Решение № 12-1/2019 12-34/2018 7-1/2019 от 17 февраля 2019 г. по делу № 12-1/2019

РЕШЕНИЕ № 7-1/2019

18 февраля 2019 года п. Власиха Московской области

Судья 3 окружного военного суда ФИО1, при секретаре Мырченко О.Ю., с участием представителя лица, привлекаемого к административной ответственности ФИО2, в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев жалобу привлекаемого к административной ответственности ФИО3 на постановление судьи Черемховского гарнизонного военного суда от 2 ноября 2018 года, в соответствии с которым военнослужащий

ФИО3,

привлечён к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, на основании которой ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 (один) год 8 (восемь) месяцев,

установил:

Согласно судебному постановлению, административное правонарушение совершено ФИО3 при следующих обстоятельствах.

29 августа 2018 года в 7-м часу, управляя автомобилем , около дома _ города Иркустка ФИО3, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, не выполнил законное требование сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

В своей жалобе ФИО3, считая постановление судьи незаконным и необоснованным, просит его отменить и прекратить производство по делу, в обоснование чего приводит доводы, суть которых сводится к следующему.

Так, ссылаясь на положения ст.ст. 1.5 и 26.11 КоАП РФ, ФИО3 указывает, что автомобилем при изложенных обстоятельствах он не управлял, и данный факт чем-либо не доказан. К соответствующему же выводу судья первой инстанции пришёл лишь на основании протокола об административном правонарушении и показаний сотрудника ДПС Л..

Показания свидетеля А. о том, что автор жалобы не управлял автомобилем, судья первой инстанции безосновательно признал недостоверными и данными с целью помочь ему избежать административной ответственности.

Не были устранены судьёй и противоречия в показаниях двух названных свидетелей, а показаниям свидетеля Л. судьёй была придана большее доказательственное значение, несмотря на то, что последний показывал, что факт управления ФИО3 автомобилем был зафиксирован на видеозаписи, которая, однако, была уничтожена. Это, по мнению автора жалобы, должно вызывать сомнения в правдивости показаний данного свидетеля.

Неустранимые же сомнения должны трактоваться в пользу ФИО3.

Не доказан, по мнению автора жалобы, и факт его отказа от прохождения соответствующего медицинского освидетельствования, поскольку на видеозаписи он отсутствует.

Данная видеозапись, кроме того, была получена с нарушением закона, поскольку выполнена на личный мобильный телефон инспектора Л. и обрабатывалась на его домашнем компьютере, что противоречит требованиям Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных».

Не было выяснено судьёй и то, по какой причине видеозапись, на которой зафиксировано движение его автомобиля, была уничтожена, а не приобщена к материалам дела после составления соответствующих протоколов.

Не был допрошен в судебном заседании и инспектор ДПС К., осуществлявший дежурство совместно с инспектором Л..

Кроме того, не была дана оценка судьёй на предмет относимости и допустимости имеющейся в материалах дела служебной характеристике ФИО3, полученной от командира войсковой части _ без соответствующего запроса и ходатайства о её приобщении к материалам дела. При этом судьёй процессуального решения о её приобщении к материалам дела не принималось, и в постановлении по делу она не оценивалась.

Как показал свидетель Л., он видел ФИО3 на месте водителя автомобиля только после второй остановки транспортного средства. При допросе же А. судья исказил её показания, сообщив той, что инспектор ДПС видел, как ФИО3 управлял автомобилем на протяжении всего его движения, хотя данный факт не доказан.

Также, судьёй данному свидетелю был задан наводящий вопрос, где находился автомобиль ФИО3 – на парковке или на дороге, тем самым предоставив последней лишь два варианта ответа на этот вопрос.

В судебном заседании окружного военного суда представитель привлекаемого к административной ответственности ФИО2 поддержал доводы жалобы ФИО3, и просил её удовлетворить.

Рассмотрев материалы дела и проверив доводы жалобы, судья окружного военного суда приходит к выводу о том, что оснований для отмены или изменения правильного судебного постановления не имеется.

Как видно из обжалуемого постановления, вывод о совершении ФИО3 указанного выше правонарушения основан на совокупности исследованных в судебном заседании и подробно приведенных в постановлении доказательств, которым дана надлежащая оценка.

Так, вопреки мнению ФИО3 об обратном, факт невыполнения им законного требования сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения подтверждается следующими доказательствами.

Как усматривается из протокола об отстранении от управления транспортным средством, 29 августа 2018 года в 6-м часу возле дома _ сотрудником ГИБДД ФИО3 был отстранён от управления автомобилем в связи с наличием у него признаков алкогольного опьянения.

В соответствии с протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, у ФИО3 присутствовали соответствующие признаки алкогольного опьянения (запах алкоголя изо рта и нарушение речи), и с направлением на такое освидетельствование последний согласился. Причиной же направления на медицинское освидетельствование явился отказ ФИО3 от прохождения освидетельствования на нахождение в указанном состоянии.

Однако, в соответствии с актом, составленным врачом, в 7-м часу того же дня ФИО3 отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Как следует из протокола об административном правонарушении, 29 августа 2018 года в 7-м часу, управляя автомобилем _, около дома _ города Иркустка ФИО3, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, не выполнил законное требование сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Из объяснений же ФИО3 в этом протоколе усматривается, что «спиртное он не употреблял, в экспертизе не нуждается».

Подлинность подписей ФИО3 в каждом из приведённых протоколов и акте ни последний в жалобе, ни его представитель ФИО2 в судебном заседании суда второй инстанции не оспаривали.

То, что ФИО3 сотрудником ГИБДД было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а также его отказ от прохождения такового подтверждаются исследованной в ходе судебного заседания окружного военного суда видеозаписью.

Более того, как следует из протокола судебного заседания, о своём отказе от прохождения медицинского освидетельствования ФИО3 заявлял в ходе судебного заседания в суде первой инстанции.

Согласно показаниям в суде первой инстанции свидетеля Л. – сотрудника ГИБДД, при изложенных обстоятельствах экипажем, в состав которого входил он, был остановлен автомобиль под управлением ФИО3, которому сначала было предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения, от которого он отказался, а впоследствии – медицинское освидетельствование на состояние такового, от которого он отказался уже в медицинском учреждении.

Как установлено п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а невыполнение водителем этой обязанности образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

При этом, в соответствии с п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475, наличие запаха алкоголя изо рта и нарушение речи водителя являются достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения.

В соответствии с ч.ч. 1.1 и 2 ст. 27.12 КоАП РФ, направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения подлежит лицо при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения. Отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Таким образом, вопреки доводам ФИО3 об обратном, не вызывает сомнений в своей обоснованности требование к нему со стороны сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в связи с выявлением у него таких признаков.

В связи с изложенным, действия ФИО3 правильно расценены судьёй первой инстанции как невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, и обоснованно квалифицированы по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Наказание ФИО3 назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в связи с чем его нельзя признать явно несправедливым вследствие чрезмерной суровости.

Оценивая иные доводы жалобы ФИО3, судья окружного военного суда исходит из следующего.

Так, с учетом конкретного характера показаний свидетеля А. в совокупности с показаниями ФИО3, судья первой инстанции обоснованно усомнился в достоверности показаний названного свидетеля.

Показания же свидетеля Л., напротив, являются последовательными и согласуются с другими материалами дела как в общем, так и в деталях, в связи с чем довод автора жалобы о наличии оснований им не доверять является несостоятельным.

Факт осуществления видеозаписи на мобильный телефон сотрудника ГИБДД не свидетельствует о её незаконности, поскольку действующим законодательством каких-либо требований к устройству, с помощью которого должна вестись видеозапись, не предъявляется.

Вопреки мнению ФИО3 об обратном, судьёй первой инстанции была выяснена причина невозможности представить в суд видеозапись с автомобильного видеорегистратора автомобиля сотрудников ГИБДД.

Отсутствуют основания согласиться и с доводом ФИО3 о том, что в судебном заседании не был допрошен инспектор ДПС К., осуществлявший дежурство совместно с инспектором Л., поскольку, как усматривается из протокола судебного заседания, привлекаемый к административной ответственности в суде заявил, что не настаивает на его допросе.

Довод же ФИО3 о том, что судьёй не была дана оценка относимости и допустимости имеющейся в материалах дела его служебной характеристике, следует признать беспредметным, поскольку при вынесении постановления судья на неё не ссылался.

Сведений же о том, что судьёй свидетелю А. задавались наводящие вопросы, протокол судебного заседания не содержит.

Иных значимых доводов, ставящих под сомнение законность вынесенного итогового решения по делу, жалоба не содержит. Не приведено таковых представителем лица, привлекаемого к административной ответственности Б-вым и в судебном заседании при рассмотрении жалобы судьей окружного военного суда.

Приведённые доводы жалобы, в свою очередь, не могут повлечь отмену правильного по существу судебного постановления.

Не усматривая оснований для отмены либо изменения оспариваемого судебного постановления и руководствуясь ст.ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ,

решил:

Постановление судьи Черемховского гарнизонного военного суда от 2 ноября 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО3 оставить без изменения, а жалобу ФИО3 – без удовлетворения.