Решение № 2-223/2019 2-223/2019(2-3151/2018;)~М-3111/2018 2-3151/2018 М-3111/2018 от 10 февраля 2019 г. по делу № 2-223/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 февраля 2019 года г.Челябинск

Тракторозаводский районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего: Левинской Н.В.

при секретаре Яновой Т.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску муниципального автономного учреждения здравоохранения ордена Знака Почета «Городская клиническая больница № 8» к ФИО1 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Муниципальное автономное учреждение здравоохранения ордена Знака Почета «Городская клиническая больница № 8» (далее МАУЗ ОЗП ГКБ №8) обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании суммы причиненного ущерба в размере 78889,20 рублей, выявленной в период с 20.04.2018г. по 11.05.2018г. в результате проведения инвентаризации <данные изъяты> (том 1 л.д. 3-5).

В обоснование исковых требований истец указал, что ответчик работала в МАУЗ ОЗП ГКБ №8 с 04.07.2008г. в должности <данные изъяты>. В соответствии с приказом от 17.07.2012г. ФИО1 переведена на должность <данные изъяты>. Между истцом и ответчиком был заключен 01.01.2017г. договор о полной материальной ответственности. По результатам инвентаризации, проведенной в период с 20.04.2018г. по 11.05.2018г. на основании приказа главного врача от 20.04.2018г. № на складе отдела <данные изъяты> и оформленной инвентаризационной описью №, выявлена недостача товароматериальных ценностей на общую сумму 78889,20 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования и доводы иска поддержал.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена. В судебное заседание явился её представитель ФИО3, возражала против удовлетворения иска.

Заслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав показания свидетелей, письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работала в МАУЗ ОЗП ГКБ №8 с 04.07.2008г. в должности <данные изъяты> (том 1 л.д. 147). В соответствии с приказом от 17.07.2012г. ФИО1 переведена на должность <данные изъяты> (том 1 л.д. 146). Между истцом и ответчиком был заключен 01.01.2017г. договор о полной материальной ответственности (том 1 л.д. 11). По результатам инвентаризации, проведенной в период с 20.04.2018г. по 11.05.2018г. на основании приказа главного врача от 20.04.2018г. № на складе <данные изъяты> и оформленной инвентаризационной описью №, выявлена недостача товароматериальных ценностей на общую сумму 78889,20 рублей. В соответствии с приказом от 11.05.2018г. ФИО1 уволена по собственному желанию на основании п. 3 части первой ст. 77 Трудового кодекса РФ (том 1 л.д. 163).

В силу ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 392 ТК РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

С ФИО1 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 01.01.2017г., в котором указано, что работник, занимающий должность <данные изъяты> принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества.

В свою очередь в договоре указано, что работодатель обязуется создать работнику условия, необходимые для нормальной работы и обеспечения полной сохранности вверенного ему имущества.

ФИО1 отказалась от дачи письменных объяснений работодателю, о чем составлен соответствующий акт.

Между тем в судебном заседании представителя ответчика настаивала на том, что служебное расследование, которое проводилось в больнице проведено без участия ответчика. Одновременно с недостачей на складе выявлены излишки, вопрос о зачете недостачи и излишек не рассматривался, вопрос о возможной пересортице ТМЦ также рассматривался.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении дела судом установлено, что ФИО1 непосредственно обслуживала товароматериальные ценности.

На основании приказа работодателя принято решение о проведении инвентаризации, назначена инвентаризационная комиссия.

В результате инвентаризации согласно Инвентаризационной описи (сличительной ведомости) по состоянию на 23.04.2018г. № и ведомости расхождений по результатам инвентаризации №, выявлена недостача ТМЦ, вверенных ФИО1 на общую сумму 78889,20 рублей. В состав недостачи входило такое имущество, как <данные изъяты> и другое. Кроме того, выявлены излишки ТМЦ, которые согласно первичной учетной документации на склад ОМТС не поступали на общую сумму 50024,24 рублей, в том числе: <данные изъяты> и другое.

Представитель ответчика утверждала, что недостача могла возникнуть из-за неточного оформления требовании на списание и неправильного списания ТМЦ в бухгалтерии истца.

Судом был поставлен вопрос о назначении по делу судебной бухгалтерской экспертизы. Однако представитель истца отказался ходатайствовать перед судом о назначении экспертизы, а также представлять бухгалтерские документы эксперту, посчитал возможным рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

Между тем судом установлено, что до спорной инвентаризации на складе проводилась годовая инвентаризация по состоянию на октябрь 2017г. (том 2 л.д. 31-59), по итогам которой на складе ФИО1 недостач и излишков выявлено не было. Кроме этого, дополнительно на складе ФИО1 проводилась инвентаризация в феврале 2018г. по итогам которой, был произведен зачет материалов по следующим позициям <данные изъяты>. Данный зачет работодатель посчитал допустимым, поскольку недостачи и излишки возникли в результате пересортицы.

В соответствии с приказом Минфина РФ от 13.06.1995 N 49 «Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств» взаимный зачет излишков и недостач в результате пересортицы может быть допущен только в виде исключения за один и тот же проверяемый период, у одного и того же проверяемого лица, в отношении товарно-материальных ценностей одного и того же наименования и в тождественных количествах.

Таким образом, по спорной инвентаризации вопрос о пересортице на складе у ФИО1 не рассматривался.

Принимая во внимание изложенное, суд полагает, что все неустранимые сомнения должны быть истолкованы в пользу работника.

В материалы дела ответчиком приобщены карточки счета №, подтверждающие дату, принятия в подотчет ФИО1 ТМЦ, недостача которых выявлена спорной инвентаризацией (том 2 л.д. 127-152). При анализе карточек счета №, судом выявлено, что спорные ТМЦ вверены в подотчет ФИО1 в период с 2013г. по 2017г., между тем, ни в годовой инвентаризации за 2017г., ни в инвентаризации по состоянию на февраль 2018г. недостача и излишки данных ТМЦ не значатся.

В соответствии с протоколом заседания комиссии по поступлению и выбытию нефинансовых активов от 11.05.2018г. определена стоимость объектов нефинансовых активов по результатам инвентаризации. Стоимость объектов нефинансовых активов, которые вошли в состав недостачи ФИО1, определена по справедливой стоимости.

Из представленных истцом материалов не усматривается, что работодателем производилось сличение документальных и фактических остатков товарно-материальных ценностей, отсутствуют данные, позволяющие установить способ определения стоимости товарно-материальных ценностей, образующих недостачу. Оценка рыночной стоимости ТМЦ, вошедших в состав недостачи, истцом не производилась.

Между тем, доказательств, подтверждающих размер ущерба, материалы гражданского дела не содержат, в связи с чем, не представляется возможным достоверно подтвердить правильность расчета недостачи, а также надлежащее исполнение работодателем обязанности по проведению проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований муниципального автономного учреждения здравоохранения ордена Знака Почета «Городская клиническая больница № 8» к ФИО1 о взыскании материального ущерба отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд, через Тракторозаводский районный суд г.Челябинска, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Н.В.Левинская