Апелляционное постановление № 22-37/2025 от 3 февраля 2025 г. по делу № 1-315/2024

Судья Безотеческих В.Г.

Дело № 22-37/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Биробиджан 4 февраля 2025 года

Суд Еврейской автономной области в составе:

председательствующего судьи Добробабина Д.А.,

при секретаре Шаховой И.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 4 февраля 2025 года уголовное дело по апелляционным жалобам защитников Н. и Г. на приговор Биробиджанского районного суда ЕАО от 31 октября 2024 года, которым

ФИО1, <...>, не судимый,

осуждён по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года с возложением обязанностей, изложенных в приговоре. Этим же приговором решён вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав после доклада пояснения осуждённого ФИО1 и защитника Гурского С.А. в поддержку доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Емельянчикова С.С., полагавшего приговор суда оставить без изменения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осуждён за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью Р., не опасного для его жизни и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершённое с применением оружия.

Преступление совершено в ночное время 08.06.2023 в г. Биробиджан ЕАО при обстоятельствах установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 свою вину не признал, пояснив, что 08.06.2023 приехал к Р., чтобы забрать жену П. Позднее вернулся к потерпевшему, чтобы забрать документы на машину и ключи, которые жена у него оставила. Когда уходил, то сказал, что обратится в полицию. После этих слов Р. его ударил по затылку и начал душить, он вырвался, но споткнулся и упал возле калитки. В этот момент его догнал Р., который был с лопатой. Он достал травматический пистолет и сделал предупредительный выстрел, а когда Р. замахнулся на него лопатой, то он, испугавшись за свою жизнь, выстрелил ему в грудь. Р. после этого уронил лопату, а он выскочил за калитку и уехал. В ноги потерпевшему не стрелял, а его пули не могли причинить раны, которые были у Р..

В апелляционной жалобе защитник Г., не соглашаясь с приговором, просит его отменить и вынести оправдательный приговор. Свои доводы мотивирует тем, что Паниченко на протяжении всего предварительного и судебного следствия указывал, что действия Р. несли угрозу, которую он воспринял реально. Покинуть участок он не мог, так как Р. его удерживал, поэтому он защищал свою жизнь и здоровье. Потерпевший же менял свои показания, они противоречивы, но суд не обратил на это внимание.

Кроме того, Р. характеризуется отрицательно, он лишён прав на управление транспортным средством и на оружие, привлечён к административной ответственности.

В заключение судебно-медицинской экспертизы и в медицинских документах отсутствуют сведения о наличии у потерпевшего на лице телесных повреждений. Однако, суд на основании показаний подруги Р. и его приятеля установил наличие таких повреждений. А также суд необоснованно принял версию потерпевшего о том, что Паниченко произвел не менее шести выстрелов. Тогда как из заключения экспертизы установлено, что произведено четыре выстрела. При этом, суд признал достоверным доказательством предположение потерпевшего о том, что после преступления Паниченко мог производить любые манипуляции с револьвером.

Также полагает, что невозможно устранить противоречия в показаниях потерпевшего и осуждённого о том, что каждый из них утверждает, что избит противной стороной, при отсутствии очевидцев. Поэтому такие показания должны трактоваться в пользу осуждённого.

Защитник Н. также просит приговор отменить, а уголовное дело прекратить за отсутствием в действиях Паниченко состава преступления, признав за ним право на реабилитацию. Приговор полагает незаконным и необоснованным в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона.

Ссылаясь на положения УК РФ и УПК РФ, указывает, что судом имеющиеся противоречия не устранены, в частности о количестве произведенных выстрелов, а суд необоснованно принял во внимание только показания потерпевшего об этом.

Считает, что не опровергнуты доводы подсудимого о том, что потерпевший угрожал ему лопатой. Так как из показаний свидетеля Э. следует, что на участке имелся предмет схожий с лопатой или черенком от лопаты. Об активных действиях в отношении осуждённого со стороны потерпевшего, свидетельствуют звонки последнего «с целью заманить на свой участок Паниченко». Поэтому считает, что осуждённый действия Р. расценивал как общественно опасное посягательство, представляющее опасность для его жизни и жизни его жены и правомерно избрал способ защиты от него, поэтому его действия преступлением не являются.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Г. государственный обвинитель К. полагает изложенные в ней доводы необоснованными и не нашедшими подтверждения, поэтому просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Суд 1-й инстанции правильно определил фактические обстоятельства дела и пришёл к обоснованному выводу о доказанности вины Паниченко в совершении преступления и квалификации его по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ.

Этот вывод основан на совокупности доказательств, полученных в соответствии с требованиями закона, которые всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании и получили надлежащую оценку, в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Вина Паниченко подтверждается его признательными показаниями в той части, в которой они не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела. А именно о том, что при указанных обстоятельствах он прибыл во двор дома потерпевшего и произвел в него выстрелы из своего пистолета.

Из показаний потерпевшего Р. следует, что 07.06.2023 вечером к нему на участок приехала ФИО2 в алкогольном опьянении, пояснив, что поругалась с мужем, и он её побил. После того как у них состоялась интимная близость, Т. стала звонить мужу, которому он сказал чтоб приехал и забирал её. Паниченко приехал и забрал жену, а позднее вернулся, зашёл в летнюю кухню и нанёс ему один удар в лицо, от которого он упал на пол. Затем подсудимый кулаком ударил его ещё 5-10 раз по голове. Когда он вышел из летней кухни, Паниченко выстрелил из пистолета два раза ему в ноги, а затем ещё и в грудь. После чего подбежал и пистолетной рукояткой нанёс ему удар по затылку, от которого он упал на колени, а подсудимый продолжил наносить ему удары по затылку. Потом схватил деревянный черенок от кувалды и нанёс ему ещё около 5 ударов по затылку. Когда он поднялся на ноги, то Паниченко произвел ещё три выстрела по его ногам. Аналогичные показания он дал и при проверке показаний на месте (т.1 л.д. 116-135).

Из показаний свидетеля П. следует, что 07.06.2023 у неё с мужем произошёл конфликт, после которого она поехала к его другу Р., которого знает 8 лет, выговорится, попросить совет. У Р. они выпили пива и она отключилась. Очнувшись, поняла, что между ними произошла интимная близость. Затем стала звонить мужу, но ничего не говорила в трубку. Когда муж приехал за ней, Р. попросил его зайти поговорить, но тот отказался. В машине она сказала мужу, что Р. её изнасиловал. После чего Паниченко пошёл на участок к Р., а когда вернулся у него под носом была кровь, и он сказал: «Р. хочет нас убить, надо уезжать».

Свидетель Б., выезжавший на место происшествия пояснил, что совместно с Г. прибыв на место, увидели бригаду скорой помощи, которая оказывала помощь Р., пояснившему, что повреждения ему нанёс в ходе конфликта Паниченко, который ещё и произвел в него несколько выстрелов из пистолета. Затем они проехали домой к Паниченко, который пояснил, что ночью приехал к Р., между ними произошёл конфликт, в ходе которого потерпевший взял в руки лопату, а он достал свой травматический пистолет и выстрелил три выстрела по ногам Р..

Показания аналогичные тем, что дал Б., сообщил и свидетель Г.

Из показаний свидетеля Ф. следует, что 08.06.2023 около часа ночи ей позвонил Р., сообщив, что к нему на участок приезжал ФИО3, который в ходе конфликта произвёл в него несколько выстрелов. Вечером он более подробно ей рассказал эти события, из которых следовало, что Паниченко сначала нанёс ему удары кулаком в область головы и лица, затем стал стрелять в него из оружия, после чего черенком от молотка бил по голове. У Р. имелись ранения на ногах и в области грудной клетки, а также синяки на лице и ссадины на ушах.

Из показаний свидетеля И. следует, что ночью 08.06.2023 ему позвонил Паниченко и сообщил, что стрелял в человека. Так как Паниченко находился на суточном дежурстве, он дал распоряжение написать объяснение по факту применения оружия. Из этого объяснения следовало, что на территории дома его друга Р., между ними произошёл конфликт, так как Р. изнасиловал его супругу. В ходе конфликта Паниченко после предупредительного выстрела произвёл выстрелы в область ног Р., потому что тот ему угрожал каким-то предметом.

Свидетели Ч. и А. показали, что участвовали в следственном эксперименте, в ходе которого Р. показал, как происходили события в день преступления, а также его обстановку. В том числе установлено, что в тёмное время суток, при том освещении, которое имелось на участке, потерпевший мог видеть, что находится в руках у Паниченко.

Из показаний свидетеля Е. следует, что со слов Р. последнего сначала избил, а потом стрелял в него муж подруги. Он видел у Р. телесные повреждения на лице и бинты на теле.

Из показаний свидетеля М. следует, что при проведении им рентгена у Р. видел шишки на голове, опухшую челюсть, кровоподтёк на ухе. Рентгенография ног и грудной клетки проведена в связи с наличием ранений, о которых тот сообщил, что произошла драка с применением оружия.

Также суд установил вину Паниченко на основании письменных доказательств, исследованных в судебном заседании:

- из протокола осмотра места происшествия - помещения приёмного покоя ОГБУЗ «Областная больница» следует, что у Ю. изъято два предмета конструктивно схожих с патронами, которые с его слов изъяты из пациента Р. в ходе операции (т.1 л.д. 21-24);

- из протокола осмотра места происшествия - помещении служебного кабинета №209 МО МВД России «Биробиджанский» у Паниченко - изъят предмет, который с его слов является травматическим пистолетом, который он 08.06.2023 около 00.15 применил для защиты от возможного посягательства. Произвёл из него 4 выстрела и два патрона остались в пистолете (т.1 л.д. 25-31);

- из протокола осмотра места происшествия - участка местности в районе <...> в <...> с участием потерпевшего Р. - изъят деревянный черенок от молотка, которым с его слов Паниченко нанёс ему удары по затылку (т.1 л.д. 43-48);

- из заключения судебной медицинской экспертизы установлено, что у Р. имелись огнестрельные слепые ранения левого и правого бедра, инородные тела в мягких тканях, которые влекут средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше 3-х недель, а также касательное огнестрельное ранение грудной клетки, которое влечёт легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья не свыше 21 дня. Эти повреждения могли образоваться в результате пробивного воздействия тупого твёрдого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью, обладающего большой кинетической энергией, в срок, указанный в постановлении (т.1 л.д. 223-225);

- из протокола выемки следует, что Р. выдал предмет конструктивно схожий с пулей и пояснил, что нашёл её на своём участке в месте конфликта с Паниченко (т.1 л.д. 156-159);

- из протокола осмотра предметов следует, что осмотрены с участием потерпевшего - боевой магазин, снаряженный двумя патронами и четырьмя гильзами; предмет, конструктивно схожий с пистолетом, типа револьвер, из которого с его слов Паниченко произвёл в него выстрелы; предмет, конструктивно схожий с пулей, выполненный из черного плотного материала, который со слов Р., является пулей, которую он нашёл на своем участке и выпущена она из пистолета Паниченко во время их конфликта; деревянный черенок, длинной 38 см, которым со слов Р. подсудимый нанёс ему удары в область затылка на его участке (т.1 л.д. 192-202);

- из протокола следственного эксперимента следует, что в темное время суток при освещении территории в руках статиста отчетливо виден предмет имитирующий оружие. При этом статист пояснил, что находясь на указанном расстоянии от потерпевшего и удерживая предмет в вытянутой руке, попасть в потерпевшего не представляет сложности (т.1 л.д. 163-170);

- из заключения судебной баллистической экспертизы следует, что представленные на экспертизу предметы являются: травматическим револьвером модели «<...>», калибра 9мм Р.А., заводской идентификационный номер «№ <...>», пригоден для производства выстрелов и относится к огнестрельному оружию ограниченного поражения; двумя травматическими патронами, ушибающего действия калибра 9мм Р.А., предназначенными для стрельбы из огнестрельного оружия ограниченного поражения, которые пригодны для стрельбы, в том числе и из представленного на экспертизу револьвера; 4 гильзы являются частями аналогичных травматических патронов, которые отстрелены из представленного на экспертизу револьвера; представленная на экспертизу пуля, изъятая в ходе выемки, является частью травматического патрона ушибающего действия калибра 9мм Р.А., для аналогичного огнестрельного оружия, которая отстрелена из огнестрельного оружия ограниченного поражения калибра 9мм Р.А. Однако не имеется следов, позволяющих установить вид и модель оружия, как и следов пригодных для идентификации конкретного экземпляра оружия, из которого она выстреляна (т.1 л.д. 232-240).

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции находит, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершённого преступления и прийти к выводу о виновности Паниченко в его совершении, а также квалифицировать его по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ.

Доводы апелляционных жалоб о наличии в действиях осужденного необходимой обороны либо о её превышении, были известны суду первой инстанции. Эти доводы проверялись и получили надлежащую оценку в приговоре как необоснованные и опровергающиеся совокупностью исследованных доказательств.

Вопреки доводам апелляционных жалоб судом 1-й инстанции в приговоре приведены мотивы, которые позволили ему прийти к выводу о том, что Паниченко умышленно причинил вред здоровью средней тяжести Р., не опасный для его жизни и не повлекший последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавший длительное расстройство здоровья, совершённое с применением оружия.

Не согласиться с данными выводами суда 1-й инстанции у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

В частности, суд первой инстанции дал оценку тому факту, что осужденный повторно пришёл на участок потерпевшего, где его никто не удерживал, не наносил ему ударов, и он мог уйти в любой момент. Именно так Паниченко и поступил, после того как произвел выстрелы в потерпевшего. Также на основании совокупности исследованных доказательств суд установил наличие телесных повреждений лишь у потерпевшего (кроме огнестрельных ранений), а доводы осужденного о причинении ему телесных повреждений Р., не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Показания подсудимого, данные в судебном заседании о том, что он не «мог попасть в ноги Р. и его пули не могли причинить раны», опровергаются не только показаниями потерпевшего и свидетелей, но и письменными материалами дела, в том числе медицинскими документами и заключением судебной экспертизы.

При таких обстоятельствах выводы суда о недостоверности показаний именно подсудимого (и напротив, о признании достоверными показаний потерпевшего, которые согласуются с иными исследованными доказательствами) являются обоснованными, а доводы апелляционных жалоб об обратном - несостоятельными.

Несостоятельны и доводы жалобы о невозможности устранения противоречий в показаниях подсудимого и потерпевшего.

В приговоре суд дал оценку имеющимся противоречиям в показаниях этих лиц, в том числе о нанесении ими друг другу телесных повреждений руками и иными предметами. И с учётом показаний допрошенных свидетелей и письменных материалов уголовного дела, обоснованно пришёл к выводу о том, что именно потерпевший вынужден был защищаться от применения к нему со стороны подсудимого физического насилия.

Вместе с тем, суд считает обоснованными доводы апелляционных жалоб относительно количества произведенных выстрелов из травматического пистолета. Поскольку выводы суда в этой части, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным на основании совокупности исследованных доказательств.

Так из показаний свидетелей Б. и И. суд установил, что им именно со слов Паниченко известно, что тот произвёл из своего травматического пистолета три выстрела в потерпевшего и один выстрел был предупредительным.

Потерпевший также указал, что один выстрел в него не попал, а впоследствии выдал пулю, указав, что нашел её на своем участке.

Из заключений судебных экспертиз, показаний эксперта Б. и свидетеля Я., а также протоколов осмотров места происшествия и предметов установлено, что не теле потерпевшего обнаружено именно три повреждения - два на ногах, из которых извлечены пули, и одно касательное в области грудной клетки. А в пистолете обнаружены четыре отстрелянных из него гильзы.

Таким образом, выводы суда об обнаружении на теле Р. «четырех ран» (согласно медицинским документам) - на листе 15 приговора, противоречат установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела.

Также следует отметить, что действительно, сам по себе факт, установленный судом на основании протоколов осмотра места происшествия и осмотра предметов (и указанный на странице 15 приговора) о том, что наличие обнаруженных в пистолете 4-х гильз и двух патронов, не свидетельствует о том, что Паниченко произвёл именно 4 выстрела.

Однако, совокупность исследованных судом доказательств и, в частности те, о которых указано выше, как раз свидетельствуют о том, что осужденный произвел не менее четырёх выстрелов из пистолета. При этом, непосредственно три из этих выстрелов произведены по телу и конечностям потерпевшего.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из описания преступного деяния третий абзац на листе 2 приговора о повторном производстве Паниченко ещё «не менее трёх выстрелов по конечностям Р.», начинающийся и заканчивающийся словами: «После чего, ФИО3К…., от которых последний испытал физическую боль и моральные страдания.», а также указание в описательно-мотивировочной части на странице 15 приговора о «наличии у Р. четырех ран».

В данном случае следует отметить тот факт, что в обвинении ФИО1 до указанного абзаца уже вменяется в вину производство «не менее трёх выстрелов по телу и конечностям Р.», что уже само по себе указывает на возможность производства им и большего количества выстрелов, чем три. А также и о причинении потерпевшему тех трёх пулевых ранений, которые установлены у него на основании заключения судебной экспертизы. При этом, данные обстоятельства, согласно требований уголовно-процессуального законодательства, подлежат доказыванию в судебном заседании, и они установлены в ходе рассмотрения настоящего уголовного дела.

Кроме того, данный факт - исключение из приговора указанных сведений, никоим образом не влияет на виновность осуждённого, а также на фактические обстоятельства преступления, установленные в судебном заседании на основании совокупности исследованных доказательств, в том числе на количество пулевых ранений, наступившие последствия и степень тяжести причинённого вреда. Как не влияет он и на квалификацию деяния и размер наказания. Также следует отметить, что согласно заключению эксперта, степень тяжести причинённого вреда определена экспертом независимо от количества пулевых ранений, а исключительно на основании характера и локализации установленных повреждений.

С учётом изложенного, оснований для отмены приговора по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Наказание определено в соответствии с требованиями закона. Суд в полной мере учёл общие начала назначения наказания, предусмотренные ст. 6, 60 УК РФ, а также цели наказания, указанные в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Определяя его вид и размер, суд учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, обстоятельства его совершения, личность осуждённого, который к уголовной ответственности привлекается впервые, трудоустроен, на учёте в МОМВД России «Биробиджанский» не состоял, жалоб на поведение в быту и общественных местах не поступало, по месту работы характеризуется положительно, а также обстоятельства, смягчающие наказание - наличие на иждивении малолетнего ребёнка, при отсутствии отягчающих и назначил наказание, предусмотренное санкцией ч.2 ст. 112 УК РФ, в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ.

Оснований для применения положений ст. 64 и ч.6 ст. 15 УК РФ суд 1-й инстанции не установил, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли либо могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора по данному уголовному делу, судом не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Биробиджанского районного суда ЕАО от 31 октября 2024 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описания преступного деяния на второй странице приговора третий абзац, начинающийся и заканчивающийся словами: «После чего, ФИО3К…., от которых последний испытал физическую боль и моральные страдания.»;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора на странице 15 указание о «наличии у Р. четырех ран».

В остальной части обжалуемый приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников Г. и Н. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано сторонами в суд кассационной инстанции - Девятый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в <...> через Биробиджанский районный суд ЕАО в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий Д.А. Добробабин