Апелляционное определение № 33-1796/2026 от 27 апреля 2026 г.

УИД: 05RS0030-01-2025-000408-20

номер дела в суде первой инстанции № 2-275/2025

номер дела в суде апелляционной инстанции № 33-1796/2026

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2026 года город Махачкала

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего Загирова Н.В.,

судей Голубковой А.А., Минтемировой З.А.,

при секретаре судебного заседания Дибировой М.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Стройсервис-УМ», ФИО2, индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка, применении последствий недействительности сделок, признании права собственности в порядке наследования на земельный участок, по апелляционной жалобе представителя истца по доверенности ФИО4 на решение Кумторкалинского районного суда Республики Дагестан от 22 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Дагестан Минтемировой З.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Стройсервис-УМ», ФИО2, ИП ФИО3, и с учетом дополнения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просила признать недействительной (ничтожной) сделку - договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> километрах от села, заключенный 12 августа 2011 года между ФИО19 и ООО «Стройсервис-УМ»; применить последствия недействительности сделки, обязать Управление Росреестра по Республике Дагестан внести запись в ЕГРП о погашении записи (актуальная запись подраздела II-1 ЕГРП погашается в соответствии с пунктом 63 раздела VI Правил ведения ЕГРП) о праве собственности ООО «Стройсервис-УМ» на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> от села; признать недействительной (ничтожной) сделку - договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 05:50:000051:365, площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> от села, заключенный 19.05.2014г. между ООО «Стройсервис-УМ» и ФИО2; применить последствия недействительности сделки, обязать Управление Росреестра по Республике Дагестан внести запись в ЕГРП о погашении записи (актуальная запись подраздела II-1 ЕГРП погашается в соответствии с пунктом 63 раздела VI Правил ведения ЕГРП) о правах собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: Республика Дагестан, Кумторкалинский район, с. Коркмаскала, в местности «Гиччи-Хум», в 2-х километрах от села; признать право собственности ФИО1 в порядке наследования по закону на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 100 000 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> в 2-х километрах от села.

В обоснование заявленных требований указано, что 8 октября 1966 года заключен брак между ФИО5 и ФИО1

19 марта 2013 года ФИО5 умер.

После смерти супруга ФИО1 вступила в наследство 19 июня 2014 года, о чем нотариусом Кумторкалинского нотариального округа ФИО6 возбуждено наследственное дело и выдано свидетельство о праве на наследство по закону на квартиру по адресу: <адрес>.

29 августа 2023 года, после повторного обращения к нотариусу Кумторкалинского нотариального округа ФИО6 с просьбой установить иную недвижимость, права на которую возможно зарегистрированы за умершим ФИО5, ей стало известно о наличии арендованного её супругом у администрации МО «сельсовет Коркмаскалинский» земельного участка с кадастровым номером №, с номером регистрации в ЕГРН №, площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> в 2-х километрах от села. Право собственности ФИО5 на указанный земельный участок прекращено 17 августа 2011 года.

Нотариусом установлено, что 12 августа 2011 года ФИО5 заключил договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> километрах от села, в пользу ООО «Стройсервис-УМ».

Далее, 19 мая 2014 года ООО «Стройсервис-УМ» заключило договор купли-продажи указанного земельного участка в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. О факте наличия в собственности умершего супруга указанного выше земельного участка, факте продажи 12 августа 2011 года супругом ФИО5 земельного участка в пользу ООО «Стройсервис-УМ», факте продажи 19 мая 2014 года ООО «Стройсервис-УМ» земельного участка в пользу ФИО2, о месте нахождения спорного земельного участка и его кадастровом номере наследнице ФИО1 ранее, до момента получения от нотариуса Кумторкалинского районного нотариального округа ФИО6 справки за исх. № 57 от 14 ноября 2023 года, не было известно.

При удостоверении сделки продажи супругом ФИО5 12 августа 2011 года земельного участка в пользу ООО «Стройсервис-УМ», нотариусом не оформлено и не отобрано письменное согласие супруги ФИО1 на совершение ФИО5 сделки по продаже супругом 12 августа 2011 года земельного участка в пользу ООО «Стройсервис-УМ».

Считает, что отсутствие письменного согласия супруги ФИО1 на заключение её супругом сделки является основанием для признания указанной выше сделки недействительной (ничтожной).

Указывает, что супруг истца ФИО5 никогда не посвящал жену в свои планы по заключению обжалуемого договора купли-продажи от 12 августа 2011 года земельного участка с кадастровым номером №, и он не ставил в известность супругу о наличии в его собственности указанного земельного участка, о его месте нахождения, о наличии факта государственной регистрации права собственности на спорный земельный участок.

В договоре аренды земельного участка № 5 от 8 июля 2011 года отсутствует условие запрета перехода права наследования по закону аренды земельного участка после смерти арендатора его супруге ФИО1, а значит, наследница имеет право на наследование права аренды земельного участка с кадастровым номером №, то есть право на заключение с арендодателем - администрацией МО «сельсовет Коркмаскалинский» нового договора аренды от своего имени.

Вместе с тем, на земельном участке ответчиком ИП ФИО3 производится разработка месторождения общераспространенных полезных ископаемых (песка) в соответствии с лицензией на недропользование. Между ответчиком ФИО2 и ИП ФИО3 заключен краткосрочный договор аренды на разработку и вывоз строительного песка на земельном участке, площадью 100 000 кв.м., с кадастровым номером №, сроком менее 12 месяцев.

Решением Кумторкалинского районного суда Республики Дагестан от 22 сентября 2025 года постановлено:

«В удовлетворении исковых требований представителя истца ФИО1 по доверенности и ордеру ФИО4 к ООО «Стройсервис-УМ», ФИО2, индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании недействительными (ничтожными) договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> в 2-х километрах от села, заключенный 12.08.2011 между ФИО5 и ООО «Стройсервис-УМ», договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, заключенный 19.052014 между ООО «Стройсервис-УМ» и ФИО2, применении последствий недействительности сделок и признании права собственности истца на спорный земельный участок в порядке наследования по закону, отказать».

В апелляционной жалобе представителя истца по доверенности ФИО4 ставится вопрос об отмене решения суда, принятии по делу нового решения.

По доводам жалобы, суд отказал в удовлетворении требований лишь по тем основаниям, что с иском истец обратился 11 октября 2024 года, то есть за пределами 10-летнего срока давности, независимо от даты, когда истец узнал о нарушении своего предполагаемого нарушенного права, и что срок исковой давности, предусмотренный частью 2 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, начинает течь со дня нарушения права истца, то есть с даты отчуждения земельного участка, относящегося к совместно нажитому имуществу супругов, а именно с 17 августа 2011 года, и суд в факте действительности передаточного акта от 12 августа 2011 года не удостоверился.

Обращает внимание на то, что суд не признал сделку недействительной, тогда как ООО «Стройсервис-УМ» не возражает против требований истца, однако судом применен десятилетний срок исковой давности.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО2 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явились представитель истца ФИО4, представитель ООО «Стройсервис-УМ» ФИО7, иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явились, об уважительности своей неявки не сообщили и не ходатайствовали об отложении судебного разбирательства по делу, в связи с чем, руководствуясь правилами статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав пояснения участвующих в деле лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое судебное решение отвечает приведенным выше требованиям.

Частью 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

В соответствии с частью 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Согласно пункту 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Статьей 253 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2).

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3).

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

В силу части 1 статьи 55 и статей 67, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется статьями 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 8 октября 1966 года ФИО5 и ФИО1 вступили в брак, о чем была составлена запись акта гражданского состояния за № 1145 Махачкалинским горбюро ЗАГС (свидетельство о браке серия <...>.

23 января 2013 года ФИО5 умер, о чем 19 марта 2013 года составлена запись акта о смерти за № 21 Отделом ЗАГС Администрации МО «Кумторкалинский район» Республики Дагестан (свидетельство о смерти серия <...>).

28 мая 2014 года ФИО1 обратилась с заявлением к нотариусу Кумторкалинского нотариального округа Республики Дагестан о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону, указав, что она является наследником, оставшегося после смерти супруга ФИО5 наследства, состоящего из квартиры, находящейся по адресу: <адрес>

19 июня 2014 года ФИО5 вступила в наследство, о чем нотариусом Кумторкалинского нотариального округа Республики Дагестан ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство по закону (наследственное дело № 172/2014, зарегистрировано в реестре за № 1-637).

Согласно представленной истцом в материалы дела справки от 14 ноября 2023 года № 57, выданной нотариусом Кумторкалинского нотариального округа ФИО6, в собственности у наследодателя ФИО1 имелся земельный участок с кадастровым номером №, площадью 100 000 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> километрах от села (дата государственной регистрации 11.08.2011, номер регистрации в ЕГРН 05-05-01/121/2011-369). Право ФИО5 на указанный земельный участок прекращено 17 августа 2011 года.

Приведенные сведения, как следует из указанной справки, получены нотариусом ФИО6 по его запросу о правах отдельного лица в ЕГРН, на основании обращения представителя ФИО1 по доверенности ФИО4 от 29 августа 2023 года.

Из материалов дела следует, что 12 августа 2011 года между ФИО5 и ООО «Стройсервис-УМ» был заключен оспариваемый договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, площадью 100 000 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> километрах от села (пункт 1 Договора).

По Договору недвижимость была оценена сторонами сделки и продана по цене 500 000 рублей (пункты 2).

В подпункте 2 пункта 3 Договора указано, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора.

12 августа 2011 года спорный земельный участок передан ООО «Стройсервис-УМ», что следует из передаточного акта.

17 августа 2011 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Дагестан за ООО «Стройсервис-УМ» зарегистрировано право собственности на указанное недвижимое имущество (запись регистрации № 05-05-01/121/2011-486).

19 мая 2014 года между ООО «Стройсервис-УМ» и ФИО2 заключен договор купли-продажи спорного земельного участка (пункт 1.1 Договора).

Спорная недвижимость оценена сторона сделки в 200 000 рублей, расчет между ними произведен полностью до подписания договора (пункты 2.1, 2.2 Договора).

Согласно передаточному акту от 19 мая 2014 года, спорная недвижимость передана ФИО2

4 октября 2024 года между ФИО2 и ФИО3 заключен договор аренды спорного земельного участка № 2, площадью 10 га, кадастровый номер 05:50:000051:365. Срок действия договора аренды установлен с момента его заключения по 30 сентября 2025 года, с арендной платой 30 000 рублей в месяц за один гектар (пункты 1.1, 2.1, 3.1 Договора).

Земельный участок предоставлен в аренду для строительства промышленных объектов и разработки карьера (пункт 1.2 Договора).

Судом установлено, что ФИО3 занимается разведкой и добычей строительных песков на земельном участке на основании лицензии МАХ 01282, выданной Министерством природных ресурсов и экологии Республики Дагестан (19.12.2014 произведена регистрация в реестре за № 02-3564).

Истец ФИО1, обращаясь в суд с настоящими требованиями, ссылаясь на недействительность спорных сделок ввиду отсутствия ее нотариального согласия, как супруги, поскольку отчужденное спорное имущество является совместно нажитым, указывала, что о наличии данного имущества ей стало известно после смерти мужа, после повторного обращения к нотариусу.

Разрешая заявленный спор, руководствуясь нормами права, подлежащими применению к спорным правоотношениям, установив фактическое обстоятельства по делу, оценив доказательства по делу в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доводы и возражения сторон, суд первой инстанции установил, что спорный земельный участок был приобретен, а в последующем отчужден ФИО5 по договору купли-продажи в период брака с ФИО1 – 12 августа 2011 года, отклонив доводы представителя ответчика ФИО2 по доверенности ФИО8 о подложности доказательств в виде справки нотариуса Кумторкалинского нотариального округа Республики Дагестан от 14 ноября 2023 года (исходящий номер 57), выданной по обращению представителя истца ФИО4 от 29 августа 2023 года.

Отказывая в удовлетворении требований, исходя из установленных обстоятельств по делу, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом ФИО1 срока для обращения в суд за защитой своего права, о применении которого заявлено представителем ответчика ФИО2 по доверенности ФИО8

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, находит их правильными, основанными на требованиях закона и установленных фактических обстоятельствах дела. Мотивы, по которым суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, а также оценка доказательств, изложены в мотивировочной части решения, и оснований не согласиться с ними судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Из совокупности положений законодательства и правовых позиций следует, что бремя доказывания того, что другая сторона в сделке, получая по этой сделке право требования, знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки, по смыслу абзаца 2 пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, возложено на супруга, заявившего требование об оспаривании сделки.

При этом при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, по мотивам отсутствия у него необходимых полномочий либо согласия других участников, когда необходимость его получения предусмотрена законом (статья 35 Семейного кодекса Российской Федерации), следует учитывать, что такая сделка является оспоримой, а не ничтожной.

Обращаясь в суд с иском ФИО1 указала, что договор купли-продажи земельного участка был заключен ее супругом в период их брака, о его заключении она не знала, денежные средства от продажи имущества не передавались.

Возражая относительно удовлетворения заявленных требований представитель ответчика ФИО2 - ФИО8 заявил о пропуске ФИО1 срока исковой давности для оспаривания сделки, так как договор купли-продажи был заключен 12 августа 2011 года, и истцом не представлено доказательств о том, что при жизни супруга она не знала или не могла знать о совершенной сделки.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку оспариваемая истцом сделка является оспоримой, ответчиком заявлено о применении срока исковой давности, и в ходе судебного разбирательства установлено, что о нарушении своих законных прав и интересов ФИО1 стало известно 14 ноября 2023 года, в суд с настоящими требованиями истец обратилась 28 марта 2025 года.

Однако, как следует из материалов дела, истец ранее, 11 октября 2024 года, обращалась в суд с иском к тем же ответчикам, о том же предмете, и по тем же основаниям. Исковое заявление определением Кумторкалинского районного суда Республики Дагестан от 16 января 2025 года (вступило в законную силу 28.03.2025), было оставлено без рассмотрения.

В силу части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В силу статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Суд первой инстанции, применив положения пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, пришел к выводу, что этот срок не пропущен истцом.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, которые не могут быть приняты во внимание судебной коллегий, поскольку истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта второго статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации), и исходя из того, что в данном случае, как правильно указал суд срок исковой давности ФИО1 пропущен, учитывая, что со дня исполнения сделки прошло более десяти лет (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса российской Федерации), суд первой инстанции, оценив момент обращения истца с настоящим иском и обстоятельства сопутствующие этому событию, пришел к обоснованному выводу при установленных обстоятельствах о пропуске истцом срока для обращения в суд за защитой своего права, о применении которого заявлено представителем ответчика ФИО2 - ФИО8

Оснований для удовлетворения исковых требований по доводам апелляционной жалобы не имеется, выводы суда первой инстанции, изложенные в мотивировочной его части, не привели к принятию неправильного по существу решения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что о состоявшейся между супругом истца и ООО «Стройсервис-УМ» 12 августа 2011 года сделке, истец не знала, и обязательства одной из сторон (покупателя) по оплате стоимости земельного участка не исполнены, и сделка по существу не состоялась, судебная коллегия признает несостоятельными.

Судом апелляционной инстанции для правильного разрешения спора и проверки доводов сторон, был истребован оригинал реестрового дела №, поступивший из филиала ППК «Роскадастр» объекта недвижимости с кадастровым номером №, копия которого в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приобщена к материалам дела, из которого следует, что земельный участок, площадью 10 га, из земель поселений с. Коркмаскала, расположенный в местности «Гиччи-Хум» в 2-х километрах от села, для строительства промышленных объектов и разработки карьера, выделен распоряжением администрации МО «сельсовет Коркмаскалинский» от 30 декабря 1993 года № 11 ФИО5 в постоянное пользование. Договор купли-продажи от 12 августа 2011 года, заключенный между ФИО5 и ООО «Стройсервис-УМ», исполнен продавцом и ответчиком. Спорный земельный участок передан ответчику, что подтверждается передаточным актом от 12 августа 2011 года, согласно которому истец передал ответчику, а ответчик принял земельный участок, обязательства сторон по договору выполнены, расчет произведен полностью до подписания договора, у сторон претензий друг к другу по существу не было. Спорный договор прошел государственную регистрацию.

Более того, ФИО5 умер 19 марта 2013 года, доказательств того, что при жизни ФИО5 оспаривал договор купли-продажи от 12 августа 2011 года, материалы дела не содержат, и суду апелляционной инстанции не представлены.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам, что расчет по спорному договору между ФИО5 и ООО «Стройсервис-УМ» был произведен.

В целом доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению правовой позиции истца, получившей надлежащую оценку суда, содержат ссылки на обстоятельства, не имеющие правового значения для разрешения заявленных требований, с учетом установленных при разрешении спора обстоятельств, направлены к оспариванию выводов суда, но не опровергают их, не свидетельствуют о наличии обстоятельств, оставленных без внимания судом первой инстанции и имеющих правовое значение для правильного разрешения заявленных требований, а потому не могут быть положены в основу отмены законного и обоснованного решения суда первой инстанции.

С учетом изложенного, оснований для иной оценки имеющихся в материалах дела доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает. Оснований предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для отмены обжалуемого судебного постановления по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кумторкалинского районного суда Республики Дагестан от 22 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в г. Пятигорск через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 12 мая 2026 года.

Председательствующий: Н.В. Загиров

Судьи: А.А. Голубкова

З.А. Минтемирова