ГГГГ, следует отметить, что привлеченный следователем специалист не обладает необходимыми профессиональными познаниями в области обращения с отходами производства и потребления, применения препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», а также знаниями нормативных документов относящихся к регулированию вопросов классификации отходов, определения класса опасности отходов, методов отбора проб отходов и количественно-химического анализа отходов. В отсутствие необходимых компетенций, в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ. специалист сделал необоснованные выводы по вопросу №, поставленный перед ней следствием: «Выполнены ли ООО «<данные изъяты>» работы, предусмотренные договором №№ от ДД.ММ.ГГГГ., в части достаточного внесения (использования) в процессе выполнения работ препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>»? «Ответ на вопрос №: «Площадь всего участка, на котором проводилась рекультивация согласно договору №№ занимает 70 га. Согласно представленным лабораторным исследованиям на 58% (41 га), данного участка выявлено фактическое загрязнение почвы нефтепродуктами на различной глубине, где загрязнение почвы превышает остаточную концентрацию нефтепродуктов 4-5 г/кг. Из чего можно заключить, что не на всей территории участка проводились работы по рекультивации. Это все говорит эксперт. Что касается возможного внесения препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» то судя по результатам рекультивации, на 28,8 га данного участка препарат применялся недостаточно или с нарушением технологии. При этом, исходя из предмета договора, рабочего проекта рекультивации ионозагрязненных земель площадью 70 га на территории <адрес> месторождения плана производства работ внесения препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» предусмотрено только на этапе переработки нефтезагрязненного грунта. Для рекультивации ионозагрязненных земель договором и проектными решениями не предусмотрено внесение препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> То есть 300 м3 которые загрязненные должны были утилизировать, заключение эксперта говорит, оказывается загрязнено 52% нефтью. В связи с этим выводы специалиста Эксперт №2 в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ по договору №№ от ДД.ММ.ГГГГ. являются неверными. Изучив договор №№ от ДД.ММ.ГГГГ. и исполнительную документацию к нему и сопоставив с данными экспертизы Эксперт №1 и заключения специалиста Эксперт №2 можно сделать следующий выводы. В акте приемки-передачи ионозагрязненных земель и НЗГ для проведения работ по рекультивации и утилизации нет информации о координатах расположения НЗГ. То есть это был маленький участочек, где-то там посередине поля. Как Эксперт №1 определили, где находился на 70 ГА, где в 2 ковша помещается нефтезагрязненный грунт, не понятно. По условиям договора ООО «<данные изъяты>» передало на утилизацию 300 м3 НЗГ с содержанием нефтепродуктов около 6%, объем нефти в грунте составил 18 м3. Согласно экспертизе Эксперт №1 и заключению специалиста Эксперт №2 на площади 57 га на разных глубинах было выявлено 61500 м3 НЗГ. Из заключений проведенной судебной почвоведческой экспертизы и заключения специалиста следует, что на данном объекте объем НЗГ составляет 61500 м3, при том, что до начала работ в ДД.ММ.ГГГГ года объем НЗГ составлял всего 300 м3, то есть в 205 раз меньше, чем нашли эксперты. В заданиях «<данные изъяты>» было ионозагрязненные земли рекультивировать, в том числе на ионозагрязненных землях был маленький кусок загрязненного грунта 300 м3. А сама площадь ионозагрязненного участка 70 Га. Неизвестно где Эксперт №1 брал пробы, при этом даже «<данные изъяты> не указывает и не дает координаты, где находился грунт. То есть Эксперт №1 где-то отобрал на 70 Га пробы и вынес решение. Вопрос в том, что нефтезагрязненный грунт 300м3 размещаются на маленьком участке, как Эксперт №1 определил это площадку на 70 Га неизвестно. В договоре вообще эта площадка загрязненная не была определена координатами. Более того, предмет договора ионозагрязненные земли, это рассоления, а соления это работа с травами, гипс, и промывка. Не участвуют эти препараты, они участвуют только в нефтезагрязненном грунте. Вот в этих 300 м3. А согласно результатам экспертизы получается, что там загрязнение 51000 м3. Откуда они взялись, это не было предметом, и у эксперта нет квалификации. Далее интересный факт. Эксперт №2 делает заключение после экспертизы Эксперт №1, эксперт Эксперт №2 делает экспертизу на экспертизу. В отсутствие необходимых компетенций, в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ специалист Эксперт №2 сделала необоснованные выводы по вопросу №. Вопрос: «Выполнены ли ООО «<данные изъяты>» работы, предусмотренные договором № в части достаточного внесения (использования) в процессе выполнения работ?» Ответ специалиста: «Работы по договору «можно считать полностью выполненными». В одном месте первый специалист говорит, что там выполнено, а она говорит, что не выполнено. Потом они меняются. То есть там настолько не соответствия. Более того по тем координатам, которые отбирали путём использования общедоступной специализированной программы <данные изъяты> были сопоставлены координаты по нескольким месторождениям и отбору проб, которые Эксперт №1 отбирал. Так в результате было выявлено из 5 точек 2 были за границами. Учитывая, специалист когда отбирает, он потом эти пробы соединяет в одну. Соответственно если какая-то проба была взята за территорией участка, она влияет на показатели общей пробы. Учитывая, что в последующем точечные пробы были соединены в объединённую, ее результаты можно считать недостоверными. Также данную информацию подтверждает письмо ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № в котором указано, что по объекту Амбар в районе <адрес> проводился в 5 точках, из них: пробы в точках 1, 4, 5 отобраны на участке рекультивации; пробы в точках 2, 3 отобраны на расстоянии от 1,5 до 18 м юго-западнее. Далее Эксперт №2 дает показания по другим объектам где не соответствие идет выводов. Более того она называет объекты которые не относятся к договорам. То есть в этом договоре, который она указывает, отсутствуют эти объекты. Он не обладает специальными познаниями в этой области, но эти данные подтверждаются специалистом Специалист №3. Была сделана экспертиза, этот специалист является аттестованным, имеет необходимое образование, опыт. Просит приобщить к материалам дела заключение специалиста Специалист №3 ДД.ММ.ГГГГ. и от ДД.ММ.ГГГГ, так же вызвать в качестве специалиста и допросить в суде посредством ВКС Специалист №3 проживающую в <адрес>. По поводу гражданского иска. Постановлением следователя по ОВД СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО26 потерпевшим по уголовному делу было признано ООО «<данные изъяты>». Позже, ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя следственного комитета РФ по <адрес> ФИО27 потерпевшим по уголовному делу было признано <данные изъяты>», с формулировкой «ДД.ММ.ГГГГ ООО «РН <данные изъяты>» переорганизованно в <данные изъяты>» (т.12, л.д.215). В законодательстве Российской Федерации понятие переорганизация Общества отсутствует. Согласно ст.51 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и в соответствии со ст.58 ГК РФ реорганизация общества может быть осуществлена в форме слияния, присоединения, разделения, выделения и преобразования. Каждая перечисленная форма реорганизации влечет такие правовые последствия как переход прав и обязанностей реорганизуемого лица или их прекращение. Однако, в постановлении следователя от ДД.ММ.ГГГГ о признании потерпевшим <данные изъяты>», не содержит такая существенная информации, о том имела ли место реорганизация юридического лица <данные изъяты>» и если имела, то в какой форме она происходила и является ли <данные изъяты>» правопреемником <данные изъяты>» в соответствии с законом и произведенной реорганизацией. В материалах дела отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие законность перехода прав и обязанностей от <данные изъяты> к ООО «<данные изъяты>», такие как передаточный акт, договор уступки и т.п. Имеется только решение единственного участника от ДД.ММ.ГГГГ о смене наименования общества, на основании которого была внесена запись в ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно изложенного, считает, что ООО «<данные изъяты>» не может являться потерпевшим по делу, поскольку не предоставил доказательств правопреемства от ООО «<данные изъяты>». Кроме того, согласно п.2.2 Договоров ликвидации временных шламонакопителей №№ от ДД.ММ.ГГГГ и №№ от ДД.ММ.ГГГГ с момента подписания договора к исполнителю переходит право собственности на нефтесодержащие отходы, а согласно п.8.1 Договоров ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ передача отходов Заказчиком на утилизацию Подрядчику влечет за собой полную передачу права собственности на отходы. В соответствии с п.6.2.2 каждого из перечисленных Договоров в случае нарушения условий договора Исполнитель несет ответственность в течение 3-х лет перед контролирующими органами и собственниками земель, в том числе и материальную, за качество проведенных работ по настоящему договору. При таких обстоятельствах ООО «<данные изъяты>», при отсутствии требований со стороны третьих лиц и контролирующих органов к качеству выполненных работ, не имеет законных оснований требовать возмещение вреда, поскольку не является ни плательщиком работ, ни правоприемником Заказчика, ни собственником земельных участков. И основное, на чтобы он хотел обратить внимание по существу обвинения, это тот факт, документы по которым фактически исполнялись работы не исследованы. Соответственно просит рассмотреть ходатайства, которые им были завялены, чтобы предметно изучили каждый договор, какие препараты вносились, какие работы выполнялись. Потому что, на его взгляд, никакого хищения, никакого сговора, никакого обмана нет, и быть не могло. Слишком большое количество людей задействовано в этой работе, более 100 человек. По поводу <данные изъяты> ему неизвестно, а по поводу <данные изъяты>, что касается договоров, которые ему вменяются, никто никуда не ездил с <адрес> ни за какими объемами. Он не знает фактов когда они ездили в <адрес>. Биопрепарат <данные изъяты> и <данные изъяты> с целью выполнения работ по утилизации нефтеотходов по договорам, по которым обсуждают, вносились, он не присутствовал, не выезжал на объекты, но насколько знает, работа кипела. Распорядок дня был такой, во-первых, дисциплина была, во-вторых, утром все машины выезжали, проходили медика, получали путевые листы, потом машины уезжали. Работала выездная кухня, работала столовая, покупались продукты, увозились туда. Был случай, когда людям стало плохо, температура была выше 40, там техника закипела импортные экскаваторы, водители приезжали все уставшие, грязные, закупалась спецодежда, отмывали от нефтезагрязнения спецтехнику. Спецтехника привозилась, увозилась на тягачах. То есть это такой колоссальный объем работы был, что у него сомнений не вызывало. Он не принимал <данные изъяты>, один раз его видел когда привозила <данные изъяты> на территорию их базы этот куб пластиковый, ФИО59 №39 выгружал, погрузчик был какой-то с водителем. И он остался на складе, а потом они узнали, что оказывается с этим препаратом надо и в маске работать, стали возмущаться и убрали его. В силу любопытства он интересовался, только ли при помощи этих препаратов можно утилизировать нефтеотходы, есть технологии, но их не много, есть еще метод сжигания. Грунт с нефтью, нужно каким-то образом нейтрализовать нефть, та технология, с которой он столкнулся, это эти бактерии. Это не просто технология, им были предоставлены все документы, все экспертизы, документально было подтверждено сертификатами соответствия. Поэтому он был убежден, что это все работает. Не он это все придумал, не он это утверждал, там большой круг согласования на уровне <адрес>, министерств и ведомств этих технологий. Главное условие в работе было, насколько он вник, предложить услуги <данные изъяты> компания которая занимается утилизацией, она должна предложить и обладать какой-то технологией для утилизации. Те компании, которые обладали различными технологиями, или такой же как у них они заявлялись туда и участвовали. Непосредственно работы по рекультивации нефтеотходов он не контролировал. Непосредственно работы контролировал ФИО59 №39. Работы выполнены были, Л. эколог готовила определенные документы, отчеты и всякую документацию. ФИО59 №39 приносил им все отчеты, фото, видео и водители все приезжали, общались, рассказывали, как там, какие поля, какие сложности, как там тяжело работать. ТТН об отгрузке препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> подготавливала ФИО59 №13. А ТТН те которые, их готовит лицо, которое отпускает. Поэтому разные ТТН разные лица отгружали, оформляли, если им препараты поставлялись, значит поставщик. Если они что-то поставляли, значит они. Вообще документами ФИО59 №13 занималась, он документами не занимался. Препараты им отпускали «<данные изъяты>», поэтому «<данные изъяты>» должны были их готовить. По чьему указанию ФИО59 №13 готовила документы не может сказать. Ему документы приходили уже на подпись готовые. В его обязанности входило контроль своевременности сроков сдачи, естественно он у нее спрашивал как работы происходят, учет и выезд на объекты Л. осуществляла. Подготовка документов должна быть своевременна, в том числе отчетность, поэтому, да она непосредственно была у него в подчинении, но сейчас сказать, какой конкретно документ давал он ей готовить, он не скажет. Он осуществлял общее руководство. Она с ФИО59 №39 общалась. Кроме ФИО59 №39 вряд ли кто-то еще мог ей указывать какие ТТН она должна готовить. Но если она готовила ТТН от «<данные изъяты>, если такое было, значит «<данные изъяты>» ее попросили. До «<данные изъяты>» он работал начальником юр.отдела в страховой компании, и юристом работал. Потом он попал в «<данные изъяты> его с ФИО1 познакомил ФИО59 №19, года с ДД.ММ.ГГГГ-го он с ними познакомился. Они там строили, К. помогал вывести на эксплуатацию, с юридическими вопросами они к нему обращались, он заключал договор на коммерческой основе. В течение нескольких лет работал, оформлял, разрешение на строительство получали, какие-то объекты еще строили, потом в ДД.ММ.ГГГГ году М. предложил ему устроиться на должность директора, сказал новая фирма будет развиваться, экологией заниматься. Он сказал, что не имеет опыта, М. сказал ничего страшного, не переживай работай, там есть ФИО59 №39, который уже работал. Учредителем «<данные изъяты>» был ФИО59 №6, водитель, которого допрашивали. Формально все подписи в документах о приеме его на работу ставил ФИО59 №6, но не формально - М.. ФИО59 №6 не управлял этой фирмой, почему так было он не знает. М. известный человек в городе, все держится на уважении, он знал, что он работает там много лет, он ему предложил. Понятное дело, что не ФИО59 №6 там всем руководил, часто так бывает, что учредители не те лица, которые управляют. Это не говорит о том, что это как-то криминализируется. Скорее это говорит одно лицо, одна зона ответственности. Просто когда одна фирма банкротится забирают имущество у всех. Когда его принимали на работу его основная задача была, это документооборот. Поскольку сама работа была технологически сложная, он понимал, что надо разобраться с технологией, которая несколько томов включала, потом всю эту переработку освоить. Фирма до этого этим не занималась. Ему ставили задачу просто бумажная работа. Ему нужно было принять в штат, подготовить документацию для участия в конкурсах. Его работа заключалась в участие в конкурсах, выиграть конкурс по договорам на рекультивацию. Основная работа - рекультивация. На момент когда он устроился, компания уже обладала этой технологией, была лицензия <данные изъяты> на выполнение работ по обращению с отходами 1-4 класса опасности. Технология, был заключен договор с «<данные изъяты>» при нем, в процессе его обучали, и сотрудники, и сам пытался вникнуть, звонил, общался с технологами в <адрес>. Нюансов в этой технологии много под каждый вид работ своя определенная процедура. С «<данные изъяты>» договор на технологию заключал он, его познакомили с директором ФИО59 №41, он приезжал из <адрес> 1 раз <адрес> год. Он не лично к нему приезжал, он приходил к ним на территорию, его привез ФИО59 №39 в офис к ним, он с ним познакомился. Когда он пришел работать в «<данные изъяты>» ФИО59 №39 там уже работал, все там работали, они работали в «<данные изъяты>». Все эти люди просто переоформились потом в «<данные изъяты>», он их принял на работу и ФИО59 №39 то же. Часть людей и техники перешли к нему. Техника сначала аренда, а потом купля-продажа. ФИО59 №39 до этого он не знал, кроме ФИО1 никого из них. С ФИО59 №39 их М. познакомил. До этого «<данные изъяты>» уже занимался подобной работой. Как он понял «<данные изъяты> начал специализироваться на строительстве, хотели уйти от экологии, что бы это была строительная компания. Как ему озвучили, его целью было нормально организовать работу предприятия по рекультивации земель. Предприятие должно работать, для этого были все предпосылки. Предприятие специализировалось на рекультивацию нефтезагрязненных земель не только с «<данные изъяты>", но основной, крупный заказчик они. С «<данные изъяты>», он заключал договор на поставку их продукции в марте, до того как участвовали, потому что все это нужно было для конкурса. У них не было технологии, участвовать было бессмысленно. Поэтому «<данные изъяты>» единственные кто предоставляли, технологию. Договор поставки это форма стандартная. То есть там оговариваются условия поставки, а нюансы и детали в спецификации. Невозможно в договоре одном, чтобы их не печатать, либо допсоглашениями оформляют, это общепринятая практика, либо спецификацией. Все что не прописано основное: объем, дата поставки, место поставки, это можно перенести в спецификацию. Цена фиксированная «<данные изъяты>», ее меняли раз в год. В договоре который исследовали не было ни цены, ничего, но она согласовывалась и была фиксированная. Она дешевая была и они четко за этим следили. Существовали договора, он смотрел план, какой объем им нужен на следующий месяц или через 2 месяца, готовилась спецификация отправлялась им. Они смотрели и если у них все получалось, они подписывали, присылали им. Когда приходил период необходимый они им отпускали. Они конечно же звонили, дергали, когда подходил необходимый срок для внесения, точнее есть готовый объем на отпуск, им говорили какие сроки можем забрать, и отгружали. Оплачивали это все перечислением. Все по учету, ни один куб не проходил без учета. Все официально, официальный документооборот в <данные изъяты> Брался необходимый объем при исполнении договора, даже нескольких договоров, не всегда один. Были случае когда отказывались отпускать из-за долга, потому что не все объемы были оплачены <данные изъяты>», потому что средств не было. На самом деле там доходность была не такая большая. В любом случае он эти финансовые вопросы не обсуждал и не решал. Он был директор по должностным обязанностям, а фактически в его обязанности решение финансовых вопросов не входило. Он не принимал решение кому, сколько платить, кому сколько перечислить. Документы финансовые он подписывал, распечатывал, согласовывал, какие платежи, ФИО59 №39 отдавал. Сразу ФИО1, а потом отдавал ФИО59 №39 все распечатки. С кем ФИО59 №39 согласовывал, не знает. Когда сроки близятся налоги надо платить, лизинг и т.д., он давай, ему приходило туда надо платить туда. Ни один платеж он не осуществлял сам. В его обязанности фактически это не входило. У него ни грамма не возникало сомнений, что все работы делаются, люди работали. Он же общался, выходил на территорию, он не в изолированном помещении находился, и у него сомнений не было. То что финансами не распоряжался, он определял это как, что пока доверия к нему нету, он такой подконтрольный, пока полностью не распоряжается всем. В том что где-то что-то не делается, где-то какие-то махинации делают, если бы у него была хоть малейшая информация о таком, он бы там не работал. Он никогда нигде не привлекался, всегда работал честно и не знает ни одного человека у которого к нему были бы претензии, что кого-то обманул, кому-то что-то не отдал, кому-то не доплатил. Когда он устроился на работу, он познакомился с ФИО59 №1, где он до этого работал он не знает. Он там же сидел, все сидели в одном месте, в одном здании, но разные кабинеты. Со всеми ними он познакомился, когда устроился директором. При нем ФИО59 №1 занимался этими препаратами, он был представителем. Бумажной работой ФИО59 №1 не занимался, он замешиванием занимался, проверял, как бактерии работают. Он принес ведро нефти, смешивал бактерии, проверял как они едят. Но иногда он еще помогал девчатам что-то подготовить, оформить, по-дружески, не официально, то документы, то что-то отвезти. Но он занимался, он работал, он делал, нефть с бактериями смешивал. И не только ФИО59 №1, ФИО59 №39 тоже на базе работал с этими препаратами, он и встречал, и наработку делал, П. тоже подтвердил это. И у них в штате были, их сейчас нигде нет, водители не хотели работать с бочками, они привезли и увезли, разнорабочие, официальные люди. Сначала один был, потом двое, они были сварщиками помогали ФИО59 №28 машины варить, и они занимались переносом, загрузкой. Они как раз возили помпы, заливали, воду заправляли. Он их хотел найти, допросить, но не помнит кто это, думает ФИО59 №39 их должен знать. Фактически ФИО59 №39 был на асфальтном, мешал, как делал не знает, как они с П., кто кому помогает, ну они делали. Он не был там на асфальтном, лично не видел, что они делали. Он по документам, тем сведениям, был убежден, что там вносилось, все делалось. Он знает, где они воду брали для того чтобы это все размешивать. Порядка 280 м3 с крана было получено на базе, порядка 3000 тонн было взято с полигона, и остальное брали с канала. Там буровые сточные воды они обезвреживались, и «<данные изъяты> и «<данные изъяты>» выполняли работы по обезвреживанию. И когда их обезвреживали там появляется техническая вода и ее можно утилизировать, можно использовать дальше, она экологически пригодная. По актам там есть порядка 3000 тонн эту воду использовали для препаратов. А если не доходило, там есть канал, ездили с насосами там воду качали для базы. В материалах дела есть эти договора, есть эта вода. Это договора субподряда. У одной «<данные изъяты>» было порядка 3000 тонн. Там техническая вода в итоге получалась, которая отвозилась. Договор № это по ионозагрязненным землям. Он лично на объекты не выезжал, а что касается №-го, он вдоль дороги, ездил, видел, конечно. На этом объекте он был №-ом. Координаты, общая привязка к местности, где необходимо было работать конкретно, они есть в одном или в двух договорах, причем они потом уточнялись. Насколько знает, выезжали маркшейдеры, ФИО59 №39, и специалист «<данные изъяты>», они показывали где-то там, определялись с объектами. Что касается, если это шламонакопители, то это были физические объекты, и там с координатами сложно было, а по №- му договору выезжали маркшейдера, там площадь огромная была. Маркшейдеры - это с координатами сотрудники. Но, насколько он помнит, в договоре не фигурирует, хотя там есть карты, есть схемы участка. Он не знает, почему в ДД.ММ.ГГГГ году к нему на предприятие пришли сотрудники полиции. До этого вообще никакой такой информации не было. Они пришли, выдайте, расскажите, шутили, Вам потом зачтется. Он задавал вопросы, с чем связано, что произошло? Сначала у всего коллектива шок был, потом согнали всех в комнату, и там держали долго, сидел сотрудник с автоматом, психологическое давление было. Ничего не прояснили и изымали практически все документы, коробками изымали, ничего не осталось ни в бухгалтерии, ни у него, сбор был не целенаправленный, а целиком вся документация изымалась. Это было ДД.ММ.ГГГГ, там акт соответствует, постановление. После этого у них начались проблемы на предприятии. Они еще вели какие-то объемы, доделывали, там часть работ была сделана, которую они закрыли ДД.ММ.ГГГГ го года. У них оставался в ДД.ММ.ГГГГ году только по ионозагрезненным, потому что он трехлетний договор. А все остальные договоры были до года. Поэтому в начале ДД.ММ.ГГГГ года практически они сдали все работы, закрыты были все договоры, кроме по ионозагрезненным №-го. После того как ФСБ приехали, изъяли документы, начались жесткие проверки, и постоянно штрафовали, начались проверки лицензии, <данные изъяты> приехал, проверяли, наказывали, выписывали, прессинг серьезный, налоговая проверка была. При этом они ничего не обжаловали, ему было сказано, мы не должны обжаловать. Он даже акт готовил, когда налоговая проверка написала, собирался обжаловать акт налоговой проверки, но ему сказали, не суйся, не обжалуй, со всем соглашайся. Это разговор был не официальный, М. сказал. Он спрашивал у него, причины, что происходит вообще, он тоже был не в курсе, руками разводил. Насколько он знает у «<данные изъяты>» с «<данные изъяты>» было 5 договоров, больше не было, они все были заключены в ДД.ММ.ГГГГ. Все были исполнены кроме №-го, там просто по срокам было до ДД.ММ.ГГГГ года осени. По №иу договору ему не известно, предоставили ли заказчику все документы по исполнению договора, получили ли оплату, по предыдущим, насколько знает, да, там поэтапно закрылись. Суммы по договорам не помнит, может посмотреть, него есть реестры, о приобщении которых он ходатайствует. Он сам их изготовил из материалов дела. Тут объекты, объемы препаратов по калькуляции должны вноситься по каждому договору. Когда будем исследовать, чтобы было проще суду понять, разобраться в этом большом объеме документов. Потому что до сих пор не понятно, по каким документам выполнялись работы. Я предлагаю этот реестр, все проверить по вещественным доказательствам. Договоры, их не исследовали, когда прокуратура исследовала, калькуляцию не оглашала, не сверяли. Более того так в следующих реестрах есть первичная документация, по которым выполнялись работы, тоже с объемами, указанием на объекты, что возилось, куда, это все выверено до каждого литра. И это не было исследовано в суде. Это те документы, по которым выполнялись работы. На его взгляд, нет ни состава, и даже события нет преступления. Потому что, его обвиняют в мошенничестве, то есть хищении, а документов, по которым были похищены деньги, до сих пор не представлены суду, потому что таких документов нет. Какие документы предъявлялись для похищения денежных средств, по мнению обвинения? Их же нет, таких документов. Вменяется ему, что «<данные изъяты>» предъявила документы, по которым работы не выполнялись, и эти документы были оплачены заказчиком. Таких документов не существует, не было оплаты документов, и работ, которые не выполнялись, препаратов которые не вносились. У него по документам все нормально, все оформлено соответствующе. Вменяют мошенничество и не поставку. А документы поставки есть от «<данные изъяты>» им, он запросил у них эти документы о том, что «<данные изъяты> это все привозило, реально это все существовало. Это первичные документы на поставку. Там не только силами «<данные изъяты>» поставлялись, поставлялось компаниями, третьими лицами, объем, который был необходим, был в <адрес>. В «<данные изъяты>» были запрошены эти документы, он сделал реестр этих документов. «<данные изъяты>» предоставило документы, есть водители, которые допрашивались. Те водители, которые привозили, весь этот материал, они заправлялись на станциях, есть GPS координаты, все допросы в материалах основного дела, где их допрашивали, они все подтверждали. В его материалах этого ничего нет. Поэтому он и ходатайствовал об их допросе. Водитель, которого допросили по его ходатайству пояснял, что он 1 раз приезжал в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ году привозил какую то бочку. Это же не одна поставка была. В ДД.ММ.ГГГГ приезжали, ДД.ММ.ГГГГ и весь это объем, примерно, <данные изъяты> получается на 3000 тонн, а им по договорам, посмотрите, нужно было 300 или 400. А <данные изъяты> около 2000 тонн, а им надо было всего 700. И те документы, которые с «<данные изъяты>» представили, они заверены компанией. И в материалах основного дела есть показания водителей, допрошенных на стадии предварительного следствия, многие из тех, кто допрошены были, фактически не имели никакого отношения к препарату, по той причине, что препарат у них не хранился, они брали его с асфальтного завода и сразу отвозили на поля. Он примерно помнит показания ФИО59 №1, он сказал, что ФИО59 №39 занимался наработкой препарата. Он четко говорил, что принимал препараты, но не во всех объемах. ФИО59 №39 к «<данные изъяты>» никакого отношения не имел, но фактически он это делал. То, что один из водителей пояснял, что в один день 4 раза перевозил на объект жидкий <данные изъяты>: 25, 25, 25 и 8 тонн, это зависит от объема, но он не видит проблемы, в <адрес> и в <адрес> это возможно, там все объекты граничили с <адрес> Там не было таких объектов, чтобы в <адрес> были. Поэтому возможно, он не исключает, что они ездили. Они ездили, все это завозилось, и сомнений никогда не возникало. Были допущены ошибки бухгалтером, объем работы был большой, в документации тоже есть ошибки. Но с учетом той документации, количества людей, которые были задействованы, он не думает, что можно было скрыть факты непоставок. Те же работники «<данные изъяты>» заметили. Зачем исследовали путевые листы о том, что водители, тот же В., ездили в <адрес>, а они говорили, что не ездили. Это предоставляла сторона обвинения, у них были изъяты поголовно все документы, и обвинение строили на этих документах. Но эти документы как лежали как бумажки в «<данные изъяты>» так и лежат. Обвинение не разобралось, какие работы выполнялись, где выполнялись, исследовали документы, которые вообще к делу не относятся. Водители говорили, что в <адрес> они не ездили, зачем были сделаны и напечатаны документы о том, что они ездили, эти обстоятельства он сейчас не помнит, но с уверенностью может сказать, что эти документы никогда не предъявлялись «<данные изъяты>». Сам по себе выписанный документ никакой состав образует. Ну напечатали документ, утилизировать собирались. Заказчику были предоставлены ТТН, и они изъяты у «<данные изъяты>», те по которым фактически выполнялись работы, не те которые там как бумажки валялись в «<данные изъяты> Он хочет их исследовать и подтверждение есть этому акт передачи документов, когда изымали документы «<данные изъяты> все эти документы, о которых он говорит, они все в этом акте перечислены. То есть там видно какие документы были заказчику предоставлены, и какие оплачены. Это стороной обвинения не исследовалось. Там началось все с обстоятельств обыска, выемки документов. Обвинение ему предъявлено о невыполнении работ в части невнесения. В материалах дела есть экспертизы, сделанные на предварительном следствии и там стоимость ущерба гораздо ниже, чем заявлена истцом. По договорам по обвинению не вменяется полных работ, а только в части не внесения. Претензии со стороны «<данные изъяты>» в связи с исполнением им договорных отношений по данным договорам были никогда не было ни в период его работы, ни когда он уволился, не только от «<данные изъяты>», но и от землепользователей, администрации, контролирующих органов не было претензий. Контроль со стороны «<данные изъяты>» по данным договорам, строился таким образом. Поскольку изначально все объекты, большая их часть находилась, рядом с месторождением, то в первую очередь это был пропускной режим. Соответственно на каждую технику и на каждого водителя выдавался наряд-заказ. Они отправляли заявки, каждый водитель, техника проверялась, выдавался пропуск наряд-заказ ламинированный, сроком меньше чем был заключен договор, т.е. его постоянно продлевали. Помимо этого периодически на объект выезжала собственная безопасность, и когда там проводились работы и когда там находились сторожа. На объекте находился вагончик, техника, поэтому там оставался сторож, люди ночью не работали, они доставлялись туда утром, вечером забирались. Туда приезжал ФИО3 - заместитель генерального директора, который осуществлял проверку промышленной безопасности, его сотрудники приезжали. Один раз <данные изъяты> приезжал, проверял. Еще осуществлял контроль специалист из <данные изъяты>, он каждый раз выезжал в <адрес>, в общем, они очень часто приезжали к ним и на объекты проверяли, и в <адрес> и в <адрес>. Существовала отчетность еженедельная и ежемесячная, хотя этой отчетности нигде в материалах дела нет. Велась фотофиксация, в некоторых случаях и видео, выполненных работ, вообще как ведутся работы. Оплата со стороны «<данные изъяты>» производилась поэтапно, после того как были выполнены работы. Выполнение работ было поэтапное, т.е начинается от подготовительных, потом технические разные этапы рекультивации, биологический, химический, и каждый этап работ закрывался отдельно. Они представляли документы, отчет по закрытию, специалисты «<данные изъяты>» выезжали на объект, смотрели, закрыт ли этап, в разное время были разные специалисты. И затем акт проходил согласование с несколькими службами, в том числе со службой собственной безопасности «<данные изъяты>», только после этого генеральный директор подписывал акт, к акту прикладывались счета, и тогда эти документы шли на оплату. Это был достаточно длительный процесс, и оплата происходила достаточно долго, порядка 60 дней, а по некоторым договорам до 90 дней. Причем это официально в договоре было, а по факту это были задержки очень большие, иногда было такое, что невозможно было заплатить зарплату. Когда заключили договор на выполнение этих работ, его организация не вносила деньги на счет «<данные изъяты>», которые потом возвращались. Такие условия могла возникнуть при участии в конкурсе, так называемый гарантийный взнос, но их не было, потому что это предусмотрено с бюджетниками, а с организациями не было. Никаких гарантийных взносов не было при участии в аукционе, а при выполнении работ тем более, оплата происходила по факту. В судебном заседании он дал правдивые показания, соответствующие тем фактическим обстоятельствам. По поводу ранее заключенного досудебного соглашения может сказать, что его показания не особо отличаются, кроме признания вины. Для него это был шок, как и для других сотрудников, а потом началась череда допросов и угроз. Ни один его допрос не проходил без участия оперативного сотрудника. Это он уже потом узнал, что он должен фигурировать в протоколе допроса. Его 3-4 раза выводили во время допроса, говорили, что если сейчас он не даст, что надо, поедет в СИЗО, будет сидеть до суда в СИЗО. Такие же методы были у ФИО59 №1, он уверен. Ему обещали, что его ничего не коснётся, ты не вникай, делай что надо, и максимум что тебя ждет это условно. А тогда он сел в тюрьму, когда его посадили, прокуратура 8 лет запросила, он понял, что доверился совсем не тому человеку. Хотя фактически он ни тогда, ни сейчас не считал себя виновным, просто не хотел вникать в эти все дела. Сейчас ему уже пришлось вникнуть и по цифрам и по поставкам, и по всей документации. И естественно все мое дело было сформировано как соглашенца, там оно пустое практически. Он тогда ходатайствовал, чтобы объединили уголовные дела, но отказали.. По поводу комиссионной проверки инициированной прокуратурой <адрес> ДД.ММ.ГГГГ года, как она проводилась он не помнит, помнит что к ним в организацию приехали специалисты, представились, показали постановление о проведении проверки, ознакомили, что будет проводиться по объектам, по распоряжению чьему-то, это было человека 4, самый энергичный был из <адрес> мужчина, не помнит, как звали. Потом началась проверка, они выезжали по объектам, отбирали пробы, и там проверяли, детали не помнит. Их было достаточно много, у него сидело около 5 человек, а вообще машин много выезжало на объекты, их ФИО59 №39 возил по объектам, потому что из них никто не знал, где они находились. Они ездили, отбирали пробы, долго была эта проверка, потом сошла на нет. Пару месяцев, они ждали результата, они уехали, разъехались, потом было тихо, потом какие-то звонки были, акт присылали в <данные изъяты>». Результаты он не помнит, но были хорошие. У него тоже есть копия этого акта, он посмотрел, вообще 4 грамма на килограмм, а по тем исследованиям, по некоторым объектам до 2 грамм не доходит. Предполагает, что поэтому этого акта в материалах дела и нет. И даже тот, что у них был изъят, его нет в материалах дела и в вещдоках. Там протоколы, там лабораторные исследования, заключения экспертов. Если предположить не внесение данных препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, либо частичное внесение, думает, что невозможно добиться очищения этого грунта загрязненного, до того %, 4 грамма, 2 грамма. Был у них случай, ФИО59 №1 это прекрасно помнил, они иногда вносили даже больше, не официально, чтобы когда оставались остатки препарата не выливать, его вносили в те почвы, потому что вообще считалось, что лишним не будет, не ухудшает структуру почвы. <данные изъяты> и <данные изъяты>, по <данные изъяты> такое он знает со слов П. и ФИО59 №39. Когда решался вопрос, что излишек остался препарата, куда его деть, вносили лишний препарат, нигде это не фигурировало, и дополнительные деньги не предъявлялись никому. Это он к тому, что препарат действительно работал. Без него, нефть сама по себе будет разлагаться десятилетиями, и достичь результатов без него невозможно. Амбар это нефтяная лужа, и глубина этой лужи достигала несколько метров, ждать, что она сама по себе рассосется и там содержание нефти будет хорошим. В технологии прописана процедура утилизации. Рядом с амбаром делалась технологическая площадка называемая ВТПО (временная технологическая площадка обезвреживания), она окантовывалась, чтобы разливов не было. Затем перемешивался грунт загрязненный, изымался, погружался на самосвалы, и перемещался на эту площадку. Затем этот грунт опять перемешивался, вносились определенные препараты, структуракторы и он планировался, то есть растаскивался по всей площадке равномерным слоем, в зависимости от этапа, какой происходил. Постоянно там был бульдозер, аэрация улучшалась, переворачивалось. Когда наступал биологический этап, вносился, поливался этими препаратами, и весь этот грунт на толщине 30-40 см перерабатывался на площадке, на видном месте. Он никогда не перерабатывался в земле, и не понятно куда влили. Это происходило все на полигонах, это рядом с амбарами. Сначала его выгружали, он буртовался, т.е. самосвал выгружает, это бурт грязи нефтяной. Он стоял по буртам, ВТПО заполнялось <данные изъяты> буртами. Потом уже работали экскаваторы, и бульдозеры планировали, перемешивали, добавляли структураторы, добавлялись биопрепараты, <данные изъяты> И когда все процессы были сделаны, этот грунт готовый лежал, делались лабораторные анализы, и приглашались работники «<данные изъяты>». При этом вся переработка занималась несколько месяцев, и это все было на глазах, не в земле. После того как достигался из этой нефтяной массы, она обезвреживалась и получался грунт, который соответствовал ГОСТу, получался грунт марки Б, им можно было дороги отсыпать, он безопасный был, не токсичный, не радиоактивный, содержание углеводорода маленькое. Грунт - это земля, загрязнённая нефтью. После того как обезвреживался, вызывались работники <данные изъяты>» подписывались акты выполненных работ, когда осматривали и затем этот грунт обратно возвращался в яму, откуда доставался. Потому что яма была и надо восстановить слой. В чем заключалась как раз рекультивация. Когда возвращался грунт, утилизировалась площадка и сверху с соседних мест бульдозерами надвигался грунт «материнский». То есть это по технологии предусмотрено, что сверху насыпался грунт не тронутый с соседних участков, толщиной где-то 30 см. Он прямо говорит, это факт, что эксперты выезжали, отбирали пробы, и они просто не докопали, надо было глубже копать, а брал эксперт сверху, потому что он не знал технологию переработки. Прежде чем нефть закопать, она лежала обезвреженная. Там где в технологии предусмотрено, возили навоз, гипс. Амбар и нефтезагрязненная земля, технология немного отличается. У технологии есть несколько проектов рекультивации, и в зависимости от содержания, как земля загрязнена, для амбаров свой раздел утилизации, в рамках этой технологии, а по нефтезагрязненной земле другой. Это все зависит от уровня пропитки и толщины грунта загрязненного. Поэтому где-то использовался гипс, где-то нет. Такого, что бы закопали нефть никогда не было. И если бы нефть закопали, был такой случай в <адрес>, какая-то организация <адрес> закопала нефть, у них получилось 2 раза закопать, и они не поленились, забетонировали. Работники «<данные изъяты>», безопасники подняли хай, они же квадрокоптерами контролируют, там очень жесткий контроль. Старые работники безопасности «<данные изъяты>» хуже полиции были, они нефтепровод охраняли, они знали кто, как и чем занимается, каждую машину, которая заезжает на поле, на объект. И вот когда такие случае были у <адрес> фирмы, ее сразу взяли, была и полиция, и <адрес>. У них никогда таких случаев не было поэтому сомнений у него не возникало, там вопрос стоял, только до какого уровня обезвреживания до 0 грамма или до 2 грамма. Если закопать нефть, скорее всего, она не на поверхность будет выходить, а в этом месте просядет почва, она просто упадет. Ее закопал, она пропитается и сядет. И были такие случае, фермеры прибегали, бараны тонули, шел баран и провалился, но кто там, что делал не известно. По поводу того, возможно ли спустя 3-4 года обнаружить препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> уже в здоровой почве пояснил, что он не технолог, насколько знает препарат <данные изъяты>, он сам образуется на нефти, он в природе существует и с годами через 10 лет, эти белые пленочки, которые на нефти образуются – это как раз <данные изъяты>, просто здесь он в концентрированном виде. Но обнаружить его после переработки, вообще бактерии живут 30 дней, то есть по сути, если 30 дней не поддерживать их жизненный цикл, их надо постоянно кормить. И если их внесли, они съели и погибли, там в почве ничего же нет. Через полгода невозможно уже ничего найти. А <данные изъяты>, как он понимает, это вещество, которое стимулирует рост жизни этих бактерий. Последствия очищения от нефти, оздоровление почвы <данные изъяты>, <данные изъяты> и иными сопутствующими, согласно технологии, веществами и средствами, это в первую очередь, восстановление почвенного слоя. Задачи и цели рекультивации восстановить земельный участок для целей, для которых он в соответствии с землями, разрешёнными в использовании должен использоваться. Если это сельхозземли, значит для сельскохозяйственного использования, если это земли промышленности, значит для промышленности. От этого и зависело задание на выполнение работ, до какого уровня восстанавливать. После того как они выполнили работы, когда фотографии приносили, и он общался с землепользователем, они говорили, что не закончили другие объекты, а на тех уже трава росла, были побеги. Без внесения препаратов, углеводород он очень токсичный, там где разлита нефть, ничего не растет в течение длительного времени. Согласно оглашённых в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании показаний подсудимого ФИО29 данных им в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого, в присутствии защитника известно, что он примерно в ДД.ММ.ГГГГ года, точные даты и время не помнит был трудоустроен на должность директора ООО «<данные изъяты>», до его назначения на указанную должность ее занимал ФИО59 №40, отчество не помнит Обстоятельства его трудоустройства следующие. Он по образованию является юристом. Через его шурина – брата его супруги – ФИО59 №19 он познакомился с ФИО1. ФИО59 №19 был знаком с ФИО1., который являлся фактическим собственником ООО «<данные изъяты>», как ему стало известно, от ФИО59 №19 ФИО1 требовалась юридическая помощь в оформлении объектов недвижимости, тот порекомендовал его ФИО1 Так, он познакомился с ФИО1, это было примерно в ДД.ММ.ГГГГ годах, точно не помнит. По поручению ФИО1. оказывал полное юридическое сопровождение в оформлении некоторых объектов недвижимости. У них сложились рабочие отношения, он с ФИО1 общался напрямую. С противозаконными просьбами ФИО1 к нему не обращался за указанный период времени. Примерно ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 при личной встрече предложил ему занять должность директора ООО «<данные изъяты>», ему было известно, что ФИО1. являлся фактическим собственником и ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», ФИО1. сообщил ему, что заработная плата составит 60000 рублей в месяц. Он в его очередь спросил у того, чем занимается указанная организация, на что ФИО1. сообщил, что указанная организация будет заниматься рекультивацией земель, что оно не функционирует, его нужно развивать. Он согласился, также ФИО1 сообщил ему, что его задачей будет отслеживания на сайте тек.торг заявок ООО «<данные изъяты>» на выполнение работ по рекультивации загрязнённых земель, соответственно принимать участие в аукционах, и стараться побеждать в них. Также, ФИО1 сказал, ему что фактическое руководство всеми работами, связанными с рекультивацией загрязненных земель ООО «<данные изъяты>» будет выполнять ФИО59 №39. Практически сразу ФИО1 познакомил его с ФИО59 №39 и еще раз ему сказал, что все работы ООО «<данные изъяты>» будут проходить под контролем и руководством ФИО59 №39, так как тот имеет опыт выполнения указанных работ и работает в ООО «<данные изъяты>». В его функции непосредственно будет входить подготовка необходимых документов для участия в аукционах и выполнении работ. После этого, он начал осуществлять трудовую деятельность в ООО «<данные изъяты>». При этом, ФИО1 ему сказал, что все учредительские документы он должен будет принять у предыдущего директора ФИО59 №40. Он вышел на работу, ООО «<данные изъяты>» располагалась по адресу: <адрес>. Когда он занял должность директора ООО «<данные изъяты>», там числилось несколько человек – он, главный бухгалтер, и если не ошибается более никого. Спустя какое-то время он начал изучать аукционную документацию ООО «<данные изъяты>» одним из требований для участия и соответственно победе в аукционе со стороны заказчика помимо прочего были: наличие опыта выполнения работ, наличие специальной техники: бульдозеры, экскаваторы, камазы, и другая спец техника. Он об этом сообщил ФИО1 ФИО1. сказал ему, чтобы тот подготовил договора купли-продажи на часть необходимой специальной техники принадлежащей ООО «<данные изъяты>», а также трудоустроить часть специалистов, и других рабочих числящихся в ООО «<данные изъяты>». Таким образом, на ООО «<данные изъяты>» трудоустроены: ФИО59 №13 в качестве инженера-эколога, часть водителей ООО «<данные изъяты>», приобретена спец техника в ООО «<данные изъяты>». Кроме этого, для наработки опыта, ФИО1 сказал ему подготовить договор субподряда с ООО «<данные изъяты>», так как ООО «<данные изъяты>» выполняло работы для ООО «<данные изъяты>» по рекультивации земель. После этого, он подготовил необходимый договор, кому передавал указанный договор, не помнит. Скорее всего директору ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №11 После этого, ООО «<данные изъяты> начали выполнять подрядные работы, при этом, по поручению ФИО1 все работы выполнялись под контролем ФИО59 №39 Он на объекты не выезжал и ничего не контролировал. В процессе трудоустройства и выполнения работ он познакомился с инженером-экологом ФИО59 №13, ФИО59 №14 ООО «<данные изъяты>», ФИО59 №1 – если не ошибается инженер-эколог ООО «<данные изъяты>». Ему стал известен в ходе рабочей деятельности процесс выполнения работ для ООО «<данные изъяты>», который был следующим. Для выполнения экологических работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» при выполнении работ по рекультивации, (ликвидации шламонакопителей) и других работ, одним из этапов работ для обезвреживания почвы от нефтепродуктов (нефтеотходов), должны вноситься биопрепарата «<данные изъяты>» и препарат «<данные изъяты>», которые выполняют биологический процесс по обеззараживанию почвы. При этом, перед выполнением работ, в процессе выполнения работ, и по завершению работ, на основании договоров заключенных с <данные изъяты> сотрудниками указанной лаборатории проводились исследования, на основании которых осуществлялась сдача работ. То есть в начале отбирались пробы почвы, составлялось заключение о том, что почва загрязнена, а после выполнения работ и примирении указанных препаратов, осуществлялся повторный отбор проб и проводилось лабораторное исследование, по результатам которого выдавался протокол измерения, в котором указывался фактически допустимый показатель содержания нефтепродуктов в почве. Кроме этого, применение этих препаратов было обусловлено в технологии, которой владело ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> То есть, для выполнения работ по рекультивации нефтезагрязненных земель и иных экологических работ, организация должно иметь лицензию на выполнения такого вида работ, а также технологию по утилизации нефтепродуктов или нефтеотходов. Лицензия в ООО "<данные изъяты>" для выполнения таких работ имелась, она была получена еще до его назначения, а технология выполнения работ как раз была обозначена с применением биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». При этом, правом пользоваться указанной технологий ООО «<данные изъяты> наделяло договор с разработчиком указанной технологии – ООО «<данные изъяты>», который заключался ежегодно. ДД.ММ.ГГГГ года точно не помнит, ФИО59 №39 познакомил его лично с ФИО59 №41, который занимал должность директора ООО «<данные изъяты>» дислоцирующейся в городе <адрес>. ООО «<данные изъяты>» как он выше указал, занималось производством биопрепарата «<данные изъяты>» и органно-минерального комплекса «<данные изъяты>», как он понял, это являлось разработкой ФИО59 №41 ФИО59 №39 познакомил его с ФИО59 №41, между ними произошел разговор, он подписал договор на право использования технологии по очистке нефтепродуктов с использованием препаратов «<данные изъяты> и «<данные изъяты>». ФИО59 №41 оставил ему свой контакт и оставил контакты кого-то из его сотрудников. Когда он заключал договоры поставки указанных препаратов в настоящее время, не помнит, возможно, ранее этой встречи, возможно при указанной встрече. Более с ФИО59 №41 он ничего не обсуждал. В дальнейшем заявки о потребности в «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» сбрасывал электронной почтой ФИО59 №41, а в последующем контактировал с технологами ООО «<данные изъяты>». После этого, ООО «<данные изъяты>» начала приступать к выполнению экологических работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», по результатам проведенных аукционов в ДД.ММ.ГГГГ года точные даты не помнит в его лице как директора ООО «<данные изъяты>» (подрядчик) с ООО «<данные изъяты>» заключено три договора, и в ДД.ММ.ГГГГ два договора. Во всех указанных договорах прописывалась необходимость в применении при выполнении работ органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» и биопрепарата «<данные изъяты>». Как он указывал производственной частью работ руководил ФИО59 №39 В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО59 №39 был назначен на должность бригадира в ООО «<данные изъяты>». Работы все, как он думал выполняются, так как нареканий со стороны заказчика не было, они были но не значительные. При изучении бухгалтерской документации ООО «<данные изъяты> в одной из транспортных-накладных он обратил внимание, что в ней указаны данные водителей ООО «<данные изъяты>» В., кого именно не помнит, и указанно транспортное средство, на котором тот должен поехать в <адрес> или <адрес>, и получить там приобретенные в ООО «<данные изъяты>» препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», которые в последующем должны были быть применены при выполнении работ для ООО «<данные изъяты>». Однако он в указанное в накладной время видел и водителей и транспортное средство на территории базы «<данные изъяты>». После этого, точные даты не помнит, у него произошел разговор с ФИО59 №1, в ходе которого он у того интересовался как происходит приемка и разбавление, внесение в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», на что ФИО59 №1 ему сказал, что фактически указанные препараты при выполнении работ не применяются, так как фактически их поставка не осуществляется, поставка оформляется лишь документально, а фактически ее нет. Он на это ничего не ответил. После этого, у него произошел разговор с ФИО59 №39, он у того спросил почему фактически не осуществляется поставка препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> с ООО «<данные изъяты>», на что ФИО59 №39 ему ответил, что это не его дело, не лезь куда не надо, занимайся бумажками. Он спорить не стал. После этого, он на эту тему разговаривал непосредственно с ФИО1., на что тот ему сказал, что не переживай все будет хорошо. Он попросил ФИО1., чтобы ООО «<данные изъяты>» не принимало участие в таких поставках, на что ФИО1 сказал не переживай. Спустя незначительное время, появился договор аренды, согласно которому ООО «<данные изъяты>» арендует территорию бывшего асфальтового завода в <адрес>, и оттуда будет осуществляться поставка препаратов на ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Официальным представителем ООО «<данные изъяты>» был назначен ФИО59 №1. В последующем в ходе бесед с ФИО59 №1, ему стало известно, что на территорию асфальтового завода никаких поставок указанных препаратов с ООО «<данные изъяты>» не осуществляется. Это было сделано для того, что ООО «<данные изъяты>» осуществляет внутреннее перемещение товара. ФИО59 №39 в его очередь получает готовый препарат, который в его очередь должен был готовить ФИО59 №1, а ФИО59 №39 уже должен был взять готовый препарат и применить его на объектах выполнения работ. Однако, как говорил ему ФИО59 №1, тот никакой препарат не готовил, так как в ДД.ММ.ГГГГ года в объеме указанном в документах указанные препараты не завозились. Соответственно ФИО59 №39 ничего не получал и в почву не вносил. Он за указанные действия никаких денежных средств помимо заработной платы не получал. Готовил документы – заявку на потребность в указанных препаратах по указаниям ФИО59 №39 и ФИО1 лично он. Кроме этого, он говорил ФИО59 №13 подготавливать товарно-транспортные накладные свидетельствующие о внесении указанных препаратов на объекты выполнения работ, в том объеме, который предусмотрен договором на выполнение работ. Это он делал, по указанию ФИО59 №39 который ему говорил, что должен оформлять документы таким образом, чтобы все соответствовало договору и плану выполнения работ. Ни он лично, ни инженеры-экологи фактически на объекты не выезжали. Всем производственным процессом руководил ФИО59 №39 лично. Кроме этого, он спрашивал у ФИО59 №39 каким-образом, они сдадут работы, если указанные препараты в почву не вносятся, на что он тот ответил, что у ФИО59 №42 есть связи с лабораторией и тот этот вопрос решит, что это не его дело. Учитывая, что претензий со стороны заказчика не было, он понял, что ФИО59 №42 действительно решал вопросы с сотрудниками лаборатории, с кем именно, не знает. Но исходя из того, что он практически всегда лично забирал готовые результаты протоколов измерений в <данные изъяты>, они всегда были соответствующие установленным нормам. Поэтому для себя он понял, что там действительно решался вопрос. Подробнее про договоры и объемы работ может пояснить при обозрении бухгалтерских документов. (т. 11 л.д. 214-224) После оглашения данного протокола допроса ФИО29 пояснил, что такие показания он не давал. Он заключал соглашение, и ему обещали, что он от этого никак не пострадает, поэтому и документы он подписывал не читая. ФИО43 (адвокат) участвовал при допросе в качестве подозреваемого, но это было быстро все. Он так все не вспомнит, если его подпись стоит, ему что давали, то подписывал. При каком допросе присутствовал кто-то из оперативных сотрудников полиции, который ему угрожал он сейчас не вспомнит. Точно было когда его допрашивала ФИО26 еще в качестве свидетеля. Когда допрашивали в качестве подозреваемого, обвиняемого не помнит присутствовал ли оперативный сотрудник, в основном там звонили заедь, на соглашении был, он один раз заезжал, в Следственном комитете не припомнит, чтобы присутствовал. Он не вспомнит точно по каким показаниям, когда был сотрудник, но практически каждый допрос его в отделе был с оперативным сотрудником, а в Следственном комитете всего 1 раз был, присутствовал и он не помнит когда. Потому что он там был очень часто, приходил, подписывал документы, формальности все эти. Из этого протокола допроса являются неправдой (его показания) по поводу непоставок. В начале все обстоятельства указано все верно, а дальше что ему ФИО59 №1 сказал, что ничего не возится, он потом подошел к ФИО59 №39, потом к ФИО1 с этим вопросом, Он не разговаривал с ФИО59 №1, они не обсуждали такие вопросы. С ФИО59 №39 и с ФИО1 тоже не обсуждали. Они не говорили ему, что все будет нормально. Почему это здесь написано не может сказать, он не помнит, чтобы давал такие показания. Он не может сказать, что следователь там что-то выдумал, он сейчас пытается вспомнить эти обстоятельства, но не припоминает, чтобы давал такие показания. Может он раньше давал, он не вспомнит сейчас. По поводу выдумки следователя не скажет, но печатал все следователь, все делал следователь, он подписал, так как шел как «соглашенец», ему сказали, приди - приди, сказали, заболей- заболел, сказали, жди - ждал. Он ни вправо, ни влево не мог. Ему говорили, что он мало информации даёт для соглашения, недостаточно представил. Тут он врал, что якобы договор аренды асфальтного завода составлен, потом ФИО59 №1 трудоустроил. Насколько знает, в материалах дела есть договор и он еще в ДД.ММ.ГГГГ или в ДД.ММ.ГГГГ году заключен «<данные изъяты>» с асфальтным заводом, в субаренду они брали. То есть он не мог при нем заключаться. Точно о не знает когда этот договр был, ФИО59 №19 говорил в ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ был заключен. То есть когда он трудоустроился туда, база уже была в аренде «<данные изъяты>». Это можно подтвердить наличием оригинала договора, в материалах дела есть копии. В протоколе указано: «Кроме этого говорил ФИО59 №13 подготовить ТТН свидетельствующие о внесении препаратов на объекты выполнения работ, в том объеме, который предусмотрен договором на выполнение работ». Поскольку он у ФИО59 №13 был руководителем, она знала, что нужно готовить. Формулировки все сделаны под обвинение. А фактически Л. являлась его подчиненной, и в ее обязанности входило своевременно сдавать отчеты о выполненных работах. Естественно, что ФИО59 №39 отчитывался, что все работы выполнены, предоставлял документы, Л. естественно вносила в документы в тех объемах, которые должны вносится. Формулировка звучит так, что она вносила, он ей давал указания вносить недостоверные сведения. В актах выполненных работ о внесении препаратов, внесены сведения о наличии объема, который предусмотрен договором, фактически вносился, использовался в работе. В тех объемах, которые предусмотрены договором. В общем если написано 7,4 предусмотрено по технологии, то такое количество и ставилось, как оно шло, так и ставилось, насколько знает, там помпа работала, все бочки были тарированы и паспорта на них были. По документам, за один день перевезли 20,20,20 тонн и потом 5,807, каким образом этот объем измерялся, не может сказать, это нужно у ФИО59 №39 спросить, кто непосредственно выполнял работы, думает, что была помпа, которая считала, вероятно с счетчиком, помпа была точно, насосов было несколько. Объем кубов измерялся бочкой, мелкие объемы считались помпой. Документировать это не было необходимости. Как можно в закрытую бочку поместить необходимое 5,47, каким образом знать, что там именно это количество, предполагает, что это делалось помпой, он не выгружал. Все эти цифры он вносил на основании тех документов, которые предоставлял ФИО59 №39 - это ТТН и акты выполненных работ, где он взял определенные объемы. Он ставил цифры об исполнении работ на основании того, что все делалось. Согласно оглашённых в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании показаний подсудимого ФИО29 данных им ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого, в присутствии защитника известно, что вину в предъявленном ему обвинении в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 УК РФ, признает, в содеянном раскаивается. По существу предъявленного ему обвинения, хочет показать, что он полностью поддерживает и настаивает на показаниях данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого. Им как директором ООО «<данные изъяты>» были заключены следующие договора с ООО «<данные изъяты>»: № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно условий указанных договоров, на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» необходимо было выполнить ряд работ в том числе с приминением препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». При выполнении работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» указанные препараты фактически не применялись, их поставка на ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» не осуществлялась. Весь документооборот между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» свидетельствующей о поставках указанных препаратов, являлся фиктивным, водители ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ года не выезжали в <адрес> на ООО «<данные изъяты>» и не получали там указанный препарат. Указанные договора и акты сдачи-приемки выполненных работ, оказанных услуг подписаны лично им, по указаниям ФИО1. и ФИО59 №39 При исполнении ООО «<данные изъяты>» договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ заключенных с ООО «<данные изъяты>», ему от ФИО59 №1 стало известно о том, что в действительности биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> вообще не поставлялись от ООО «<данные изъяты>» на ООО «<данные изъяты>», и утилизация нефтепродуктов происходила без их применения. По данному факту у него произошел разговор с ФИО59 №39, в ходе которого задал тому вопрос о фактической не поставке препаратов, на что тот ему ответил, что это не его дело, его задача заниматься бумажками, так как ФИО1 говорил ему ранее о том, что ФИО59 №39 ему необходимо слушать ФИО59 №39, он спорить с ФИО59 №39 не стал. Далее он обратился к ФИО1 с аналогичным вопросом, ФИО1 сказал ему, что переживать ему не за что, «иди работай, все будет хорошо». При этом, он от указанных лиц, и иных лиц, не получал никакие денежные средства помимо установленной ему заработной платы, которая составляла 60000 рублей. Как и кем расходовались денежные средства, полученные за применение указанных биопрепаратов, ему не известно. При исполнении ООО «<данные изъяты>» договоров № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ заключенных с ООО «<данные изъяты>», ему уже доподлинно было известно, что поставка препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>» на ООО «<данные изъяты>» в соответствии с договором между указанными организациями подписанным им и ФИО59 №41 соответственно, фактически не осуществлялось, весь документооборот связанный с поставкой данных препаратов, являлся фиктивным. Из водителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» никто в период времени ДД.ММ.ГГГГ года не выезжал в <адрес> для получения на ООО «<данные изъяты>» указанных препаратов и соответственно в <адрес> края не транспортировал. Названные договоры он подписывал по указанию ФИО1., который ему говорил, что документально все оформляется верно, никаких проблем не будет, работы на территории деятельности «<данные изъяты>» выполняются, вносятся удобрения в виде навоза. ФИО1 никаких денежных средств за совершаемые им действия ему не обещал, он лишь получал заработную плату как директор данной организации. Он совершал указанные действия, так как боялся, остаться без постоянного источника дохода. Уточнил, что ему стало известно о том, что документооборот между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» фиктивный после разговора с ФИО59 №1 в ходе которого последний ему сообщил, что поставки препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» фактически не осуществляются. При этом, ФИО1. ему всегда говорил, что его задача заниматься документами, за остальное он не должен беспокоится так как все будет хорошо. Примерно весной или летом ДД.ММ.ГГГГ года точно не помнит, ФИО59 №39 познакомил его лично с ФИО59 №41, который занимал должность генерального директора ООО «<данные изъяты>» дислоцирующейся в городе <адрес>. ООО «<данные изъяты>» как он выше указал, занималось производством биопрепарата «<данные изъяты>» и органно-минерального комплекса «<данные изъяты>», как он понял, это являлось разработкой ФИО59 №41 ФИО59 №39 познакомил его с ФИО59 №41, между ними произошел разговор, он подписал договор на право использования технологии по очистке нефтепродуктов с использованием препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». ФИО59 №41 оставил ему свой контакт и оставил контакты кого-то из своих сотрудников. Он не помнит точно, когда именно до или после знакомства с ФИО59 №41 заключен договор поставки № от ДД.ММ.ГГГГ указанных препаратов на ООО «<данные изъяты> Более с ФИО59 №41 он ничего не обсуждал. В дальнейшем заявки о потребности в «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> сбрасывал электронной почтой ФИО59 №41, а в последующем контактировал с технологами ООО «<данные изъяты>», контактные данные которых, он в настоящее время, не помнит. После этого, ООО «<данные изъяты>» начала приступать к выполнению экологических работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», по результатам проведенных аукционов в ДД.ММ.ГГГГ года точные даты не помнит в его лице как директора ООО «<данные изъяты>» (подрядчик) с ООО «<данные изъяты>» заключено три договора, и в ДД.ММ.ГГГГ два договора. Во всех указанных договорах прописывалась необходимость в применении при выполнении работ органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» и биопрепарата «<данные изъяты>». Производственной частью работ руководил ФИО59 №39 В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО59 №39 назначен на должность бригадира в ООО «<данные изъяты>». Работы все как он думал, выполняются, так как нареканий со стороны заказчика не было, они были, но не значительные. В последующем в ходе изучения бухгалтерской документации ООО <данные изъяты>» в одной из транспортных-накладных обратил внимание на то, что в ней указаны данные водителей ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» В., кого именно не помнит, и указанно транспортное средство, на котором тот должен поехать в <адрес> или <адрес> и получить там приобретенные в ООО «<данные изъяты>» препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» транспортировать их на ООО «<данные изъяты>», которые в последующем должны были быть применены при выполнении работ для ООО «<данные изъяты>». При этом, в указанный период времени в накладной, он видел и водителей и транспортное средство на территории базы «<данные изъяты>». После этого, точные даты не помнит, у него произошел разговор с ФИО59 №1, в ходе которого он у того интересовался, как происходит приемка и разбавление, внесение в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», на что ФИО59 №1 ему сказал, что фактически указанные препараты при выполнении работ не применяются, так как фактически их поставка не осуществляется, поставка оформляется лишь документально, а фактически ее нет. Уже после этого, у него произошел разговор с ФИО59 №39, он у того спросил почему фактически не осуществляется поставка препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», на что ФИО59 №39 ему ответил, что это не его дело, не лезь куда не надо, занимайся бумажками. Он спорить не стал. После этого, он на эту тему разговаривал непосредственно с ФИО1., на что ФИО1 ему сказал, что не переживай все будет хорошо. Он попросил ФИО1, чтобы ООО «<данные изъяты>» не принимало участие в таких поставках, тот сказал не переживай. Спустя незначительное время, появился договор аренды, согласно которому ООО «<данные изъяты>» арендовало территорию бывшего асфальтового завода в <адрес>, и оттуда будет осуществляться поставка препаратов на ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Официальным представителем ООО «<данные изъяты>» был назначен ФИО59 №1 В последующем в ходе бесед с ФИО59 №1, ему стало известно, что на территорию асфальтового завода никаких поставок указанных препаратов с ООО «<данные изъяты>» не осуществляется. Это было сделано для того, чтобы ООО «<данные изъяты>» осуществляет внутреннее перемещение товара. ФИО59 №39 в его очередь получает готовый препарат, который в свою очередь должен был готовить ФИО59 №1, а ФИО59 №39 уже должен был получать готовый препарат и применить его на объектах выполнения работ. Однако, как говорил ему ФИО59 №1, тот никакой препарат не готовил, так как в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ года в объеме указанном в документах указанные препараты не завозились. Соответственно ФИО59 №39 ничего не получал и в почву не вносил. Он за указанные действия никаких денежных средств помимо заработной платы ни от кого не получал. Готовил документы – заявку на потребность в указанных препаратах по указаниям ФИО59 №39 и ФИО1. лично он. ФИО1, являлся фактическим руководителем ООО»<данные изъяты>». Именно от ФИО1. ему поступали фактические указания по всем вопросам финансово-хозяйственной деятельности организации, выраженные в необходимости перечисления денежных средств, производственной деятельности, о заключении договора поставки биопрепаратов с ООО<данные изъяты>», о необходимости выхода на аукцион и дальнейшем заключении договоров подряда с ООО «<данные изъяты>», подписании актов сдачи-приемки выполненных работ, оказанных услуг. Указания ФИО1 всегда давал ему при личных встречах, иногда передавал ему их через ФИО59 №39 ФИО1. говорил ему, что непосредственно он должен заниматься оформлением документов, вопросами производственной деятельности ООО «<данные изъяты>» будет заниматься ФИО59 №39 Об этом ФИО1 говорил ему в процессе его трудоустройства на должность директора ООО «<данные изъяты>». ФИО59 №39, являлся сотрудником ООО«<данные изъяты>», впоследствии, если не ошибается примерно с ДД.ММ.ГГГГ года, он перевелся на должность бригадира в ООО<данные изъяты> Решение о назначении ФИО59 №39 на данную должность принималось ФИО1 Как он понял, это было связано с необходимостью организацией контроля за ведением работ выполняемых ООО «<данные изъяты>». Насколько ему известно, ФИО59 №39 является родственником ФИО1 степень родства ему не известна. ФИО59 №39 непосредственно работал на объектах ООО«<данные изъяты>» в рамках заключенных договоров. ФИО59 №39 привозил представителей ООО «<данные изъяты>» на объекты, с целью контроля и приемки выполненных работ. Именно ФИО59 №39 фактически осуществлял руководство всей производственной деятельностью ООО»<данные изъяты>», от того также поступали ему указания производственного характера, в том числе по рекультивации. ФИО59 №39 иногда передавал ему указания ФИО1 по вопросам финансово-хозяйственной деятельности организации. ФИО59 №1, когда трудоустроился на должность директора в ООО»<данные изъяты>» насколько ему известно, работал в ООО«<данные изъяты>» в должности эколога. Затем тот был трудоустроен в ООО «<данные изъяты>» и являлся представителем указанной организацией. ФИО59 №1 от имени ООО «<данные изъяты>» якобы отпускал биопрепараты на территории технологической площадки и подписывал документы об отпуске биопрепаратов сотрудникам ООО «<данные изъяты>». Со слов ФИО59 №1 ему известно о том, что биопрепараты, необходимые для выполнения работ по утилизации нефтеотходов по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ; № № от ДД.ММ.ГГГГ, № Д-1,3-17-0992 от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ практически не происходили, что-то разводилось просто водой из старых запасов, якобы с целью экономии биопрепаратов, а поставки с ООО «<данные изъяты>» фактически не производились. ФИО59 №41, являлся директором ООО«<данные изъяты>». Того он видел один раз при вышеописанных обстоятельствах. Как он понял, был осведомлен о том, что фактическая поставка препаратов не осуществлялась. С ФИО59 №41 ему заключен договор поставки биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> и спецификации к нему, в которых отражено количество якобы поставляемых препаратов для деятельности ООО «<данные изъяты>». При этом в перечисленных документах указано, что поставка товара будет осуществляться силами ООО «<данные изъяты>». Фактически ни один водитель ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», за время, что был директором указанной организации, не выезжали в <адрес> для получения указанных препаратов, данные договор и специфицкации к тому являлись фиктивными, и составлялись для придания видимости законности нашим действиям, их он также подписывал по указаниям ФИО1 и ФИО59 №39, которые ему говорили, что если документально все будет хорошо, то ни каких проблем не будет. ФИО59 №40, до его назначения на должность директора ООО «<данные изъяты>», занимал должность директора ООО»<данные изъяты>» в период с ДД.ММ.ГГГГ. Затем, насколько ему известно, тот стал работать в должности главного инженера ООО «<данные изъяты>». Они с тем несколько раз созванивались по рабочим моментам. Обстоятельства его трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» ему не известны, но директором ООО «<данные изъяты>» он думает, тот также как и он являлся «номинальным». Насколько ему известно, ФИО59 №40 занимался вопросом получения для ООО «<данные изъяты>» лицензии на осуществление деятельности по сбору, транспортировке, утилизации, обработке и обезвреживанию отходов 3-4 класса ООО «<данные изъяты>», которая была ему передана тем, в момент когда его назначили директором указанной организации. Обстоятельства получения указанной лицензии, ему не известны. Кроме этого, насколько ему известно, ФИО59 №40 непродолжительное время работал в ООО «<данные изъяты> оказывал консультации сотрудникам ООО «<данные изъяты>» по поводу выполнения работ на территории деятельности ООО <данные изъяты>». ФИО59 №42, является родным братом ФИО1. В ходе одного из разговоров с ФИО59 №39 он высказывал опасение по поводу качества выполняемых ООО «<данные изъяты> организацией работ по утилизации нефтеотходов по договорам с ООО «<данные изъяты>», на это ФИО59 №39 ему сказал, что все в порядке, так как у ФИО59 №42 есть какие-то связи и свои «выходы» на сотрудников филиала ФГБУ <данные изъяты>, работники которого проводили исследование грунта и давали заключение на количественный показатель углеводорода, солей. С кем именно ФИО1 «решал вопросы» с целью получения положительных заключений <данные изъяты> ему не известно. Насколько ему известно, с целью дачи заключения работники <данные изъяты> выезжали совместно с ФИО59 №39 на объект, где отбирали пробы и делали фотоотчет. Он выезжал в <данные изъяты> по адресу: <адрес>, точный адрес не помню, и забирал уже готовое заключение. Он лично с работниками <данные изъяты> по вопросам составления заключений и указании в них нужных результатов, никаких переговоров не вел. Кто именно из сотрудников ООО «<данные изъяты>» оказывал содействие и непосредственное влияние при принятии выполненных работ ООО «<данные изъяты>» ему не известно, он ни с кем, из указанных сотрудников переговоров не вел. Насколько ему известно, за контакты с ООО «<данные изъяты>» отвечал лично ФИО1 и ФИО59 №39 При этом, что со стороны ООО «<данные изъяты>» по вопросам приемки выполненных работ он контактировал с начальником отдела окружающей среды ФИО59 №24, а также ее подчиненными ФИО59 №12 и ФИО59 №25. В этот период к нему подходил ФИО59 №39 с указанием выдачи тому наличных денежных средств с кассы ООО <данные изъяты>», учет суммы которых он вел. ФИО59 №39 говорил, что указанные денежные средства необходимы для передачи их ФИО59 №24, для каких целей, тот ему не пояснял. При этом, ему не известно передавал ли ФИО59 №39 какие-либо денежные средства ФИО59 №24 и в каких суммах фактически при этих обстоятельствах не присутствовал. По слухам ФИО59 №39 оказывал ФИО59 №24 различного рода покровительство, в том числе привозил продукты питания и оказывал содействие при приобретении автомобиля марки «<данные изъяты> В остальной части он полностью поддержал ранее данные им показания в качестве подозреваемого на предварительном следствии по уголовному делу №, виновным себя в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 УК РФ, совместно с ФИО1 ФИО59 №39, ФИО59 №1, ФИО59 №41, ФИО59 №40 полностью признает и в содеянном раскаивается. От дачи дальнейших показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ. (т. 14 л.д. 180-189) После оглашения данного протокола допроса ФИО29 пояснил, что он не помнит такого, что ФИО59 №39 говорил ему о том, что ФИО59 №24 давал деньги. Почему здесь так написано, что ему известно, что ФИО59 №39 передавал деньги ФИО59 №24, он не знает, он был «соглашенец», все быстро происходило, он не читал протокол, приходил, подписывал и уходил. ФИО59 №39 от него наличные денежные средства не получал. Займы были, все официально проходило. ФИО59 №39 обращался, кому, что перечислить он говорил какую сумму. Он давал указание выдать займ ФИО59 №39. ФИО59 №39 сказал, нужно перечислить такую-то сумму ему на счет, он не уточнял подробности, это было не его дело. Он тоже сам получал займ - два миллиона или около того. ФИО59 №39 больше получал - около четырех. Насколько он знает, займы не возвращались. Он этот займ снимал и отдавал ФИО59 №39, это не его были деньги, он не распоряжался этими финансами. Он видимо брал для каких-то целей производственных, не знает для чего, ему не говорили. Если предприятие работало бы, деньги вернули бы, закрыли кредиты и 40 человек не потеряли бы работу, займы бы вернулись. Это не криминально, законом не запрещено брать займы, все официально. Вообще он знал ФИО59 №24, она была начальник отдела экологии в «<данные изъяты>». ФИО59 №12, ФИО59 №25 они выезжали туда на объекты, они не могли без выезда. Почему в протоколе указано, что ФИО59 №30 брат ФИО1, он решал какие-то вопросы в <данные изъяты> он не может сказать, ему неизвестны эти обстоятельства. Он подписал, им не было прочитано. ФИО43 при этом присутствовал, он никаких неправомерных действий не совершал, он хороший адвокат. Он приходил, просто уже было напечатано. Он ответственный был. Он заключил соглашение, ему сразу дали понять, что он подписывает и делает что надо либо нет. Из оглашённых в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании показаний подсудимого ФИО29 данных им ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого, в присутствии защитника известно, что вину в предъявленном ему обвинении в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 ч. 4 ст. 159 УК РФ, признает, в содеянном раскаивается. По существу предъявленного ему обвинения, хочет показать, что он полностью поддерживает и настаивает на ранее данных им показаниях, хочет уточнить, что он указывал, что якобы за препаратами <данные изъяты> и <данные изъяты> водители ООО «<данные изъяты> должны были ездить в <адрес>, хочет уточнить, что в <адрес> за указанными препаратами, никто из водителей ООО «<данные изъяты>» за время пока он был директором указанной организации не ездил. Насколько помнит, для вида осуществления деятельности один раз в ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ году с ООО «<данные изъяты>» из <адрес> или <адрес>, точно не помнит, на курьерской доставке на автомобиле <данные изъяты> государственные номера не помнит, данные водителя тоже не помнит, осуществлена доставка жидкого препарата <данные изъяты> в объеме один кубический метр в <адрес> на ООО «<данные изъяты>», указанный препарат хранился на складе ООО «<данные изъяты>», использовался ли он фактически при выполнении работ, ему не известно. От дачи дальнейших показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ. (т. 14 л.д. 190-194) После оглашения данного протокола допроса ФИО29 пояснил, что такие показания он не давал, он подписывал эти документы, он их не читал. Что-то где-то взяты обстоятельства, а потом они смешаны. Но в целом это не его показания. Согласно оглашённых в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ в судебном заседании показаний подсудимого ФИО29 данных им ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, в присутствии защитника известно, что по существу подозрения может пояснить: признательные показания он дает добровольно, никакого воздействия на него оказано не было. В рамках заключения досудебного соглашения о сотрудничестве он желает обозреть бухгалтерские документы ООО "<данные изъяты>" и дать правдивые показания относительно них. Уточняет, что он не имел никакого отношения к деятельности ООО "<данные изъяты>". Как он указывал, ФИО1, являлся фактическим руководителем ООО»<данные изъяты>», от которого ему поступали фактические указания по всем вопросам финансово-хозяйственной деятельности организации, выраженные в необходимости перечисления денежных средств, производственной деятельности. О заключении договора поставки биопрепаратов с ООО«<данные изъяты>», о необходимости выхода на аукцион и дальнейшем заключении договоров подряда с ООО «<данные изъяты>», подписании актов сдачи-приемки выполненных работ, оказанных услуг. Указания ФИО1 всегда давал ему при личных встречах, иногда передавал ему их через ФИО59 №39 Кроме этого, ФИО1. говорил ему о том, что его задача грамотное оформление документов, вопросами производственной деятельности ООО «<данные изъяты>» будет заниматься ФИО59 №39 О необходимости вышеперечисленных действиях ФИО1 говорил ему в процессе его трудоустройства на должность директора ООО «<данные изъяты> ФИО59 №39 являлся работником ООО«<данные изъяты>», впоследствии, если не ошибается примерно с ДД.ММ.ГГГГ года, тот перевелся на должность бригадира в ООО»<данные изъяты>. Решение о принятии того на должность принималось ФИО1, насколько он понял, это было связано с необходимостью контроля за ведением работ выполняемых ООО «<данные изъяты>». Насколько ему известно, ФИО59 №39 является родственником ФИО1., степень родства ему не известна. ФИО59 №39 непосредственно работал на объектах ООО«<данные изъяты>» в рамках заключенных договоров. ФИО59 №39 возил представителей ООО «<данные изъяты>» на объекты, с целью контроля и приемки выполненных работ. ФИО59 №39 осуществлял руководство всей производственной деятельностью ООО»<данные изъяты> от того также поступали ему указания производственного характера, в том числе по рекультивации. Сама по себе технология выполнения работ была известна ФИО59 №39 Также, ФИО59 №39 иногда передавал ему указания ФИО1. по вопросам финансово-хозяйственной деятельности организации. ФИО59 №1, когда он трудоустроился на должность директора в ООО»<данные изъяты>» насколько ему известно, работал в ООО«<данные изъяты>» в должности эколога. Затем после заключения договора между ООО»<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> в связи с тем, что слишком большие объемы поставки биопрепаратов отражались в документах, которые как выяснилось фактически не привозились, у того произошел разговор с ФИО1 о том, что ФИО59 №1 сказал, ему что указанные препараты фактически не поставляются, на что ФИО1. сказал ему, что не переживай это не его проблема, работай все будет нормально. Он также разговаривал, на эту тему с ФИО59 №39 который сказал ему, что все будет нормально. Спустя некоторое время на территории бывшего асфальтового завода в <адрес> была открыта площадка, которая как выяснилось являлась представительством ООО «<данные изъяты>», а представителем данной организации стал ФИО59 №1 В процессе и последующем ему стало известно от ФИО59 №1, что и в дальнейшем никаких поставок препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> не было. Он это и сам видел и понимал, так как по документам за данными препаратами в <адрес> в ООО «<данные изъяты>» якобы выезжал транспорт ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», фактически никто за этими препаратами не выезжал. ФИО59 №1 от имени ООО «<данные изъяты>» якобы отпускал биопрепараты на территории технологической площадки и подписывал документы об отпуске биопрепарата водителям. Со слов ФИО59 №1 ему известно о том, что биопрепараты, необходимые для выполнения работ по утилизации нефтеотходов по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ; № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ практически не происходили, что-то разводилось просто водой из старых запасов, якобы с целью экономии биопрепаратов, а поставки с ООО «<данные изъяты>» фактически не производились. ФИО59 №41, являлся директором ООО«<данные изъяты>». Того он видел один раз, когда тот вместе с ФИО59 №39 приезжал в офис ООО «<данные изъяты>», если не ошибается для подписания договора на поставку биопрепаратов. Несколько раз они с тем созванивались по вопросам поставки биопрепаратов и направляли им электронную заявку на поставку биопрепаратов. Биопрепараты в итоге им не поставлялись, и после этого он созванивался с технологом ООО«<данные изъяты>» только по вопросам технологии, анкетные данные технолога, он не помнит. Как выяснилось с ФИО59 №41 ему заключен договор поставки биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> и спецификации к тому, в которых отражено количество якобы поставляемых препаратов для деятельности ООО «<данные изъяты>». При этом в составленных документах отражено, что поставка товара будет осуществляться силами ООО <данные изъяты>». Фактически ни один водитель ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>», за время, что он был директором указанной организации, не выезжали в <адрес> для получения указанных препаратов, данные договор и специфицкации к тому являлись фиктивными, и составлялись для придания видимости законности нашим действиям, их он также подписывал по указаниям ФИО1 и ФИО59 №39, которые ему говорили, что если документально все будет хорошо, то ни каких проблем не будет. ФИО59 №40 до него являлся директором ООО»<данные изъяты>» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. После этого, тот стал работать в должности главного инженера ООО «<данные изъяты>». Они с тем несколько раз созванивались по рабочим моментам. Обстоятельства его трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» ему не известны, но директором ООО «<данные изъяты>» он думает, тот также как и он являлся «номинальным». Уточняет, что, насколько ему известно, ФИО59 №40 занимался вопросом получения для ООО «<данные изъяты>» лицензии на осуществление деятельности по сбору, транспортировке, утилизации, обработке и обезвреживанию отходов 3-4 класса ООО «<данные изъяты>», которая была ему передана им, в момент когда его назначили директором указанной организации. Подробности ее получения ему не известны. Кроме этого, насколько ему известно, ФИО59 №40 непродолжительное время работал в ООО «<данные изъяты>», ФИО59 №40 приезжал в офис ООО «<данные изъяты>» по вечерам в указанный период времени и проводил консультации работникам ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №14 и ФИО59 №13, относительно работ выполняемых ООО «<данные изъяты>» на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», он несколько раз присутствовал на таких консультациях, обсуждались производственные вопросы, как сделана работа в каком объеме, и другие вопросы. ФИО59 №42, является родным братом ФИО1. Насколько ему известно, он работал в ООО «<данные изъяты>» по рекультивации и строительству. В ходе одного из разговоров с ФИО59 №39 он как-то высказал опасение по поводу качества выполняемых нашей организацией работ по утилизации нефтеотходов по договорам с ООО «<данные изъяты>», в ответ ФИО59 №39 его заверил в том, что все в порядке, так как у ФИО59 №42 есть связи и свои «выходы» в филиале <данные изъяты>, работники которого проводили исследование грунта и давали заключение на количественный показатель углеводорода, солей. С кем именно ФИО1. «решал вопросы» с целью получения положительных заключений <данные изъяты> ему доподлинно не известно. Насколько ему известно, с целью дачи заключения работники <данные изъяты> выезжали вместе с ФИО59 №39 на объект, где отбирали пробы и делали фотоотчет. Он выезжал в <данные изъяты> по адресу: <адрес>, точный адрес не помню, и забирал уже готовое заключение. Он лично с работниками <данные изъяты> по вопросам составления заключений и указании в них нужных результатов, никаких переговоров не вел. Кто именно из сотрудников ООО «<данные изъяты>» оказывал содействие и непосредственное влияние при принятии выполненных работ ООО «<данные изъяты>» ему не известно, он ни с кем, из указанных сотрудников переговоров не вел. Насколько ему известно, за контакты с ООО «<данные изъяты>» отвечал лично ФИО1. и ФИО59 №39 Уточнил, что со стороны ООО «<данные изъяты>» по вопросам приемки выполненных работ он контактировал с начальником отдела окружающей среды ФИО59 №24, а также ее подчиненными ФИО59 №12 и ФИО59 №25. За период его контактов, несколько раз к нему подходил ФИО59 №39 с указанием выдачи тому наличных денежных средств с кассы ООО «<данные изъяты>», учет суммы которых он вел. ФИО59 №39 говорил, что указанные денежные средства необходимы для передачи их ФИО59 №24, для каких целей тот ему не пояснял. При этом, ему не известно передавал ли ФИО59 №39 какие-либо денежные средства ФИО59 №24 и в каких суммах фактически он при этих обстоятельствах не присутствовал. По слухам ФИО59 №39 оказывал той различного рода покровительство, в том числе привозил продукты питания и оказывал содействие при приобретении автомобиля марки «<данные изъяты> Он никакие должности в ООО «<данные изъяты>» не занимал, и ни какого отношения к деятельности указанной организации не имеет, поэтому он не может быть причастным к совершенным преступлениям со стороны ООО «<данные изъяты>». Обозрев предъявленные ему документы по договору субподряда № от ДД.ММ.ГГГГ, показал, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №11 и ООО «<данные изъяты>» в его лице как директора заключен договор субподряда № на проведение отдельных видов работ по Договору о проведении работ по утилизации (обезвреживанию) бурового шлама, бурового раствора и буровых сточных вод на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № №. Предметом указанного договора являлось то, что ООО «<данные изъяты>» обязалось выполнить отдельные виды работ по утилизации (обезвреживанию) бурового шлама, бурового раствора и буровых сточных вод на территории ООО «<данные изъяты>» согласно техническому задания. Как он уже указывал выше о том, что емунужно заключить указанный договор ему сказал ФИО59 №39, который в свою очередь действовал по указанию ФИО1., эти обстоятельства, ему известны со слов ФИО59 №39 Подпись в указанном договоре, техническом задании и актах сдачах приемки принадлежит ему. С ФИО59 №11 он никакие условия по договору не обсуждал. Утилизация (обезвреживание) бурового шлама, бурового раствора и буровых сточных вод на территории ООО "<данные изъяты>" в рамках указанного договора должны были осуществляться с использованием биопрепарата <данные изъяты>" и органно-минерального комплекса "<данные изъяты>", согласно вышеуказанному названному им договору на поставку которых в рамках исполнения договора субподряда был заключен между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Согласно условиям данного договора, поставка приобретенных биопрепаратов и органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» должна была осуществляться транспортомООО «<данные изъяты> а также транспортом ООО «<данные изъяты>». При этом, согласно путевым листам, товарно-транспортным накладным поставка биопрепаратов осуществлялась работниками ООО «<данные изъяты>» водителями: ФИО59 №4, ФИО59 №5, насколько помнит, транспортным средством - камаз. Фактически, как он указывал выше, никто из сотрудников ООО «<данные изъяты>» не выезжали за указанными препаратами в <адрес>, данный документооборот являлся фиктивным. Водители расписывались по указанию ФИО59 №39 в путевых листах, товарно-транспортных накладных, содержащих ложные сведения о выезде водителей в <адрес> на территорию ООО «<данные изъяты>», последние, далее указанные документы для подписания пересылались почтой в ООО "<данные изъяты> Фактически, биопрепараты на ООО «<данные изъяты>» не поставлялись, стоимость поставленных товаров составляла около 11 520 490 рублей, каким образом израсходованы указанные денежные средства ему не известно, он из них ничего, ни от кого не получал. Фактически на место производства работ он не выезжал, все документы подписывались им по указанию ФИО59 №39 и ФИО1. На все его вопросы по обстоятельствам выполнения условий договора подряда и выполнения работ по утилизации отходов ФИО59 №39 ему говорил чтобы «он не лез куда не надо» и он, боясь потерять работу и стабильный заработок никаких больше вопросов не задавал и подписывал как директор организации все необходимые документы. Объемы необходимых препаратов указанных в заявках, направляемых в ООО «<данные изъяты>» брались из калькуляции к основному договору между заказчиком и исполнителем. Путевые листы выписывались диспетчерской службой диспетчерами ФИО59 №18 и ФИО59 №27. Как и по остальным договорам, заключенным им как директором ООО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», схема заполнения путевых листов была следующая. В ДД.ММ.ГГГГ году путевые листа печатали диспетчеры, в путевых листах отрражалось, что водители ООО «<данные изъяты>», либо ООО «<данные изъяты> выезжали за препаратами <данные изъяты> и <данные изъяты> в <адрес> на территорию ООО «<данные изъяты>», где якобы получали данные препараты, и привозили их в <адрес>. Товарно-транспортные накладные составлялись им, в указанных документах указывались объемы препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> необходимых для выполнения конкретных работ по договорам заключенным с ООО "<данные изъяты>". Также в данных документах отражалось, что водители ОО "<данные изъяты>", либо ООО "<данные изъяты>" выезжали за препаратами <данные изъяты> и <данные изъяты> в <адрес> на территорию ООО "<данные изъяты>", где якобы получали данные препараты, и привозили их в <адрес>. Фактически никуда никто не выезжал и никакие препараты не получал. Примерно с ДД.ММ.ГГГГ года, так как фиктивность такого документооборота выраженного в не поставке названных препаратов легко было установить, то получения данных препаратов осуществлялось от представительства ООО «<данные изъяты>» в <адрес> с территории бывшего асфальтного завода, со слов ФИО59 №1 в указанный период времени поставок данных препаратов также не осуществлялось. Указание водителям на роспись в путевых листах давались ФИО59 №39 Он составлял данные документы также по указаниям ФИО59 №39 и ФИО1 Обозрев предъявленные ему документы по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ, а также сшив светокопий актов сдачи–приемки оказанных услуг к указанному договору, и финансово-экономическое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, показал, что ДД.ММ.ГГГГ им как директором ООО «<данные изъяты> выступающим в качестве «исполнителя» и ООО «<данные изъяты>» выступающим как «Заказчик» в лице генерального директора ФИО59 №9 заключен договор № №. ООО»<данные изъяты>» согласно предмету договора обязалось выполнить работы по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), включающие в себя разработку и согласование в компетентных органах проектов ликвидации и рекультивации временных шламонакопителей, обезвреживание/утилизация не менее 16112,28 кв. м нефтесодержащих отходов, рекультивацию временных шламонакопителей, не менее 14 шт., использованием продуктов утилизации НСО, подготовку и сдачу рекультивированных земельных участков в установленном порядке, а заказчик оплатить выполненные работы в общей сумме 45838568 рублей, 79 копеек. В определенную договором указанную стоимость в том числе входили затраты на выполнение работ с применением биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, необходимых для выполнения указанных работ в общей сумме 17629450 рублей. Данные препараты планировалось приобретать по вышеуказанному договору поставки в ООО «<данные изъяты>». Подписи в предъявленном ему договоре и актах сдачи-приемки оказанных услуг от его имени оставлены лично им. Заключение указанного договора необходимо было для нарабатывания опыта ООО «<данные изъяты>». Данный договор заключался им в соответствии с ранее данными ему указаниями ФИО1., продублированных ему ФИО59 №39 При выполнении указанного договора, ему стало известно от ФИО59 №1 о том, что в действительности биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» вообще не поставлялись от ООО «<данные изъяты>» на ООО <данные изъяты>», и утилизация нефтепродуктов происходила без их применения. Об указанных обстоятельствах у него произошел разговор с ФИО59 №39, в ходе которого он задал тому вопрос о фактической не поставке препаратов, на что тот ему ответил, что это не его дело, его задача заниматься бумажками, так как ФИО1 говорил ему ранее о том, что ФИО59 №39 уполномочен им осуществлять руководство деятельность ООО «<данные изъяты> он спорить с тем не стал. Далее он обратился к ФИО1. с аналогичным вопросом, сказал, что переживать ему не за что, иди, работай все будет хорошо. При этом, он от указанных лиц, и иных лиц, не получал никакие денежные средства помимо заработной платы, его заработная плата составляла 60000 рублей. Как и кем расходовались денежные средства, полученные за применение указанных биопрепаратов, ему не известно. Как он уже указал выше площадка, на которой ФИО59 №1 якобы осуществлял представительство ООО «<данные изъяты>» в <адрес> была сделана как он понял для «отвода глаз», для того, чтобы не транспортировать биопрепараты в жидком виде из <адрес> с ООО «<данные изъяты>» в <адрес>, потому что было слишком очевидно, что транспорт не ездит за биопрепаратами, потому что в <адрес> нужно было ездить к примеру 8 раз за жидким препаратом, а на месте за один раз якобы забрать из филиала и отвезти на место проведения работ. Как он указал выше, ФИО59 №1 являлся представителем ООО «<данные изъяты>», ответственным за выдачу препарата, иных представителей указанной организации не было. Сдача работ осуществлялась следующим образом. По утвержденной договором № № от ДД.ММ.ГГГГ форме, в ООО»<данные изъяты>» составлялись акты сдачи-приемки оказанных услуг, выполненных работ, куда соответственно вносились не соответствующие действительности сведения о проведенных работах на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» с использованием препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», данные акты составлялись либо им, либо по его поручению ФИО59 №13 Акты сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 10607968,79 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 29754844,75 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4885755,25 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590 000 рублей, подписывались им по указанию ФИО59 №39 действовавшего по указанию ФИО1 указания ФИО59 №39 были выражены в следующем, он говорил ему, что он должен был своевременно подготавливать и передавать данные документы в ООО «РН<данные изъяты>». Направление актов сдачи-приемки оказанных услуг в ООО «<данные изъяты>» осуществлялось в день их подписания им, а именно либо он, либо ФИО59 №13 относили данные документы в канцелярию ООО «<данные изъяты>». Якобы приобретенные в ООО«<данные изъяты>» биопрепараты ООО «<данные изъяты>» якобы получало в <адрес> у ФИО59 №1, и после чего доставляли на место проведения работ. Как он указал выше, фактической поставки указанных препаратов не осуществлялось. При этом указал водителя, указанного в путевых листах, а именно: ФИО59 №4, который якобы выезжал в <адрес> на ООО «<данные изъяты>» для получения указанных препаратов, в соответствии с подписанным им договором с ООО «<данные изъяты>», однако фактически никто из водителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не выезжал за указанным препаратом, его поставка фактически не осуществлялась. Производственным процессом ООО «<данные изъяты>» на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» руководил ФИО59 №39, тот же организовывал процесс подписания актов-сдачи оказанных услуг и выполненных работ, каким именно образом он это делал, ему доподлино не известно. Он ход работ не контролировал и фактически на место проведения работ не выезжал. Обозрев предъявленные ему документы по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ, а также копии актов сдачи–приемки оказанных услуг к указанному договору, и финансово-экономическое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, показал, что ДД.ММ.ГГГГ им как директором ООО «<данные изъяты>» выступающим в качестве «исполнителя» и ООО «<данные изъяты>» выступающим как «Заказчик» в лице генерального директора ФИО59 №9 заключен договор № №. ООО»<данные изъяты>» согласно предмету договора обязалось выполнить работы по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), включающие в себя разработку и согласование в компетентных органах проектов ликвидации и рекультивации временных шламонакопителей, обезвреживание/утилизация не менее 12 239 кв. м нефтесодержащих отходов, рекультивацию временных шламонакопителей с использованием продуктов утилизации НСО, подготовку и сдачу рекультивированного земельного участка в установленном порядке, а заказчик оплатить выполненные работы в общей сумме 34 841 469 рублей 86 копеек. В определенную договором указанную стоимость в том числе входили затраты на выполнение работ с применением биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, необходимых для выполнения указанных работ в общей сумме 13 450 102 рублей. Данные препараты планировалось приобретать по вышеуказанному договору поставки в ООО «<данные изъяты>». Подписи в предъявленном ему договоре и актах сдачи-приемки оказанных услуг от его имени оставлены лично им. Заключение указанного договора необходимо было для нарабатывания опыта ООО «<данные изъяты>». Данный договор заключался им в соответствии с ранее данными ему указаниями ФИО1 продублированных ему ФИО59 №39 При выполнении указанного договора, ему стало известно от ФИО59 №1 о том, что в действительности биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» вообще не поставлялись от ООО «<данные изъяты>» на ООО <данные изъяты>», и утилизация нефтепродуктов происходила без их применения. Об указанных обстоятельствах у него произошел разговор с ФИО59 №39, в ходе которого он задал тому вопрос о фактической не поставке препаратов, на что тот ему ответил, что это не его дело, его задача заниматься бумажками, так как ФИО1. говорил ему ранее о том, что ФИО59 №39 уполномочен им осуществлять руководство деятельность ООО «<данные изъяты>», он спорить с тем не стал. Далее он обратился к ФИО1 с аналогичным вопросом, сказал, что переживать ему не за что, иди, работай все будет хорошо. При этом, он от указанных лиц, и иных лиц, не получал никакие денежные средства помимо заработной платы, его заработная плата составляла 60000 рублей. Как и кем расходовались денежные средства, полученные за применение указанных биопрепаратов, ему не известно. Как он уже указал выше площадка, на которой ФИО59 №1 якобы осуществлял представительство ООО «<данные изъяты>» в <адрес> была сделана как он понял для «отвода глаз», для того, чтобы не транспортировать биопрепараты в жидком виде из <адрес> с ООО «<данные изъяты>» в <адрес>, потому что было слишком очевидно, что транспорт не ездит за биопрепаратами, потому что в <адрес> нужно было ездить к примеру 8 раз за жидким препаратом, а на месте за один раз якобы забрать из филиала и отвезти на место проведения работ. Как он указал выше, ФИО59 №1 являлся представителем ООО «<данные изъяты>», ответственным за выдачу препарата, иных представителей указанной организации не было. Сдача работ осуществлялась следующим образом. По утвержденной договором № № от ДД.ММ.ГГГГ форме, в ООО»<данные изъяты>» составлялись акты сдачи-приемки оказанных услуг, выполненных работ, куда соответственно вносились не соответствующие действительности сведения о проведенных работах на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» с использованием препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», данные акты составлялись либо им, либо по его поручению ФИО59 №13 Акты сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 629 925,13 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 21 569 004,96 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3 194 139,77 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 448 400 рублей, подписывались им по указанию ФИО59 №39 действовавшего по указанию ФИО1., указания ФИО59 №39 были выражены в следующем, он говорил ему, что он должен был своевременно подготавливать и передавать данные документы в ООО «<данные изъяты>». Направление актов сдачи-приемки оказанных услуг в ООО «<данные изъяты>» осуществлялось в день их подписания им, а именно либо он, либо ФИО59 №13 относили данные документы в канцелярию ООО «<данные изъяты>». Якобы приобретенные в ООО«<данные изъяты>» биопрепараты ООО «<данные изъяты>» якобы получало в <адрес> у ФИО59 №1, и после чего доставляли на место проведения работ. Как он указал выше, фактической поставки указанных препаратов не осуществлялось. При этом указал водителя, указанного в путевых листах, а именно: ФИО59 №4, который якобы выезжал в <адрес> на ООО «<данные изъяты>» для получения указанных препаратов, в соответствии с подписанным им договором с ООО «<данные изъяты>», однако фактически никто из водителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> не выезжал за указанным препаратом, его поставка фактически не осуществлялась. Производственным процессом ООО «<данные изъяты>» на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» руководил ФИО59 №39, тот же организовывал процесс подписания актов-сдачи оказанных услуг и выполненных работ, каким именно образом он это делал, ему доподлино не известно. Он ход работ не контролировал и фактически на место проведения работ не выезжал. Обозрев предъявленные ему документы по договору № Д№ от ДД.ММ.ГГГГ, а также копии актов сдачи–приемки оказанных услуг к указанному договору, и финансово-экономическое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, показал, что ДД.ММ.ГГГГ им как директором ООО «<данные изъяты>» выступающим в качестве «исполнителя» и ООО «<данные изъяты>» выступающим как «Заказчик» в лице генерального директора ФИО59 №9 заключен договор № №. ООО»<данные изъяты>» согласно предмету договора обязалось выполнить работы по рекультивации ионозагрязненных земель на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», а заказчик оплатить выполненные работы в общей сумме 52 998 448 рублей 87 копеек. В определенную договором указанную стоимость в том числе входили затраты на выполнение работ с применением биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, необходимых для выполнения указанных работ в общей сумме 1 280 070 рублей. Данные препараты планировалось приобретать по вышеуказанному договору поставки в ООО «<данные изъяты>». При выполнении указанного договора, ему стало известно от ФИО59 №1 о том, что в действительности биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> вообще не поставлялись от ООО «<данные изъяты>» на ООО «<данные изъяты>», и утилизация нефтепродуктов происходила без их применения. Об указанных обстоятельствах у него произошел разговор с ФИО59 №39, в ходе которого он задал тому вопрос о фактической не поставке препаратов, на что тот ему ответил, что это не его дело, его задача заниматься бумажками, так как ФИО1 говорил ему ранее о том, что ФИО59 №39 уполномочен им осуществлять руководство деятельность ООО <данные изъяты>», он спорить с тем не стал. Далее он обратился к ФИО1 с аналогичным вопросом, сказал, что переживать ему не за что, иди, работай все будет хорошо. При этом, он от указанных лиц, и иных лиц, не получал никакие денежные средства помимо заработной платы, его заработная плата составляла 60000 рублей. Как и кем расходовались денежные средства, полученные за применение указанных биопрепаратов, ему не известно. Как он уже указал выше площадка, на которой ФИО59 №1 якобы осуществлял представительство ООО «<данные изъяты>» в <адрес> была сделана как он понял для «отвода глаз», для того, чтобы не транспортировать биопрепараты в жидком виде из <адрес> с ООО «<данные изъяты>» в <адрес>, потому что было слишком очевидно, что транспорт не ездит за биопрепаратами, потому что в <адрес> нужно было ездить к примеру 8 раз за жидким препаратом, а на месте за один раз якобы забрать из филиала и отвезти на место проведения работ. Как он указал выше, ФИО59 №1 являлся представителем ООО «<данные изъяты>», ответственным за выдачу препарата, иных представителей указанной организации не было. Сдача работ осуществлялась следующим образом. По утвержденной договором № № от ДД.ММ.ГГГГ форме, в ООО»<данные изъяты>» составлялись акты сдачи-приемки оказанных услуг, выполненных работ, куда соответственно вносились не соответствующие действительности сведения о проведенных работах на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» с использованием препаратов «<данные изъяты> и «<данные изъяты>», данные акты составлялись либо им, либо по его поручению ФИО59 №13 Акты сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 003 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3 215 500 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 383 500 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 13 669 364,56 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 652 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 15 232 864,56 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 652 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 118 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 685 086,75 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 7 608 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 120 000 рублей, подписывались им по указанию ФИО59 №39 действовавшего по указанию ФИО1., указания ФИО59 №39 были выражены в следующем, он говорил ему, что он должен был своевременно подготавливать и передавать данные документы в ООО «<данные изъяты>». Направление актов сдачи-приемки оказанных услуг в ООО «<данные изъяты>» осуществлялось в день их подписания им, а именно либо он, либо ФИО59 №13 относили данные документы в канцелярию ООО «<данные изъяты>». Якобы приобретенные в ООО«<данные изъяты>» биопрепараты ООО «<данные изъяты>» якобы получало в <адрес> у ФИО59 №1, и после чего доставляли на место проведения работ. Как он указал выше, фактической поставки указанных препаратов не осуществлялось. При этом указал водителя, указанного в путевых листах, а именно: ФИО59 №4, который якобы выезжал в <адрес> на ООО «<данные изъяты>» для получения указанных препаратов, в соответствии с подписанным им договором с ООО «<данные изъяты>», однако фактически никто из водителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не выезжал за указанным препаратом, его поставка фактически не осуществлялась. Производственным процессом ООО «<данные изъяты>» на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» руководил ФИО59 №39, тот же организовывал процесс подписания актов-сдачи оказанных услуг и выполненных работ, каким именно образом он это делал, ему доподлинно не известно. Он ход работ не контролировал и фактически на место проведения работ не выезжал. Обозрев предъявленные ему документы по договору №Д от ДД.ММ.ГГГГ, а также копии актов сдачи–приемки оказанных услуг к указанному договору, и финансово-экономическое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, показал, что ДД.ММ.ГГГГ им как директором ООО <данные изъяты>» выступающим в качестве «исполнителя» и ООО «<данные изъяты>» выступающим как «Заказчик» в лице генерального директора ФИО59 №10 заключен договор № от ДД.ММ.ГГГГ. На момент заключения указанного договора ему уже доподлинно было известно, что поставка препаратов «<данные изъяты>» и "<данные изъяты>" с ООО «<данные изъяты>» на ООО «<данные изъяты>» в соответствии с договором между указанными организациями подписанным им и ФИО59 №41 соответственно, фактически не осуществлялось, весь документооборот связанный с поставкой данных препаратов являлся фиктивным. Из водителей ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>" никто не выезжал в <адрес> для получения на ООО "<данные изъяты>" указанных препаратов и соответственно в <адрес> края не транспортировал. Данный договор он подписал по указанию ФИО1., который ему говорил, что документально все оформляется верно, никаких проблем не будет, работына территории деятельности "<данные изъяты>" выполняются, вносятся удобрения в виде навоза. При этом, ФИО1. никаких денежных средств за совершаемые им действия ему не обещал, он лишь получал заработную плату как директор данной организации. Он совершал указанные действия, так как боялся, остаться без постоянного источника дохода. ООО»<данные изъяты>» согласно предмету договора обязалось выполнить работы по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), включающие в себя проведение работ по ликвидации 3 (трех) технологических амбаров в соответствии с согласованным и утвержденным проектом; ориентировочный объем 3 (трех) технологическим амбаров - 14 083,85 кв. м.; рекультивация земель нарушенных в результате выполнения работ по ликвидации; общая площадь нарушенных земель 6 131,55 кв. м. (с учетом заключенных дополнительных соглашений), а заказчик оплатить выполненные работы в общей сумме 36 873 017,91 рубль. В определенную договором указанную стоимость в том числе входили затраты на выполнение работ с применением биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», необходимых для выполнения указанных работ в общей сумме 17 142 330 рублей. Данные препараты планировалось приобретать по вышеуказанному договору поставки в ООО «<данные изъяты>». Как он уже указал выше площадка, на которой ФИО59 №1 якобы осуществлял представительство ООО «<данные изъяты>» в <адрес> была сделана как он понял для «отвода глаз», для того, чтобы не транспортировать биопрепараты в жидком виде из <адрес> с ООО «<данные изъяты>» в <адрес>, потому что было слишком очевидно, что транспорт не ездит за биопрепаратами, потому что в <адрес> нужно было ездить к примеру 8 раз за жидким препаратом, а на месте за один раз якобы забрать из филиала и отвезти на место проведения работ. Как он указал выше, ФИО59 №1 являлся представителем ООО «<данные изъяты>», ответственным за выдачу препарата, иных представителей указанной организации не было. Кроме этого, как он указывал выше, со слов ФИО59 №1 ему было известно, что поставка указанных препаратов от ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты> не осуществлялась в указанный период времени. Кроме этого, как он выше указал, об указанных обстоятельствах у него произошел разговор с ФИО59 №39, в ходе которого он задал тому вопрос о фактической не поставке препаратов, на что тот ему ответил, что это не его дело, его задача заниматься бумажками, так как ФИО1. говорил ему ранее о том, что ФИО59 №39 уполномочен им осуществлять руководство деятельность ООО <данные изъяты>», он спорить с тем не стал. Далее он обратился к ФИО1. с аналогичным вопросом, сказал, что переживать ему не за что, иди, работай все будет хорошо. При этом, он от указанных лиц, и иных лиц, не получал никакие денежные средства помимо заработной платы, его заработная плата составляла 60000 рублей. Как и кем расходовались денежные средства, полученные за применение указанных биопрепаратов, ему не известно. Сдача работ осуществлялась следующим образом. По утвержденной договором № от ДД.ММ.ГГГГ. форме, в ООО»<данные изъяты>» составлялись акты сдачи-приемки оказанных услуг, выполненных работ, куда соответственно вносились не соответствующие действительности сведения о проведенных работах на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» с использованием препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», данные акты составлялись либо им, либо по его указанию ФИО59 №13 Акты сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 8 909 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 21 178 073, 91 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 5 605 944 рубля, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590 000 рублей, подписывались им по указанию ФИО59 №39 действовавшего по указанию ФИО1., указания ФИО59 №39 были выражены в следующем, он говорил ему, что он должен был своевременно подготавливать и передавать данные документы в ООО «<данные изъяты>». Направление актов сдачи-приемки оказанных услуг в ООО «<данные изъяты>» осуществлялось в день их подписания им, а именно либо он, либо ФИО59 №13 относили данные документы в канцелярию ООО «<данные изъяты>». Якобы приобретенные в ООО«<данные изъяты>» биопрепараты ООО «<данные изъяты>» якобы получало в <адрес> у ФИО59 №1, и после чего доставляли на место проведения работ. Как он указал выше, фактической поставки указанных препаратов не осуществлялось. При этом указал водителя, указанного в путевых листах, а именно: ФИО59 №4, который якобы выезжал в <адрес> на ООО «<данные изъяты>» для получения указанных препаратов, в соответствии с подписанным им договором с ООО «<данные изъяты>», однако фактически никто из водителей ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не выезжал за указанным препаратом, его поставка фактически не осуществлялась. Производственным процессом ООО «<данные изъяты>» на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» руководил ФИО59 №39, тот же организовывал процесс подписания актов-сдачи оказанных услуг и выполненных работ, каким именно образом он это делал, ему доподлинно не известно. Он ход работ не контролировал и фактически на место проведения работ не выезжал. Обозрев предъявленные ему документы по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, а также копии актов сдачи–приемки оказанных услуг к указанному договору, и финансово-экономическое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, показал, что ДД.ММ.ГГГГ им как директором ООО <данные изъяты>» выступающим в качестве «исполнителя» и ООО «<данные изъяты>» выступающим как «Заказчик» в лице генерального директора ФИО59 №10 заключен договор № от ДД.ММ.ГГГГ. На момент заключения указанного договора ему уже доподлинно было известно, что поставка препаратов «<данные изъяты>» и "<данные изъяты> с ООО «<данные изъяты>» на ООО «<данные изъяты>» в соответствии с договором между указанными организациями подписанным им и ФИО59 №41 соответственно, фактически не осуществлялось, весь документооборот связанный с поставкой данных препаратов являлся фиктивным. Из водителей ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>" никто не выезжал в <адрес> для получения на ООО "<данные изъяты>" указанных препаратов и соответственно в <адрес> края не транспортировал. Данный договор он подписал по указанию ФИО1 который ему говорил, что документально все оформляется верно, никаких проблем не будет, работына территории деятельности "<данные изъяты>" выполняются, вносятся удобрения в виде навоза. При этом, ФИО1 никаких денежных средств за совершаемые им действия ему не обещал, он лишь получал заработную плату как директор данной организации. Он совершал указанные действия, так как боялся, остаться без постоянного источника дохода. ООО»<данные изъяты>» согласно предмету договора обязалось выполнить работы по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), включающие в себя проведение работ по ликвидации 3 (трех) технологических амбаров в соответствии с согласованным и утвержденным проектом; ориентировочный объем 3 (трех) технологическим амбаров - 2 541,88 кв. м.; рекультивация земель нарушенных в результате выполнения работ по ликвидации; общая площадь нарушенных земель 2 479,56 кв. м. (с учетом заключенных дополнительных соглашений), а заказчик оплатить выполненные работы в общей сумме 6 173 992,06 рублей, с учетом дополнительных соглашений. В определенную договором указанную стоимость в том числе входили затраты на выполнение работ с применением биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», необходимых для выполнения указанных работ в общей сумме 5 133 938 рублей. Данные препараты планировалось приобретать по вышеуказанному договору поставки в ООО «<данные изъяты>». Как он уже указал выше площадка, на которой ФИО59 №1 якобы осуществлял представительство ООО «<данные изъяты>» в <адрес> была сделана как он понял для «отвода глаз», для того, чтобы не транспортировать биопрепараты в жидком виде из <адрес> с ООО «<данные изъяты>» в <адрес>, потому что было слишком очевидно, что транспорт не ездит за биопрепаратами, потому что в <адрес> нужно было ездить к примеру 8 раз за жидким препаратом, а на месте за один раз якобы забрать из филиала и отвезти на место проведения работ. Как он указал выше, ФИО59 №1 являлся представителем ООО «<данные изъяты>», ответственным за выдачу препарата, иных представителей указанной организации не было. Кроме этого, как он указывал выше, со слов ФИО59 №1 ему было известно, что поставка указанных препаратов от ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты> не осуществлялась в указанный период времени. Кроме этого, как он выше указал, об указанных обстоятельствах у него произошел разговор с ФИО59 №39, в ходе которого он задал тому вопрос о фактической не поставке препаратов, на что тот ему ответил, что это не его дело, его задача заниматься бумажками, так как ФИО1 говорил ему ранее о том, что ФИО59 №39 уполномочен им осуществлять руководство деятельность ООО «<данные изъяты>», он спорить с тем не стал. Далее он обратился к ФИО1. с аналогичным вопросом, сказал, что переживать ему не за что, иди, работай все будет хорошо. При этом, он от указанных лиц, и иных лиц, не получал никакие денежные средства помимо заработной платы, его заработная плата составляла 60000 рублей. Как и кем расходовались денежные средства, полученные за применение указанных биопрепаратов, ему не известно. Сдача работ осуществлялась следующим образом. По утвержденной договором № от ДД.ММ.ГГГГ. форме, в ООО»<данные изъяты>» составлялись акты сдачи-приемки оказанных услуг, выполненных работ, куда соответственно вносились не соответствующие действительности сведения о проведенных работах на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» с использованием препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», данные акты составлялись либо им, либо по его указанию ФИО59 №13 Акты сдачи–приемки оказанных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 295 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 502 255,64 рубля, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3 082 630,42 рубля, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 940 106 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 354 000 рублей, подписывались им по указанию ФИО59 №39 действовавшего по указанию ФИО1., указания ФИО59 №39 были выражены в следующем, он говорил ему, что он должен был своевременно подготавливать и передавать данные документы в ООО «<данные изъяты>». Направление актов сдачи-приемки оказанных услуг в ООО «<данные изъяты>» осуществлялось в день их подписания им, а именно либо он, либо ФИО59 №13 относили данные документы в канцелярию ООО «<данные изъяты>». Якобы приобретенные в ООО«<данные изъяты>» биопрепараты ООО «<данные изъяты>» якобы получало в <адрес> у ФИО59 №1, и после чего доставляли на место проведения работ. Как он указал выше, фактической поставки указанных препаратов не осуществлялось. При этом указал водителя, указанного в путевых листах, а именно: ФИО59 №4, который якобы выезжал в <адрес> на ООО «<данные изъяты>» для получения указанных препаратов, в соответствии с подписанным им договором с ООО «<данные изъяты>», однако фактически никто из водителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не выезжал за указанным препаратом, его поставка фактически не осуществлялась. Производственным процессом ООО «<данные изъяты>» на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» руководил ФИО59 №39, тот же организовывал процесс подписания актов-сдачи оказанных услуг и выполненных работ, каким именно образом он это делал, ему доподлино не известно. Он ход работ не контролировал и фактически на место проведения работ не выезжал. Общий порядок заключения договоров был следующий. В ООО «<данные изъяты>» на электронной площадке <данные изъяты> размещалось извещение о необходимости проведения работ для нужд ООО «<данные изъяты>». Все организации готовые принять участие в торгах, подпадающие под критерии заявки, могли участвовать в конкурсе для заключения договора. Он готовил советующий пакет документов, в который входило: калькуляция стоимости работ, документы о технических возможностях выполнения работ, наличие лицензии на выполнение данного вида работ, а также кадровый ресурс и в электронной форме направлял их для участия в конкурсе на указанную площадку. Во всех вышеперечисленных случаях ООО «<данные изъяты>» выиграло по конкурсу, и в результате были заключены вышеуказанные договоры с ООО «<данные изъяты>». При этом форма договора заранее была утверждена ООО «<данные изъяты>» и являлась частью конкурсной документации. В связи с чем, никаких условий договора, в том числе стоимость и объем работ с директором ООО «<данные изъяты>» не обсуждал и вообще лично с тем не знаком. Участия в названных конкурсах он принимал по ранее данным ему указаниям ФИО1., которые дублировались ФИО59 №39 При этом, информация о проведении конкурсов являлась открытой. Всей технической и производственной деятельностью ООО «<данные изъяты>» занимался и контролировал ФИО59 №39, без которого ни одна машина никуда не выезжала, именно он контролировал все объекты и приемку работ сотрудниками ООО «<данные изъяты>», он при этом на объекты не выезжал и при приемке работ не присутствовал. Все указанные документы, он подписывал в кабинете директора находящемся на первом этаже административного здания ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>. Расчетный счет ООО "<данные изъяты>" № на который поступали денежные средства от ООО "<данные изъяты>" по вышеуказанным договорам открывался еще до его назначения на должность директора ООО "<данные изъяты>", но ему доподлино известно, что указанный счет открывался через филиал банка <данные изъяты>, расположенный по адресу: <адрес> Денежные средства за приобретение препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» перечислялись с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет ООО «<данные изъяты>», что с указанными денежными средствами происходило в дальнейшем, ему не известно. Ему из указанных денежных средств никто и ничего не давал, он лишь получал заработную плату как директор ООО «<данные изъяты> более ни от кого никакие деньги не получал. Обозрев предъявленные ему документы между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», а именно договор поставки № от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому поставщик – ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО59 №41 обязуется передавать, а покупатель – ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО29 принимать и оплачивать товар в соответствии со спецификациями (перечень которых отражен в протоколе допроса ФИО29), что подпись на них от его имени оставлена им. Согласно данным документам, ООО <данные изъяты>» должно было выезжать на территорию деятельности ООО «<данные изъяты>» в <адрес> получать препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», и привозить на вышеуказанную производственную площадку на которой осуществлял трудовую деятельность представитель ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №1, который в последующем должен был выдавать данные препараты работникам ООО «<данные изъяты>» для выполнения работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>». Как выяснилось весь указанный документооборот является фиктивным, никаких поставок данных препаратов из <адрес> на ООО «<данные изъяты>» не было. О том, что документооборот фиктивный ему стало известно, после разговора с ФИО59 №1 в ходе которого тот ему сообщил, что поставки препаратов фактически не осуществляются. При этом, ФИО1. ему всегда говорил, что его задача заниматься документами, за остальное он не должен беспокоится так как все будет хорошо. ДД.ММ.ГГГГ года точно не помнит,ФИО59 №39 познакомил его лично с ФИО59 №41, отчество, не помнит, который занимал должность генерального директора ООО «<данные изъяты>» дислоцирующейся в городе <адрес>. ООО <данные изъяты>» как он выше указал, занималось производством биопрепарата «<данные изъяты>» и органно-минерального комплекса «<данные изъяты>», как он понял, это являлось разработкой ФИО59 №41. ФИО59 №39 познакомил ему с ФИО59 №41, между ними произошел разговор, он подписал договор на право использования технологии по очистке нефтепродуктов с использованием препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». ФИО59 №41 оставил ему контакт и оставил контакты кого-то из его сотрудников. Когда он заключал договоры поставки указанных препаратов в настоящее время, не помнит, возможно, ранее этой встречи, возможно при указанной встрече. Более с ФИО59 №41 ничего не обсуждал. В дальнейшем заявки о потребности в «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» сбрасывал электронной почтой ФИО59 №41, а в последующем контактировал с технологами ООО «<данные изъяты>», данные которых, не помнит. После этого, ООО «<данные изъяты>» начала приступать к выполнению экологических работ на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», по результатам проведенных аукционов в ДД.ММ.ГГГГ года точные даты не помнит в его лице как директора ООО «<данные изъяты>» (подрядчик) с ООО «<данные изъяты>» заключено три договора, и в ДД.ММ.ГГГГ два договора. Во всех указанных договорах прописывалась необходимость в применении при выполнении работ органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» и биопрепарата «<данные изъяты>». Как он указывал, производственной частью работ руководил ФИО59 №39 В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО59 №39, назначен на должность бригадира в ООО «<данные изъяты>». Работы все как он думал, выполняются, так как нареканий со стороны заказчика не было, они были но не значительные. При изучении бухгалтерской документации ООО «<данные изъяты>» в одной из транспортных-накладных он обратил внимание, что в ней указаны данные водителей ООО «<данные изъяты>» В., кого именно не помнит, и указанно транспортное средство, на котором тот должен поехать в <адрес> или <адрес>, и получить там приобретенные в ООО «<данные изъяты>» препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», которые в последующем должны были быть применены при выполнении работ для ООО «<данные изъяты>». Однако, он в указанное в накладной время видел и водителей и транспортное средство на территории базы «<данные изъяты>». После этого, точные даты не помнит, у него произошел разговор с ФИО59 №1, в ходе которого он у того интересовался как происходит приемка и разбавление, внесение в почву препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», на что ФИО59 №1 ему сказал, что фактически указанные препараты при выполнении работ не применяются, так как фактически их поставка не осуществляется, поставка оформляется лишь документально, а фактически ее нет. Он тому на это ничего не ответил. После этого, у него произошел разговора с ФИО59 №39, он у того спросил почему фактически не осуществляется поставка препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», на что ФИО59 №39 ему ответил, что это не его дело, не лезь куда не надо, занимайся бумажками. Он спорить не стал. После этого, он на эту тему разговаривал непосредственно с ФИО1., на что тот ему сказал, что не переживай все будет хорошо. Он попросил ФИО1., чтобы ООО «<данные изъяты>» не принимало участие в таких поставках, тот сказал не переживай. Спустя незначительное время, появился договор аренды, согласно которому ООО «<данные изъяты>» арендует территорию бывшего асфальтового завода в <адрес>, и оттуда будет осуществляться поставка препаратов на ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Официальным представителем ООО «<данные изъяты>» был назначен ФИО59 №1. В последующем в ходе бесед с ФИО59 №1, ему стало известно, что на территорию асфальтового завода никаких поставок указанных препаратов с ООО «<данные изъяты>» не осуществляется. Это было сделано для того, что ООО «<данные изъяты>» осуществляет внутреннее перемещение товара. ФИО59 №39 в его очередь получает готовый препарат, который в свою очередь должен был готовить ФИО59 №1, а ФИО59 №39 уже должен был взять готовый препарат и применить его на объектах выполнения работ. Однако, как говорил ему ФИО59 №1, тот никакой препарат не готовил, так как в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ года в объеме указанном в документах указанные препараты не завозились. Соответственно ФИО59 №39 ничего не получал и в почву не вносил. Он за указанные действия никаких денежных средств помимо заработной платы не получал. Готовил документы – заявку на потребность в указанных препаратах по указаниям ФИО59 №39 и ФИО1. лично он. Ни он лично, ни инженеры-экологи фактически на объекты не выезжали. Всем производственным процессом руководил ФИО59 №39 лично. Кроме этого, он спрашивал у ФИО59 №39 каким-образом, они сдадим работы, если указанные препараты в почву не вносятся, на что тот ему ответил, что у ФИО59 №42 есть связи с лабораторией, и он этот вопрос решит, что это не его дело. Учитывая, что претензий со стороны заказчика не было, он понял, что ФИО59 №42 действительно решал вопросы с сотрудниками лаборатории, с кем именно, он не знает. Но исходя из того, что он практически всегда лично забирал готовые результаты протоколов измерений в <данные изъяты>, они всегда были соответствующие установленным нормам. Поэтому для себя он понял, что там действительно решался вопрос. (т.14 л.д. 51-77) После оглашения данного протокола допроса ФИО29 пояснил, что он не читал эти показания. Обстоятельства, которые изложены, которые сейчас известны ему, не соответствуют фактическим обстоятельствам. Показания намешаны, какие соответствуют, какие-то нет. Все это так оформлено и так изложено, фиктивный документооборот, он такие показания не давал и не мог дать. Кроме того, такие обстоятельства, если ему предъявлялись документы, там даже сумма <данные изъяты>, препарата поставляемого, не соответствует договору. Он открыл договор, посмотрел, если бы он давал, договоры проверял, он бы хотя бы цифры проверил. В суммах не соответствия. А если говорить о том, что препарат не поставлялся, при работах на полигоне. Полигон был объект повышенной опасности, там видео контроль был, весовой контроль был, там находилось минимум 3 сотрудника постоянная охрана, круглосуточная. Туда заезжала машина, выгружались препараты. И говорить о том, что туда ничего не поставлялось, не завозилось исходя из логики, изложенной в допросе, это не отвечает действительности. Пустая бочка туда заходила. Полигон, это капитальное строение, территория огороженная, это договор субподряда. Если препарат не поставлялся зачем ему созваниваться, общаться с «<данные изъяты>». Зачем ему вникать в это если там документооборот фиктивный. Он не знает когда работал ФИО59 №40. Когда он начал сотрудничать, понимал, что будет соглашение, он конечно же, все эти материалы не читал, соглашался со всем, что есть. Следователь все сам написал, а он пришел, подписал не читая. И по поводу фиктивного документооборота, на сегодняшний день, во всяком случае в РФ, не существует никакого иного способа подтвердить выполнение работ как документы. Реально документы, которые подписывает не один человек, а большое количество людей. Поэтому только документами можно подтвердить работы и внесение. Он подтверждает показания, которые дает в суде сейчас. Подтверждает или нет эти оглашенные показания, невозможно сказать, там много обстоятельств описано. Получается, что совпадает с его показаниями, данными в судебном заседании, эти подтверждает, все остальное не соответствует. Что там фиктивные, что никто не завозил ничего, ФИО59 №39 говорил, не лезь ни в свое дело, не подтверждает. При этом допросе оперативный сотрудник, не всегда, но присутствовал. Встречал его оперативный сотрудник, провожал его оперативный сотрудник в кабинет к следователю. При допросе выводил, общался, при допросе не было, в коридоре они общались. Адвокат ФИО43 ничего не делал, он по назначению, что ему говорит подзащитный, то он и делает. С материалами дела они ознакомились за 2 дня. Понятно, что физически они не могли ознакомиться. У него не было варианта не согласиться с написанным. В суде апелляционной инстанции он говорил, что не согласен, что отказывается от досудебного соглашения, не признает себя виновным. Оценивая показания подсудимого ФИО29 суд считает их неискренними, данными с целью избежать уголовной ответственности за совершенные преступления. Данный вывод суда основывается на исследованных в судебном заседании доказательствах, представленных стороной обвинения. В судебном заседании государственный обвинитель отказался от обвинения ФИО29 в части совершения хищения денежных средств ООО «<данные изъяты>» по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, так как уголовное преследование по данным эпизодам было прекращено на стадии предварительного следствия в отношении иных лиц, в группе с которыми подсудимому ФИО29 было предъявлено обвинение, в том числе и в хищении денежных средств по указанным договорам, поддержав обвинение в части хищения по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ. Уголовное преследование в указанной части было прекращено на основании постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1., ФИО59 №41, ФИО59 №40 и ФИО59 №39 (копии прилагаются). В тоже время уголовное дело в отношении подсудимого ФИО29, которому было предъявлено обвинение в совершении хищения в сговоре с указанными лицами, было выделено в отдельное производство ранее – ДД.ММ.ГГГГ. Возражений от сторон не поступило и суд при таких обстоятельствах соглашается с мнением государственного обвинителя, так как в соответствии с действующим УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем. В обоснование вины ФИО29 в совершении указанных выше преступлений в части хищения денежных средств по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО <данные изъяты>», от обвинения в совершении которых государственный обвинитель не отказался, стороной обвинения представлены следующие доказательства, исследованные судом, которые суд считает возможным приводить сразу по всем указанным преступлениям, так как они были совершены одними и теми же лицами, в отношении одного потерпевшего, при одних и тех же свидетелях и все доказательства имеют отношение к обстоятельствам совершения всех преступлений. Так из показаний в судебном заседании представителя потерпевшего ООО "<данные изъяты>" (ранее ООО "<данные изъяты>") ФИО28, известно, что с ДД.ММ.ГГГГ он работает главным специалистом отдела по экономической безопасности управления по экономической безопасности в ООО «<данные изъяты>». В его обязанности входит в основном представление интересов в суде, подача заявлений, участие в судебных заседаниях, предварительное следствие, подача гражданских исков. Он лично стал представителем потерпевшего после трудоустройства с ДД.ММ.ГГГГ. Он непосредственно участником тех событий не был, заключением договоров, их исполнением и контролем не занимался. По поводу хищения денежных средств по данному уголовному делу вкратце может пояснить, что, были заключены 5 договоров, в рамках которых «<данные изъяты>» должна была проводить рекультивацию земельных участков. Инициатором рекультивации был ООО "<данные изъяты>". После предоставления всех документов о завершении работ проводились экспертизы, в рамках которых было выявлено, что не вносился «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». Невыполнением данных договоров им и был нанесен ущерб. С суммой, которая установлена по обвинительному они согласны. Ими было подано исковое заявление, которое он поддерживает в полном объеме. Заявление о возбуждении уголовного дела, скорее всего подавал ФИО 28 – на тот момент главный специалист отдела экономической безопасности тогда еще ООО «<данные изъяты>». Гражданский иск заявлялся в солидарном порядке ко всем участникам, потом выделили в отдельное производство в отношении ФИО31 и соответственно по его эпизодам предъявили и уточнили гражданский иск по экспертизам, ущерб сформировался на основании заключения эксперта. Куратором договоров был ФИО59 №40, который является обвиняемым по основному уголовному делу. С подсудимым ФИО31, как руководителем ООО «<данные изъяты>», он не знаком. Ему знакомы фамилии М., ФИО59 №41, ФИО59 №40, ФИО59 №39 в связи с тем, что они являются фигурантами основного уголовного дела. Никаких трудовых взаимоотношений у него с ними не было, лично он с ними не знаком и в деятельности «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не участвовал. От «<данные изъяты>» в проверке работ по рекультивации от их управления участвовал куратор договора, который должен выезжать и осматривать земельный участок, где проводилась рекультивация. После того как он стал сотрудником данного предприятия, он не выезжал на эти объекты, в осмотрах места происшествия не участвовал. Ему известно, что при отборе проб сотрудники ООО «<данные изъяты>» выезжали. Договоры, которые не были исполнены, были заключены и гендиректором ФИО59 №9, и гендиректором ФИО59 №10. Денежные средства по всем договорам были оплачены. По условиям договора должны были предоставлять информацию по купле-продаже необходимых препаратов, так же какие-то акты выполненных работ и фотографии именно при внесении. Он не знает, кто от ООО "<данные изъяты>" подписывал эти акты, видимо куратор, он проверяет, подписывает, подтверждает, что работы выполнены. После этого документы предоставляются в бухгалтерию, директору генеральному, он визирует, подписывает и потом передают на оплату. Директоры были ФИО59 №9, затем ФИО59 №10. Документы все эти, акты выполненных работ были изъяты. Дата совершения преступления с ДД.ММ.ГГГГ год, договоры были заключены ДД.ММ.ГГГГ годы. Это было на протяжении какого-то времени и потом было выявлено, что что-то пошло не так. Сумма ущерба была установлена еще ООО «<данные изъяты>», экспертиза проводилась в ДД.ММ.ГГГГ году. Сейчас их предприятие называется ООО «<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ году акционеры приняли решение создать ООО «<данные изъяты>», то есть оно было создано впервые как самостоятельное юридическое лицо, не имеющее правопредшественников. ООО «<данные изъяты>» начало свою собственную деятельность ДД.ММ.ГГГГ. ООО «<данные изъяты>» не было создано, оно просто переименовано (из ООО "<данные изъяты>"). В ДД.ММ.ГГГГ году решением единственного участника было принято решение и изменили название юридического лица на ООО «<данные изъяты>», является прямым и полным правопреемником ООО «<данные изъяты> Смены собственника не происходило, произошла смена участника. То есть в ДД.ММ.ГГГГ г. было создано юридическое лицо ООО «<данные изъяты>» был присвоен ИНН, ОГРН. Единственным участником общества до ДД.ММ.ГГГГ года являлось ОАО «<данные изъяты>» впоследствии было переименовано в ПАО «<данные изъяты>» и им принадлежало 100% доли в уставном капитале. В ДД.ММ.ГГГГ сменился состав участников ООО «<данные изъяты>», единственным участником стало ООО «<данные изъяты>», но не собственником, собственник так и остался ООО «<данные изъяты>». То есть в процессе деятельности ООО «<данные изъяты>» все что приобреталось, все что оплачивалось, все за счет ООО «<данные изъяты>». ООО как было так и есть, у него остались свои ОГРН, ИНН. Сейчас 100% доли в уставном капитале принадлежит ООО «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ произошла смена участника, произошел переход уставного капитала, а ДД.ММ.ГГГГ смена наименования. Собственник может распоряжаться своим имуществом, а участник занимается распределением прибыли от деятельности общества. ООО «<данные изъяты>» может уступить долю ООО «<данные изъяты>», но это не распоряжение имуществом. Имущество так и остается все у ООО «<данные изъяты>», произошла перерегистрация только в налоговой о внесении изменений об учредителе. Договоры, которые, как указано в материалах уголовного дела, не были исполнены, заключался между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ году подписывал генеральный директор ФИО59 №9 и ФИО31. В ДД.ММ.ГГГГ году два договора подписывал ФИО59 №10 и ФИО31. На данный момент договорных отношений между ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» нет. Им уточнены исковые требования, просит взыскать с ФИО31 сумму причиненного ущерба в размере 162394364 рубля 49 копеек. Это ущерб в связи с не исполнением пяти договоров общая сумма. Из показаний в судебном заседании допрошенной в качестве специалиста Специалист №1 известно, что она работает в ООО «<данные изъяты>» начальником отдела охраны окружающей среды. У нее высшее образование, она заканчивала в 2006 году <данные изъяты>, эколог-природопользователь, специальность «природопользование». В <данные изъяты>» она работает с ДД.ММ.ГГГГ. В ее обязанности входит соблюдение и обеспечение требований природоохранного законодательства на производстве. Хозяйственная деятельность «<данные изъяты>» связана с таким видом негативного воздействия на окружающую среду как нарушение земельных участков в результате аварийного розлива нефти и нефтепродуктов из трубопровода. Обязанность хозяйствующих субъектов это привести в порядок, минимизировать риск воздействия или ликвидировать последствия, в том числе и проведение аварийных, восстановительных и рекультивационных работ на земельных участках. Членом комиссии по приему работ связанных с рекультивацией она не является, но на места выезжает с целью зафиксировать объемы, площади нарушенных земель с помощью маркшейдерской съемки. Есть постановление Правительства «О ликвидации аварийных розливов нефти и нефтепродуктов». При наступлении аварийного розлива нефти и нефтепродуктов хозяйствующий субъект должен действовать в соответствии с разработанным им планом аварийных мероприятий, который утвержден с органами власти, в том числе он должен оповестить соответствующие органы о произошедшей ситуации, направить технику, силу, средства в достаточном количестве для ликвидации или минимизации этого воздействия. Органы власти самостоятельно фиксируют оказываемое негативное воздействие в результате аварийного розлива нефти и нефтепродуктов. В момент аварийного розлива все направлено на то чтобы не отбирать пробы, а устранить последствия аварийного розлива. Затем, когда уже начнутся восстановительные работы, плановые в том числе и в части рекультивации земель, для исходных данных для проектирования, отбираются пробы на загрязненном или нарушенном участке чтобы установить остаточное количество нефти, нефтепродуктов, тяжелых металлов, бензоперина и иных веществ, чтобы разработать достаточные технологические решения для ликвидации и восстановления земельного участка. Каким показателям должен соответствовать земельный участок после рекультивации зависит от категории земельного участка, на который разлилась нефть. В приоритете у государства всегда самые ценные категории земель – земли сельхоз назначения, к ним применяются особые критерии. В том числе есть Постановление №612 РФ об особенностях, которое устанавливает критерии по которым в случае снижения калия, фосфора и иных, уже считается что участок не пригоден. Про нефтепродукты, как определить пригодна земля после рекультивации, достигли ли мы своей цели в РФ такого документа нет. Есть письмо <данные изъяты> об ущербе, но в <адрес> есть приказ <данные изъяты> утверждении краевого норматива «Допустимое остаточное содержание нефти и продуктов ее трансформации в почвах после проведения рекультивационных работ на территории <адрес>». Для нашей зоны он составляет 5 грамм нефти на килограмм почвы. Если произошел большой аварийный розлив нефти, когда силами организация не справится и когда для восстановления требуется проведение рекультивационных работ, восстановление земельного участка для возвращения его в оборот земель для использования по целевому назначению, то тогда эти работы они отдают на выполнение подрядным организациям. Специалист взаимодействует с подрядчиками только в части контроля. Если условиями договора предусматривается поэтапное выполнение работ или проведение какого-то промежуточного контроля получения протокола проведения исследования испытаний, который выполняется подрядчиком, то конечно промежуточный контроль, осуществляется, но ежедневного взаимодействия специалиста «<данные изъяты>» с подрядной организацией, которую они и взяли, потому что она обладает специальными знаниями, квалифицированным штатом, специальной техникой, имеет опыт применения каких-то технологий, нет. За все ее время работы экологом она не осуществляла контроль за подрядчиками которые использовали технологию с препаратами «<данные изъяты>». Постановлением Правительства РФ №800 утверждены правила проведения рекультивации, все четко написано. Прежде всего разрабатывается проект рекультивации, не всегда он основан на какой-то конкретной технологии. Он прежде всего должен решать задачу по восстановлению земельного участка и возвращения его в оборот по его целевому назначению. Если есть стороннее загрязнение, не важно нефтью или еще чем-то, то прежде всего все должно быть направлено на устранение этих сторонних загрязнителей. Один из самых трудных способов рекультивации земель, это рассолить засоленную почву, он еще и длительный по времени, потому что естественные факторы никуда не деваются, ни температура, ни влажность, ни другие. Химические препараты применяются в меньшей степени, потому что любое привнесение в уже засоленную почву может негативно сказаться. <данные изъяты> широко применяемы, их эффективность изучена – это общее название препаратов, целью которых является ликвидация органических веществ в почве, нужно уточнить каким препаратом работали. Есть общее понятие антибиотики, у каждого есть название и разные виды действия на особые микроорганизмы или патологии. Так и с <данные изъяты>, есть конкретные препараты решающие конкретную точечную проблему. Это все описывается в рамках проекта рекультивации, и обосновывается применение каждого препарата, согласно его инструкции, для каждого конкретного земельного участка. Не может быть типового проекта, потому что земельные участки разные, разные категории, виды разрешенного использования, целевого назначения. <данные изъяты> это микробиологический препарат, вещество, оно может быть и химическим и биологическим, могут бактерии жить вместе с химическими веществами, целью этих <данные изъяты> является разложение и удаление органических соединений, из которых состоит нефть. Для этого нужны еще природные условия. Все зависит от зараженной местности. Большинство препаратов работают при плюсовых температурах. Препарат, который фигурирует в договорах, невозможно идентифицировать, потому что это широкое понятие «<данные изъяты>». Может быть и есть такое коммерческое название «<данные изъяты>». У каждого <данные изъяты> есть инструкция по применению. Обязательно торговые названия должны быть. Они и реализуются как удобрения под какой-то маркой определенной. Каждый препарат должен был назван, поименован, обязательно к проекту рекультивации и к работам по рекультивации должны быть документы, сертификат соответствия. Из этого названия, которое указано невозможно идентифицировать какой конкретно препарат. Можно развести 100 грамм на литр и он сработает, а где-то надо литр на 100 грамм. Они чаще всего разводятся и соломку подстилают, чтобы бактерии питались и чем-то просыпают. <данные изъяты> может быть биологический и химический, бывает и порошковая фракция, и пастообразная, и жидкие. Если <данные изъяты> приобретали, то должны быть и документы на его закупку, изготовитель хотя бы должен быть у этого препарата, надо у «<данные изъяты>» запросить документы на этот препарат. У него есть паспорт качества, сертификат безопасности, инструкция по применению, технологический регламент или технические условия на препарат тоже не обходимы. <данные изъяты>» это тоже биопрепарат, но это не <данные изъяты> он является агрохимикатом. Чтобы получился по ТУ продукт не только <данные изъяты> добавлять нужно, но и чистый грунт в определенных пропорциях, и время, и кратность, и температура, все должно сложиться. «<данные изъяты>» это маркетинговое название. Что такое «<данные изъяты> надо смотреть в ТУ на этот препарат, что он из себя представляет, если есть марка значит есть какое-то различие в использовании. В период ее работы в ООО «<данные изъяты>» сама организация какие-то рекультивационные работы не проводила. Для проведения работ по рекультивации не нужно обладать ни лицензией, ни наличием технологий, экспертизой в банке данных технологий, но только при рекультивации нарушенного земельного участка. Если на участке находится нефтешламовый амбар, какие-то отходы с загрязненными нефтепродуктами, и подтверждено протоколом КХА содержание нефтепродуктов, тогда вопрос стоит об обращении с отходами производства, и о первичном, вторичном проведении рекультивации на данном земельном участке. ФИО34 амбар это советское историческое наследие когда технология добычи нефти предполагало устройство таких амбаров куда сливались остатки, то что не ушло в трубу, это будет что-то такое густое, пастообразное, трудно отделяемое, фракция которая подлежит обезвреживанию и утилизации, это участок местности чаще всего углубленный. Тут как раз и стоит вопрос, о рекультивации нефтешламов, это уже не рекультивация нарушенных или загрязненных земельных участков, так как это представляет собой строение либо сооружение. То есть углубленный котлован, обвалованный по периметру, то есть изъять содержимое, обезвредить а потом уже восстановить земельный участок, который был под этим содержимым занят. Эти амбары нефтешламовые перерабатываются, удаляется это все, можно очистить. Точно так же содержимое изымается, вывозится на специализированные полигоны, обычно перолизные установки применяются, то есть высокотемпературные, сжигается, прокаливается. Потом производится восстановительный этап в той местности где было это содержимое. Бывают и перекрытия земельных участков отходами 3, 4, 5 класса опасности с высоким содержанием нефти, более 15% -3 класс, менее 15%- 4 класс, и иными отходами. Прежде чем приступить к рекультивации, эти отходы в соответствии с 800-тым Постановлением, в соответствии с ГОСТом, должны быть удалены с этого участка как сторонние загрязнения. Обращение с отходами - это лицензированный вид деятельности, не любая организация может вывозить или удалять или обезвреживать эти отходы с земельного участка, а только организация имеющая лицензию на выполнение работ по сбору, транспортированию, утилизации отходов. Технологические способы применения препаратов в разных местностях применяются разные, нормы внесения могут быть разные к разным загрязнениям если даже применяется один препарат. В инструкции к препарату указывается норма, температура, при какой он будет работать, там говорится как с ним работать чтобы получить результата. И сколько нужно граммов в литре растворить, какая кратность выдержки, какая кратность разбавления, какая норма внесения, чтобы обезвредить допустим 30 см грунта толщиной. Постановление №800 говорит о том, что нужно довести до состояния пригодного и в том числе рекультивация должна следовать и проводиться по принципу сельскохозяйственного направления земель. А именно главным условием является наличие корнеобитаемого слоя почвы, т.е. должны восстановить не менее 30 сантиметров, зависит от того какие растения изначально произрастали, если там была кустарниковая, или лесная растительность, то это другое. На территории <адрес> это порядка 30-40 см, есть ГОСТ отбор проб почвы, то есть мы говорим об ионозагрязненных землях там до метра глубиной необходимо отбирать пробы. Если это нефтезагрязненные земли, тут специалист лаборатории должен дать пояснения на какую глубину и по какому слою, они начнут копать и хорошо видно цвет меняется горизонтов. Допустимые остатки содержания нефти этот критерий применяется только для нашего субъекта, потому что это региональный нормативный акт. И там есть важное уточнение, что только после рекультивационных работ проведение. Что бы оценить качество проведения работ, только для этих целей он применяется, а для того чтобы определить критерий загрязнения почвы, единого норматива нет в РФ, потому что в некоторых регионах или субъектах нефтепродукт является естественным фоном. Поэтому все руководствуются письмом <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ., который определяет что для оценки содержания нефти и нефтепродуктов в почве принята классификация показаний в почве загрязнения. То есть более 5000 миллиграмм на килограмм - это очень высокий, 3000-5000-это высокий, 2000-3000- это средний уровень загрязнения, 1000- 2000- низкий. В любом случае наличие содержания нефти это уже является в данном количестве показателем уровня загрязнения почвы, и должны быть проведены мероприятия на ликвидацию или минимизацию этих продуктов в почве. И только после проведения этих мероприятий делаются повторные лабораторные исследования подтверждающие эффективность применяемой технологии этих проведённых мероприятий. Т.е. перед тем как преступить к рекультивации делается изыскание, отбирается проба, в лаборатории определяют содержание нефтепродуктов в земле и к классификации применяется эта шкала. Дальше проводятся рекультивационные, восстановительные работы, не сравниваются с допустимым остаточным продуктом, сравниваются с изысканиями на этом земельном участке. <данные изъяты> допускается наличие 5 грамм нефти на килограмм, их должно стать меньше 3-х, а желательно меньше 1 грамма на килограмм. Есть нормы к ионозагрязненным землям, есть классификация почв ФИО44 но это надо звать агрохимика или агронома. Потому что засолениями чаще всего характеризуют земли сельхозназначения и это узкая специфика, которая подведомственна агрономам или агрохимикам. В арбитражном суде сейчас находится спор, ООО «<данные изъяты>» подало иск к ООО «<данные изъяты>», что они должны им деньги за работы которые они проводили по № договору, а именно по рекультивации ионозагрязненых земель. Солончаки бывают в природе, но в данном случае, привнесенное было засоление в результате подтопления, там труба проходила водовод, на <адрес> месторождении, она ветхо-аварийная судя по всему, это вода. Это побочный продукт добычи нефти, отделяют фракцию легкую нефти. И это было подтопление в результате порыва этого трубопровода и «<данные изъяты>» как ответственный природопользователь и в соответствии с законодательством как лицо нарушившее земельный участок принял на себя обязательство по рекультивации восстановлению заключив договор с «<данные изъяты>». По этому договору, о котором идет спор, сами решения технологические ставят в недоумение. Сначала пишут о том, что предполагается доставка нефтезагрязненного грунта на полигон, как минимум они думали, что будут обращаться с отходом, потом они говорят что доставка далее не осуществляется, осуществляется переработка грунта на временной технологической площадке на месте рекультивации. Далее в таблице производства работ они рассчитывают погрузку загрязненного грунта в самосвалы, вывоз его на территорию сектора полигона и т.д. немного не понятно, что же делалось по обращению. Предмет договора №, это и есть комплекс работ по восстановлению земель до качества земель сельскохозяйственного назначения (пастбища). Это конечная цель - привести его в состояние пригодное для того чтобы там была трава поедаемая животными - это пастбище. Договор был заключен в ДД.ММ.ГГГГ и срок его окончания ДД.ММ.ГГГГ года, и каждый год там поэтапное выполнение работ, высев в том числе. Посеяли, сразу взошла, сразу 70% устойчивого покрова получили, не взирая на то, что всё находится в <адрес>, сеется в августе. Это не правильно, агротехника была не соблюдена учитывая особенность полупустыни, учитывая вегетационный период того растения, которое они высаживали. Они высадили травы галофиты, которые притягивают соль из почвы, но в пастбища должны были немного другую траву. Согласно технологическим решениям они должны быть посеяны, взойти, вегетировать, накопить в себе ионы токсичных солей, должны быть убраны, вывезены с территории участка, и уничтожены. Тут покос трав есть, потом глубокая вспашка, а посев август, конец сентября. Это на горячую землю, на сковородку бросить семена. Никто не сеет в августе в горячую почву в <адрес> в 50 градусов. И еще ООО «<данные изъяты>» было допущено отклонение от проектных решений которые они предусматривают. Изначально технологией проекта предусматривался посев аборигенной растительности - смесь трав, они отступили проектных решений, от проекта рекультивации, от плана производства работ и посеяли совершенно другое растение - кострец безостый. План производства работ по рекультивации ионозагрязненных земель на территории <адрес> месторождения, такой документ у них есть. Здесь планируется аборигенная растительность: полынь лерха, полынь белая. Накладные были предоставлены ООО «<данные изъяты>», ТТН, договор был предоставлен о том что были закуплены семена костреца безостого в количестве 70 кг, которые потом высеяны в почву. Именно в рамках этого договора был рабочий проект, какая трава должна сажаться, а посадили кострец безостый. Посев трав аборегенов был рассчитан, составляет 40 кг. на 1 Га, для биологической рекультивации ионозагрязненных земель необходимо высеять 2800 кг. сеням аборигенной растительности. Ионозагрязненные участки считаются рекультивированными при наличии устойчивого травяного покрова аборигенных трав не менее 70% от общей площади участка. (лист 15 плана производства работ рекультивации ионозагрязненных земель общей площадью 70 Га на территории). Это к проекту рекультивации по договору № в рамках выполнения работ по этому договору у них было предусмотрено разработка плана производства работ, который был разработан их специалистом – экологом. Рекультивация и был основополагающим документом на основании которого и был разработан этот проект. Из показаний в судебном заседании допрошенного в качестве свидетеля ФИО59 №1 известно, что изначально он работал в «<данные изъяты>» не официально, они платили ему наличными деньгами. В его обязанности входило подготовка, оформление документации по рекультивации земель, составление отчетов, бумажная работа. Это было с ДД.ММ.ГГГГ года, конец ДД.ММ.ГГГГ, активно начали работать в ДД.ММ.ГГГГ. Все это время он исполнял эти обязанности до ДД.ММ.ГГГГ года, там еще дополнительно добавилось представитель ООО «<данные изъяты>», это все неофициально было, т.е. трудовой договор был, но он нигде не регистрировался, доверенность на право подписи была. «<данные изъяты>» зарплату не платили. Нанимал его ФИО1, он договаривался с ФИО59 №41, что бы он представлял интересы «<данные изъяты>» в <адрес>, что бы он подписывал документы по передаче препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> В «<данные изъяты> и «<данные изъяты>» он никогда оформлен не был. От «<данные изъяты>» официально его оформили только ДД.ММ.ГГГГ, когда началась налоговая проверка в ДД.ММ.ГГГГ года, он так понял, что ФИО1 с ФИО59 №41 договорился, что бы его официально оформили и уже с ДД.ММ.ГГГГ был трудовой договор и зарплату даже начисляли. Заработную плату он получал от «<данные изъяты>» только 30000 наличными, причем это ФИО59 №39 через тестя передавал - ФИО59 №2 А потом уже зарплату эту 30000 ему платил ФИО29 с ДД.ММ.ГГГГ года, он через него получал тоже наличными несколько раз, переводом ничего не было. Следователь представлял на обозрение документы, договора купли-продажи, ТТН, их там много было. Товарно-транспортные накладные (ТТН) они начали подписывать в ДД.ММ.ГГГГ это документы о передачи от поставщика к заказчику, от «<данные изъяты>» в адрес «<данные изъяты>» либо «<данные изъяты>». Передавали препараты <данные изъяты> и <данные изъяты>, уже рабочий раствор. А до этого момента ДД.ММ.ГГГГ год и начало ДД.ММ.ГГГГ были акты приема-передачи товарных ценностей, в котором так же указывалось какой препарат, в каком объеме, кто поставщик и кто получатель. Он готовил всю эту документацию, но подписывал не он. Со стороны заказчика либо директор «<данные изъяты>», либо директор «<данные изъяты>», а со стороны поставщика ФИО59 №41 был, потом в конце ДД.ММ.ГГГГ года уже доверенность у них была и некоторые акты он подписывал, но это именно по готовому раствору, не концентраты. Реально поставлялись концентраты, но не в полном объеме. В любом случае была одна реальная поставка биоконцентрата и одна <данные изъяты>. В каком году точно не помнит, биоконцентрат могли два раза привозить. Привозили с <адрес>, «<данные изъяты>». Обычно если реальная поставка была, там собственный транспорт был «<данные изъяты>», либо наемный какой-то с их стороны. Под концентратом подразумевалось, если биопрепарат - привозили 1000 литров из которого можно было получить порядка 100000, т.е. он 1 к 100 разводился. Подготовка этого препарата производилась на бывшем асфальтовом заводе, он там несколько раз присутствовал, больше занимался этом ФИО59 №39 со своими ребятами. Там две большие емкости были по 50 кубов, 500 литров нефтедеструктора туда скачивалось, разводилось водой, потом перекачка шла в нефтецистерны и потом на поля развозилось. Силами какой организации доставлялся на объект вопрос сложный, потому что часть техники была зарегистрирована на «<данные изъяты>», потом начали перекидывать на «<данные изъяты>», какая конкретно фактически возила не понятно, либо «<данные изъяты>» либо «<данные изъяты>», люди одни и те же, техника одна и та же, просто по бумагам могла быть какая-то перерегистрация. Документы он готовил по указанию изначально это брат К был – ФИО59 №42, так же ФИО59 №40, он был директором в ДД.ММ.ГГГГ году «<данные изъяты>», потом он ушел в отдел охраны окружающей среды «<данные изъяты>», ну и соответственно К. то же уже в последствии, потому что в ДД.ММ.ГГГГ году Р. уехал в <адрес> и как бы от «<данные изъяты> он чуть-чуть отошел, остался только ФИО1, ФИО59 №39 еще, ФИО59 №40 на тот момент уже был в «<данные изъяты>». Он знаком с ФИО31, он был назначен в конце ДД.ММ.ГГГГ года директором «<данные изъяты>». «<данные изъяты>» занималась рекультивацией земель от нефтезагрязнений, шламонакопители и на полигоне работы должны были выполнять. Лично они познакомились где-то в начале ДД.ММ.ГГГГ в конце ДД.ММ.ГГГГ. Взаимодействие у них было только по этим препаратам, т.е. поставки от «<данные изъяты>» нефтедеструктора и <данные изъяты> для нужд «<данные изъяты>». Отчеты по «<данные изъяты>» он не сдавал, он только принимал заявки на нефтедеструктор и эти объемы согласовывал. Какие объемы работ выполнялись, какие должны были выполняться по «<данные изъяты>» он этой информацией не владеет. В ДД.ММ.ГГГГ году работы велись «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> они подавали заявку на поставку препарата <данные изъяты> и <данные изъяты> что бы рекультивировать земли, загрязненные нефтью. Соответственно он передавал эту заявку в <адрес> - ООО «<данные изъяты>» на их официальную электронную почту, они там формировали документы. Он получал заявку от ФИО31 по <данные изъяты>». Заявка подавалась на готовый препарат, который уже применяется, но поставлялся концентрат, который нужно было разбавлять и доводить до нужной концентрации, что бы он стал рабочим, грубо говоря они им кубический метр нефтедеструктора, если его разбавить получается 100 кубических метров нефтедеструктора, по технологии подразумевается по некоторым договорам двухкратная обработка. ДД.ММ.ГГГГ год «<данные изъяты>» практически не заказывали, а ДД.ММ.ГГГГ, т.к. «<данные изъяты>» должна выйти на оборот, ее стали активно привлекать к этим работам, соответственно, поэтому заявок на поставку этих препаратов было гораздо больше чем в ДД.ММ.ГГГГ году, активно работать начали именно с ДД.ММ.ГГГГ года. Данный препарат поставлялся, но не в том объеме, который указывали в договорах купли-продажи. За год по «<данные изъяты>» это было порядка 300-400 тонн нефтедеструктора, из них реально может быть поставлялось 100 тонн. По <данные изъяты> не может сказать, потому что если нефтешлам обрабатывают, там больше используется именно <данные изъяты>, а не <данные изъяты>. Т.е. ДД.ММ.ГГГГ год там объемы приличные были и по «<данные изъяты>» и по «<данные изъяты>», в допросе эти цифры есть. Каждый год привозили по одному наименованию - <данные изъяты> 1 куб и <данные изъяты> либо в жидком виде концентрат, либо в сухом. Это период был ДД.ММ.ГГГГ год, и раньше была такая система, еще до него. При составлении промежуточной отчетности, актов произведенных работ, составлении планов, со стороны «<данные изъяты>» был ФИО59 №25, потом менялись. Со «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» он взаимодействовал с подачи ФИО59 №39, отвозил отчеты на проверку, иногда они запрашивали. Он вел направление рекультивации именно «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» только касался поставки препаратов как представитель «<данные изъяты>». По «<данные изъяты>» он отчеты не готовил, была ФИО59 №13, она больше этими вопросами занималась в отчетности, некоторые договора Д. сам курировал. Предприятия «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» в одном здании находились, в принципе работы выполнялись одними и теми же людьми. У него доступа к договорам по рекультивации между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не было, он курировал рекультивацию ООО «<данные изъяты>». У него был один договор № по рекультивации нефтезагрязненных земель на 3 года со <данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Так как Д. был директором «<данные изъяты> договора были у него либо у ФИО59 №13. Он сам лично выезжал на объекты, работы там проводились, но при внесении нефтедеструктора он не присутствовал, он был при вспашке. Всеми работами в полях заведовал ФИО59 №39, ему подчинялись и водители и рабочие обычные, он сам распределял, кто куда поедет, какие объекты. Потому что по графику работы допустим нужно было так делать, он фотографии приносил, там уже все объекты сделаны. Фотоотчет получается именно по этапам обработки земель, та же механическая обработка, внесение нефтедеструктора, минеральных, органических удобрений и так далее. В составе комиссии при приеме-сдаче выполненных работ его никогда не было, он по просьбе Г. выезжал, присутствовал при этом. Со стороны «<данные изъяты> были работники - ФИО59 №25 точно был, он сначала замначальника был, потом начальником охраны окружающей в «<данные изъяты>», маркшейдеры были ребята, фамилии не помнит, со стороны администрации то же выезжали, если <адрес>, там представители были с отдела охраны окружающей среды, сельхозуправление, с администрации кто-то по землям выезжал, больше 10 человек. <адрес> при сдаче земель он не присутствовал. С собственником земель, он так понял, что ФИО59 №39 сам договаривался, подпись его уже была в акте, он ни разу его не видел. Он оформлял документы, связанные с перевозкой нефтедеструктора, <данные изъяты>. Получается это после всех же проверок началось, по указанию ФИО1 они начали так делать, что «<данные изъяты>» якобы арендовали транспорт у «<данные изъяты>» и якобы этот транспорт ехал в <адрес> забирал препараты, привозил сюда. Т.е. они делали заявку на транспорт диспетчерскую, там выделяли транспорт, водителя соответственно, составляли путевой лист, командировочные еще оформляли на водителей. Со стороны <адрес> была транспортная накладная для перевозки между городами и торг 13, внутреннее перемещение, с основного склада на дополнительные, то что бывший асфальтовый завод. В этих ТТН было указано объем, наименование препарата <данные изъяты> или <данные изъяты>, соответственно какой объем либо тоннаж, место отгрузки, место назначения, кто отпустил, водитель и кто принял. Он получал документы по почте или через ФИО59 №40. «<данные изъяты>» автомобили на самом деле за этими препаратами ни разу не ездили. По этим документам - накладным был указан концентрат, не выгодно готовый возить, объем большой. Из <адрес> там идет транспортная накладная. Она называется просто транспортная накладная, там чуть-чуть форма другая. А то что ТТН – это уже местные, т.е. с асфальтного завода отгружался уже готовый раствор, а в ТН всегда был концентрат, там не было готового раствора, потому что представьте 100 тонн везти. Если <адрес>, то она будет вертикальной ориентации транспортная накладная, если ТТН местная, то она будет горизонтальной ориентации и там с двух сторон идет напечатано. На ТТН будет указано место отгрузки асфальтный завод бывший, место назначения – там будет конкретно объект указан, куда выгружается. Там объем документов большой, ТН гораздо меньше, чем ТТН. Зачем писали водителей «<данные изъяты>», как будто они возили из <адрес> что-то сюда большие объемы, в реале таких объемов не было, ФИО1 сказал, пускай это будут наши водители, в случае чего если их вызовут, что бы они могли подтвердить, что они туда ездили. Поэтому командировочные оформляли, но они никуда не ездили, их потом по глонассу вычислили и по звонкам, что они были на месте здесь. Фактически приезжали только самарские машины, самарские водители, все, они привозили как минимум по одному препарату в год, т.е. биоконцентрат и <данные изъяты> концентрат, все. Если там фамилии ФИО59 №37 или еще кто-то будет, это 100% фактическая поставка, которая реально была. Евроемкость пластиковая, привозили на «<данные изъяты>», на «<данные изъяты>». А вот если <данные изъяты> концентрат привозили цистерны, там концентрация была и 8 и 20 %, ТТН надо смотреть, один раз привозили в мешках сухое, там концентрация у него 96%, потом он в воде растворялся. Если сухой <данные изъяты> брать у него концентрация 96%, должен рабочий раствор получиться 4%, где-то раз в 24-25 разбавили. Биоконцентрат, это <данные изъяты>, в 100 раз разбавлялся, т.е. из одного куба можно было 100 кубов получить. А с <данные изъяты> чуть меньше, нужно было получить 4% готовый раствор, т.е. если он жидкий, они пишут в документах, что он 8%. Он присутствовал, но занимался разбавлением всего этого ФИО59 №39 и его рабочие соответственно. ФИО59 №39 свободно общался со всеми на русском языке, он и понимает и говорит свободно, может с акцентом. ФИО59 №39 руководил всеми производственными процессами, т.е. есть на объектах он уже всю технику распределял, рабочих, если это на несколько дней технику туда тралами сгоняли на объекты. Все объекты в полях находятся, где нефтезагрязненные, либо прорыв нефтепровода, либо амбар или шламонакопитель, так называемый, возле склада, нефть, которая перемешана была с буровым раствором, с землей, там озерцо небольшое, бывают и большие, это все нефтяное, все перерабтывалось. Механическое все делалось, именно что прописано все по договорам, рекультивация, механическая обработка. В каком объеме вносился препарат не знает, потому что фотографии предоставлял Г., стоит бочка, стоит рабочий, шлангом обрабатывает эту территорию, эту землю. На фотографии там все может быть, вода или что-то подобное. По каждому объекту представлялись фотографии с цифрового фотоаппарата. Т.е. реальные препараты они использовались фактически только для фотоотчета. Договоры поставки между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» или «<данные изъяты>», напрямую с директорами заключались, подписывались, каким образом потом передавались не знает. К договорам поставки по «<данные изъяты>» были спецификации на поставку препарата, там объем прописывался изначально, если этого объема не хватало, дополнительная спецификация была. У него были копии этих договоров, они в отчет прилагались. Договор поставки от ДД.ММ.ГГГГ между ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» он не знает он этого не касался, это Д. или с ФИО59 №41 разрабатывал. Может он его вскользь видел, он по «<данные изъяты>» отчеты не делал, поэтому копий их договоров у него не было. Он делал отчеты по ООО «<данные изъяты>», они занимались изначально рекультивацией, а потом ДД.ММ.ГГГГ стали продвигать «<данные изъяты>» именно как компанию по рекультивации, что бы она нарастила объемы и в дальнейшем что бы она занималась только рекультивацией. Этот договор поставки от ДД.ММ.ГГГГ по «<данные изъяты>» и спецификации к нему, был скорее всего на готовый препарат, привозился данный препарат именно в концентратах, который разбавлялся уже на месте в <адрес>. Такие объемы из <адрес> не реально привезти, те же 280 тонн это грубо говоря 30 <данные изъяты> цистерн. В эти спецификациях к договору написано <адрес> и <адрес>, а основной документ будет транспортная накладная именно по перемещению по поставке товара. Здесь указан объем именно готового раствора, т.е. это общий, то что использовалось именно по договорам. Он не помнит сколько у «<данные изъяты>» было на ДД.ММ.ГГГГ год договоров по рекультивации, ликвидации шламонакопителей, может полигон еще был, поэтому и объем такой большой был, это готовый препарат. Привозилось фактически по одной, максимум 2 поставки одного препарата и другого. <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году он точно помнит привозился в сухом виде 1 тонна 848 килограмм, потому что они вдвоем с тестем, он был завскладом, разгружали его, он был в сухом виде в мешках, мешки килограмм по 20-25. Из двух тонн сделать 1000 тонн не получится, но 2х24= 48. Фактически поставка была меньше, чем должна была быть. Такие объемы как указано в спецификациях - 280 тонн, 160, 180, и другие, всего на 1000 тонн выходит, теоретически могли быть, но это сколько транспорта задействовать надо. Каждый год была поставка в любом случае одного препарата в живую, все больше нет, может в ДД.ММ.ГГГГ году было 2 раза биопрепарат привозили по тонне, ну <данные изъяты> был только в сухом виде, эти мешки еще до ДД.ММ.ГГГГ года оставалось несколько. Он так понимает <данные изъяты> его использовал только для фотоотчета, т.е. какую-то часть они разводили, приобретался коричневый, кофейный цвет и на фотоотчете видно, что поливалось именно коричневатой жидкостью, похожей на <данные изъяты> По спецификации за ДД.ММ.ГГГГ год все к тому же договору поставки от ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> 28 тонн, <данные изъяты> 32 тонны – в таком объеме это все конечно не перемещалось. Если ТН брать – <адрес>, <адрес>, у них там производственная база – <адрес>, бывший асфальтный завод. В ТТН – указывался бывший асфальтный завод и объект внесения данного препарата, т.е. там месторождения такое-то и обозначение этого месторождения, участок. Было два вида, который на концентрат и на готовый продукт. В договоре объемы указаны именно на готовый препарат, концентраты они нигде не указывают, потому что у них цена только за готовый препарат. Из показаний свидетеля ФИО59 №1 от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в ходе допроса в качестве подозреваемого ФИО59 №1 следователем на обозрение были предъявлены документы (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №1) После обозрения договоров купли-продажи и договоров поставки ДД.ММ.ГГГГ год, заключенных между ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>" и ряда транспортных накладных за ДД.ММ.ГГГГ год ФИО59 №1 пояснил, что согласно предъявленным ему в ходе допроса транспортным накладным по транспортировке в ДД.ММ.ГГГГ году от ООО "<данные изъяты>" из <адрес> на производственную площадку ООО "<данные изъяты>", расположенную на территории бывшего асфальта-бетонного завода в <адрес> края транспортировку концентрата осуществляли водители ООО "<данные изъяты>, однако, как он выше указал, фактическая транспортировка концентрата микробиологического препарата "<данные изъяты>" была осуществлена в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ водителем ФИО59 №35 на автомобиле <данные изъяты> (что подтверждается транспортной наклодной от ДД.ММ.ГГГГ), концентрата органно-минерального комплекса "<данные изъяты>" была осуществлена в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ водителем ФИО59 №37 на <данные изъяты> Поставка микробиологического препарата "<данные изъяты>" и препарата <данные изъяты> по транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ, транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ, транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ, транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ, транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ, транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ, транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ фактически не производились. Данные транспортные накладные готовил он по указанию ФИО59 №40, ФИО59 №39 и ФИО59 №42 Фактические поставки микробиологического препарата "<данные изъяты>" и препарата <данные изъяты> по договору купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ и договору поставки от ДД.ММ.ГГГГ ему не известны, поставками по данным договорам по всей видимости занимался ФИО59 №40, в сделанные им расчеты они не входили, об их существовании он не знал. После обозрения договоров поставки за ДД.ММ.ГГГГ год, заключенных между ООО "<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>», спецификаций и ряда транспортных накладных и накладных за ДД.ММ.ГГГГ год ФИО59 №1 пояснил, что за ДД.ММ.ГГГГ года в соответствии с заключенными договорами поставки между ООО «<данные изъяты>» (поставщик) в адрес ООО «<данные изъяты>» (покупатель) должно было быть поставлено 437,135 тонн готового раствора препарата органно-минерального комплекса <данные изъяты>», и 77,94 тонны рабочего раствора микробиологического препарата «<данные изъяты>». В период ДД.ММ.ГГГГ года в соответствии с заключенными договорами поставки между ООО «<данные изъяты>» (поставщик) в адрес ООО «<данные изъяты>» (покупатель) должно было быть поставлено 531,97 тонн готового раствора препарата органно-минерального комплекса «<данные изъяты> и 148,92 тонны рабочего раствора микробиологического препарата «<данные изъяты>». Документально поставка 437,135 тонн готового раствора препарата органно-минерального комплекса <данные изъяты>», и 77,94 тонны рабочего раствора микробиологического препарата «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» <адрес> в адрес ООО «<данные изъяты>» <адрес> подтверждена товарными накладными, транспортными накладными, паспортами на продукт, спецификациями и иными документами, а также бухгалтерскими документами. Документально поставка 531,97 тонн готового раствора препарата органно-минерального комплекса «<данные изъяты>», и 148,92 тонны рабочего раствора микробиологического препарата «<данные изъяты> от ООО «<данные изъяты>» <адрес> в адрес ООО «<данные изъяты><адрес><адрес> подтверждена товарными накладными, транспортными накладными, паспортами на продукт, спецификациями и иными документами, а также бухгалтерскими документами. Что в общем объеме для ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> составляет 969,105 тонн готового раствора препарата органно-минерального комплекса «<данные изъяты>», 226,86 тонны рабочего раствора микробиологического препарата «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» <адрес> за период с ДД.ММ.ГГГГ года. Однако, из 969,105 тонн готового раствора препарата органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» который якобы согласно документам был поставлен от ООО «<данные изъяты>» <адрес> в адрес ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в <адрес> за период ДД.ММ.ГГГГ года, осуществлена фактически лишь одна поставка концентрата органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» в сухом виде в концентрации 96%, в количестве 1848 килограмм, что в пересчете на готовый раствор органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» составляет 44,352 тонн, из расчета на 1 килограмм сухого концентрата «<данные изъяты>» на 24 литра воды. Фактически в ДД.ММ.ГГГГ году был поставлен именно такой объем концентрата органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» в сухом виде, так как остальные транспортные накладные содержащие ложные сведения о поставке концентрата органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» по указания ФИО59 №40, ФИО59 №39, и ФИО1. готовил я, и фактически таких поставок не было. Фактическими были три поставки указанные в транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ, и в транспортная накладная без номера и даты, наименование груза: препарат <данные изъяты> в количестве 1,848 т., также была и третья поставка от ДД.ММ.ГГГГ микробиологического препарата «<данные изъяты>», но документов на данную поставку ему предоставлено не было. При этом ранее указанные подсчёты о фактических поставках микробиологического препарата «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» <адрес> за период с ДД.ММ.ГГГГ года и препарата органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» <адрес> за период с ДД.ММ.ГГГГ года верны. Обозрев предоставленные ему документы, показал, что поставки микробиологического препарата «<данные изъяты>», препарата «<данные изъяты>» и препарата «<данные изъяты> а именно транспортной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ; транспортной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ; транспортной накладной без номера и даты; транспортной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ; накладной № от ДД.ММ.ГГГГ на внутреннее перемещение, передачу товаров; накладной № от ДД.ММ.ГГГГ на внутреннее перемещение, передачу товаров, тары; накладной № от ДД.ММ.ГГГГ на внутреннее перемещение, передачу товаров, тары фактически не производились. Данные транспортные накладные готовил он, по указанию ФИО59 №40, ФИО59 №39 и ФИО1. Ведением договора поставки № от ДД.ММ.ГГГГ занимался ФИО29, а он принимал поставки концентратов микробиологического препарата «<данные изъяты>», препарата «<данные изъяты>». (т. 11 л.д. 59-74) После оглашения части показаний свидетель ФИО59 №1 подтвердил их, пояснил, что в любом случае была поставка <данные изъяты> и <данные изъяты> каждый год для того, что бы делать фотоотчет, в ДД.ММ.ГГГГ году значит две поставки было, сейчас он не помнит, привозилось 2 куба, в 2018 то же 1,1. Это все разбавлялось, по большей части разбавлением занимался Г. и вывозилось на объекты. «<данные изъяты>» разбавлением не занимались, получается он должен был этим заниматься, поэтому они его на бумаге и назначили региональным представителем, но фактически он этим не занимался. Есть техрегламент, там прописана определенная концентрация <данные изъяты> и <данные изъяты>, т.е. это готовый раствор рабочий, т.е. это поставщик должен доводить до нужной концентрации, не заказчик. Поставщик продает уже готовый, как они его перемещают, это они уже там решили, что это будет в виде концентратов, а доводится до рабочего состояния именно на месте в <адрес>. Должен был делать он, но так как задействована была там команда ФИО59 №39, фактически они занимались всем этим. Он там был на асфальтном заводе, один раз концентрат <данные изъяты> принимал, потому что ребята все были в полях, он мотопомпой перекачивал в емкость, опять же там Г. разводил водой, где они воду брали, он не знает. В «<данные изъяты>» было 2 емкости, одна двадцатка, другая двадцатьпятка, автоцистерны, но опять же, где набрать столько воды он не знает. Продолжено оглашение протокола допроса подозреваемого ФИО59 №1 от ДД.ММ.ГГГГ: На вопрос следователя, что Вы можете пояснить по поставкам микробиологического препарата "<данные изъяты>", препарата "<данные изъяты>" и препарата "<данные изъяты>" согласно договору поставки от ДД.ММ.ГГГГ и приложения к нему: спецификаций товара, актов приема-передачи товарно-материальных ценностей за ДД.ММ.ГГГГ год между ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>", товарно-транспортных накладных за ДД.ММ.ГГГГ год (полный перечень документов указан в протоколе допроса ФИО59 №1)? ФИО59 №1 пояснил, что, обозрев представленные ему документы может пояснить, что поставки микробиологического препарата "<данные изъяты>" и препарата "<данные изъяты>" согласно актов приема-передачи товарно-материальных ценностей, товарно-транспортных накладных за ДД.ММ.ГГГГ год договора поставки от ДД.ММ.ГГГГ и специвикаци к нему между ООО "<данные изъяты>" и ООО "<данные изъяты>", фактически не производились. Он с уверенностью об этом говорит, потому что все предоставленные акты и товарно-транспортные накладные готовил лично он. Товарно-транспортные накладные он готовил по указанию ФИО29, а акты приема-передачи товарно-материальных ценностей готовил по указанию ФИО1., ФИО59 №40 и ФИО59 №39 ( т.11 л.д. 93-95) После оглашения показаний свидетель ФИО59 №1 подтвердил их и пояснил, что ТТН именно ФИО31 предложил. В ДД.ММ.ГГГГ году были эти акты приема-передачи товарно-материальных ценностей, сертификаты, паспорта шли. ТН были именно на концентрат, а ТТН Д. предложил, он сказал это правильнее будет, перемещение от поставщика заказчику по месту именно, тогда акт отпадает и предоставляются только сертификаты, паспорта на партию товара, это «<данные изъяты>» всегда предоставляют. ТТН эти они делали уже в кабинете, на месте, он их готовил в «<данные изъяты>», такие же ТТН в «<данные изъяты> ФИО59 №13 готовила, часть может он готовил, там указывается водитель, инженер-эколог, месторождение, куда доставляется этот препарат, объем какой, соответственно даты, числа. Все ТТН были на поставку уже готового препарата, место отгрузки всегда было территория бывшего асфальтного завода, а месторождения – это уже что в договоре прописано, где проводилась рекультивация. Если в ТТН есть его подпись – то это он подписывал. Получали на месте по этим документам от него, он как представитель «<данные изъяты>» отпускал этот препарат. Инженер-эколог и водитель подписывали эти документы и соответственно он отгружался, дальше уже использовался. В каждом договоре указан перечень объектов, который нужно рекультивировать, обезвредить от нефти и нефтепродуктов и в соответствии с этим перечнем там указывается, месторождение такое-то, скважина такая-то, соответственно и район указывается <адрес> или <адрес>. Он на эти объекты выезжал только когда механическая обработка была, внесение минеральных, органических удобрений. В начале еще получается когда объекты передают для рекультивации, он с ФИО59 №39 ездил на отбор проб, тогда еще сотрудники <данные изъяты> были, на полигон то же ездили за отборами проб. Все что связано с исполнением договора между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» его не касалось, у него был один договор, который он курировал по «<данные изъяты>» по рекультивации нефтезагрязненных земель, на 3 года который был. Сам он работами по этому договору не руководил, только фотоотчет делал, необходимые документы готовил, акты скрытых работ, т.е. документальную работу всю вел. Акты скрытых работ он готовил, но не подписывал, со стороны «<данные изъяты>» их подписывал ФИО59 №11, со стороны «<данные изъяты>» на тот момент ФИО59 №9 был. Было такое, что вначале акт выполненных работ бухгалтерия делала, потом на них это перекинули, он просто в «ворде» набивал суммы, какие работы проведены, сроки и т.д. В ДД.ММ.ГГГГ году, фактически документально он не работали в «<данные изъяты>», в ДД.ММ.ГГГГ только оформили, после того как в конце ДД.ММ.ГГГГ в налоговую стали всех дергать на допрос, ФИО1 сказал, что с ФИО59 №41 поговорит, надо уже официально оформлять. Когда в налоговой проверки начались он так понял на тот момент уже задолженности пошли между взаиморасчетами «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». В налоговой при проведении камеральной проверке его опрашивали как представителя «<данные изъяты>», те же самые вопросы, как доставлялся препарат, в каком объеме, почему так много, как его возили, про воду тот же самый вопрос, если счетов не было, ничего не подтверждено. В ДД.ММ.ГГГГ году примерно так же в работа осуществлялась до того момента, как ДД.ММ.ГГГГ ФСБ не приехало. На следствии ему показывали документы, один документ был, что «<данные изъяты>» на какой-то момент миллионов 70 должен был «<данные изъяты>». Каким образом осуществлялись расчеты за эти поставленные объемы, он не знает, это между бухгалтериями организаций. В ходе следствия выяснилось, что ФИО1 решил ФИО59 №41 кинуть, у них наверное договоренность какая-то изначально была по перечислению денег, потом К. решил, что слишком много будет ФИО59 №41, большую часть себе стал оставлять. Его очень много допрашивали на следствии, из ГСУ первый следователь ФИО26 была, его допрос был выполнен не за один раз, он в следственный комитет несколько раз ездил. Потом экспертизу земли проводили, т.е. проверяли наличие там нефтепродуктов остаточных. После этого вроде дело передали обратно в ГСУ. В следственном комитете следователи ФИО45 и ФИО27 был. Судебное разбирательство в отношении него проводили в особом порядке, его признали виновным по шести эпизодам, было 12, когда экспертизу провели, там остаточные нефтепродукты ниже нормы даже, их сразу отклонили. Он участие при размешивании нефтедеструктора в <адрес> не принимал ни разу, единственное, пару раз Г. спрашивал сколько мешков сухого высыпать в бочку. Он не может сказать, вносились ли препараты по договорам в полном объеме, он также не присутствовал когда они цистерны эти сливали или не сливали, он не знает, ему предоставляли готовые фотографии при внесении. В ДД.ММ.ГГГГ году была поставка концентрата <данные изъяты> для договоров, которые были в "<данные изъяты>" и "<данные изъяты>", в какой-то день Г. приехал, спросил, сколько мешков сыпать в эту цистерну, она с водой уже была. <данные изъяты> разводится водой и потом вносится, он плохо растворяется, его надо перемешать, этого не было. Это было летом, все работы летом проводятся. Он посчитал, он же концентрат сухой был, там несколько мешков надо было всего. Как потом перемешивали он не видел, они только высыпали в бочку, по идее, что бы перемешать надо было мотопомпу включить. Бочка это полуприцеп автоцистерна на тягач цепляется одним краем, двухостные, он ее видел, две их даже было, одна побольше, другая поменьше, одна 20 кубов, это опять же со слов Г., другая 25 кубов. Они находились на базе "<данные изъяты>" <адрес>, точно не помнит. Он находился на этой же территории, там двухэтажное здание, на первом этаже в кабинете. <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ был, это было на базе "<данные изъяты>" <адрес>, как раз там сухой хранился на складе, ДД.ММ.ГГГГ год там привозили что-то порядка 40 мешков, может чуть больше, там тонна 848 по накладной, если там килограмм по 40 разбить, посмотреть, сколько мешки весят. Он видел <данные изъяты>, точно не знает, это он не он, привозили евроемкость кубовую, 1000 литров, это в ДД.ММ.ГГГГ году, он решил посмотреть под микроскопом, но бактерий никаких он там не увидел, т.е. что за жидкость была он не знает. Она прозрачная, но бактерии под 90 увеличением (должно быть) видно, если их прокрасить вообще видно, а там разводы непонятные. Коричневая - это <данные изъяты> он как чай, <данные изъяты> светлый. <данные изъяты>, если жидкий концентрат, он как нефть цветом, а сухой чем то похож на уголь такой перемолотый, ближе к черному. <данные изъяты> размешивается в 100 раз, никто из второй половины не выращивал ничего. По регламенту, когда евроемкость привозят, там есть небольшая прослойка воздуха, доступ воздуха должен быть, они добавляют туда вроде как солярку для питания бактерий, туда отвешивается навеска минеральных солей для их питания и должна быть аэрация постоянная. Т.е когда привезли, да, половину слили, половина стоит, нужно туда шланг с подачей воздуха кинуть, что бы, и опять же в емкости, если 100 кубовая полная, так же должна подача воздуха туда идти, что бы аэрация была. Они аэробные бактерии, они без воздуха погибают. И в эти 500 литров то же добавляется определенное количество солярки либо нефти, это чисто для поддержания жизнедеятельности, потому что в этом концентрате, по документам там достаточно приличная концентрация, если в 100 раз разводят. В емкости компрессор работал, а те бочки которые были на асфальтном заводе компрессор починили только в конце ДД.ММ.ГГГГ года, т.е он не рабочий был, если там и размешивали что-то, то подачи воздуха не было. Привозили в ДД.ММ.ГГГГ годах для того, что бы фотоотчет сделать по работам <данные изъяты> и <данные изъяты>, это все фотографировалось, если проверка показывали, что вот оно было. В ДД.ММ.ГГГГ году он точно знал, что 500 литров разбавили, 500 оставалось, их в конце года просто вылили. <данные изъяты> сухой привезли в ДД.ММ.ГГГГ году, мешков 20 может использовали и где то их было 40, они до ДД.ММ.ГГГГ года оставались, т.е их уже не использовали, хотя они должны были там в течении месяца уйти. А в ДД.ММ.ГГГГ году куб этот привозили евро, это уже было на территории асфальтного завода выгружали, он лично принимал концентрат, там контейнер поставили, компрессор подключали, но опять же насколько он знает с этого куба ничего не разводили. Но это поставки такие в рамках договоров между "<данные изъяты>" и "<данные изъяты>", т.е на две организации. То что исследовали, по документам там по объемам много завозили на месторождения. ООО "<данные изъяты>" поставляло свою продукцию в концентрированном виде в <адрес>, что бы транспортные расходы меньше были. Он как региональный представитель "<данные изъяты>" выдавал "<данные изъяты>" уже готовое для использования на месторождениях. При разбавлении концентрата и при внесении готового препарата его не было, ФИО59 №39 сказал, мы сами без тебя. ФИО59 №39 всеми работами в полях руководил, он же фотоотчеты и предоставлял. А он просто подписывал документы о перевозке о поставке, как ему изначально сказали, как на работу брали, что по документам должно быть все четко. На самом деле, когда налоговая проверка была, возникли вопросы, ФИО59 №40 сказал, давно так работаем, все нормально, потом и Г. и К. говорил, что у нас все схвачено, не переживай. По воде как раз вопросы были, откуда. К. говорил, озеро есть водоохранка, каналы рядом, течет. Если логически подумать, 50 кубов набрать с обычного водопровода нереально, даже мотопомпой это несколько часов займет, «<данные изъяты>» (мотопомпа) 500 литров в минуту качает, час получается 5000 литров, а там 50, 5 часов только одна емкость, вторая емкость еще столько же, вот 10 часов, это больше чем рабочий день выходит. Где бралась вода, он не знает, скважины там не было. Он только по документам расписывались, отчитывались по документам. Как производился процесс, он изучил технический регламент, теоретически он знает, но фактически на практике он этого не делал. Те объемы, которые были указаны в документах поставки от "<данные изъяты>" в "<данные изъяты>" и то, что вносилось уже куда то якобы на объекты не соответствует действительности, по документам завышение получается. По документам было все четко как по договору, сколько необходимо, столько и вносили, цифры прописывали какие нужно. Потому что по каждому договору делался расчет по материалу, по препаратам этим. Расчет делался когда договор на руках, там известны площади, объемы нефтешлама и т.д. и по ним уже высчитываются в соответствии с техрегламентом, т.е. в техрегламенте прописывается, сколько вносится на 1 кв.м почвы и 1 кубический метр нефтешлама. Он не может сказать, что ФИО31 как-то вникал, присутствовал при этих процессах, при размешивании, при внесении. Он тогда директором "<данные изъяты>" был, может быть и присутствовал, техрегламент, точно изучал, потому что когда пришел, спрашивал какие документы. Когда привозили куб, это реальные поставки были водители <адрес> ФИО59 №35 и ФИО59 №37. ФИО59 №35 на "<данные изъяты>" ездил, как раз куб привозил, а ФИО59 №37 он на автоцестерне. Он работал региональным представителем ООО <данные изъяты>" с ДД.ММ.ГГГГ года, его официально оформили и как региональный представитель он в ТТН расписывался в которых отгрузка была с территории асфальтного завода и на месторождения. Большая часть ТТН это фиктивные, потому что основной препарат он в меньшем объеме поставлялся, а по договорам там были таблицы расчета, сколько нужно на какой участок вносить и соответственно там по всему договору был прописан объем. В "<данные изъяты>" он работал неофициально, с ДД.ММ.ГГГГ региональным представителем официально по документам стал, в "<данные изъяты>" он не работал, но они все втроем в одном кабинете сидели, ФИО59 №13 она в "<данные изъяты>", за определенные договора отвечали. В "<данные изъяты>" единственное что заявки по нефтедеструктору и <данные изъяты>, какой объем нужен был он считал. Заявки эти оставлялись кто ведет договор, этот же объем рассчитывается материалов и этот курирующий человек, либо Л. либо Г. ему подавали, я соответственно еще по своему договору добавлял. Они заявку давали по готовым препаратам, он соответственно <данные изъяты> переводил в концентрат, сколько нужно будет, т.е. грубо говоря, на 100 делил, а <данные изъяты> концентрат, там в зависимости какой, потом на сухой по-моему договорились с эмульсионщиками, что они в сухом виде будут привозить. Они делали заявку ему - "<данные изъяты>" какое количество необходимо им для использования к договору именно готового. Он пересчитывали на концентрированные, заявку отправлял по электронной почте в <данные изъяты>", они соответственно документы готовили, ТН. Сколько он в заявках писал уже не помнит. По ДД.ММ.ГГГГ году, помнит таблица была, там только нефтедеструктор 306-307 тонн было готового, соответственно это 3 еврокуба, привозился 1 только и то половина только использована была. По <данные изъяты> не помнит. ДД.ММ.ГГГГ объемы на бумаге большие очень были, 600-700 тонн. За один день помнит там только 100 тонн вывозили якобы, по бумагам, там уж я не знаю, это один день, а там было несколько таких. Из 1 куба получается 100 тонн могли сделать, но опять же это под вопросом, делалось ли? Что бы 600 тонн сделать 6 кубов концентрата должно быть, это получается 6 раз надо 2 емкости наполнить, такой объем не привозился. На месте никто бактерии эти не выращивал, когда его Р. брал на работу, он за это что-то говорил, что хотелось бы свою технологию, что бы бактерии выращивать, которые нефть поедают. Но там процесс очень сложный, что бы вывести это все. Лаборатории раз, потом аккредитация нужна, что бы технологию эту проверить, не все так просто. Навряд ли, что бы там что-то выращивалось, потому что он даже сомневается, что они были. Срок жизни этих бактерий порядка месяца, при соблюдении всех условий - температура, аэрация, подкормка. Ну именно концентрат, потому что готовый несколько дней, готовый он практически перед внесением должен готовиться, разводиться и вноситься. Того объема который реально привозился, который он видели его не хватило бы на те объемы реально, которые должны были вноситься. Поставлялся всегда концентрат он разводился на месте, даже если бы то, что привезено было развести и внести, по всем договорам "<данные изъяты>" и "<данные изъяты>" не хватило бы, это капля в море. В ДД.ММ.ГГГГ году в ДД.ММ.ГГГГ, он подходил к ФИО59 №40 и говорил, что надо заказывать дополнительный объем, то что требовалось по бумаге, тот сказал не надо. На тот момент ему стало понятно, что не все вносится, так что не хватило бы по любому. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №2 известно, что он работал в «<данные изъяты>» примерно с ДД.ММ.ГГГГ года до ДД.ММ.ГГГГ года в должности кладовщика. Трудоустроен там он был не официально, его туда трудоустраивал ФИО59 №42. В «<данные изъяты>» он занимался работами это трубопроводы, и материалы которые связаны с трубой: задвижки, флянци, краны, трубы, изоляция, электроды и т.п. У ООО <данные изъяты>» было 3 помещения складских, где это все хранилось и еще ангар, данная организация располагалась по <адрес>, потом его перенесли на УПП это <адрес>. Потом в ДД.ММ.ГГГГ году директор ФИО31 его пригласил в «<данные изъяты>», это на одной территории было, на 0,5 ставки, тоже кладовщиком, получилось так, что он и там и там работал, 2,5 месяца он проработал на 0,5 ставки официально, а потом его перевели на постоянно на ставку. На складе «<данные изъяты>» он работал кладовщиком примерно с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ, года два. Потом организация перестала работать и он ушел в «<данные изъяты>», его взяли завхозом. У ООО «<данные изъяты>» был свой склад, там хранились удобрения, какие пояснить не может, там и наименования импортные и буквы, цифры, еще семена растений - люцерна и кострец. На момент его работы в «<данные изъяты>», директором был ФИО29, всей технической частью занимался ФИО59 №39, он работами руководил, задания водителям раздавал. Со стороны ФИО29 тоже контроль какой-то был. Когда работали указания ему в основном давал ФИО59 №39, к ФИО31 он заходил по рабочим вопросам. Эти удобрения со склада выдавались, ФИО59 №39 всем процессом руководил, приходил, говорил ему, столько мешков того, столько мешков того заберут. Там территория, машина подошла, загружает и повезли, трактор разбрасывает. Он по этому поводу никакие документы, никакой учет не вел, все у Г. было. Ему была команда выдать, выдавал, после этого в каких-то документах расписывался, к нему подходила инженер Л. приносила, говорила, здесь все нормально, нужно поставить подпись, он их не читали, прежде чем подписать, не вникал, что это были за документы, у них все на доверии было. Приемку товара, погрузку, разгрузку то что именно к нему в склад завезли, это он принимал, ребят звал, выгружали. Могло такое быть, что оборудование, препараты не завозили на склад, было такое, что он приезжал на работу, а уже что-то в ангаре выгружено, кто руководил он не видел, там руководить мог только один человек, ФИО59 №39, он мог своих людей организовать, они могли всю эту разгрузку произвести. На складе не велся строгий учет всего того что привозили, увозили, скорее всего это было в бухгалтерии. Он лично никакую документацию не заполнял, расписывался только в тех документах, которые Л. приносила. Вопросов от руководства или организации по поводу того, что куда делось к нему никогда не было. Он со склада ООО «<данные изъяты>» такие микробиологические препараты как «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не отпускал, он такое не видел. Он не видел как мешки с «<данные изъяты>» привозил, разгружали, после того как он приехал из <адрес>, сказал, что никогда такое не видел, ребята сказали, они вот там лежат, он пошел посмотреть, порошкообразное состояние как сажа, там было примерно 60-70 мешков. А «<данные изъяты>» видел, что 1 емкость привозила машина типа «<данные изъяты>», и через несколько дней увезли, потому что сказали, реакция или что-то не хорошее, кто привозил, куда увезли не знает. Организация «<данные изъяты>» занималась рекультивацией земель, которые загрязнены нефтью, на основании чего выполнялись эти работы он не знает. Работа там крутилась колесом - загружали удобрения, ездили трактора, планировки делали, рекультивацию, перевозили загаженную нефтью землю на полигон. На этих полигонах бетонных, где перерабатывалось это все, он 1 раз случайно был, видел это. Они располагались из <адрес> в сторону <адрес> километров 5, поворот в левую сторону и метров 500 от трассы, там несколько полигонов. «<данные изъяты>» на них работали - их бульдозера, камазы ездили, завозили, вывозили туда сюда перемешивали эту землю, какие-то туда добавки вносили, он туда не вникал, это не его, перемешивали, потом на <данные изъяты>. <данные изъяты>, бульдозера, трактора - это все имелось, все работало полным ходом. Иногда и рано утром уезжали иногда и поздно вечером приезжали. Эту очищенную землю, переработанную вывозили куда-то на поля, потом брали семена кострец, люцерна загружали погрузчиком в <данные изъяты>, вывозили в поле, там трактора с разбрасывателями все делалось. ФИО1 он видел, но не общался, он каким-то механиком был, он больше общался с ФИО59 №42, потом он уехал. Из показаний свидетеля ФИО59 №2 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что он осуществляет трудовую деятельность в ООО«<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> должности заведующего хозяйством. Руководителем организации является ФИО59 №19, который является также его непосредственным начальником. ООО «<данные изъяты>» занимается предоставлением транспорта вместе с водителями для использования ООО «<данные изъяты>», в организации имеется следующий транспорт: <данные изъяты>» (грузовой), <данные изъяты> и «<данные изъяты>». Больше никого из контрагентов ООО «<данные изъяты>» кроме ООО«<данные изъяты>» назвать не может. Примерно в период с ДД.ММ.ГГГГ года он не официально работал в ООО«<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> должности кладовщика. Директором организации являлся ФИО59 №11. С просьбой о трудоустройстве в <данные изъяты>» он обращался к одному из фактических руководителей организации ФИО59 №42, с которым они обсуждали условия его трудоустройства, размер заработной платы, график работы и т.д., официально трудоустраиваться он не захотел сам, по его причинам. ФИО59 №42 совместно со старшим братом ФИО1 осуществляли общее руководство финансово-хозяйственной деятельностью ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» в <адрес> и являлись собственниками указанных организаций. Работал он на складе, который располагался по адресу: <адрес>, далее склад был перенесен по адресу: <адрес>. Склад был примерно площадью около 80 кв. м. и имел 4 помещения. На складе хранилось топливо, масла, запчасти, строительные материалы, электроды, инструменты, специальная одежда и т.д. ООО «<данные изъяты>» занималось строительными работами, в том числе монтажом трубопроводов и обустройством скважин на нефтеобъектах ООО «<данные изъяты>». Единственным контрагентом ООО «<данные изъяты>» являлось ООО «<данные изъяты>». За период его работы в отделе экологии ООО«<данные изъяты>» работал ФИО59 №39, который впоследствии был трудоустроен в ООО «<данные изъяты>» также в экологию и работал там вместе с директором ФИО59 №40. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ года к нему обратился директор ООО»<данные изъяты>» ФИО29 с предложением о трудоустройстве в ООО «<данные изъяты>» на должность кладовщика по совместительству на пол ставки, при этом дал указание освободить одно помещение склада для работы ООО «<данные изъяты>». С данным вопросом он обратился к ФИО1 и уточнил, действительно ли необходимо освободить склад, на что ФИО1 подтвердил необходимость освобождения одного из четырех помещений склада. Таким образом, с ДД.ММ.ГГГГ был официально трудоустроен на пол ставки в ООО»<данные изъяты> на должность кладовщика, на которой был трудоустроен в течении двух с половиной месяца. Далее был трудоустроен на полную ставку кладовщика и работал в период до ДД.ММ.ГГГГ года. На складе ООО»<данные изъяты>» хранился следующий товар: спец. одежда и минеральные удобрения: <данные изъяты> селитра калиевая, агрохимикат, который он выдавал при необходимости водителям по указанию ФИО59 №39, который фактически руководил ООО»<данные изъяты>», в том числе водителями и транспортом, давая им различные указания. Количество необходимого для выдачи удобрения озвучивал ему ФИО59 №39 При этом показал, что вообще, когда поставщики привозили удобрения, какие организации ему не известно, никаких документов он не подписывал и количество привезенного товара не сверял, так как так было принято в организации. Также как и отпуск товара он осуществлял в количестве, указанном ФИО59 №39 либо водителями по указанию того. Впоследствии инженер-эколог ФИО59 №13 приносила ему документы на подпись, которые он подписывал и никогда их не читал, просто спрашивал ту о том «все ли нормально в документах», та заверяла его что все в порядке и он подписывал их, не глядя, так как полностью доверял той. При этом никаких указаний ни от кого о подписании документов без их прочтения не получал, просто считал, что у него нет оснований и причин обманывать. На вопрос следователя: Поясните, производил ли он отпуск со склада ООО «<данные изъяты> микробиологического препарата – «<данные изъяты>» и препарата «<данные изъяты>, если да, то поясните, в какой таре они хранились, какие обстоятельства отпуска данного товара? ФИО59 №2 показал, что данный товар ему не знаком, никогда товар не отпускал, что из себя представляют «<данные изъяты>» и <данные изъяты> ему не известно, никогда их не видел. В ходе допроса ему следователем предъявлены светокопии следующих документов: акт на списание материала от ДД.ММ.ГГГГ препарат «<данные изъяты> в количестве 30,00 т. на сумму 1774576, 27 копеек, акт на списание материала от ДД.ММ.ГГГГ препарат «<данные изъяты> в количестве 18,98 т. на сумму 1122715, 25 копеек, акт на списание материала от ДД.ММ.ГГГГ препарат «<данные изъяты> в количестве 135,05 т. на сумму 7988550,85 копеек, акт на списание материала от ДД.ММ.ГГГГ препарат «<данные изъяты> в количестве 18,98 т. на сумму 1122715,25 копеек, осмотрев которые он показал, что подпись от имени ФИО59 №2. принадлежит ей, однако как он ранее пояснял фактически на подпись данные документы приносила ему ФИО59 №13, документы он подписывал не читая, так как полностью доверял ФИО59 №13, препарат, указанный в документах он никогда не видел и не отпускал и на складе он не хранился. В ходе допроса ему следователем предъявлены следующие документы: требование-накладная № ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: <данные изъяты> водителю ФИО 29, требование-накладная № ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: известь водителю ФИО59 №5, требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: карбамид рабочий раствор биопрепарат в количестве 12,65 т. водителю ФИО59 №4., требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: препарат «<данные изъяты> в количестве 18,98 т. водителю ФИО59 №4., требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: препарат «<данные изъяты> в количестве 18,98 т. водителю ФИО59 №4., требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: <данные изъяты> водителю ФИО 29, требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: рабочего раствора нефтеразлагающего биопрепарата в количестве 12,65 т. водителю ФИО59 №4, требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: известь водителю ФИО 29, требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: препарат «<данные изъяты> в количестве 63,28 т. водителю ФИО59 №4., требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: препарат «<данные изъяты> в количестве 50,0 т. водителю ФИО59 №4., требование-накладная № ООО»<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, на выдачу товара: препарат «<данные изъяты> в количестве 51,77 т. водителю ФИО59 №4., осмотрев которые показал, что подпись в указанных требованиях-накладных от имени ФИО59 №2 принадлежит ему, подписывал их как он ранее пояснял, не читая, на подпись ему их приносила ФИО59 №13, оснований ей не доверять у него не было. Сведения, указанные в требованиях не соответствуют действительности, так как он не отпускал препарат <данные изъяты> и <данные изъяты> водителю ФИО59 №4, данный препарат никогда не видел и на складе он у того не хранился. Никаких денежных средств он ни от кого, в том числе от ФИО59 №39, ФИО1 и ФИО59 №42, ФИО59 №13, ФИО60, кроме заработной платы он не получал. Документы, передаваемые ему ФИО59 №13 подписывал не читая, так как не думал о том, что его могут каким-то образом обмануть или подставить. (том № 8 л.д. 231-236) После оглашения показаний свидетель ФИО59 №2 пояснил, что оглашённые его показания соответствуют действительности, он примерно так рассказывал следователю, подтверждает эти показания. Подписи в протоколе допроса его. ФИО59 №1, это его зять, он жил в <адрес>. ФИО59 №42 как-то поинтересовался, кто его зять. Он сказал, что у него высшее образование, красный диплом по биотехнологиям что-то. Он попросил их познакомить, когда П. приехал, он их свел. Р. ему пообещал золотые горы, поэтому зять рискнул переехать сюда, а в итоге зарплата 30000 рублей у него была. ФИО59 №1 Р. направил в «<данные изъяты>» еще при ФИО59 №40, но он туда не вникал. За период работы в «<данные изъяты>» и в «<данные изъяты>», он знает только одну организацию с которой они сотрудничали - «<данные изъяты>». С ФИО1 они только здоровались, раза 2 он на склад заходил «<данные изъяты>», что-то с железками связано и все. Чаще всего он общался с ФИО59 №42. Потом ФИО13 стал куратором, и потом Г., это постоянный. Фактически руководил работой ФИО59 №39, он давал указания, кому куда ехать, где что взять. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №3 известно, что ранее он работал водителем в ООО «<данные изъяты>», период работы не помнит. Офис организации располагался, в <адрес>. Потом открылась «<данные изъяты>», он перевелся туда, потому что там зарплата больше. Категория управления у него «В,С», на тот момент, когда он работал он управлял «<данные изъяты>» - самосвал без прицепа, это была от организации машина, номера он не помни. Там где находились эти организации это база была, они там машины ставили, бывало в полях оставляли машины. Чья это база «<данные изъяты>» или «<данные изъяты> он не знает, в подробности не вдавался, машины оставляли на одной базе. В «<данные изъяты>» он работал 6-5 лет назад, работал 2 года. Директором в «<данные изъяты>» был ФИО31, он указания куда-то ездить, что-то делать ему не давал. По всем рабочим вопросам был Г., фамилию не знает, может ФИО59 №39. В период 2016-2018 года в его обязанности входила перевозка грузов, нефтяные переработки какие-то, возили нефтяную загрязненную землю. Руководство его деятельностью осуществлял Г., он говорил, что нужно делать, куда поехать. Он сам видел нефтяное пятно, переработкой, тем, какими средствами занимались удалением этого нефтяного пятна, занимался Г., он туда не лез. Экскаваторы работали, бульдозеры были, люди работали, он на <данные изъяты> подъезжал, видел, что они это убирали. Грунт с нефтью они возили куда скажут. Они там перерабатывали, кто на экскаваторе работал, и ему загружали этот грунт с нефтью в полях. Возили его в <адрес> на полигон переработки нефти, это за <адрес> километров 20-30, смотря где они работали, это было не в одном месте. Что там с этим грунтом делали, он не знает, он разгружался и уезжал за новой партией. То куда он привозил этот грунт представляет из себя чеки большие, забетонированные, как бетонное углубление в земле. Туда заезжали, разгружались и все уезжали за новой партией. Путевые листы диспетчер выписывал, фамилию диспетчера не знает. В путевках он расписывался, какие-то еще документы были, но сейчас он не помнит, все это было лет 6 назад. У них были путевки на перевозимый груз и все. Он работал полный рабочий день с 8 до 18, обед был там на полях, где и работали. В командировку в <адрес> и <адрес>, чтобы он осуществлял погрузку биопрепаратов каких-нибудь за все периоды работы, что в одной организации, что в другой он не выезжал, он никуда не ездил, только по району работал. Организация ООО «<данные изъяты>» ему не знакома, что такое препарат «<данные изъяты>» он не знает. Сколько раз его допрашивали по этому делу, он не помнит, не один раз, он и в <адрес> ездил 2 раза, года 3-4 назад, и тут в <адрес> допрашивали. При допросах присутствовал только он и тот, кто допрашивал, давление на него не оказывали, форма допроса была вопрос-ответ. Перед подписанием он прочитал протокол допроса, там все соответствовало. Из показаний свидетеля ФИО59 №3 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год он работал водителем в ООО «<данные изъяты> Офис организации располагался по адресу в <адрес> директором ООО «<данные изъяты>» являлся ФИО59 №11, который принимал его на работу. Гараж организации, где находился автотранспорт, располагается по <адрес> ним и ООО «<данные изъяты>» заключен трудовой договор, согласно которого он осуществлял перевозки различных грузов на автотранспорте ООО «<данные изъяты>». Его рабочая машины <данные изъяты>, регистрационный знак №, буквы номера он не помнит. За время работы занимался перевозкой только грузов по территории <адрес>, за пределы края, не выезжал. В связи с тем, что у него имелась только категория «В» и «С» он мог работать только на «<данные изъяты>» без прицепа. У него имеется номер мобильного телефона №, которым он пользуется примерно с ДД.ММ.ГГГГ года. В ДД.ММ.ГГГГ году он уволился из ООО <данные изъяты>» и стал работать водителем в ООО «<данные изъяты>». Как он помнит офис ООО<данные изъяты>» расположен по <адрес>, точного адреса, не помнит. Кто являлся учредителем организации, не знает, знает, что директором организации являлся ФИО60 , который принимал его и других работников на работу. От ФИО29 и от диспетчеров, он получал задание на перевозку того или иного груза. Его рабочая машины в ООО»<данные изъяты>» была <данные изъяты>, регистрационный знак №, буквы номера не помнит. За время работы занимался перевозкой песка с карьера на строительные объекты, согласно путевого листа и накладной. Также примерно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год по указанию руководителя организации ФИО60, осуществлял вывоз грунта с территории – полигона, расположенного за <адрес>, где осуществляется хранение нефтеперерабатывающих отходов. На указанный полигон он ни какие грузы не завозил. На автомобиле который он использовал, был оборудован «<данные изъяты>» и системой «<данные изъяты>». На вопрос следователя: Осуществлялись ли выезды в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> год в <адрес> или <адрес> для погрузки биопрепаратов и дальнейшей перевозки их в <адрес> края ФИО59 №3 показал, что нет, за пределы <адрес> он не выезжал. На вопрос следователя: Осуществлялась ли погрузка биопрепаратов на производственной площадке ООО «<данные изъяты>» в <адрес> края для дальнейшей перевозки на площадку ОАО «<данные изъяты>» для утилизации нефтеотходов ФИО59 №3 показал, что нет, на указанных площадках он не загружался и ничего не разгружал. Какие-либо биопрепараты он не перевозил и не разгружал. (т. 8 л.д. 101-103) В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в ООО «<данные изъяты>», в ДД.ММ.ГГГГ он стал работать в должности водителя в <данные изъяты>», расположенном по адресу: в <адрес>, точно адрес не помнит.Он работал на автомобиле <данные изъяты>, государственный номер № В ООО «<данные изъяты>» было сокращение и переводом, он ушел в ООО»<данные изъяты>», о чем ему сообщил директор ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №11. Директором ООО «<данные изъяты>» был ФИО29 В ООО «<данные изъяты>» указания по всем рабочим вопросам емц давал ФИО59 №39, об этом ему заранее сообщил ФИО59 №42, который в период его работы был фактическим руководителем водителей, экскаваторщиков в ООО «<данные изъяты>». Когда он работал в ООО «<данные изъяты>» все указания ему поступали от ФИО59 №42. В период его работы в ООО»<данные изъяты>» все указания поступали от ФИО59 №39 о том, куда и в каком количестве грузить и вести материалы. Он возил только песок и навоз. ФИО59 №39 насколько ему известно занимал должность заместителя директора ООО «<данные изъяты>» и руководил работниками ООО <данные изъяты>». Также по указанию ФИО59 №39 он ездил за органическими удобрениями в <адрес> на кашары на <данные изъяты>. Погрузка осуществлялась экскаватором <данные изъяты> принадлежащим ООО «<данные изъяты>», органические удобрения грузили работники ООО «<данные изъяты>»: бульдозерист А. и экскаваторщик Ю.. Помимо работников ООО «<данные изъяты>» на кашарах присутствовал ФИО59 №39, который контролировал процесс и после указаний о том, в каком количестве грузить уезжал на объекты ООО «РН-Ставропольнефтегаз», куда в последствии он привозил органические удобрения (навоз). За работой всегда следил ФИО59 №39. На вопрос следователя: поясните обстоятельства подписания путевых листов и товарно-транспортных накладных ООО «<данные изъяты>»? ФИО59 №3 показал, что путевые листы и товарно - транспортные накладные подписывал при следующих обстоятельствах. Его, его отца – ФИО59 №4, его брата ФИО59 №5 вызывал ФИО59 №39 в кабинет инженеров-экологов или диспетчерской, где присутствовали ФИО59 №13, ФИО59 №14, ФИО59 №1 и ФИО59 №39, там они по указанию ФИО59 №39 подписывали уже заполненные путевые листы и товарно-транспортные накладны, с подписями и оттисками печатей. При этом, что там было написано, он никогда не читал, так как путевых листов было много. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он пользовался абонентским номером №. Организация ООО«<данные изъяты>» ему не знакома, никакие материалы он на базе <адрес> (бывшая территория асфальтного завода) не грузил и не перевозил. Что такое препарат «<данные изъяты>» и биопрепарат: «<данные изъяты>», ему не известно, никогда его не видел. Региональный представитель ООО«<данные изъяты>» ФИО59 №1 ему знаком, он знает, что тот работал в ООО «<данные изъяты>», они при встрече здоровались. Погрузка биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> на производственной площадке ООО«<данные изъяты>» в <адрес> края для дальнейшей перевозки на площадку ООО«<данные изъяты>» для утилизации нефтеотходов им не осуществлялась. За период работы в ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» выезды в командировку в <адрес> или <адрес>, им не осуществлялись, за пределы <адрес> он не выезжал. В ходе допроса ему следователем на обозрение предъявлены товарно-транспортные накладные(полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №3), осмотрев которые показал, что подпись от имени водителя ФИО59 №3. подтверждает, она принадлежит ему, подписывал он указанные документы по указанию ФИО59 №39 при вышеуказанных обстоятельствах в присутствии ФИО59 №13, ФИО59 №14, ФИО59 №1, при этом он их не читал, <данные изъяты> и <данные изъяты> не разгружал и не перевозил. Подписывал документы, так как выполнял поручение ФИО59 №39, который являлся его непосредственным руководителем. В указанных товарно-транспортных накладных указан автомобиль <данные изъяты> (сидельный тягач), который тот никогда не водил, так как у него отсутствует разрешение на управление указанными видом транспорта, так как это категория Е, а у него имеется только категория Б и С. В ходе допроса следователем ему на обозрение предъявлены журналы выдачи заданий (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №3) осмотрев которые показал, что подпись в графе «задание получил» от имени ФИО59 №3 принадлежит ему, подпись ставил по указанию ФИО59 №39, который говорил расписываться напротив фамилии, что было указано в задании он не читал. Журнал подписывал также в присутствии ФИО59 №13, ФИО59 №14, ФИО59 №1, ФИО59 №39, когда его вместе с братом и отцом вызывал ФИО59 №39 От директора ООО «<данные изъяты>» ФИО29 он вообще никаких указаний по работе не получал, все распоряжения и указания получал только от ФИО59 №39 ФИО1 видел несколько раз на территории ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в какой должности тот работал ему не известно. (том № 8 л.д. 101-103, том 9 л.д. 21-27) ФИО59 ФИО59 №3 подтвердил оглашенные показания и пояснил, что когда в <адрес> он был на допросе, ему показывали путевки, там были его подписи, но при этом он туда не ездил. Категории «Е» для прицепа у него не было. Навоз и песок они возили с кошар на поля, как удобрения. Амбары убирали, перерабатывалась там земля, потом туда навоз засыпали, восстанавливали плодородный слой земли. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №4 известно, что он работал водителем в ООО «<данные изъяты>» примерно в ДД.ММ.ГГГГ году. У него было одно транспортное средство, которым он управляли на момент работы – <данные изъяты>-трал, это машина для перевозки другой техники. В период работы он перевозил на нем экскаватор и бульдозер. Сначала он работал в ООО «<данные изъяты>», потом «<данные изъяты>» образовалась он перешел туда вместе с <данные изъяты>, так же водителем работал, возил спецтехнику. Он там вместе с сыном работал, ни он, ни сын в командировки в <адрес> или <адрес> не ездили. <данные изъяты> на котором он ездил – это тягач, какая у него была модель он не помнит, номер был №. Иногда он на самосвале ездили вместо сына, номер самосвала не помнит. Когда он работал в «<данные изъяты>» директором был ФИО31, он не говорил ему, что делать, только диспетчерская, он приходил, брал путевку. Путевые листы сразу получали в начале рабочего дня, диспетчер выдавал – женщина, фамилию не помнит. ФИО59 №39 работал у них, указания давал, направлял куда ехать, сопровождал, приезжали обрабатывали, он сопровождал и на месте погрузки и на месте отгрузки, контролировал его работу, получается был руководителем. Когда загружался, он расписывался в ТТН, поехал, отвез объект и все. Он ездил на площадку бывшего асфальтного завода в <адрес>, что оттуда или туда отвозили не знает, он в кабине сидел, его загрузили, он поехал, ему без разницы было что везти, кто руководил загрузкой не помнит. Он возил спецтехнику, бульдозеры, экскаваторы на объект где работают – в поле на амбар, там нефть разлита, его дело привезти, выгрузить и уехать. На полигон где перерабатывался грунт, он так же привозил экскаваторы и бульдозер. Как эта переработка осуществлялась он не видел, он туда не заезжал. Он видел, что рабочие какие-то брызгают со шланга с напором, а так, что там он не знает, где именно это было он не знает название объектов - на полях. Он видел, что Г. это фотографировал, это было больше 5 лет назад. Когда он работал в «<данные изъяты>», рабочий день у него был с утра до вечера, выходные были, обед был на объекте в поле, бывает в организации, там столовая. Такого что бы он никуда не ездил, ничего не делал, а зарплату платили не было. Было такое, что он куда-то едет, и ему стопку документов давал кто-то подписать, а он не читая все их подписал. Следователь в <данные изъяты> когда его допрашивал показывал ему ТТН, смотрели с ним, его подписи там стоят. На самом деле он не ездил по тем маршрутам, за пределы <адрес> не выезжал, только в пределах района. Что такое <данные изъяты> и «<данные изъяты>» он не знает. Организация ООО «<данные изъяты>» ему не знакома. Фамилии ФИО59 №13, ФИО59 №1 не помнит. Его много раз допрашивали, и в <адрес>, и в <адрес>, допрос был вопрос-ответ, потом следователь зачитывал, он подписывал протоколы допросов. Из показаний свидетеля ФИО59 №4 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ он работал в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, номер дома не помнит, в должности водителя. Работал на автомобиле <данные изъяты> с прицепом, номер №. Транспортное средство, на котором он работал в ООО «<данные изъяты>» (<данные изъяты>) перешло в новую организацию ООО «<данные изъяты>», в связи с чем, он как водитель стал работать в ООО»<данные изъяты>», о чем ему сообщил директор ООО»<данные изъяты>», анкетных данных которого не помнит, предыдущее его место работы ООО «<данные изъяты>», куда он трудоустроен после собеседования с ФИО59 №19, также когда он работал в ООО «<данные изъяты>» периодически выполнял задания для ООО «<данные изъяты>» по указанию моего руководится и «старшего» ФИО59 №39. Указанное транспортное средство принадлежит ООО «<данные изъяты> когда он перешел в ООО «<данные изъяты>», то этой организации. В ООО <данные изъяты>» все указания он получал от «старшего» ООО «<данные изъяты>» по имени ФИО59 №39, который ему сообщал когда ему необходимо поехать на базу в <адрес>, адрес которой ему не известен, знаю что территория бывшего асфальтного завода, где ему в пустую бочку объемом 18 или 20 кубов ФИО59 №39 заливал какую-то жидкость темного цвета, с резким запахом, которую по указанию ФИО59 №39 мы отвозили на объекты «<адрес>», еще какие-то объекты в поле под цифрами название уже не помнит. По приезду их встречали двое работников ООО «<данные изъяты>», анкетных данных которых не помнит, которые при помощи пожарного шланга и «помпы» рассеивали по всему объекту привезенную им жидкость, при этом ФИО59 №39 всегда фотографировал данный вид работ. В ООО «<данные изъяты>» он работал в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года. За указанный период работы в ООО «<данные изъяты>» он совершал рейсы по указанному адресу на базу несколько раз в день по указанию ФИО59 №39 с периодичностью один раз в неделю. На базе никого из работников кроме ФИО59 №39, он не видел. Жидкость в бочки ему загружал только ФИО59 №39, иногда он тому помогал. Также по указанию ФИО59 №39 он подменял кого-то из водителей ООО»<данные изъяты>», данные которого не помнит, и ездил за органическими удобрениями в <адрес>, в <адрес> и <адрес> на кашары на <данные изъяты> с государственным номером №. Погрузка осуществлялась экскаватором <данные изъяты> принадлежащим ООО «<данные изъяты>», органические удобрения грузили работники ООО <данные изъяты>», анкетных данных работников назвать не может, так как не помнит. Помимо работников ООО «<данные изъяты>» на кашарах никого больше не видел, чьи эти кашары ему не известно. Далее навоз он отвозил на объекты, которые ему называл ФИО59 №39. За работой всегда следил ФИО59 №39. На вопрос следователя: поясните обстоятельства подписания путевых листов и товарно-транспортных накладных ООО <данные изъяты>» и ООО<данные изъяты>»? ФИО59 №4 ответил, перед выходом в рейс он забирал путевой лист у диспетчера ООО»<данные изъяты>» по имени ФИО59 №27, фамилию не помнит, далее с путевым листом по указанию Г., который давал указания о перевозке жидкости с базы, после того, как были проведены работы по распылению жидкости путевой лист подписывал Г., также путевой лист подписывал механик, который удостоверял заезд и выезд транспортного средств в гараж по имени Ш., фамилии того он не знает. Товарно-транспортные накладные он никакие не подписывал. Его заработная плата составляла около 25 000 рублей. В период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он пользовался абонентским номером №. Организация ООО«<данные изъяты>», ему не знакома, при погрузки ТМЦ на базе <адрес> (бывшая территория асфальтного завода) никто не присутствовал кроме ФИО59 №39. Что такое препарат «<данные изъяты>» и биопрепарат: <данные изъяты>», для чего его используют ему не известно, никогда его не видел. На вопрос следователя: поясните в какой таре находился и в какой таре он перевозил препарат <данные изъяты> и биопрепарат: «<данные изъяты>»? ФИО59 №4 ответил, не знаю что это за препарат, он только перевозил по указанию ФИО59 №39 какую-то жидкость с базы, что это была за жидкость, не знает, ее дальше распыляли на объекте и ФИО59 №39 фотографировал. ФИО59 №39 должен знать, что там было в бочках. На вопрос следователя: Знаком ли ему региональный представитель ООО«<данные изъяты>» ФИО59 №1? ФИО59 №4 ответил, да видел того в ООО «<данные изъяты>», какие-то документы подписывал где была подпись того. За период работы в ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» выезды в командировку в <адрес> или <адрес>, он не осуществлял, за пределы <адрес> он не выезжал. На вопрос следователя: осуществлялась ли им погрузка биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> на производственной площадке ООО«<данные изъяты>» в <адрес> края для дальнейшей перевозки на площадку ООО«<данные изъяты>» для утилизации нефтеотходов? ФИО59 №4 ответил, нет, он этого ничего не возил. В ходе допроса ему следователем на обозрение предъявлены путевые листы (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №4), осмотрев которые он показал, что подпись в них от имени водителя ФИО59 №4 принадлежит ему, путевые листы на подпись ему предоставляли диспетчер ФИО59 №18 или ФИО59 №27, что было написано на оборотной стороне указанных путевых листов он не читал, что такое <данные изъяты> и <данные изъяты> не знает, он считал что расписывается за перевозку жидкости, которую ему заливал на базе <адрес> ФИО59 №39, при этом, тот ему пояснял что жидкость это какие-то бактерии, которые «съедают нефть». В ходе допроса следователем ему на обозрение предъявлены журналы выдачи заданий ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №4), осмотрев которые показал, что подпись в графе «задание получил» от имени ФИО59 №4 принадлежит ему, предоставляли на подпись ему эти журналы ФИО59 №13, и ФИО59 №14, которые сидели в одном кабинете, что написано в задании он никогда не читал, так как все равно все задания ему давал руководитель ФИО59 №39. В ходе допроса ему на обозрение предъявлены товарно-транспортные накладные (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №4), осмотрев которые он показал, что подпись в них от имени водителя ФИО59 №1. принадлежит ему, на подпись ему указанные документы передавала ФИО59 №13 и говорила их подписать, препараты указанные в транспортных накладных – <данные изъяты> и <данные изъяты> он от ФИО59 №1 никогда не получал, в <адрес> никогда не ездил, ФИО59 №13 передавала ему на подписание указанные транспортные накладные уже подписанные ею, ФИО59 №1 и насколько помнит с проставленными печатями. Он когда их подписывал не читал, так как давала ФИО59 №13 их подписывать сразу в большом количестве пачкой, он думал что расписывается за проведенные им фактически перевозки на амбары, никаких денежных средств ни от кого за подписание данных документов не получал, но оснований думать, что ФИО59 №13 его может как-то подставить у него не было. От директора ФИО29 он вообще никаких указаний по работе не получал, на объектах в полях того не было, все распоряжения он получал от ФИО59 №39. (том 9 л.д. 1-14) ФИО59 ФИО59 №4 подтвердил оглашенные показания, пояснил, что следователь показывала ему документы по которым он ездил в <адрес>, но он не ездил. Фамилии ФИО59 №13, ФИО59 №1 он слышал. Он подтверждаете, что кроме того что возил жидкость он еще возил и спецтехнику, бульдозеры, экскаваторы. Жидкость в бочке была, там машина такая, бочка зацепляется под эту машину, прицепное и он эту бочку перевозил, они разбрызгивали, разливали потом, а что именно разливали он не знает. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №5 известно, что сейчас он работает в <данные изъяты>». Он работал водителем в ООО «<данные изъяты> когда не помнит. До этого он работал в ООО «<данные изъяты>». В <данные изъяты>» он работал на <данные изъяты>-самосвале №. В ООО «<данные изъяты>» работал на том же автомобиле, сначала на №, потом на № потом вместе с <данные изъяты> перешел в «<данные изъяты>». Прямым руководителем был Г., он давал задания по рекультивации. Еще указания по рекультивации давал ФИО59 №42. Сколько загрузили, столько загрузили, грузчики сами это определяли. Грузил экскаватором Ю., в какой организации он числился, в «<данные изъяты>» или «<данные изъяты>» не знает. Директора ООО «<данные изъяты>» ФИО29 он практически и не видел, он ему никаких указаний не давал. Кому принадлежали организации ООО «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» он не знает. Ему знаком ФИО1, он вместе с ним работал в «<данные изъяты>», он раньше там работал, М. был механиком. В «<данные изъяты>» они вместе не работали. «<данные изъяты>» отдельно база была, а «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» вместе были. От ФИО1 он не получал указания ехать заниматься рекультивацией. Все указания он получал от ФИО59 №39 и от ФИО59 №42 изредка. Кто из них кем работал он не знает, ему разницы не было, он отработал, зарплату получил и все. За его работой следил Г.. Путевые листы, ТТН он с утра получал, подписывал, проходили врача и поехали. Путевые листы получали у механика Ш., фамилию не знает, Г. вроде то же там был. Путевой лист уже был напечатан, водитель такой-то принял машину, откуда куда, груз, не помнит, он никогда не читал, подписывал и все, чтобы зарплата была. Он получал путевой лист, там печати стояли, подпись врача стояла, других подписей не было. Он возил на <данные изъяты> органические удобрения по <адрес>, замазутку убирал, это загрязненный грунт, и навоз завозили туда. Погрузка осуществлялась на территории асфальтного завода на производственной площадке, там емкость стояла большая, с этой емкости грузили в бочку жидкие удобрения какие-то, он перевозил на бочке на трале по объектам, где делали рекультивацию по степи, в сторону <адрес>, еще куда-то. Он еще ездил на <данные изъяты> тягаче, номер не знает, цвет кабины серый или хаки. Препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> ему не знакомы, он не знает какие они. Жидкие препараты на асфальтном заводе грузили, что за жидкость там грузили, запах, цвет не видел, он машину подгонял, сам ничего не загружал, другие ребята подходили, загружали со шлангами как-то. И на рекультивацию он приезжал, выгрузку тоже не делал, там обученные люди были. Когда была загрузка биопрепаратов с бочки на асфальтном заводе, ФИО59 №39 присутствовал, он и при погрузке был и при разгрузке, контролировал все это. Разгрузка этого биопрепарата который он привез на полях осуществлялась разбрызгивали как-то. Он просто машину прогонял и все, сам находился в машине и ничего не разбрызгивал, по команде проедь, он проехал, из машины даже не выходил, насос встроенный к машине был подключен, шланги это сами ребята там делали, подсоединяли. ФИО59 №39 все это фотографировал. С этой бочкой в день он делал один рейс, может, два. 100 кубов перевезти в день навряд ли. Бочка была серого цвета, объем не знает, она была раньше водовоз, полуприцеп крепился, седельный тягач, он на нем редко ездил, в основном на <данные изъяты>, это было в теплое время года. Имел ли какое-то отношение к этим загрузкам ФИО59 №1 не знает, он его не помнит. На лодочке - самосвале он возил замазученный грунт, навоз и плодородный слой завозил на месторождения, где очищали от нефтяных разливов. Замазученный грунт возили с этих разливов на специальные отведенные места. Не помнит, выезжал ли он в период работы в «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» за пределы <адрес>, он много работ поменял, на каждой много выезжал, уже по всей <адрес> проехал. В <адрес> фирме нефтяной работал, но уже после «<данные изъяты>». От ООО «<данные изъяты>» или от ООО «<данные изъяты>» в командировку в <адрес> в <адрес> в ООО «<данные изъяты>» он не ездил. Организация «<данные изъяты>» ему не знакома. Г. давал ему путевки о том, что он ездил в этот город он подписывал, сколько их было не помнит, не одна. По документам он несколько раз ездил в <адрес> в <адрес>, на самом деле он туда не ездил. О том, что в «<данные изъяты>» проводились обыски он не знал, он уже в другой организации работал. ФИО59 №39 говорил, что ели его будут спрашивать сотрудники или налоговая, что бы он говорил, что якобы ездил, на самом деле он никуда не ездил. Из показаний свидетеля ФИО59 №5 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в период с конца ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: в <адрес>, адрес точный не помню, в должности водителя. До этого с ДД.ММ.ГГГГ года работал в ООО «<данные изъяты>» также в должности водителя. Он работал на автомобиле <данные изъяты>, государственный №, тягач номер насколько помнит №. В ООО «<данные изъяты>» работал на том же автомобиле.Транспортное средство, на котором он работал в ООО «<данные изъяты>» перешло в новую организацию ООО «<данные изъяты>, в связи с чем, он как водитель стал работать в ООО»<данные изъяты>», о чем ему сообщил директор ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №19 Д.. В ООО «<данные изъяты>», указания по всем рабочим вопросам ему давал ФИО59 №39, так как ранее ФИО59 №42, который как ему известно был каким-то начальником в <данные изъяты>, сказал что по всем вопросам указания будет давать им ФИО59 №39. Иногда указания поступали от самого ФИО59 №42. Указания поступали о том, куда и в каком количестве грузить материалы. Он возил только очищенный грунт и навоз. ФИО59 №39 насколько ему известно занимал должность инженера. На <данные изъяты> он в основном возил навоз (органические удобрения) и землю. Также по указанию ФИО59 №39 он ездил за органическими удобрениями в <адрес> на кашары на <данные изъяты>. Погрузка осуществлялась экскаватором <данные изъяты> принадлежащим ООО «<данные изъяты>», органические удобрения грузили работники ООО «<данные изъяты>», анкетных данных работников назвать не смог, так как не помнит. Помимо работников ООО «<данные изъяты>» на кашарах видел хозяина анкетные данные того, ему не известны, чьи эти кашары ему не известно. Далее навоз он отвозил на объекты, которые ему называл ФИО59 №39. За работой всегда следил ФИО59 №39. На вопрос следователя: поясните обстоятельства подписания путевых листов и товарно-транспортных накладных ООО <данные изъяты>»? ФИО59 №5 показал, что путевые листы и товарно - транспортные накладные он подписывал при следующих обстоятельствах. Его, его отца – ФИО59 №4, его брата ФИО59 №3 вызывал ФИО59 №39 в кабинет инженеров-экологов, где присутствовали ФИО59 №13, ФИО59 №14, ФИО59 №1 и ФИО59 №39, там мы по указанию ФИО59 №39 подписывали уже заполненные путевые листы и товарно-транспортные накладны, с подписями и оттисками печатей. При этом, что там было написано он никогда не читал, путевых листов было много. В период с ДД.ММ.ГГГГ по июнь ДД.ММ.ГГГГ он пользовался абонентскими номерами №. Организация ООО«<данные изъяты>» ему не знакома. Что такое препарат «<данные изъяты>» и биопрепарат: «<данные изъяты>», первый раз слышит, для чего его используют и в каком он виде, ему не известно. На вопрос следователя: Ему знаком региональный представитель ООО«<данные изъяты>» ФИО59 №1? ФИО59 №5 ответил, что да знаком тот работал в ООО «<данные изъяты>». Погрузка биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> на производственной площадке ООО«<данные изъяты>» в <адрес> края для дальнейшей перевозки на площадку ООО«<данные изъяты>» для утилизации нефтеотходов им не осуществлялась. За период работы в ООО <данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» выезды в командировку в <адрес> или <адрес>, им не осуществлялись, за пределы <адрес> он не выезжал. На вопрос следователя: по какой причине ДД.ММ.ГГГГ им даны иные показания о том, что он в период работы в ООО «<данные изъяты>» ездили в командировку в <адрес> и получали там биопрепараты? ФИО59 №5 пояснил, что это были ложные показания, он их давал по указанию ФИО59 №39, который сказал ему дать показания о том, что он ездил в <адрес> и получал биопрепараты, со слов того в случае если он даст правдивые показания, что в действительности никуда не ездил, он каким-то образом навредит фактическому руководителю организации ФИО1, который числился там механиком. Товарно-транспортные накладные, согласно которым он ездил в <адрес> за биопрепаратами давал ему на подписание также ФИО59 №39 и давал указание подписать их, при этом говорил о том, чтобы он не волновался, так как в действительности за биопрепаратами уже кто-то съездил, просто оформлены документы будут на него. В ходе допроса ему следователем на обозрение предъявлены светокопии транспортных накладных и товарно-транспортные накладные (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №5), осмотрев которые он показал, что его подпись подтверждает, она принадлежит ему, подписывал он указанные документы по указанию ФИО59 №39 при вышеуказанных обстоятельствах в присутствии ФИО59 №13, ФИО59 №14, ФИО59 №1, при этом он их не читал, <данные изъяты> и <данные изъяты> не разгружал и не перевозил, в том числе из <адрес>. Подписывал документы, так как выполнял поручение ФИО59 №39, который являлся его непосредственным руководителем. В ходе допроса следователем ему на обозрение предъявлен журнал выдачи заданий ООО «<данные изъяты>» «утилизация (обезвреживание) бурового шлама на полигоне для переработки нефтешлама ООО «<данные изъяты>», начат ДД.ММ.ГГГГ, осмотрев который он показал, что подпись в нем от имени ФИО59 №5 принадлежит не ему и выполнена с подрожанием кем не известно. В ходе допроса следователем ему на обозрение предъявлен журнал выдачи заданий «переработка (обезвреживание) нефтешлама на полигоне для переработки нефтешлама ООО «<данные изъяты>», начат ДД.ММ.ГГГГ, осмотрев которые могу пояснить, что подпись в графе «задание получил» от имени ФИО59 №5 принадлежит ему, подпись ставил по указанию ФИО59 №39, который говорил расписываться напротив своей фамилии, что было указано в задании он не читал. Журнал подписывал также в присутствии ФИО59 №1, ФИО59 №13, ФИО59 №39, ФИО59 №14 От директора ООО «<данные изъяты>» ФИО29 он вообще никаких указаний по работе не получал, видел того редко, все распоряжения и указания он получал от ФИО59 №39 и иногда от ФИО59 №42. (том № 9 л.д. 15-20) ФИО59 ФИО59 №5 подтвердил оглашенные показания, в протоколе все правильно написано. Кто собственник предприятий «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» он не знает. О какой-либо противоправной деятельности ФИО29 как руководителя «<данные изъяты>» пояснить не может, он его фактически и не видел. С ФИО59 №6 они вместе работали, и сейчас работают вместе на дальнобое. Он ему никогда не говорил, что по документам он вообще является собственником ООО «<данные изъяты>». В ТТН его подпись, но он в <данные изъяты> не ездил, все эти накладные он подписал, потому что его Г. просил. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №6 известно, что ему знаком подсудимый ФИО31 это бывший директор. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. он работал водителем в «<данные изъяты>». Когда только пришел, он устроился в «<данные изъяты>», потом перевели в «<данные изъяты>», документально переводили, по сути это оставалось одно и то же, наверное, машины одни и те же были, директора разные. Сначала он в «<данные изъяты> работал», в «<данные изъяты>» работал водителем в последние годы, как закончилась работа ДД.ММ.ГГГГ гг. что-то такое. В ДД.ММ.ГГГГ г. не помнит где работал в «<данные изъяты>» или в «<данные изъяты>», не помнит, в каком году перешел. Номера машин на которых работал не помнит, он управлял <данные изъяты> - тягач был, год выпуска не помнит, не свежих годов, и <данные изъяты> – самосвал и тягач. В парке все машины были желтого цвета, кроме <данные изъяты>, она белая. В должности диспетчера работала ФИО59 №18, она путевые листы выдавала, перед этим утром проходил мед. осмотр. Они приходили, им говорили, берите путевые листы у диспетчера и на объект езжайте. Путевые листы были распечатанные, что там было заполнено он не помнит, был указан свободный маршрут. Сдавали они путевые вечером после работы, в крайнем случае, на утро, когда новый брали. Такого, что бы ему пачку вручили путевых и он расписался он не помнит. Он по большей части технику перетаскивал на платформе и на самосвалах песок, щебенку перевозили. Если на самосвале нет работы, на объекты технику возил - экскаватор, бульдозеры. Техника, которую он возил, наверное, была, «<данные изъяты>». Объекты – это земельные участки, на которых замазученную землю убирали. Постоянно у него этот вид деятельности был, на самосвалах перевозили, бульдозер собирал, экскаватор грузил. И эту землю везли на полигон, участок дороги с <адрес> на <адрес> На этот полигон он тоже технику привозил, а так не участвовал, там что-то перемешивали, обрабатывали, сушили. Биопрепараты он возил с базы на объекты, на полевые работы и на полигон. Были ли это препараты <данные изъяты>, <данные изъяты> он не знает, не интересовался как называется то, что он перевозил, там и жидкие в цистернах, он цеплял полуприцеп, и в мешках что-то. Цистерна объем где-то 18-20 кубов, бочка старенькая была, облезлая как морковного цвета, номера не помнит, длина стандартная, где-то 10-12 метров. Полуприцеп сам 13.40 или 13.60. Эту бочку он зацепляли на асфальтовом заводе, это как база тоже была. Не один он эту бочку возил, там много водителей было, это не только его участок работы или объект, кто-то другой, возил, если он не мог. У него был не конкретный объект, он разъезжал по разным объектам, разные грузы возил. Имелась бочка на оси, прицепная, самостоятельная и <данные изъяты> самосвал, на котором была установлена бочка. Кроме того, что он возил, имелись еще в распоряжении компании бочки, ездили, там прицепная емкость была, бывало, что еще и самосвал грузили, вывозили. В самосвале бочка стояла. Эта прицепная бочка или серебристая или белая, не большая, кубов 6, может, чуть больше, она на двух осях. На самосвале емкость небольшого объема, самосвал метра 4. На полигоне был пропускной режим, а на остальных объектах не знает, он пригонял технику, выгружал и все. Технику, которую перевозил, он видел, она работала. На объекте был вагон, где питались водители. Работы на объектах велись. Они в парк приходили на работу, ФИО59 №39 как бригадир там был, старший, говорил, что на такую-то работу едем. ФИО59 №39 присутствовал на асфальтном заводе и работники его, там стоял насос и шланг, они циркуляцию делали, отгружали, он приходил, уже заправлена полная цистерна. И на объекте тоже, когда приезжали, там говорили, надо вперемешку делать, от центрального шланга они циркуляцию делали, ФИО59 №39 и на объектах был. Он приехал на объект с этой бочкой, дальше он не поливал, там ребята рабочие были от предприятия, наверное от «<данные изъяты>». Было такое что он приезжал на объект, там были работники РН «<данные изъяты>» и на этом полигоне, там тоже постоянно, по пропуску заезжали. Кто осуществлял такой жесткий контроль, он не знает, его дело приехать, подогнать машину, ему пропуск вынесли, показали, куда заезжать, куда стать. Не было свободного доступа на объект, выписывались пропуска, какие-то журналы были, расписывались. Выдавались ли пропуска на машину, на технику не помнит. Это его ежедневная работа была, бывало, что выходные были, работы не было. Они старались работу выполнять утром пораньше до жары, потому, что ребята говорили, что когда обрабатывают, лицо горит и они рано утром до часу работали, потом домой уходили. Организация ООО «<данные изъяты>» ему не знакома. Он в командировки в <адрес> не ездил, он только в <адрес> был где-то в ДД.ММ.ГГГГ году. Сейчас он работает в <адрес>. В <адрес> осуществлялась погрузка биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> для дальнейшей перевозки на площадку в «<данные изъяты>», с базы выгружали и возили на объект работать. Для чего нужны препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> он не знает. Он не помнит, что бы в ДД.ММ.ГГГГ года, в ДД.ММ.ГГГГ ездил в <адрес> в <адрес>, там получали какие-либо грузы. После того, как свидетель ФИО59 №6 обозрел товарно-транспортную накладную от ДД.ММ.ГГГГ года, пояснил, что не узнает свою подпись. Когда его следователь допрашивал, просили подпись делать, путевые листы показывали. Кто мог расписаться в документах если не он, не знает, он цистерну только по объектам возил и все. <данные изъяты> это самосвал, о котором он говорил, 10 тонн на нем из <адрес> он не возил. Бочку морковного цвета он цеплял с асфальтного завода, где ее наполняли и возил на полигон, на объекты в поля, бывало и большие расстояния, и 20, и 30, и 40 км. Туда раза 2 в день максимум можно было съездить, пока ее закачают, пока выкачают. Полигон по федеральной трассе, от <адрес>, может, 70 км. На полигоне перерабатывали грунт, который привозили с объектов. А на объекты бочки возили, на самосвале и он и ребята возили мешки, навоз с ферм возили, он технику притаскивал, конкретно, когда и какие дни, не помнит. <данные изъяты> это самосвал был, на нем можно было в <адрес> съездить это свежая машина. Номер на <данные изъяты> не помнит, одна машина №, а другая или №, он ездил и на той и на той. <данные изъяты> без прицепа ездил. Когда бочку возил в эту бочку жидкость закачивали, в какие годы это было не помнит. Он на тот момент работал в <данные изъяты>», бочку наверное и в <данные изъяты>» он возил, они занимались этой работой, выполняли, он не помнит когда точно в «<данные изъяты>» перешел. Эта бочка в виде полуприцепа, ее тягач должен возить. Там два тягача было. № с полуприцепом № - это полуприцеп бортовой. То что указано в документах, что такой <данные изъяты> с таким прицепом ездил в <адрес>, грузополучатель <адрес>, груз <данные изъяты> сухой 12 тонн,ДД.ММ.ГГГГ тоже на этом же <данные изъяты> 20 тонн <данные изъяты> марки, он не помнит что бы туда ездил, в ДД.ММ.ГГГГ году он туда не ездил. В протоколе допроса вроде его подпись, у него простая подпись. В трех товарно-транспортных накладных за ДД.ММ.ГГГГ года о том, что он возил органические удобрения в «<данные изъяты>» от ИП ФИО1 не его подпись. ИП ФИО1 он не знает. С ферм он возил навоз, органические удобрения, может, ребят кого подменял, органические удобрения возили с кошар, перегной какой-то, но подпись не его. Из показаний свидетеля ФИО59 №6, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год он работал в ООО <данные изъяты>», расположенном по адресу: в <адрес> должности водителя. Обстоятельства его трудоустройства следующий: слышал от знакомых о том, что требуются водители в указанную организацию, самостоятельно принес документыв отдел кадров, куда спустя некоторое время его вызвали с целью подписания трудового договора. Директором на тот период времени являлся ФИО59 №19, отчество не помнит. Собеседование он ни с кем не проходил. Он работал на автомобиле <данные изъяты>, <данные изъяты> (самосвал), и еще какой-то камаз. Заработная плата у него была 20000 рублей, открытой в банке <данные изъяты>. Руководителя в ООО «<данные изъяты>» у него не было, все задания он узнавал от механика по имени Ш., фамилию не помнит и от диспетчера ФИО59 №18 о том, какой материал забирать, куда грузить куда отвозить и т.д. В основном он возил песок и щебенку. Путевые листы выдавались ему ФИО59 №18 без указания задания, то есть оборотная сторона была пустая, и был указан «свободный маршрут», а уже непосредственно задание он получал от Ш., либо от ФИО59 №18 На полигон ООО«<данные изъяты>» он привозил на <данные изъяты> технику: трактор и экскаватор, и навоз. В период ДД.ММ.ГГГГ по июнь ДД.ММ.ГГГГ он пользовался абонентскими номерами №. Организация ООО«<данные изъяты>», ему не знакома, на базе <адрес> никаких ТМЦ не грузили, насколько помнит несколько раз привозил туда технику: трактор и <данные изъяты>. Еще видел там несколько больших емкостей, что в них находилось ему не известно. Название «<данные изъяты>» и биопрепарат: «нефтедеструктор» он слышал, но для чего он и в каом виде он не в курсе. Ему знаком региональный представитель ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №1, он видел его на территории ООО "<данные изъяты>" и на территории вышеуказанной базы, периодически здоровались с ним, больше про него ничего пояснить не может. На вопрос следователя: осуществлялась ли им погрузка биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> на производственной площадке ООО«<данные изъяты>» в <адрес> края для дальнейшей перевозки на площадку ООО«<данные изъяты>» для утилизации нефтеотходов? Ответил, что не знает, что такое <данные изъяты> и <данные изъяты> За период работы в ООО «<данные изъяты> выезды в командировку в <адрес> или <адрес> им не осуществлялись. ФИО59 № 30 ему не знакома, органические удобрения он отгружал на кашарах, кому они принадлежат ему не известно. Обозрев предъявленные ему в ходе допроса путевые листы, светокопии транспортных накладных, транспортные накладные, товарно-транспортные накладные (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №6) показал, что подпись от имени ФИО59 №6 принадлежит ему, однако обстоятельства подписания их не помнит, микробиологический препарат нефтедеструктор и гумиком он никогда не грузил, никуда не перевозил и от ФИО59 №1 не получал, в <адрес> за ним не ездил. Все путевые листы, транспортные накладные ему давала на подпись диспетчер ФИО59 №18 и механики ФИО59 №28 и ФИО1, от которых ему поступали указания куда ехать, какой груз везти. Обычно в диспетчерской путевые листы он подписывал пачкой, переданной ему ФИО59 №18, никогда их не читал, так как оснований думать, что ему могут подставить, не было. О том, что нужно подписать путевые листы и транспортные накладные ему сообщал также механик ФИО59 №28. Также он помнит, что ФИО59 №18 давала ему неоднократно пачку документов на переподписание, объясняя, что ею допущены какие-то технические ошибки, возможно там были и указанные товарно-транспортные накладные и путевые в Самару, он их подписывал не читая. Путевые листы по <адрес> он получал и сдавал с пустой оборотной стороной, что именно и кто вписывал в дальнейшем сведения в графу "задание" ему не известно, так как все задания он в устном виде получал от ФИО59 №28, ФИО59 №18 и ФИО1 когда он работал механиком. С какой целью ему Приказчиковапередала на подпись фиктивные документы о том, что он ездил в Самару ему не известно. Никаких денежных средств за подписание вышеуказанных документов он ни от кого не получал. (том № 16 л.д. 50-72) После оглашения показаний свидетель ФИО59 №6 пояснил, что он писал, что с «его слов напечатано верно, замечаний не было, ходатайств не имеет». Он не может подтвердить оглашенные показания, не может вспомнить, что пачками были документы. В основном приходили на работу, получали путевые листы. Может было, что переподписывали, что ФИО59 №18 ошиблась где-то, может, не было, сейчас не помнит. Каждый день он получал задания от Г. и механика Ш.. Какой объем работы делать ему говорил ФИО59 №39. От ФИО1 он не получал задания. Названия <данные изъяты> и <данные изъяты> он не знал, но емкость с какой-то химической жидкостью таскал, работники даже прикрывали лицо от испарений, что именно это была за жидкость он не знает. Он возил емкость на полуприцепе, с асфальтного завода, видел, как размешивали, подключали циркуляцию, забирал уже цистерну. В каком году это было не помнит, может он от «<данные изъяты>» возил, точно не может сказать. Асфальтный завод и «<данные изъяты>» в центре города находились, а «<данные изъяты>» где кафе «<данные изъяты>», база у них не одна была. Чья техника стояла там где он ее брал, только «<данные изъяты>» или нет он не знает, он документы не проверял. Его с какими-либо договорами поставок препаратов, с технологией по препаратам, как они работают не знакомили, курсы, что это такой препарат, это такой не проводили. В его обязанности входило взять, подогнать машину и отвезти. Он по документам являлся учредителем организации ООО "<данные изъяты>", когда было создано это юрлицо он не знает. С какого периода он стал учредителем, не помнит, просто ФИО59 №39 попросил на какое-то время, для чего это нужно он ему не пояснял, он сам не интересовался, он согласился просто так, потому что они вместе работают, общаются. Он доверял ФИО59 №39, работали вместе как только он пришел в "<данные изъяты>", не знает сколько лет проработал, много. Когда Г. попросил стать учредителем, они у нотариуса какой-то документ подписывали, какой не знает. У нотариуса они были 2 раза, один раз когда он стал учредителем, второй раз, когда перестал им быть, так же по просьбе ФИО59 №39. После него на ФИО59 №39 все переоформили у нотариуса, каким именно документом он не знает, что передали или как, он документ не читал. Когда это было не помнит, на данный момент он не является учредителем. После того как ФИО59 №39 попросил его выйти из учредителей, кто был директором он не в курсе. Был ли ФИО59 №39 директором не знает. Когда, что по датам он не помнит, все это по просьбе ФИО59 №39. Учредителем он являлись только по документам, никаких обязанностей у него не было, он не знает, что как там происходило, фактически никакого отношения к деятельности ООО "<данные изъяты>" он не имел, если подписывал документы, то это было по чьей-то просьбе, в суть документов он не вникал. Какие документы он подписывал когда был учредителем не помнит. Когда он был учредителем <данные изъяты>" директором был ФИО60 , его хорошо помнит, они по работе встречались. Когда ФИО31 принимали на работу, может быть тогда и пришли, может сказал, надо будет принять человека директором, или там что-то роспись поставь, не может сказать подписывал он или не подписывал. Когда ФИО31 освободили от должности директора, он не знает. Кто еще был директором "<данные изъяты>" кроме ФИО31 он не знает. Кто принимал решение о принятии на работу директорами ФИО31, ФИО59 №19, ФИО1, ФИО59 №13 он не знает, может Г. с ними решил. Он руководствовался тем, что говорил ФИО59 №39, ни во что не вникал. Он на работу никого не принимал, кроме "баранки" ничего не знает. Это не его все решения были в отношении всех этих людей, он это делал, потому что его ФИО59 №39 просто просил. ФИО1 он видел, приехал, уехал и все. ФИО59 №40 такую фамилию он первый раз услышал когда ему СМС пришла, еще там какая-то фамилия, то же первый раз такую слышал. В тот раз он перепутал, когда приехал, трудовую посмотрел, он не в "<данные изъяты>" работал, а в "<данные изъяты>". В "<данные изъяты>" он не работал, просто на одной территории были, ребят там переводили, столько времени прошло. Когда он был учредителем "<данные изъяты>", он так же был водителем на <данные изъяты> в "<данные изъяты>", осуществлял перевозки, спецтехнику возил на трале. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №7 известно, что если начинать с «<данные изъяты> он работал там с ДД.ММ.ГГГГ г., с ДД.ММ.ГГГГ г. работал в «<данные изъяты>», их уволили где-то в ДД.ММ.ГГГГ г. На работу его принимал ФИО31, он был директором. Работал он машинистом экскаватора, управлял экскаватором <данные изъяты>, гос. номер не помнит. Его работа по графику была ежедневная, утром перед выездом каждый день диспетчером ФИО59 №18 выдавались путевые листы, она из «<данные изъяты>» была, их диспетчера не помнит. Путевые листы были заполнены, в них указывалось время и место работы. На оборотной стороне, он заполнял время работы с утра и до пяти и роспись. В его обязанности входило, когда грунт замазученный привозили, на полигонах вываливали в амбары, специальные площадки, он его перемешивал, когда эксковатором, когда бульдозером, сушили. Полигон, амбар, где грунт перемешивали от <адрес> где-то в 10 км находился. Когда он размешивал эту замазученную землю спец. техникой жидкость никакую не добавляли, только известь. Потом в конце чем-то поливали, чем не знает. Бочка на автомобиле приходила и насосом поливали, откуда ее привозили, он не знает. Знает, что их бочка с соляркой, когда они заправлялись соляркой. На асфальтовом заводе бочки с жидкостью какой-то стояли, он не знаете с какой. Кто с этих бочек в машину наливал не знает, он там не присутствовал. Имела ли жидкость, которой поливали какой-то специфический запах, не определишь, на полигоне воняло нефтью, потом с МПК привозили какую-то химию сливали, там очень воняло. Какого цвета была жидкость эта, не знает, они на другой секции, его это не касалось. В «<данные изъяты>» было два экскаватора <данные изъяты>, бульдозер <данные изъяты> камазистов пять, ДТ была, только не помнит, их или «<данные изъяты>», тягач был, бочка полуприцеп была. Экскаватор на <адрес> работал, на <адрес> в последнее время, там бывшие поля, испарения были, их перерабатывал, обваловывали, сушили, переворачивали, месили, пока нефти не будет, так каждый раз переворачивали экскаватором, пока полностью не высохнет, это он делал. Препараты потом добавляли, их дело было обваловать, высушить, а что после них делалось, не знает. Когда обваловывали, поля рабочие проливали чем-то, что это за жидкость, он не интересовался, не смотрел. То что на этих бочках привозили водитель был ФИО59 №4, он один привозил. ФИО59 №28 он не знает, даргинцы не участвовали в этой работе. Экскаваторы на трале перевозили ФИО59 №4, потом ФИО59 №6, он водителем то же работал. Что ФИО59 №6 являлся учредителем, собственником ООО «<данные изъяты>» он первый раз слышит<данные изъяты> заносилась селитра, потом еще что-то, потом навоз сыпали. Селитру при нем разгружали, он помогал засыпать в бункер мешки. С такими препаратами как <данные изъяты> и <данные изъяты> он не сталкивался, никуда не возил, они ему не знакомы. Лаборатория брала пробы грунта и на полигоне на счет нефти, есть, нет, жирность. Пока он работал в «<данные изъяты>», всеми производственными процессами руководил ФИО59 №39, задание он получал от него. ФИО29 был на тот момент директором, но он от него никаких указаний не получал. Задание куда ехать, что делать утром давал Г., он каждый процесс фотографировал от начала до конца, везде, где работали. Он не помнил, что бы видел ФИО59 №39 на асфальтном заводе, он редко там бывал. ФИО1 ему знаком, в ДД.ММ.ГГГГ году он принимал его на работу в «<данные изъяты>», он тогда механиком был. В «<данные изъяты>» М. не работал, в руководственном процессе не участвовал, указаний никаких не давал. К ним непосредственно только Г. относился, больше указаний нам никто не давал. Руководителем был непосредственно ФИО59 №39, ФИО31 был директором, по работе не пересекались, указаний он не давал, только здоровались. Из показаний свидетеля ФИО59 №7 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года он работал в ООО «<данные изъяты>» в должности машиниста-экскаватора, в дальнейшем в период с ДД.ММ.ГГГГ года его пригласил на работу в ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №39 на такую же должность. Директором ООО «<данные изъяты>» являлся ФИО29, которого он периодически видел, однако указаний от того никаких не получал, собеседование при трудоустройстве не проходил. ООО <данные изъяты>» находилось <адрес>, номер дома не помнит. Уволился он с ООО <данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ года. Он работал на эксковаторе <данные изъяты>, государственный номер не помнит. Его непосредственным руководителем в ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» был ФИО59 №39, отчество того не знает, который был мастером и бригадиром. Он осуществлял деятельность на полигонах, на абмарах, там где разлита нефть, собирали ее и перемешивали. Все указания ему поступали от ФИО59 №39, тот руководил всем производственным процессом. В период работы в ООО «<данные изъяты>» он пользовался абонентским номером №. Что такое препарат «<данные изъяты> и биопрепарат: «<данные изъяты>», для чего его используют и в каком он виде, он понятия не имеет. В ходе допроса ему следователем на обозрение предъявлены путевые листы (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №7), осмотрев которые показал, что подпись от имени ФИО59 №7 принадлежит ему, при этом путевые листы ему до начала рейса давала диспетчер ООО «<данные изъяты> ФИО59 №27 и диспетчер ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №18, при этом оборотная сторона листа была пустая, кто и каким образом впоследствии ее заполнял ему не известно, он сдавал обратно пустые путевые листы. Задания он все равно в устной форме получал от ФИО59 №39 Ознакомившись с указанным в путевых листах с заданием показал, что работы им действительно проводились на полигоне ООО «<данные изъяты>» по перемешиванию с какой-то темной жидкостью, которую рассеивали из бочки, привезенной водителем ФИО59 №4, <данные изъяты> это был или нет, он не знает. При этом ФИО59 №39 всегда присутствовал на объекте проведения работ и осуществлял фотографирование. От братьев ФИО1 и Р. ему никаких указаний не поступало, все указания ему были от ФИО59 №39 В ходе допроса ему предъявлен журнал ООО <данные изъяты>» «Утилизация (обезвреживание) бурового шлама на полигоне для переработки нефтешлама ООО «<данные изъяты>», осмотрев который показал, что подпись в нем принадлежит ему, давала журнал на подпись ФИО59 №13 (том № 9 л.д. 35-39) ФИО59 ФИО59 №7 подтвердил оглашенные показания, пояснил, что механиком в «<данные изъяты>» был ФИО59 №28. ФИО59 №39 был по всем объектам, должность его не знает. В «<данные изъяты> они тоже все работали и ФИО59 №39 там работал, потом в ДД.ММ.ГГГГ г. перешли все в «<данные изъяты>». В «<данные изъяты>» тем же самым занимались, только там объёмов больше было. Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №8, данных им во время предварительного следствия известно, что в ДД.ММ.ГГГГ года он был трудоустроен в должности водителя ООО «<данные изъяты>», директором которой являлся ФИО46 При этом, непосредственные указания по работе он получал от ФИО59 №39 В ООО «<данные изъяты>» имелись 5 самосвалов марки <данные изъяты>", номера не помнит, грузоподъемностью они были по 13 тонн. Данные автомобили занимались перевозкой грунта и навоза. Данные автообилт были оснащены комплексом "<данные изъяты>". Лично он, управлял автомобилем "<данные изъяты>" г/н № буквы не помнит. На данном автомобиле он занимался перевозкой сыпучих грузов. За период его работы с ДД.ММ.ГГГГ г по ДД.ММ.ГГГГ года он за пределы <адрес> на служебном автомобиле он не выезжал. Каждый день перед выездом он проходил медицинское освидетельстволвание, ему выдавался путевой лист. В указанный период его работы он использовал абонентский №. В <адрес> для погрузки биопрепаратов и дальнейшей их перевозки в <адрес> он не выезжал. так же может пояснить. что в период его работы в ООО «<данные изъяты> автомобили "<данные изъяты>" перевозили только сыпучие грузы, в <адрес> за биопрепаратами никто не выезжал. (Том № 8 л.д. 97-100) Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №9 известно, что ФИО29 ему знаком, он работал директором организации, в ДД.ММ.ГГГГ году его знакомили с ним в компании, которая занималась переработкой нефтезагрязненных шламов. Он работал в ООО «<данные изъяты>» в должности генерального директора с ДД.ММ.ГГГГ по начало ДД.ММ.ГГГГ годы. В его обязанности входило управлять компанией согласно уставу общества, в уставе были полномочия по обращению в правоохранительные органы, суды именно от «<данные изъяты>». В период ДД.ММ.ГГГГ гг., он с заявлением в правоохранительные органы, либо в суд, в части действий подрядчика ООО «<данные изъяты>» не обращался. Учредителем ООО «<данные изъяты>» была компания НК «<данные изъяты>». Его в качестве директора утверждал, а потом расторгал трудовой договор президент компании НК «<данные изъяты>» ФИО30 Компания <данные изъяты>, насколько он знает из интернета, пару лет назад продала ООО «<данные изъяты>» в компанию «<данные изъяты>», знает что <данные изъяты> в <адрес> больше нет. Прекращения с ним трудовых отношений это было решение компании НК «<данные изъяты>», не его инициатива. Ему позвонили, сказали, что едет новый генеральный директор, что принято такое решение расторгнуть с ним трудовой договор в одностороннем порядке, причины ему не объясняли. Особых обстоятельств подписания договоров о проведении работ по утилизации, обезвреживании бурового раствора и буровых сточных вод в ДД.ММ.ГГГГ г. с ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №11 не помнит, ему клали в стопки, он подписывал после согласования всех процедур и все. Договоры по работам по ликвидации временных шламонакопительных на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» проводили, но он не помнит название организации, много лет прошло. Кто присутствовал на объектах из работников ООО <данные изъяты>» при внесении препарата <данные изъяты> и <данные изъяты> в рамках указанных договоров не помнит, какие-то акты о внесении должны были оформляться. Контролем по факту приобретения и внесения препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> занимались специалисты ООО «<данные изъяты>», которые вели договора и контролировали. ФИО59 №41 - не помнит такого. Имя ФИО59 №39 он слышал, но сейчас не припоминает, чем он занимался. ФИО1 ему знаком. У него было кафе «<данные изъяты>» в <адрес> он туда приходил обедать, потом организовывал небольшие свои мероприятия. Они познакомились, периодически общались на разные темы. Он в тот период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ г.г. работал в <адрес>, где располагался центральный офис «<данные изъяты>». На тот момент он не знал, что руководителем и собственником ООО «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» являлся ФИО1, потом уже, когда в ДД.ММ.ГГГГ г. в <адрес> его вызывали на показания, ему все это объяснили. ФИО59 №40 был начальником отдела экологической безопасности в ООО «<данные изъяты>», потом уволился, где-то работал, где конкретно не знает. ФИО3 был у него в подчинении начальником управления по промышленной безопасности, экологии и охраны труда. ФИО59 №24 была то же сотрудником «<данные изъяты>» занимала должность начальник отдела экологии и экологической безопасности. ФИО59 №40 раньше эту должность занимал, в какой период не помнит. По уголовному делу в отношении ФИО31 его следователь не допрашивал, допрашивали относительно ФИО1. В ходе допроса следователь какие-то документы показывала, договор с «<данные изъяты>», регламент по внесению биодеструкторов. Он подтвердил, что договор он действительно подписывал как генеральный директор после согласования всех сторон. Следователь показывала акты сдачи работ. Акты он утверждал, а подписывает комиссия. Он на все объекты не выезжал. Если проезжал мимо и видел какие-то нарушения, то останавливался, вызывал, разбирался. Но непосредственно на приемку он не выезжал. Ответственные за приемку выполненных работ получается, начальник отдела экологии, начальник управления промышленной безопасности - ФИО59 №24, кто-то из специалистов должен был быть, кто непосредственно контролировал, кто-то из ребят из отдела. Они непосредственно контролировали выполнение работ и ему докладывали еженедельно на планерках, о ходе, прикладывали фотографии, на планёрках делался запрос-контроль о выполнении подрядных работ подрядными организациями по устранению нефтезагрязнений. ФИО59 №24 готовила презентации, были отдельные совещания по вопросам экологии промышленной безопасности, по выполнению подрядчиками работ по договорам с «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» то же самое. Организацию «<данные изъяты>» помнит смутно, какие договоры с ней заключались не помнит, процедура заключения договоров она одинаковая. Специальная комиссия, которая собирает предложения, сначала идет техническая оценка, после выбирается по минимальной коммерческой стоимости, подписывается протокол выбора победителя организации. Потом в установленном порядке запускается договор и подписывается. Решение о признании победителем по результатам конкурса принимает комиссия. В комиссию входили председатель комиссии - либо первый заместитель, либо он и все заместили, человек 6-7. Перед подписанием договора, когда победитель конкурса был определен, до подписания обязательна процедура согласования договора, там как обходной лист, его подписывали все специалисты, начиная от человека, кто этот договор первый проверял и в дальнейшем ведет, и потом все, кто относятся к этому договору, все заместители. После того, как все подписали, он уже подписывает договор. Детали договоров, которые были заключены между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», объемы, сроки он не помнит. Претензии со стороны «<данные изъяты>», пока он был руководителем к качеству выполнения работ компанией «<данные изъяты>», не было. Проверки были. В ДД.ММ.ГГГГ г., какая-то внешняя проверка была, присылали руководители с «<данные изъяты>», она ездила по участкам, все проверяла своими методами, замечаний не было. В «<данные изъяты>» существовала определенная процедура проверки подрядчика, все было прописано, каким образом организовывается контроль. Требования к качеству выполнения работ – это доведение содержания нефтепродуктов до границ установленных федеральными нормами, цифру сейчас помнит. Контроль за проведенными подрядчиком работами реально осуществлялся, он спрашивал за выполнение календарного графика производства работ, там прилагались фотографии, люди же выезжали. Отдел экологии соответственно и осуществлял контроль, они вели этот договор и периодически выезжали представители службы безопасности. За период его руководства у него не было никаких официальных обращений, служебных записок о каких-то несоответствиях, о недобросовестном исполнении со стороны работников «<данные изъяты>» каких-то работ по утилизации нефтезагрязнений. Но они проверяли на самом деле все работы, не только экологию, это было ежемесячно. За последний период тех лет он не помнит, выезжали ли другие организации на загрязненные объекты в составе комиссий для контроля, проверок, а так ранее да, выезжали, представители каких именно организаций не помнит. Делался приказ для организации контроля за выполнением договора по подрядным организациям «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> которые занимались работами с нефтеотходами, нефтезагрязнениями, каждый отвечал за свои направления. Соответственно, за экологию отвечал начальник экологии, и дальше по структуре, и акты все подписывал начальник управления, потом шел зам. того управления, к которому это относится. Акты приема выполненных работ подписывала большая комиссия, согласно приказу. Не помнит, что бы там участвовал отдел безопасности. Кто был начальником отдела безопасности в ООО <данные изъяты>» не помнит, зам. был ФИО2, его зам. по безопасности. Когда договор по устранению этих загрязнений подходит к концу, все работы выполнены, исполнение принимается главное, чтобы комиссия акт подписала, а выезжать могли каждый по мере своей загрузки, контролировал каждый самостоятельно, свой подписывал акт, учитывая результаты проб земли. Сколько договоров было между «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», с «<данные изъяты>» не помнит, один, два максимум. Там виды работ либо земли, либо переработка на полигоне. Сумму денежных средств по этим договорам не помнит. Примерный размер оплаты за работу по устранению нефтезагрязненных места или земли, по договору, может, порядка 100000000 рублей. Они являлись дочерней организацией «<данные изъяты>», и за все оплачивала «<данные изъяты>» любые работы. Они сами готовили реестры ежемесячные по выплатам и направляли их в финансовое управление «<данные изъяты>», приходили переводы, такая была система. Иногда они сами вопросом лимитов управляли, какие-то лимиты были, приходилось под эти лимиты немножко что-то урезать, в следующем месяце добавлять, это рабочий процесс. Расчетный счет «<данные изъяты>» у них был во «<данные изъяты>», почему именно в этом банке не может сказать, им завели расчётный счет, по нему и работали. Когда он пришел, расчетный счет уже в этом банке обслуживался, кто его открывал не может сказать. «<данные изъяты>» разрабатывала экологическую программу по утилизации нефтезагрязнений при производстве работ в организации «<данные изъяты>», материалы запрашивала у них, они эту информацию собирали, потом эту программу защищали в «<данные изъяты>». Экологические программы разрабатывали с точки зрения характеристик, объемов, денег, которые рассчитываются по параметрам. Разрабатывается методика по переработке нефтешламов, в том числе и внесение бактерий, <данные изъяты>, <данные изъяты>, это видимо, препараты для обработки нефти. Каким образом, в каком количестве они применяются, чтобы устранить нефтеразливы это уже технология. Должна быть разработана технология, должен быть сделан регламент, он должен быть утвержден. Регламент должен быть сделан организацией, которая имеет лицензию, потом пройти экспертизу, и только на основании документа вносить препараты, никакая организация сама не решает. Насколько понимает у них этот регламент был, его им разрабатывал кто из подрядчиков, не помнит кто. Какие-то рекомендации давала управляющая компания «<данные изъяты>», каким образом поступать. Также согласовывали эти регламенты. Устранение нефтезагрязнений на месте это было необходимостью и обязанностью пользователей недр, потому что земли, которые они по соглашениям используют для добычи нефти, они обязаны быть незагрязненными. Если загрязнение происходит, они должны их устранить оперативно, что они и делали, вывозили загрязненную нефтью землю на полигоны, перерабатывали, либо, если какие-то старые, на месте перерабатывали. В «<данные изъяты>» не было своих организаций, это делали специализированные организации – подрядчики, тот же «<данные изъяты>». Они зашли гораздо раньше периода ДД.ММ.ГГГГ и занимались не только экологией, еще обеспечением транспортных услуг и строительством. Это было до ДД.ММ.ГГГГ г, еще до того, как он возглавил это подразделение <данные изъяты> Кто был учредителем «<данные изъяты>» он не знает. Офис «<данные изъяты>» располагался где-то в <адрес>. Договор подряда после проведения процедур закупки, либо отбора запускался с самого начала - регистрировался и его подписывали все ответственные лица, финансовые службы, службы безопасности и перечень людей, которые подписывают, потом он приносится ему уже на подписание со всеми визами, с титульным - обходным листом. После этого он подписывает. Кто первый подписывает, подрядчик, либо они, сейчас не помнит, это не так и важно, если возникают какие-то там разногласия, потом протокол запускается. У себя акты они подписывали таким же образом, была комиссия, она выезжала, каждый подписывал. Он потом утверждал, подписывал эти акты, будучи уверенными, что все это выполнено, на основании подписей своих коллег, заместителей, работников, которые отвечали за то или иное направление при исполнении этих договоров. Для подписания договоров с «<данные изъяты>» или с «<данные изъяты>» он лично с директором не встречался, каждый в своей организации у себя пописывает. Ему сообщения о том, что при исполнении этих договоров с «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не производился весь необходимый объем работ, предусмотренный договором не поступало. Он указаний о том, что можно не ездить, а просто составлять документы не давал. С просьбой, чтобы он подписал документы, не проверяя объем выполненных работ, или разрешил туда не ездить, не смотреть к нему никто не обращался, там большая комиссия, нет смысла. У ФИО59 №24 обязанности были - это организация и планирование работ экологической безопасности. То есть подготовка технических заданий для договоров, на проектные работы, контроль выполнения проектных работ, разработка регламентов по экологической безопасности, соответственно первичная организация и контроль работы организаций по экологической безопасности, рекультивации и т.д. Он не знает контактировала ли ФИО59 №24 каким-то образом с ФИО1 ФИО1 он знал под именем К. Фамилию только на следствии узнал. Все К его называли. Каких-либо взаимоотношений лично или «<данные изъяты>» с ФИО1., связанных с исполнением договоров каких-то, он не помнит. М. ему денежные средства не давал, не предлагал. О том, что его бывшей супруге ФИО59 №23 ФИО59 №42 или кто-то еще передавал денежные средства от его имени или по его просьбе он не знает. Сумма или размер денежных средств, которые передавались, он не знает. С ФИО59 №23 брак у него расторгнут в начале ДД.ММ.ГГГГ г., сейчас у него другой брак. Лично он утверждал акты выполненных работ, потому что они идут как установленные документы для последующей оплаты. Земли, на которых имелись розливы нефти, загрязнения принадлежали частным лицам, они были заинтересованы в устранении данных загрязнений, были ли к нему обращения собственников земли по этому поводу не помнит. Объекты на которых выполнялись работы по утилизации были загрязненные нефтью, т.е. находились рядом с месторождениями, больше нефти неоткуда взяться, прорывы на коммуникациях происходят. Никто не смог бы проехать без пропуска, без разрешительной документации на месторождения. Соответственно все разрешительные документы обязаны были быть, у них служба безопасности очень строгая была, он ее увеличивал когда работал в 2 раза, и контроль был плотный, особенно с точки зрения пропускных вопросов. Выполнение работ подрядчиками могли видеть сотрудники, которые находились на объектах месторождения, это операторы по добыче, которые ежедневно работали, объезжали месторождения, плюс мобильные звенья ЧОПы были, они также объезжали все месторождения на предмет хищения нефти, также могли видеть ход выполнения работ. То, что «<данные изъяты>» являлись поставщиком биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» для того, чтобы они выполняли подрядные работы для <данные изъяты>» ему стало известно, когда следователи документы показали. В бытность, когда он работал начальником управления приезжали из <адрес>, но не для проверки, а для оценки объемов, корректна ли программа, чтобы комиссия, не помнит такого случая, ранее он говорил, что присылали из <адрес>. По факту хищения денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» ему ничего не известно. Когда обыск в ООО «<данные изъяты>» проводился по этим поводам он там уже не работал. Когда он жил в <адрес> у него в жилище обыск или осмотр был, к нему приезжали со <адрес> сотрудники полиции, они вместе потом поехали. Из показаний свидетеля ФИО59 №9 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в ООО «<данные изъяты>» расположенном по адресу: <адрес>, он работал в период с сентября ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя генерального директора - главного инженера, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года в должности генерального директора указанной организации. В его функциональные обязанности входило общее руководство организацией, согласно уставу ООО «<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ года решением единственного участника компании <данные изъяты> с ним был расторгнут трудовой договор, ввиду его дискредитации, связанной с письменным обращением его бывшей супруги ФИО59 №23 в адрес президента компании ФИО30, содержащего информацию о его личных взаимоотношениях с подчиненной сотрудницей ФИО59 №24, с которой он состоял в близких отношениях в период с ДД.ММ.ГГГГ года, о чем практически сразу сообщил супруге. При этом у них достаточно долго длилось выяснение отношений, в том числе и выяснение финансовых вопросов, так по настоянию супруги он оформил право собственности недвижимого имущества, а именно дома на их общего сына. В тот же период времени супруга обнаружила у него в телефоне переписку личного характера с ФИО59 №24 и стала просто вымогать у него денежные средства в сумме 10000000 рублей, угрожая при этом в случае его отказа в передаче ей указанной суммы денежных средств, с целью его увольнения с должности генерального директора, обнародует ставшие ей известными и порочащие его сведения о его близких отношениях с ФИО59 №24, которая якобы организовала преступную группу в ООО «<данные изъяты>» в целях хищения денежных средств организации при производстве работ, связанных с экологией. Он не знает откуда у той имелась такая информация, лично он той никогда ни про какие схемы и факты хищения им либо ФИО59 №24 денежных средств не пояснял. Денежных средств в указанном размере у него не было и факты, изложенные в письме носили ложный характер. Он отказался передавать ей указанную сумму денежных средств, сославшись на то, что у него их просто не было и в течении нескольких дней та сообщила ему о том, что письмо уже отправила ФИО30 После чего на работе началось разбирательство и в ходе разговора с работниками службы безопасности и в итоге контракт с ним был расторгнут, сославшись на нарушения этических правил и вступление в близкие отношения с подчиненной ему сотрудницей. ДД.ММ.ГГГГ он с ФИО59 №9 И.В. расторгли брак и он переехал на постоянное место жительства в <адрес>. Ни с супругой, ни с ФИО59 №24, он после этого не общался. В начале ДД.ММ.ГГГГ года должность начальника отдела охраны окружающей среды и экологии в ООО «<данные изъяты>» занимал ФИО59 №40, который в связи с семейной трагедией и смертью супруги в тот период времени сообщил о скором увольнении из организации и переезде в другой город. В связи с чем, он обратился в управление экологии <данные изъяты><адрес> с просьбой о предложении ему соответствующего кандидата на указанную должность, так как курирование работ экологических отделов служб управлений <данные изъяты> осуществлялось управлением экологии <адрес>. В ответ на его просьбу ему на согласование прислали резюме ФИО59 №24, которая работала в <адрес> в должности директора подрядной организации, занимающейся осуществлением работ, связанных с разработкой документации, связанной с экологией. Ознакомившись с резюме, он той позвонил и в ходе телефонного разговора с ФИО59 №24 они обсудили основные условия работы, размер заработной платы. ФИО59 №24 условия работы устроили и после согласования с профильным департаментом и службой безопасности <данные изъяты><адрес> и через несколько дней ФИО59 №24 сообщила о согласии осуществлять трудовую деятельность в ООО «<данные изъяты>». Трудоустроена ФИО59 №24 на должность начальника отдела охраны окружающей среды ООО «<данные изъяты>» была в ДД.ММ.ГГГГ года, в ее служебные обязанности входило общее руководство направления работ по обеспечению экологической безопасности предприятия, мониторинга на месторождениях, разработка бизнес-планов, проектов, подготовка проектов рекультивации объектов, курирование выполнения работ подрядными организациями, связанными с рекультивацией и утилизацией нефтеотходов. Непосредственным руководителем ФИО59 №24 являлся начальник управления промышленной безопасности охраны труда и экологической безопасности ООО «<данные изъяты>» ФИО3 На вопрос следователя поступали ли от него в ДД.ММ.ГГГГ года указания устные либо письменные ФИО3 о запрете осуществления со стороны того контроля и курирования работ, связанных с экологий в связи с передачей в полном объеме указанных полномочий ФИО59 №24, если да, то с какой целью? ФИО59 №9 показал, что них действительно в указанный период с ФИО3 состоялся разговор, в ходе которого он просил ФИО3 обратить больше внимания на промышленную безопасность, то есть проверку охраны труда и производственной безопасности в структурных подразделениях, так как там имелись пробелы в работе, а экологией будет заниматься ФИО59 №24, но при этом никаких прямых запретов на осуществление ФИО3 трудовых обязанностей, связанных с курированием и осуществлением контроля за проводимыми подрядными организациями указанных работ от него ФИО3 не поступало. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства заключения и подписания Вами договора № № о проведении работ по утилизации (обезвреживанию) бурового раствора и буровых сточных вод от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты> в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9 показал, что бизнес план, в котором формируется необходимый объем работ и необходимая сумма денежных средств формируется заранее до заключения договора, в данном случае он был сформирован ДД.ММ.ГГГГ года. Данный договор, как и все остальные, проходил систему закупок, инициатором формировалось техническое задание и остальной необходимый пакет документов, которые впоследствии размещались на электронных площадках, инициатором закупок и формирования документов являлся начальник отдела экологии и охраны окружающей среды, далее специальный орган ООО «<данные изъяты>» занимающийся закупками размещал заявку на определенный период, собирали технические и коммерческие предложения, которым тех. оценку давал инициатор, в данном конкретном случае ФИО59 №40, далее служба безопасности и юридический отдел дали положительное заключение, после чего был выбран исполнитель услуг. Далее оформлялся лист согласования, который подписывается сотрудниками юридического отдела, службы безопасности, экономического отдела и всеми заместители генерального директора, после подписания всеми указанными лицами, договор подписывался им, и после его регистрации направлялся для подписания подрядчику. С директором ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №11 он был лично знаком, так как тот принимал участие в проводимых им совещаниях в ООО «<данные изъяты>» по вопросам промышленной безопасности, а именно по вопросам ношения форменной специальной одежды и т.д., в основном по договорам, связанным с проведением строительных работ. С какой периодичностью проходили совещания с участием ФИО59 №11 он уже не помнит, но по крайней мере несколько раз совещания проходили. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения и подписания им договора № № на проведении работ по переработке (обезвреживанию) нефтешлама на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9 показал, что данный договор заключался при вышеуказанных им обстоятельствах, при этом инициатором в данном случае являлся ФИО 4. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения и подписания Вами договора № № о проведении работ по рекультивации нефтезагрязненных земель от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9. показал, что данный договор заключался при вышеуказанных им обстоятельствах, при этом инициатором в данном случае являлся ФИО4 На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения и подписания Вами договора № № о проведении работ по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ с ООО»<данные изъяты>» в лице директора ФИО29 ФИО59 №9 показал, что данный договор, как и все остальные проходил систему закупок, формировалось техническое задание и остальной необходимый пакет документов, которые впоследствии размещались на электронных площадках, инициатором закупок и формирования документов являлся начальник отдела экологии и охраны окружающей среды, далее специальный орган занимающийся закупками размещал заявку на закупку на определенный период, собирали технические предложения, которым тех. оценку давал куратор, в данном случае ФИО59 №40, далее служба безопасности давало заключение и юридический отдел, далее проводилась закупка. Далее оформлялся лист согласования, который подписывается сотрудниками юридического отдела, службы безопасности, экономического отдела и все заместители генерального директора, после подписания всеми указанными лицами, договор подписывался им, и после его регистрации направлялся для подписания подрядчику. С директором ООО «<данные изъяты>» ФИО29 он виделся один раз, того представили ему как директора ООО <данные изъяты>», кто ему его представлял не помнит. В ходе состоявшего у них с ФИО29 разговора, он попросил последнего обратить внимание на вопросы промышленные безопасности, связанные с проведением работ по рекультивации, а также на то, чтобы работы по заключенным с ООО «<данные изъяты>» договорам были выполнены в установленные сроки и надлежащего качества. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства заключения и подписания Вами договора № № о проведении работ по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ с ООО<данные изъяты>» в лице директора ФИО29 ФИО59 №9. показал, что данный договор заключался при вышеуказанных им обстоятельствах, при этом инициатором в данном случае являлся ФИО59 №40. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства заключения и подписания Вами договора № № о проведении работ по рекультивации ионозагрязненных земель от ДД.ММ.ГГГГ с ООО»<данные изъяты>» в лице директора ФИО29 ФИО59 №9. показал, что данный договор заключался при вышеуказанных им обстоятельствах, при этом инициатором в данном случае являлся ФИО59 №40. Вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения и подписания Вами дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ к договору № № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты> в лице директора ФИО59 №11? ФИО59 №9. показал, что данное дополнительное соглашение заключалось исходя из указаний, поступивших от <данные изъяты>, с целью внесения изменений в условия конфиденциальности и обработки персональных данных. Общий порядок подписания дополнительных соглашений такой же как и порядок подписания договоров, экземпляр подготовленного курирующим подразделением, в данном случае работниками отдела охраны окружающей среды экологии дополнительного соглашения с внесенными изменениями регистрировался и направлялся подрядной организации для подписания его директором. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства заключения и подписания Вами дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ к договору № № от ДД.ММ.ГГГГ о проведении работ по утилизации (обезвреживанию) бурового шлама, бурового раствора и буровых сточных вод с ООО«<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9 показал, что данное дополнительное соглашение заключалось и подписывалось при вышеуказанных обстоятельствах с целью внесения изменений в договор. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения и подписания Вами дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ к договору № № от ДД.ММ.ГГГГ о проведении работ по рекультивации нефтезагрязненных земель с ООО«<данные изъяты> в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9. показал, что данное дополнительное соглашение заключалось и подписывалось при вышеуказанных обстоятельствах с целью внесения изменений в договор. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения и подписания Вами дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ к договору № № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО«<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9 показал, что данное дополнительное соглашение заключалось и подписывалось при вышеуказанных обстоятельствах с целью внесения изменений в договор. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства заключения и подписания Вами дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ к договору № № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО<данные изъяты> в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9 показал, что данное дополнительное соглашение заключалось и подписывалось при вышеуказанных обстоятельствах с целью внесения изменений в договор. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства заключения и подписания Вами дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ к договору № № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО«<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №11 ФИО59 №9 показал, что данное дополнительное соглашение заключалось и подписывалось при вышеуказанных обстоятельствах с целью внесения изменений в договор. Курировали данные договоры работники отдела охраны окружающей среды ООО «<данные изъяты>», в том числе руководители указанных отделов: ФИО59 №40и ФИО59 №24 Основное курирование и контроль за выполнением данного вида работ осуществлялся работниками отдела охраны окружающей среды, что закреплено в том числе в их должностной инструкциях, которые должны были осуществлять выездные проверки на объекты, а также присутствовать и контролировать осуществление работ подрядными организациями, в том числе по внесению биопрепаратов, о чем составлялись в том числе акты выполненных работ и акты скрытых работ. При этом от работников указанного отдела либо работников других отделов ООО «<данные изъяты>» ему никогда не поступало никаких жалоб либо замечаний о некачественном проведении работ, либо проведении работ не в полном объеме, то есть на проводимых им еженедельных совещаниях ФИО59 №24 ему всегда докладывала о том, что работы выполняются со стороны ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в полном объеме, демонстрируя при этом фотоотчеты с изображениями проводимых работ. О том, что фактически никаких выездных проверок не осуществляется, никто из работников ООО «<данные изъяты>» не присутствовал при осуществлении работ, в том числе по внесению биопрепаратов и акты выполненных работ, в том числе скрытых составляются и подписываются без фактического выезда на объекты ему известно не было, лично он указаний ФИО59 №24, ФИО59 №40, либо иному работнику ООО «<данные изъяты>» о приемке работ без осуществления фактического контроля за выполнением и внесением биопрепаратов не давал. ФИО59 №24 доверял в полном объеме и оснований думать, что та его обманывает заверяя в том, что работы выполняются в полном объеме со стороны ООО «<данные изъяты>» и ООО»<данные изъяты>» у него не было. На вопрос следователя: кто из работников ООО «<данные изъяты>» присутствовал на объектах при внесении биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> в рамках указанных договоров, какие документы при этом оформлялись? Каким образом работниками ООО «<данные изъяты>» помимо представляемых ООО»<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» фотоотчетов проверялся факт внесения биопрепаратов? ФИО59 №9 показал, что как ранее пояснял, при осуществлении данного вида работ должны были присутствовать работники отдела охраны окружающей среды ООО«<данные изъяты>», сведения о произведенных работах должны были отражаться в актах выполненных и актах скрытых работ. На вопрос следователя: каким образом со стороны ООО «<данные изъяты>» осуществлялся контроль по факту приобретения и хранения биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, по какой причине именно данная технология выбрана по ликвидации и рекультивации объекта с внесением именно данных биопрепаратов, были ли требования к поставщику биопрепаратов, кто выбирает организацию, которая будет поставлять биопрепараты ФИО59 №9 показал, что в период до ДД.ММ.ГГГГ года ООО «<данные изъяты>» осуществляли работы по утилизации и рекультивации нефтеотходов путем вывоза загрязненного грунта на полигон для хранения загрязненного нефтешлама, со стороны <данные изъяты> последовали проверки и направления им штрафов, ввиду того, что загрязненный грунт согласно действующему законодательству необходимо было перерабатывать за период до 11 месяцев. В связи с чем, было принято решение о внедрении новой технологии позволяющей перерабатывать а не копить нефтезагрязненный грунт. По какой причине в ООО «<данные изъяты>» стали применять технологию по осуществлению работ по ликвидации и рекультивации объектов с внесением именно данных биопрепаратов не помнит, возможна она была рекомендована сотрудниками департамента <данные изъяты> либо работниками иных структурных подразделений <данные изъяты>, точно уже не помнит. По поводу требований к поставщику со стороны ООО «<данные изъяты>» пояснить ничего не может, насколько помнит, подрядчик самостоятельно выбирал поставщика, который должен был соответствовать требованиям технических рекомендаций, каким образом со стороны ООО «<данные изъяты>» осуществлялся контроль по факту приобретения и хранения биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» пояснить не может, насколько ему известно, в обязанности Заказчика не входило осуществление контроля за приобретением и хранением биопрепаратов. ФИО59 №41 ему знаком, он находился в командировке в <адрес> на совещании примерно в ДД.ММ.ГГГГ году, при этом ФИО59 №41 провел ему презентацию о проведении каких-то работ, связанных с экологией, с целью предложения работ того для последующих заключений договоров с ООО «<данные изъяты>», на что он тому пояснил, что для проведения работ недостаточно проведения презентации, а необходимо направить письменные предложения с презентацией в ООО «<данные изъяты>». Никаких финансовых вопросов между ними никогда не возникало, денежных средств он от ФИО59 №41 никогда не получал и тому не передавал. С ФИО1, он знаком, знает того как «К.». В ДД.ММ.ГГГГ году, когда он работал в должности генерального директора ООО «<данные изъяты>», он познакомился с ФИО1, который как ему было известно являлся собственником кафе в <адрес>, где он совместно с супругой и коллегами по работе периодически бывал, при этом насколько ему известно ФИО1 являлся «авторитетным» человеком в <адрес>. Несколько раз они встречались в кафе <адрес>, а также случайно в <адрес>. При этом у них сложились достаточно приятельские отношения, без каких-либо долговых обязательств и финансовых вопросов. О том, что ФИО1 является фактическим руководителем и собственником ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» ему известно не было, они с тем никогда не обсуждали работы, связанные с данными организациями, в том числе связанные с экологией. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №40, имеет ли какое-либо отношение к его трудоустройству ФИО1. ФИО59 №9 показал, что изначально примерно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО59 №40 работал в должности начальника отдела охраны окружающей среды, впоследствии насколько ему известно тот уехал для работы в <адрес>, где был трудоустроен на должность заместителя директора ООО «<данные изъяты>». Далее они практически уже не общались, в ДД.ММ.ГГГГ года после увольнения ФИО4, на должность начальника отдела охраны окружающей среды был трудоустроен ФИО59 №40, обстоятельств его трудоустройства уже не помнит, ФИО1. никакого отношения к трудоустройству того в ООО «<данные изъяты>» не имеет. На вопрос следователя: поясните какое отношение он имеет к приобретению автомобиля <данные изъяты>, находящего в пользовании ФИО59 №24 ФИО59 №9. показал, что никакого отношения к приобретению указанного автомобиля ФИО59 №24 не имеет, с ее слов приобретала она указанный автомобиль самостоятельно за счет своих собственных средств, заработанных ею на предыдущем месте работы. У него в пользовании действительно находился автомобиль <данные изъяты> серии, только синего цвета, который приобретал его сын в ДД.ММ.ГГГГ году за счет денежных средств, полученных от продажи квартиры, принадлежащей супруге. В ходе допроса ему предъявлены предметы и документы, изъятые в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>» (полный перечень которых отражен в протоколе допроса ФИО59 №9.): осмотрев которые он показал, что подпись от имени ФИО59 №9 принадлежит ему, акты сдачи-приемки выполненных работ он подписывал только после согласования их всеми работниками курирующих отделов проведение данного вида работ, а именно работников отдела охраны окружающей среды и экологии ООО «<данные изъяты>», сам он на объекты проведения работ не выезжал, но подписывая акты был уверен, что работы подрядными организациями ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» выполнены в полном объеме, так как его в этом заверяла ФИО59 №24 уверяя, что работы выполняются в срок, в объемах указанных в соответствии с календарным планом и оснований не доверять той у него не было. Никаких указаний от него ФИО59 №24, либо иным работникам ООО «<данные изъяты>» о подписании актов без фактического выезда на объекты никогда не поступало. О совершенном хищении денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» узнал, только ознакомившись с постановлением о производстве обыска в его жилище. ФИО59 №39 ему не знаком. Ему не известно о фактах передачи ФИО59 №24 денежных средств от работников ООО «<данные изъяты>» либо ООО «<данные изъяты>», в том числе ФИО59 №39 Он к ФИО1 с просьбой о передаче денежных средств его супруге ФИО59 №23 не обращался, никаких денежных средств насколько ему известно, ФИО1. супруге того не передавал. Об обстоятельствах передачи ФИО59 №41 денежных средств его супруге в <адрес> не известно. В ходе допроса ему следователем предъявлена светокопия договора субаренды № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО59 №40, осмотрев который показал, что такой договор с ООО «<данные изъяты>» не заключался, о том, что ФИО59 №40 работал в ООО «<данные изъяты>» ему вообще известно не было. На вопрос следователя: по какой причине подрядные организации ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» при заключении договоров с ООО «<данные изъяты>», связанных с производством работ по рекультивации и утилизации нефтеотходов, должны были работать именно с федеральным государственным бюджетным учреждением «<данные изъяты>, кем определялась данная организация, знаком ли Вам его руководитель ФИО59 №9. показал, что ему это не известно, с руководителем данной организации он вообще не знаком. (том № 10 л.д. 34-51) После оглашения свидетель ФИО59 №9 подтвердил оглашенные показания, пояснил, что там все правильно указано, тогда он лучше помнил, он в принципе то же самое рассказал, без детализации. Инициатором являлся ФИО59 №40, значит, что это человек, который чисто технически запускает договор. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №10 известно, что он работал в должности генерального директора ООО <данные изъяты>» в <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. В его обязанности входило руководство предприятием, обеспечение выполнения плановый показателей, выполнение локальных нормативных документов головной компании <данные изъяты>, и т.д. Следователь его допрашивал, были предъявлены документы по возможному нанесению ущерба предприятию, какие-то рапорта расследований по факту того, что химия не вносилась в процессе рекультивации участков, тем самым были нарушены условия проведения данных работ согласно проекта. В процессе допроса он сказал, что будет написано заявление. Он писал заявление о совершенных преступлениях в отношении общества по факту хищения денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>», какая там была указана сумма ущерба, он не помнит, скорее всего, была признана значительной. Насколько помнит, была выделена сумма, которая предполагалась договором на эти химреагенты, скорее всего это послужило тем толчком, чтобы написать заявление на ущерб, причиненный «<данные изъяты>» в результате невнесения химреагентов согласно договору. Он лично не присутствовал в процессе внесения, либо невнесения данных препаратов. Договор от ДД.ММ.ГГГГ по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности «<данные изъяты>», расположенных в <адрес> и <адрес>х был заключен согласно всех процедур, всех локально-нормативных документов, согласно карте заключения договоров. Т.е. стандартные процедуры, разыгрывание на тендере, заключение тендерного комитета, проект договора стандартной формы, согласование договора и подписание договора. Победителем этого тендера по условиям конкурса были какие-то организации, связанные с ликвидацией загрязнений по экологии, названия не помнит. По обвинительному заключению это «<данные изъяты>», скорее всего, они. Насколько он понимает, эти договора с ООО «<данные изъяты>» по рекультивации земель, по очистке от нефтезагрязнений, заключались на основании заранее проведенных работ по обследованию и инвентаризации земель, которые проходили еще в ДД.ММ.ГГГГ г. Потом были разработаны проекты рекультивации земель, затем была составлена смета рекультивации, прошла согласование в головной компании, после этого было разработано техническое задание на рекультивацию, к которому был приложен типовой договор по рекультивации. Это выставилось на закупочную площадку, открыт был официальный тендер, по результатам тендера был объявлен победитель. С которым был заключен договор. Сколько конкретно договоров было с «<данные изъяты>», какие суммы проходили, он не скажет, у него в целом по предприятию было порядка 3000 договоров в год, поэтому обстоятельств какого-то конкретного договора он не вспомнит. Курирование указанных договоров в «<данные изъяты>» проходило по службе промышленной безопасности охраны труда и экологии. Там общим руководителем данной службы был ФИО3, руководитель отдела экологии ФИО59 №24 Потом фамилии ФИО59 №25, ФИО59 №12. Кто прямо конкретно занимался кураторством, не скажет. Но в должностные обязанности каждого из этих людей входило сопровождение договоров и работ по направлению экология. ФИО59 №24 курировала полностью направление, весь процесс экологической безопасности и работала, скорее всего, с <данные изъяты>», с кем-то еще. Ему докладывали, что работники «<данные изъяты>» выезжали на место производства работ, проверяли, отбирали пробы, фотофиксировали. ФИО59 №24 и ФИО3 подписывали акты промежуточных работ, только после их визирования они попадали дальше. Работы определялись проектом, разработанным институтом по ликвидации последствий загрязнений. Согласно этому производили механическую, органическую рекультивацию, биологическую. По этим этапам подрядная организация должна была отрабатывать и на назначенные этапы работ приглашать представителей заказчика, составлять акты на какие-то определенные сложные этапы, виды работ, подписывать эти двусторонне акты о том, что этап пройден, и так далее до выполнения всего технического задания. В конце подписывался акт выполненных работ, и договор считался выполненным. Наверное он подписывал какие-то акты выполненных, скрытых работ, сейчас не помнит, если он должен был их утверждать, значит, утверждал. При этом он руководствовался подписью кураторов данного направления, что они проверили и подтверждают объем и качество выполненных работ. Так все документы, все акты подписываются. После этого они направляются в финансовую экономическую службу, она проверяет, нет ли отклонений от бизнес плана, от запланированных затрат, нет превышения статьи, тогда они оформляются и принимаются к оплате. Биопрепараты <данные изъяты> и <данные изъяты> были определены проектом для вынесения в почву уже на биологическом этапе рекультивации для окончательного разложения продукции. Приобретение данных препаратов было рекомендовано институтом, осуществляли подрядные организации, соответственно они обеспечивали и контроль, хранение, закуп. Они, как и положено, контролировали по представленным документам, по сертификатам в соответствии с товарно-транспортными накладными. Порядок оплаты заказчиком выполненных работ сейчас точно не расскажет. После проверки со стороны заказчика кураторами исполнения договора подписывался акт выполненных работ. Все акты подписывались кураторами по этому договору, представителями заказчиков, то есть их организации, из отдела охраны окружающей среды, соответственно утверждались потом им, и передавались в службу экономики и финансов. Контроль за выполнением работ в «<данные изъяты>» осуществлялся профильным департаментом по охране труда и окружающей среды. Подрядчик вызывал представителя заказчика на место для установления либо показа этапа выполненных работ. На каких-то этапах делался акт на скрытые работы, делался контрольный отбор проб почвы, составлялся фотоматериал, это все фиксировалось двусторонними подписями. Таким образом, осуществлялся контроль. Требования к качеству выполненных работ он не помнит, все было указано в проекте рекультивации, что является конченым фактом выполнения. Должен был проводиться контрольный отбор проб, передаваться в лабораторию. Он не помнит, что бы со стороны «<данные изъяты>» к «<данные изъяты> в процессе выполнения работ и после выполнения работ официально какие-то претензии были, такой информацией он сейчас не владеет. О том, что ДД.ММ.ГГГГ по решению заместителя прокурора <адрес><данные изъяты><адрес> была организована внеплановая проверка на объектах рекультивации «<данные изъяты>», была создана комиссия, в которую вошли представителя <адрес>, <адрес>, и головного управления <данные изъяты> он сейчас впервые слышит. Организация ООО «<данные изъяты>» генеральным директором которой он был являлась на тот момент дочерним предприятием ПАО «<данные изъяты>». В настоящее время, какой статус данного предприятия, он не знает. В ДД.ММ.ГГГГ г. какая-то реорганизация произошла, сменился единый участник управления, он поэтому и ушел оттуда. У него был договор о трудовой деятельности с «<данные изъяты>» единственным участником, с новым единым участником акций этого предприятия он не стал заключать договор касаемо трудовых отношений. Экологическое программы ликвидации нефтезагрязнений в ДД.ММ.ГГГГ гг. оплачивались через счета «<данные изъяты>», а какой конкретно там конечный, он не знает кто был. Сама экологическая программа, скорее всего, была разработана «<данные изъяты>», и согласована с основным предприятием. ООО «<данные изъяты>» скорее всего работало по агентскому договору с ПАО <данные изъяты>». ООО «<данные изъяты>» являлась оператором услуг ПАО <данные изъяты>», т.е. они являлись дочерним обществом ПАО <данные изъяты>» со стопроцентным участием в управлении головной компании, соответственно они оказывали услуги ПАО <данные изъяты>» по добыче нефти в данном регионе. Он пришел в ООО «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ г., ФИО59 №24 уже работала, покинула она предприятие к концу ДД.ММ.ГГГГ г., написала заявление об уходе. Если бы претензии были к ее работе, наверное, по статье уволили бы. Фамилию ФИО31 он может, и слышал, но встречаться, не встречался. ФИО59 №39 - такого не помнит. Он жили работал в <адрес> около трех лет, лично с ФИО1 он не знаком, не общался, но слышал, весь город о нем говорил. Чем он занимался, он точно не знает, много людей его знало. Точно где работал ФИО1 он не знает, слышал, что у него бизнес есть какой-то, автобусы, транспорт. О том, что он связан с <данные изъяты>», с «<данные изъяты>» - подрядчиками «<данные изъяты>» он слышал, и в процессе допроса со следователем было упоминание, что он является то ли руководителем, то ли владельцем этих компаний. В какой момент он узнал об этом, не помнит, до допроса или раньше знал. Он не знал, что работники, ответственные от ООО «<данные изъяты>» за инспектирование порядка исполнения этих договоров с «<данные изъяты>», не выезжали на место и делали все это удалено, сам он не присутствовал. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №11 известно, что он работал в должности директора «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ год, строил объекты. ФИО31 он знал, город маленький, он работал в ООО «<данные изъяты>» директором. Были хозяйственные отношения между ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты> - в ДД.ММ.ГГГГ годах договора субподряда выполняла. ООО «<данные изъяты>» отдельно располагалась, в другом здании, он тот момент с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год работал в <адрес>, постоянно там находился, выполняли работы, в <адрес> он редко бывал. ООО «<данные изъяты>» в субподряд ООО «<данные изъяты>» часть работы отдавал и потом они сами напрямую с ООО «<данные изъяты>» выигрывали, забирали договора и сами работали, выполняли какую-то техническую часть, а дальше они напрямую работали, занимались устранением экологических ущербов. Он в ООО «<данные изъяты>» никогда не работал. Договора поставки, акты скрытых и выполненных работ, что его касалось, он подписывал. Подготавливали эти документы экологи ФИО59 №13 и Г., там подписи тех кто выполняет работы. Возможно какие-то путевые листы он и подписывал, потому что там комплект документов. Если для ООО «<данные изъяты>» была работа, там полностью комплект документов приносят и акты, и путевые, и паспорта на препараты. Путевые листы были о том, что ездили в <адрес>, о подписании ФИО31 каких-то фиктивных документов, в тот период он не знает, он не вмешивался в эту работу. По путевкам, в ДД.ММ.ГГГГ году проверка проводилась, сотрудники показывали путевые листы, например, в путевки стоит, что она ездила в <адрес> за <данные изъяты>, «<данные изъяты>», он пояснял, что машины эти были на тот момент в <адрес>. Таких путевок было порядочно, подписывал их тот, кто их принимал – ФИО59 №1 представитель от «<данные изъяты>». Автомобили, на которые он подписывал путевые листы о том, что они ездили в <адрес>, стояли на балансе у «<данные изъяты>», использовались по договорам аренды «<данные изъяты>». В путевых листах указывался грузовой транспорт, тягачи. Какая-то часть автомобилей была в <адрес>, какая-то в <адрес>. Все разбирательства начались, его уже опрашивали сотрудники ОБЭП, потом эти вопросы стали всплывать, как возили, что возили, он у ФИО59 №1 попросил путевки, это было где-то в ДД.ММ.ГГГГ году. Он принес ему копии, он сказал, что эти машины работали в <адрес>. ФИО59 №1 говорит, как бы ездили. Он ему сказал, что это серьезный вопрос, это все быстро происходило, потом он ушел в отпуск и уволился. Ему знаком ФИО1, он работал в «<данные изъяты>» механиком. ФИО59 №39 это бригадир, мастер в «<данные изъяты>», в «<данные изъяты>» работал. ФИО1 обладал руководящими полномочиями, т.к. он был фактический владелец фирмы, а числился главным механиком. Учредителем «<данные изъяты>» М. раньше был, потом вышел из учредительства, ФИО33 стал. Но все равно М. руководил всем этим, вкладывал туда свое время, средства. Он выполнял указания ФИО1, он его на работу взял. ФИО59 №41 это директор «<данные изъяты>», ФИО59 №40 он знал, когда еще директором не работал, по охране труда в «<данные изъяты>» был, «<данные изъяты>» <данные изъяты> была, а «<данные изъяты>» в субподряде работал, вот он был представителем, потом он был директором «<данные изъяты>», потом он работал «<данные изъяты>», потом к ФИО59 №41 опять вернулся, сейчас не знает где. Фамилии водителей он помнит ФИО59 №6, ФИО59 №34, больше не помнит. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №12 известно, что он работает главным специалистом по охране окружающей среды в ООО «<данные изъяты>». С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ годы он работал в ООО «<данные изъяты>» экологом-инженером 1 категории. В его обязанности входило - ежеквартальная отчётность, предоставление полугодовых отчетностей, курирование договоров, ранее заключенных, которые входили в состав отдела. На тот период когда он пришел его непосредственным руководителем была ФИО59 №24, потом руководитель был ФИО 31 Он курировал только один договор с «<данные изъяты>», где была часть нефтезагрязненных земель на участке ионозагрязненных земель. Как эколог он знает, что ионозагрязненные земли были загрязнены сульфат ионами, это не относится к нефтепродуктам, земли были загрязнены солями. Договор между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» проводился на площадке торгов, выставляется закупочная документация. В «<данные изъяты>», существовала конкурсная комиссия, которая занималась конкурсной документацией, разработкой, согласованием, кто был в составе комиссии, он не знает, он к ней никакого отношения не имел. К этому договору был предусмотрен календарный план, по каждому этапу они должны были предоставлять отчеты с фотоматериалами. Каждый раз эти отчеты предоставлялись либо специалистом ООО «<данные изъяты>» Е., либо ФИО60 приносил, в зависимости от того, как по календарному плану закрывался этап. К ООО «<данные изъяты>» были замечания по оформлению документов по этим отчетам, которые содержали в себе фотоматериалы и все документы. К каким именно документам были замечания, сейчас не помнит, что-то давали, они исправляли. В этих отчетах описательная часть была, все что проводилось в этом этапе, техника какая была, что выполнялось, период. На этих ионозагрязненных землях была часть нефтезагрязненных земель, там грунт был, в один период они его обезвредили этой маркой, то есть там фигурировал этот <данные изъяты>. Ему известно, что разработчиками проекта было предусмотрено, что «<данные изъяты>» обязывала контрагентов вносить препарат <данные изъяты> и <данные изъяты>, когда он пришел, этот проект уже был разработан. <данные изъяты>, <данные изъяты> по технологии у них все это было, описательная часть была в проекте. Сколько использовалось тонн для обезвреживания не помнит, потому что при внесении не присутствовал. Из теории он знает, что препарат для обезвреживания вносился на нефтезагрязненный участок. В эти отчеты входили путевые листы, накладные, если приобретался препарат, документы на приобретение препарата, удобрений. Договор поставки биопрепарата все это входило, как раз на поставку, на приобретение биопрепарата. Он не помнит уведомляло ли их ООО <данные изъяты>» о времени и месте внесения биопрепарата <данные изъяты> или <данные изъяты>, возможно, через начальника отдела уведомляли. Он лично не присутствовал при внесении этого биопрепарата на загрязненных землях, по каким причинам он не выезжал на объект когда вносился <данные изъяты> и биопрепарат он не помнит, выезжал ли кто-то вместо него не знает. Кроме него туда мог кто-то другой поехать, начальник отдела мог кому-то сказать, чтобы выехали. Он докладывал об этом руководству, один раз, что не присутствовал на внесении. Руководителю ФИО59 №24 он говорил, что не может допустим, сейчас поехать, потому, что работа, она в курсе была. Само внесение препаратов он не контролировал. По какому именно договору он не выезжали и не присутствовали при внесении <данные изъяты> и <данные изъяты> по ионозагразненным землям он не может назвать дату этого договора, номер, это был ДД.ММ.ГГГГ гг. Вообще подрядчик письменно уведомляет заказчика о дате и времени внесения препаратов, его не уведомляли. «<данные изъяты> должны были уведомлять его через начальника отдела, через непосредственного руководителя. Курирование и контроль включало в себя помимо контроля внесения этого <данные изъяты> и биопрепарата другие работы были. Кураторство «<данные изъяты>» заключалось в выезде его на служебной техники на место проведения работ, которые указаны актах выполненных работ, по мере возможности он выезжал на место проведения работ и контролировал ход выполнения работ, интересовался, какой этап сейчас выполняется, что вносится. Когда принимались отчеты, смотрели на эти договора поставки, на акты, на накладные, проверяли эти отчеты и документацию с подтверждением фотоматериалов каждого этапа производства работ, которые предоставлялись им по календарному плану, что действительно это вносилось. Такого, что подписывали документы, ни разу не выезжая на место, не проверяя, выполнены ли работы или нет, не было. Он не выезжал на этап по внесению <данные изъяты>, а по остальным этапам один-два раза выезжал, по мере загруженности. Здесь <данные изъяты> и нефтезагрязненные земли, и ионозагрязненные земли идут, они как бы в состав одного договора вошли. Получилось так, что на этом участке ионозагрязненных земель была какая-то часть нефтезагрязненных земель. В рамках этого договора получается, что работы проводились и по ионозагрязненным землям, и по нефтезагрязненному участку. <данные изъяты> используется на нефтезагрязненном участке как подкормка. При кураторстве «<данные изъяты>» он не выходили за рамки своих должностных обязанностей, никто не просил его совершать действия в отношении «<данные изъяты>», которые выходили за рамки его должностных обязанностей. Курирование данной организации ООО «<данные изъяты>» было адресовано ему на устной основе. То есть, не было конкретно закреплено документально, что какая-то организация курируется тем или иным. ФИО59 №24, она же начальник было сказано, сегодня ты будешь курировать это, она давала указания устно, он соответственно проводили данное курирование и контроль. Один раз она сказала, что ему заниматься этим договором. Кроме него ход и выполнение работ «<данные изъяты>» контролировал руководитель отдела, служба безопасности, возможно, курировали, они выезжаю отдельно, они не уведомляют их, когда они выезжают. Объект по этому договору был ионозагрязненные земли это там же, <адрес>, выезд из города в сторону <адрес>, <адрес> месторождение, по пути по дороге на <адрес> слева. Площадь этих ионозагрязненных земель в районе 70 гектаров. По этому договору на объекте он контактировал с ФИО59 №39, он там производил работы, был на месте работ, он его там видел когда выезжал, когда проводился этап, если ничего не вносилось, его там не было. Комиссионно оно не принималось, принималось по отчётам, смотрели документацию по материалам. Ему известно, что по результатам выполнения работ уже, когда договор закрывается в конце выезжает комиссия. Комиссионно по окончанию работ он не выезжал, на момент, когда он работал, работы не были закончены. У «<данные изъяты>» имелось все что необходимо для посадки семян, на тот момент сеялось, спец. техника присутствовала - сеялка, трактор, боронование, все это было. Касаемо ионозагрязненных земель предусмотрены этапы: боронование, внесение удобрений, посев семян <данные изъяты>. Когда семена взойдут, их скосить и посеять многолетние травы, это завершающий этап. Он не помнит что бы по этому договору, который он курировал был такой документ как акт скрытых работ, не помнит, что бы он его подписывал. Ему известна организация «<данные изъяты>», она тоже осуществляла работы по рекультивации земель и по нефтешламовой обработке. По «<данные изъяты>» он курировал рекультивацию нефтезагрязненных земель. Из показаний свидетеля ФИО59 №12 от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, он работал в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года в должности инженера 1 категории отдела по охране окружающей среды. В его должностные обязанности входило следующее: проведение мониторинга окружающей среды, составление статистической отчетности и т.д. Непосредственным его руководителем являлся начальник отдела по охране окружающей среды ФИО59 №24, а примерно с ДД.ММ.ГГГГ ФИО59 №25. В ДД.ММ.ГГГГ года от ФИО59 №24 ему поступили устные указания об осуществлении курирования и контроля выполнения работ по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ по проведению работ по рекультивации ионозагрязненных земель на территории деятельности ООО«<данные изъяты>», заключенному с ООО«<данные изъяты>». Согласно календарному плану, эколог ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №13 и директор ФИО29 представляли ему отчеты о проделанных работах по указанному договору, в том числе по внесению биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» на объектах ООО «<данные изъяты>». В данные отчетные документы входили фотоотчеты, подтверждающие внесение биопрепаратов, товарно-транспортные накладные, путевые листы, журнал производственных работ, а также договор поставки биопрепаратов, заключенный между ООО«<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>». При этом о времени и месте внесения биопрепаратов представители ООО«<данные изъяты>» его не уведомляли и фактически при внесении биопрепаратов он не присутствовал. Курирование и контроль за выполнением работ по указанному договору включали в себя только сверку цифр, указанных в представленных отчетах с цифрами, указанными в техническом задании, утвержденном договором № № от ДД.ММ.ГГГГ. При этом, он докладывал ФИО59 №24 о том, что его работники ООО«<данные изъяты>» не уведомляют о датах и месте проведения работ по внесению биопрепаратов, и он не может фактически контролировать работы, на что ФИО59 №24 ему ничего не отвечала и согласовывала представленные отчеты и подписывала акты скрытых работ, соответственно раз от его непосредственного начальника никаких указаний и возражений по данному поводу не поступало, он тоже подписывал акты скрытых работ. При этом ФИО59 №24 также подписывала акты скрытых работ, фактически не выезжая на объекты. Никакого денежного вознаграждения он за подписание актов скрытых работ без фактического контроля выполненных работ и выезда на объекты ООО «<данные изъяты>» не получал, и считал, что биопрепараты действительно вносятся и работы выполняются в полном объеме. Далее, примерно в начале ДД.ММ.ГГГГ года от ФИО59 №24 ему вновь поступили устные указания о том, чтобы им осуществлялось курирование и контроль работ по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по рекультивации нефтезагрязненных земель, заключенному между ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», до этого курирование и контроль указанных работ осуществлял ФИО59 №25 со слов ФИО59 №24 это необходимо было для равномерного распределения обязанностей. С ФИО59 №25 он по этому поводу не общался, никаких отчетов и документов тот ему ему не передавал. Далее, согласно календарному плану, насколько помнит примерно в ДД.ММ.ГГГГ года, эколог ООО «<данные изъяты>» по имени Г., фамилия ему не известна, привезла отчеты о выполненных работах на объектах ООО «<данные изъяты>», в том числе по внесению биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», в которых содержались фотоотчеты, товарно-транспортные накладные, путевые листы, а также договор поставки биопрепаратов, заключенный между ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>», журнал производственных работ. При этом о сроках и месте внесения биопрепаратов его также заранее со стороны ООО«<данные изъяты>» не уведомляли, и фактически при внесении биопрепаратов он не присутствовал. Курирование и контроль за выполнением работ по указанному договору включали в себя только сверку цифр, указанных в представленных отчетах с цифрами, указанными в техническом задании, утвержденном договором № № от ДД.ММ.ГГГГ. При этом, он также докладывал ФИО59 №24 о том, что его работники ООО«<данные изъяты>» не уведомляют о датах и месте проведения работ по внесению биопрепаратов, и он не может фактически контролировать работы, на что ФИО59 №24 ему ничего не отвечала и согласовывала представленные отчеты и подписывала акты скрытых работ, соответственно раз от его непосредственного начальника никаких указаний и возражений по данному поводу не поступало, он тоже подписывал акты скрытых работ. При этом, ФИО59 №24 также подписывала акты скрытых работ, фактически не выезжая на объекты ООО «<данные изъяты>». Никакого денежного вознаграждения, он за подписание актов скрытых работ без фактического осуществления контроля и выезда на объекты ООО «<данные изъяты>» не получал, и считал, что биопрепараты действительно вносятся и работы выполняются в полном объеме, так как на фотоотчетах, в основном черно-белых, было зафиксировано распыление на объектах ООО «<данные изъяты>» жидкости, как было подписано на фото – биопрепаратов. После увольнения в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО59 №24, он новому своему начальнику ФИО59 №25 не докладывал о том, что согласовываю представленные работниками ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» отчетные документы и подписывает акты скрытых работ, без фактического выезда на место проведения работ по внесению препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, так как они сидели в одном кабинете и соответственно тому было известно о том, что он никуда не выезжает и у того никуда не отпрашивался, и при этом ФИО59 №25 также как и ФИО59 №24 подписывал акты скрытых работ. Договоры № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО«<данные изъяты>», № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по переработке (обезвреживанию) нефтешлама на территории деятельности ООО«<данные изъяты>», № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО«<данные изъяты>» (<адрес>), № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по утилизации (обезвреживанию) бурого шлама, бурого раствора и буровых сточных вод, № от ДД.ММ.ГГГГ по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО«<данные изъяты>» (<адрес>), № от ДД.ММ.ГГГГ по ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО«<данные изъяты>» (<адрес>), №№ от ДД.ММ.ГГГГ по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) курировал и контролировал ФИО59 №25, который как ему известно также фактически на объекты ООО «<данные изъяты>» при внесении биопрепаратов не выезжал. С директором ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №11 он не знаком, никогда не видел. С ФИО1 лично не знаком, однако от кого-то слышал, что последний является собственником ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», ФИО59 №39 он неоднократно видел, когда тот приходил к ФИО59 №24, с которой они сидели в одном кабинете, с какой целью тот приходил и о чем они говорили ему не известно, при нем никаких денежных средств он никогда той не передавал. Со слов той было известно, что ФИО59 №39 руководит производственной работой на объектах ООО«<данные изъяты>» по всем вышеуказанным договорам, связанных с рекультивацией и утилизацией нефтеотходов. ФИО59 №1 насколько ему известно тоже работал в ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» в какой должности не знает, насколько помнит тот являлся представителем ООО «<данные изъяты>», лично с тем не знаком. Объектами по курируемым им договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ и № № от ДД.ММ.ГГГГ являлись участки в полях, на которые он выезжал фактически несколько раз, когда уже осуществлялась вспашка и засеивание семенами. По поводу лаборатории «<данные изъяты>» показал, что указанную лабораторию «находили» ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», при отборе проб экспертами он не присутствовал, заключение указанной лаборатории необходимо было для подтверждения факта выполнения работ и допустимого уровня нефтеотходов на объектах, который на тот период времени составлял 5 грамм на 1 кг. На производственную базу <адрес>, где должны были храниться и разводится биопрепараты он, в рамках курирования договоров также не выезжал, так как указаний от руководителей об этом ему не поступало. (Том № 8 л.д. 198-202) ФИО59 ФИО59 №12 подтвердил оглашенные показания, пояснил, про акты скрытых работ, что он их подписывал, но он такого не помнит. Его допрашивали 4 года назад, тогда он может еще помнил. Если ФИО59 №24 выезжала на объекты, она его не уведомляла, так как не обязана это делать. Они работали вместе в одном кабинете, как часто она выезжала на объекты не помнит, не часто, он на объекты выезжал часто. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №13 известно, что ФИО31 был директором ООО <данные изъяты>», она в ДД.ММ.ГГГГ году там же работала инженером-экологом. В ее обязанности входило ведение документации, составление фотоотчетов. Поставляли ли им биопрепараты из <адрес><данные изъяты>, <данные изъяты> не помнит, много лет прошло, в связи с тяжелой болезнью и нервным срывом по личным семейным обстоятельствам, у нее с памятью проблемы. ООО «<данные изъяты>» занималось рекультивацией нарушенных земель в ходе производства нефтедобычи. Это по заказу «<данные изъяты> если выиграет тендер. Ее работа в «<данные изъяты>» как инженера эколога заключалась в ведение документации, подготовке разрешительных документов, пропусков, акты делали выполненных и скрытых работ на основании фотографий, подготавливала отчеты в текстовом варианте, заполняла журналы, готовила фотопрезентации. Проект рекультивации она не готовила, она участвовала потом на стадии исполнения. Заявки или расчеты по количеству того или иного биопрепарата который необходим она не составляла. Соблюдение норм экологических за теми работами, которые произвели на месте, она не контролировала, на объекты не выезжала, в <адрес> не ездила. Выезжал на объекты и руководил всеми работами их бригадир ФИО59 №39. Он все отгружал, биопрепараты отвозил на поле, ей привозил только документы и фотоматериалы выполненных работ, что они сделали, она подготавливала фотоотчет, тексты, презентации. Это было не ежедневно, по графику. Фотографии были на флешке, на них изображено, как люди выполняли работы, вспашка, внесение удобрений, трактор. ФИО59 №39 на фотографиях не помнит, были работники их. Была фотография с бочкой, где внесение биопрепаратов было видно, минеральные удобрения было видно, наименование было видно, мешки с удобрением были. Названия этих удобрений она не помнит. Эти фотографии были к объектам, на которых должны были выполняться работы. Они выполнялись. Биопрепараты вносились не вручную, а спецтехникой, потому что это жидкий препарат, минеральное удобрения трактором вносились, вспашка тоже трактором. Использовалась техника, которая находилась на базе «<данные изъяты>», они ее обслуживали и работали на ней работники «<данные изъяты>». Она получала зарплату, у нее был соцпакет, отпуск, так же у других работников, они все официально работали. Предоставление фотоотчетов это требования <данные изъяты>». Фотоотчет делался на основании выполненных работ. Те работы которые должны были быть проведены по проекту, то есть внесение биопрепаратов, минеральных, вспашка, и на основании этих фотоотчетов подготавливался отчет. Ранее он был фотоотчет и текстовые пояснения. Фотоотчеты не подписывались. Акты выполненных работ были, в электронном виде их подготавливала она, подписывал с одной стороны директор «<данные изъяты>» с другой стороны заказчик «<данные изъяты>». Еще были акты скрытых работ, это на каждом этапе выполненных работ, то есть с внесением биопрепаратов подписывали. Бригадир подписывал и руководитель работ, точно не помнит. Все представленные фотографии шли в отчет, далее отчет предоставлялся заказчику. ФИО1 в их фирме не работал, он работал в <данные изъяты>». Она то же работала в «<данные изъяты>» до «<данные изъяты>». Директором «<данные изъяты> был ФИО59 №11. Из показаний свидетеля ФИО59 №13 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что обстоятельства ее трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» следующие. О переходе в новую организацию ООО «<данные изъяты>» на должность инженера – эколога ей сообщил весной ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, который пояснил, что у нее при этом остаются ее прежние обязанности, связанные с составлением отчетности по проводимым работам, связанным с рекультивацией на объектах ООО «<данные изъяты>» с использованием биопрепаратов, которые будут частично поставляться <адрес> фирмы. В ООО<данные изъяты>» директором при ее трудоустройстве являлся ФИО59 №40, который изначально занимался подготовкой и оформлением лицензии, договоры при нем с <данные изъяты> не заключали. Заключали договоры с ООО«<данные изъяты>» для наращивания оборотов деятельности на проведение работ по рекультивации, но без применения биопрепаратов. В дальнейшем, после трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» на должность директора ФИО29, стали заключаться договоры с ООО «<данные изъяты>» на проведение работ по рекультивации нарушенных земель, по амбарам, по рекультивации ионозагрязненых земель. Согласно указаний ФИО1, всеми работами по рекультивации руководил ФИО59 №39 и ей как инженеру выезжать на объекты нет необходимости. ФИО29 самостоятельно подготавливал заявки и участвовал в тендерах на заключение договоров с ООО «<данные изъяты>», которые после заключения хранил у себя. ФИО29 был в курсе того, что биопрепараты в действительности из <адрес> не привозили и на объектах ООО <данные изъяты>» при проведении работ по рекультивации не вносились, так как именно он ей давал указания на подготовку всех фиктивных актов и отчетов, товарно-транспортных накладных, а также журналах, в которых по ее указанию она указывала количество и стоимость внесенных биопрепаратов, которые в действительности не вносились. Необходимые объемы биопрепаратов он брала из проектов производства работ, которые готовил лично ФИО29, таким образом ее задача заключалась в подготовке отчетной документации, данные которых она просто «подбивала» под сведения утвержденными календарными планами производства работ, утвержденными ООО «<данные изъяты>». От ФИО59 №39 ей никогда по работе указаний не поступало, он в основном находился где-то на объектах проведения работ. Единственное она ему передавала подготовленные ей журналы производства работ, которые тот подписывал у ФИО59 №26, который охранял полигон, в котором по указанию ФИО29 ей вносились ложные сведения о завозе и внесении на полигоне в ее присутствии биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> на полигоне ООО «<данные изъяты>». Также она просила ФИО59 №39, чтобы тот привел к ним в кабинет водителей ООО «<данные изъяты>» для подписания подготовленных ей по указанию ФИО29 товарно-транспортных накладных и в случае необходимости переделанных путевых листов. Путевые листы и товарно-транспортные накладные, содержащие ложные сведения о том, что водители ООО <данные изъяты>» ездили в <адрес> за биопрепаратами, готовил ФИО29 самостоятельно, и передавал впоследствии ей с указанием подписать их у водителей. Водители когда приходили для подписания представленных ей документов никогда не задавали ей никаких вопросов. Ее рабочий кабинет находился в помещении ООО «<данные изъяты>» где она работала вместе с инженером ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №14 и ФИО59 №1, который работал в ООО «<данные изъяты>» в какой должности ей не известно. Она никогда не видела лично того, чтобы ФИО59 №1 занимался разбавлением либо отгрузкой биопрепаратов, тот также как и она готовил различные отчетные документы и часто заходил к ФИО29 При ней ни ФИО29, ни ФИО1, ни ФИО59 №39 никаких указаний ФИО59 №1 никогда не давали. Акты приемки-передачи нефтезагрязненных земель готовили сами сотрудники ООО <данные изъяты>» и уже с подписями от имени работников их организации передавали им для подписания. Никогда в составе комиссии с участием работников ООО «<данные изъяты>» на загрязненных объектах они не собирались. Акты выполненных работ и акты выполненных скрытых работ готовила она, по указанию ФИО29, куда вносила сведения, сообщаемые ей им, и после подписания им указанных актов, передавали их на подпись работникам ООО «<данные изъяты>. Также она подготавливала заявки на транспортные средства ООО»<данные изъяты>», в которых по указанию ФИО29 вносила задания по внесению, в том числе биопрепаратов, в количестве исходя из требований календарного плана, которые передавала в диспетчерскую для оформления диспетчерами ФИО59 №18 и ФИО59 №27 путевых листов, в которых должны были расписаться водители якобы за выполненные работы по внесению биопрепаратов. На полигоне и иных объектах ООО «<данные изъяты>» где осуществлялись работы по рекультивации, она была несколько раз только на полигоне, ионозагрязненных землях, куда она приезжала вместе с сотрудниками <данные изъяты> которые отбирали пробу для производства экспертизы, при этом их всегда сопровождал ФИО59 №39 В хорде допроса свидетеля открыта опечатанная картонная коробка бело-зеленого цвета, крышка которой опечатана отрезком бумаги белого цвета с пояснительной надписью: «предметы и документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, по уголовному делу №». В ходе допроса следователем предъявлены ФИО59 №13 документы, (полный перечень которых приведен в протоколе допроса ФИО59 №13), содержащие: разнарядки на работу техники, товарно-транспортные накладные, акты скрытых работ, журналы выполненных работ, в которых имеется подпись от имени ФИО59 №13, осмотрев которые ФИО59 №13 с уверенностью сказала о том, что подпись от имени ФИО59 №13 принадлежит ей, товарно-транспортные накладные об отгрузке препаратов от ФИО59 №1, готовил он самостоятельно, при этом никаких биопрепаратов ФИО59 №1 при ней водителям не отгружал, подписывала она указанные документы, по указанию ФИО29 Товарно-транспортные накладные на органические удобрения с ФИО59 №30. готовила она по указанию ФИО29, указывая в них объемы и стоимость, заложенные в договоре и календарном плане. Отгружалось ли в действительности такое количество навоза у ФИО59 №30 ей не известно, ее лично она никогда не видела, товарно-транспортные накладные для подписания ФИО59 №30 она передавала ФИО59 №39 Также документацию для подписания из ООО«<данные изъяты>» забирал либо ФИО29 либо ФИО59 №39 у кого именно ей не известно. О хищении денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» в рамках заключенных с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» договоров по проведению работ по рекультивации ей известно ничего не было, она от ФИО1., ФИО29, ФИО59 №39, либо иных лиц никаких денежных средств за составление вышеуказанных фиктивных документов, содержащих недостоверные сведения о внесении на объектах ООО «<данные изъяты>» биопрепаратов никогда не получала.(том № 9 л.д. 141-190) После оглашения показаний свидетель ФИО59 №13 пояснила, что подтверждает, что в данном протоколе допроса ее подпись. Она не может подтвердить оглашенные показания, какие-то показания она давала, но подробностей не помнит, на допросе у нее была истерика. Первый раз в <адрес> у следователя женщины она почти целый день провела, кроме нее и следователя никого не было. Потом ее еще пару раз допрашивали, не так долго уже. У них с Д. была очная ставка, адвокатов не было. Склад «<данные изъяты>» расположен на базе где находился их офис. Там удобрения хранились, там все было. Она лично не наблюдала, кто, как, куда, и что отгружал, на объекты не выезжала, всем занимался бригадир. ФИО1 ни ей, ни ФИО59 №39, ни ФИО31 какие-либо указания не давал, она вообще его там не наблюдала. Она оформляла документацию, акты выполненных работ. По фотографиям, которые приносил ФИО59 №39 и говорил, что выполнены эти виды работ она готовила отчеты, вносила цифровые данные, которые были в документах, накладные же отгрузки были, то что отгружено со склада эти удобрения. Никакие товары она не принимала и не отгружала, о том, что какие-то препараты поставлялись, в каких объемах ей не известно. Документация это ее обязанность. Документацию она готовила согласно выполненным работам и то что указано в проекте, какой объем необходимо внести, соответственно и документация отгрузки материалов. Это не были ложные сведения. Что она говорила следователю про ложные сведения на допросе, она не помнит, этот день у нее выпал из жизни. Таких показаний она сейчас не помнит. Следователь ей вопросы задавала, она отвечала. Не помнит, читала она потом протокол или нет, она подписала. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №14 известно, что в «<данные изъяты>» экологом она устроилась в ДД.ММ.ГГГГ году и проработала до ДД.ММ.ГГГГ Ей знаком ФИО31, он являлся директором «<данные изъяты>», а она работала в <данные изъяты>» инженером-экологом, это было примерно в ДД.ММ.ГГГГ году. Они с ФИО31 взаимодействовали по роду деятельности, он курировал все вопросы по экологии, что относится к «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Эти организации были на одной территории, экологи были в одном здании. У нее работа по «<данные изъяты> была, в основном это утилизация нефтезагрязненного грунта, нефтешламов и буровых отходов на полигоне. У «<данные изъяты>» немного другое было, нефтеагрязненные амбары были, а у «<данные изъяты>» последнее время больше рекультивация земель нефтезагрязненных, расположенных в <адрес>, <адрес>. К «<данные изъяты>» она отношения не имела, никаких должностных обязанностей у нее там не было. У них с ФИО31 были совещания по тем работам, которые проводились, какие документы есть для подготовки отчетов, путевые, материалы, что необходимо. Она общалась с ФИО31 по любым рабочим вопросам, которые у нее возникали по экологии, работам, технологии по которой перерабатываются, утилизируются шламы, любая загрязненная земля. Все указания по вопросам экологии ей давал ФИО31, фактически он был вместо директора «<данные изъяты>» в части экологии. Она как эколог самостоятельно не могла принимать решения, у нее было руководство – ФИО59 №11, но он по большей части работал в <адрес>, очень редко звонил. Она обращалась к ФИО31 по рабочим вопросам, потому что в самом начале как он стал директором, М. или кто-то другой сказал, что он будет курировать работы касаемо «<данные изъяты> и «<данные изъяты>», поэтому все вопросы в части экологии решались через ФИО31. Часть документов во взаимодействии с ФИО31 подписывала она, у нее была доверенность от директора «<данные изъяты>» ФИО59 №11, она представляла интересы. Вся документация в общем потоке была, подразумевалось, что она должна расписываться в документах. При этом ФИО31 работал в «<данные изъяты>» и давал ей указания подписывать документы, которые связаны с «<данные изъяты>». Документов очень много было, скорее всего она подписывала какие-то документы по «<данные изъяты>» связанные с перевозкой <данные изъяты> и <данные изъяты> из <адрес>, с производством работ именно на этих участках, которые загрязненные, по переработке этой почвы, которые «<данные изъяты>» производил. Свидетелем работ, которые были в документах она не была, на объекты по рекультивации не выезжала, только на объект <данные изъяты>» на полигон выезжала, где производилась переработка нефтешлама и буровых отходов. Нефтешлам, нефтезагрязненный грунт завозился самосвалами с участков, где проливы были, там были сектора, и по мере заполнения секторов проводились поэтапно работы согласно рабочему проекту. Завозила не их организация, какая-то другая. Они осуществляли планировку, вспашку, внесение извести, гипса, минеральных удобрений, препараты «<данные изъяты>», частая вспашка, боронование. Получается загрязненный грунт, который привозили его обезвреживали. Нефтезагрязненный грунт он скомканный, его надо разбить на мелкие фракции, механическое воздействие оказать и приходится бороновать и пахать спецтехникой. Она видела, что туда заезжала цистерна, вносилось, что именно там было не знает. Соответствовали ли объемы биопрепаратов, которые они вносили, тем, которые были в наличии, не может сказать. Сведения она брали из рабочих проектов, сколько, чего надо вносить, по факту, она точно не замеряла, какой объем вносился. Чисто визуально можно было отличить, что был темный цвет-это <данные изъяты>, а светлый - это биопрепарат должен был быть. <данные изъяты> - там микроорганизмы, они размножаются, питаются этими нефтепродуктами, и разлагают это все. А <данные изъяты>, он помогает как удобрение. Она не может сказать ездили ли машины в <адрес> за этими биопрепаратами. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ году на базу где они находились завозили в кубовой емкости <данные изъяты>. Он в жидком виде привозится и разбавляется в каком-то соотношении с водой. Она видела одну кубовую емкость. А <данные изъяты> в мешках был в сухом виде. Документы были, она подписывала о том, что на объект передавался какой-то объем препарата, но скорее всего это смесь, ее должны были разбавлять. Объект это асфальтобетонный завод, завозился ли туда на самом деле препарат, она не знает, она там ни разу не была. Насколько она знает по фотографиям, на асфальтном заводе были емкости, там загружается и разводится. Она подписывала документы, что приняла, что конкретно объем внесен на участок. Эти документы готовились ФИО59 №1 как региональным представителем «<данные изъяты>», он работал с ней в одном здании. Отгружал ли ФИО59 №1 водителям какие-то препараты она не знает, не видела. ФИО59 №1 давал ей документы для подготовки ТТН, об отгрузке препаратов «<данные изъяты>», <данные изъяты>. От ФИО31 тоже поступали указания готовить ТТН об отгрузке этих препаратов. Указания от ФИО31 были, какие объемы вносить ФИО59 №1 готовил. А документы подписывались на основании фотографий, которые предоставлял ФИО59 №39, с которым они так же взаимодействовали, он был бригадиром, контролировал, организовывал работу на объекте - на нефтезагрязненных землях. Фотографии поэтапно показывали, какие объемы, первоначальная фотография на объекте была, до начала работы, ориентируясь на нее, они смотрели дальше ход работ и им подавались ФИО59 №39 эти фотографии по папочкам. То есть объект такой-то, фотография медобработка, внесение минеральных, органики, согласно фотографиям работы производились, там имелось изображение спецтехники, людей которые работали. Там были люди и <данные изъяты>» и «<данные изъяты>, были договоры аренды техники. <данные изъяты> располагалась на территории предприятия, она видела, что спецтехника уезжает и приезжает по окончанию рабочего дня. Документы по «<данные изъяты>» она готовила на основании фотографий, представленных ФИО59 №39 и отчетов, которые она готовила. Когда она делала отчеты по фотографиям, у нее не было сомнений, что работы проводятся, на тот момент она считала, что все работы велись. Она подписывала эти документы, потому что видела, что есть фотографии, которые свидетельствуют, что вносилось это все. На тот момент она не понимала, что ФИО31, дает ей какие-то незаконные поручения, в части того, чтобы подписывать, что она сама фактически не видела, что загружается в эти емкости, что это грозит какими-то последствиями. Сейчас она думает, что не совсем где-то правильно поступила. Один раз ею ТТН готовились о том, что в <адрес> якобы машины выезжали. По факту, ФИО59 №39 ей сказал, что есть запасы, но документально надо провести. Такие документы ей приносил ФИО31, пояснял, что нужно подписать, она подписывала. В последующем какая судьба у этих документов не знает. Она не знает, ездили ли водители <данные изъяты>» за препаратами в <адрес>. ФИО59 №39 работал в «<данные изъяты>» потом перевелся в «<данные изъяты>». Фактически он и там и там был. На совещаниях он присутствовал, но не всегда, М. на совещаниях не был, ФИО31 участвовал, они находились в одном помещении, кабинет экологов <данные изъяты>» и они - это одно помещение. Документация, связанная с «<данные изъяты>» она не подписывала, она занималась документами по «<данные изъяты>», а там был эколог ФИО59 №13. Все работы производились в соответствии с какой-то технологией. Ею были разработаны планы производства работ по месяцам, она составляла на основании технологий и проектов. Проект по рекультивации был старый, возможно «<данные изъяты>» разработал еще до этого, там на 3 года были работы. ФИО59 №39 она график работ давала, в договоре тоже календарик был по которому должны были своевременно закрыть объемы. Сведения об объемах отгруженного препарата она брала из своего рабочего проекта. Она не измеряла объемы, поэтому не может сказать, соответствуют или нет все сведения в документах тем сведениям, которые реально вносились, отгружались. Объемы указанные в актах выполненных работ так же брались из рабочего проекта. Сведения о внесении этих препаратов «<данные изъяты>» и <данные изъяты>, она указывала на основании фотографий и проектных данных. Акт скрытых работ один из документов которые они предоставляли заказчику, по всем этапам по биопрепаратам он составлялся. Подписывал его <данные изъяты> со своей стороны и исполнитель работ от «<данные изъяты>», в «<данные изъяты>» она, может ФИО59 №11, т.е. представитель подрядной организации, кто выполняет работы. Она вносила сведения в готовую отчетность по фотографиям которые ей предоставляли. Итоговую сумму об объемах выполненных работ она вносила, смотрела есть ли у нее отчет на те объемы, которые предоставлены, фотографии. Ей говорили, что объемы выполнены, приносили фотографии и она вносила сведения. Из показаний свидетеля ФИО59 №14 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, она была трудоустроена в ДД.ММ.ГГГГ году на должность инженера-эколога. Обстоятельства трудоустройства в ООО«<данные изъяты>» следующие. Бывшая коллега ФИО5 посоветовала ей трудоустроится в ООО «<данные изъяты>» на указанную должность, так как со слов той ей было известно о том, что там имеется вакантная должность инженера-эколога. Собеседование с ней проводил ФИО59 №11, в ходе которого последний пояснил ей о том, что в ее служебные обязанности будет входить в основном составление и сдача отчетных документов по договорам, заключенных с ООО <данные изъяты>», связанных с экологией. Ее рабочий кабинет располагался по адресу: <адрес>, в помещении ООО «<данные изъяты>», где она сидела вместе с инженером-экологом ФИО59 №13 и работником ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №1 Спустя непродолжительное время после ее трудоустройства в ООО «<данные изъяты>», у нее состоялся разговор с ФИО59 №39, который был официально трудоустроен в должности бригадира в ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», а фактически руководил всеми производственными работами на объектах ООО «<данные изъяты>», связанными с производством работ по рекультивации и ликвидации нефтеотходов по договорам заключенным между указанными организациями и ООО «<данные изъяты>». В ходе разговора ФИО59 №39 ей пояснил о том, ссылаясь при этом на указание фактического руководителя организации ФИО1, что она должна будет подготавливать всю отчетную документацию по договорам, связанным с производством работ по ликвидации и рекультивации заключенным между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в том числе акты выполненных работ, акты скрытых работ, ведение журналов по договорам, товарно-транспортные накладные, заявки для подготовки путевых листов и т.д., чтобы сведения, указанные ей в документации соответствовали техническим заданиям и планам производственных работ и не было никаких расхождений, выезжать при этом на объекты ООО «<данные изъяты>» ей со слов того было не нужно, так как контролировать производство работ тот будет самостоятельно и ей вмешиваться туда не нужно. Также со слов ФИО59 №39 она узнала о том, что все работы по рекультивации и ликвидации нефтеотходов курирует директор ООО «<данные изъяты>» ФИО29, который сидел с ними в одном здании и в случае возникновения вопросов она должна обращаться к тому. При этом подробных обстоятельств она уже не помнит, кроме них в ходе разговора никто не присутствовал. Подготавливая отчетную документацию по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по рекультивации нефтезагрязненных земель, на данный договор также подготавливал отчетную документацию, в том числе акты выполненных работ ФИО59 №1, № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по переработке (обезвреживанию) нефтешлама на территории деятельности ООО«<данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по утилизации (обезвреживанию) бурого шлама, бурого раствора и буровых сточных вод, она вносила сведения о внесенных биопрепаратах <данные изъяты> и <данные изъяты>, при этом понимая, что такого объема к ним из ООО«<данные изъяты>» не привозили, так как поставку указанных биопрепаратов она фактически видела всего два раза в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ году на <адрес>, куда привозили биопрепараты водители ООО«<данные изъяты>» в общем объеме 2 куба в жидком виде. Когда она стала интересоваться у ФИО59 №39 о том в действительности ли проводятся работы указанные ей в отчетной документации и соответствует ли этот объем техническому заданию Заказчика, ФИО59 №39 ей говорил о том, что у того имеются какие-то остатки препаратов и тот предоставляет ей фотографии. В дальнейшем уже от ФИО29 ей стали поступать указания о подготовке фиктивных товарно-транспортных накладных об отгрузке препаратов (<данные изъяты> и <данные изъяты>) от регионального представителя ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №1 водителям ООО«<данные изъяты>», при этом сведения об объемах отгруженного препарата она, по указанию ФИО29 брала исходя из технического задания, «подбивая» объемы на соответствие количеству, указанному в плане производства работ, при этом ФИО59 №1 сидел с ней в одном кабинете и никаких препаратов водителям не отгружал. Данные по водителям и транспортным средствам указанным в товарно-транспортных накладных она указывала самостоятельно, исходя из вида транспорта. Также по указанию ФИО29 она один раз в начале ДД.ММ.ГГГГ года подготовила товарно-транспортные документы и путевые листы, содержащие недостоверные сведения о том, что водители ООО «<данные изъяты>» якобы ездили в <адрес> за препаратами <данные изъяты> и <данные изъяты>, при этом объемы якобы привезенных препаратов брала либо у ФИО59 №1 либо исходя из календарного плана. Водителей ООО «<данные изъяты>» для подписания путевых листов и товарно-транспортных накладных ей приводил ФИО59 №39, либо она отдавала диспетчеру ФИО59 №18 чтобы та подписала их у водителей. После подготовки отчетной документации она либо ФИО59 №39 отвозили ее ближе к завершению календарного отчетного периода работникам ООО «<данные изъяты>» для подписания, где она их отдавала ФИО59 №25. После подписания документов, их в основном привозил обратно ФИО59 №39, с кем из работников ООО «<данные изъяты>» контактировал при передаче и получению документов ей не известно. ФИО59 №11 примерно в начале ДД.ММ.ГГГГ года уехал в <адрес> для производства строительных работ, поэтому на подпись документы она ему приносила с периодичностью примерно раз в месяц, когда тот приезжал в организацию, при этом объясняла тому какие акты к каким договорам. ФИО59 №11, подписывая принесенные ей на подпись фиктивные отчетные документы, особо вопросов никогда не задавал, просто подписывал и отдавал ей. Начиная с ДД.ММ.ГГГГ года, ФИО59 №39 попросил ее периодически приезжать на полигон ООО «<данные изъяты>», где проводились работы в рамках исполнения вышеуказанных договоров с ООО «<данные изъяты>», так как со слов того могла приехать проверка из ООО «<данные изъяты>» и она, как руководитель работ должна присутствовать из всех объектов именно на полигоне, так как его чаще проверяли. Когда она приезжала на полигон, то на месте в вагончике где сидел ФИО59 №26 – представитель ООО «<данные изъяты>», который постоянно находился на полигоне, она по указанию ФИО59 №39 заполняла журналы выдачи заданий и производства работ, куда вносила сведения о якобы внесенных биопрепаратах, которые после заполнения подписывала у ФИО59 №26 и водителей ООО «<данные изъяты>». При ввозе на полигон бочек с жидкостями, она по указанию ФИО59 №39 поясняла ФИО59 №26 о том, что это привезли и внесли на полигон препараты <данные изъяты> и <данные изъяты>, что в действительности было в бочках ей не известно. За весь период нахождения на полигоне, она видела ФИО59 №9 один раз вместе с ФИО59 №39 и ФИО59 №26, а также один раз приезжала ФИО59 №24 и ФИО59 №25, для какой цели ей не известно, какие документы или акты они при этом составляли ей не известно. При проведении работ на полигоне в рамках вышеуказанных договоров, в том числе по внесению препаратов, она ни разу не видела никого из ООО «<данные изъяты>». ФИО1 ей знаком, тот являлся фактическим руководителем ООО <данные изъяты>, когда тот приезжал в ООО»<данные изъяты>», то в основном общался с ФИО29, о чем ей не известно, на полигоне она никогда того не видела, прямых указаний ей от того никогда не поступало. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ года, когда она уже уволилась из ООО«<данные изъяты>», ФИО59 №39 предложил ей оформится в качестве директора ООО»<данные изъяты>» с целью осуществления общего руководства деятельностью организации, предложив ей вести закупочную деятельность, заключать договоры, она согласилась и после оформления всех необходимых документов совместно с ФИО59 №39, занимала должность руководителя в период до ДД.ММ.ГГГГ. В период ее руководства деятельностью организацией, никаких договоров ни с кем так и не было заключено, единственное она для оплаты текущих расходов, связанных с деятельностью организации, по указанию ФИО59 №39 оформила от себя займ и внесла на расчетный счет организации денежные средства в сумме 250000 рублей, переданные ей ФИО59 №39 Примерно в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО59 №39, по указанию последнего, было продано транспортное средство ООО <данные изъяты>» – бульдозер <данные изъяты>, стоимостью 4600000 рублей, денежные средства за которое ФИО59 №39 на расчетный счет организации, вплоть до ее увольнения из ООО»<данные изъяты>» так и не внес, хотя насколько помнит, срок оплаты по договору составлял 3 года. После приобретения, ФИО59 №39 его куда-то перегнал, реализовал он его или нет ей не известно. Впоследствии, после проведенных обысков в организации сотрудниками УФСБ <данные изъяты> ей уже стало известно и хищениях совершенных в рамках вышеуказанных договоров с ООО «<данные изъяты>», от кого именно уже не помнит. Лично она никаких денежных средств в ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» кроме заработной платы в сумме 30000 рублей никогда не получала, в том числе за подготовку фиктивной отчетности по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по рекультивации нефтезагрязненных земель, № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по переработке (обезвреживанию) нефтешлама на территории деятельности ООО<данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по утилизации (обезвреживанию) бурого шлама, бурого раствора и буровых сточных вод, выполняя указания ФИО29 и ФИО59 №39 только в силу страха потерять работу. Ей знаком ФИО59 №40, в период ее трудоустройства в ООО <данные изъяты>», ФИО59 №40 являлся директором ООО «<данные изъяты>» и курировал работы, связанные с рекультивацией и утилизацией нефтеотходов по договорам с ООО «<данные изъяты>», впоследствии тот был трудоустроен на должность начальника отдела охраны окружающей среды в ООО «<данные изъяты>», который по факту курировал и контролировал наши работы по рекультивации, ФИО59 №40 также для подписания отвозили отчетные документы либо она либо ФИО59 №39 Далее идет перечисление документов, которые в ходе допроса были предъявлены на обозрение свидетелю ФИО59 №14 (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №14). (том № 9 л.д. 204-253) ФИО59 ФИО59 №14 подтвердила оглашенные показания и пояснила, что в контексте было сказано, что ФИО59 №1 сидит с ними в кабинете, что им необходимо подписывать документы, значит они фиктивные. В ее понимании было, что какие-то объемы есть, все это отгружается, завозится, но просто формально документы заводятся. Она обращала внимание на объемы в этих документах, это перевозилось с территории района, не из <адрес> должно было разбавляться и перевозится со склада. Номера, даты договоров она называла следователю, может на тот момент она еще что-то помнила. У нее были сканы договоров между «<данные изъяты>» или <данные изъяты> заключали и «<данные изъяты>» о ликвидации экологического ущерба, были договоры рекультивации загрязненных земель, рекультивации амбаров, утилизация, обезвреживание нефтешлама, нефтезагрязненного грунта и утилизация, обезвреживание нефтяных отходов. Договоров «<данные изъяты>» у нее не было. ФИО59 №26 знает это мастер «<данные изъяты>», она его видела на полигоне когда приезжала, он ответственный был за этот объект. ФИО59 №9, на тот момент генеральный директор «<данные изъяты>», 1 раз видела на полигоне. ФИО59 №24 это начальник отдела экологии, ФИО59 №25 инженер-эколог «<данные изъяты>». Они приезжали на полигон, проверяли те документы, которые они им передавали, если что-то недоставало или были какие-то вопросы, созванивались, уточняли эти моменты. Когда ФИО31 устроился директором «<данные изъяты>», она уже работала в «<данные изъяты>», ФИО59 №1 был или нет, не помнит, ФИО59 №13 была. Она с ФИО59 №1 не общалась о том, где эти все объемы разбавляют, хранят, отгружают. ФИО59 №1 в ДД.ММ.ГГГГ году пришел, наверное года два все это с документами продолжалось, получается до ДД.ММ.ГГГГ. Фиктивность отчетов была в том плане, что ФИО59 №1 сидел рядом с ними, он в тот момент ничего не отгружал, когда по времени им эти объемы должны передаваться, он большую часть времени был в кабинете. Она не знает, занимался ли ФИО59 №1 разведением этих препаратов. Она не может сказать водители «<данные изъяты>» ездили в <адрес> за препаратами <данные изъяты> и <данные изъяты> или нет, но документы такие она готовила, путевые листы для водителей отдавала диспетчеру ФИО59 №18, водители приходили, подписывали. Там не всегда соответствовали той дате, в которую выполнялись по факту работы, могли водители другие быть, транспорт, такое часто бывало, водители не возмущались. Сведения об автомобиле, водителе она брала из тех, которые свободны были, у нее данные по водителям были. В «<данные изъяты>» она работала после того как было уголовное дело после ДД.ММ.ГГГГ года. На тот момент у организации не было почти никаких договоров, ФИО31 уволился и нужен был директор. ФИО59 №39 попросил ее хотя бы временно занять эту должность, она стала директором, но ФИО59 №39 осуществлял руководство, потому что он сказал, что учредитель он фактически, до этого был ФИО59 №6. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО59 №39 занимал должность бригадир, сначала он был бригадиром «<данные изъяты>» потом перевелся в «<данные изъяты>». ФИО1 не занимал никакую должность, в «<данные изъяты> он как владелец фирмы был, как собственник, а ФИО59 №39 был как наемный работник. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №15 известно, что ей знаком подсудимый ФИО29, они работали вместе. В ООО «<данные изъяты>» она работала с начала ДД.ММ.ГГГГ года до начала ДД.ММ.ГГГГ гг. в должности главного бухгалтера, потом она ушла потому что у нее ребенок заболел. В «<данные изъяты>» числилось работников 20-30 человек. В основном технический персонал – экологи, водители, диспетчер, техника безопасности, кладовщик, бухгалтерия маленькая. В период ее работы директором ООО «<данные изъяты>» был ФИО31. Распоряжения по финансовым вопросам о перечислении денежных средств поступали только от директора. При ней «<данные изъяты>» не заключались договоры с <данные изъяты>» по утилизации нефтеотходов с применением биопрепаратов, они были уже заключенные, отрабатывали их. Между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» было два или три договора, по ним очищали земли. Она видела машины, как организовывалось, какая техника нужна, на какие работы, что будут делать там, какой не хватает техники, заказать, на поля она не ездила. Путевые листы на автомобили ежедневно выписывали диспетчера. Потом сдавали в бухгалтерию, она каждый лист проверяла, прописанные маршруты, там были какие-то площади, месторождения, километражи, расход. Нужно было это проводить, списание ГСМ, они были по утвержденным нормам. Для осуществления этой деятельности закупались реагенты, они были на складе. До нее какие-то денежные средства перечислялись организации «<данные изъяты>», которая в <адрес>, много жидкого там что-то было. При ней командировок у водителей в <адрес> не было, это с ДД.ММ.ГГГГ года, вперед как-то были, она в программе видела. «<данные изъяты>» перечислял им денежные средства, суммы были в миллионах. Это все по договору, по срокам, на основании актов выполненных работ. Прежде чем акт, там готовились отчеты с фотографиями, она их видела, но не читала, их готовили экологи. Подписывались акты, что принимались работы, комиссия, наверное, была от <данные изъяты>. От каких организаций в «<данные изъяты>» поступали деньги, и кому перечисляли она не помнит. ООО «<данные изъяты>» только <данные изъяты> перечислял деньги как заказчик. У них было много контрагентов, с кем они работали не только <данные изъяты>, количество их не может вспомнить. «ООО «<данные изъяты>» выдавались займы ООО «<данные изъяты>» там оформленные все были договора займов. По поводу займов физическим лицам может пояснить, что был договор, был займ, в какой сумме, сроки займов не помнит. Эти займы выдавались только перечислением, наличного оборота у них не было, даже кассового, договор заключен, реквизиты и перечисления были. У нее не было права подписи на выдачу займа. Банковская электронная подпись была только у директора, она только готовила платежки. Она осуществляла переводы денежных средств по данным займам только по указанию ФИО31. Ей известен ФИО59 №39 он работал в «<данные изъяты>», как должность у него называлась не помнит, что-то связано с основным видом деятельностью у них. Лично ей он никакие данные, фоототчеты не представлял, они работали с экологами, которые собирали информацию, экологом была ФИО59 №13. Ей от ФИО59 №39 или от ФИО1 не поступали какие-либо указания о перечислении денежных средств, она работала только с директором. Она слышала фамилию ФИО1., лично он ей не знаком. Такой фамилии у них не было, он не работал «<данные изъяты>». Указание от ФИО31 о выдаче займа ФИО59 №39 ей не поступало, указаний просто без документов быть не могло. Были только оформленные договора. Если был займ, то был договор и были реквизиты, была отдельная папка с договорами займа. Займы ФИО59 №39 процентные они были, она уже не помнит условия. Это было связано со ставкой рефинансирования, оформленный договор был, там все прописано было. На какое время давали эти займы не помнит, это возвратные займы были, при ней они не возвращались. Директору займы при ней не выдавались. Она пришла, была уже папка с договорами займов. Это практикуется не только в «<данные изъяты>». Учредителем «<данные изъяты>» когда она устраивалась был ФИО59 №6, но насколько помнит он в организации «<данные изъяты>» не работал. В период ее работы приходили из правовых органов в «<данные изъяты>», проверяли документы, ДД.ММ.ГГГГ года. Пришли утром, адрес <адрес>, напротив заправки <данные изъяты>, кто-то без маски был, наверное начальник их, кто-то в масках был, с оружием, ждали директора. У бухгалтерии отдельный кабинет был, их всех в кабинете закрыли, наверное, что-то там показали им, изымали документы. Документы не бухгалтерские в основном у директора договора забирали, у экологов, наверное, отчеты. В бухгалтерии просто базу сняли, на флешку скинули. Оригиналы всех документов в сейфе у директора были. С какими договорами они работали, они копии себе делали. После визита сотрудников правоохранительных органов надо было работать, они и работали. После изъятия документов в ДД.ММ.ГГГГ году они доработали, потом не смогли больше заключить контрактов на новый объем. Из показаний свидетеля ФИО59 №15 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что в должности главного бухгалтера в ООО «<данные изъяты>», расположенного фактически по адресу: <адрес> (юридический адрес: <адрес>), она работала в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В ее должностные обязанности входило следующее: ведение бухгалтерского и налогового учета, обработка первичной документации организации. Помимо нее, в организации работал бухгалтер ФИО59 №17, которая занималась расчетом заработной платы и начислением налогов с зарплат, учетом движения материалов, а также обработкой авансовых отчетов, она же совмещала должность специалиста отдела кадров ООО «<данные изъяты>». Также при ее трудоустройстве в ООО «<данные изъяты>», в должности главного бухгалтера работал ФИО59 №16, который заканчивал полугодовой отчет. По обстоятельствам его трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» показала, что. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года она состояла на учете на бирже труда <адрес>, от работников которой примерно в ДД.ММ.ГГГГ ей поступил телефонный звонок в ходе которого сообщили информацию о том, что в ООО «<данные изъяты>» требуется главный бухгалтер, директором которой являлся ФИО29. Собеседование у нее проходило только с А.Д.АБ., который как она считала являлся фактическим руководителем общества. На протяжении всей трудовой деятельности в ООО <данные изъяты>» все указания по всем финансовым вопросам, в том числе о перечислении денежных средств поступали ей только от ФИО29, при этом все оригиналы договоров хранились у того, а первичная бухгалтерская документация хранилась в бухгалтерии. Основные перечисления денежных средств на расчетный счет ООО»<данные изъяты>» поступали от ООО «<данные изъяты>» по ранее заключенным договорам, связанные с утилизацией нефтеотходов с применением биопрепаратов, также периодически на расчетный счет общества перечислялись денежные средства в виде возвратов по ранее выданным займам от ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», при этом в полном объеме возвратов от указанных организаций в период ее работы не поступило, ввиду чего ею было подготовлены письма с указанием пеней и штрафов, однако никаких результатов не последовало, также были перечисления от ООО<данные изъяты>» платежи в счет оплаты за оказание транспортных услуг. Также насколько помнит, с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» перечислялись денежные средства «<данные изъяты>, работники которой периодически приезжали вместе с работниками <данные изъяты> с целью отбора проб на объектах, однако подробности ей не известны, насколько помнит у ООО «<данные изъяты>» имелась большая задолженность перед ООО «<данные изъяты>» за поставку биопрепаратов.По поводу займов физическим лицам может пояснить, что при ней денежные средства в виде займов с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» были перечислены примерно в конце ДД.ММ.ГГГГ по договорам займа ФИО1 и ФИО29, в какой сумме не помнит. Сроки их займов насколько помнит до ДД.ММ.ГГГГ года. ФИО1 лично ей не знакомы, однако может сказать, что между ООО «<данные изъяты>» и собственником ФИО1. был заключен договор аренды нежилого помещения по адресу: <адрес>, <адрес>. Электронная подпись в банке <данные изъяты> филиал в <адрес> принадлежала только А.Д.АВ., у нее право подписи не было, при этом электронный ключ в виде флешки хранился в серверной ООО»<данные изъяты>», к которой у нее имелся доступ и по указанию ФИО29 она при необходимости осуществляла переводы денежных средств. Насколько ей известно, ФИО59 №39 являлся бригадиром ООО»<данные изъяты>» и как помнит, в основном находился на объектах либо раздавал указания водителям, также тот предоставлял инженеру-экологу ФИО59 №13 данные и фотоотчеты, на основании которых последняя готовила отчеты и акты выполненных работ. При ней никаких указаний от ФИО59 №39 ФИО31 никогда не поступало, в том числе о перечислении денежных средств, как она ранее поясняла все указания по финансовым вопросам ей поступали только от ФИО29 По обстоятельствам оформления и оплаты командировок водителям ничего пояснить не может, так как в период ее работы никаких командировок не было. На вопрос следователя: поясните обстоятельства перечисления денежных средств в виде (процентных) займов ФИО59 №39 по договорам № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 000000, 00 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ, в сумме 1 000000, 00 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ, в сумме 1 000000, 00 рублей, от кого поступали указания о переводе денежных средств? ФИО59 №15 показала, что Перечисления указанных денежных средств происходили по указанию директора ФИО29, который представил ей предварительно реквизиты договоров займов и дал указания о перечислении ФИО59 №39 денежных средств, в период ее работы возвратов от ФИО59 №39 на расчетный счет организации не поступало, с какого прихода денежных средств на р/счет ООО «<данные изъяты> происходило перечисление в виде займов ФИО59 №39, он уже не помнит. При этом перечисление насколько она помнит происходило не на зарплатный счет <данные изъяты>, а на счет <данные изъяты>. На вопрос следователя: Поясните, поступали ли ей указания по финансовым вопросам ООО <данные изъяты>», в том числе о перечислении денежных средств от ФИО1 и ФИО59 №39? ФИО59 №15 показала, что все указания о перечислении денежных средств с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» мне поступали только от директора организаций: ФИО29 На вопрос следователя поясните обстоятельства перечисления денежных средств в виде (процентных) займов ФИО29 по договорам займов № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1000 000 рублей, № от ДД.ММ.ГГГГ, в сумме 2000 000,00 рублей, от кого поступали указания о переводе денежных средств ФИО59 №15 показала, что перечисления указанных денежных средств происходили по указанию директора ФИО29, который представил ей предварительно реквизиты договоров займов и дал указания о перечислении ФИО29 денежных средств, в период ее работы возвратов от ФИО29 на расчетный счет организации не поступало, с какого прихода денежных средств на р/счет ООО <данные изъяты>» происходило перечисление в виде займов ФИО29, она уже не помнит. При этом перечисление насколько помнит происходило не на зарплатный счет <данные изъяты>, а на счет <данные изъяты>. На вопрос следователя: Поясните обстоятельства перечисления денежных средств ФИО1 в виде (процентных) займов по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 000 000,00 рублей, по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 000 000,00 рублей, по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 2000 000,00 рублей, от кого поступали указания о переводе денежных средств ФИО59 №15 ответила, что перечисления указанных денежных средств происходили по указанию директора ФИО29, который представил ей предварительно реквизиты договоров займов и дал указания о перечислении ФИО1. денежных средств, в период ее работы возвратов от ФИО1 на расчетный счет организации не поступало, с какого прихода денежных средств на р/счет ООО «<данные изъяты>» происходило перечисление в виде займов ФИО1., она не помнит. По обстоятельствам выполнения работ по договорам, заключенных с ООО «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ по утилизации нефтеотходов, в том числе обстоятельства по внесению биопрепаратов и органно-минерального комплекса «<данные изъяты>» на нефтезагрязненных объектах, кто непосредственно из работников ООО «<данные изъяты>» выполнял работы пояснить ничего не может, так как занималась оформлением бухгалтерских документов и в производственной деятельности ООО «<данные изъяты>» не участвовала. На вопрос следователя: Поясните, каким образом оплачивались командировочные расходы водителям ООО «<данные изъяты>», куда сдавались командировочные удостоверения и где хранились путевые листы ФИО59 №15 показала, что как ранее поясняла, при ней командировок не было, путевые листы в период ее трудоустройства хранились у нее, за период до ДД.ММ.ГГГГ путевые листы хранились у диспетчера. В ходе допроса ей следователем на обозрение предъявлены следующие документы: счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 590000,00 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 354000,00 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 237 184,84 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 358 987,88 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 940106,00 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 5605 944,00 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 1120938,96 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 117924,48 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 21178073,91 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 3082630,42 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«Югстрой» на сумму 12224733,65 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 1502255,64 рублей, счет-фактура № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО«<данные изъяты>» на сумму 8909 000 рублей, счет на оплату № от ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО «<данные изъяты>» на сумму 21178073,91 рублей, осмотрев которые она показала, что подпись от имени ФИО59 №15 во всех указанных документах принадлежит ей, обстоятельства их подписания и составления следующие. Все сведения об объемах выполненных работ, в том числе о суммах, указанных в счет-фактурах, были ей внесены на основании подписанных руководителями организаций (ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>») актов сдачи-приемки выполненных работ, поэтому оснований предполагать о том, что в действительности указанные в счет-фактурах и подписанных актах работы ООО «<данные изъяты>» не выполнены либо выполнены не в полном объеме у нее не было. Акты в основном передавала ей инженер-эколог ФИО59 №13 (Том № 8 л.д. 225-230) ФИО59 ФИО59 №15 подтвердила оглашенные показания. Раз в ее показаниях указано, что ФИО31 и ФИО1 перечислялись займы значит, так и было. Какие договора были, так и перечисляли. М. такого работника не было, договор займа можно и не с работником заключать, это доходная часть, там проценты должно получить предприятие по возврату. Это обычная процедура. Выписывается бухгалтерский документ и проводится в программе. Это была приходная часть от РН «<данные изъяты>», выполненные работы по договору, соответствовали по датам, по сумме. Какие работы, в каком объеме, она за это не отвечала. Расходы по ГСМ велись, приобретались запчасти, работала техника по затратной части. По транспортным средствам лизинги были, приобреталась ли спецтехника, не помнит. Затраты все велись, связанные с производственной деятельностью. От директора ФИО31 какие-либо незаконные требования, на какие-то незаконные перечисления не поступали. Из показаний в судебном заседпании свидетеля ФИО59 №16 известно, что он работал в <адрес> в ООО «<данные изъяты>» главным бухгалтером в период ДД.ММ.ГГГГ год, летом уволился. В его должностные обязанности входило ведение бухгалтерской документации, налоговой отчетности, сдача ее. ФИО59 №17 то же в бухгалтерии работала. Трудоустроена она была в «<данные изъяты>» позже него, она занималась начислением зарплаты, кадрами. В момент его трудоустройства в ДД.ММ.ГГГГ году директором «<данные изъяты>» был не ФИО31, он в этом же году директором пришел. До Абдулаева директором работал А., фамилию не помнит, только по имени. Их организация выполняла работы соответственно вида деятельности, какими видами деятельности занималась «<данные изъяты>», какие были виды услуг, не помнит, выполняла какие-то работы с ПАО «<данные изъяты>» по договору, с каким подразделением работали, какие именно с ПАО «<данные изъяты>» были заключены договоры, не помнит. Деньги на счета «<данные изъяты>» по договорам от различных подразделений «<данные изъяты>» за работы поступали. Что именно за работы велись, он не знает, он никогда не ездил на эти полигоны, занимался просто бухгалтерской деятельностью. Он видел договоры с «<данные изъяты>», они были о подрядных работах. Указания связанные с финансовой деятельностью «<данные изъяты>» ему мог давать директор ФИО31, если ранее был другой директор, то другой. ФИО1 ему знаком, он ему никакие указания не давал, он у них в штате не работал, а он подчинялся директору. У ФИО1 «<данные изъяты>» что-то в аренду брала, потому что он помнит были арендные платежи в его адрес, которые перечислялись по указанию ФИО31, потому что он не перечислял просто так платежи. С ФИО59 №42 «<данные изъяты>» то же работала, то же что-то из аренды. ФИО59 №39 был сотрудник «<данные изъяты>», какую-то производственную должность занимал, с ним в кабинете не работал. Не помнит, что бы денежные средства ФИО59 №39 кроме заработной платы перечислялись, зарплату платили всем работникам. Вообще займы были, а конкретно по людям, не помнит, кому выплачивались. Он не знает, противоречит ли выдача этих займов законодательству, он же не составлял договор, у них директор этот договор составлял, если делалось, то с разрешения директора, по его указанию, он деньгами не распоряжался. ФИО59 №30, ФИО59 №31 ему не знакомы, он таких не помнит. Ему знакомо юридическое лицо ООО «<данные изъяты>», у них что-то закупалось, в каких объемах, когда, что не помнит, если они работали с ОО «<данные изъяты>», значит денежные средства им перечислялись. Подробности перечисления денежного займа от ООО «<данные изъяты>» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1100000 рублей ФИО59 №17 он нее помнит, если был договор, было перечисление с указания директора только, он сам не мог сделать перечисление, это было не в его компетенции, даже налог по своему усмотрению он не перечислял. С ним в кабинете или здании работников ОО «<данные изъяты>» не было, он не работал в «<данные изъяты>». Здание где он работал находилось на территории базы, видно было, что люди ездили, водители заходили, могли принести какой-то документ, т.е. фактически деятельность осуществлялась, люди ездили, машины постоянно, работали, у них столовая была выездная, кормили людей, выезжали в поле, т.е. зарплата выплачивалась не просто так, за работу. Каким образом оплачивались командировочные расходы водителей ООО «<данные изъяты>», куда сдавались командировочные удостоверения и где хранились путевые листы - эти подробности не помнит, не у него хранились, у диспетчера может. Командировки у водителей были, вроде водители ООО «<данные изъяты>» ездили в <адрес>. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №17 известно, что она работала бухгалтером в ООО «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года, директором был ее супруг ФИО31. В ее обязанности входило начисление заработной платы, взаимодействие с контролирующими органами, прием увольнение сотрудников – кадровые вопросы. Предоставлением какой-либо документации технической, транспортных накладных, счет фактур в бухгалтерию она не занималась. Деятельности по заключению контрактов с другими юридическими лицами, расчётами с ними она не касалось. В штате было два бухгалтера – она и главбух. Главбух занимался всеми остальными расчетами. Ее непосредственным руководителем от которого ей поступали распоряжения была главный бухгалтер ФИО59 №15, она подчинялась непосредственно ему. Главный бухгалтер пришла туда работать через 2 месяца как она устроилась, до этого был М., сначала он был ее руководителем, потом уволился. Бухгалтерия находилась на предприятии, была база, там 2 административных здания, в одном сидел руководитель и экологи, бухгалтерия была в другом здании. Штатная численность была около 30 человек, в основном водители, еще экологи, это те кто занимался непосредственно расчетами, какой куда препарат вносить. На балансе этой базы имелось много спецтехники: машины, экскаваторы, тягачи. Она знает, что были договоры о поставке препаратов из других городов, потому что расчет велся экологами, разговор был, конкретно не знает ничего. От их руководителя ФИО29 незаконных указаний о финансовых махинациях не поступало, выплатить материальные помощи, но это официально, потому что у водителей работа тяжелая, либо премии. Технологию она не знает, знает, что водителями что-то вывозилось, отчищалось, потом засеивали эти поля. Лично с ФИО1 она не знакома, видела, город маленький, просто знает, что это он. ФИО59 №39 ей знаком, он был у них на предприятии бригадиром, руководил производственным процессом. Работал он в тот же период, когда и она. Ей ФИО59 №39 указания по работе не давал, он ей приводил водителей на работу, это единственное взаимодействие с ним. Она перестала работать в «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ, ее супруг тоже в ДД.ММ.ГГГГ году, но попозже месяца через 2-3. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №18 известно, что она работала в ООО «<данные изъяты>» на пол ставки, это был ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ год, в должности диспетчера. Она сама туда устроилась. В ее обязанности входило выдавать, обрабатывать путевые листы водителей. В «<данные изъяты>» она тоже работала диспетчером, сначала в «<данные изъяты>», потом в «<данные изъяты>», с какого года не помнит, до «<данные изъяты>». Потом ей сказали, что на пол ставки она работает в «<данные изъяты>», на пол ставки в «<данные изъяты>». Она продолжала совмещать и там и там, две организации, но они в одном офисе сидели. У них на этой базе в основном все грузовые машины были на УПП, транспорт стоял весь там и «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> В «<данные изъяты>» директором был ФИО59 №11, она все время с ним работала, в «<данные изъяты>» директором был ФИО29, до него ФИО59 №40. ФИО31 ей знаком по роду деятельности он руководитель был, давал ей указания. У них был такой порядок работы - инженер по экологии ФИО32 приносила им заявки на следующий день, они давали по ним путевые листы. Заполняли путевой лист полностью, фамилию, имя, отчество водителя, задание, данные о транспортном средстве, марку, через компьютер вбивали, там уже были марки машин, машины постоянные. С оборотной стороны задание, заполнялось как машина отработает. Сведения об отработке машины в основном они заполняли, потому, что эти путевые листы обрабатывались, потом копии передавались в «<данные изъяты>» вышестоящую организацию, а некоторые водители и буквы не могут написать. Они печатали путевые, директор подписывал или инженер подписывал, точно не помнит. Она не помнит такого, что бы они меняли задание в путевых листах, что бы выписали путевой лист, машина выехала, потом сломалась и не поехала, если такие и были случаи, то очень редко. В «<данные изъяты> инженером по экологии была ФИО59 №13, в «<данные изъяты>» ФИО59 №14, они заявки приносили на следующий день на работу транспорта и они по этим заявкам отпускали транспорт. Ей знаком ФИО1 или К., где он работал в <данные изъяты>» или «<данные изъяты>», какая у него должность, она не знает. Он руководил процессом, как именно она не знает, контролировал, приходил, спрашивал, как работа идет. С ней не очень контактировал, они здоровались, знали другу друга, а так, чтобы он ей задания давал, такого не было. Он не был ее начальником, ее начальником был ФИО59 №11, а в «<данные изъяты>» ФИО29 Кто был собственником, учредителем «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», не знает, она общалась только с директорами, инженерами. Мастер производства у них был ФИО59 №1 и был ФИО59 №39, он командовал там всем в основном, интересовался, вышли машины, не вышли, на объектах контролировал эти машины. Чем именно ФИО59 №1 занимался, не знает, знает, что на планерках он утром был, Д. спрашивал, что там, как. ФИО59 №28 это их механик был, он машины ремонтировал. Когда машина не исправна, он говорил, что машина не исправна, какого водителя им посадить он говорил, вдруг кто-то заболел. У них были легковые транспортные средства, седельные тягачи, <данные изъяты>. В «<данные изъяты> на балансе было около 5 <данные изъяты>, 1 или 2 тягача, бульдозер, экскаватор, бочки не было, насколько помнит были «<данные изъяты>» бочки-цистерны. Выпуск транспортных средств осуществлялся в основном утром. Водители приходили, они по этим заявкам выдавали путевые листы и они ехали. В заявках было написано такое-то месторождение, посылается, например, пять <данные изъяты> туда объем работы выполнять, сколько рейсов нужно сделать. Все это было в заявке описано, какой объект и какие виды работы. Точку, откуда и куда машина едет, точка назначения это только по заявке указывается, куда они написали заявку, туда и посылают. Они самодельно не занимались этим, как написано, что территория бывшего асфальтового завода и на полигон, там грузились и возили какой-то материал на полигон или месторождения. У них медик был, механик, все официально. При выпуске бывали ошибки, она номер напортачила. По приезду или на следующий день утром водители приходят и приносят эти листы. Путевые листы все нумеровались, считались. Неиспользованные они писали – неиспользованный путевой лист. Они складывались в стопочку и подшивались. У них были водители В. – Ю., А. и их отец ФИО59 №4, их было трое, потом Ю. уволился, он мало работал. ФИО59 №6 был, но в какой организации в «<данные изъяты>» или в «<данные изъяты>», не помнит. Водители подписывали путевые листы при выезде или заезде. Бывало пачками подписывали, потому, что когда сдают путевки, она кому-то в это время другому выдает, идет вот эта котовасия, он не расписался, потом собирает, он подписывает. Они все путевые листы оформляли, если машина по месту идет, или куда-то далеко идет, это все равно все через диспетчерскую. Давал ли ей кто-то из руководства выписать путевой лист на поездку в <адрес>, уже не помнит. <адрес> знакома, но не помнит, с «<данные изъяты>» или «<данные изъяты>» кто куда ездил. Товарно-транспортные накладные она не выписывала. Товарно-транспортную накладную должен заполнять заказчик – грузоотправитель бухгалтерия, диспетчера этого не делают, эта не их функция. Не помнит, что бы «<данные изъяты>» отправляли когда-либо груз, продавали груз на сторону. Получали грузы, машины же ездили в командировки, а куда, что именно не помнит. Не помнит, что на территории стояли какие-то мешки, какие-то материалы, там же склад был. У них диспетчерская так стояла, что им было видно только транспортные боксы. Такие средства как <данные изъяты> и <данные изъяты> ей известны, знает, что их машины возили на полигон на переработку нефтешламов. Где они это брали не знает, асфальтный завод у них где-то был, там грузились, что-то хранилось, что именно, не знает, она там не была. Из показаний свидетеля ФИО59 №18 оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что с ДД.ММ.ГГГГ года она работала на пол ставки в ООО «<данные изъяты> и пол ставки в ООО «<данные изъяты>» в должности диспетчера. Ее рабочее место располагалось в помещении диспетчерской по адресу: <адрес>. Второй диспетчер ФИО59 №27 трудоустроилась с ДД.ММ.ГГГГ года. В ее должностные обязанности входило следующее: выписывать и обрабатывать путевые листы на основании заявок, полученных от инженеров ФИО59 №14 и ФИО59 №13, в которых были указаны объекты, виды транспорта и задания водителю. Обстоятельства ее трудоустройства следующие: с предложением о трудоустройстве в ДД.ММ.ГГГГ к ней обратился руководитель ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №19 по рекомендации ФИО1, которому было известно о том, что она долгое время работала в должности диспетчера в ООО«<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ ФИО59 №19 ей сообщил, что она теперь будет работать в должности диспетчера в ООО «<данные изъяты>», собственником которого являлся ФИО1, а директором ФИО59 №11, особо собеседование при трудоустройстве в ООО«<данные изъяты>» ни с кем из руководителей она не проходила. В ДД.ММ.ГГГГ года директор ООО «<данные изъяты>» Абдулаев Д. сообщил ей о том, что она должна теперь помимо работы в ООО«<данные изъяты>», осуществлять деятельность диспетчера на пол ставки в ООО»<данные изъяты>», со слов того должна будет оформлять путевые листы по заявкам, получаемым от инженеров-экологов. Ее график работы составлял с 07 ч.00 мин. до 16 ч. 00 мин. Также по утрам в диспетчерской находился механик ФИО59 №28, который после заполнения своих журналов и путевых листов уходил по «своей работе». Перед рейсом она на основании заявок, получаемых от инженеров-экологов ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №13 и ФИО59 №14., а также работника ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №1 подготавливала путевые листы с указанием транспортного средства и водителя, при этом оборотная сторона путевого листа была пустая и водитель в конце смены также сдавал ей путевой лист с пустой оборотной стороной, при этом расписывался водитель только на «лицевой» стороне листа за получение и сдачу ей путевого листа. Впоследствии, примерно один, два раза в неделю, на основании полученных заявок от ФИО59 №13, ФИО59 №14 и ФИО59 №1, в которых было указано задание водителю, дата, транспортное средство и данные водителя она подготавливала и распечатывала посредством принтера оборотную сторону уже подписанного водителем путевого листа, напечатав на оборотной стороне задания, указанные в заявках, иногда она их писала вручную, при этом выполнялись ли водителями задания, указанные в заявках и ей в путевых листах не известно. На вопрос следователя: если водители отправлялись в рейс с путевым листом без указания задания, тогда по какому маршруту они ехали она ответила, что руководителем всех производственных работ в ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» являлся ФИО59 №39, в какой должности тот числился ей не известно. От того водители по утрам получали задания о том, на какие объекты им необходимо ехать и какие материалы получать и работу выполнять, соответствовали ли данные ФИО59 №39 указания водителям заданиям, указанным ей в подготовленных впоследствии путевых листах не известно, она их не сверяла да и не имела возможности, так как ФИО59 №39 указания давал водителям в устной форме. Ей не известно, что такое <данные изъяты>, <данные изъяты>, на проводимых ФИО29 планерках она иногда слышала такие названия, но подробности уже не помнит. Об указаниях, поступавших водителям ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» от ФИО59 №39, связанных с внесением, транспортировкой либо отгрузкой микробиологического препарата <данные изъяты> и биопрепарата <данные изъяты> она не слышала. На вопрос следователя: вносили ли она изменения в уже напечатанные и оформленные путевые листы, если да то какие, по чьему указанию и как их подписывали водители? Она ответила, что да, иногда ей сообщала ФИО59 №13 или ФИО59 №14 о том, что нужно внести изменения и распечатать новые путевые листы, при этом они либо правили старые заявки, либо распечатывали новые, какого рода корректировки вносились ей в путевые листы, она уже не помнит, что-то вносилось в задания и модели транспортных средств. Подписывала откорректированные путевые листы она у водителей самостоятельно, когда те приходили в диспетчерскую. Для каких целей вносились изменения, она не знает, после подписания у водителей она их передавала на подпись ФИО29 и ФИО59 №11, когда последний находился на рабочем месте в ООО «<данные изъяты>», примерно один-два раза в месяц, при этом подписывала целой пачкой за определенный период времени. Путевые листы хранились при этом в диспетчерской, светокопии путевых листов при необходимости забирали себе ФИО59 №13, ФИО59 №14 и ФИО59 №1, на основании которых готовили впоследствии товарно-транспортные накладные, а с ДД.ММ.ГГГГ они стали сдавать путевые листы в бухгалтерию. На вопрос следователя: за период работы передавали ли она сведения по водителям и транспортным средствам ФИО59 №1, ФИО59 №13, и ФИО59 №14 для составления последними товарно-транспортных накладных по отгрузке биопрепаратов, если да, то по чьему указанию и с какой целью? Она ответила, нет, так как светокопии путевых листов те самостоятельно себе забирали при необходимости. Никакой «выборки» по датам и транспортным средствам она для указанных лиц никогда не делала. Какие-либо документы, помимо путевых листов она у водителей не подписывала, она подписывала у водителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> только путевые листы, также иногда диспетчеры приносили в диспетчерскую журналы выдачи заданий, которые просили подписать у водителей. На вопрос: почему на оборотной стороне путевого листа отсутствует подпись водителя, и с какой целью задание ей вносилось в путевой лист уже после его сдачи водителем? ФИО59 №18 ответила, что задания в путевые листы ей вносились только на основании поступавших от инженеров заявок, на оборотной стороне водители не расписывались по причине того, что никто из них не сдавал ей товарно-транспортную документацию, так как все товарно-транспортные накладные хранились у инженеров-экологов. Она как-то обратилась к ФИО29 с вопросом о том, чтобы руководитель производственных работ ФИО59 №39 расписывался в путевых листах, где указано задание, тем самым заверяя факт того, что задание водителями действительно выполнено, однако ФИО29 отказал, и сказал, что сам как руководитель будет подписывать путевые листы. Путевые листы им оформлялись только после получения заявок, поэтому как получала заявки, так и оформляла путевые листы. На вопрос следователя: подготавливали ли она товарно-транспортные накладные и путевые листы, согласно которым водители ООО»<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» ездили в <адрес>, если да, то с какой целью и по чьему указанию? Она ответила, что да, она готовила на основании заявок, поступавших от ФИО59 №13 и ФИО59 №14 путевые листы, куда вносила задания, связанные с выездом водителей в <адрес>, которые впоследствии в числе прочих подготовленных ею путевых листов, давала водителям подписать, о том, что в действительности водители ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» не ездили в <адрес> ей известно не было, командировочных у нее никаких не оформлялось, все путевые документы она готовила только на основании заявок, поступавших от инженеров. Товарно-транспортные накладные она вообще никогда не оформляла, этим занимались инженеры-экологи. На вопрос следователя: известно ей какой вид деятельности осуществляло ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>»? Она ответила, что ООО «<данные изъяты>» занимались экологией, ООО«<данные изъяты>» занималось тоже экологией и строительными работами. На вопрос следователя: поступали ли ей какие-либо указания от ФИО59 №39, ФИО1 и ФИО59 №42 Она ответила, да по ООО «<данные изъяты>» ей поступали указания от ФИО1 поступали какие-то указания по оформлению путевых листов, но какие, не помнит. Несколько раз к ней в диспетчерскую приходил ФИО29 с требованием оформить или выдать путевой лист водителям для отправки за <данные изъяты>, однако она отказала тому, так как не было заявки от инженеров, впоследствии после поступления заявки она путевые листы выписала. К хищениям денежных средств, принадлежащих ООО«<данные изъяты>» она никого отношения не имеет, первый раз об этом услышала в ходе допроса, никаких денежных средств, помимо ее заработной платы, которая составляла 10500 рублей в месяц, она от работников и руководителей ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» никогда не получала. (том № 10 л.д. 18-22) ФИО59 ФИО59 №18 подтвердила оглашенные показания. Время прошло, она много чего забыла. По поводу трудоустройства, когда ФИО1 еще работал в <данные изъяты>, такая организация у них была, он с ней сталкивался, машины покупал в <данные изъяты>, она их оформляла в <данные изъяты> ему понравилось, как она работает, он говорил, если у них будет место диспетчера, он ее пригласит. Был поначалу «<данные изъяты>», туда диспетчер нужен был, ее туда позвал ФИО59 №19 Машины не ездили туда в <адрес>, она не знала точно. Путевые листы выписывали не только на технику, которая была в собственности «<данные изъяты>», там и аренда была, на ту технику тоже выписывались путевые листы, один тягач был, пять <данные изъяты>, прицепы, полуприцепы - это аренда уже была. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №19 известно, что ФИО29 это муж его сестры родной ФИО59 №17. В ДД.ММ.ГГГГ гг. он работал руководителем «<данные изъяты>», он знает где располагается эта организация, он там бывал, встречал там ФИО29 Чем занималось предприятие он знал без подробностей - рекультивационными работами, территорию <адрес> загрязняли и «<данные изъяты>» заключали с ними контракты. Он не перемещался по территории, где проводили работы «<данные изъяты>». О какой-либо противоправной деятельности своего зятя ФИО29, когда он занимал должность руководителя ООО «<данные изъяты>» он сообщить не может. Он не имеет отношения к устройству ФИО31 в «<данные изъяты>». Он сам работает директором ООО «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ года, учредителем был он с того же времени, как приобрел. До этого было два учредителя – ФИО1 и ФИО59 №42, он по своему желанию купил у них. У него была возможности зайти на работу в подряд, поучаствовать, он предложил купить данную организацию, она с ДД.ММ.ГГГГ года существовала, ничем не занималась. Сейчас занимается транспортными услугами, услуги предоставляли «<данные изъяты>», и грузоперевозки в общем. С ФИО1 они дружат, общались, М. работал в «<данные изъяты>» механиком в ДД.ММ.ГГГГ гг.. В это время учредителем, собственником этого предприятия был он. М. работал и в «<данные изъяты>», а он с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был руководителем «<данные изъяты>» параллельно. Является ли ФИО1 фактическим собственником, владельцем «<данные изъяты>» или «<данные изъяты>», не может сказать. Учредителем «<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ гг. был Бланк, потом не знает. ФИО33 работал у него главным механиком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ г., он также являлся учредителем «<данные изъяты>», в ДД.ММ.ГГГГ г. он ему передал учредительство. Кто учредитель «<данные изъяты> на данный момент он не знает. ФИО59 №1 ему знаком, он был представителем организации, которая у него арендовала часть земель на территории <адрес> для проведения работ, связанных с рекультивацией. Это было ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ гг. Он часть территории асфальтового завода сдал в аренду, а основной частью сам пользовался. Раз в неделю он там бывал, видел, что там были работы, движение людей, техники. Из тех, кто проводил там работы он ФИО59 №1 встречал, ФИО59 №39, рабочих, но он их не знал. Технику он предоставлял, какую, кому не помнит. В период с ДД.ММ.ГГГГ гг. <данные изъяты> были в «<данные изъяты> количество не помнит. У «<данные изъяты>» возможно была субаренда, было пару единиц спецтехники, которую они у него арендовали. ФИО59 №5 работает у него, он командирован, ездит на грузоперевозках, на тягаче тентованном <данные изъяты>, есть приказ. Он с самого начала у них работал, потом ушел в «<данные изъяты>» или «<данные изъяты>», где-то полгода назад вернулся. ФИО59 №6 у него не работает, он просто с ним знаком, возможно он в «<данные изъяты>» работал, он его очень давно не видел. Он сдавали в аренду и спецтехнику это <данные изъяты>, совки были, краны, бочки, прицепы, полуприцепы, бульдозер был, сдавали и «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Думает, что они пользовались данной спецтехникой по прямому назначению, бочки, по крайней мере и совки он видел на асфальтовом заводе. От той организации, что арендовала, часть территории занимали емкости кубов 25, не меньше, была одна, может, потом еще довозилась, вагончик был, бетонировали площадку, там находились рабочие, что-то было связано с проведением рекультивации, разведение чего-то, машины приходили большие, груженные. Его это не касалось, он сдал в аренду территорию и электроэнергией пользовались. Вообще, изначально он сдавал в аренду «<данные изъяты>». Потом уже официально где-то в ДД.ММ.ГГГГ. заключил договор непосредственно с «<данные изъяты>» из <адрес> фирма. Кто из них устанавливал бочки, не может сказать, там много техники было. Бочка и вагончик ориентировочно появились, когда был еще «<данные изъяты>». Бочка это не капитальное сооружение - это емкость большая горизонтальная, что-то наподобие вагона. Это было ДД.ММ.ГГГГ гг., с этого же времени и ФИО59 №1 он знал, он работал как представитель из <адрес> от «<данные изъяты>». Чем он там занимался, он не знает, но договор с «<данные изъяты>» уже официально он от него получал. «<данные изъяты>» тоже пользовался территорией асфальтного завода без оформления документов, может, и были документы, не помнит. «<данные изъяты> ему арендную плату не платили, они помогали по территории. Договор возмездный, там очень маленькая сумма указана, они участвовали во всей жизни территории, где-то техникой помогали, где-то людьми. «<данные изъяты>» вся техника зарегистрирована на его фирму, а территория это на нем лично, он арендовал у администрации, бывший асфальтный завод развалился, и ему предложили его взять в аренду, он платил основному собственнику, сейчас не арендует давно расторгнут договор. На данный момент он продал базу, там были в собственности здания оформлены - столовая, диспетчерская и пару складов, один открытый, один закрытый. Он здание продал с правом переаренды земельного участка. Собственником недвижимости, которую продал он стал в ДД.ММ.ГГГГ г. А так это были недостроенные здания, числились они без оформления, он их достроил. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №20 известно, что у него высшее образование - экология и природопользование, он работал в «<данные изъяты>. Всем филиалом «<данные изъяты>» руководил ФИО6. ФИО59 №22 это руководитель лаборатории. Лаборатория располагалась <адрес>, она и сейчас там. Про отношения с ООО <данные изъяты>» помнит, что они ездили вокруг <адрес> отбирали образцы почвы, пробы согласно методики, для определения содержания нефтепродуктов. Там много выездов было, какие-то пробы он лично отбирал. На отбор проб он не один ездил, были водитель, ФИО24, его хорошо помнит, возможно ФИО59 №21, с ней приезжали. Согласно договора, у них заявка, по лаборатории назначался выезд, они выезжали с утра, приезжали к заказчику, ни в какие другие организации они не заезжали, пересаживались в автомобиль заказчика и дальше следовали по бездорожью по тем точкам, которые им показывал заказчик, это было достаточно далеко от <адрес>. Когда выезжали на места визуально он не видел нефтяные пятна. От заказчика - «<данные изъяты>» они контактировали с нерусским мужчиной по имени Г., он показывал точки, куда ехать, водил по тем местам, где надо было осуществить отбор, а координаты они отбивали сами техническим средством и отбирали в этих координатах пробу, в присутствии Г., при этом составлялся акт отбора проб, потом происходили дальнейшие исследования, к которым он не имел отношения, других незнакомых людей при этом не было, был водитель, представитель организации и их лаборатория. В данном случае проба отбиралась методом конверта - берется определенная площадка, загрязненный участок, отбираются точки по краям этого участка, по углам и центральная точка, потом идет процесс перемешивания, усреднения пробы и отбирается определенная масса для дальнейшего определения загрязняющих веществ. Эта отобранная почва упаковывалась в полиэтиленовые пакеты, к пакетам прикладывались сопроводительные талоны, координаты места отбора, что бы потом можно были идентифицировать все это. Далее все передавалось в лабораторию, у них был отдел шифрования проб, ее там шифруют, присваивают определенный номер и дальше уже химикам передают на определение загрязнения. Химики не знают откуда, что, только знают цифру. Кто выполнял дальнейшие исследования, он не помнит. Он думает, что заказчиком этой работы по отбору проб был «<данные изъяты>». Видел ли он там подсудимого ФИО31, общался ли с ним, он не помнит. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №21 известно, что она работает ведущим инженером в испытательной лаборатории <данные изъяты> В <данные изъяты> она устроилась работать ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ гг. она работала там ведущим инженером. В ДД.ММ.ГГГГ гг. в ее обязанности входило отбор проб, анализ каких-то показателей, биотестирование. Оформлением протоколов испытаний занимаются другие люди. Она не знает, заключало ли <данные изъяты> договор с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», потому что она не заключает договора, этим занимаются другие люди. Организации ООО «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» она не помнит. Она выезжала в <адрес>, в какие годы, сколько раз не помнит, они каждый день по всей <адрес> выезжают. Повод ее выезда в <адрес>, если это были договорные работы, значит, нужно было отобрать почву, что написано в договоре, то они и отбирают, там всегда указывается перечень показателей. На все показатели, которые делает их лаборатория, на которые она аккредитована пробу и отбирают, может она отбирала пробу и на нефтепродукты, уже не помнит, что было 10 лет назад. В актах отбора все написано, и дата и время, и с каких глубин отбирали. На отбор проб ездят с помощником, чтобы кто-то копал, кто-то отбирал, это работники <данные изъяты> Состав всегда разный могут двоих направить, могут троих. От администрации кто-то присутствует, они созваниваются с представителями, и они должны приехать, посмотреть где, что, как, потому, что они сами не делают. Даже когда на проверку выезжают, всегда созваниваются, чтобы их регулировали в этом вопросе. Она ездила из <данные изъяты> с ФИО59 №22, она уехала в <адрес>, ФИО59 №20, ФИО44, ФИО8, тоже уволилась. Все точки отбора проб всегда показывает представитель заказчика, если это договорные работы. Когда они приезжали в <адрес>, копали почву с двух глубин, отмеряли ее не менее 2 кг в пакеты, пломбировали, заполняли акт и уезжали. Приезжали в лабораторию, отдавали этот акт отбора сотрудникам, они это регистрируют. Эти мешочки тоже отдавали сотруднику, который регистрирует это все, шифрует, пишет на них на бумажке просто номер пробы, например, 1/4, или 5/1, и показатели, которые нужно анализировать в этой пробе. Показатели это те которые прописаны в договоре, которые должны быть и те, которые они прописывают в акте отбора тоже. Организация дает им задание, пишет, например, просят проверить почву на такие-то показатели, нефтепродукты, кальций, магний, алюминий и т.д. Если они могут это сделать, они отвечают, проверят такого-то числа к ним приедут. Девочки, которые зарегистрировали эту почву, отдают ее химикам. Одни отбирают (пробы), другие анализируют. Ведущие инженеры – это те же самые химики. Химики не имеют права выезжать на отбор проб, они их только анализируют, пробы зашифрованы, химики не знают, какую пробу они делают, они видят, например, это почва с номером 4/1, и им это ничего не говорит. У них там химиков 5 человек, химик смотрит на эту пробу и смотрит показатели. Если там его показатели, он берет и делает, он не знает, какое это предприятие, откуда, с какого района, вообще ничего не знает, он выписал результаты, содержание в данном отборе, например, кальция, магния, процентное содержание, или миллиграммы, или дециметр в кубе, как прописано в методике. Потом это сводит тот, кто оформляет протокол испытаний, на основании тех цифр, которые выписывает химик, это делает другой человек, и в протоколе испытаний указывается, что оформил такой-то человек. Она испытания не проводила, она не умеет делать нефтепродукты, она делала биотестирование. Сначала выписывается акт отбора, потом уже протокол отбора, это разные документы, разные действия. Протокол испытаний проб составляется, когда уже проанализированную почву или воду с показателями отдают заказчику. И там он смотрит содержание, например, кальция, магния, взвешенных веществ, алюминия, цифры, состав. А акт отбора проб это то, что на месте отбирается, в акте должно указываться время, температурные условия, кто отбирал. Раньше не указывали приборы, которыми отбирали, сейчас уже указывают приборы. Также указывали методику, по которой производился отбор, глубину отбора и показатели в этом акте должны быть. Когда ведущий инженер, то есть пробоотборщик, выезжает на отбор проб, в <данные изъяты> уже поступила заявка, уже договор заключен, там прописывается то, на что нужно отбирать. Ему нужны пакеты, геодезическая аппаратура, чтобы отбить координаты. Раньше координаты не указывались, потому, что это не было нигде прописано, в те года, сейчас требования к отбору ужесточились, с ДД.ММ.ГГГГ года это уже указывается. Эта деятельность регулируется ПНД Ф, методика отбора проб почв. Вообще, в нее должны и ГОСТы прописывать по отбору проб почв, отходов донных отложений. Это государственный документ. <данные изъяты> это государственная лаборатория, она проходит каждые два года аккредитацию в <адрес> Аккредитацию проводит <данные изъяты>. Фамилия ФИО59 №39 ей ни о чем не говорит. Когда приезжает, лично она ни с кем не знакомится, не разговаривает, она выезжает не одна. Заказчик показывает эти точки отбора проб, они не разговаривают об этом, у него тоже в договоре все прописано, какие показатели, когда выехать, какие сроки, правильно или неправильно показывает точки, это уже его дело, потому что это договорные работы. Когда проверка, тогда они его уже не слушают. Сколько стоит такая работа она не знает. Тогда в лаборатории мало людей было, сейчас человек 15 в лаборатории. А в общем, в <данные изъяты> человек 100, там разные подразделения. Из показаний свидетеля ФИО59 №21, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что она работает в <данные изъяты>, в должности ведущего инженера с ДД.ММ.ГГГГ г. В ее должностные обязанности входит: отбор проб почв, отходов и воду, а так же анализ определенных показателей. Она работает в испытательной лаборатории <данные изъяты>, начальником лаборатории является ФИО59 №22. При составлении договора об оказании услуг, ею, при получении проб выносится акт отбора пробы, а при государственном контроле выноситься протокол отбора пробы. На вопрос следователя: Заключало ли <данные изъяты> договоры с ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>»? ФИО59 №21 показал, что в соответствии с ее должностными обязанностями производит отбор проб для проведения исследований, а так же осуществляет выезд для проведения проверок с должностными лицам <данные изъяты>, в связи с чем достоверно сказать не может, но так как имеются необходимые документы, поясняет, что <данные изъяты> заключала договор с ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>». При этом, насколько он помнит она выезжала на отборы проб почвы в <адрес>, и скорее всего в <адрес>, точно не помнит, в период ДД.ММ.ГГГГ года, в рамках договоров заключенными <данные изъяты> с ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>». Образцы почвы, грунта отбирались по месту производства работ указанными организациями, для дальнейшего проведения лабораторных исследований, насколько помнит, для определения содержания нефтепродуктов в почве. Она лично, занималась только отбором проб, лабораторные исследования она в соответствии с должностной инструкцией может подтвердить, однако нефтепродукты к данной категории не относятся. Пробы, отобранные ими были доставлены в лабораторию <данные изъяты>, для дальнейшего проведения измерения, при этом доставленные пробы шифруются, в связи с чем корректировать показатели, как она понимает, не возможно. Так же показала, что ее ни каких корректировок не вносились. Обозрев предъявленные ей в ходе допроса акты отбора и протоколы измерений (полный перечень которых указан в протоколе допроса), она показала, что пробы были отобраны с глубины от 0 до 0,3 метров, которая являлась объединенной пробой с 5 точек, данные о глубине отбора проб указаны не в протоколах измерений, а в актах отбора проб. Лаборатория координаты точек не определяла, они были предоставлены Заказчиком ООО «<данные изъяты>» либо ООО «<данные изъяты>», в протоколах полные координаты не указаны, указанна только одна координата, которую давал Заказчик. Проба отбиралась на месторождении, на котором отбиралась пробная площадка размером 10 на 10 метров, с которой отбирались пять точечных проб методом конверта в произвольном порядке, так как метод конверта не предусматривает определение конкретных координат отбора проб. Координаты, предоставляемые Заказчиком были указаны в актах только после ДД.ММ.ГГГГ года, до этого периода координаты не указывались в актах отбора проб, указывалось месторождение, его площадь, так как координаты в этот период времени Заказчик не предоставлял. При этом с точностью сказал, что при отборе проб присутствовало лицо от представителя Заказчика, кто именно, фамилию и имя, в настоящее время не помнит, так как прошло много времени. Так же могу пояснить, что отбор проб земли брался не только на нефтепродукты, а так же на следующие показатели: свинец; кадмий; хром; ртуть; никель; цинк; медь; мышьяк; водородный показатель. Данные отборы проводились для установления наличия показателя допустимости в почве. (том № 17 л.д. 1-64) ФИО59 ФИО59 №21 подтвердила оглашенные показания. Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №22, данных ею во время предварительного следствия известно, что в ДД.ММ.ГГГГ году она вступила в брак и сменила фамилию, ранее ее фамилия была ФИО59 №22 В филиале государственного бюджетного учреждения <данные изъяты> расположенном по адресу: <адрес> работает в период с ДД.ММ.ГГГГ года. С ДД.ММ.ГГГГ года занимала должность заместителя руководителя лаборатории, с ДД.ММ.ГГГГ руководителя лаборатории. Ее непосредственным руководителем является ФИО6, являющийся директором организации, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ директором <данные изъяты> являлся ФИО7. ФИО6 в этот период работал руководителем лаборатории. В ее подчинении находятся в <адрес> 27 человек, в <адрес> подразделении 5 человек. В ее должностные обязанности входит следующее: общее руководство лабораторией, распределение обязанностей между сотрудниками, участие в контрольно-надзорных мероприятиях <данные изъяты> проверках, выполнение отбора проб экосферы (вода, почва, отходы, атмосферный воздух), также она является менеджером по качеству, то есть отвечает за качество испытаний и измерений. <данные изъяты> аккредитована в соответствии с Федеральным законом № 412 «Об аккредитации» с ДД.ММ.ГГГГ года на проведение данного вида работ. С организацией ООО «<данные изъяты>» работали в период с ДД.ММ.ГГГГ года на основании заключенных договоров. С ООО «<данные изъяты>» проводилась следующая работа: анализ почвы, отбор проб, анализ отходов: нефтешлама, буровых растворов, проведение испытаний измерений. В ООО «<данные изъяты>» они контактировали с экологами ФИО59 №13 и ФИО59 №14, впоследствии также с ФИО59 №1 в основном по вопросам согласования дат выездов отбора проб, получения протоколов, вопросам бухгалтерии и т.д. Руководитель ООО «<данные изъяты>» по имени Р. ей знаком, видела того несколько раз, тот приезжал к ним в <данные изъяты> забирать протоколы, также несколько раз видела того с руководителем лаборатории ФИО6 Фамилию Р. она не вспомнит. При отборе проб на объектах проведения работ ООО«<данные изъяты>», куда она приезжала с различными работниками <данные изъяты> - ФИО37, ФИО 34, ФИО24., точки отбора проб им показывал непосредственно ФИО59 №39, работающий насколько ей известно в должности мастера в ООО«<данные изъяты>». После отбора проб, они их привозили на анализ в лабораторию <данные изъяты>, который проводили ведущие инженеры: ФИО59 №21., ФИО59 №20, ФИО47. с целью определения показателей нефтепродуктов, сульфатов, хлоридов, тяжелых металлов и токсичность. После проведенных испытаний измерений, ФИО19, ФИО35, ФИО36 оформлялись протоколы испытаний измерений проб. Лично ей оформлялись акты отбора проб, также она утверждала протоколы испытаний измерений. Начиная с конца ДД.ММ.ГГГГ – начала ДД.ММ.ГГГГ готовые протоколы испытаний они передавали в ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №13, ФИО59 №14 либо ФИО59 №39, когда приезжали с целью нового отбора проб. На вопрос следователя к ФИО59 №22: Поясните, знаком ли вам ФИО59 №11, если да, то как давно, при каких обстоятельствах познакомились? ФИО59 №22 показала, что лично с тем она не знакома, никогда с ним не общалась, фамилия ей эта знакома, она фигурировала где-то в договорах. С ООО «<данные изъяты>» они работали в период с ДД.ММ.ГГГГ года, заявки на отбор проб им присылал директор организации ФИО60. С ООО «<данные изъяты>»» проводилась следующая работа: анализ почвы, отбор проб, анализ отходов: нефтешлама, буровых растворов, проведение испытаний измерений. Также по ряду показателей грунтов и почв, а также отходов привлекалась сторонняя организация <данные изъяты>, работники которой также несколько раз выезжали на отборы проб, анкетных данных указанных лиц в настоящее время назвать не может. В ООО «<данные изъяты>»» также контактировали с экологами ФИО59 №13 и ФИО59 №14, впоследствии также с ФИО59 №1 по вопросам согласования дат выездов, отбора проб, вопросам бухгалтерии и т.д. При отборе проб на объектах проведения работ ООО«Югстрой», куда она приезжала с различными работниками <данные изъяты> ФИО37, ФИО 34, ФИО 24, точки отбора проб нам также показывал ФИО59 №39, кем тот работал в ООО <данные изъяты>», не помнит. Руководитель ООО <данные изъяты>» ФИО60 никогда на отборе проб не присутствовал, но при этом готовые акты и протоколы в <данные изъяты> забирал всегда тот, приезжая с печатью и на месте подписывая договоры как директор ООО «<данные изъяты>». У них работала женщина в указанный период ФИО8 в период с ДД.ММ.ГГГГ года по лето ДД.ММ.ГГГГ года в должности ведущего инженера. Уволилась она по причине смены места жительства, так как уехала в <адрес>, где в настоящий момент она работает ей не известно. Е. по ее указанию согласовывала время и дату выезда отбора проб. Согласование насколько ей известно происходило с ФИО59 №13, Г., павломи директором Д., на основании поступившей от тех заявки с перечнем показателей и количеством проб, а также видами отбираемых объектов. На вопрос следователя: производилось ею, ФИО8 либо иными работниками <данные изъяты> корректирование показателей, полученных в результате проведенного исследования проб, полученных в результате отбор проб в ООО<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», если да, то когда, при каких обстоятельствах, с какой целью и по чьему указанию? ФИО59 №22 показала, что нет, полученные в ходе исследований показатели никогда ни с кем не согласовывали и не корректировали, готовые протоколы испытаний измерений оформляли следующие работники: ведущий инженер ФИО36, а также заместитель руководителя лаборатории ФИО19 В ходе допроса следователем ей предъявлены предметы и документы, изъятые в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ в помещении <данные изъяты> по адресу: <адрес> по уголовному делу №» в отношении указанных организаций (полный перечень документов, отражен в протоколе допроса ФИО59 №22). На вопрос следователя: исходя из предъявленных документов поясните, какова была глубина отбора проб грунта в соответствии с нормативным документом №, где предусмотрен отбор проб с 2 глубин ФИО59 №22 показала, что пробы были отобраны с глубины от 0 до 0,3 метров, которая являлась объединенной пробой с 5 точек, данные о глубине отбора проб указаны не в протоколах измерений, а в актах отбора проб. На вопрос следователя: исходя из предъявленных документов, поясните непосредственные места отбора точечных проб или границы пробной площадки. ФИО59 №22 показала, что лаборатория координаты точек не определяла, они были предоставлены Заказчиком ООО «<данные изъяты>» либо ООО «<данные изъяты>», в протоколах полные координаты не указаны, указана только одна координата, которую давал Заказчик. Проба отбиралась на месторождении, на котором отбиралась пробная площадка размером 10 на 10 метров, с которой отбирались пять точечных проб методом конверта в произвольном порядке, так как метод конверта не предусматривает определение конкретных координат отбора проб. Координаты предоставляемые Заказчиком были указаны в актах только после ДД.ММ.ГГГГ года, до этого периода координаты не указывались в актах отбора проб, указывалось месторождение, его площадь, так как координаты в этот период времени Заказчик не предоставлял. Возможно, координаты указаны в заявках, в случае обнаружения она готова их представить следствию. Координатная точка являлась привязкой к местности, и не означает, что находилась в центре объекта, она входит в границы объекта. (Том № 10 л.д. 80-135) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №23, данных ею во время предварительного следствия известно, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год состояла в браке с ФИО59 №9, ДД.ММ.ГГГГ г.р. В ДД.ММ.ГГГГ года у них с ФИО59 №9 действительно состоялся конфликт по личным мотивам, а именно в связи с возникшими у того близкими отношениями с коллегой по работе ФИО59 №24 Пытаясь повлиять на решение супруга о расторжении брака, она подготовила письмо в адрес президента <данные изъяты>» ФИО30, в котором указала сведения об имеющимся конфликте интересов между ФИО59 №9 и подчиненной того ФИО59 №24., и как следствие необходимости ее увольнения из ООО «<данные изъяты>», где ее супруг ФИО59 №9 на тот период времени занимал должность директора. До отправки письма она его направила ФИО59 №9 и пригрозила, что если тот не разойдется с ФИО59 №24, он отправлял это письмо адресату. При этом никаких фактов об организации ФИО59 №9 С.А. либо ФИО59 №24 хищения денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» при производстве работ, связанных с экологией, письмо не содержало, так как ему об этом вообще известно, не было, супруг ей никогда ничего подобного не рассказывал. Они расстались с супругом не в очень хороших отношениях, но может его охарактеризовать как очень честного и принципиального человека, который отрицал любые проявления и намеки на получения каких-либо вознаграждений и взяток, в чем она того всегда поддерживала. Более того, она никогда не видела и не слышала о фактах передачи ФИО59 №9 каких-либо денежных средств как директору ООО <данные изъяты>» со стороны подрядных организаций, так как жили они по сути на одну заработную плату того. Никаких денежных средств от ФИО59 №41 либо ФИО1. также не получала. По фактам хищения денежных средств, принадлежащих ООО «<данные изъяты>» подрядными организациями ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» она пояснить ничего не может, так как ему об этом ничего не известно. (том № 16 л.д. 96-98) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №24., данных ею во время предварительного следствия известно, что в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> она работала в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год в должности начальника отдела охраны окружающей среды. Его непосредственным руководителем являлся ФИО3, отчество не помнит. В ее должностные обязанности в основном входили вопросы окружающей среды, она занималась «бумажной работой» и подготовкой различных отчетов. В ее непосредственном подчинении находились следующие лица: ФИО59 №12, в какой должности работал не помнит, ФИО59 №25, в какой должности не помнит. Подробных обстоятельств трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» уже не помнит, насколько помнит она отправляла посредством интернет ресурса резюме, с кем проходила собеседование не помнит. На вопрос следователя: каким образом со стороны ООО «<данные изъяты>» осуществлялся контроль выполнения ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» работ по следующим договорам: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, связанные с рекультивацией и утилизацией нефтезагрязненных объектов. ФИО59 №24. ответила, что по данным договорам она контактировала с руководителями данных организаций, анкетных данных которых не помнит. Каким образом осуществлялся контроль за выполнением работ данными подрядными организациями, не помнит. На вопрос следователя: поступали ли от неё указания ФИО59 №25 о подписании актов приемки работ и актов скрытых работ ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» по вышеуказанным договорам без фактического выезда и осуществления контроля последним на объекты, если да, то с какой целью? Она ответила, что не помнит. Кому из руководства ООО «<данные изъяты>» она докладывала о выполнении работ по вышеуказанным договорам? Она ответила, что не помнит. На вопрос следователя: знакома ли она с ФИО59 №39, если да, то как давно познакомились и при каких обстоятельствах? Она ответила, что слышала данную фамилию от работников ООО «<данные изъяты>», знакома она с тем или нет, не помнит, к какой организации тот относится, она не помнит. На вопрос следователя: знакома ли она с ФИО1, ФИО59 №11 и ФИО29, ФИО59 №42, она показала, что не помнит никого из названных людей. В ДД.ММ.ГГГГ, она уволилась из ООО «РН<данные изъяты>» по собственному желанию. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год у нее была фамилия ее первого супруга ФИО59 №24. (том № 14 л.д. 207-210) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №25, данных им во время предварительного следствия известно, что в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> он работал в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года в различных должностях. Трудоустроился он туда при следующих обстоятельствах. Он размещал свое резюме на интернет сайте <данные изъяты> Спустя некоторое время ему прзвонили из кадровой службы указанной организации и предложили должность инженера 2 категории, на что он согласился. Он прибыл по указанному адресу пройдя по телефону два собеседования и вышел на работу. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности инженера 2 категории в отделе охраны окружающей среды, начальником которого являлся ФИО4. В его должностные обязанности входило следующее: учет отходов производственного потребления, учет нефтезагразненных земель (составление внутренних отчетов, реестров) на основании данных, предоставляемых ему работниками производственных служб и отдела землепользования. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в должности инженера первой категории отдела охраны окружающей среды, начальником которого в указанный период являлись следующие лица ФИО59 №40, ФИО59 №24, являющиеся его непосредственными руководителями. В его служебные обязанности по указанной должности входило следующее: учет отходов производственного потребления, учет нефтезагразненных земель (составление внутренних отчетов, реестров) на основании данных, предоставляемых ему работниками производственных служб и отдела землепользования, по указанию руководителя в его обязанности входил выезд на нефтезагрязненные объекты ООО «<данные изъяты>» с целью инвентаризации, выявления нового участка либо принятие работ по рекультивации объектов в составе комиссии. В ДД.ММ.ГГГГ году примерно с февраля, на протяжении 6 месяцев он работал в должности исполняющего обязанности начальника отдела охраны окружающей среды ООО «<данные изъяты>». В его должностные обязанности входило следующее: общее руководство отделом, визирование документов, организация работ по рекультивации, прием работ, проверка отчетов и т.д. Его непосредственным начальником в указанный период времени являлся ФИО3, в его непосредственном подчинении находились следующие работники: ФИО9 инженер 2 категории, ФИО59 №12 инженера 1 категории, ФИО10 инженер 2 категории. Экологические работы на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» в указанный период времени в рамках заключенных договоров осуществляли ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>». Как он ранее указывал в своих показаниях, со стороны ООО «<данные изъяты>» осуществлялся контроль выполнения ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» работ по следующим договорам: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ. Он подписывал акты скрытых работ (по внесению биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>) без фактического выезда на нефтезагрязненные объекты ООО «<данные изъяты>» и без осуществления фактического контроля за ходом и проведением работ. Непосредственная проверка работ, произведенных ООО«<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» по указанным договорам осуществлялась только на основании представленных отчетных документов со стороны ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Данные действия он осуществлял в связи с поступающими указаниями его непосредственных руководителей начальников отдела охраны окружающей среды, а именно: ФИО59 №24 и ФИО59 №40, в зависимости от периодов когда они занимали указанные должности. И ФИО59 №40 и ФИО59 №24 неоднократно говорили ему о том, что ему нужно подписывать все документы по вышеуказанным договорам без фактического контроля и выезда на объекты, мотивировали они это тем, что нет времени на выезды. При этом, уточнил, что он подписывал указанные документы, в том числе основываясь на отчетах о ходе работ, а также протоколах измерений сделанных лабораторией <данные изъяты>, согласно которым количественный и качественные показатели соответствовали установленным. Уточнил, что в действительности не знал, что работы по указанным договорам, связанные с внесением биоперапаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» работниками ООО«<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» фактически не выполнялись. Фактические выезды осуществлялись им только при приемке готовых объектов в комиссионном составе, куда входили представители администрации <адрес> и <адрес>, представители подрядных организаций ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», со стороны ООО «<данные изъяты>» работники экологического отдела, то есть он, маркшейдеры (отдел землепользования) и в некоторых случаях служба безопасности. Как он ранее указывал, обстоятельства принятия работ с его стороны было следующее. Представитель подрядной организации ФИО59 №39 и ФИО59 №1 - представители ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», привозили фотоотчеты объекта до выполнения работ, фотографии процесса, заключение лаборатории "<данные изъяты>" о нефтезагрязнении объекта в допустимом уровне, также представители сельхозуправления <адрес> и <адрес>, которые при приемке работ несколько раз самостоятельно отбирали пробы с объектов. После этого, по утвержденной форме подписывался акт приемки работ на основании которого впоследствии производилась оплата работ. При этом основанная сумма оплачивалась на основании актов скрытых работ, которые подписывались им по указанию ФИО59 №40 и ФИО59 №24 без фактического выезда на объекты, входе выполнения работ. По договорам заключенным ООО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по ликвидации замазученности, в районах деятельности ООО «<данные изъяты>», № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по рекультивации нефтезагрязненных земель, он обстоятельств приемки выполненных работ не помнит. По договорам заключенным ООО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», № № от ДД.ММ.ГГГГ на проведение работ по ликвидации временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>», обстоятельства принятия работ аналогичные вышеизложенным. Никакой корыстной заинтересованности в его действиях не было, никаких денежных средств от ФИО59 №24, ФИО59 №40, иных работников ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» он, за подписание фиктивных актов скрытых работ по внесению биоперапартов по всем вышеперечисленным договорам не получал. Он просто не хотел потерять работу. Хочет уточнить, что никакакая комиссия при подписании актов скрытых работ не собиралась, комиссия принятии работ осуществлялась только по завершению работ, то есть фактически процесс внесения в почву препаратов "<данные изъяты>" и "<данные изъяты>" комиссионно не фиксировался. Так же уточняет, что при подписании документов о приемке работ он удостоверялся, что подрядными организациями ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» достигнуты показатели, предусмотренные условиями заключенных договоров с ООО «<данные изъяты>» в том числе в основном на основании заключений - протоколов измерений сделанных лабораторией "<данные изъяты>". Он контактировал со следующими сотрудниками ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» - это ФИО59 №39, ФИО59 №1, ФИО59 №13, ФИО59 №14, ФИО29 указанными лицами он контактировал исключительно по рабочим моментам, созванивался с ними, спрашивал, когда будут отчеты, либо когда была нехватка документов. Какие были взаимоотношения между указанными лицами и ФИО59 №24, ФИО59 №40 и ииными сотрудниками ООО «<данные изъяты>» ему не известно. На период его рабочей деятельности ему не было известно о том, кт отакой ФИО1. (том 11 л.д. 225-230) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №26, данных им во время предварительного следствия известно, что в ходе допроса на обозрение следователем ему предъявлен журнал учета материалов ООО «<данные изъяты>» «Утилизация (обезвреживание) буровых отходов на полигоне для переработке (обезвреживания) нефтешлама ООО «<данные изъяты>», осмотрев который показала, что в п.п. № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в графе «принял» от имени ФИО59 №26 подпись принадлежит ему, в том числе за ввоз материала - препарат «<данные изъяты> на полигон сектор №, №; журнал учета расхода материалов ООО «<данные изъяты>» «Полигон для переработки (обезвреживания) нефтешлама Переработка (обезвреживание) нефтешлама на полигоне по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ», осмотрев который показал, что в п.п. № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в графе «принял» подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему, в том числе за ввоз материала - препарат «<данные изъяты>» и биопрепарат «<данные изъяты>» на полигон сектор №, №, №; журнал учета расхода материалов ООО «<данные изъяты>» «Полигон для переработки (обезвреживания) нефтешлама Утилизация (обезвреживание) бурового шлама, бурового раствора и буровых сточных вод по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрев который показал, что в п.п. № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, п.п. № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, п.п. № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, п.п. № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в графе «принял» подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему, в том числе за ввоз материала препарат «<данные изъяты> на полигон сектор №, №, №. По обстоятельствам подписания указанных журналов показал следующее. В журналах указан вид ввозимых на полигон работниками ООО»<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» материалов, его количество, содержание и номер транспортного средства, на котором привезен товар, в том числе известь негашеная, препарат <данные изъяты>, препарат <данные изъяты>, органические удобрения, биопрепарат (<данные изъяты>). Так, при ввозе указанных материалов на полигон водителями ООО<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» присутствовали руководители работ ФИО59 №13 и ФИО59 №14, которые вели указанные журналы и передавали их ему на подписание вместе с сопроводительными документами на товар, а именно: паспортом качества, сертификатом, товарно-транспортной накладной и путевыми листами, на основании которых он мог удостовериться в качестве завозимого товара. При этом, когда на полигон привозили как он считал со слов ФИО59 №13 и ФИО59 №14 препарат «<данные изъяты> биопрепарат «<данные изъяты>», его привозили в цистернах (прицеп) объемом 25 и 20 кубов, при этом они их взвешивали на месте, о чем обязательно делали отметку в журналах. При осмотре завозимого материала на полигон он мог удостовериться что в цистернах содержится какая-то жидкость темно-коричневого цвета без запаха. Известь привозили в больших мешках объемом 3 тонны в самосвалах, органические удобрения привозили в самосвалах транспортом «<данные изъяты>». Таким образом, фактически подпись в журнале за ввозимый материал он ставил по факту въезда на полигон транспортных средств ООО»<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» с указанием количества завозимого материала, при этом он не обладает достаточной квалификацией, необходимой для определения качества ввозимой на полигон жидкости под видом препарата <данные изъяты> и биопрепарата «<данные изъяты>», вывод об этом он, как пояснил, делал на основании представленных ему ФИО59 №14 и ФИО59 №13 документов, подписывал журнал о ввозе препаратов, так как данный журнал входит в перечень, предоставляемых подрядной организацией документов, утвержденный руководством ООО «<данные изъяты>». По какой причине при ввозе на полигон препарата <данные изъяты> и биопрепарата <данные изъяты> не присутствовал никто из кураторов договоров ООО «<данные изъяты>», либо иные работники, обладающие достаточной квалификацией, необходимой для определения качества ввозимой жидкости ему не известно, вопросы об этом руководству он не задавал. Он и так, как ранее в своем допросе пояснял, принял посильные меры, а именно передал образец ввозимой ООО»<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» жидкости под видом препарата <данные изъяты> и <данные изъяты>, полученной им с полигона непосредственно после ее внесения, руководителю ФИО3, которым как понимает мер никаких не было принято, так как ему никаких указаний не поступало. Более того как ранее пояснял, когда стал задавать вопросы руководителю производственного процесса от ООО«<данные изъяты>» и ООО»<данные изъяты>» ФИО59 №39, который являлся непосредственным руководителем производственных работ на полигоне, о качестве и ходе выполнения работ по утилизации нефтешлама на полигоне, а также о составе жидкости, привозимой на полигон в виде биопрепаратов. На что ФИО59 №39 ему говорил о том, что это не его дело и вообще в случае необходимости, если будет задавать лишние вопросы, он может посодействовать его увольнению из ООО «<данные изъяты>», он действительно считал что тот может повлиять на данный вопрос, ввиду того, что когда к примеру на полигон приезжала начальник отдела экологии ФИО59 №24, то всегда вместе с ФИО59 №39, достаточно привольно при этом общаясь с ним. В ходе допроса ему на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО «<данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению препарат «<данные изъяты> в количестве 18,98 тн., осмотрев которые показал, что подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Как он ранее пояснял, вывод о том, что вносимая на полигоне жидкость являлась препаратом <данные изъяты> он делал исходя из представленных ему ФИО59 №13 и ФИО59 №14 вышеуказанных документов. О том, что в действительности препарат <данные изъяты> на полигоне не вносился, а вместо него была какая-то другая жидкость, ему известно не было, так как необходимой квалификацией он не обладает, подписывал данный акт самостоятельно без чьих-либо указаний, в соответствии с утвержденным руководителем ООО«<данные изъяты>» перечнем документов. Никаких денежных средств за подписание данного акта ни от кого не получал. В ходе допроса на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО «<данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению комплекса минеральных удобрений (карбамида <данные изъяты> – 75,92 кг., аммофоска – 27,21 кг, селитра калиевая – 20,57 кг.) на территорию полигона в сектор № и сектор №, осмотрев которые покал, что подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Указанные минеральные удобрения рассеивались на полигоне механизировано через «разбрасыватель». Сами минеральные удобрения были белого цвета, гранулированные в сухом виде. В ходе допроса ему на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО «<данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению рабочего растовра нефтеразлагающего биоперапарат в количестве – 12,65 тн., осмотрев который показал, что подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Вносился указанный препарат на полигоне в жидком виде посредством насоса и пожарных шлангов, указанные работы проводились водителем и работником (анкетных данных сейчас не назову), при этом осуществлялось фотографирование проводимых работ ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Как он ранее пояснял, вывод о том, что вносимая на полигоне жидкость являлась рабочим растовором нефтеразлагающего биоперапарата, делал исходя из представленных ему ФИО59 №13 и ФИО59 №14 вышеуказанных документов. О том, что в действительности нефтеразлагающий биопрепарат на полигоне не вносился, а вместо него была какая-то другая жидкость, ему известно не было, так как необходимой квалификацией он не обладал, подписывал данный акт согласно утвержденному руководителем ООО«<данные изъяты>» перечню документов. Никаких денежных средств за подписание данного акта он ни от кого не получал. Периодически при проведении работ на полигоне присутствовал ФИО59 №39, который руководил. В ходе допроса ему на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО <данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению извести на территорию полигона в сектор № и сектор №, осмотрев который показал, что подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13Е.В. Известь вносилась на полигоне посредством распыления с помощью экскаватора, работниками ООО«<данные изъяты>» либо ООО <данные изъяты> В ходе допроса на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО «<данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению препарата «<данные изъяты> в количестве 18,98 тн., подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Как ранее показал, вывод о том, что вносимая на полигоне жидкость являлась препаратом <данные изъяты>, делал исходя из представленных ему ФИО59 №13 и ФИО59 №14 вышеуказанных документов. О том, что в действительности препарат <данные изъяты> на полигоне не вносился, а вместо него была, какая-то другая жидкость ему известно не было, так как необходимой квалификацией он не обладал, подписывал данный акт согласно утвержденному руководителем ООО«<данные изъяты>» перечню документов. Никаких денежных средств за подписание данного акта ни от кого не получал. При этом как пояснял, при производстве всех работ осуществлялось фотографирование. В ходе допроса на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО «<данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению комплекса минеральных удобрений (карбамида <данные изъяты> – 75,92 кг., суперфосфат двойной – 27,21 кг, селитра калиевая – 20,57 кг.) на территорию полигона в сектор № и сектор № подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Указанные минеральные удобрения рассеивались на полигоне механизировано через «разбрасыватель». Сами минеральные удобрения были белого цвета, гранулированные в сухом виде. В ходе допроса на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО «<данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению рабочего растовра нефтеразлагающего биоперапарат в количестве – 12,65 тн., подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Вносился указанный препарат на полигоне в жидком виде посредством насоса и пожарных шлангов, указанные работы проводились водителем и работником (анкетных данных сейчас не назову), при этом осуществлялось фотографирование проводимых работ ФИО59 №14 либо ФИО59 №13. Как он ранее показал, вывод о том, что вносимая на полигоне жидкость являлась рабочим раствором нефтеразлагающего биоперапарата, он делал исходя из представленных ему ФИО59 №13 и ФИО59 №14 вышеуказанных документов, а так же со слов тех. О том, что в действительности нефтеразлагающий биопрепарат на полигоне не вносился, а вместо него была какая-то другая жидкость, ему известно не было, так как необходимой квалификацией не обладал, подписывал данный акт согласно утвержденному руководителем ООО«<данные изъяты>» перечню документов. Никаких денежных средств за подписание данного акта ни от кого не получал. Периодически при проведении всех работ на полигоне присутствовал ФИО59 №39, который руководил работами. В ходе допроса ему на обозрение следователем предъявлен акт № взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полигон территория ООО «<данные изъяты>» по переработке нефтешлама от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись работы по завозу, взвешиванию и внесению извести на территорию полигона в сектор № и сектор №, подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные в акте работы проводились в его присутствии, а также в присутствии ФИО59 №14 и ФИО59 №13, подписывал указанный акт после проведенных работ, на подпись данный акт ему представила либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №13 Известь вносилась на полигоне посредством распыления с помощью экскаватора, работниками ООО«<данные изъяты>» либо ООО «<данные изъяты>». В ходе допроса на обозрение следователем ему предъявлены следующие документы: акт выполнения скрытых работ №, 2 этап обезвреживания нефтешлама по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ, акт выполнения скрытых работ № этап обезвреживания нефтешлама по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым приняты работы от подрядчика ООО<данные изъяты>», в том числе по внесению биопрепарата <данные изъяты> в количестве 12,65 тн. и препарата <данные изъяты> в количестве 18,98 тн., подпись от имени ФИО59 №26 в указанных актах принадлежит ему. С приказом о создании комиссии, указанной в данных актах его никто не знакомил, по какой причине именно его в нее включили, человека не обладающего специальными познаниями в области экологии, ему не известно. Но как он ранее пояснял, подписывал все акты только тогда, когда работы в действительности проводились на полигоне, в том числе по внесению биопрепаратов, и им точно удостоверялось количество вносимого препарата, однако за его качество он ничего не может пояснить. Акты на подпись предоставляла ему ФИО59 №14, после его подписания его передавали ФИО38, который при производстве указанных в акте работ не присутствовал, однако периодически приезжал с целью осмотра полигона. По обстоятельствам взятия проб на полигоне. Взятие проб происходило всегда в присутствии него, ФИО59 №13 либо ФИО59 №14, а также экспертом ФИО59 №22, также один или два раза на взятии проб присутствовал работник отдела экологии ФИО59 №25. Пробы отбирались в пяти точках отбора проб из сектора, конвертным способом из сектора, о чем в тот же день им подписывались акты отбора проб. В ходе допроса следователем предъявлены следующие документы: акт приемки-передачи грунта органоминерального № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ходе проведения работ по подсушке и обезвреживанию осадка БР и БСВ объемом 1124,90 м3 был получен продукт – грунт органоминеральный «<данные изъяты> соответствующий требованиям технических условий ТУ № грунт органоминеральный «<данные изъяты>, объемом – 709,90м3, который в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был вывезен с территории полигона хранения для отсыпки нефтесборного коллектора от <данные изъяты>» до <данные изъяты> акт приемки-передачи № обезвреженного осадка БР и БСВ/грунта органоминерального от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому получен грунт органоминеральный <данные изъяты>, соответствующий требованиям технических условий ТУ № Грунт органоминеральный <данные изъяты> объемом – 892,3 м3; акт приемки-передачи № обезвреженного осадка БР и БСВ/грунта органоминерального от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому получен грунт органоминеральный <данные изъяты> соответствующий требованиям технических условий ТУ № Грунт органоминеральный <данные изъяты>, объемом – 2830,49 т., акт приемки-передачи № обезвреженного БШ/грунта органоминерального ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому получен грунт органоминеральный <данные изъяты>, соответствующий требованиям технических условий ТУ № Грунт органоминеральный <данные изъяты> объемом – 3573,51 т., акт приемки-передачи № грунта органоминерального/обезвреженного НШ от ДД.ММ.ГГГГ, акт приемки-передачи № грунта органоминерального/обезвреженного НШ от ДД.ММ.ГГГГ, акт приемки-передачи № обезвреженного осадка БР и БСВ/грунта органоминерального от ДД.ММ.ГГГГ, акт приемки-передачи № обезвреженного БШ/грунта органоминерального от ДД.ММ.ГГГГ, акт приемки-передачи № грунта органоминерального/обезвреженного БШ от ДД.ММ.ГГГГ, акт приемки-передачи № грунта органоминерального/обезвреженного осадка БО от ДД.ММ.ГГГГ, акт приемки-передачи № грунта органоминерального/обезвреженного БШ от ДД.ММ.ГГГГ, подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные акты на подписание ему предоставляла ФИО59 №14, при этом заранее он знакомился с заключением экспертизы, передаваемой ему либо ФИО59 №14 либо ФИО59 №25, согласно которому полученный органоминеральный грунт соответствовал необходимым требованиям. Данный акт подписывался в последнюю очередь. При этом среди указанных в акте лиц, при передаче органоминерального грунта присутствовал только он, ФИО59 №14 и иногда ФИО48 ФИО59 №24, ФИО59 №11, ФИО38 и ФИО59 №39 при передаче грунта не было. На вопрос следователя: известны ему требования технических условий ТУ №, если да, может пояснить о чем они ФИО59 №26 показал, что известны, они прописаны в проекте, там указано о том, что норма содержания нефти должна быть не более 5-6 граммов на 1 киллограмм земли, на 1 тонну нефтезагрязненного грунта должно быть внесено 200 кг. органических удобрений, минеральные удобрения насколько помнит 10 киллограмм на 1 тонну. На вопрос следователя: Поясните, по какой причине он подписывал указанный акт без фактического присутствия членов комиссии? ФИО59 №26 показал, что из-за отсутствия членов комиссии, так как он звонил ФИО59 №24 на рабочий телефон с вопросом о том, где члены комиссии и что делать с грунтом, ФИО59 №24 ему отвечала, что документы у подрядчика все в наличии, экспертиза проведена, и давала указание на вывоз грунта. В ходе допроса следователем на обозрение предъявлены акты Утилизации (обезвреживания) Партии Буровых отходов скважин месторождений <адрес>, <адрес>, и других (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №26), осмотрев которые показал, что подпись от имени ФИО59 №26 принадлежит ему. Указанные акты на подписание ему предоставляла ФИО59 №14 и ФИО59 №13, при этом заранее он знакомился с заключением экспертизы, передаваемой ему ФИО59 №14 и ФИО59 №13, либо работником отдела экологии ФИО59 №25, согласно которому полученный органоминеральный грунт соответствовал необходимым требованиям. Вышеуказанные акты подписывались им в последнюю очередь. При этом среди указанных в актах лиц, при передаче органоминерального грунта присутствовали только он, ФИО59 №14 и ФИО59 №13, при этом ФИО59 №24, ФИО59 №11, ФИО38 ФИО59 №39, ФИО59 №40, ФИО3, ФИО59 №25 при передаче грунта не присутствовали. Акты он подписывал будучи абсолютно уверенным в том, что грунт действительно очищен, что подтверждало заключение экспертизы. Если бы ему стало известно о том, что в действительности никакой биопрепарат на объекты не вносился и грунт не является органоминеральным, акты бы он не подписал. Начальник отдела экологии ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №40 приезжал на полигон с целью осмотра и состояния полигона не чаще одного раза в месяц, при этом приезжал вместе с ФИО59 №39 При приемке выполненных работ и обезвреженного грунта ФИО59 №40 никогда не участвовал. На вопрос следователя: по какой причине он подписывал указанный акт без фактического присутствия членов комиссии ФИО59 №26 показал, что из-за отсутствия членов комиссии, подписывал акты по указанию ФИО59 №24, которая ему поясняла о том, что документы подрядчика в порядке, заключение экспертизы готово и соответственно необходимо вывезти грунт. На вопрос следователя: каким образом он определил факт соответствия переработанных буровых отходов, которые принимали от подрядчика в соответствии с вышеуказанными актами, требованиям технических условий ТУ № ФИО59 №26 показал, что исходя из заключения экспертизы, которое ему представляла ФИО59 №14 или ФИО59 №13 до подписания актов. В ходе допроса ему следователем на обозрение предъявлены аты взвешивания, погрузки и транспортировки материалов (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №26), осмотрев которые он показал, что подписи от имени ФИО59 №26 принадлежат ему, обстоятельства их подписания следующие. Подготовила и принесла ему их на подпись ФИО59 №14, при этом как он ранее пояснял, работы по завозу, взвешиванию и внесению, в том числе указанных в актах препарата <данные изъяты> и <данные изъяты> осуществлялось в его присутствии, однако если количество привезенной жидкости под видом препаратов он действительно может подтвердить, то качество конечно нет, так как не обладает специальными познаниями. Указание на подписание данных актов ему ни от кого не поступало, однако данный акт входит в перечь работы с подрядными организациями, и он как работник постоянно присутствующий на полигоне обязан их подписывать. В ходе допроса ему следователем предъявлены акты выполнения скрытых работ (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №26), осмотрев которые он показал, что подпись от имени ФИО59 №26 в указанных актах принадлежит ему. На подписание указанные акты приносила ему ФИО59 №14. Никто из указанных в акте членов комиссии: ФИО59 №24, ФИО59 №25 не присутствовал при приемке указанных в актах работах. Акты он подписывал без фактического присутствия членов комиссии по указанию ФИО59 №24, так как он присутствовал при осуществлении работ на полигоне. Акты выполненных работ, проводимых на полигоне им подписывались в обязательном порядке, на других месторождениях ему не известно, каким образом принимались работы, в том числе как производилось взвешивание завозимых материалов, фотографирование и т.д. (том № 8 л.д. 237-255) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №27., данных ею во время предварительного следствия известно, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в ООО <данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> должности диспетчера. В ее должностные обязанности входило следующее: подготовка, обработка и выдача водителям путевых листов, которые впоследствии она относила на подпись директору организации. Директором ООО»<данные изъяты>» и ее непосредственным руководителем являлся ФИО29. Обстоятельства трудоустройства того в указанную организацию следующие. Примерно в конце ДД.ММ.ГГГГ года ее знакомая по имени ФИО11, которая на тот период времени работала бухгалтером в ООО<данные изъяты>» и предложила трудоустроится на должность диспетчера в ООО»<данные изъяты>», так как тогда у нее не было работы и со слов в указанную организацию требовался диспетчер. Она согласилась, и сказала, что переговорит с ФИО59 №19, который являлся родным братом жены директора указанной организации и фактическим руководителем ФИО1 и даст ей знать. Через пару дней ее на собеседование пригласил директор ООО «<данные изъяты>» ФИО29, в ходе которого рассказал ей об условиях работы, размере заработной платы и ее служебных обязанностях. Ее все устроило и через день, она уже была трудоустроена в ООО»<данные изъяты>». Ее график работы составлял с 07 ч.00 мин. до 16 ч. 00 мин., работала она в диспетчерской в одном кабинете с диспетчером ООО«<данные изъяты> ФИО59 №18, которая ей изначально показывала и рассказывала как правильно оформлять путевые листы. Также по утрам в диспетчерской находился механик ФИО59 №28, который после заполнения своих журналов и путевых листов уходил по «своей работе». Перед рейсом она на основании заявки, полученной от ФИО59 №13, ФИО59 №1 и устной заявки ФИО29 подготавливала путевой лист с указанием транспортного средства и водителя, при этом оборотная сторона путевого листа была пустая и водитель в конце смены также сдавал ей путевой лист с пустой оборотной стороной. Расписывался водитель только на «лицевой» стороне листа. Впоследствии, примерно один раз в неделю, на основании полученных заявок от ФИО59 №13, которая работала в должности инженера ООО «<данные изъяты>» в которых было указано задание водителю, дата, транспортное средство и данные водителя она подготавливала и распечатывала посредством принтера оборотную сторону уже подписанного водителем путевого листа, напечатав на оборотной стороне задания, указанные ФИО59 №13 в заявках, выполнялись ли водителями задания, указанные ею в путевых листах ей не известно. На вопрос следователя: если водители отправлялись в рейс с путевым листом без указания задания, тогда по какому маршруту те ехали? ФИО59 №27 ответила, что задания они получали от руководителя мастера ФИО59 №39, который им указывал место проведения работ и задания для выполнения, соответствовали ли они заданиям, указанным ею в подготовленных впоследствии путевым листам ей не известно, она это не сверяла. Что такое <данные изъяты> или какие-то биопрепараты ей вообще не известно, вносили ли их водители, она не знает, указаний от ФИО59 №39 водителям о внесении указанных препаратов она никогда не слышала. На вопрос следователя: поясните, вносила ли она изменения в уже напечатанные путевые листы, если да то какие, по чьему указанию и как их подписывали водители? ФИО59 №27. ответила, что да, иногда ей сообщала ФИО59 №13 или ФИО29 о том, что нужно изменить и распечатать новые путевые листы, при этом та либо правила старую заявку, либо распечатывала новую, какого рода изменения, она вносила в путевые листы, она уже не помнит, что-то касалось и заданий и марки транспортного средства. Подписывала новые путевые листы она у водителей самостоятельно, когда те приходили в диспетчерскую. Для каких целей вносились изменения, она не знает, после подписания у водителей она их передавала на подпись ФИО29 Путевые листы хранились первые три месяца ее работы (апрель-июнь) в диспетчерской, а впоследствии путевые листы, начиная с ДД.ММ.ГГГГ хранились в бухгалтерии. На вопрос следователя: за период работы передавали ли они сведения по водителям и транспортным средствам ФИО59 №1 для составления последним товарно-транспортных накладных по отгрузке биопрепаратов, если да, то по чьему указанию и с какой целью ФИО59 №27 ответила, что тот давал несколько раз какие-то заявки на определенные дни, в которых указывались место работы, транспортное средство и задания водителю, а также данные водителя, на основании которых она подготавливала путевые листы, фактов чтобы она предоставляла тому сведения по транспортным средствам и водителям, она не помнит, какие задания были указаны в путевых листах и заявках она не помнит. Данные по водителям и транспортным средствам при необходимости ФИО59 №1 мог получить у ФИО59 №13, которая сидела с тем в одном кабинете. Никакой «выборки» по датам и транспортным средствам она для ФИО59 №1 никогда не делала. На вопрос следователя: поясните, подписывала ли она у водителей еще какие-либо документы, помимо путевых листов? ФИО59 №27 ответила, что нет, она подписывала у водителей ООО <данные изъяты>» только путевые листы, также инженер ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №14 приносила в диспетчерскую журнал выдачи заданий и просила подписать у водителей. На вопрос следователя почему на оборотной стороне путевого листа отсутствует подпись водителя, и с какой целью задание Вами печаталось в путевом листе уже после его сдачи водителем ФИО59 №27. ответила, что по указанию ФИО29, ФИО59 №13 и ФИО59 №18, так как с их слов подписи водителей на оборотной стороне путевого листа не были нужны и писать, задание никто из водителей не будет, так как нет на это времени. И по факту получается, что задания печатались ею в путевые листы уже после рейсов и водитель фактически не знакомился с тем заданием, которое она впоследствии печатала в путевом листе, тем более ФИО59 №13 неоднократно передавала ей заявки оформленные «задним числом». По поводу ФИО59 №39 она показала, что тот являлся руководителем всех водителей и вообще являлся «правой рукой» фактического руководителя и собственника организации ФИО1, и у нее за период работы сложилось впечатление, что тот является фактическим директором организации, а не ФИО29, так как ФИО59 №39 всегда себя нагло со всеми вел, если она не давала путевых листов водителям, так как не было заявок, ФИО59 №39 все равно отправлял водителей в рейс. К примеру если приходил ФИО59 №39 с требованием выдать путевой лист водителю в отсутствии заявки и она отказывала, после телефонного звонка ФИО59 №39 ФИО29, последний ей к примеру перезванивал и говорил дать тому путевой лист или ничего не выдавать. Еще она ФИО59 №39 постоянно наблюдала в кабинете у инженеров-экологов: ФИО59 №14, ФИО29 и ФИО59 №1, но при этом при ней не было такого, чтобы тот им давал какие-либо указания. Какую должность занимал ФИО59 №1 ей не известно, однако насколько помнит, документы от того приходили как от <данные изъяты>». На вопрос следователя: поясните, подготавливал ли она товарно-транспортные накладные и путевые листы, согласно которым водители ООО»<данные изъяты>» ездили в <адрес>, если да, то с какой целью и по чьему указанию? ФИО59 №27. ответила, что нет, на <адрес> никаких документов не готовила. На вопрос следователя: поясните Вам известно какой вид деятельности осуществляло ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №27. ответила, что со слов ФИО59 №13, когда она обратилась к той с указанным вопросом, та ей пояснила, что ООО «<данные изъяты>» выполняет услуги <данные изъяты> и «чистит» загрязненную землю, чтобы потом засеять травой. На вопрос следователя: поступали ли ей какие-либо указания от ФИО59 №39, ФИО1 и ФИО59 №42 ФИО59 №27 ответила, что нет, единственное что как она поясняла ФИО59 №39 обращался к ней с требованием о выдаче путевых листов иногда без заявок и на выходные дни, и то она их выдавала тому только после указания, поступившего от ФИО29 (Том № 9 л.д. 53-57) Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №28 следует, что ему знаком ФИО31, с какого времени не помнит, он был директором предприятия, где он работал механником. В какой период он работал механником не помнит, давно это было. В его обязанности как механика входило то, что он техникой занимался, ремонтом, <данные изъяты>, тратора. На предприятии были самосвалы, трактора, тралы, много техники было, куда что выезжало не помнит. Техника каждое утро выезжала на работу, он подписывал как механик документы, вечером он бывало встречал, бывало нет. На работу в "<данные изъяты>" его принимал директор ФИО31. Когда он работал в "<данные изъяты>" он не помнит. Слышал, что там обыски были, из-за чего не знает. Чем "<данные изъяты>" занималась он не знает, он там техником был, ремонтом занимался, транспорт выпускали, в путевых листах расписывались на всю технику, которая выезжала. Изредка он ездил на объекты, куда машины ездили в степь, если машина поломалась запчасть отвез, что делалось на этих объектах не интересовался. Помнит, что там были водители В. - отец, сын, ФИО59 №6, куда конкретно машины ездили, техника, которую он выпускал, камазы, самосвалы, не знает. Он не помнит кто давал распоряжения по работе, куда технику отправить, когда отправить, распоряжения директор диспетчеру давал, он подписывал, работами руководил, говорил техника куда должна выехать бригадир, ФИО59 №39 работал, он ему родственником не приходится. ФИО1 - это его дальний родственник, особо он его не знает. На территории на базе там были препараты то же, в его обязанности не входило работать с ними. Привозили, отгружали, там много что было, какие препараты он не знает, он к ним отношения не имел. К складам он отношения не имел, вообще на базе склады были, адрес не может назвать, как называется эта территория, где это все было не знает. Сварщиков не было, не помнит. Из оглашённых в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №28, данных им во время предварительного следствия известно, что весь 2018 год, точный период он не помнит, он работал в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> должности механика. В его должностные обязанности входило следующее: ремонтные работы транспортных средств ООО»<данные изъяты>», перед выездом водителей на рейс проверял транспортные средства, для избежания каких-либо поломок. В основном его рабочее место находилось на автопарке, где имелась мастерская. Обстоятельства его трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» следующие. В период с ДД.ММ.ГГГГ года он работал в ООО «<данные изъяты>», расположенном по какому адресу он уже не помнит, в должности крановщика на «<данные изъяты>», выполняя различные ремонтные работы. В ДД.ММ.ГГГГ году в связи с тем, что работы в ООО «<данные изъяты>» не было, он уволился и трудоустроился в ООО «<данные изъяты>» на должность механика. О наличии вакантного места в ООО «<данные изъяты>» он узнал от кого-то из водителей, кого именно не помнит. Собеседование проходил с директором ФИО29, отчество не помнит, который и предложил ему должность механика. За период его работы в ООО «<данные изъяты>» находились 5 самосвалов и 1 тралл, которые он ремонтировал в случае необходимости. Его рабочее место находилось на базе организации по адресу: <адрес> (территория бывшего бетонного завода), также в случае необходимости он «загонял» транспортные средства на базу (бывшая территория асфальтного завода), какой адрес у базы и чья она ему не известно. Там, при необходимости присутствовал сварщик, в какой организации тот работал ему не известно, и производил необходимые сварочные работы с транспортными средствами. Больше никого из работников он там не видел, просто «пустая» частично огороженная территория, где при необходимости проводились сварочные работы. На вопрос следователя: поясните обстоятельства подписания им путевых листов в ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №28 ответил, что путевые листы он подписывал по утрам, находясь в диспетчерской, которые передавала ему на подпись диспетчер ФИО59 №27., имя и отчество не помнит, при этом он никогда не читал что в тех написано, ни на оборотной стороне, где указано задание, ни на первом листе, где указано транспортное средство. Фактически он действительно проверял транспорт перед рейсом водителей, с целью исключения поломок. Водители подписывали путевые листы после него, при этом тоже не читали никаких заданий, так как задания о том на какие объекты фактически необходимо поехать и за каким грузом водители получали либо от ФИО59 №39, либо от него по его просьбе в ходе телефонного звонка. В основном он отправлял водителей по просьбе ФИО59 №39 на объекты проведения работ «<адрес>», «<адрес>» (чьи были объекты мне не известно) в основном пустыми, иногда отправлял их за навозом, куда тоже не помнит. Путевые листы ему передавала на подпись только ФИО59 №27 иногда в случаях каких-либо исправления на переподписание, при этом он никогда не читал о том, какие исправления вносились в путевые листы. Ему не известно что такое препарат «<данные изъяты>» и биопрепарат: «<данные изъяты>», понятия не имеет как они выглядят. По просьбе ФИО59 №39 он не отправлял водителей ООО «<данные изъяты>» для погрузки препарата «<данные изъяты>» и биопрепарата: «<данные изъяты>». На вопрос следователя: Знаком ему региональный представитель ООО«<данные изъяты>» ФИО59 №1? ФИО59 №28 ответил да, он знает, что ФИО59 №1 работал в ООО»<данные изъяты>», в какой должности не знает и сидел в одном кабинете с ФИО59 №13 и ФИО59 №14 При нем ФИО59 №1 водителям ООО «<данные изъяты>» препарат «<данные изъяты>» и биопрепарат: «<данные изъяты>» не отгружал. На вопрос следователя: поясните обстоятельства подписания путевых листов, согласно которым водители ООО «<данные изъяты>» осуществляли выезд в командировку в <адрес> ФИО59 №28 ответил все путевые листы на подписание ему передавали только диспетчеры ФИО59 №18 и ФИО59 №27, он никогда не читал их содержание, когда подписывал. Насколько ему известно, никаких выездов у водителей в <адрес> не было, по крайней мере, он об этом не слышал, и транспортные средства для выезда в командировку не готовил. Прямых указаний на подписание документов ему ни от кого не поступало, он просто знал, что должен в них расписаться, так как является механиком. Вопрос следователя: знаком ему ФИО1, если да, то при каких обстоятельствах познакомились ФИО59 №28 ответил, да, это его дальний родственник, какое отношение тот имеет к ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» ему не известно, он того там никогда не видел, никаких указаний по работе ему от того не поступало. На вопрос следователя: знаком ему ФИО59 №42, если да, то при каких обстоятельствах познакомились? ФИО59 №28 ответил да, это его дальний родственник, какое отношение тот имеет к ООО»<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» ему не известно, в какой должности он работал ему не известно, никаких указаний по работе ему от того не поступало. В ходе допроса следователем ему на обозрение предъявлены путевые листы (полный перечень которых приведен в протоколе допросе ФИО59 №28), подписанные от его имени, осмотрев которые с уверенностью показал, что подпись в них от имени ФИО59 №28 принадлежит ему. Указанные путевые листы ему передавали на подпись диспетчеры ФИО59 №18, ФИО59 №27, также вызывал к иногда директор ФИО29 и давал ему указание в кабинете на подписание документов, каких именно уже не помнит, так как прошло много времени, также давала ему на подпись путевые листы ФИО59 №13, вызывая к себе в кабинет, кто из работников ООО «<данные изъяты>» еще присутствовал при подписании документов, он не помнит. При этом он подписывал все вышеуказанные документы не читая, в том числе маршрут рейса, его задание, так как не думал, что у кого-то имеются намерения его обмануть или каким-то образом подставить, ФИО59 №13 и ФИО29 никогда ему не поясняли с какой целью он подписывает путевые листы, какое там задание и соответствует ли оно фактически выполняемым ему не известно. <данные изъяты> и <данные изъяты> как он ранее пояснял, ему не известны и что это такое он не знает, сведения о них в путевых листах указаны в задании, которое он никогда не читал. (том № 9 л.д. 58-140) После оглашения свидетель ФИО59 №28 пояснил, что давал такие показания следователю, он подписывал путевые листы, бывало читал, что в них написано, бывало не читал. ФИО59 №39 давал указания кому куда ехать и сам, и по телефону через него. В данном протоколе его почерк и его подписи. Раз он подписал он подтверждает эти показания, ничего лишнего там не написано. Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №29., данных им во время предварительного следствия известно, что в ДД.ММ.ГГГГ году он предложил супруге ФИО59 №30 оформить на нее ИП с целью занятия предпринимательской деятельностью – овцеводство. При этом предпринимательской деятельностью планировал заниматься он самостоятельно, на себя не мог оформить, так как на то период времени у него также было оформлено ИПтолько вид деятельности производство пластиковых окон. Решил оформить на супругу, так как он его и жену не делит, они одна семья и решили заниматься сельским хозяйством. С момента оформления ИП на супругу он занимался сельским хозяйством, изначально арендовал, а впоследствии выкупил кашару, по адресу: х. <адрес> Взял в аренду овец в количестве 2500 голов. При оформлении супруги в качестве ИП, он оформил на себя генеральную доверенность на совершение любого вида сделок. Основной вид деятельности это ведение сельского хозяйства. Расчетный счет открыт в банке <данные изъяты>, банковских карт никаких не было. От имени ИП ФИО59 №30 Договоры на поставку органических удобрений были заключены с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», без договора, за наличный расчет также продавал физическим лицам овец, сдавал их на бойню, больше никакого прихода денег не было. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения договора поставки № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>», в том числе предмет, цену, с кем из работников ООО «<данные изъяты>» обсуждали условия выполнения договора ФИО59 №29 показал, что в каком году и месяце не помнит, к нему обратился представитель ООО «<данные изъяты>» по имени Г., другие анкетные данные того ему не известны, с предложением приобрести у него навоз (органические удобрения), при этом Г. озвучил ему цену в размере 1200 рублей за тонну. Он согласился, при этом они договорились заключить договор поставки и полностью произвести оплату по факту вывезенного навоза. На вопрос следователя: каким образом происходило взвешивание навоза ФИО59 №29 показал, что навоз считали по ковшам, один раз загрузили полную машину навоза и взвозили ее на весовой в <адрес>, кому принадлежит весовая тому не известно. После этого считали навоз по ковшам, сколько помещается в один ковш ему не известно. Когда вывезли весь необходимый навоз, в каком количестве не помнит, он приехал в ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ года по адресу не знает. Там, в кабинете директора ФИО60 он подписал от имени его супруги переданный ему договор поставки № от ДД.ММ.ГГГГ, когда он подписывал спецификацию, он не помнит. При подписании договора ему стало известно о сумме, которую ему удалось заработать на поставке навоза, а именно 6095076,00 рублей. При подписании договора кроме него и ФИО29 никто не присутствовал. На вопрос следователя: каким образом они контролировали погрузку навоза, при погрузке навоза присутствовали ФИО59 №29 ответил, что присутствовал, но не все время, отметки о том, сколько вывезли навоза, он делал в блокноте, который выбросил. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения договора поставки № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>», в том числе предмет, цену, с кем из работников ООО «<данные изъяты>» обсуждали условия выполнения договора ФИО59 №29 показал, что обстоятельствах он не помнит, кто предложил заключить договор он не помнит, кто предложил цену тоже не помнит. Подписывал договор от имени супруги ФИО59 №30. не помнит когда, находясь в ООО «<данные изъяты>» в кабинете директора ФИО59 №11, при подписании договора он не помнит кто еще кроме них присутствовал. Какой адрес у ООО «<данные изъяты>» он не знает, добирался туда самостоятельно на своем транспортном средстве. ФИО59 №29. ответил, что не знает по какой причине он не составил договоры с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> от своего имени, как представителя ФИО59 №30 если у них в наличии была генеральная доверенность. На вопрос следователя: поясните обстоятельства исполнения ими условий договора поставки № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО59 №29. обстоятельства выполнения договора аналогичные исполнению договора с ООО «<данные изъяты>». На вопрос следователя: поясните обстоятельства предоставления беспроцентного займа ФИО12 в сумме 1179000 рублей по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, о какой причине не было его возврата ФИО59 №29 показал, что ФИО12 является его двоюродным братом, решение о предоставлении беспроцентного займа тому было принято им по согласованию с супругой. Срок займа он не помнит, договор беспроцентного займа был заключен ДД.ММ.ГГГГ с ФИО12. Займ в настоящее время им не возвращен, так как у него нет возможности. Где тот работает, он не знает. Когда оформляли займ он тоже не знал где тот работал. На вопрос следователя: поясните обстоятельства предоставления беспроцентного займа ФИО13 в сумме 550000 рублей по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, о какой причине не было его возврата ФИО59 №29 ответил, что ФИО13 является племянником его супруги. Решение о предоставлении беспроцентного займа тому было принято им по согласованию с супругой по просьбеФИО13 Срок займа не помнит. Займ не возвращен, так как у того нет возможности. Где тот работает, он не знает. Когда оформляли займ, он тоже не знает, где тот работал. Он не настаивает на возвращении денежных средств. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения договора купли-продажи с ФИО14, в том числе предмет, цену, и обстоятельства его выполнения ФИО59 №29 ответил, что это родной брат его супруги, он у того покупал овец в селе <адрес> у того там собственная кашара, отгонял овец он вместе с сыном после произведенной оплаты. Обстоятельства заключения договора не помнит, кто подписывал, не помнит. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения договора от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО59 №29, по которому ДД.ММ.ГГГГ с расчетного счета ФИО59 №30. произведена оплата за корм в сумме 200000 рублей ФИО59 №29 это он, договора такого в действительности не заключалось, что-то в банке напутано, данные денежные средства он перечислил себе на банковскую карту и потратил впоследствии на приобретение корма у различных физических лиц, данные которых назвать не может. Так поступил, так как по безналичке работать отказываются, по какой причине ему не известно. На вопрос следователя: поясните обстоятельства предоставления беспроцентного займа ФИО59 №29 в сумме 500000 рублей по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО59 №29 ответил, что ему нужны были деньги в наличной форме, израсходованы денежные средства на личные нужды. Договор фактически заключался с супругой. На вопрос следователя: таким образом он занял денежные средства сами у себя, так как расчетным счетом распоряжался он ФИО59 №29 ответил, что эти средства использовались где нужно, часть хозяйства, часть дома. Возвращать займ как сможет. На вопрос следователя: поясните обстоятельства предоставления займа ФИО15 в сумме 500000 рублей по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ, о какой причине не было его возврата ФИО59 №29 ответил, что это его сын, займ не возвращен, денежные средства потрачены на какие цели ему не известно. Срок займа три года. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения договора купли-продажи с ФИО16 в том числе предмет, цену, и обстоятельства его выполнения ФИО59 №29 ответил, что договор заключался на приобретение овец, которых он впоследствии самостоятельно отгонял, находится в <адрес> в частном доме, адрес не помнит. На вопрос следователя: поясните обстоятельства перечисление денежных средств с расчетного счета ФИО59 №30 ДД.ММ.ГГГГ в сумме 100000 рублей и ДД.ММ.ГГГГ в сумме 350000,00 рублей. ФИО59 №29. показал, что нужна была наличка. На вопрос следователя: Знаком ему ли ФИО1 ФИО59 №29. ответил, что тот является родным братом его супруги. Насколько ему известно тот участвовал в подрядных работах с <данные изъяты>, тот имеет какое-то отношение к ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», насколько ему известно ФИО31, ФИО59 №11 и ФИО59 №39 являются подчиненными ФИО1 однако какую должность тот занимает ему не известно. На вопрос следователя: поясните, какое отношение имеет ФИО1 к заключенным с родной сестрой ФИО59 №30 договорам на поставку органических удобрений ФИО59 №29 ответил, что был в курсе, был с тем разговор по поводу поставки органических удобрений, о чем не помнит. На вопрос следователя: согласно данным выписки по расчетному счету ФИО59 №30 № поступления на нее происходили только от организаций ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>», известно ли ему происхождение данных денежных средств <данные изъяты> ответил, без понятия, удобрения приобретали для проведения работ по рекультивации для кого, ему не известно. В ходе допроса ему на обозрение предъявлены следующие документы: договор поставки № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ИП ФИО59 №30 и ООО «<данные изъяты>», осмотрев который показал, что подпись от имени ФИО59 №30 принадлежит ему; товарно-транспортные накладные между ООО «<данные изъяты>» и ФИО59 №30, осмотрев которые показал, что подпись в указанных документах от имени ФИО59 №30. принадлежит его супруге ФИО59 №30, указанные документы передавал ему на подписание ФИО60 в ООО «<данные изъяты>», при этом подписи от имени водителей и инженера-эколога уже были проставлены. Подписывала супруга товарно-транспортные накладные у них дома. (Том № 9 л.д. 40-45) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №30 данных ею во время предварительного следствия известно, что она была оформлена в качестве индивидуального предпринимателя по просьбе супруга ФИО59 №29 в каком году не помнит, в налоговую ездила или нет, она тоже не помнит. Со слов супруга необходимо было оформить ИП на нее, так как у того на тот период времени было оформлено какое-то ИП или КФХ. Какой вид деятельности у нее был как у индивидуального предпринимателя она не знает. Всей деятельностью от имени ИП ФИО59 №30 занимался ее супруг. Ей не известно с кем заключались договоры, на какие суммы. Где были открыты расчетные счета ИП ей также не известно, всеми денежными средствами ИП распоряжался ее супруг. Единственное супруг ей сообщал о том, что будет оформлять займы и договоры купли-продажи через расчетный счет ИП, так как ему необходимы были денежные средства на хозяйственные нужды предпринимательства, в том числе на покупку корма для овец и коров. Обстоятельства заключения и выполнения условий договоров заключенных с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» на поставку органических удобрений ему не известны, всем занимался супруг, сумма договоров тоже не известна. ФИО1 и ФИО59 №42 являются ее младшими братьями, где те работали ей не известно, приезжали к ней достаточно редко. Товарно-транспортные накладные между ООО «<данные изъяты>» и ФИО59 №30 подписаны ею, привозил ей их на подпись супруг, при этом она их подписывала не читая, так как ничего в этом не понимает. (Том № л.д. 46-48) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №31, данных им во время предварительного следствия известно, что в качестве ИП КФХ он зарегистрировался в ДД.ММ.ГГГГ году в <адрес> налоговой, расположенной в <адрес>. Вид деятельности – животноводство. Расчетный счет ИП у него открыт в <данные изъяты><адрес>, распоряжается денежными средствами самостоятельно, никто доступ к расчетному счету кроме него не имел. У него имеются кашары в собственности по адресу: <адрес> на которой у того имеются овцы 2500 голов, 70 голов лошади и 170 голов коров. На вопрос следователя: назовите основных контрагентов с которыми он работал ФИО59 №31 ответил, что ООО «<данные изъяты>» с которыми заключен договор на поставку органических удобрений, также продает населению овец, шерсть и т.д. за наличный расчет. На вопрос следователя: поясните обстоятельства заключения договора поставки № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>», в том числе предмет, цену, с кем из работников ООО <данные изъяты>» обсуждали условия выполнения договора ФИО59 №31 ответил, что примерно ДД.ММ.ГГГГ года, к нему обратился работник ООО»<данные изъяты>» ФИО59 №39 с предложением приобрести у него навоз. До этого он ФИО59 №39 не знал. Условия покупки обозначил ему ФИО59 №39, в том числе объем, который тому был нужен, а также цену 1200 тонну. Он согласился, так как у того на кашарах как раз имелся необходимое количество навоза. После этого разговора ФИО59 №39 приехал к нему на кашару, посмотрел навоз и сказал что подумает. Через несколько дней, находясь в <адрес> при встрече с ФИО59 №39 они обговорили уже все детали, а именно как будут вывозить навоз, что работает по предоплате и т.д. Через неделю он, с целью заключения договора приехал в ООО <данные изъяты>» по какому адресу не помнит, там он встретил ФИО1 и пояснил, что приехал заключать договор на поставку навоза и тот направил его к директору ФИО29, которому привез все его реквизиты, необходимые для составления договора (ИНН, ОГРН, и реквизиты перечисления). Подготовив договор поставки ФИО29 передал тому его на подписание, при этом с ФИО29 он никаких условий договора не обсуждал, так как никаких вопросов от того ему не поступало, тот ему сказал что «в курсе». После заключения договора, в ДД.ММ.ГГГГ ему на расчетный счет поступили денежные средства в сумме 6246888,00 рублей, после чего на протяжении около месяца они вывозили необходимый объем навоза с его кашары, он при этом не присутствовал в связи с болезнью, количество вывезенного навоза никак не проверял. Товарно-транспортные накладные пачкой подписывал он, их на подпись ему передавал в помещении ООО «<данные изъяты>» ФИО29, при этом количество указное в товарно-транспортной накладной ему сравнить было не с чем, так как он никакого отчета вывезенного навоза не вел, так как полностью доверял им. От ФИО59 №39 ему было о том, что навоз тем нужен для проведения работ, связанных с рекультивацией с какой организацией ему не известно. После поступления денежных средств от ООО «<данные изъяты>» на его расчетный счет он снял в наличной форме в банкомате в г <адрес> и потратил на строительство его дома, а также на закупку КРС у физических лиц в <адрес>, анкетных данных которых не помнит. Кроме ООО «<данные изъяты>» у него покупали навоз физические лица из <адрес>, которые приезжали на машинах и забирали его. Оплачивали навоз они в наличной форме. Никого из покупателей навоза он назвать не может, так как не знает. На вопрос следователя: каким образом происходило взвешивание навоза ФИО59 №31 показал, что один раз он взвесил, в первый день погрузки, на весах которые заранее привез из <адрес> которые купил на рынке за какую сумму не помнит, с максимальным весом каким не помнит, взвесили примерно 3-4 машины, а потом просто кидал ковшы, в которые помещалось 1 куб. навоза. Ему неизвестно происхождение денежных средств поступавших на его расчетный счет от ООО «<данные изъяты>. (том № 9 л.д. 49-52) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №32., данных им во время предварительного следствия известно, что примерно в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ работал водителем в ООО «<данные изъяты>». Офис организации располагался по адресу в <адрес>, в одном квартале от городской больницы. Принимал его на работу ФИО1, который являлся собственником организации. Кто являлся директором организации ему не известно, с тем он никогда не виделся. Гараж организации, где находился автотранспорт, располагается по <адрес>, напротив заправочной станции «<данные изъяты>». Между ним и ООО«<данные изъяты>» заключен трудовой договор, согласно которому он на автотранспорте ООО «<данные изъяты>» осуществлял перевозки различных грузов. На вопрос следователя: укажите марку, государственный номер автомобиля, на котором Вы работали, автоприцеп, для перевозки ТМЦ, укажите их государственные номера ФИО59 №32. ответил, что: <данные изъяты>), <данные изъяты>), <данные изъяты>. Его непосредственным руководителем являлся ФИО1, от которого он получал указания куда ехать, какой груз везти и в каком количестве. В основном он возил бетон, органические удобрения, на полуприцепе возил габоритный груз. Органические удобрения забирал на кашарах в <адрес>, кому принадлежат кашары ему не известно. Также иногда по указанию ФИО1 забирал с полигона ООО «<данные изъяты>» очищенный грунт, который отвозил впоследствии в поля. На вопрос следователя: какими абонентскими номерами Вы пользовались в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ФИО59 №32 показал, что в пользовании у него находился абонентский №. На вопрос следователя: знакома ли ему организация ООО«<данные изъяты>», если да, то кто из ее представителей присутствовал при погрузки ТМЦ на базе <адрес> (бывшая территория асфальтного завода) ФИО59 №32 ответил, что не знакома. На вопрос следователя: поясните, известно ли ему что такое препарат «<данные изъяты>» и биопрепарат: «<данные изъяты>», если да, то для чего его используют и в каком он виде ФИО59 №32 ответил, что не знает и никогда его не видел. На вопрос следователя: Вам знаком региональный представитель ООО«<данные изъяты>» ФИО59 №1 ФИО59 №32 ответил, нет, никогда его не видел. На вопрос следователя: осуществлялась ли им погрузка биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> на производственной площадке ООО«<данные изъяты>» в <адрес> края для дальнейшей перевозки на площадку ООО«<данные изъяты>» для утилизации нефтеотходов ФИО59 №32. ответил, что нет, не осуществлялась. На вопрос следователя: за период работы в ООО «<данные изъяты>» осуществлялись ли им выезды в командировку в <адрес> или <адрес>, если да, то с какой целью ФИО59 №32. ответил, что нет, не осуществлялись, показал, что по указанию ФИО1 действительно подписывал путевые листы и товарно-транспортные накладные о том, что он ездил в <адрес> за какими то бактериями, при этом в действительности в <адрес> не ездил. Со слов ФИО1 ему не о чем было беспокоиться и ехать никуда не надо, просто нужно подписать документы на <адрес>, при этом он сказал, что ему на банковскую карточку придут командировочные, которые действительно в дальнейшем были переведены, в какой сумме не помнит. Все путевые листы, товарно-транспортные накладные, в том числе «<адрес> ему на подпись давала диспетчер ФИО59 №18. На вопрос следователя: по какой причине ДД.ММ.ГГГГ им даны иные показания о том, что он в период работы в ООО «<данные изъяты>» ездили в командировку в <адрес> и получали там биопрепараты? ФИО59 №32 ответил, что это были ложные показания, он их давал по собственной инициативе, так как боялся навредить руководителю организации ФИО1, просил считать показания, которые даны им в ходе настоящего допроса правдивыми. В ходе допроса ему следователем на обозрение предъявлены путевые листы (полный перечень которых отражен в протоколе допроса свидетеля ФИО59 №32 осмотрев которые он показал, что подпись в них от имени ФИО59 №32. похожа на его. При этом <данные изъяты> и <данные изъяты> он не загружал и никогда не перевозил, обстоятельства подписания путевых листов и товарно-транспортных накладных им указаны выше, на подпись ему их давала диспетчер ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №18, иногда целой пачкой, когда он подписывал их, то не читал, более того путевые листы с оборотной стороны где было указано задание заполняли уже после сдачи им путевых листов, что там было написано и кем ему не известно, он никогда не читал, так как задания в устной форме получал от ФИО1. По обстоятельствам подписания «<данные изъяты>» путевых листов и товарно-транспортных накладных он уже дал показания. Никаких денежных средств за подписание вышеуказанных документов ни от кого не получал, он полностью доверял ФИО1., там более тот его заверил, что переживать ему нет оснований. (том № 9 л.д. 28-34) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №33, данных им во время предварительного следствия известно, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года он работал в ООО «<данные изъяты>» в должности водителя. ООО «<данные изъяты>» располагался по адресу: <адрес>. В его обязанности входило вождение большегрузных автомобилей. Насколько ему известно директором являлся ФИО59 №11, имени и отчества его не знает. Являлся ли он фактическим или номинальным руководителем он пояснить не может. Указания он получал от механика по имени Ш., данных не знает и от диспетчера Н., данных ее не знает. В ООО «<данные изъяты>» он не работал, кто там являлся директором он пояснить неможет. Все транспортные средства, находящиеся в пользовании ООО «<данные изъяты>» он назвать не может, может только назвать те автомобили на которых он ездил, а именно: <данные изъяты> бетономешалка, <данные изъяты> с прицепом <данные изъяты> с прицепом для перевозки тяжелой строительной техники и <данные изъяты> самосвал. Указанные автомобили были оснащены системами "<данные изъяты>. Данные транспортные средства использовались для перевозки бетона, тяжелой техники, а так же для первозки ПГС, никаких жидкостей на указанных автомобилях он не возил. Приблизительно ДД.ММ.ГГГГ года он ездил один раз в <адрес>, отгонял туда <данные изъяты> бетономешалку, с какой целью я пояснить не может, поскольку ему об этом не сообщали. Командировка длилась около одной недели. Ехал он через <адрес> и <адрес>.. Ездил он совместно с ФИО59 №34 Каков порядок оформления служебной командировки он пояснить не может, поскольку не помнит. Так же не может пояснить, какие именно документы нужны для оформления командировки. В ходе поездки он использовал мобильный телефон с номером №. Может пояснить. что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года он не перевозил никаких биопрепаратов, в том числе он не ездил за ними в <адрес>. (том № 14 л.д. 195-197) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №34, данных им во время предварительного следствия известно, что примерно в период с ДД.ММ.ГГГГ года он работал в ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес> должности водителя. Собеседование он проходил с руководителем ФИО1, какую должность тот занимал, он не знает, директором был ФИО59 №19. По работе в ООО «<данные изъяты>» указания по работе ему поступали от ФИО59 №42 и ФИО1. Далее в ДД.ММ.ГГГГ году в связи с переводом транспортного средства <данные изъяты> он перешел работать в ООО «<данные изъяты>», о чем ему сообщили то ли в бухгалтерии, то ли диспетчера. Директором ООО«<данные изъяты>» был ФИО59 №11 Ездил он на автомобиле <данные изъяты>, <данные изъяты>. Его непосредственным руководителем являлся директор ООО "<данные изъяты>" ФИО59 №11. Указания по работе поступали ему в основном от руководителя ФИО59 №42., какую фактически должность он занимал ему не известно, а так же ФИО59 №39, в ккой должности он работал ему так же не известно, его им представлял ФИО59 №42 и пояснял, что его указания для них обязательны для исполнения, которые указывали на какие объекты ему ехать и какие материалы забрать. В основном он возил проф. трубы, железные листы, песок, гравий. Также иногда он забирал органические удобрения на кашарах за городом <адрес>. Кому принадлежат кашары ему не известно Никого из собственников кашары он там не видел, на погрузке присутствовал только ФИО59 №39 и водители ООО <данные изъяты>". Когда он грузил навоз его не взвешивали.Он не помнит, ездил ли он за органическими удобрениями в х. <адрес> и <адрес>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у него в пользовании находился телефон с абонентским номером №, оформленный на него. Организация ООО«<данные изъяты>» ему не знакома, на базе <адрес> (бывшая территория асфальтного завода) грузили трубы и металл. На указанной базе хранился металл, трубы, какие-то пустые металлические бочки. Препарат «<данные изъяты> и биопрепарат: «<данные изъяты>» ему не знакомы, никогда его не видел. ФИО59 №1 ему не знаком, никогда того не видел. На производственной площадке ООО«<данные изъяты>» в <адрес> края два или три раза вместе с ФИО59 №39 они ездили и загружали из какой-то железной бочки в 2 камазные цистерны, какого объема не помнит какую-ту жидкость, коричневого цвета, как будто ржавую, без запаха, как говорили водители, кто именно не помнит, что это какие-то «пожиратели нефти» и везли ее на объекты ООО «<данные изъяты>» в поля, по каким адресам не помнит, на полигон жидкость он не привозил. Там привезенную жидкость распыляли работники ООО «<данные изъяты>», ФИО59 №39 осуществлял фотографирование проводимых работ, никого из работников <данные изъяты> он не помнит. Взвешивание привезенной жидкости в поля не осуществлялось, весов там не было. За период работы в ООО <данные изъяты> в <адрес> и <адрес> в командировку он не ездил, в ДД.ММ.ГГГГ при переезде ООО «<данные изъяты>» в <адрес> он перевозил туда дома-вагончики и технику. Обозрев в ходе допроса предъявленные ему путевые листы (полный перечень предъявленных документов отражен в протоколе допроса ФИО59 №34) показал, что подпись в них от имени ФИО59 №34 принадлежит ему, обстоятельства подписания вышеуказанных путевых листов и товарно-транспортных накладных следующие. В большинстве случаев ФИО59 №39 ему давал указания прийти в диспетчерскую подписать документы – путевые листы и товарно-транспортные накладные, так как якобы там что-то переделывали, при этом пачку путевых листов и товарно-транспортных накладных ему на подпись давала диспетчер ФИО59 №18, также несколько раз по указанию ФИО59 №39 они приходили в кабинет экологов, где в присутствии ФИО59 №39 и ФИО59 №13 тоже подписывали переданные ФИО59 №39 ему с другими водителями например с В., путевые листы и товарно-транспортные накладные под предлогом исправления каких-то ошибок, он не знает каких, в содержание документов не вчитывался, что было написано на оборотной стороне путевых листов и какой товар указан в товарно-транспортных накладных, он когда подписывал не читал, так как не думал, что его могут подставить. Бывали случаи когда он сдавал диспетчеру ФИО59 №18 путевой лист с пустой оборотной стороной, не помнит по какой причине и кто говорил так делать, главное что задание ФИО59 №39 было выполнено. Указанный в товарно-транспортных накладных препарат <данные изъяты> и <данные изъяты> он от ФИО59 №1 никогда не получал. В ходе допроса ему следователем предъявлен на обозрение журнал выдачи заданий ООО «<данные изъяты>», в котором подпись от имени ФИО59 №34 принадлежит ему, давала ему на подпись его в диспетчерской ФИО59 №18, в суть задания не вчитывался, быстро подписал и поехал на работу. (том № 16 л.д. 73-82) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №35, данных им во время предварительного следствия известно, что водителем в ООО «<данные изъяты>» он работал около 10 лет с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года. Он профессиональный водитель и в водительском удостоверении у него открыты все категории, в том числе «Е». Автобаза и ремонтно-производственный участок ООО «<данные изъяты>» находились в <адрес>. Насколько ему известно фирма базу арендовала. Помимо работ по обезвреживанию загрязнённых грунтов после нефтяников ООО «<данные изъяты>» занималось производством биопрепаратов <данные изъяты>» и «<данные изъяты>», но он их не различал, шутливо называл «гуманоидами». Чем они отличаются он не знает, но ему это и не надо было. Директором ООО «<данные изъяты>» был ФИО59 №41., его может охарактеризовать исключительно с положительной стороны, как грамотного, справедливого руководителя и спокойного, рассудительного и интеллигентного человека. Главный офис предприятия расположен по адресу: <адрес> Производственная база предприятия где производились биопрепараты расположена в <адрес> и представляет из себя ангарные корпуса с линиями дробления угля, котельным оборудованием, реакторами-экстракторами, ферментерами и прочим технологическим оборудованием, которое обслуживали специалисты компании. Производством и непосредственной отгрузкой препаратов из <адрес> занимались специалисты ООО - мастера: ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53. В <адрес> края у ООО «<данные изъяты>» имелась производственная база и емкостной парк, куда водители ООО «<данные изъяты>» осуществляли доставку концентрата препаратов. К базе из <адрес> вела грунтовая дорога, на самой базе была отсыпана разворотная площадка, площадка была оборудована накопительными цистернами с насосами, складскими помещениями, бытовыми помещениями, прачечной, душевыми, а также и прочим необходимым оборудованием для производственного процесса. Лично он возил в <адрес> концентрат препарата, какого точно (<данные изъяты> или <данные изъяты>), уже не помнит, трижды. Первый раз в ДД.ММ.ГГГГ году на своей личной <данные изъяты> зеленого цвета государственный номер №. В своем объяснении, данным им адвокату ФИО54. ДД.ММ.ГГГГ, он рассказал, что ездил в <адрес> в <данные изъяты> году, но это не так. Он действительно туда ездил, но первый раз не в ДД.ММ.ГГГГ году, а в ДД.ММ.ГГГГ году. Годы в своём объяснении адвокату он просто перепутал, так как прошло более семи лет с тех событий, и он просто забыл. Междугородних рейсов в своей жизни он сделал очень много, поэтому и сразу не вспомнил. Кроме того, если за рейсы в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годах у него остались записи в его учетной тетради, то за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годы записи не сохранились, а после того, как сотрудники ООО «<данные изъяты>» нашли и ему адвокат ФИО54 показал копию его путевого листа № от ДД.ММ.ГГГГ (прилагает к протоколу), он сразу вспомнил, что возил «кубик», то есть 1 метр кубический концентрата препарата в <адрес> на своей личной «<данные изъяты> не в ДД.ММ.ГГГГ, а в ДД.ММ.ГГГГ году, как и указано в путевом листе, то есть ДД.ММ.ГГГГ. Только вот встречал в <адрес> и принимал груз в ДД.ММ.ГГГГ году у него не тот парень, что в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годах, а кто то другой, кто при каких обстоятельствах - он сейчас вспомнить не может, но препарат, на сколько он помнит, он в ДД.ММ.ГГГГ году нагружал на той же базе, что и в следующем в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годах. Потом, после его рейса в ДД.ММ.ГГГГ году, ФИО59 №41 приобрёл на фирму автомобиль «<данные изъяты>. На <данные изъяты> он ездил <адрес> дважды: в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ году. Все три раза он возил по одному кубическому метру концентрата препарата. Помнит, что на его зелёной «<данные изъяты>» в <адрес> ездил с концентратами водитель ФИО 42, вот он, как раз, и ездил в ДД.ММ.ГГГГ году. Загружался он все три раза в <адрес> на производственной базе ООО «<данные изъяты>». Ему с грузом вручали транспортные документы: транспортные накладные и сертификаты на груз топливные карты, командировочные удостоверения и т.п. Дорога занимала около двух суток. Первый раз, в ДД.ММ.ГГГГ году, он приехал на базу в <адрес> на разгрузку, но кто его тогда встретил не помнит. В ДД.ММ.ГГГГ году его встречал в <адрес> от их фирмы молодой человек, их встречу организовывали по телефону работники их фирмы в <адрес>. Встречались они оба года на заправке около базы. Он помнит, что старался рассчитать время, чтобы приехать в <адрес> на заправку к 8 часам утра. Около заправки был съезд направо через поселок и по грунтовке на базу. Как фамилия того молодого человека он не помнит, но наверняка его узнает при встрече. Он принимал концентрат, перекачивал его в емкость помпой, подписывал документы о принятии груза. Ночевал он все три раза в машине. Как он говорил, в ООО «<данные изъяты>» ему перед рейсами выдавалась топливная карта. Он всегда, разгрузившись на базе в <адрес>, заправлял машину, используя эту кару для заправки в <адрес> на той заправке при выезде, (при необходимости этому также можно найти подтверждение на АЗС). Следующая заправка была только километров через 800 в <адрес>. С водителями ООО «<данные изъяты>» ФИО55, ФИО59 №18, ФИО59 №37 он знаком лично ввиду служебных отношений. Точно знает, что ФИО59 №37 и ФИО59 №18 также возили препараты в <адрес> на автомобилях <данные изъяты> и <данные изъяты> Эти водители говорили ему, что в <адрес> на базе их также встречали, принимали их препараты и переливали их в ёмкости. Всё это они обсуждали в рабочем порядке, делясь имеющейся дорожной информацией о маршруте. В ДД.ММ.ГГГГ году летом, примерно в ДД.ММ.ГГГГ к нему домой приезжали двое оперативных сотрудников полиции <адрес>. Интересовали их эти же вопросы, но они еще ему показывали товарно-транспортные накладные, всего 6 или 7 штук. В них были подписи, в трёх ДД.ММ.ГГГГ года, ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года были точно его, а остальные похожие на его. Он дал такие же ответы, которые изложены выше и подписал бланк опроса. К данному протоколу допроса просит приобщить копии путевого листа автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ № и листов с записями из его личной записной книжки. На листках из его тетрадки отражены помимо прочих его рейсы в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года. Записи он делал лично. Он всегда вёл учет своей работы, рейсов, их продолжительности, километража, своего заработка и т.п. При необходимости он готов предоставить следствию саму записную книжку в подлиннике. Кроме того к своему объяснению прилагает копии путевого листа автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ №, путевого листа №, приказа о командировании № от ДД.ММ.ГГГГ, транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ. А также приказа о командировании №-к от ДД.ММ.ГГГГ, своего авансового отчета № от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 12 л.д. 169-173) Из оглашённых в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля ФИО59 №36, данных им во время предварительного следствия известно, что в самом начале ДД.ММ.ГГГГ года его с его согласия опросил адвокат ФИО54 по поводу его трудовых и рабочих отношений с ООО "<данные изъяты>". Те данные им объяснения он поддерживает полностью. Водителем он работал в ООО «<данные изъяты>» около 1 года, устроился в январе, а уволился в ДД.ММ.ГГГГ года. В водительском удостоверении у него открыты категории В С Д, в том числе «Е». За время работы за ним был закреплен желтый "<данные изъяты>" тягач полуприцеп и "<данные изъяты>" вездеход". Автобаза и ремонтно-производственный участок находились в <адрес> на территории конструкторского бюро. Ему известно, что ООО «<данные изъяты>» занималось производством биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». При нем директором ООО «<данные изъяты>» был ФИО59 №41 Главный офис предприятия расположен по адресу: <адрес>. Производственная база предприятия где производились биопрепараты находилась в <адрес>. На этой базе водители, в том числе и он заливали помпой по счетчику биопрепараты, которые развозили по нефтяным компаниям в <адрес>. Кто точно занимался производством и непосредственно отгрузкой препаратов из <адрес> он не помнит. Помнит только ФИО53. Накладные на груз водителям обычно выдавались непосредственно на база в <адрес> перед выездом. Насколько ему известно документы заранее готовились в главном офисе, так как там заранее знали сколько кубов препарата надо приготовить и отгрузить. Он расписывался в накладной водителя-экспедитора при получении груза на перевозку после загрузки на базе. Ему известно, что в <адрес> края у ООО «<данные изъяты>» имелась производственная база и емкостной парк, куда водители ООО «<данные изъяты>» осуществляли доставку концентрата. К базе из <адрес> вела грунтовая дорога, на самой баз была отсыпана разворотная площадка, площадка была оборудована накопительными цистернами с насосами, складскими помещениями, бытовыми помещениями, прачечной, душевыми, а также и прочим необходимым оборудованием для производственного процесса. На этой базе жили какие то рабочие с семьями. На этой базе по заданию работодателя он был всего один раз в ДД.ММ.ГГГГ года. В командировку он отправился из <адрес>, загрузил препарат <данные изъяты> на производственной базе ООО «<данные изъяты>» в <адрес> и поехал на базу ООО «<данные изъяты>» в <адрес> на а/м <данные изъяты>. Он перевозил <данные изъяты> в цистерне объемом около 20 кубических метров. Заранее, перед загрузкой, в центральном офисе в <адрес> в бухгалтерии ему вручили полный пакет транспортных документов: транспортные накладные на груз, несколько сертификатов на <данные изъяты>, документы на фирму и еще какие то документы, в том числе командировочное удостоверение. Он получил деньги на дорожные расходы и топливную карту «<данные изъяты>». Дорога занимала около двух суток. При въезде в <адрес>, на стационарном посту ГАИ при резком торможении из заливной горловины цистерны прямо на дорогу у поста выплеснулся <данные изъяты>. Его моментально остановил сотрудник ГАИ и предъявил претензии за это, как он утверждал, экологическое нарушение. <данные изъяты> был концентрированный и на сером асфальте выглядел как нефть. Он долго объяснял сотрудникам, что это безопасное удобрение, но тем не менее ему всё равно выписали штраф, квитанцию он сдал в бухгалтерию по приезду Не доезжая <адрес>, он созвонился с работником из <адрес>. Он ему сказал, чтобы он переночевал где-нибудь, так как было уже поздно, а утром он за ним приедет. Он переночевал в машине у АЗС а утром приехал парень на черном (на сколько помнит) иностранном внедорожнике. От бензозаправки буквально в 3-5 километрах находилась сама база выгрузки. Парень на джипе сопроводил его на базу, где он передал ему документы на груз и командировочное удостоверение. На сколько он помнит, он его отметил и вернул. Он потом его сдал в бухгалтерию. Как звали парня, который его встречал и принимал груз, не помнит. При сливе <данные изъяты> мотопомпа вышла из строя. Парень ездил в магазин и привез новую мотопомпу, вроде говорил даже ему, что помпу купил у отца в магазине. Он слил <данные изъяты> в емкость и поехал обратно. На той АЗС, около которой провел предыдущую ночь, он заправился по служебной топливной карте (при необходимости этому можно найти подтверждение). После поездки он сдал в бухгалтерию командировочное удостоверение, чеки ГСМ, топливную карту и квитанцию с протоколом штрафа с <адрес>. Помнит точно, что после его поездки в <адрес> на <данные изъяты> сменили весь комплект покрышек, т.к в дороге была сильнейшая жара. С водителями ООО "<данные изъяты>" поездки в <адрес> они обсуждали в рабочем порядке, делясь имеющейся дорожной информацией о маршруте. (том 12 л.д. 165-168) Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №37 известно, что он работал водителем в ООО «<данные изъяты>» примерно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. Он ездил в командировки в <адрес> края, возили препарат <данные изъяты>, там накладные есть, он по ним загружался и привозил это все на автомобиле <данные изъяты> полуприцеп, 20 кубов емкость. Не менее двух раз он был, это точно. Отгружали, приезжал на базу, там специально приготовленные емкости стояли, и ребята перекачивали это все туда. Процесс перекачивания препарата зависит от того, какой мощности будет стоять насос, в среднем где-то час, полтора. Он видел этот препарат, который возил, он имеет специфический темный цвет, он изготавливается из угля. Кто именно принимал у него груз, когда он привозили в <адрес> не помнит, много времени прошло, были ребята в спецодежде, подключали помпу, перекачивали в емкости. Как по транспортным накладным указано, что от ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты> марки <данные изъяты>, он по этой товарной накладной привозили 20 тонн <данные изъяты> и ДД.ММ.ГГГГ на этом же <данные изъяты> привозил 19,913 тонн, все правильно, не менее двух раз он туда ездил, это точно помнит. Какая фирма в <адрес> у него принимала этот груз, не помнит, кому он сдавал груз, люди были не знакомые. Название «<данные изъяты>» помнит, территорию этой организации, там и строительная техника была, самосвалы, подсобные помещения, он там ночевал. На территории стояли специальные емкости, в которые они принимали все. В каком виде <данные изъяты> производят «<данные изъяты>» он точный процесс не знает. Он видел, что привозился специальный уголь, он является одним из компонентов приготовления <данные изъяты>, видел оборудование, в котором это все варится, что там еще добавляется, как это все производится, не знает. Когда грузили, ему говорили, что это какой-то супер концентрированный, бывает ли этот препарат в сухом виде, не знает. Он знает, что есть такой препарат нефтедиструктор, но он его в <адрес> не возил. Из водителей с ним еще работал ФИО42, он точно ездил туда и возил и ФИО59 №35 работал, возможно он то же ездил в <адрес>. ФИО59 №36 это либо наемный водитель, либо не в его время работал. Он знает, что наемные машины были, и они возили туда препарат. Время пути из <адрес> в <адрес> в одну сторону если ехать согласно тахографа, то в районе двух дней. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №38 известно, что груз возил в <адрес>. Организация «<данные изъяты>» заключила договор на перевозку, он как водитель получил заявку, поехал, выгрузил груз, приехал обратно. В «<данные изъяты>» в штате он не работали, он им оказывал услуги по перевозке грузов, в <адрес> ездил, вот и все услуги. ДД.ММ.ГГГГ. – это дата выезда из <адрес>. В <адрес> он был ДД.ММ.ГГГГ во второй половине дня. В это же время он там разгрузился. Он называл точные даты, потому что с первых дней работы привык фиксировать все свои поездки, все перевозки. Он фиксирует маршрут движения, даты, километраж и номера ТТН, у него есть записи, не сложно было найти, потому что перевозка была разовая <адрес>, договор был на одну перевозку. Точное название груза не сохранилось, но это жидкая химия, перевозка была автоцистерной, и естественно это не сыпучий груз, а жидкий, объем примерно был 20 тонн. Жидкость, которую привозили, описать не может, на наливе он не присутствовал, наверху на цистерне не находился. Залили, закрыли, опломбировали, задвижку опломбировали, две пломбы. Кому принадлежит база, где он выгружался он не знает, ему никто ничего не объяснял. В накладной был адрес <адрес> контактное лицо и номер телефона, въехав в <адрес>, он позвонил ему, и он его по телефону провел на эту базу. Адрес выгрузки в <адрес> не пояснит, на въезде в город повернул направо, а дальше по сотовой связи его провели, это какая-то база организации «<данные изъяты>». Он привез, перед воротами остановился, пошел в охрану зарегистрировался. Охранник ему объяснил, ждут человека, который будет снимать все на камеру, и от начала въезда и до выпуска все это снималось работниками этой базы на видеокамеру. Они с двух сторон машину окружили, за ним шли, он ехал на первой передаче. Они все это снимали, как он проезжал, как подъезжал к цистерне для слива, открывал люк, снимали, что бочка полная, открыли задвижку, слили груз. Сливали в емкости, там не одна емкость была, в районе 5-6. В одну емкость сливали, потому что емкость была приличного размера, 20 тонн заходило свободно. Сняли, что бочка пустая, и потом сняли как он выехал. Снимать весь процесс на камеру это было распоряжение их руководства. В то время конечно можно было зафиксировать, сколько было жидкости, целостность пломб, но чтобы от въезда слив на видео снимали, такое было первый раз. Взвешивания не было, но по накладной, люди расписались, все устроило, объем был 20 тонн, потому что загрузка была через счетчик, он объяснил людям, что перегруз ему не нужен, 20 тонн он берет, стандартная загрузка, больше нет, у него обыкновенная автоцистерна. Кто принимал груз не помнит, это очень давно было. По времени выгрузка заняла часа 2-2,5. Из показаний в судебном заседании допрошенного в качестве свидетеля ФИО59 №39 известно, что сейчас он работает директором ООО «<данные изъяты>». В отношении него в <данные изъяты> городском суде рассматривается уголовное дело такое же как и по ФИО31, первоначально это было одно дело. Рассказывать ему нечего, он на поле работал, работа велась, все делалось. Далее показания давать не пожелал в соответствии со ст. 51 Конституции РФ. Из показаний в судебном заседании допрошенного в качестве свидетеля ФИО59 №40 известно, что он знаком с ФИО31. Ему лично не известно о совершении ФИО31 каких-либо преступлений, он знает только в чём именно он обвиняется. С ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ он работал в ООО «<данные изъяты>» в отделе охраны окружающей среды на разных должностях, в том числе, начальником сектора экологии. Он отучился в <данные изъяты>, получил степень магистра по специальности экология природопользование и по рекомендации университета попал на работу в «<данные изъяты>». С ДД.ММ.ГГГГ года работал в структуре <данные изъяты>, перевелся в <адрес> в специализированную экологическую организацию. В ДД.ММ.ГГГГ гг. работал в «<данные изъяты>», в ДД.ММ.ГГГГ гг. – в ООО «<данные изъяты>», потом ушел. По семейным обстоятельствам в ДД.ММ.ГГГГ г. он переехал в <адрес> и искал работу. О том, что в ООО «<данные изъяты>» необходим руководитель, он узнал от ФИО1, что знает организацию, которая занимается экологией, там ищут руководителя. Они с ним были знакомы около 10 лет, ему известно, что М. был механиком «<данные изъяты>». Инициатива от ФИО1 о взаимодействии с «<данные изъяты>», с «<данные изъяты>», не исходила, только инициатива по трудоустройству его в «<данные изъяты>». В «<данные изъяты>» он был сразу директором назначен, у него было специальное образование, и планировалось, в том числе, заниматься утилизацией отходов, он подошел по всем параметрам. Собеседование по устройству на должность директора в «<данные изъяты>» у него не было. На тот момент учредителем «<данные изъяты>» был ФИО59 №6, решение о том, что он будет директором, было подписано им как учредителем. Каким образом тот принимал решение, ему не известно, может предположить, что К. с ФИО59 №6 пообщался. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в должности директора «<данные изъяты>». Однако никакой хозяйственной деятельности организация практически не вела. Никаких договоров со «<данные изъяты>» он не составлял и не заключал, никаких денежных средств не похищал. Согласно уставу достаточно широкая сфера деятельности была, обращение с отходами тоже было согласно уставу. В момент его работы фирма состояла из 1-2 человек бухгалтер и директор, фактически организация не участвовала в тендерах, и хозяйственную деятельность не вела. В «<данные изъяты>» человека на должность бухгалтера он принимал как директор. ФИО1 не представлял на должность бухгалтера никого. Бухгалтером был молодой человек, фамилия М., имя не помнит. Сколько была зарплата в «<данные изъяты>» он уже не помнит, небольшая зарплата была, он больше нигде работу не совмещал. Насколько помнит, учредителем вносились деньги на счет, и еще был договор подряда на техническую рекультивацию с «<данные изъяты>», за эти деньги и существовала организация, другой деятельности не велось, и денег не было. Откуда ФИО59 №6 брал деньги, чтобы вносить их на счет и платить ему зарплату он не знает. Чем именно он занимался, когда приходил на работу уже не помнит. Ему была знакома организация «<данные изъяты>», он там не работал, насколько ему известно там работал механиком ФИО1. Когда он работал директором ООО «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ г., там где был офис «<данные изъяты>», там была производственная база, много техники было, М. там иногда появлялся. Руководил ли он фактически этой организацией, давал ли указания кому-либо, ему не известно. Директором «<данные изъяты>» был ФИО59 №11, он с ним знаком, кто учредитель «<данные изъяты>» не помнит. ФИО59 №39 ему знаком, они давно знакомы, дольше чем с ФИО1, они соседи были в <адрес>. ФИО59 №39 работал в «<данные изъяты>», в «<данные изъяты>», когда он был там руководителем, ФИО59 №39 не работал. После увольнения с должности директора «<данные изъяты>» он никакого отношения к «<данные изъяты>» не имел, какие-то работы или контроль там не осуществлял, участия в заключении и исполнении каких-либо договоров не принимал. В настоящий момент из материалов уголовного дела ему известно, что «<данные изъяты>» было заключено пять договоров с «<данные изъяты>» по утилизации нефтесодержащих отходов и рекультивации ионозагрязненных земель. Он сам по версии следствия обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ 4 эпизода, мошенничество, что он в группе по предварительному сговору совершил преступление с использованием служебного положения, организовал изготовление документов по фиктивной поставке препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>. При этом никакого служебного положения у него не было, никакого преступления он не совершал, в группу не вступал. В материалах уголовного дела, которые ему пришлось изучить, все доказательства говорят о том, что все работы выполнялись, все документы подписывались, там есть и с участием представителя «<данные изъяты>», и с участием надзорных органов государственная лаборатория отбирала пробы, делала анализы. Все поставки препаратов были, необходимые для исполнения договоров, экспертизы делались. Он как специалист точно знает, что почвоведческая экспертиза и заключения экспертов с грубыми нарушениями сделаны, как процессуальными, так и по технической части. Он как директор «<данные изъяты>» договоры с «<данные изъяты>» на поставки чего-либо не заключал, подписи свои не ставил. Были договоры на предоставление технической документации для получения лицензии, лицензионные договоры, но они не имеют никакого отношения к поставкам. Согласно действующего законодательства, лицензиат должен уметь обладать технологией обращения с отходами на законных основаниях. Лицензионные договоры являются законными основаниями пользоваться данной технологией. Лицензионный договор заключался <данные изъяты>», когда он там работал с «<данные изъяты> Договор был о том, что «<данные изъяты>» дают право пользоваться технологией по обращению с отходами «<данные изъяты>». Нефтесодержащие отходы, нетфешламы, нефтезагрязненные грунты и отходы бурения, буровые сточные воды и буровые шламы. В период его работы директором «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ договоры «<данные изъяты>» с его участием на переработку нефтезагрязненных отходов не заключались, договоры субподряда не заключались. После ДД.ММ.ГГГГ года он работал в «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на разных должностях в отделе экологии, в отделе охраны окружающей среды. Потом до ДД.ММ.ГГГГ года он был безработным, затем устроился на работу в <адрес> в проектную организацию, но она не связана была с этой деятельностью. В ООО «<данные изъяты>», юридический адрес в ДД.ММ.ГГГГ, он работает с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, является первым заместителем генерального директора. Генеральный директор в «<данные изъяты>» ФИО59 №41, он ему не говорил, что заключал договоры с «<данные изъяты>». Как ему стало известно позже из материалов уголовного дела, когда он стал работать в «<данные изъяты>», заключили договор на поставку препарата <данные изъяты> и <данные изъяты>. Он в подписании этого договора не участвовал. Когда он работал в «<данные изъяты>» он не знал, что они что-то поставляют юридическому лицу, у которого он раньше работал. Он не занимался поставками в «<данные изъяты>», это не входило в его трудовые обязанности. На протяжении 6 лет функционал менялся. Основная задача это поиск контактов, участие в тендерах, заключения договоров с заказчиками, работа с заказчиками, в нескольких субъектах РФ, основной вид деятельности – утилизация, обращение с отходами. Его функция – это поиск заказов, заключение договоров, при этом про договоры с «<данные изъяты>» он был не в курсе. В материалах дела имеются подтверждающие документы между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» о том, что поставлялись необходимые препараты. Оснований сомневаться в том, что документы соответствуют действительности, у него нет. С момента трудоустройства в ДД.ММ.ГГГГ г. в «<данные изъяты>» в его обязанности не входило исполнение обязательств по договору, который был заключен с «<данные изъяты>» по поставке препаратов и фактически он этого не делал. Он узнал из материалов уголовного дела, у него была информация, что какой-то объем возится в <адрес>. Он немного владеет познаниями по рекультивации, все, что связано с экологией. Ионозагрязненные земли не являются загрязненными нефтепродуктами, они загрязнены солями. При рекультивации там совершенно иные способы, другая технология используются. С экспертизой в деле он не согласен. Следователь ФИО26 по уголовному делу назначала почвоведческую экспертизу, производство которой поручили <данные изъяты>. На исследование эксперта поставили три вопроса. Первый – имеются ли на объектах по указанным договорам, в том числе под номерами №, № № №, №, тем, которые «<данные изъяты>» были заключены, следы нефтесодержащих отходов. Если да, то, какого класса опасность и проценты содержания в них нефтепродуктов. Второй – вносились на данные объекты препараты <данные изъяты> и <данные изъяты>. Третий – срок годности данных препаратов. На второй и третий вопросы эксперт не ответил, так как нет у него аккредитации. Изучив аккредитацию, может сказать, что не было прав отвечать и на первый вопрос. Так как эксперт мог проводить экспертизу, то есть отбирать пробы, проводить исследование в экспертном центре ФГБУ только на земле загрязненной нефтепродуктами. Это принципиально разные вещи, в одном случае это обращение с отходами производства, соответственно законодательство связано с этим, а другое дело – это нарушенные земли, загрязненные какими-то веществами, это уже земельный кодекс и все с ним связанное. Эксперт, не обладая аккредитацией и обучением соответствующим, сделал вывод о том, что на определенном участке выявлены отходы 4-5 класса опасности, что он делать не мог. Также в экспертизе непонятно кем определялись участки, то есть в материалах уголовного дела есть масса доказательств, в том числе и письма заказчика о том, что эксперт отобрал не в том месте, где проводились работы. В частности, по договорам № и № из 6 объектов по этим двум договорам 5 объектов эксперт отобрал вообще не в том месте, на 60-100 метров от объекта. На одном объекте часть проб были отобраны на участке, часть за его пределами, что то же не допустимо, пробы должны отбираться внутри участка. По этой причине часть эпизодов были на предварительном следствии убраны. Также по договору №, заказчик написал письмо, что пробы отбирали не там. Вообще в материалах дела нет координат где находились эти объекты. Если брать «<данные изъяты>» и его договор по рекультивации, там тоже заказчик писал о том, что в круговой точке координат нет, но при этом эксперт что-то где-то отбирал. Имея познания, а также опыт работы более 5 лет в «<данные изъяты>», может сказать, что по всем участкам прилегающим есть риск того, что они были загрязнённее. Так как там бурение точечное, очень большая сеть трубопроводов, которые периодически рвутся. Поэтому на соседних территориях высока вероятность того, что там было превышение. Если взять договор на рекультивацию загрязненных земель, там чётко написано, что в случаях повторного загрязнения на уже рекультивированных и находящихся в процессе рекультивации земельных участков при повторных порывах собирается комиссия, определяется объем, компенсация и т.д. То есть, сам договор подразумевает возможность того, что трубопроводы будут выходить из строя. А если брать конкретно эпизод по договору №, там есть объект в районе <адрес>. Он находится в непосредственной близости от <адрес> и сопредельная территория, есть большая вероятность, загрязнена пластовыми водами с остатками нефтепродуктов, он это знает, он там работал, и еще в ДД.ММ.ГГГГ году там были разливы, поэтому и показали нарушения. Потому, что если в том же месте отобрали пробу, например, в материалах уголовного дела есть акт внеплановой проверки <данные изъяты> центрального аппарата, приезжал федеральный инспектор из <адрес>, приезжала лаборатория <адрес>, именно с другого региона привезли лабораторию, они отобрали пробу. И по всем участкам не было выявлено превышения, то есть значительно было ниже допустимого остаточного содержания нефтепродуктов в почве 4 грамма на 1 килограмм по приказу <данные изъяты> То есть, там все объекты были чистые, и это было в ДД.ММ.ГГГГ году. В материалах дела, где он подсудимым проходит, есть этот же акт проверки, видимо следователь делал запрос, в том числе был и этот акт с заключением эксперта. Единственное, что смутило, следователь, видимо не обладал специальными познаниями, там было превышение над фоном, но это не была цель договора. Цель была допустимое остаточное содержание нефтепродуктов, то есть какие-то допустимые концентрации, и там, в десятки раз произошло снижение, то есть было все чисто. Комиссии выезжали на те участки, по которым было предъявлено обвинение, они совпадают. № и № договоры, это договоры ДД.ММ.ГГГГ г. на ликвидацию технологических амбаров с «<данные изъяты>». Один эпизод был убран, потому, что не в том месте отобрали все три объекта. А второй остался на один объект, где три пробы были взяты внутри объекта, а две пробы за его границами, его следователь посчитал оставить, сказал, в суде разберётесь. Он проводил свою экспертизу, заказывал в специализированном учреждении, которое обладает лицензией, она приобщена к материалам уголовного дела. Основная задача у «<данные изъяты> как и у любой коммерческой организации это зарабатывание денег. Когда он был руководителем, деятельность по обращению с отходами, включая применение препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, не велась. Соответственно никаких расчетов концентратов каких-либо препаратов организация не вела. Основной вид деятельности «<данные изъяты>» - это оказание экологических услуг, а именно обращение с отходами производств, то есть нефтяные и буровые шламы, рекультивация земель, также «<данные изъяты>» занимаются производством и реализацией собственных биопрепаратов собственной наработки собственной технологии. И предоставляет другим организациям право пользования технологиями. На тот момент он знал лишь о том, что что-то поставляется, деталей этих поставок не знал, узнал, только когда уже дело было. ФИО59 №1 ему знаком с ДД.ММ.ГГГГ года. Он был генеральным представителем «<данные изъяты>» в <адрес>, занимался приемкой препаратов, отгрузкой в <адрес>. Насколько ему известно в <адрес> продукция «<данные изъяты>» поставлялась автомобильным транспортом. Согласно материалов дела, возили водители «<данные изъяты>» на их транспорте. До возбуждения уголовного дела в ДД.ММ.ГГГГ году ему было известно, что какие-то машины возили препараты, но он не контролировал этот вопрос, не занимался отгрузкой препаратов. Себестоимость <данные изъяты> и <данные изъяты> значительно ниже рыночной стоимости. Это биологический препарат, бывает в виде концентратов. Концентраты 10, 11 и 12 степени, которые можно разбавлять простой воды. Концентраты не имеют рыночной стоимости, потому, что это не готовый препарат. Чтобы получить готовый препарат, соответствующий техническим условиям, имеющий рыночную стоимость, его необходимо разбавить водой в определенных концентрациях в зависимости от степени концентрата. <данные изъяты> это препарат на основе гуминовых кислот, он бывает в жидком виде с разной процентовкой, то есть 8%, 12%, 20%, 30% до точки кристаллизации, после чего он перестает быть жидким, становится гелем. Потом уже самые высокие концентрации, это сухой препарат, в нем 96%, все разбавляется. Насколько ему известно ООО «<данные изъяты>» продают только готовые препараты, продавали ли раньше не знает. Из показаний свидетеля ФИО59 №40, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, данных им ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ он работал в должности директора ООО «<данные изъяты>» расположенном по адресу: <адрес>, номер дома уже не помнит. Предложил ему трудоустроится на данную должность фактический собственник предприятия ФИО1, при этом со слов того организация должна была заниматься оказанием экологических услуг. Со слов ФИО1. он должен был начать производственную деятельность предприятия, то есть оформить и получить лицензию на обращение с отходами, принимать участие в тендерах, заключать договоры и т.д. В период его трудовой деятельности в качестве директора ООО «<данные изъяты>» он получал зарплату, выполняя следующие служебные обязанности: подготовка документов и получение вышеуказанной лицензии, также с целью пополнения оборотных средств с ООО«<данные изъяты>» весной ДД.ММ.ГГГГ года им был заключен договор по рекультивации. Штат организации составлял 2 человека: он и бухгалтер, анкетных данных которого не помнит. Бухгалтер в организацию был принят ФИО1. В ДД.ММ.ГГГГ года он устроился в ООО«<данные изъяты>» на должность ведущего инженера с исполнением обязанностей начальника отдела управления промышленной безопасности и охраны окружающей среды, работал он там по ДД.ММ.ГГГГ. Со слов ФИО1 он каким-то образом поспособствовал его трудоустройству на указанную должность, в связи с чем, он должен был не препятствовать в приемке выполненных работ от ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>», связанных с рекультивацией нефтеотходов. Вообще самого ФИО1 он знает с ДД.ММ.ГГГГ года, их познакомил ФИО17, который на тот период времени работал в ООО <данные изъяты>. За время знакомства с ФИО1 у них сложились достаточно приятельские отношения. Работая в должности ведущего инженера с исполнением обязанностей начальника отдела управления промышленной безопасности и охраны окружающей среды ООО <данные изъяты> он выполнял следующие должностные обязанности: общее руководство деятельностью отдела, составление бизнес-планов, принимал участие в проверочных мероприятиях органов надзора, на полигон выезжал с целью организационного характера, осуществлял контроль со стороны Заказчика за ходом работ по утилизации отходов на объектах Заказчика, подписывал акты приемки и акты скрытых работ. В период осуществления его трудовой деятельности в ООО <данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» выполняло работы по рекультивации нефтезагрязненных земель, утилизации нефтешламов на полигоне, утилизации буровых отходов, ликвидации шламонакопителей на объектах ООО «<данные изъяты>». Ему было известно о том, что при выполнении вышеуказанных работ ООО«<данные изъяты>» не использовало препараты в объемах, указанных в актах скрытых работ и в них по сути указаны фиктивные сведения. Однако, он не помнит, подписывал он акты скрытых работ, согласно которым препараты внесены в полном объеме или нет, если подписывал, то в связи с наличием приятельских отношений с ФИО1. и он чувствовал некую обязанность перед ФИО1 за трудоустройство. В основном на объекты выезжали подчиненные ему сотрудники, каких либо замечаний от тех в виде докладных записок о проведенных ООО «<данные изъяты>» работ ему не поступали. По поводу хищения денежных средств показал следующее. Когда он работал в ООО «<данные изъяты>» он параллельно помогал по просьбе ФИО1. ООО «<данные изъяты>» в разработках плана производства работ, составления норм внесения препаратов на конкретные участки в конкретных количествах, согласно технологиям. Директором ООО «<данные изъяты>» являлся ФИО59 №11 До трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» он работал в ООО«<данные изъяты>» в должности заместителя директора по развитию бизнеса и технологии» и занимался приемкой концентратов и организовывал работы по их разведению. В ДД.ММ.ГГГГ году его вызвал руководитель ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №41 и пояснил о том, что им необходимо приехать на презентации технологий в ООО <данные изъяты> в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ года, они приехали в <адрес>, где состоялась встреча ФИО59 №41 и ФИО1 После указанной встречи ФИО59 №41 ему пояснил, что те договорились о поставке препаратов в концентрированном виде и не в полном объеме, с целью хищения денежных средств, по какой схеме будут делиться похищенные денежные средства и между кем ему известно не было, ему ФИО59 №41 из похищенных денежных средств ничего не обещал. Далее, через некоторое время он, по личным обстоятельствам был вынужден переехать в <адрес> края, где как указал выше трудоустроился на должность директора ООО»<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1. пояснил ему, что его основанная задача заключается в расчете концентратов для получения необходимого объема препаратов, для подготовки отчетных документов для Заказчика, а именно для ООО «<данные изъяты>», которые фактически содержали фиктивные сведения, так как препараты даже в концентрированном виде, который по сути не имеет рыночную стоимость (ООО «<данные изъяты>» продает готовый препарат), в полном объеме в <адрес> не привозили. Таким образом, о схеме хищения денежных средств он в тот период времени узнал еще и от ФИО1 По поводу ФИО59 №1 показал, что после трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» он, по указанию ФИО1. рассказал ФИО59 №1 о том, что препараты в полном объеме не поставляются и последнему необходимо подготавливать и оформлять документы от ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» с внесением в них количества препарата, соответствовавшего заключенным договорам, которые в действительности не поставлялись и соответственно содержали фиктивные сведения. Никакого корыстного мотива у него не было, ФИО1 никаких денежных средств ему за это не передавал и не обещал, он просто в тот период времени очень боялся потерять работу. ФИО59 №39 также был посвящен в схему хищения, а именно тот знал о том, что препараты в полном объеме не поставляются, так как тот непосредственно контролировал всю производственную деятельность, в том числе по работам, связанным с рекультивацией на объектах ООО «<данные изъяты>». Насколько ему известно, привезенные фактически препараты использовались для составления фотоотчетов для заказчика ООО «<данные изъяты>», о том, что не вносились на объектах ему известно не было. По поводу осведомленности по преступной схеме ФИО59 №42 ему не известно. В момент его трудоустройства в ООО«<данные изъяты>» у него с ФИО1 состоялся разговор о необходимости получения указанной организацией лицензии на обращение с отходами 1-4 класса опасности, так как собирались оказывать экологические услуги. Он подготовил необходимые документы на получение лицензии и отвез в ДД.ММ.ГГГГ года в <данные изъяты>. Документы приняли, рассмотрели и приняли решение об отказе в выдаче лицензии по причине отсутствия в аренде, собственности места (полигона) осуществления деятельности. В связи с чем, по указанию ФИО1. он изготовил фиктивный договор субаренды № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», согласно которому ООО «<данные изъяты>» якобы арендовало объект (часть полигона) по переработке отходов у ООО «<данные изъяты>». Изготовил он данный договор следующим образом, взяв сканкопию ранее заключенного договора ранее заключенного между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» и посредством фотошопа и сканирования изготовил копию фиктивного договора субаренды № от ДД.ММ.ГГГГ, который в действительности с ООО «<данные изъяты>» не заключался, ФИО59 №9 данный договор не подписывал. Оригинала данного договора соответственно нет, изготовленный им поддельный договор в виде светокопии лично он вместе с остальным пакетом документов сдал в <данные изъяты>. На основании представленных им документов, в том числе фиктивного договора, работниками указанного департамента было принято решение о выдаче ООО «<данные изъяты>» лицензии на право обращения с отходами 1-4 класса. ДД.ММ.ГГГГ года, когда он работал уже в ООО «<данные изъяты>» <адрес>, к нему приезжал ФИО59 №42, который являлся родным братом ФИО1 и курировал объекты строительства ООО«<данные изъяты>» и пояснил о том, что его будут вызывать в УФСБ <данные изъяты> для дачи пояснений по факту получения лицензии и представления им фиктивного договора, который послужил основанием для ее получения. С его слов все проблемы возникли в связи с доносом на ФИО1, от его знакомого ФИО17, который на этот период времени уже занимал должность заместителя генерального директора ООО "<данные изъяты>". При этом тот посоветовал дать ложные показания о том, что он получил фиктивный договор от ФИО17, хотя фактически он изготовил его самостоятельно по указанию ФИО1 Более подробных деталей и обстоятельств, происходивших в ДД.ММ.ГГГГ годах вспомнить не может, так как в тот период времени у него произошла личная трагедия, а именно гибель супруги, и он остался один с двумя малолетними детьми. (Том № 8 л.д. 142-147) После оглашения показаний свидетель ФИО59 №40 пояснил, что считает недопустимым применение в данном допросе показаний, которые им давались в отсутствие адвоката и под давлением оперативных сотрудников. В связи с тем, что их с ФИО59 №41 привезли в <адрес> из <адрес> оперативные работники, якобы, за то что они не явились по повестке к следователю, хотя им повестки никто не присылал. В правоохранительные органы с заявлением о том, что оказывалось давление по данному протоколу допроса, он не обращался. Он подтверждает эти показания в части указания видов его трудовой деятельности и его знакомства с перечисленными лицами. С уверенностью он не может ответить являлся ли ФИО1 фактическим руководителем и собственником предприятий, давал ли указания кому-либо по производству работы, заключению договоров, получения лицензий, потому, что по документам были другие люди, являлся ли он собственником, он не знает сто процентов. Он давал показания на основе своих догадок, домыслов и под давлением оперативных работников. Поэтому и получились такие показания, которые полностью противоречат материалам дела, фактическим обстоятельствам дела, когда он там занимался самооговором в части лицензий и он принимал работы, зная, что препараты не вносились. По исполнению как можно говорить, что работы не были сделаны, если были комиссиями и районными, и администрации, и собственниками подписаны. В том числе в документах написано, что комиссия подтверждает, что препараты вносились. Если бы работы не выполнялись, то круг подсудимых должен был бы быть шире. Из показаний в судебном заседании допрошенного в качестве свидетеля ФИО59 №41 известно, что с ДД.ММ.ГГГГ года он работает директором ООО «<данные изъяты>», также является соучредителем данной компании. Ему известны такие компании, как ООО «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Кто учредитель этих компаний точно не знает, не интересовался, владельцем, был ФИО1, он ему представился К. С «<данные изъяты>» как с финансовой организацией они имели взаимоотношения с ДД.ММ.ГГГГ г., так как и они и «<данные изъяты>» являлись подрядчиками РН «<данные изъяты>». «<данные изъяты>» на них вышел в ДД.ММ.ГГГГ году и тогда же был заключен первый договор. Они использовали их технологии на поставку препарата. В ДД.ММ.ГГГГ г. тоже был договор о поставках. В ДД.ММ.ГГГГ гг. он еще не был знаком с ФИО1 В ДД.ММ.ГГГГ г. у них был заключен договор со «<данные изъяты>» по нормативно допустимым выбросам, они приезжали с рабочей поездкой в ДД.ММ.ГГГГ г. и познакомились с ФИО1, много не созванивались, встречались около 7-8 раз в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ г. по разным поводам. В ДД.ММ.ГГГГ г. встретились, у них встал вопрос, что «<данные изъяты>» должны были расширить программу бурения, и хотели с ними заключить договор с большим объемом поставок, на что они сказали, что тогда нужно организовывать базу хранения и подготовки препаратов. Они заплатили «<данные изъяты>» деньги, они сделали сначала одну емкость, отсыпали площадку. Первая машина препаратов <данные изъяты> приезжала в ДД.ММ.ГГГГ году, он сам не приезжал, от них приезжал ФИО53 Они сказали, что одной емкости мало. До конца ДД.ММ.ГГГГ г. поставили вторую емкость, пятидесятикубовые емкости горизонтальные были, поставили компрессорное оборудование, насосы. Они на тот момент заплатили около 5000000 рублей, чтобы «<данные изъяты> организовали эту площадку. В эти деньги входило содержание этой базы. С ФИО1 какие-то технические моменты по препаратам <данные изъяты> и <данные изъяты> они не обсуждали, в виду его не компетенции в биологии. Обсуждали вопросы поставки и экономию на транспорте, потому, что в стоимость препарата входит и его доставка. Так как у них концентрат, они с самой компанией договаривались, что от этой экономии будут делиться. Объем поставки они не могли определить, потому, что у них это тендерная процедура. Почему допсоглашения, спецификации, потому, что они появлялись по мере появления новых работ. Изначально никто не мог сказать, какой будет объем поставки, он определялся только после подписания договора. У них были заявки от юрлица, подписывал обычно директор, по которым они препарат поставили, он остался лежать неиспользованным, потому, что они договор не подписали в срок. Это было с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ гг. Они им постоянно были должны большую сумму, и любая поставка сопровождалась переговорами по поводу расчета по долгам. Он знает ФИО59 №40, он и сейчас работает в ООО «<данные изъяты>». Он работал в РН «<данные изъяты>» в «<данные изъяты>» в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ гг., он был зам. руководителя. После того, как «<данные изъяты>» распалась, очень много специалистов перешло в их компанию, в том числе, они приглашали и ФИО59 №40. Потом он по семейным обстоятельствам уезжал, уходил работать в «<данные изъяты>», работал и в «<данные изъяты>». ФИО59 №1 то же работал у них. Он с ним не был знаком, его ФИО1 рекомендовал в ДД.ММ.ГГГГ г. Первый раз с ним заключили договор на год, сделали соглашение, ему была выдана доверенность на право подписи, печать у него была, они платили деньги на постройку базы, а ему платил Карим до ДД.ММ.ГГГГ года. ФИО59 №1 устроился в «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ г., и они ему уже платили зарплату официально на карту. На сегодняшний день 12-15 компаний работают с «<данные изъяты>», потому, что у них на эту технологию имеется гос. экспертиза, разрешение работы на всей территории РФ. Сейчас компании сами все делают, они им только поставляют препараты. На тот момент, если взять ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ гг., на российском рынке, компаний, у которых был такой пакет документов и уже готовое производство препаратов, было всего две они и «<данные изъяты>», большого выбора не было, нужно было работать по чьей-то технологии, прошедшей гос. экспертизу. Он сам является разработчиком технологии, которой обладает «<данные изъяты>». Микроорганизмы, которые они используют для очистки почв от <данные изъяты>, они находится во Всероссийской коллекции микроорганизмов, за ними которая числится и запатентована. У них в <адрес> два цеха - один это производство гуминных препаратов, другой цех по наработке, наращиванию биопрепаратов - это ферментеры. Для этого у них разработан регламент, он прошел все экспертизы, технология, она разрешена на территории всей страны, там все подробно расписано, что концентрация, что биопрепарат вносится в почву, это 10 в восьмой степени, то есть их препарат можно разбавлять даже в 1000 раз. Они рекомендуют всегда своим потребителям разбавление делать до 100 раз, чтобы вносили более концентрированные препараты. В самой технологии заложено, что его можно воспроизводить на месте, то есть из куба препарата, который привезли пол куба заливается в емкость, производится 50 кубов препарата. А в эти пол куба опять добавляется вода, комплексное удобрение - аммофос, 2-3 литра нефтепродукта и в течение 12-16 часов идет воспроизводство опять препарата. На следующие сутки опять имеют куб концентрированного препарата. Его всегда поставляли в концентрированном виде, потому, что возить воду через всю страну просто нерентабельно. Сам биопрепарат <данные изъяты>, это природные бактерии, которые содержатся в самой почве. Как только заканчивается источник углерода, бактерии потихоньку отмирают и становятся сами цепочкой в почве, поэтому через один вегетативный сезон определить наличие их препарата невозможно. По <данные изъяты>, у них несколько торговых марок, это А, Б, В, по концентрации. А – это 4%, Б – это 8-12% и В – это сухой препарат. Сухой это сам гумат калия, то есть непосредственно действующее вещество. Марка А это то, что является товарным продуктом, Марка Б разводится водой в 24 раза. Когда производят гуматы, есть такое понятие – раствор предельной концентрации, то есть гель, который они поставляют как концентрат примерно 37-40% и уже на месте из него производят. Если марки А он разводится в 7,5 раз. Поставляют препараты они в кубах, 1 куб и 1 тонна по весу примерно равны. <данные изъяты> поставлялся и в сухом и в жидком виде, для перевозки использовали предельный концентрат, он перевозился в бойлере, это жидкость тоже, только более концентрированная, сухое перевозили в самосвале. В ДД.ММ.ГГГГ <адрес> привозил в мешках <данные изъяты>, это марка В. и в ДД.ММ.ГГГГ г. так было. <данные изъяты> только жидкий один кубик, пластиковый куб евро, вот в нем. Всем потребителям, где идет передача, они отпускали или марку А, или рабочий раствор. Единственное, была поставка «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ гг., куб продавали именно как концентрат. Отпуск препарата компании «<данные изъяты>» осуществлялся с арендованной ими базы, бывшая база асфальтового завода. Одна емкость там была для приготовления биопрепарата. Другая - для накопления гумата калия. База находилась в <адрес>. Разбавлением <данные изъяты> на месте занимался частично ФИО59 №1 и частично работник «<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ г. они здесь в <адрес> проводили обучение, сам он не присутствовал, не помнит, кто именно, но в деле есть видео обучения, где приезжает машина, туда привозили кубик, выгружали. Их база в <адрес> обладала такими объемами, чтобы обеспечить поставку препарата в объемах, которые должны были отпустить по 5 договорам «<данные изъяты>» за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ гг., есть документы, подтверждающие эту поставку. «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ г. препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> не получала. По тем 5 договорам, по которым работали, они у них заказывали, если говорить за <данные изъяты>, это порядка 198 тонн за 2 года. За ДД.ММ.ГГГГ г. – 148 тонн, а по <данные изъяты> за ДД.ММ.ГГГГ г. – 284 или 287 тонн, и порядка 40 тонн за ДД.ММ.ГГГГ г. У «<данные изъяты>» имеется задолженность перед ООО «<данные изъяты>» 54 миллиона. По договорам «<данные изъяты>» с «<данные изъяты>» необходимый объем внесения <данные изъяты> и <данные изъяты> никто не определял. У них в регламенте прописано очень четко по содержанию нефтепродукта и по климатическим условиям нормативы, сколько и чего нужно. Это делается на основе входного анализа почвы, грунтов, буровых шламов, смотря, что нужно перерабатывать. Чтобы какой-то объект довести до тендера и договора, сам заказчик «<данные изъяты>» проводит анализ, они делают техническое задание там уже указаны площади, степень загрязнения и все остальное, объем необходимых препаратов. По заключению договора подрядчику нужно сделать входной контроль перед началом работы. Заказчик, бывает, не всю картину показывает, приезжаешь, а там загрязнения в 2-3 раза больше или концентрация выше. Поэтому входной контроль всегда они делают. Практика внесения препарата везде одинаковая в «<данные изъяты>». Если сделали входной анализ, написали план производства работ (ППР), в нем прописали все стадии, объемы, когда, что должно вноситься. Что бы сам препарат внести, нужно подготовить участок. Сначала нужно усреднить, если где-то сильнее загрязнен, где-то менее, это идет вспашка, боронование, фрезерование, внесение органики, потом дают подкормку удобрениями, чтобы создать тоже питательную среду почвы. Только потом идет внесение препарата сначала <данные изъяты>, потом <данные изъяты>, это в технологии все прописано. Когда внесли на объекте по технологии нужные концентрации препарата со всеми необходимыми примесями через год-два возможно обнаружить сам этот биопрепарат, это почвенные бактерии, которые они наращивают до высоких концентраций и вносят, они в почве живут всегда, но сказать, что это именно их, нельзя. По гуматам другая ситуация, попадая в почву в течение года, идет замещение, то есть, калий добавили, идет замещение на магний и кальций. Можно обнаружить гуматы, но сказать, что это гуматы, которые внесли сложно. В условиях <адрес> определить тот объем внесенного препарата, либо невнесения этого препарата по какому-то объекту, связанного с «<данные изъяты>» невозможно, только косвено по результатам. Сам процесс разложения нефти очень длительный, это от 10 и выше лет, если там вообще ничего не делалось, можно определить, что там действительно ничего не вносилось. Первоначально все договоренности о поставке, обеспечения договора между «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», и «<данные изъяты>» заключались фактически по инициативе ФИО1, дальше это уже директора. Он считал, что К. собственник и «<данные изъяты> и «<данные изъяты>». О том, что другие лица, не М., являются учредителем этих юридических лиц, ему не было известно, уже потом из материалов дела, он думал, что это М., он так и представился как собственник этих юридических лиц, как владелец и организатор всех этих предприятий. Деньги на постройку этой базы, которую здесь построили, лично он выделял и давал ФИО1. Договора между ними об этом не было, он просто выделил наличку с кармана и отдал ему, чтобы он построил, это были его личные деньги. Первоначально договорённость была между ним и ФИО1, ФИО31 в этой договоренности не участвовал, они давали им возможность использовать их технологию в ДД.ММ.ГГГГ г. «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» лицензировались по их технологии. И полигон «<данные изъяты>» в <данные изъяты> лицензировался по их технологии, они с ними взаимодействовали, делали корректировку проекта их полигона с возможностью, что там можно перерабатывать буровой шлам по их технологии. Это большая рабочая площадка, огороженная забором и бетонной конструкцией, КПП. По вопросу о том осуществляли ли специалисты «<данные изъяты>» контроль использования данных препаратов подрядчиками, может пояснить, что в «<данные изъяты>» есть стандарт, он распространяется на все дочерние общества, где описано как подрядчик доходит, как техника допускается к работе, как согласуются финансовые работы, как происходит оплата. Работа на месторождении предполагает, что транспорт, люди получают пропуска на эту территорию. Охрану самих месторождений осуществляет отдельный ЧОП, у них есть штраф 50000 рублей за любое нарушение, т.е. очень жесткий контроль. О деятельности непосредственно «<данные изъяты>» сильно не может пояснить. Они познакомились с ФИО31 в ДД.ММ.ГГГГ г., он приезжал на базу по <адрес>, общался с К. – К, он сказал, поднимись на второй этаж, познакомься с новым директором <данные изъяты>», это был ФИО31. Предыдущий был ФИО59 №40, он у него работает сейчас. У них организация не маленькая, на тот момент было порядка 80 человек, сейчас до 250, у него очень много командировок, после заключения договора всю хозяйственную деятельность ведет или зам. по производству или экологи. С ФИО31 он созванивался только по деньгам, по задолженности, получалось за ДД.ММ.ГГГГ г. немного не перечислили, не оплатили. И с ФИО1. тоже, потому, что по «<данные изъяты>» еще больше образовалась задолженность. Общение шло в основном за деньги. О какой-либо противоправной деятельности ФИО29 как директора «<данные изъяты>» в части этих договорных взаимоотношениях с РН «<данные изъяты>» о том, что ФИО31 похищал денежные средства «<данные изъяты>» ему не известно. О том, что ФИО29 не вносил какую-то часть, либо полностью не вносил их препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> в соответствии с договорами ему не известно. За весь период знакомства с ФИО31 они контактировали в ДД.ММ.ГГГГ г. не более 2 раз, созванивались, может, раз 10, и это уже ДД.ММ.ГГГГ г., ближе к концу. У «<данные изъяты>» с <данные изъяты>» был один договор. В договоре указано, что будут поставлять, ни цены, ни сроков ничего нет, потому что они сами не знали, какой объем. Определялось все по спецификации, как только они давали заявку. Спецификация это не значит, что это уже объем, который нужен. А выбиралось это по спецификации, в деле должны быть товарно-транспортные накладные или путевые листы, как со склада в <адрес> уже возилось непосредственно в места. В деле есть документы где водители «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» ездили, получали какие-то препараты в <адрес>, но они их не получали. Он и на следствии говорил, никто не ездил, они возили сами наёмным своим транспортом, единственный кто с <адрес> ездил, это водитель ФИО41, отпускали все здесь с <адрес>, для этого и строили здесь базу. Водители В., ФИО59 №6 в <адрес> не выезжали, почему в документах указаны не знает. Кто ставил печати, что возили из <адрес>, кто изготавливал эти документы, ему не известно, они к этим документам отношения не имеют. Они с самого начала следствию это объясняли. Подписи там не их специалистов. Когда приезжала следственная группа, опрашивали их сотрудника ФИО56, экологов, брали документы, когда увидел как они расписываются в реале, там даже не надо почерковедческую экспертизу делать, и они уехали. Когда они просили следствие сделать анализ этих документов, им было отказано. Есть документальное подтверждение поставки этих препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> в «<данные изъяты>». У них были водители – ФИО59 №35, ФИО59 №37, ФИО55, ФИО59 №18, ФИО59 №36, ФИО57, ФИО59 №38, ФИО40 и ФИО41, это кто возил их препараты, концентраты, из <адрес> в <адрес> на асфальтовый завод. В деле есть документы, первое это транспортная накладная на провозку – это внутренняя перевозка их, то есть они сами себе перевозят. Потом там идет командировочный, плюс они сделали запрос в систему <данные изъяты> за весь период за 3 года, водители имели карточки через эту систему. И показало, что они заправлялись здесь в <адрес>, можно посмотреть номер машины, на какой заправке заправлялся и в какое время. В документах был <данные изъяты> – это кубик евро возили ФИО59 №35, ФИО40. Если говорить за биопрепарат за каждый год 1-2 поставки было, препарат наращивается, как может быть недостача. Фактически им с этого кубика можно было отлить 2 раза по пол куба и делать весь объем. Где бралась вода, которой разбавляли поставленные концентраты, он не знает. Чем ФИО59 №1 разбавлял у него надо спросить. У них то, что нужно было за воду и базу, которую они делали, они заплатили в самом начале К., чтобы их обеспечили «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». У них на производстве скважина есть оформленная, откуда они берут воду, есть ли такая скважина в <адрес> ему не известно. Как указано в транспортных накладных о том, что ФИО59 №1 и ФИО58 перевозили в «<данные изъяты>» до 100 тонн в день этого препарата, если <данные изъяты>, то да, это возможно, это на месте готовили, там были помощники. ФИО59 №1 только вел документальную работу, он принимал, отпускал, на базе, работали разнорабочие. Почему ФИО59 №1 говорил, что ничего это не делалось, что он только бумажки оформлял, думает, что следствие хорошо поработало, он признался даже в том, чего он свидетелем не был и не мог даже знать. Его мнение, первое, что в этом был коммерческий интерес, есть подозрение, что ФИО59 №1 зазванный казачек. Как только возбудили дела и убрали с рынка эти компании, туда зашел подрядчик, который по сей день работает, и у него нет никакой конкуренции, это <данные изъяты>, которая здесь ничего не имела, сам ФИО59 №1 тоже из <адрес>. Второй момент, он боится сесть. За ДД.ММ.ГГГГ г. с «<данные изъяты>» был акт сверки о том, что задолженность, описаны все поставки, все оплаты. За ДД.ММ.ГГГГ г. остались задолженности. Вся поставка была около 84000000, 30000000 оплатили, 54осталось. Стоимость определялась здесь на месте, в зависимости от того, сколько они поставили продукта. Там же счет-фактура, все выставлялось уже на момент отпуска готового продукта не концентрата. Можно предположить, что за ДД.ММ.ГГГГ г. где-то порядка тоже 30000000 – 35000000 осталось. Они делали первичный отпуск. На базе этого первичного отпуска готовился уже акт передачи материальных ценностей. На основании этого акта они выставляли счет-фактуру и накладную на весь объем, отправляли почтой. Результаты деятельности «<данные изъяты>» в части рекультивации земель после применения их препаратов, он не видел, только фотоотчеты. С К. они обсуждали вопрос о поставке лишь на бумаге, ничего не поставляя в реальности, но для них это не имеет смысла, потому, что у них весь бизнес построен на том, что препарат можно производить на месте, им это невыгодно просто. С ФИО1 такое предложение он обсуждал, но они не взаимодействовали таким образом, все концентраты, что они возили, они возили в полном объеме. «<данные изъяты>» препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> он не поставлял, они узаконили местное осуществление деятельности и дальше его просто передавали подрядчику. «<данные изъяты>» сама на тот момент не работала нигде, они везде все в подряд отдавали. На тот момент руководителем «<данные изъяты>» был ФИО59 №9, он когда-то жил в <адрес>, но они не были там знакомы, они с ним встречались два раза, когда делали общественное слушание в ДД.ММ.ГГГГ г. и один раз они приезжали презентоваться с технологиями. ФИО59 №23 не их работник - это бывшая жена ФИО59 №9. ФИО59 №10 ему не был знаком, они не взаимодействовали, теперь уже знаком. Из показаний свидетеля ФИО59 №41, оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, данных им в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ следует, что в должности генерального директора ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, работает в период с ДД.ММ.ГГГГ года. В его должностные обязанности входит общее руководство деятельностью организации, в том числе финансово-хозяйственной деятельностью организацией. Штат организации составляет около 60 человек. Основным видом деятельности ООО «<данные изъяты>» является оказание услуг в области экологии, в том числе деятельность по обращению с опасными отходами, их утилизация, обезвреживание, сбор, транспортирование, а также производство препаратов: биопрепаратов, гумино-минерального комплекса. Там производится линейка биопрепаратов: «<данные изъяты>», а также препарат <данные изъяты>». <данные изъяты> это ассоциация микроорганизмов, позволяющих утилизировать нефтезагрязненные грунты, то есть «поедают» нефть, данный вид препарата производится в период с ДД.ММ.ГГГГ года, данный препарат выпускается на основании технологического регламента: ремедиация загрязненных нефтью нефтепродуктами почв и грунтов с использованием технологии воспроизводства аборигенной микрофлоры ТР №. Представляет собой водный раствор, состоящий из питательной среды и штаммов микроорганизмов, хранится раствор должен при температуре от плюс 3 до плюс 12, кратковременно от 3 до 5 суток препарат может храниться с температурой до 30-35 градусов. Срок годности препарата с момента производства составляет один месяц. В случае более длительного хранения препарата, необходимо осуществлять аэрацию, т.е. продувку при помощи воздушного компрессора и добавлять питательную среду в виде нефтесодержащих продуктов. Гуминно-минеральный комплекс (<данные изъяты>) выпускается в виде двух препаратов: препарат для ремедиации почвы грунтов и агрохимикат гуминно-минеральный комплекс. Препарат для ремедиации почвы грунтов представляет собой водный раствор гуминовых и фулиевых кислот, само применение препарата осуществляется на основании технологического регламента: ремедиация нефтезагрязненных земель, грунтов, буровых шламов с применением препарата гумиком ТР: №. Срок годности данного препарата не ограничен, порядок хранения: препарат просто должен хранится в емкости при любой температуре. Сам препарат гумиком выпускается в трех марках А,Б,В. По финансово-хозяйственным взаимоотношениям ООО«<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты> и ООО«<данные изъяты>» показал следующее. В период с ДД.ММ.ГГГГ года на основании заключенных договоров поставки и купли-продажи препаратов с ООО «<данные изъяты>», в указанную организацию поставлялся вышеуказанный гуминно-минеральный комплекс (<данные изъяты>) и <данные изъяты>, при этом в стоимость препаратов включались в том числе транспортные расходы. Транспортировка препаратов в ДД.ММ.ГГГГ году осуществлялась в полном объеме в основном транспортом ООО«<данные изъяты>». Изначально, при заключении договора в ДД.ММ.ГГГГ году все существенные условия договора с ООО «<данные изъяты>» им обсуждались с директором указанной организации, анкетных данных которых не помнит. Оплата за поставку препаратов осуществлялась за счет Заказчика работ, а именно ПАО <данные изъяты> с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» и перечислялась на расчетный счет ООО«<данные изъяты>» №. Далее с ДД.ММ.ГГГГ года между ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» были заключены аналогичные договоры поставки препаратов. С фактическим руководителем и собственником ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» ФИО1 он познакомился ДД.ММ.ГГГГ, когда прилетал в <адрес> по рабочим вопросам. В тот же период времени, находясь в <адрес>., ФИО1 обратился к нему с предложением о том, чтобы препараты по заключенным договорам с ООО«<данные изъяты>», и оплаченные в полном объеме Заказчиком <данные изъяты> поставлялись ООО «<данные изъяты>» не в полном объеме, при этом 30 процентов денежных средств, перечисленных в качестве оплаты Заказчиком за якобы поставленные ООО «<данные изъяты>» препараты он должен был передавать ФИО1. при личных встречах, а оставшиеся 70 процентов перечисленных денежных средств мог оставить. При этом каким образом ООО «<данные изъяты>» будет осуществлять работу по рекультивации загрязненного грунта на объектах ПАО <данные изъяты> в рамках заключенных с ООО «<данные изъяты>» договоров, ФИО1 ему не пояснял, со слов того это был «его вопрос» и «его риски». Он согласился на указанное предложение. Далее, с ДД.ММ.ГГГГ года между ООО«<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» также были заключены договоры поставки препаратов, по которым согласно их устной договоренности с ФИО1., оплаченные в полном объеме Заказчиком <данные изъяты> препараты поставлялись не в полном объеме, а денежные средства делились между ним и ФИО1. в вышеуказанном процентном соотношении. Так обычно директор ООО «<данные изъяты>» ФИО60 либо ФИО1 направляли им в ООО«<данные изъяты>» заявку на якобы необходимый объем препаратов, при этом устно уточняли объем препарата, который фактически необходимо отгрузить либо, поясняли, что препарат вообще поставлять в настоящее время не нужно. Заявки нам направлялись, как он понимает для составления отчетной документации, необходимой для Заказчика ПАО <данные изъяты>. Так, В ДД.ММ.ГГГГ годах фактически в <адрес> для ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> были поставлены препараты водителями ООО«<данные изъяты>» ФИО59 №35, ФИО59 №37, ФИО55 в объеме, не соответствовавшим количеству, указанному в заявке, а в количестве указанным им в устной форме ФИО1 и ФИО31. Вопросами принятия заявок и оформления отгрузок препаратов занимался главный инженер ООО«<данные изъяты>» ФИО56, который был осведомлен о их устной договоренности с ФИО1 о не поставке оплаченных ПАО <данные изъяты> препаратов. Транспорт ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ООО «<данные изъяты>» за препаратами насколько помнит приезжали несколько раз. Передача ФИО1. денежных средств, поступивших в качестве оплаты на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» № за фактически не поставленные препараты осуществлялась им несколько раз: первый раз в ДД.ММ.ГГГГ года, он, находясь в <адрес>, передал ФИО1. денежные средства в сумме около 5000000 рублей, при этом кроме них никто не присутствовал, два раза, передача осуществлялась в ДД.ММ.ГГГГ на объездной <адрес>, где по просьбе ФИО1. передал денежные средства директору ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №11 также в сумме около 3000000 – 5000000 рублей, и непосредственно самому ФИО1 также в сумме около 5000000 рублей, таким образом общая сумма денежных средств, переданных согласно устной договоренности с ФИО1 последнему составила не менее 15000000 рублей. Также ДД.ММ.ГГГГ года им, по просьбе ФИО1 последнему были переданы денежные средства в сумме 300-350000 рублей на свадьбу его дочери, к поставке препаратов они не имеют отношения. По поводу трудоустройства в ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №1 он особо ничего пояснить не смог, так как трудоустроен в ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №1 был по рекомендации ФИО1 того он насколько помнит вообще никогда не видел. Договор аренды базы для хранения препаратов ООО«<данные изъяты>» заключен с индивидуальным предпринимателем, анкетных данных он не помнит, по рекомендации ФИО1., где как он понял со слов ФИО1., у тех находилась какая-то техника для осуществления работ. Арендная плата согласно устной договоренности с ФИО1. должна была осуществляться за счет того. ФИО59 №40 работал в ООО «<данные изъяты>» в должности заместителя директора по развитию бизнеса и технологии в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и с ДД.ММ.ГГГГ в должности первого заместителя, решение о трудоустройстве того в ООО«<данные изъяты>» в обоих случаях он принимал самостоятельно, так как он знал ФИО59 №40 примерно с ДД.ММ.ГГГГ года как хорошего специалиста, работающего в ООО <данные изъяты>». ФИО59 №40 был в курсе договоренности с ФИО1. о поставке препаратов, об этом сообщил тому он, при этом никаких денежных средств, поступивших в качестве оплаты за фактически не поставленные препараты на р/счет ООО «<данные изъяты>» он тому не передавал. Денежные средства, поступившие в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на расчетный счет ООО«<данные изъяты>» №, открытый в <данные изъяты>» <адрес> от ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в том числе за фактически не поставленные препараты, за минусом 30 процентов, переданных ФИО1. при вышеуказанных обстоятельствах были в полном объеме им израсходованы на финансово-хозяйственные нужды предприятия. В настоящее время имеется просроченная задолженность ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» перед ООО«<данные изъяты>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме около 150000000 рублей, в том числе и за фактически поставленные препараты. Оплата от ООО «<данные изъяты>» и ООО«<данные изъяты>» за препараты на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» перестала поступать с ДД.ММ.ГГГГ. О том, что даже фактически поставленные ООО«<данные изъяты>» препараты в ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» не использовались последними при осуществлении работ по рекультивации нефтезагрязненного грунта на объектах ПАО <данные изъяты> ему известно не было, для каких вообще целей те просили привозить им частично препараты ему также не известно. На вопрос следователя в течении какого срока биопрепараты сохраняются в грунте? ФИО59 №41 ответил, что в течении максимум месяца препарат можно идентифицировать в грунте, если его вносили. В ДД.ММ.ГГГГ году, он, находясь в <адрес>, по просьбе ФИО1 передал супруге генерального директора ООО <данные изъяты> ФИО59 №9. – И. в ее легковом автомобиле красного цвета, марку и номер он сейчас не помнит, заранее созвонившись с ней по телефону сообщенном ему ФИО1. денежные средства в сумме 2000000 рублей в счет возврата ФИО1. денежных средств за поставку препаратов по вышеуказанной с последним устной договоренности. Спустя примерно неделю, находясь в центре <адрес> при вышеуказанных обстоятельствах по просьбе ФИО1. передал супруге ФИО59 №9. – И. денежные средства в сумме около 500000 рублей в легковом автомобиле той, марку и номер не помнит, заранее созвонившись с той по телефону сообщенном ему ФИО1. в счет возврата ФИО1 денежных средств за поставку препаратов по вышеуказанной с последним устной договоренности. (том № 8 л.д. 154-158) После оглашения показаний свидетель ФИО59 №41 пояснил, что подписи его, он давал такие показания, замечаний к протоколу не было, с протоколом он ознакомился, прочитал. Эти показания не соответствуют действительности, он давал их, можно сказать, в угоду следствия, чтобы уехать домой. Он фактически двое суток не спал, на третьи сутки были допросы. На него оказывалось давление, в правоохранительные органы по поводу этого он не обращался. Он дал показания именно те, какие требовали, на самом деле, текст допроса уже был набит частями, их нельзя назвать признательными, потому что они не соответствуют действительности. Через три месяца он привез все документы, сделали раскладку по деньгам, по поставкам, кто ездил, привезли всех водителей. Потом он ходатайствовал следователю о передопросе, не соглашаясь с предыдущими показаниями. Показания, которые он сегодня в суде дал являются действительными, соответствующими фактическим обстоятельствам. Оглашенные показания он полностью считает недействительными, кроме того, что они познакомились в ДД.ММ.ГГГГ г. Деньги передавались в <данные изъяты> г. за базу, и было определено, что порядка 5 000 000 каждый год они давали за то, чтобы сопровождать и эта база функционировала. Помимо того, что им остались должны эти две компании, для дела бухгалтер вывела всю их проводку, это с налоговой сверки, то есть они в бюджет за эти сделки 28000000 рублей заплатили налоги и 154 получили долга, обратно ничего не получили. Со стороны ФИО29 предложения в части фиктивных сделок по поставкам не было, ни с ФИО59 №11, ни с ФИО31 никогда это не обсуждали. Поступали предложения от ФИО1, чтобы совершать все это на бумаге, но не в реальности, они эти разговоры сразу пресекли, им это было не интересно. Стоимость того, что они производят это является коммерческой тайной. Цена продукта указана в документах, она для всех была, есть прайс на готовый продукт, который согласуется до ДД.ММ.ГГГГ каждого года. По этому прайсу со всеми кто с ними работает, заключают договоры. Себестоимость - это внутренняя позиция, за счет неё они ведут науку, разработки. По препарату <данные изъяты>, его себестоимость производства примерно 20% от стоимости реализации. Из показаний в судебном заседании свидетеля ФИО59 №42 известно, что он знаком с подсудимым ФИО31, как с жителем <адрес>, никаких дружеских отношений у них нет. Сейчас он работает ИП, оформлен ИП он с ДД.ММ.ГГГГ года, это аренда спецтехники оказание услуг. Раньше работал в ООО «<данные изъяты>» в должности замдиректора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год. В его обязанности входило строительство по объектам, строительство трубопровода, монтаж. Он выезжал, смотрел план работы, соответствует графику, каждую неделю сводку надо было писать, что успевают, что нет. Учредителем «<данные изъяты>» являлся ФИО33, директором в этот период, его руководителем был ФИО59 №11, а он его заместителем. ФИО59 №11 был самостоятельный директор, занимался административными вопросами, в тендерах участвовал, на совещания ходил. ФИО1 это его родной брат, работал ли он то же в этой организации, он не знает. Его взяли на работу, он уехал в <адрес>, он постоянно на выезде был, в год 2-3 раза приезжал в отпуск в <адрес> то на неделю, то на 2 и все. Он не видел, что бы ФИО1 давал ФИО59 №11 какие-то указания, где-то руководил или кому-то поручения давал, такого то же не было. По обстоятельствам выполнения «<данные изъяты>» договора по утилизации нефтеотходов, который был заключен с ОАО <данные изъяты> пояснить ничего не может. По экологии он не знает что там творилось, кто, чем занимался, он своим направлением занимался. ФИО59 №39 ему знаком, он работал «<данные изъяты>», в какой должности не знает, занимался рекультивацией на объектах в полях, потом перевелся в другую организацию. Он его не один год знает, иногда общались по телефону, они никак не соприкасались работниками. ФИО59 №1 знаком, он его тестя ФИО59 №2 давно знает, он сказал у него зять в <адрес>, надо устроить. Он сказал пусть зайдет, узнает, ФИО59 №1 пришел, в «<данные изъяты>» ему место нашли, устроили, на какую должность не может сказать, он его на работу не принимал. С ФИО59 №40 знаком, виделись, здоровались. ФИО59 №40 раньше здесь жил и в <данные изъяты> работал с ДД.ММ.ГГГГ года. ФИО59 №42. это его сестра она проживает в <адрес>. ФИО59 №29. там же проживает, но сейчас он в <адрес> в командировке работает на заводе каком-то. Предпринимателем по документам сестра является, но управлял всеми делами по доверенности муж, она даже не знает, что там происходит, зять сам занимается, там колхоз или что-то такое. В ДД.ММ.ГГГГ году у него в собственности были бульдозер, бензовоз и экскаватор. Эта техника в <адрес> использовалась на «<данные изъяты> по договору аренды в ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ году. Основным контрагентом когда машины у них арендовали был «<данные изъяты>». Организацию «<данные изъяты>» знает, она располагается <адрес>. Он этой организации помещение сдавал в аренду. Он приезжал по своим делам, видел там и технику, и работников. Он знал, что ФИО29 являлся директором данной организации. По деятельности ФИО31 как директора «<данные изъяты>» пояснить ничего не может, о том, что он совершал преступления, хищения, ему ничего не известно. С биопрепаратами «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» он не сталкивался, работникам «<данные изъяты>», водителям в <адрес> никогда никаких указаний не давал. Допрошенный по ходатайству стороны защиты в судебном заседании в качестве специалиста Специалист №2 пояснил, что он в настоящее время работает ведущим ихтиологом <данные изъяты>. До этого он был председателем комитета по охране природы <адрес>, зам горадминистрации по экологии природным ресурсам, заместителем руководителя департамента охоты и рыболовства <адрес>. С юрлицом ООО «<данные изъяты>» он не знаком, но в принципе с компанией «<данные изъяты>» достаточно предметно знаком, потому что у него 2 патента в области переработки нефтешламов и рекультивации нефтезагрязненных земель. С ООО «<данные изъяты>» он не работал. Есть два препарата. Один связан с биодиструкцией нефтепродуктов в нефтешламовых отходах и в почвах - это <данные изъяты>, который представляет из себя культуральную жидкость, которая происходит в результате искусственного воспроизводства аборигенной микрофлоры с места порыва либо загрязнения, культивируется в специальной емкости, увеличивается объем, доводится концентрация до максимально возможной для микробиологических объектов и соответственно, потом уже, данный культивированный препарат вносится на место загрязнения. Это как сквашивание кефира, выращиваются микроорганизмы, которые уничтожают нефтепродукты. Это несколько групп микроорганизмов, не только бактерии, там есть и палочки, и дрожжи. Нефть они практически используют как питательную среду. Цикл проходит, и все забывается, процесс заканчивается, и микроорганизмов уже нет. «<данные изъяты>» это вытяжка из бурых углей, которая содержит прежде всего концентрированный состав гуминовых кислот, которые работают в двух направлениях. Прежде всего, как любой гумус, это питательное вещество для бактерий, второе субстрат на котором агрегатируются эти нефтепродукты. Почему это необходимо, потому что нефть по токсическим свойствам полностью закрывает все поры, препятствует обмену кислорода, окисление не идет. И как только делается абсорбция, на этих мелкопористых структурах появляются разрывы и микроорганизмы могут попасть внутрь структуры, и более эффективно начинать ее поедать. Эти препараты на нефтезагрязненную почву применяются в жидком виде, это раствор определенной концентрации. Считает, что при проведении почвоведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ экспертом были допущены нарушения. Он ДД.ММ.ГГГГ делал иссследование для физического лица, имеющего отношение к ООО «<данные изъяты>» - ФИО59 №41 на договорной основе. Это почвенно-эколологическая экспертиза была проведена, есть определенные методики, правила проведения. Ему сразу бросилось в глаза, что при отборе проб почвы должна быть четкая идентификация места отбора пробы. Потому что отвечают за результаты на конкретной площади. Норматив требует для земель сельхозназначений не менее 20% территории проанализировать, чтобы получить объективную характеристику всей этой территории вместе взятой. Больше можно, но меньше нельзя. В заключение, которое ему было представлено, этого не было. То есть практически идентифицировать место отбора пробы невозможно. Кроме точки отбора пробы, имеет значение дата, время отбора пробы, инструмент по отбору пробы. Были моменты, когда ты одним и тем же орудием отбираешь сначала на более загрязненном участке, потом на менее загрязнённом участке. Соответственно вторая проба будет загрязнена первой, если ты не поменяешь орудие. К сожалению, инструментарий не был указан в акте отбора пробы. Во-вторых, само время отбора пробы ни в одном из актов отбора проб нет, и там есть противоречия прямо в наименовании, написано спланированная равнина, а внизу написано шламонакопитель такой-то. У него как у специалиста возник вопрос, где отбирали на спланированной равнине либо на шламонакопителе, два этих понятия не сочетаются между собой. Тем более по проекту проводилась биологическая рекультивация. То есть это сплошная растительность была. Таким образом, где как отбирались пробы ему не понятно. Для каждого производственного процесса установлены нормативы, суточная производительность. Для него было парадоксально, при нормативе, которая указывалась в заключении, можно было отобрать максимум 8 почвенных проб в сутки, за семи часовой рабочий день, там отобраны 72 пробы. Каким образом? Потом по протоколам лабораторных испытаний образцов, идет все нормально, допустимо. Потом раз свежий разлив, причем они сами пишут в акте отбора пробы, свежий разлив нефтепродуктов. И потом все начинается плохо. Причем концентрации у старых загрязнений и свежих загрязнений, совершенно разные. Если вернуться к договору, который был исполнен на местах производственной деятельности «<данные изъяты>», там ситуация складывается таким образом. При добыче нефти образуется значительное количество нефтеотходов, нефтешламов это при порывах. Для их складирования сооружаются временные амбары, выкапывается на глубину экскаватором все это дело, до 5 метров, есть и глубже, и потом туда это заливается, потом оно должно куда-то утилизироваться или переработаться. По методике пробы грунта для нефтезагрязненных земель берутся до 20 сантиметров в 2 уровня: 0-5 и 5-20. Переработка нефтешламов, она анализируется по другому. Это не грунт, это не поверхность, не площадь, не территория. Нефтешламовые отходы сначала накапливаются на определенной площадке, они перерабатываются их внесение либо на поверхность почвы, либо в отработанную горную выработку, она делается только при наличии допуска лаборатории для этого. Потому что и по <данные изъяты> и по <данные изъяты> есть конкретный результат. Если эти препараты <данные изъяты> и <данные изъяты> не внести по этим договорам все останется как было до проведения работ. Этот разлив нефти если не внести препараты, чем то закидать, перемешать, нефтепродукт всегда выходит наверх. Можно скрыть максимум на один вегетативный сезон, потом все равно нефть всплывет. Нефть всегда идет вверх, пластовка всегда идет вниз, других вариантов у пластовой жидкости нет. Если не вносили <данные изъяты> и <данные изъяты>, через год посевы в замазученной, загрязненной нефтью земле не взойдут, нефть образует пленку, которая закрывает. Через 2-3-4 года, если обработки не будет, будет все то же самое. На месте нефтяного загрязнения формируется при условии превышения испарения вторичное засоление, он не пропускает, он гидрофобный, в этом проблема, это вторичный солонец, его видно сразу на поверхности. Эксперт Эксперт №1 (проводивший экспертизу) когда отбирал пробы, при соблюдении тех требований, такое количество проб он отобрать не мог, это в его заключении указано, нормальные пробы в таком объеме отобрать невозможно. В видах деятельности, которые разрешены <данные изъяты>» такого вида деятельности, необходимого для производства такой экспертизы нет. И там есть пункт, который запрещает заниматься иными видами деятельности не указанными в Уставе. Эта станция не могла этого делать, но сделала (заключение). В протоколе испытаний указан просто прибор на основании которого эксперт пришел к заключению по содержанию нефтепродуктов. Они сослались на методику, по которой они сделали в почве в донных отложениях, но на самом деле для этого прибора другая методика. Прибор АН 2 - анализатор нефтепродуктов. Он предназначен для анализа нефтепродуктов и жиров в водных средах. При дополнительном блоке можно анализировать грунты и донные отложения, но все это должно быть указано в протоколе испытаний измерений, что да это можно. Самое главное что они сослались на методику по которой сделать это на этом приборе нельзя, там другая методика. Растворить грунт в воде и этим прибором померить нельзя, во-первых, нефть не растворяется в воде, можно померить, но достоверных результатов Вы не получите. И самое основное установлено между почвами эколого-токсикологическими исследованиями должно пройти не более пяти лет. То есть имеем дело с 4 разными почвенными обследованиями. Два из них имеют отношение к исполнению договоров, это <данные изъяты> до и после, и два которые были совершены через определенный промежуток времени 2 и 4 года. И практически они были сделаны на территории, на которой по их же информации обнаружены свежие нефтяные загрязнения. Очень много субъективизма в заключениях, что в первом, что во втором. Когда человеку задают вопрос, есть нефтеотходы в почве - нет, потому что почва это компонент окружающей среды. Там могут быть загрязнения, а отходов там быть не может. А тут люди развернули целую программу по определению класса опасности, чего? Такого чего нет. Это квалификация, он бы никогда на такое не пошел, потому что это не профессионально абсолютно, так нельзя делать. Следов био препаратов <данные изъяты>, <данные изъяты> по прошествии некоторого времени не найдут никогда. Потому что это компоненты естественной среды, они были изъяты, потом были внесены на прежний уровень, это биодеструкция она идет постоянно, каждый день. По заключению №му специалиста Эксперт№2 там нет никакой информации по ситуации с отборами пробы. Ее отбирали люди, которые никакого отношения не имеют к организации, которая могла бы это делать, нет никакой информации о том, там даже нет протоколов испытаний образцов. И там такие рассуждения, не перемешивался почвенный горизонт, поэтому не видно, что там что-то делали. Если специалист ничего не изучал в этом направлении как можно делать такие выводы? И самое главное, что по ряду объектов аналитические данные Эксперт №1 или Эксперт №2 не совпадают, прям изрядно. По №-ому заключению по той документации, которая была представлена по договорам, он особых изъянов не нашел. Пакет документов полный, то есть и акты скрытых работ, и внесение фото видеофиксация, чего нет в остальных исследованиях, там все есть. И самое главное, что его больше всего убедило, что по инициативе ФСБ была сделана контрольная проверка 2-х или 3-х объектов, и там эти ситуации подтвердились буквально через год, чуть поменьше, после проведения работ. Самое основное всегда это землепользователи, то есть им передали этот участок, он посмотрел, там совершенно нормально, где-то пашня, где-то пастбище. Если с нарушением технологии выполняются работы, невнесение препаратов, внесение препаратов не в полном объеме, не возможно достичь результата, которые были достигнуты согласно договоров и документов, которые он изучал. Потому что там очень короткий промежуток времени, и никаких иных процессов для снижения концентрации нефтепродукта в почве, он не знает. Он давно знаком с этой технологией деструкции. К технологии выращивания биопрепаратов <данные изъяты> этого всего, что происходит в «<данные изъяты>», к разработке этой технологии, к производству он отношения не имел. Чем занимаются ООО «<данные изъяты>», что они делают он знаком только в общих чертах, из той литературы, которую он изучает, он на месте ни разу не был, не смотрел. Тут достаточно все просто (по технологии), это барабаны. Если для образца, это стиральная машинка, в которую помести слабый раствор нефтепродуктов с добавками, потому что нужно азотистое основание. Бактерии не развиваются без азота, потом в лабораторных условиях вымывают микробы из аборигенной почвы, опускают туда и длительное время они увеличивают свою биомассу. Как только биомасса достигла конкретных пределов, ее выгружают и везут в виде маточного раствора на место производства работ. На месте производства работ, когда привезли препарат в концентрированном виде, он так понимает, его помещают в какую-то емкость и потом тарировано добавляют в автомобильные цистерны, это то что он видел из фототаблицы, а потом их с помощью насоса распыляют в нужной концентрации. То есть практически добавляется нужное количество культуральной среды и потом разбавляется водой для равномерности внесения. На месте ее выращивать сложно будет, потому что требуется температура, питание, состав среды. То есть это достаточно проблематично. Он думает 10-12% достаточно будет для внесения, если развести маточную культуру. <данные изъяты> - готовят биогумус все прочие вещества, это водная вытяжка из насыщенной органики. Когда делают эту вытяжку из бурых углей, это нужно делать в заводских условиях. Бурый уголь сама по себе достаточно концентрированная плотная структура, нужно раздробить, занести растворитель, там есть растворить не растворимая часть, потом все это концентрируют. Это тоже процесс, масса вариантов подобных препаратов с аналогичным действием. Преимущество <данные изъяты> только что есть абсорбция за счет того что там уголь. Возвращаясь к <данные изъяты>, если привезти куб половину использовать в технологических целях, а из половины выращивать еще для того чтобы была возможность разбавить, это сложно будет, особенно с учетом климата, потому что либо это будет очень жарко, либо это будет очень холодно. Сроки хранения минимально 2 недели, максимум месяц, потому что все вот это разведенное оно портится, это как дрожжи, пока они сухие все хорошо, развел чуть-чуть они перекисли. То есть его нельзя запасти надолго нужно привозить достаточно регулярно этот объем. И просто подкармливая их ведром нефти не получится их разводить. Как автор навозной технологии может сказать, если используется в биодеструкции навоз, он должен использоваться один к одному. То есть одна часть нефтешлама или бурового шлама и одна часть навоза. Потому что там тоже есть своя структура, ее надо запустить, и меньшая концентрация может не сработать. С навозом можно работать без проблем, но для этого нужны коровы. Как компонент биодиструкции навоз применяется и сейчас достаточно широко. Оценивая приведённые показания представителя потерпевшего, свидетелей и специалистов, представленных в качестве доказательств как стороной обвинения, так и стороной защиты суд находит их логичными, последовательными, не противоречащими друг другу и подтверждающими обстоятельства совершения ФИО29 указанных преступлений. Так из показаний представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО28 известны не только обстоятельства заключения и исполнения договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», но и обстоятельства переименования юридического лица с ООО «<данные изъяты>» на ООО «<данные изъяты>». При этом суд учитывает, что в соответствии с частью 1 статьи 42 УПК РФ «Потерпевшим является юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу». В силу указанного не являются обоснованными доводы стороны защиты о том, что ООО «<данные изъяты>» не может являться потерпевшим по делу в силу того, что договоры № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № № от ДД.ММ.ГГГГ были заключены ООО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», а не с ООО «<данные изъяты>», так как представленные в суд документы (т. 34 л.д. 182-220, т. 35 л.д. 22-35) свидетельствуют о том, что единственным участником/учредителем указанного юридического лица ДД.ММ.ГГГГ была произведена смена наименования предприятия и указанная смена наименования была зарегистрирована в налоговом органе ДД.ММ.ГГГГ. При этом доводы стороны защиты о смене участника/учредителя указанного юридического лица и, соответственно, невозможности из-за этого признания потерпевшим ООО «<данные изъяты>» не являются обоснованными, так как статьёй 42 УПК РФ не предусмотрено, что потерпевшим признаётся участник или учредитель юридического лица, поэтому для признания юридического лица потерпевшим, в соответствии с действующим УПК РФ, не имеет значения кто является участником/учредителем данного юридического лица. Так как вред совершением указанных преступлений был причинён юридическому лицу ООО «<данные изъяты>», то смена его наименования в ДД.ММ.ГГГГ года по решению участника/учредителя этого юридического лица на ООО «<данные изъяты>» никак не влияет на вывод о возможности признания потерпевшим по рассматриваемому уголовному делу именно ООО «<данные изъяты>». Из показаний свидетеля ФИО59 №2 известно, что он, работая в ООО «<данные изъяты>», затем в ООО «<данные изъяты>», видел на хранении удобрения, семена растений - люцерна и кострец, но учёт он никакой не вёл, всем занимался ФИО59 №39. Он со склада ООО «<данные изъяты>» такие микробиологические препараты как «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не отпускал. Видел один раз емкость с «<данные изъяты>», который привозила машина типа «<данные изъяты>», и эту ёмкость через несколько дней увезли. Также из его показаний следует, что на складе ООО «<данные изъяты>» хранились семена растений, что свидетельствует об их возможном использовании по заключенным договорам. Также из показаний свидетеля ФИО59 №3 о том, что он не имел права управления автомобилем с прицепом (категория «Е»), о том, что навоз и песок они возили с кошар на поля, как удобрения, восстанавливали плодородный слой земли, из показаний свидетелей ФИО59 №4 и ФИО59 №5 о том, что они возили на <данные изъяты> органические удобрения по <адрес>, загрязненный грунт, и навоз завозили следует, что они от ООО «<данные изъяты>» или от ООО «<данные изъяты>» в командировку в <адрес> и в <адрес> в ООО «<данные изъяты>» никогда не ездили, биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» никогда не перевозили, в транпортных накладных расписывались фактически по указанию руководства. Также из их показаний следует, что всеми работами руководил ФИО59 №39. Из показаний свидетеля ФИО59 №6 следует, что он по документам был учредителем ООО «<данные изъяты>» по просьбе ФИО59 №39, но фактически учредителем юридического лица не являлся, работал водителем и никогда в <адрес> не ездил. Расписывался в документах не читая. Показания указанных свидетелей ФИО59 №2, ФИО59 №3, ФИО59 №4, ФИО59 №5, ФИО59 №6, ФИО59 №8, ФИО59 №7 не подтверждают, что юридическим лицом ООО «<данные изъяты>», директором которого являлся подсудимый ФИО29, в своей работе по исполнению договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», изменившей ДД.ММ.ГГГГ года название на ООО «<данные изъяты>», использовались предусмотренные проектом биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Указанные лица в <адрес> никогда за биопрепаратами «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не ездили, но в документах об этом расписывались. А показания свидетеля ФИО59 №6 о его формальном владении/учреждении ООО «<данные изъяты>», указывают на создание иными лица, реально руководившими работой указанного юридического лица, условий для совершения хищения имущества, принадлежащего ООО «<данные изъяты>». Указанный вывод подтверждается и показаниями свидетеля ФИО59 №1 о том, что ДД.ММ.ГГГГ года из <адрес> привозили биопрепарат «<данные изъяты>», также он утверждает, что биопрепарат «<данные изъяты>» привозили максимум один раз в год для того, что бы сфотографировать, но фактически его не использовали, информация, содержащаяся в документах об использовании биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>», была фиктивная, препараты поставлялись в гораздо меньшем чем нужно объёме, цифры в документах об использовании биопрепаратов указывались не реальные, а те, которые нужно, по таблицам расчета, сколько нужно на какой участок вносить и соответственно по договору был прописан объем. Он, являясь представителем ООО «<данные изъяты>», никогда не занимался вопросами складирования, выдачи биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», никогда не разводил их водой или чем-либо еще, а просто подписывал все необходимые документы. Директором ООО «<данные изъяты>» был подсудимый ФИО29, который был в курсе всего и именно от него исходила инициатива о составлении товаро-транспортных накладных (ТТН) о получении ООО «<данные изъяты>» биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в <адрес> сразу, на месте, при этом отпадала необходимость составления актов приема-передачи товарно-материальных ценностей. Делали всё это (составляли докмуенты) в кабинете, на месте, готовил он их, ФИО59 №13, указывался водитель, инженер-эколог, месторождение, куда доставляется этот препарат, соответствующий объем, даты, числа. Все ТТН были на поставку уже готового препарата, место отгрузки всегда было территория бывшего асфальтного завода, а точка доставки указывалось месторождения указанное в договоре. Также из показаний свидетеля ФИО59 №1 следует, что фактическое руководство ООО «<данные изъяты>» осуществлялось ФИО1., а всеми работами руководил ФИО59 №39 Реальные поставки осуществлялись водителями из <адрес> ФИО59 №35 - на автомобиле «<данные изъяты>» привозил один куб, и ФИО59 №37 на автоцестерне. Эти же обстоятельства были подтверждены свидетелем ФИО59 №13 о том, что ФИО29 был в курсе того, что биопрепараты в действительности из <адрес> не привозили и на объектах ООО «<данные изъяты>» при проведении работ по рекультивации не вносились, так как именно он ей давал указания на подготовку всех фиктивных актов и отчетов, товарно-транспортных накладных, а также журналов, в которых по его указанию она указывала количество и стоимость внесенных биопрепаратов, которые в действительности не вносились. То обстоятельство, что свидетель ФИО59 №13 в судебном заседании не подтвердила свои показания, содержащиеся в её протоколе допроса в качестве свидетеля в ходе предварительного следствия, пояснив, что «этот день у нее выпал из жизни» не означает того, что она не давала такие показания. У суда не имеется оснований сомневаться в правдивости приведённых показанияй свидетеля, а её забывчивость может быть объяснена количеством прошедшего времени. Также обстоятельства составления под руководством подсудимого ФИО29 фиктивных, содержащих недостоверные сведения о якобы применении ООО «<данные изъяты>» предусмотренных проектом биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» при выполнении работ по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>» были подтверждены свидетелем ФИО59 №14 о том, что ФИО59 №1 сидел с ними в кабинете, никуда не выходил и что им необходимо было подписывать документы не проверяя фактическое выполнение работ, внося фактически фиктивную информацию. При этом показания свидетеля ФИО59 №6 о том, что в какое-то время, будучи водителем, перевозил на полуприцепе емкость с какой-то химической жидкостью, и видел как её размешивали, подключали циркуляцию, не свидетельствует о невиновности подсудимого ФИО29, так как работа указанного свидетеля осуществлялась в ООО «<данные изъяты> и даты этих поездок он не помнит, что означает работу указанного свидетеля в ином юридическом лице и возможно по другим договорам. Кроме того, многие свидетели работали как в ООО «<данные изъяты>», так и в ООО <данные изъяты>», работали в разное время, выполняя практически одни и те же функции, и поэтому их показания не являются полностью достоверными в связи с количеством прошедшего с тех пор времени. Также у суда не имеется оснований не доверять показаниям указанных свидетелей и не имеется оснований для вывода о том, что свидетели оговаривают подсудимого ФИО29 Напротив, сложившиеся в результате совместной работы между ними всеми и подсудимым ФИО29 фактически дружеские отношения, позволяют суду сделать вывод о том, что свидетели в своих показаниях стремились преуменьшить не только вину подсудимого, но и пытались отвести от себя какие-либо подозрения. Показания свидетеля ФИО59 №9 не свидетельствуют напрямую о противоправных действия подсудимого ФИО29, но указывают на обстоятельства, при которых стало возможным осуществить иным лицам действия, направленные на хищение имущества возглавляемого им до ДД.ММ.ГГГГ года предприятия - ООО «<данные изъяты>». К этим обстоятельствам относятся его показания об отношениях с сотрудниками предприятия ФИО59 №24 ФИО59 №40, которые занимали должность начальника отдела экологии и экологической безопасности, о его знакомстве с ФИО1, с ФИО59 №41 и подсудимым ФИО29 Такими же являются и показания свидетеля ФИО59 №10 Показания свидетеля ФИО59 №12 свидетельствуют о требованиях ООО «<данные изъяты>» по переработке загрязненного грунта, о необходимости применения технологии позволяющей перерабатывать, а не копить нефтезагрязненный грунт, об обязательном внесении при рекультивации объектов биопрепарата <данные изъяты> А и нефтедеструктора. В отчеты о работе ООО «<данные изъяты>» по заключённым догвоорам входили путевые листы, накладные, если приобретался препарат, документы на приобретение препарата, удобрений. Также он не помнит, уведомляло ли их ООО «<данные изъяты>» о времени и месте внесения биопрепарата <данные изъяты> или <данные изъяты>. Он лично не присутствовал при внесении биопрепарата на загрязненных землях, по каким причинам он не выезжал на объект когда вносился нефтедеструктор и биопрепарат он не помнит. Данные показания свидетеля суд оценивает как один из факторов, позволивших, в том числе и подсудимому ФИО29, совершить умышленные действия, направленные на хищение имущества заказчика по договорам - ООО «<данные изъяты>. Из показаний свидетеля ФИО59 №25 следует, что он подписывал акты скрытых работ (по внесению биопрепаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>) по указаниям его непосредственных руководителей - начальников отдела охраны окружающей среды ФИО59 №24 и ФИО59 №40 без фактического выезда на нефтезагрязненные объекты ООО «<данные изъяты>» и без осуществления фактического контроля за ходом и проведением работ, только на основании представленных отчетных документов со стороны ООО«<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Фактические выезды осуществлялись им только при приемке готовых объектов в комиссионном составе. После этого, по утвержденной форме подписывался акт приемки работ на основании которого впоследствии производилась оплата работ. Основная сумма оплачивалась на основании актов скрытых работ, которые подписывались им по указанию ФИО59 №40 и ФИО59 №24 без фактического выезда на объекты, и никакая комиссия при подписании актов скрытых работ не собиралась, то есть фактически процесс внесения в почву препаратов "<данные изъяты>" и "<данные изъяты>" комиссией не фиксировался. Достигнутые показатели, предусмотренные условиями заключенных договоров, подтверждались протоколами измерений сделанных лабораторией "<данные изъяты> Суд оценивает показания свидетеля ФИО59 №25 как искренние, правдивые, оснований не доверять которым не имеется. При этом из его показаний следует, что необходимые документы о работе ООО «<данные изъяты>», в том числе по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, а в особенности о внесении биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», составлялись формально, и подписывались им по указанию его непосредственных руководителей - ФИО59 №24 и ФИО59 №40, который, как следует из материалов уголовного дела, работал сначала в ООО «<данные изъяты>» на должностях, связанных с эклогическими проектами предприятия, также работал директором ООО «<данные изъяты>» -юридическим лицом исполняющим обязанности перед ООО «<данные изъяты>», а также работал в ООО «<данные изъяты>», являющего поставщиком биопрепаратов <данные изъяты>» и «<данные изъяты>» по указанным договорам, что, в свою очередь, указывает на его возможную заинтересованность в получении дохода в как можно большем размере. Также как искренние суд оценивает и показания свидетеля ФИО59 №26 о том, что в журналах учёта указан вид ввозимых на полигон работниками ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» материалов, его количество, содержание и номер транспортного средства, на котором они привезены, в том числе препарат <данные изъяты>, препарат <данные изъяты>, органические удобрения, биопрепарат (<данные изъяты>) на основании представленных ему ФИО59 №14 и ФИО59 №13 документов, при этом он не обладал достаточной квалификацией, необходимой для определения качества ввозимой на полигон жидкости под видом препарата <данные изъяты> и биопрепарата «<данные изъяты>». Он видел, что в цистернах содержится какая-то жидкость темно-коричневого цвета без запаха и подписывал журнал, которые вели ФИО59 №13 и ФИО59 №14, о ввозе препаратов, так как данный журнал входит в перечень, предоставляемых подрядной организацией документов, утвержденный руководством ООО «<данные изъяты>». Причина отсутствия кураторов договоров ООО «<данные изъяты>» при ввозе на полигон биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты> ему не известна. На сомнения свидетеля ФИО59 №26 в качестве выполняемых ООО «<данные изъяты>» работ указывают его показания о том, что он задавал вопросы руководителю производственного процесса от ООО«<данные изъяты>» и ООО»<данные изъяты>» ФИО59 №39 о качестве и ходе выполнения работ по утилизации нефтешлама на полигоне, а также о составе жидкости, привозимой на полигон в виде биопрепаратов, на что ФИО59 №39 ответил, что это не его дело и в случае необходимости, если будет задавать лишние вопросы, он может посодействовать его увольнению из ООО «<данные изъяты>», и эту угрозу свидетель воспринял реально. Также из показаний свидетеля ФИО59 №26 следует, что начальник отдела экологии ООО «<данные изъяты>» ФИО59 №40 приезжал вместе с ФИО59 №39 на полигон с целью осмотра состояния полигона не чаще одного раза в месяц. При приемке выполненных работ и обезвреженного грунта ФИО59 №40 никогда не участвовал, а из-за отсутствия членов комиссии он был вынужден звонить ФИО59 №24 с вопросом о членах комиссии и что делать с грунтом, на что получал ответ, что документы у подрядчика все порядке, поэтому ему следовало указание на вывоз грунта. При этом среди указанных в актах лиц, при передаче органоминерального грунта присутствовали только он, ФИО59 №14 и ФИО59 №13, а ФИО59 №24, ФИО59 №11, ФИО38 ФИО59 №39, ФИО59 №40, ФИО3, ФИО59 №25 при передаче грунта не присутствовали. Акты он подписывал будучи уверенным в том, что грунт действительно очищен. Таким образом, показания свидетеля ФИО59 №26 указывают на заинтересованность ФИО59 №40, ФИО59 №39, и, соответственно, подсудимого ФИО29 в предоставлении заказчику - ООО «<данные изъяты>» документов, содержащих недостоверные сведения о работе ООО «<данные изъяты>», а также указывают на неправомерность действий и заинтересованность в этом указанных лиц. Целью совершения указанных действий, является хищение денежных средств заказчика - ООО «<данные изъяты>», полученных в дальнейшем за счёт сэкономленных денежных средств. Также суд учитывает, что свидетель ФИО59 №26 видел происходящее на полигоне, куда привозился загрязнённый грунт для переработки, но что происходило на местах – земельных участках подлежащих рекультивации данный свидетель не видел и не знает. Показания свидетеля ФИО59 №24. суд не имеет возможности оценить как искрение, относится к ним критически, так как показания многих других свидетелей указывают на её заинтересованность в неправомерных действиях лиц, связанных с исполнением договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Её показания суд оценивает как способ избежать ответственности. Показания свидетеля ФИО59 №23 не являются прямым доказательством вины подсудимого ФИО29, но подтверждают обстоятельства, позволившие совершить хищение имущества, принадлежащего ООО <данные изъяты>». Показания свидетелей ФИО59 №20, ФИО59 №21 и ФИО59 №22 не содержат сведений как подтверждающих вину, так и оправдывающих подсудимого ФИО29 Из их показаний известно, что они работали в <данные изъяты> – учреждении, осуществляющем лабораторные исследования проб грунта, воды и воздуха, а также известно об обстоятельствах выезда ими для получения проб грунта на местах, указанных работниками ООО <данные изъяты>» - в основном ФИО59 №39, что указывает на то, что пробы грунта для исследования были получены без участия представителей заказчика всех работ - ООО «<данные изъяты>», места отбора проб указывались заинтересованным лицом – ФИО59 №39, что ставит под сомнение достоверность не результатов анализов полученных проб грунта, а достоверность исходных данных, позволивших получить искомые результаты. На это указывают также и показания указанных свидетелей о том, что на местах визуально они не видели никаких нефтяных пятен, и пробы были отобраны с глубины от 0 до 0,3 метров, что в проекции показаний подсудимого ФИО29 о том, что по технологии все рекультивируемые ими объекты – земельные участки были фактически засыпаны «сверху с соседних мест бульдозерами грунтом «материнским». То есть это по технологии предусмотрено, что сверху насыпался грунт не тронутый с соседних участков, толщиной где-то 30 см.». В силу указанного имеются обоснованные сомнения как в достоверности лабораторных исследований при исполнении договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № Д№ от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», предоставленных заказчику по результатам лабораторных исследований <данные изъяты>, так и в достоверности результатов в дальнейшем проведённых судебных экспертиз. Показания свидетелей ФИО59 №15, ФИО59 №16., ФИО59 №17, ФИО59 №18, ФИО59 №19, ФИО59 №16. по своей сути не содержат сведений как подтверждающих вину, так и оправдывающих подсудимого ФИО29 Из их показаний известно частично об обстоятельствах составления путевых листов на выезд автомобилей в ООО «<данные изъяты>», о том, что они заполнялись не всегда каждый день, а подписывались пачками, о том, что истинных маршрутов передвижений автомобилей никто не знал, об особенностях ведения бухгалтерского учёта в ООО «<данные изъяты>», а также о том, что руководство всей работы осуществлялось фактически ФИО59 №39 и ФИО1 – он же К. Эти же обстоятельства подтверждены и показаниями свидетеля ФИО59 №27., данных ею во время предварительного следствия из которых известно, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работала в ООО «<данные изъяты>» в должности диспетчера и по указанию ФИО29, ФИО59 №13 и ФИО59 №18 она в путевые листы задания печатала уже после рейсов и водитель фактически не знакомился с тем заданием, которое она впоследствии печатала в путевом листе, тем более ФИО59 №13 неоднократно передавала ей заявки оформленные «задним числом». Также из её показаний следует, что ФИО59 №39 являлся руководителем всех водителей и являлся «правой рукой» фактического руководителя и собственника организации ФИО1, и у неё сложилось впечатление, что тот является фактическим директором организации, а не ФИО29 Показания свидетеля ФИО59 №28 не содержат сведений, оправдывающих подсудимого ФИО29 Из его показаний известны обстоятельства организации работы транспортных средств в ООО «<данные изъяты>» в период ДД.ММ.ГГГГ годы, где он работал механиком и подписывал документы – путевые листы, которые ему передавали диспетчеры ФИО59 №18 и ФИО59 №27. Содержание документов никогда не читал, в том числе маршрут рейса, его задание, так как не думал, что у кого-то имеются намерения его обмануть. ФИО59 №13 и ФИО29 никогда ему не поясняли с какой целью он подписывает путевые листы, какое там задание и соответствует ли оно фактически выполняемым. Ему не известно о выездах водителей в <адрес>. Приведённые показания свидетеля ФИО59 №28 подтверждают имеющиеся доказательства о недобросовестном составлении документов в ООО «<данные изъяты>», что, конечно, не образует состав какого-либо преступления, но указывает на составление отчётной документации с заведомо недостоверными сведениями, под руководством подсудимого ФИО29 Также из показаний свидетелей ФИО59 №32., ФИО59 №33, ФИО59 №34 известно, что они работали в ООО «<данные изъяты>» на должностях водителя транспортных средств, возили бетон, на полуприцепе габаритный груз, органические удобрения с кошар (животноводческих точек) в <адрес> и грунт с полигона ООО «РН<данные изъяты>». Принимал их на работу и был фактическим руководителем ФИО1. Выезды в командировку в <адрес> или <адрес> не осуществлялись, подписывал путевые листы и товарно-транспортные накладные о том, что он ездил в <адрес> за какими-то бактериями по просьбе ФИО1 Все путевые листы, товарно-транспортные накладные, в том числе «<данные изъяты>» на подпись давала диспетчер ФИО59 №18. ФИО59 ФИО59 №34 на производственной площадке ООО«<данные изъяты>» в <адрес> края два или три раза вместе с ФИО59 №39 загружали из железной бочки в 2 цистерны – прицеп к <данные изъяты>, какую-ту жидкость, коричневого цвета, как будто ржавую, без запаха, как говорили водители, что это какие-то «пожиратели нефти» и везли ее на объекты ООО «<данные изъяты>» в поля, по каким адресам не помнит, на полигон жидкость он не привозил. Там привезенную жидкость распыляли работники ООО «<данные изъяты>», ФИО59 №39 осуществлял фотографирование проводимых работ. Взвешивание привезенной жидкости в поля не осуществлялось, весов там не было. Показания указанных свидетелей суд оценивает как искренние, но никаким образом не подтверждающие невиновность подсудимого ФИО29, так как указанные свидетели работали в ООО «<данные изъяты>» и ничего про деятельность подсудимого ФИО29, как директора ООО «<данные изъяты>» не поясняли. При этом они также подтверждают, что документы о якобы их поездках в <адрес> за биопрепаратами составлялись и по сути были фиктивные, так как они туда не ездили. Из показаний свидетеля ФИО59 №29. следует, что от имени своей супруги ФИО59 №30 являющейся предпринимателем, заключал с ООО «<данные изъяты>», а затем и с ООО <данные изъяты>» договоры на поставку органических удобрений – навоза. К нему обращался представитель ООО «<данные изъяты>» по имени Г. (ФИО59 №39), с предложением приобрести у него навоз (органические удобрения) по цене 1200 рублей за тонну. Договор № от ДД.ММ.ГГГГ подписывал ДД.ММ.ГГГГ года от имени супруги в кабинете директора ФИО29 Получил по договору 6095076,00 рублей. На примерно таких же условиях ранее заключал договор с ООО «<данные изъяты> Взвешивание (определение количества) навоза осуществлялось путём погрузки ковшами (спецтехники) в кузова грузовых автомобилей. ФИО1 является родным братом его супруги - ФИО59 №30 Он предоставлял от имени супруги своим родственникам и родственникам супруги в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах беспроцентные займы на суммы от 1179000 рублей до 200 000 рублей. Займы еще не вернули. ФИО59 ФИО59 №30 фактически подтвердила показания своего супруга свидетеля ФИО59 №29 Также из показаний свидетеля ФИО59 №31 известны примерно аналогичные обстоятельства продажи им ООО «<данные изъяты>» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ органических удобрений – навоза на сумму 6246888,00 рублей. Суд, оценивая показания указанных свидетелей ФИО59 №29., ФИО59 №30. и ФИО59 №31 считает необходимым указать, что ими в ДД.ММ.ГГГГ году, исходя из сумм по договорам и цене в 1200 рублей за одну тонну, было продано ООО «<данные изъяты>» более 10000 тонн навоза – указанного в документах как органическое удобрение, что возможно и использовалось, судя по показаниям водителей, допрошенных в качестве свидетелей, при рекультивации земельных участков по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Но в тоже время суд считает необходимым указать, что для перевозки указанного количества навоза потребовалось бы сделать около 1000 рейсов стандартных грузовых самосвальных автомобилей, подтверждению чего суду не представлено, что вызывает сомнение в достоверности сведений, содержащихся в договорах о приобретении этого навоза. В то же время аналогичных доказательств использования навоза при исполнении договора № от ДД.ММ.ГГГГ не имеется, так как никто из свидетелей не указал и не представлено письменных доказательств того, что аналогичное органическое удобрение использовалось в ДД.ММ.ГГГГ году работниками ООО «<данные изъяты>», которое возглавлял подсудимый ФИО29 Кроме того, суд учитывает и тот факт, что свидетели ФИО59 №29 и ФИО59 №30 являются прямыми родственниками ФИО1, которого многие свидетели называют фактическим собственником - руководителем и ООО «<данные изъяты>», и ООО «<данные изъяты>», что указывает на заинтересованность и зависимость подсудимого ФИО29, который был фактически принят ФИО1. на должность директора. Также и распоряжение денежными средствами осуществлялось свидетелями ФИО59 №29. и ФИО59 №30 способом, аналогичному в ООО «<данные изъяты>» - путём выдачи беспроцентных займов различным лицам, что косвенно указывает на действия под общим руководством по обналичиваю денежных средств. Представленные сторонами в виде доказательств показания свидетеля ФИО59 №35 о том, что он лично трижды в ДД.ММ.ГГГГ годах на автомобилях «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» возил в <адрес> концентрат препарата <данные изъяты> в количестве по одному кубическому метру каждый раз, показания свидетеля ФИО59 №37 о том, что он, как и ФИО59 №35, работая водителем в ООО «<данные изъяты>» дважды - ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты> модели <данные изъяты>, привозил в <адрес> первый раз 20 тонн <данные изъяты> и второй раз 19,913 тонн, а также показания свидетеля ФИО59 №38 о том, что он привозил груз – цистерну с жидким препаратом в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствуют о невиновности подсудимого ФИО29, так как единичные возможные поставки биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» в <адрес> из <адрес> осуществлялись указанными лицами до заключения ООО «<данные изъяты>» договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>» и якобы поступаемые препараты могли быть использованы в рамках исполнения договоров, заключаемых с ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». В силу указанного и показания свидетеля ФИО59 №36 о том, что он один раз в ДД.ММ.ГГГГ года из <адрес> привозил в <адрес> препарат <данные изъяты> в цистерне объемом около 20 кубических метров на а/м <данные изъяты> с регистрационным номером № также не свидетельствуют о невиновности подсудимого ФИО29, а также указывают на единичную поставку препарата «<данные изъяты>» в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ году. При этом доводам стороны защиты о возможности использования возможно поставленных биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» на весь объём заключенных договоров между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» будет дана оценка далее. Из показаний свидетеля ФИО59 №11 следует, что ООО «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах выполняла работы по договорам субподряда, для исполнения договоров также о рекультивации земель между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Он знает, что якобы водители и автомобили ООО «<данные изъяты>» ездили в ДД.ММ.ГГГГ году в <адрес> за <данные изъяты>, «<данные изъяты>», но эти машины были на тот момент в <адрес>. Он подписывал документы, не вникая в их суть. Его на работу в ООО «<данные изъяты>» принимал ФИО1., он же и фактически руководил юридическим лицом. Показания данного свидетеля косвенно указывают на обстоятельства, способствовавшие совершению подсудимым ФИО29 действий по хищению имущества, принадлежащего ООО «<данные изъяты>», отношения с которым по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» выстраивались таким же образом. К показаниям в судебном заседании допрошенного в качестве свидетеля ФИО59 №40 о том, что ФИО1. никак не способствовал его трудоустройству в ООО «<данные изъяты>», после его работы в ООО «<данные изъяты>», о том, что он был сразу назначен на должность директора ООО «<данные изъяты>» учредителем ФИО59 №6, о том, что он не знал, что ФИО59 №6 лишь формальный учредитель указанного юридического лица и где тот брал деньги для выплаты ему зарплаты он тоже не знал, о том, что по документам все работы (по договорам с ООО «<данные изъяты>) выполнялись, о том, что работая в ООО «<данные изъяты>» он не знал о контрактах с ООО «<данные изъяты>», и всем иным его показаниям, в которых он отрицает свою возможную причастность к хищению денежных средств ООО «<данные изъяты>» суд относится критически, так как все иные доказательства, в том числе и показания других многочисленных свидетелей, указывают на неискренность ФИО59 №40 и поэтому суд расценивает его показания как способ избежать ответственности. Показания свидетеля ФИО59 №40 о возможности разбавления водой концентратов биопрепарата «<данные изъяты>» и препарата «<данные изъяты>», о концентратах 10, 11 и 12 степени, которые можно разбавлять простой водой не являются ложными, но также являются попыткой избежать ответственности, объяснить поставку указанных препаратов в <адрес> в небольших объёмах, явно не соответствующих объёмам, которые должны были использоваться ООО «<данные изъяты>» при исполнении обязательств по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>». Показания же ФИО59 №40, данные им в качестве свидетеля в ходе предварительного следствия о приятельских отношениях с ФИО1 о том, что ему было известно, что при выполнении работ ООО«<данные изъяты>» не использовало препараты в объемах, указанных в актах скрытых работ и в них указаны фиктивные сведения, о том, что ФИО59 №41 ему говорил о поставке препаратов в концентрированном виде и не в полном объеме, о том, что он, по указанию ФИО1. рассказал ФИО59 №1 о том, что препараты в полном объеме не поставляются и последнему необходимо подготавливать и оформлять документы более соответствуют иным доказательствам, представленными стороной обвинения. Попытка свидетеля ФИО59 №40 объяснить данные показания, признательные по сути, отсутствием адвоката и давлением оперативных сотрудников ничем объективно не подтверждены, так как со слов свидетеля в правоохранительные органы с заявлением о том, что на него оказывалось давление во время допроса, он не обращался. Аналогично суд оценивает и показания допрошенного в качестве свидетеля ФИО59 №41 Его попытки объяснить поставку в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах в <адрес> автомобилями ООО «<данные изъяты>» биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» в небольших количествах их концентрированным раствором, который может, по его словам, разбавляться до состояния 1 к 1000 не являются логичными и, соответственно, правдивыми, так как из его же показаний следует, что стоимость имеет только готовый раствор, а не концентрат, но при этом осуществляя якобы продажу готового раствора с площадки в <адрес> он не смог пояснить, откуда юридическим лицом, которым является ООО «<данные изъяты>», для осуществления технологического процесса, позволяюшего получить из концентрата готовый к продаже продукт, бралась вода в достаточном количестве. Документов о приобретении воды или просто о её получении в хоть каком-то количестве суду не представлено, а попытки стороны защиты объяснить получение воды путём её очистки, которую непонятно где брали, или закачиванием из оросительного канала, что возможно указывает на состав иного преступления, не являются объективными и не являются правдоподобными. При этом по всем договорам между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ году использовалось, якобы, 149,92 тонны биопрепарата «<данные изъяты>» и 385,31 тонны «<данные изъяты>», а в 2018 году якобы 32,69 тонны биопрепараты «<данные изъяты>» и 247,18 тонн «<данные изъяты>», а всего было якобы использовано 181,88 тонн «<данные изъяты>» и 532,49 тонн «<данные изъяты> что гораздо больше, чем реально возможно и привозили якобы концентратов биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» в <адрес>. Также стороной обвинения представлены иные доказательства вины ФИО29 в совершении указанных преступлений. Так служебное положение подсудимого ФИО29, которое позволило ему совершить действия по хищению денежных средств ООО «<данные изъяты>» подтверждается: решением единственного учредителя (участника) ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО29 назначен на должность директора ООО <данные изъяты>» (т. № 3 л.д. 46); приказом (распоряжения) о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ о принятии на работу ФИО29 на должность директора ООО «<данные изъяты>» (т. № 3 л.д. 47); должностной инструкцией директора ООО «<данные изъяты>» и лист ознакомления с ней ФИО29, в которой содержаться полномочия директора указанной организации (т. № 3 л.д. 3-7); Уставом ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, в котором содержатся сведения о наименовании юрлица, его месте нахождения, участниках общества, целях и видах деятельности общества, правовом статусе общества, его филиалах и представительствах, уставном капитале, правах и обязанностях участников, распределении прибыли, фондах, организации управления обществом, единоличном исполнительном органе, аудиторе, учете, отчетности и документах общества, конфиденциальности, ликвидации общества и заключительные положения. (т. № 3 л.д. 25-42); решением № единственного учредителя (участника) ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО29 освобожден от должности директора ООО <данные изъяты>» (т. № 3 л.д. 14) Доказательствами вины подсудимого ФИО29 в совершении хищения денежных средств ООО «<данные изъяты>» являются, прежде всего, договоры заключенные им между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», позволившие не только получить прибыль юридическому лицу при исполнении этих договоров, но и осуществить действия по хищению денежных средств путём представления заказчику - ООО «<данные изъяты>» документов, содержащих недостоверные, фиктивные сведения. Так в судебном заседании были исследованы признанные вещественными доказательства следующие документы: договор № № от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>» с приложениями к нему в виде технического задания, кадендарного плана проведения работ, сводного расчета стоимости услуг, согласно которого материальные затраты должны составить 21031620, 26 рублей, при этом рентабельность должна составить 1131444,02 рубля, а НДС 6 992324,05 рубля. (копии находятся в уголовном деле том № 4 л.д. 13-44); акты сдачи–приемки оказанных услуг по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ: № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 10607968,79 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 29754844,75 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 4885755,25 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590 000 рублей (копии находятся в уголовном деле том № 4 л.д. 45-48); договор № № от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» с приложениями к нему в виде технического задания, кадендарного плана проведения работ, сводного расчета стоимости услуг. (копии находятся в уголовном деле том № 4 л.д. 86-156); акты сдачи–приемки выполненных работ по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ: № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1003000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3215500 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 383 500 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 13669364,56 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1652 000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 15232864,56 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 652 000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 118 000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2 685086,75 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 7 608000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 120000 рублей (копии находятся в уголовном деле том № л.д. 157-167) договор № от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» с приложениями к нему в виде технического задания, кадендарного плана проведения работ, сводного расчета стоимости услуг (копии находятся в уголовном деле том № 4 л.д. 226-248, том № 5 л.д. 1-32); акты сдачи–приемки выполненных работ по договору № от ДД.ММ.ГГГГ: № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590 000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 8909 000 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 21178073,91 рублей; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 5605944 рубля; № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 590000 рублей. (копии находятся в уголовном деле том № 5 л.д. 33-37) Также в судебном заседании были исследованы следующие вещественные доказательства, подтверждающие наличие указанных актов, подписанных и представленных подсудимым ФИО29 заказчику - ООО «<данные изъяты>» в качестве подтверждения выполненных всех необходимых работ и якобы использования при выполнении необходимых работ биопрепарата <данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>»: Сшив Акт № выполнения скрытых работ «Технический этап рекультивации от ДД.ММ.ГГГГ» (в данном сшиве 12 актов, в районе <адрес>»); Сшив Акт № выполнения скрытых работ «Подготовительный этап рекультивации от ДД.ММ.ГГГГ» (в данном сшиве 40 актов); Сшив Акт № выполнения скрытых работ «Удаление погибших растений на участке рекультивации ионозагрязненных земель и подготовительный этап ликвидации нефтезагрязненного грунта от ДД.ММ.ГГГГ» (в данном сшиве 9 актов); Сшив Акт № выполнения скрытых работ «Подготовительный этап рекультивации от ДД.ММ.ГГГГ» (в данном сшиве 4 акта); Сшив Акт № выполнения скрытых работ «Технический этап рекультивации от ДД.ММ.ГГГГ» (в данном сшиве 12 актов); Сшив Акт № приема документации от ДД.ММ.ГГГГ. заказчик ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>»; Сшив: Акт приемки-передачи ионозагрязненных земель и нефтезагрязненного грунта для проведения работ по рекультивации, утилизации/обезвреживанию. От ДД.ММ.ГГГГ. (со схемой); Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. Сшив: Акт приемки-передачи технологического амбара для проведения работ по ликвидации и рекультивации по договору от ДД.ММ.ГГГГ. №; Акт приемки-передачи технологического амбара для проведения работ по ликвидации и рекультивации по договору от ДД.ММ.ГГГГ. №; Акт приемки-передачи технологического амбара для проведения работ по ликвидации и рекультивации по договору от ДД.ММ.ГГГГ №; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (3 шт.) между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>»; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (2 шт.); Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (3 шт.); Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (3 шт.) Акт преддоговорных переговоров № от ДД.ММ.ГГГГ. Сшив: Акт приема - передачи технологического амбара для проведения работ по ликвидации рекультивации от ДД.ММ.ГГГГ. № ООО «<данные изъяты>» ООО «<данные изъяты>»; Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (3шт.); Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (3шт.); Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (3шт.); Акт № выполнения скрытых работ от ДД.ММ.ГГГГ. (3шт.). Также доказательством вины подсудимого ФИО29 в совершении указанных преступлений являются документы, предоставленные подсудимым ФИО29 заказчику - ООО <данные изъяты>» в качестве подтверждения якобы исполнения обязательств по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ о приобретении предусмотренных проектом биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», а именно: договор поставки № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО59 №41 и ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО29, а также приложения – спецификаций № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ; № от ДД.ММ.ГГГГ, в которых отражены объемы якобы поставленных от ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». (том № 5 л.д. 160-177, 189) Всего были подготовлены к каждому из договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и №Д от ДД.ММ.ГГГГ следующие спецификации: - согласно спецификации № от ДД.ММ.ГГГГ к договору поставки № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>», выступая как поставщик, обязалось поставить ООО «<данные изъяты>» препарат «<данные изъяты>» в количестве 161,12 тонн на сумму 11246176 рублей, микробиологический препарат «<данные изъяты>» в количестве 83,78 тонн на сумму 6384 036 рублей, а всего на общую сумму 17630 212 рублей. Поставщик обязался передать указанный товар в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ, поставка осуществлялась за счет средств и силами покупателя, место поставки товара: <адрес>; - согласно спецификации № от ДД.ММ.ГГГГ к договору поставки № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>», выступая как поставщик, обязалось поставить ООО «<данные изъяты>» препарат «<данные изъяты>» в количестве 122,39 тонн на сумму 8542 822 рубля, микробиологический препарат «<данные изъяты>» в количестве 63,64 тонн на сумму 4849 368 рублей, а всего на общую сумму 13392 190 рублей. Поставщик обязался передать указанный товар в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ, поставка осуществлялась за счет средств и силами покупателя, место поставки товара: <адрес>; - согласно спецификации № от ДД.ММ.ГГГГ к договору поставки № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>», выступая как поставщик, обязалось поставить ООО «<данные изъяты>» препарат «<данные изъяты>» в количестве 0,900 тонн на сумму 62 820 рубля, микробиологический препарат «<данные изъяты>» в количестве 0,750 тонн на сумму 57 150 рублей, а всего на общую сумму 119 970 рублей. Поставщик обязался передать указанный товар в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ, поставка осуществлялась за счет средств и силами покупателя, место поставки товара: <адрес>; - согласно спецификации № от ДД.ММ.ГГГГ к договору поставки № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>», выступая как поставщик, обязалось поставить ООО «<данные изъяты>» препарат «<данные изъяты>» в количестве 186,00 тонн на сумму 12982 800 рублей, микробиологический препарат <данные изъяты>» в количестве 0,75 тонн на сумму 57 150 рублей, а всего на общую сумму 13039950 рублей. Поставщик обязался передать указанный товар в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ, поставка осуществлялась за счет средств и силами покупателя, место поставки товара: <адрес>; - согласно спецификации № от ДД.ММ.ГГГГ к договору поставки № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>», выступая как поставщик, обязалось поставить ООО «<данные изъяты>» препарат «<данные изъяты>» в количестве 280,00 тонн на сумму 19544 000 рубля, Поставщик обязался передать указанный товар в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ, поставка осуществлялась за счет средств и силами покупателя, место поставки товара: <адрес>; - согласно спецификации № от ДД.ММ.ГГГГ к договору поставки № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>», выступая как поставщик, обязалось поставить ООО «<данные изъяты>» препарат «<данные изъяты>» в количестве 28,74 тонн на сумму 2006 052 рубля, микробиологический препарат «<данные изъяты> в количестве 32,96 тонн на сумму 2511 552 рубля, а всего на общую сумму 4517 604 рубля. Поставщик обязался передать указанный товар в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ, поставка осуществлялась за счет средств и силами покупателя, место поставки товара: <адрес>. Оценивая приведённые доказательства, суд считает необходимым указать, что в данных спецификациях указывалось именно то количество биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>», которое было необходимо для внесения по каждому из указанных договоров согласно расчётов – технического задания. В этих спецификациях указывалось количество «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» в точности до сотых долей, но при этом, как следует из других доказательств, никем и никогда ни взвешивания, ни иного измерения количества этих якобы приобретённых у ООО «<данные изъяты>» препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не производилось, что указывает, в свою очередь, на недостоверность сведений в этих спецификациях, и на то, что необходимые документы для отчёта перед заказчиком - ООО «<данные изъяты>» составлялись, но их содержание не соответствовало действительности, то есть являются документами с недостоверными, фиктивными сведениями. Также на формальность составленных документов, подтверждающих якобы поставки биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в ООО «<данные изъяты>» является и то, что в Договоре поставки № от ДД.ММ.ГГГГ между указанными юридическими лицами, в установочной части указано юридическое лицо ООО «<данные изъяты>», а в конце указывается, что договор составлен и подписывается между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», но с печатью ООО «<данные изъяты>», на что подсудимый ФИО29 пояснил, что это опечатка якобы из-за большого документооборота и никакого ООО «<данные изъяты>» не существует. В тоже время никаких подтверждений тому, что ДД.ММ.ГГГГ в ООО «<данные изъяты>» был большой документооборот не имеется, так как договоры с ООО «<данные изъяты>» были заключены только в ДД.ММ.ГГГГ года. В силу указанного не могут являться обоснованными доводы стороны защиты, в частности подсудимого ФИО29 о том, что являются достоверными все сведения в составленных им и работниками ООО «<данные изъяты>», подписанных им документах об исполнении обязанностей по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>». Эти же сведения о количестве якобы использованных биопрепаратов «<данные изъяты>» и <данные изъяты>» содержатся в актах скрытых работ и в актах сдачи-приёмки выполненных работ, указанных ранее, что явилось основанием для перечисления в дальнейшем денежных средств от заказчика - ООО «<данные изъяты>» к исполнителю по договору - ООО «<данные изъяты>», в том числе и за неиспользованные биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», что и является хищением денежных средств заказчика. Подтверждением сведений о размере полученных ООО «<данные изъяты>» денежных средств по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ от ООО «<данные изъяты>» являются финансовые документы о перечислении денежных средств (платежные поручения в кол-ве 52 шт. к договорам), и финансово-экономическое заключение специалиста от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которого: на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства по договору от ДД.ММ.ГГГГ № № в общей сумме 45838568,79 рублей; на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства по договору от ДД.ММ.ГГГГ № № в общей сумме 34841469,86рублей; на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства по договору от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> (с учетом дополнительных соглашений к нему: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ) денежные средства в общей сумме 39611315,87 рублей; на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 36283017,91 рубль; на расчетный счет ООО <данные изъяты>» от ООО «<данные изъяты>» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ поступили денежные средства по договору № от ДД.ММ.ГГГГ в общей сумме 5819992,06 рублей. (Том № 14 л.д. 20-37) Подтверждением как недостоверности сведений об использовании ООО «<данные изъяты>» по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>» биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса <данные изъяты>», так и стоимости этих препаратов, денежные средства на закупку которых были похищены, являются: финансово-экономическое заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ООО «<данные изъяты>» не выполнены работы, указанные в том числе в актах сдачи-приемки оказанных услуг к договору № № от ДД.ММ.ГГГГ, в части внесения рабочего раствора биопрепарата «нефтедеструктора» и препарата «<данные изъяты>» на общую сумму 17629450 рубля. (том № 6 л.д. 45-50) финансово-экономическое заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ООО «<данные изъяты>» не выполнены работы, указанные в том числе в актах сдачи-приемке оказанных услуг к договору № от ДД.ММ.ГГГГ, в части внесения рабочего раствора биопрепарата «<данные изъяты>» и препарата «<данные изъяты>» на общую сумму 1280 070 рублей. (том № 5 л.д. 220-226) финансово-экономическое заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно итоговой которого ООО «<данные изъяты>» не выполнены работы, указанные, в том числе в актах сдачи-приемке оказанных услуг к договору № от ДД.ММ.ГГГГ, в части внесения рабочего раствора биопрепарата «<данные изъяты>» и препарата «<данные изъяты>» на общую сумму 17142 330 рублей. (том № 6 л.д. 9-14) Все указанные исследованные судом документы, являющиеся письменными доказательствами, были изъяты на основании: протокола «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от ДД.ММ.ГГГГ и протокола изъятия предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым проведено обследование в ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, в ходе которого изъяты предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела (том № 6 л.д. 92-106, 107-109); постановления о проведении оперативно-розыскного мероприятия «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от ДД.ММ.ГГГГ в департаменте <данные изъяты> (том № 6 л.д. 111-112); протокола «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от ДД.ММ.ГГГГ и копия протокола изъятия предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым проведено обследование в <данные изъяты> по адресу: <адрес>, в ходе которого изъяты предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела (том № 6 л.д. 113-116, 117-120); которые на основании постановления о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от ДД.ММ.ГГГГ, были представлены органу предварительного следствия (том № 6 л.д. 76-91); протокола обыска от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого в помещении ООО «<данные изъяты>» изъяты предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела (том № 6 л.д. 55-61); протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в ООО «<данные изъяты>» изъяты предметы и документы имеющие значение для уголовного дела (том № 7 л.д. 80-84). Все изъятые предметы и документы по уголовному делу были осмотрены и признаны вещественными доказательствами, подтверждением чего служат: протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрены предметы и документы, представленные ДД.ММ.ГГГГ из УФСБ России по <адрес> полученные в ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий «Наведение справок», «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» ДД.ММ.ГГГГ в филиале <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ по месту фактического проживания ФИО1. по адресу: <адрес>; ДД.ММ.ГГГГ в ООО <данные изъяты>» по адресу: <адрес>; ДД.ММ.ГГГГ в ООО «<данные изъяты>»; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в ООО <данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> по адресу: <адрес> (том № 6 л.д. 127-254), которые были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 7 л.д. 1-52); протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ в ходе которого осмотрены предметы и документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки в офисных помещениях ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> (том № 7 л.д. 85-139,141-144), которые были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 7 л.д. 145-233); протокол осмотра предметов документов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрены лазерный диск CD-R диск, представленный <данные изъяты>, содержащий информацию о движении денежных средств по расчетным счетам <данные изъяты>; лазерный диска CD-R диска, представленный филиалом <данные изъяты> в <адрес>, содержащий информацию о движении денежных средств по расчетному счету ООО «<данные изъяты><данные изъяты>; выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО <данные изъяты>» <данные изъяты> №, выписки о движении денежных средств по лицевому счету ФИО59 №41, ДД.ММ.ГГГГ г.р. №, полученные в ответе на запрос № от ДД.ММ.ГГГГ из <данные изъяты>»; лазерный диск CD-R диск, представленный <данные изъяты> содержащий информацию о движении денежных средств по расчетным счетам <данные изъяты>» <данные изъяты>, ООО«<данные изъяты><данные изъяты>; лазерный диск CD-R диска, представленного <данные изъяты>, содержащий информацию о движении денежных средств по лицевым счетам ФИО59 №42 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО29 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО59 №39 ДД.ММ.ГГГГ.р. (том № 7 л.д. 68-71), которые были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ (т. 7 л.д. 74-75); протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен лазерный диск <данные изъяты>, представленный ПАО <данные изъяты>, <данные изъяты>", <данные изъяты>" в рамках исполнения постановления <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. На данном диске имеются файлы - "Информация о соединениях между абонентами и или абонентскими устройствами" в отношении ФИО59 №40, ФИО1., ФИО59 №41, ФИО59 №11, ФИО59 №3, ФИО59 №4, ФИО59 №5, ФИО59 №8, ФИО59 №32., ФИО59 №6, ФИО59 №34, ФИО39 Также указанный диск содержит информацию о местонахождение водителей ООО <данные изъяты>» не пределах <адрес> (том № 7 л.д. 53-63), которые были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ (т. 7 л.д. 65-67); протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрены предметы и документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска в жилище ФИО59 №42 по адресу: <адрес>; предметы и документы, изъятые в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>; предметов и документов, иъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска в помещении ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>; предметы и документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска в жилище ФИО59 №39 по адресу: <адрес>, предметы и документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска в жилище ФИО59 №42. по адресу: <адрес>; предметы и документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска в помещении ООО«<данные изъяты>» по адресу: <адрес> предметов и документов, изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска в жилище ФИО59 №41 по адресу: <адрес>, предметы и документы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки в помещении <данные изъяты> по адресу: <адрес> (том № 15 л.д. 1-245), которые были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 15 л.д. 246-250, т. 16 л.д. 1-36, 37-38); протокол осмотра предметов документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому жесткий диск <данные изъяты>, изъятый ДД.ММ.ГГГГ в ходе ОРМ «Обследование помещений, здании сооружений, участков местности и транспортных средств по адресу»: <адрес>, (рабочее место ФИО59 №1), произведенный с участием подозреваемого ФИО59 №1, в ходе которого в том числе осмотрены, документы составленные ФИО59 №1 отражающие фактическую поставку препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты> ООО «<данные изъяты>» в адрес ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» (том № 17 л.д. 78-86), которые были признаны вещественными доказательствами и приобщены к уголовному делу на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ (Том № 17 л.д. 87-88). Также суду были представлены процессуальные документы, свидетельствующие об установлении мест производства работ по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», являющиеся фактически местом происшествия, и в ходе осмотра которых были изъяты образцы грунта, а именно: протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами №№ СШ №№ ВД, на котором ООО «<данные изъяты>» должны были быть выполнены все необходимые работы в рамках заключенного с ООО «<данные изъяты>» договора № № от ДД.ММ.ГГГГ (том № 3 л.д. 157-162); протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами №№ СШ №№ ВД, на котором ООО «<данные изъяты>» должны были быть выполнены все необходимые работы в рамках заключенного с ООО «<данные изъяты>» договору № № от ДД.ММ.ГГГГ (том № 3 л.д. 163-168); протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами №№ СШ №№ ВД, на котором ООО «<данные изъяты>» должны были быть выполнены все необходимые работы в рамках заключенного с ООО «РН<данные изъяты>» договору № № от ДД.ММ.ГГГГ (том № 3 л.д. 169-174); протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами №№ СШ №№ ВД, на котором ООО «<данные изъяты>» должны были быть выполнены все необходимые работы в рамках заключенного с ООО «<данные изъяты>» договору № от ДД.ММ.ГГГГ (том № 3 л.д. 182-187); протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами №’’ СШ №№ ВД, на котором ООО <данные изъяты>» должны были быть выполнены все необходимые работы в рамках заключенного с ООО «<данные изъяты>» договору № от ДД.ММ.ГГГГ (том № 3 л.д. 188-193); протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами №№ СШ №№ ВД, на котором ООО «<данные изъяты>» должны были быть выполнены работы в рамках заключенного с ООО «<данные изъяты>» договору № № от ДД.ММ.ГГГГ (том № 3 л.д. 194-199); протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами №№ СШ №№ ВД, на котором ООО «<данные изъяты>» должны были быть выполнены работы в рамках заключенного с ООО «<данные изъяты>» договору № от ДД.ММ.ГГГГ (том № 3 л.д. 200-205). Также в обоснование вины подсудимого ФИО29 стороной обвинения были представлены следующие заключения экспертов и специалистов, проведённых, в том числе, и по образцам грунта, изъятого при осмотре мест происшествия, а именно: заключение почвоведческой экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно выводам, которого по поставленному вопросу 1: «имеются ли на объектах (в почве), указанных в договорах № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, следы нефтесодержащих отходов, если да, то каков их класс опасности и процент (доля) содержания нефти и нефтепродуктов, установлено следующее. В результате проведенного исследования в рамках исполнения договора № № от ДД.ММ.ГГГГ, «Ликвидация временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) установлено, что в десяти участках из одиннадцати выявлено превышение номратива по ДОСНП и указанного в техническом задании данного договора. НА участках № и № превышение норматива отмечено в слое почвы 0-5 см, в слое 5-20 см на участках №, в слое 20-30 см на участках №. Класс опасности по степени негативного воздействия на окружающую среду на участках № на участка №. На участке № превышений не выявлено. Наибольшее превышение норматива по ДОСНП отмечено на участках № он превышен 14,0 -29,4 раза, по остальным загрязненным участкам превышение в пределах 1,3 -2,7 раза. В результате проведенного исследования в рамках исполнения договора № № от ДД.ММ.ГГГГ, «Ликвидация временных шламонакопителей на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) установлено, что на участке выявлено превышение норматива по ДОСНП и указанного в техническом задании данного договора. Превышение номратива отмечено в слое почвы 0-5 и 5-20 см. Класс опасности по степени негативного воздействия на окружающую среду на данных участках – V. Превышение норматива в 1,3 2,1 раза соответственно. В результате проведенного исследования в рамках исполнения договора № № от ДД.ММ.ГГГГ, «Проведение работ по рекультивации ионозагрязненных земель» установлено, что в девяти пробных площадках из семнадцати выявлено превышение норматива по ДОСНП. На пробных площадках № превышение норматива отмечено в слое почвы 0-5 см, в слое 5-20 см на пробных площадках № в слое 20-30 см на пробных площадках 5, 10, 13,14. Класс опасности по степени негативного воздействия на окружающую среду на пробных площадках №, на пробных площадках №, где он превышен 9,9-17,0 раза, по остальным загрязненным участках превышение в пределах 1,4-1,7 раза. <адрес> пробной площадки 4,1 га, из них на 9 отмечено превышение норматива по ДОСНП, следовательно площадь, по этим пробным площадкам 37,1 га, что составляет 53% от всей площади участка по проведению рекультивации. Согласно Критериев требования по приемке рекультивированного участка: допустимая площадь с превышением нормативного значения (% от площади рекультивированного участка) – 10. В результате проведенного исследования в рамках исполнения договора № № от ДД.ММ.ГГГГ, «Ликвидация и последующая рекультивация технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>) установлено, что на двух участках из трех выявлено превышение норматива по ДОСНП и указанного в техническом задании данного договора. На участках № и № превышение норматива отмечено в слое почвы 5-20 см, на участке № в слое 20-30 см. Класс опасности по степени негативного воздействия на окружающую среду на данных участках – V. НА участке № превышений не выявлено. На участках № и № выявлено превышение нормативных показателей в 1,3 -1,4 раза. В результате проведенного исследования в рамках исполнения договора № № от ДД.ММ.ГГГГ, «Ликвидация и последующая рекультивация технологических амбаров на территории деятельности ООО <данные изъяты>» (<адрес>) установлено, что на четырех участках из пяти выявлено превышение норматива по ДОСНП и указанного в техническом задании данного договора. На участках № превышение норматива отмечено в слое почвы 5-20 см, на участке № в слое 20-30 см. Класс опасности по степени негативного воздействия на окружающую среду на данных участках – V. На участке № превышений не выявлено. На участках № выявлено превышение нормативных показателей в 3 -6,1 раз. По постановленному вопросу № 2: «Вносились ли на объектах (в почву), указанных в договорах № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ для обезвреживания нефтесодержащих отходов биоперпарат – <данные изъяты> и препарат «<данные изъяты>», если да, то в каком количестве и соответствует ли данный показатель, количеству предусмотренному в указанных договорах?» имеется ответ о том, что в область аккредитации <данные изъяты>» определение содержания нефтесодержащих отходов биопрепарат – <данные изъяты> и препарата «<данные изъяты>» не входит В виду отсутствия количественных показателей этих веществ в почве эксперт не может ответить на поставленный вопрос №». По поставленному вопросу № 3: «Соблюден ли срок годности микробиологичесского препарата – <данные изъяты>- ассоциация аборигенных микроорганизмнов (ТУ №) и гуминоминерального комплекса «<данные изъяты>» (ТУ №), примененных при производстве работ, на объектах в рамках договоров № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ имеется ответ: «В область аккредитации <данные изъяты>» определение срока годности нефтесодержащих отходов биопрепарат – <данные изъяты> и препарата «<данные изъяты>» не входит. В виду отсутствия данных показателей эксперт не может ответить на поставленный вопрос № 3». (том № 13 л.д. 25-161) Согласно заключения специалиста от ДД.ММ.ГГГГ №: по данным лабораторных исследований договор № № от ДД.ММ.ГГГГ был выполнен не в полном объеме, только выполнен на участке «Шлапонакопитель в районе скважины <адрес>». На остальных земельных участках поэтому договору рекультивация проводилась с нарушением технологии, так как не достигнуты указанные в проекте результаты, и остаточное количество нефтепродуктов в почве превышает норму. На участке «Шлаконакопитель в районе скважины <адрес>)» по результатам лабораторных исследований рекультивация не проводилась и препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» не применялись; условия по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ о ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), в соответствии с проектом, для достижения очистки объекта (почвы), можно считать не выполненными так как не достигнуты указанные в проекте результаты, остаточное количество нефтепродуктов превышает установленную норму в 4,0 г/кг в 1,3 и 2,1 раза. Так как препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» являются эффективными для проведения восстановления почвы и очистки ее от нефтепродуктов (и эта эффективность доказана) то в части достаточности их внесения (применения) в процессе выполнения работ по рекультивации можно сделать вывод о недостаточном объеме применения препаратов, либо о грубом нарушении технологи применения на участке «Шлаконакопиьтель в районе факела <адрес>»; площадь всего участка, на котором проводилась рекультивация согласно договору № №, (с учетом дополнительных соглашений к указанному договору: № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ) занимает площадь 70 га. Согласно проведенным лабораторным исследованиям на 58 % (41 га) данного участка выявлено фактическое загрязнение почвы нефтепродуктами (IV-V класса опасности) на различной глубине (от поверхности и до 30 см. глубиной), где загрязнение почвы превышает остаточную концентрацию нефтепродуктов 4-5 г/кг. Из чего можно заключить, что не на всей поверхности участка проводились работы по рекультивации, а на части участка не проводились совсем. Что касается возможного внесения препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» то судя по результатам рекультивации, на 28,8 га (41 %) данного участка препарат применялся недостаточно или с нарушением технологии, а на 12,3 га (17,6 %) участка не применялся совсем; в соответствии с договором № № от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом дополнительного соглашения к указанному договору: № № от ДД.ММ.ГГГГ) о ликвидации и последующей рекультивации технологических амбаров на территории деятельности ООО «<данные изъяты>» (<адрес>), в соответствии с проектом, для достижения очистки объекта (почвы), можно считать полностью выполненными работы только на участке № № «амбар в районе <адрес> так как в почвах участка не выявлено превышение по остаточному количеству нефтепродуктов. На остальных земельных участках № № по этому договору рекультивация проводилась с нарушением технологии, так как не достигнуты указанные в проекте результаты, остаточное количество нефтепродуктов в почве превышает норму. Так как препараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» являются эффективными для проведения восстановления почвы и очистки ее от нефтепродуктов (и эта эффективность доказана) то в части достаточности их внесения (применения) в процессе выполнения работ по рекультивации можно сделать вывод о недостаточном объеме применения препаратов, либо о грубом нарушении технологии применения на участках № №; по данным лабораторных исследований договор № № от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом дополнительных соглашений к указанному договору: № № от ДД.ММ.ГГГГ был выполнен не в полном объеме либо с нарушением технологии рекультивации (ремедиации) почвы участков, загрязненных нефтепродуктами. Так как препараты «<данные изъяты>» и <данные изъяты>» являются эффективными для проведения восстановления почвы и очистки ее от нефтепродуктов (и эта эффективность доказана) то в части достаточности их внесения (применения) в процессе выполнения работ по рекультивации можно сделать вывод о недостаточном объеме применения препаратов, либо о грубом нарушении технологии применения на участках №. (Том № 13 л.д. 189-226) Суд, оценивая приведённые заключения эксперта и заключения специалиста считает необходимым указать, что у суда не имеется оснований сомневаться в достоверности данных заключений, так как экспертиза и заключения специалиста были проведены в соответствии с действующим УПК РФ, лицами, обладающими соответствующими познаниями, и оснований сомневаться в компетенции эксперта и специалиста у суда не имеется. Доводы стороны защиты о том, что приведённые заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № № (т. 13 л.д. 25-161) и заключения специалиста от ДД.ММ.ГГГГ № № (т. 13 л.д. 189-226) не соответствуют требованиям законодательства и поэтому должны быть признаны недопустимыми доказательствами и исключены из перечня доказательств не являются обоснованными, так как представленные стороной защиты рецензии, названные заключением специалиста Специалист №3. от ДД.ММ.ГГГГ на имеющееся в материалах уголовного дела заключение специалиста от ДД.ММ.ГГГГ № № и заключение специалиста Специалист №3 от ДД.ММ.ГГГГ на заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № № проведённой почвоведческой экспертизы не могут быть приняты судом, так как эти заключения специалиста Специалист №3 не основаны на материалах дела, проведены без соблюдения порядка, установленного нормами УПК РФ, специалист при его проведении не предупреждался судом об уголовной ответственности пост. 307 УК РФ, выводы специалиста сделаны исходя из выборочного исследования объекта, не в полном объеме и в отсутствие заинтересованных лиц. Также специалист не наделен правом оценивать доказательства, поэтому заключения специалиста Специалист №3. не являются доказательством, так как сделанные специалистом выводы не отвечают целям, указанным в ст. 58 УПК РФ, для которых специалист привлекается к участию в уголовном деле, в связи с тем, что специалисты не вправе давать оценку представляемым сторонами доказательств, поскольку такую оценку вправе давать только суд. Предупреждение специалиста Специалист №3 самой себя от ответственности по ст. 307 УК РФ не соответствует требованиям, предъявляемым ст. 270 УПК РФ, поскольку суд разъясняет специалисту его права и предупреждает об ответственности. Аналогично суд оценивает представленные стороной защиты заключения специалиста Специалист №2 от ДД.ММ.ГГГГ № № в виде рецензии на имеющееся в материалах уголовного заключения специалиста от ДД.ММ.ГГГГ № № (т. 13 л.д. 189-226), от ДД.ММ.ГГГГ № № на заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № № (т. 13 л.д. 25-161) и от ДД.ММ.ГГГГ № № об экологическом состоянии земель до и после рекультивационных работ в рамках исполнения договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № № от ДД.ММ.ГГГГ, в силу чего суд не имеет возможности принять данные заключения как доказательства по уголовному делу. По этим же основаниям суд не считает возможным принять как доказательство невиновности подсудимого ФИО29 предоставленный стороной защиты «Акт экспертного заключения» от ДД.ММ.ГГГГ № № составленный <данные изъяты> по обращению ФИО59 №41 (свидетеля по данному уголовному делу), являющийся, по сути, также рецензией на заключение экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № №, проведённой экспертом Эксперт №1. При этом заказчик предоставил исполнителю по своему усмотрению ограниченные материалы, поставив при этом вопросы, относящиеся к оценке доказательств, что не предусмотрено действующим УПК РФ. Также не являются обоснованными доводы подсудимого ФИО29 о том, что заключение почвоведческой экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № №, проведённой экспертом Эксперт №1 необходимо признать недопустимым доказательством в силу того, что ранее этот эксперт предоставлял по договору с ООО «<данные изъяты>» услуги по проведению обследования почвы на содержание водорастворимых солей, что, по мнению стороны защиты, вызывает сомнение в незаинтересованности, независимости и объективности выводов при выполнении им как экспертом экспертизы по уголовному делу, и что ни Эксперт №1., ни Эксперт №2. не имеют аккредитацию на проведение указанных исследований, так как эти доводы ничем объективно не подтверждены, являются надуманными и оцениваются судом как способ избежать ответственности. Оценивая пояснения допрошенного по ходатайству стороны защиты в качестве специалиста Специалист №2. суд считает необходимым указать, что профессионализм специалиста не вызывает у суда сомнений и его доводы возможно и обоснованы, но эти доводы не имеют решающего значения, так как суд рассматривает уголовное дело, по которому подсудимый обвиняется в совершении мошенничества. Обстоятельства отбора проб грунта, места отбора проб, время и инструмент по отбору пробы важны, так же как и указание на приборы, используемые для измерений, но это важно, возможно, для выводов об экологической составляющей, а не для вывода о наличии или отсутствии состава преступления, предусмотренного статьёй 159 УК РФ. В силу указанного суд не считает обоснованными доводы стороны защиты, в том числе в виде пояснений специалиста о возможности признать недостоверными и не допустимыми заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, содержащиеся в материалах уголовного дела, проведённые в ходе предварительного следствия по назначению следователя. Более того, как уже отмечал суд, из показаний в судебном заседании подсудимого ФИО29 следует, что по технологии применяемой ими, то есть работниками ООО «<данные изъяты>», на всех земельных участках с разливами нефти, где проводилась рекультивация по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, а также по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ им приходилось выбирать грунт пропитанный нефтью иногда в глубину на несколько метров – «так, что не было видно трактор», а затем, после обработки грунта и возвращения его на место ими «сверху с соседних мест бульдозерами надвигался грунт «материнский», что было предусмотрено по технологии, что сверху насыпался грунт не тронутый с соседних участков, толщиной где-то 30 см.». Из указанного следует буквально, что изымаемый работниками ООО «<данные изъяты>» грунт пропитанный нефтью – с мест разлива, перевозился на полигон, где подвергался, или должен был подвергаться обработке, в том числе и с применением биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», затем очищенный якобы грунт возвращался на место где его выбрали и сверху засыпался чистым грунтом толщиной около 30 сантиметров с соседних участков, из чего следует, что в любом случае, при взятии проб грунта с глубин от 0 до 25 сантиметров, как указывают все эксперты и специалисты при использовании указанной ими методики, и даже до глубины 30 сантиметров на земельных участках подвергшихся рекультивации по указанным договорам, с большей долей вероятности никаких следов нефтезагрязнения обнаружено не будет. В тоже время, согласно заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 13 л.д. 25-161), нефтезагрязнения на земельных участках имелись. Более того, указанная методика получения проб грунта для определения на предмет нефтезагрянения применяется, как указывает, в том числе и предоставленный стороной защиты специалист Специалист №2, для «нефтезагрязненных земель», а не для земельных участков, подвергшихся рекультивации – то есть очистке, что подразумевает устранение нефтяных загрязнений, в силу чего этот земельный участок уже нельзя назвать «нефтезагрязнённым». Тем более с учётом показаний подсудимого ФИО29 о том, что переработанный ими, то есть якобы очищенный грунт засыпался сверху грунтом с соседних участков – «материнский грунт» на толщину 30-40 сантиметров, что об этом было прописано в технологии. То есть бульдозер загребает почву, которая не перерабатывалась, которая хорошая и выравнивает. А все анализы, которые брали 2 эксперта на стадии следствия, они брали почву грунта на расстоянии до 30 сантиметров, то есть фактически до грунта, который реально перерабатывался. Сделали они это, потому что технологию не знали. Из указанного также следует однозначный вывод, что проведение всех исследований и экспертиз грунта на предмет наличия нефтяного загрязнения после совершения указанных манипуляций становится бесполезным, так как выявить наличие нефтезагрязнения грунта отбирая пробы с глубины от 0 – то есть с поверхности, вплоть до 30 сантиметров, по мнению суда, практически невозможно или затруднительно. Пояснения в качестве специалиста Специалист №2 о том, что «разлив нефти если не внести препараты, а чем то закидать, перемешать, то этот нефтепродукт всегда выйдет наверх» не является убедительным, так как специалист не учитывает фактор того, что, как известно из других материалов уголовного дела, ООО «<данные изъяты>» активно использовало в своей работе по указанным договорам навоз – органическое удобрение в количестве более 10000 тонн, что по объёму может составить более 6000 кубических метров, как следует из других доказательств. При этом этот же специалист Специалист №2 утверждал, что он «автор навозной технологии» и «если использовать в биодеструкции навоз, то он должен использоваться один к одному. То есть одна часть нефтешлама или бурового шлама и одна часть навоза. Потому что там тоже есть своя структура, ее надо запустить, и меньшая концентрация может не сработать». Таким образом, возможное применение работниками ООО «<данные изъяты>» при исполнении обязательств по рекультивации земельных участков подвергшихся нефтезагрязнению по договорам с ООО <данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, а также по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ навоза – органического удобрения в количестве более 10000 тонн возможно и позволило каким-то образом очистить от нефти или, во всяком случае, не допустить, как указывает специалист Специалист №2, поднятие нефтепродукта наверх. В тоже время, согласно предоставленного стороной защиты копии акта проверки от ДД.ММ.ГГГГ №, составленного <данные изъяты> по результатам проведённой внеплановой выездной проверки ООО «<данные изъяты>», установлено следующее: «Общество при проведении работ по обезвреживанию отходов III-IV классов опасности на создаваемых им технологических площадках противофильтрационный экран не создавало, при выезде по договорам ДД.ММ.ГГГГ года на месторождение <адрес> по итогам анализа результатов отбора проб грунта с указанной площадки подготовлено заключение о содержании в грунте отходов животноводства, Общество при рекультивации технологического амбара использовало отходы животноводства. Технологическим регламентом применение отходов животноводства при проведении работ по обезвреживанию отходов III-IV классов опасности не предусмотрено. Согласно результатам отбора проб установлено превышение содержания нефтепродуктов в грунте технологических амбаров». Но все указанные доводы и размышления не имеют никакого значения, так как суду представлены доказательства неприменения возглавляемым подсудимым ФИО29 ООО «<данные изъяты>» биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» в объёме, указанном как в договорах № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, так в иной документации – отчётах, актах скрытых работ и актах сдачи-приёмки работ, предоставленных ООО «<данные изъяты>» о якобы применении данных препаратов в указанных в этих документах количествах, что, соответственно, указывает на хищение имущества – денежных средств ООО «<данные изъяты>» уплаченных за якобы использование этих препаратов. Также суд учитывает как доказательства виновности подсудимого ФИО29 пояснения специалиста Специалист №2 о том, что следов биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» по прошествии некоторого времени не найдут никогда, о том, что нужное количество культуральной среды разбавляется водой для равномерности внесения, о том, что на его взгляд невозможно нефтедеструктор, то есть культуральную среду выращивать на месте «просто подкармливая их ведром нефти», о чём утверждала как сторона защиты, так и свидетель ФИО59 №41, что это достаточно проблематично и сложно, особенно с учетом климата, потому что либо это будет очень жарко, либо это будет очень холодно и сроки хранения две недели, максимум месяц. Всё это указывает на вину подсудимого ФИО29 в сговоре с иными лицами именно на умысел и его активные действия по хищению денежных средств ООО «<данные изъяты>» путём обмана, а именно путём составления документов содержащих недостоверную, фиктивную информацию о применении при рекультивации земельных участков по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>» биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» и получения в дальнейшем денежных средств в размере стоимости этих препаратов. Суд оценивает доводы стороны защиты, в том числе показания подсудимого ФИО29 о его невиновности в совершении указанных преступлений как неискренние и необоснованные, имеющие своей целью избежать уголовной ответственности. В тоже время показания подсудимого ФИО29 являются противоречивыми не только другим доказательствам, но и его же показаниям как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного следствия. Так из показаний подсудимого ФИО29 о том, что в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 предложил ему должность директора, что в ДД.ММ.ГГГГ года он был принят ФИО59 №6 на должность директора, что производственные, финансово-хозяйственные и кадровые вопросы при исполнении обязанности директора в его обязанности фактически не входили, что он лично не участвовал в работах по исполнению договоров заключённых ООО «<данные изъяты>» с ООО «РН<данные изъяты>», никогда лично не выезжал на места производства работ по заключённым договорам и всеми работами на месте руководил ФИО59 №39 следует однозначный вывод о том, что должность подсудимого ФИО29 была номинальная и его деятельность на этой должности сводилась к изготовлению отчётной документации и заключалась в подготовке этой документации с целью предоставления её заказчику - ООО «<данные изъяты>» по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с целью получения денежных средств и затем их хищения, в том числе путём оформления кредитов от ООО «<данные изъяты>» на себя и иных работников. При этом номинальная деятельность подсудимого ФИО29 на должности директора указывает на его прямой умысел и его прямое участие в хищение денежных средств, получаемых от ООО «<данные изъяты>», так как именно он готовил необходимые документы, подписывал их зная, что в реальности не все работы были произведены и не были внесены биопрепараты «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» То обстоятельство, что подсудимый ФИО29 достоверно знал о том, что не все работы были произведены и не были внесены биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» подтверждается как показаниями свидетеля ФИО59 №1 и первоначальными признательными показаниями подсудимого ФИО29 о том, что он знал, что указанные препараты в действительности не вносятся и не используются, так и подтверждаются отсутствием необходимой документации, свидетельствующей о том, что биопрепарат «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты> привозились в <адрес> в необходимом для исполнения договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ объёмах, и о том, что возможно доставленного количества указанных биопрепаратов хватало для выполнения всех условий всех договоров. Показания подсудимого ФИО29 и допрошенных в качестве свидетелей ФИО59 №41, ФИО59 №40 о поставке в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» в концентрированном виде и о возможности разбавления этих препаратов водой до необходимого количества в сотни тонн из одного куба, не только не являются логичными, но и не подтверждены документально. Более того, указанными лицами оставлены без ответа вопросы суда о том, где они брали воду в необходимом для разбавления концентрата количестве, где производилось разбавление до нужной консистенции и почему отсутствуют документы, свидетельствующие о том, что вода в необходимом количестве где-то приобреталась. При этом очевидно, что поставщик биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» производитель ООО «<данные изъяты>», директором которого является допрошенный в качестве свидетеля ФИО59 №41, якобы доставляя в <адрес> края указанные препараты в концентрированном виде осуществлял продажу – поставку ООО «<данные изъяты>», где директором был подсудимый ФИО29, этих препаратов уже в готовом для применения виде, то есть на месте в <адрес> осуществлялся технологический процесс по приготовлению готовых к применению биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса <данные изъяты>». В тоже время никаких документов в подтверждение показаний указанных лиц об этом не имеется. Также и не имеется никаких доказательств того, что, как следует из показаний свидетеля ФИО59 №41 и подсудимого ФИО29, часть концентрата биопрепарата «<данные изъяты>» в количестве около половины привезённого объёма оставлялась и использовалась для увеличения концентрации путём «выращивания» этих специальных бактерий, содержащихся в этом препарате, при помощи добавления нефтяной жидкости и аэрации. Указанные обстоятельства, по мнению суда, являются также технологическим процессом и возглавляемое свидетелем ФИО59 №41 юридическое лицо - ООО «<данные изъяты>» получало прибыль за счёт производства и продажи этих концентратов или уже готовых препаратов, то есть осуществляло налогооблагаемую деятельность. При этом производство – это деятельность связанная с определёнными затратами, как минимум в виде приобретения воды для приготовления готового к применению раствора биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>». Показания же подсудимого ФИО29 о том, что воду в количестве более 3000 тонн где-то брали, возможно очищали, а возможно из расположенного неподалёку водного канала являются необоснованными, и не являются логичными, а являются способом избежать ответственности. Более того, как известно из показаний самого подсудимого ФИО29, он не вникал в работу возглавляемого им предприятия - ООО «<данные изъяты>», поэтому тем более не может отвечать и давать показания о работе другого юридического лица - ООО «<данные изъяты>», которое расположено в <адрес>. Его доводы о том, где могли брать воду для разбавления концентратов биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» являются ничем не подтверждёнными предположениями и оцениваются судом как способ избежать ответственности, тем более что эти доводы подсудимого появились только после вопросов, задаваемых судом свидетелям. Доводы же стороны защиты в виде показаний подсудимого ФИО29 о том, что всей работой в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах, в том числе и по разбавлению концентратов биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>», производителем которых являлось ООО «<данные изъяты>» осуществлял свидетель ФИО59 №39, который, как следует из всех представленных документов и из показаний всех лиц, не работал и не числился в ООО «<данные изъяты>», суд также оценивает как нелогичные и необоснованные, поэтому данные с целью избежать ответственности. При этом суд учитывает, что свидетель ФИО59 №1, являвшийся работником ООО «<данные изъяты>», и который мог и обязан был, а не свидетель ФИО59 №39, принимать концентрат препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», хранить их, разбавлять, выдавать приобретателям, не делал ничего из указанного, как следует из его показаний, по причине того, что ничего этого не происходило. Он занимался только оформлением документов о якобы поставках указанных биопрепаратов от ООО «<данные изъяты>» к ООО «<данные изъяты>» в тех количествах, которые было необходимо указать в документах и это количество было несопоставимо с реальными поставками якобы концентратов биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» в <адрес> края в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах из <адрес>. Также доказательством вины подсудимого ФИО29 в совершении указанных преступлений следует и основывающийся на показаниях подсудимого ФИО29 и свидетеля ФИО59 №41 логичный вывод о том, что если процесс получения концентрата биопрепарата «<данные изъяты>» настолько прост насколько они рассказывают, как дают об этом показания стороны, то зачем его вообще возить из <адрес> усложняя процесс и логистику, а не производить на месте. Представленные стороной защиты доказательства в виде транспортных накладных в подтверждение перевозки из <адрес> от ООО «<данные изъяты>» в <адрес> концентрата биопрепарата «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ году в количестве 1 тонны и аналогично в ДД.ММ.ГГГГ году 1 тонны не свидетельствуют, по мнению суда, по причинам указанным выше, что привезённого количества биопрепарата хватило для выполнения всех необходимых работ по указанным договорам. Также представленные стороной защиты доказательства в виде транспортных накладных в подтверждение перевозки из <адрес> от ООО «<данные изъяты>» в <адрес> биопрепарата «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ году в количестве, как указано в транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ препарата «<данные изъяты> (сухой) 5,98 тонны не подтверждают, по мнению суда, что это вещество было использовано при выполнении договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ и № № от ДД.ММ.ГГГГ, так как согласно представленных документов, в том числе и актов скрытых работ, указанный биопрепарат «<данные изъяты> вносился на рекультивируемые объекты ДД.ММ.ГГГГ в количестве более 161 тонн, то есть вносился раньше, чем был привезён. Для исполнения договора № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» якобы внесло на рекультивируемые объекты ДД.ММ.ГГГГ биопрепарат «<данные изъяты>» в количестве более 209 тонн при том, что согласно представленной стороной защиты транспортной накладной от ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> был доставлен препарат «<данные изъяты> в количестве 19,913 кубических метров. Все иные представленные стороной защиты транспортные накладные имеют даты ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ года, поэтому не имеют, по мнению суда, никакого отношения к рассматриваемому уголовному делу, так как ООО «<данные изъяты>» заключались договоры с ООО «<данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах. Кроме того, суд учитывает, что между указанными юридическими лицами имелись и другие договоры о рекультивации земель, где также, как указано в представленных документах, якобы использовались те же препараты «<данные изъяты> и «<данные изъяты>» в количествах более сотни тонн, но по которым сторона обвинения отказалась от обвинения ФИО29 Представленные стороной обвинения в качестве доказательств невыполнения ООО «<данные изъяты>» взятых на себя обязательств по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ и, соответственно, в качестве доказательств хищения подсудимым ФИО29 денежных средств ООО «<данные изъяты>» транспортные накладные о поездках автомобилей из <адрес> в <адрес> с целью перевозки биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» и показания свидетелей ФИО59 №4, ФИО59 №5, ФИО59 №3, указанных в этих документах как водители транспортных средств, о том, что такие поездки ими не осуществлялись, суд оценивает как доказательство противоправной деятельности подсудимого ФИО29, так как указанные письменные доказательства – транспортные накладные, составленные на не осуществлённые поездки, подтверждают намерение придать законность своим действиям, в том числе намерение подтвердить перевозку необходимого для выполнения условий указанных договоров количества биопрепаратов <данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Оценивая представленные стороной обвинения вещественные доказательства в виде товарно-транспортных накладных, где грузоотправителем указано ООО «<данные изъяты>», а грузополучателем ООО «<данные изъяты>» суд считает необходимым указать, что указание в них о перевозке, например при исполнении ООО «<данные изъяты>» обязательств по договору № ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ за ДД.ММ.ГГГГ, гумино-минерального комплекса «<данные изъяты> в количестве 17,24 тонны и 12,39 тонны, затем ДД.ММ.ГГГГ его же в количестве 9,18 тонн и 24,67 тонны, как и в остальных подобных документах не являются логичными, так как количество якобы перевезённых препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» указывалось расчётное без реального взвешивания и измерения объёма, что указывает на недействительность этих сведений. При этом согласно сведений, содержащихся во всех товаро-транспортных накладных, где грузоотправителем указано ООО «<данные изъяты>», а грузополучателем ООО «<данные изъяты>», по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ было якобы перевезено биопрепарата «<данные изъяты> 83,77 тонны, гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» 161,12 тонны, по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ было якобы перевезено биопрепарата «<данные изъяты>» 1,5 тонны, гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» 1,80 тонны, по договору № от ДД.ММ.ГГГГ было якобы перевезено биопрепарата «<данные изъяты>» 27,96 тонны, гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» 209,51 тонны, а также по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ было якобы перевезено биопрепарата «<данные изъяты>» 63,65 тонны, гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» 122,39 тонны и по договору № от ДД.ММ.ГГГГ было якобы перевезено биопрепарата «<данные изъяты>» 5,0 тонн, гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» 37,57 тонны. Стороной защиты были представлены копии приказов о направлении работника в командировку, путевые листы транспортные накладные (т. 36 л.д. 58-94), свидетельствующие о том, что ДД.ММ.ГГГГ также на автомобиле <данные изъяты> под управлением водителя ФИО59 №35 был перевезён биопрепарат «<данные изъяты>» в количестве 1,000 метров кубических, ДД.ММ.ГГГГ из <адрес> в <адрес> на автомобиле <данные изъяты> под управлением водителя ФИО59 №35 был перевезён биопрепарат «<данные изъяты>» в количестве 1,000 метров кубических, и ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле <данные изъяты> под управлением водителя ФИО40 был перевезён биопрепарат «<данные изъяты>» в количестве 1,000 метров кубических. Также были представлены транспортные накладные о перевозке ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле <данные изъяты> под управлением водителя ФИО59 №38 гумино-минерального комплекса «<данные изъяты> в количестве 22 метра кубических, ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле <данные изъяты> под управлением водителя ФИО59 №37 раствора «<данные изъяты> в количестве 19,913 кубических метра, ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле <данные изъяты> под управлением водителя ФИО41 был перевезён гумино-минеральный комплекс «<данные изъяты> (сухой)» и биопрепарат «<данные изъяты> всего в количестве 5,98 тонн, ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле <данные изъяты> под управлением водителя ФИО59 №36 гумино-минерального комплекса «<данные изъяты> в количестве 19,913 кубических метра. Оценивая указанные документы, их копии, и сопоставляя их с иными исследованными документами (Сшив товарно-транспортных накладных и актов приема – передачи товарно-материальных ценностей покупателем ООО «<данные изъяты>» от продавца ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) суд считает необходимым указать, что суду стороной защиты представлены копии транспортных накладных, место нахождение подлинников не известно, но их содержание в целом соответствует показаниям свидетелей – водителей ФИО59 №36, ФИО59 №37, ФИО59 №35 и ФИО59 №38 о совершённых ими поездках из <адрес> в <адрес> края и о перевозимых ими грузах. В тоже время значительная часть грузов возможно и была перевезена ещё до заключения ООО «<данные изъяты>» договоров № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>», что не может быть судом принято как доказательство поставок биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» для возможности исполнения возглавляемого подсудимым ФИО29 предприятия указанных договоров с ООО «<данные изъяты>». Кроме того, согласно этих же документов биопрепарат «<данные изъяты>» в ДД.ММ.ГГГГ году был привезён один раз в количестве 1,000 метров кубических ДД.ММ.ГГГГ, а в ДД.ММ.ГГГГ году также один раз ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается и показаниями свидетеля ФИО59 №1 При этом согласно актов скрытых работ и актов сдачи-приёмки работ, указанный биопрепарат использовался ООО «<данные изъяты>», то есть якобы отгружался от ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в количестве 148,92 тонны, то есть более чем через 4 месяца после якобы его поставки – перевозке в <адрес>. Также согласно этих же документов, «<данные изъяты>» возможно и привозили в ДД.ММ.ГГГГ года ещё один раз, но уже получается после того, как он якобы был использован в ДД.ММ.ГГГГ года. Также согласно представленных тех же документов, гумино-минеральный комплекс «<данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году был привезён в <адрес> в начале ДД.ММ.ГГГГ года, а согласно актов работ он был использован ДД.ММ.ГГГГ и в количестве 0,9 тонны ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ году, как следует из представленных документов и из показаний свидетелей, биопрепарат «<данные изъяты> в количестве 1,00 кубический метр и гумино-минеральный комплекс «<данные изъяты>» в количестве 19,913 кубических метров были доставлены в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ года, но использованы они якобы были в августе и в ДД.ММ.ГГГГ года в объёмах более чем в 10 раз превышающих поставку. При этом из показаний свидетелей известно, что никто разведением препаратов не занимался, вода для этого не использовалась, документы составлялись фиктивные, а препараты привозились для фотоотчёта. Всё это указывает на недостоверность и фиктивность сведений об использовании биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» исполнителя по договорам ООО <данные изъяты>» под руководством подсудимого ФИО29, что указывает, в свою очередь, на умысел подсудимого на кражу чужого имущества – денежных средств у заказчика ООО «<данные изъяты>». Не являются обоснованными также и доводы подсудимого о том, что не имеется документов, подтверждающих оплату ООО «<данные изъяты>» за использованные ими (ООО <данные изъяты>») биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>»», что такие документы никогда не предъявлялись и никогда заказчиком не оплачивались, что документы – путевые листы о направлении автомобилей и водителей из <адрес> в <адрес> никогда не предъявлялись заказчику - ООО «<данные изъяты>», и по ним никогда никакая оплата не проходила, так как договорами № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ не была предусмотрена оплата перевозки биопрепаратов, или их поставка, или иные действия связанные с этим, так как указанными договорами была предусмотрена оплата произведённой работы по рекультивации земель, что подразумевало оплату всей работы, в которую входили и оплата самих биопрепаратов «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>», их доставка и работы по внесению препаратов на месте. В договорах № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ и приложениях к ним не указано на обязанность исполнителя - ООО «<данные изъяты>» предоставлять заказчику - ООО «<данные изъяты>» документы о перевозке или о получении от третьих лиц необходимых для исполнения указанных договоров материалов, компонентов или иных услуг. Заказчик – в данном случае потерпевшее юридическое лицо ООО «<данные изъяты>», которое в ДД.ММ.ГГГГ года сменило название на ООО «<данные изъяты>», произвёл оплату в комплексе за все работы, которые подразумевали в том числе и доставку необходимых материалов, их перевозку, и конечно работу по применению этих компонентов для достижения целей указанных в договорах. При этом обязанность применения биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» была предусмотрена технологией рекультивации земель. В тоже время сами по себе письменные доказательства - путевые листы о направлении автомобилей и водителей из <адрес> в <адрес>, содержащие в себе сведения о якобы осуществленных поездках и соответственно перевозках этих препаратов, являются доказательствами как совершения ФИО29 и иными лицами указанных выше преступлений, так и подготовки к осуществлению указанных преступлений с целью придать видимость законности и правомерности всем противоправным действиям как ФИО29, так и иных лиц. Указанные выше показания подсудимого о черновых вариантах, о документах, которые не относятся к работам и к договорам, а также о направлении «работников в космос за лунным грунтом», суд оценивает как пространные рассуждения с целью ввести суд в заблуждение относительно сути рассматриваемого уголовного дела. Из показаний подсудимого ФИО29 следует, что всей работой руководил и фактически всё делал свидетель ФИО59 №39, а также присутствовали водители, разнорабочие, представители заказчика, о чем всегда составлялся акт скрытых работ, что указывает, по его мнению, на открытость проводимых работ, еженедельный контроль и поэтому у него не было сомнения в том, что работы выполняются в полном объеме и своевременно. Однако данные доводы опровергаются тем, что не имеется никаких доказательств тому, что все необходимые работы по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ были произведены, так как кроме показаний подсудимого иных доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, суду не представлены. Из материалов уголовного дела неизвестно, каким образом осуществлялись все необходимые работы, такие как разведение (добавление воды в концентрат) на месте получения концентратов биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>», размещение (внесение) жидких препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» на объектах неизвестно, равно как и неизвестно каким образом осуществлялись иные работы, такие как выемка грунта, распределение иных вносимых, якобы, минеральных и органических удобрений (карбамид, аммофос, калийную селитру). В тоже время отсутствие таких доказательств не свидетельствует о том, что работы по выемке грунта, внесению, якобы, минеральных и органических удобрений (карбамид, аммофос, калийная селитра), высев семян растений по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ не производились, а значит и не выполнялись все условия этих договоров, поэтому суд считает доказанным только невыполнение условий указанных договоров в части невнесения в необходимых количествах предусмотренных проектом биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» и, соответственно, хищения денежных средств в размере стоимости указанных препаратов. В силу указанного, оценивая представленные доказательства, суд считает необходимым исключить из обвинения ФИО29 стоимость остальных работ и затрат, так как очевидно, что работа велась, но не в полном объёме и достоверно установлен (доказан) только ущерб в размере стоимости биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>», которые, что очевидно, не были использованы при выполнении ООО «<данные изъяты>» работ по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «<данные изъяты>». Также о невозможности установления ущерба в размере стоимости каждого из указанных договоров свидетельствует и заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, из которого следует, что на двух участках из трех выявлено превышение норматива по ДОСНП и указанного в техническом задании договора № от ДД.ММ.ГГГГ, что означает, что какие-то работы велись, но нормативы, предусмотренные договорами, достигнуты не везде. Утверждать, что договор полностью не исполнен, по мнению суда, не имеется возможности. Именно поэтому, по мнению суда, невозможно определить ущерб в размере стоимости всего договора, тогда как имеются прямые доказательства только хищения денежных средств в размере стоимости предусмотренных проектами биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты> Доводы подсудимого ФИО29 о том, что не имеется доказательств того, что именно он похитил денежные средства в размере стоимости биопрепаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», которые не были внесены в соответствии с проектом рекультивации земель по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, не являются обоснованными, и являются способом защиты, так как именно он - подсудимый ФИО29 являясь в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годах директором ООО «<данные изъяты>», достоверно зная о том, что указанные биопрепараты не поставляются, не используются, а весь документооборот по этим биопрепаратам фиктивен, участвовал в составлении этих фиктивных документов, подписывал все необходимые акты о якобы использовании биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» и передавал их заказчику - ООО «<данные изъяты>» в целях последующего получения от указанного юридического лица денежных средств за фактически не сделанную работу. Именно эти действия подсудимого ФИО29 и образуют в его действиях состав преступления, предусмотренный статьёй 159 УК РФ – то есть хищение чужого имущества путём обмана, так как возглавляемое им юридическое лицо получало денежные средства за не сделанную работу, что и является хищением. А обстоятельства расходования этих денежных средств, и получал ли лично ФИО29 эти денежные средства или нет, не имеют решающего значения для состава преступления, так как оно окончено с момента получения ООО «<данные изъяты>» на свои счета денежных средств от заказчика - ООО «<данные изъяты>» за фактически не сделанную работу, за неиспользованные препараты. Также из представленных доказательств известно, и подтверждено самим подсудимым, что он получал в кассе предприятия ООО «<данные изъяты>» денежные средства в виде займов, которые он не возвращал, что также косвенно указывает на хищение путём распоряжения денежными средствами, полученными в результате хищения, по своему усмотрению. В силу указанного в действиях подсудимого ФИО29 не имеется признака пособничества в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33 УК РФ, о чём он указывал в суде апелляционной инстанции, так как его преступные действия были совершены в составе группы лиц по предварительному сговору и он являлся соисполнителем преступления. Также не являются обоснованными доводы подсудимого ФИО29 о том, что только документами можно подтвердить работы и внесение биопрепарата «<данные изъяты>» и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>», к чему относятся и представленные им «Отчёты о выполненных работах по договору» с приложенными фотографиями, так как имеющиеся доказательства свидетельствуют как раз об обратном, о том, что документы составлялись, и, как известно из показаний свидетелей, проводилось постановочное фотографирование одного и того же места с нескольких ракурсов, а работы по внесению биопрепарата «<данные изъяты> и гумино-минерального комплекса «<данные изъяты>» фактически не выполнялись, что и является составлением фиктивных документов, то есть документов содержащих недостоверные сведения. Именно это и является предметом доказывания по уголовному делу, в противном случае необходимости в возбуждении уголовного дела и его расследовании не имелось бы. Доводы подсудимого ФИО29 о том, что признательные показания им были даны под давлением сотрудников полиции, а также потому, что им было заключено досудебное соглашение и он рассчитывал на мягкое наказание суд оценивает как способ избежать ответственности за совершённые преступления, так как признательные показания подсудимый давал неоднократно в присутствии защитника как при его допросе в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ (т. 11 л.д. 214-224), ДД.ММ.ГГГГ (т.14 л.д. 51-77), так и в качестве обвиняемого ДД.ММ.ГГГГ (т. 14 л.д. 180-189) и ДД.ММ.ГГГГ (т. 14 л.д. 190-194), и после разъяснения ему права отказаться от дачи показаний и возможности использования его показаний в качестве доказательств. При этом он действительно сразу заявлял о согласии с подозрением и о желании заключить досудебное соглашение и дать показания после заключения с ним такого соглашения, которое с ним и было заключено, и от которого он в суде апелляционной инстанции отказался. Однако заключение подсудимым досудебного соглашения не может расцениваться как возможность давать любые, не соответствующие действительности показания. Также по доводам подсудимого ФИО29 о применении к нему сотрудниками полиции какого-то насилия была проведена проверка, по итогам которой ДД.ММ.ГГГГ было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в виду отсутствия события преступления, то есть эти доводы подсудимого ничем объективно не подтверждены и являются способом избежать ответственности. В силу указанного, доказательствами вины подсудимого ФИО29 являются, в том числе его показания, подтверждённые другими исследованными судом доказательствами, о том, что ФИО59 №1 ему сказал, что фактически указанные препараты при выполнении работ не применяются, так как фактически их поставка не осуществляется, поставка оформляется лишь документально, о том, что у него был разговор с ФИО59 №39, о том почему фактически не осуществляется поставка препаратов «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>», на что получил ответ не лезь куда не надо, занимайся бумажками, о том, что разговаривал непосредственно с ФИО1., на что тот ему сказал, что не переживай все будет хорошо и он попросил ФИО1., чтобы ООО «<данные изъяты>» не принимало участие в таких поставках, на что ФИО1. сказал не переживай. Также от ФИО59 №1, ему стало известно, что на территорию асфальтового завода никаких поставок указанных препаратов с ООО «<данные изъяты>» не осуществляется, ни в ДД.ММ.ГГГГ ни в ДД.ММ.ГГГГ году в объеме указанном в документах указанные препараты не завозились. Соответственно ФИО59 №39 ничего не получал и в почву не вносил. Также не являются обоснованными доводы стороны защиты о том, что уголовное дело № было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ за пределами срока, предусмотренного ст. 144 УПК РФ, так как ничем объективно не подтверждены. В постановлении о возбуждении уголовного дела указаны повод и основания для возбуждения уголовного дела. В материалах уголовного дела не имеется документов, подтверждающих доводы стороны защиты, рассматриваемое судом уголовное дело в отношении подсудимого ФИО29 было выделено из другого уголовного дела, и обвинение по этому эпизоду подсудимому ФИО29 не предъявлялось и поэтому не являлось предметом данной судебной проверки. Имеющиеся в материалах уголовного дела документы подтверждают, что уголовные дела о хищениях по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ были возбуждены в соответствии с требованиями УПК РФ, в предусмотренные сроки, о чём свидетельствуют копии постановлений о возбуждении уголовных дел по каждому эпизоду, а также копия рапорта об обнаружении признаков преступления и копии заявлений представителя ООО «<данные изъяты>» (т. № 1 л.д. 46), (т. № 1 л.д. 47), (т. № 1 л.д. 51), (т. № 1 л.д. 52), (т. № 1 л.д. 27), (т. № 1 л.д. 28). При этом в данных документах указано, что преступление - хищение денежных средств было совершено путём не использования при выполнении работ по договорам препаратов <данные изъяты> и <данные изъяты>, что совпадает с выводом суда о наличии в действиях подсудимого ФИО29 хищения денежных средств в размере стоимости этих препаратов. Обвинение подсудимому ФИО29, являющемуся адвокатом с ДД.ММ.ГГГГ (т. 14 л.д. 119, 128), то есть после возбуждения уголовного дела, в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 488 УПК РФ, предъявлено ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного управления <данные изъяты> (т. 25 л.д. 48-96). В силу требований ст.17 УПК РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Оценивая в соответствии с ч. 1 ст. 88 Уголовно-процессуального кодекса указанные выше исследованные доказательства, представленные стороной обвинения, суд считает необходимым указать, что стороной обвинения представлены допустимые, достоверные и относимые доказательства, которые в своей совокупности являются достаточными для вывода о виновности ФИО29 в совершении указанных выше преступлений и квалификации его действий в соответствии с требованиями Уголовного кодекса Российской Федерации. В силу указанного суд считает доказанной вину подсудимого ФИО29 в совершении хищения путём обмана денежных средств принадлежащих ООО «<данные изъяты>», впоследствии изменившим название на ООО «<данные изъяты>», по договорам № № от ДД.ММ.ГГГГ, № № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ. заключенным между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>». Также суд считает необходимым указать, что умысел подсудимого ФИО29 был направлен на совершение каждого из указанных преступлений отдельно, так как невозможно было заранее знать или предположить сколько договоров будет заключено ООО «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>» на рекультивацию и обезвреживание земель, так как заключению каждого договора предшествовало объявление специального конкурса, о чём поясняли стороны. Таким образом, действия подсудимого ФИО29, по эпизоду хищения денежных средств по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ подлежат квалификации по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершённое группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. Действия подсудимого ФИО29, с учётом размера причинённого ущерба, по эпизоду хищения денежных средств по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ подлежат квалификации по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершённое группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. Действия подсудимого ФИО29, с учётом размера причинённого ущерба, по эпизоду хищения денежных средств по договору № от ДД.ММ.ГГГГ подлежат квалификации по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершённое группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. Совершенные преступления относятся к категории тяжких преступлений. Из исследованных в судебном заседании материалов уголовного дела, характеризующих личность подсудимого, следует, что ФИО29 <данные изъяты> Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО29 по каждому из инкриминируемых преступлений, в соответствии с пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд признает активное способствование раскрытию и расследованию преступлений в ходе предварительного следствия. В соответствии с частью 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве смягчающих наказание обстоятельств по всем преступлениям, суд признает наличие у ФИО29 несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья ФИО29 (т. 32 л.д. 132) Обстоятельств, предусмотренных статьёй 63 УК РФ, отягчающих наказание ФИО29 по всем преступлениям, не имеется. С учетом данных о личности ФИО29, характера, степени общественной опасности совершенных им преступлений и обстоятельств дела, суд не находит оснований для применения в отношении него положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, по делу не установлено. Также в соответствии с пунктом 6.1 части 1 статьи 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд не находит снований для применения в отношении ФИО29 положений части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации о возможности изменения категории преступления на менее тяжкую, так как о применении такой возможности не свидетельствуют фактические обстоятельства преступления. При назначении наказания подсудимому, в соответствии со статьями 43 и 60 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ФИО29 преступлений, личность виновного, его поведение во время совершения преступлений, цели восстановления социальной справедливости, исправления, предупреждения новых преступлений, обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Также при назначении наказания ФИО29 по всем эпизодам совершённых преступлений суд учитывает требования части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, так как в действиях ФИО29 имеется смягчающее обстоятельство, предусмотренное пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации. С учётом изложенного и в соответствии с требованиями о справедливости наказания (статья 6 Уголовного кодекса Российской Федерации), суд считает необходимым назначить ФИО29 за каждое из совершённых указанных преступлений наказание в виде лишения свободы, как наиболее отвечающее требованиям справедливости, предупреждения новых преступлений, влияния назначенного наказания на исправление осужденного. В тоже время суд не считает возможным назначить ФИО29 по каждому преступлению дополнительные наказание в виде штрафа и ограничения свободы, так как основного наказания суд считает достаточным для исправления подсудимого. Оснований для применения при назначении наказания положений статьи 73 УК РФ о назначении условного наказания и исправления осужденного без реального отбывания наказания суд не усматривает в виду обстоятельств совершения преступления и отсутствия для этого оснований. В соответствии с пунктом «б» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначаемое ФИО29 наказание подлежит отбыванию в исправительной колонии общего режима. Окончательное наказание ФИО29 подлежит назначению в соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного сложения назначаемых наказаний. В соответствии пунктом «б» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания подсудимого ФИО29 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Рассматривая гражданский иск потерпевшего ООО «<данные изъяты>» суд считает необходимым указать, что так как суд пришёл в выводу о виновности ФИО29 в совершении преступления в отношении указанного юридического лица и до настоящего времени причинённый ущерб не возмещён, то иск подлежит удовлетворению на сумму причинённого ущерба по каждому из эпизодов совершённых преступлений. Иск ООО «<данные изъяты>» в остальной части удовлетворению не подлежит. Судьбу вещественных доказательств по делу, суд разрешает в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. На основании изложенного и руководствуясь статьями 302, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд приговорил: признать ФИО29 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду хищения денежных средств по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ) и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок четыре года. Признать ФИО29 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду хищения денежных средств по договору № № от ДД.ММ.ГГГГ) и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок три года девять месяцев. Признать ФИО29 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду хищения денежных средств по договору № от ДД.ММ.ГГГГ) и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок четыре года. В соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации окончательное наказание ФИО29 назначить путем частичного сложения назначенных наказаний, назначив ему наказание в виде лишения свободы на срок пять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Меру пресечения в отношении ФИО29 изменить с подписки о невыезде на заключение под стражу, взяв под стражу в зале судебного заседания. Срок отбывания наказания ФИО29 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии пунктом «б» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания ФИО29 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Гражданский иск ООО «<данные изъяты>» удовлетворить частично. Взыскать с ФИО29 в пользу ООО «<данные изъяты>» в счёт возмещения материального ущерба 36051850 (тридцать шесть миллионов пятьдесят одну тысячу восемьсот пятьдесят) рублей. Вещественные доказательства по делу: - <данные изъяты> - хранящиеся в камере хранения Буденновского городского суда Ставропольского края, хранить до принятия итогового решения по основному уголовному делу из которого было выделено уголовное дело в отношении ФИО29 Приговор может быть обжалован и опротестован в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Буденновский городской суд Ставропольского края в течение пятнадцати дней со дня провозглашения, а осужденному, содержащемуся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Судья: подпись А.Д. Яроцкий Подлинник приговора хранится в материалах уголовного дела № 1-2/2024 в Буденновском городском суде Ставропольского края. Судьи дела:Яроцкий Александр Дмитриевич (судья) (подробнее)Последние документы по делу:Приговор от 7 ноября 2024 г. по делу № 1-153/2023 Апелляционное постановление от 21 сентября 2023 г. по делу № 1-153/2023 Приговор от 4 августа 2023 г. по делу № 1-153/2023 Приговор от 13 июля 2023 г. по делу № 1-153/2023 Приговор от 29 июня 2023 г. по делу № 1-153/2023 Приговор от 19 июня 2023 г. по делу № 1-153/2023 Судебная практика по:По мошенничествуСудебная практика по применению нормы ст. 159 УК РФ |
