Апелляционное постановление № 22-1011/2021 от 20 мая 2021 г. по делу № 4/1-49/2021

Судья ФИО2 Дело № 22-1011/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

гор. Иваново «21» мая 2021 года

Ивановский областной суд

в составе председательствующего судьи Смирновой Е.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кучеровой А.М.

с участием

осужденного ФИО1 – с использованием систем видеоконференц-связи,

прокурора отдела прокуратуры <адрес> Ахмеровой Ж.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на постановление Палехского районного суда <адрес> от 16 марта 2021 года, которым отказано в удовлетворении ходатайства осужденного

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации,

об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Проверив материалы дела, содержание постановления, доводы апелляционной жалобы, заслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 отбывает наказание по приговору Свердловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым он осуждён (с учетом апелляционного определения Костромского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ) за совершение преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст. 158, ч.2 ст. 162 (2 преступления), п. «б» ч.4 ст.226, п. «а, в» ч.2 ст.158 (2 преступления), ч.1 ст. 222 УК РФ, к лишению свободы на срок 9 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Осужденный ФИО1 на основании ст.79 УК РФ обратился в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении.

Постановлением Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении ходатайства отказано.

Постановление обжаловано осуждённым ФИО1 в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит постановление отменить и удовлетворить его ходатайство, изложив следующие доводы:

- наличие у него взысканий во время нахождения в СИЗО, не позволяет говорить о том, что он нуждается в дальнейшем отбытии наказания, назначенного судом;

- согласно приговору, он отбывает наказание с ДД.ММ.ГГГГ и с данного времени у него было одно нарушение режима содержания, за что ему был объявлен устный выговор; в соответствии с ч.8 ст.117 УИК РФ, если в течение года со дня отбытия дисциплинарного взыскания осуждённый не будет подвергнут новому взысканию, он считается не имеющим взыскания; согласно постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 ноября 2015 №51, наличие у осуждённого взысканий само по себе не может свидетельствовать о том, что он нуждается в дальнейшем отбывании назначенного судом наказания; разрешая этот вопрос, следует учитывать конкретные обстоятельства, тяжесть и характер каждого допущенного осуждённым нарушения за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее рассмотрению ходатайства или представления, данные о снятии или погашении взысканий, время, прошедшее с момента последнего взыскания, последующее поведение осужденного и другие характеризующие его сведения;

- вину по приговору он признал полностью, в содеянном раскаялся, что подтверждается заявлением, написанным им в 2016 году, а также его последующими поступками - примерным поведением, добросовестным отношением к труду и частичным погашением иска;

- ранее он освобождался условно-досрочно, доверенный срок отбыл полностью, нарушений не допускал, доверие судьи оправдал;

- в постановлении суд ошибочно указал сведения о том, что в колонии он не работал и не имел поощрений, так как в ИК-4 и ИК-2 он работал и неоднократно поощрялся администрацией; в соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, отвечать требованиям справедливости;

- суду необходимо было оценивать позитивные изменения в его поведении, что не было сделано; суд незаконно отказал в удовлетворении ходатайства, что является грубейшим нарушением его прав, предусмотренных ч.3 ст.55 Конституции РФ, и является прямым основанием для отмены судебного решения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осуждённый ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал и просил её удовлетворить, дополнительно пояснив, что, находясь в местах лишения свободы, он не может полностью погасить иск, так как у него нет такой возможности, заработная плата маленькая и ему негде взять деньги; он признал вину полностью, по приговору суда вину признавал частично из-за несогласия с квалификацией и суд необоснованно сослался на приговор в постановлении; администрация исправительного учреждения считает целесообразным удовлетворить его ходатайство.

Прокурор Ахмерова Ж.Г. полагала необходимым постановление суда оставить без изменения, как законное, обоснованное и мотивированное, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Исследованные судом первой инстанции доказательства в соответствии с ч.7 ст.389.13 УПК РФ с согласия сторон приняты без проверки. Дополнительных материалов суду апелляционной инстанции не представлено.

Проверив материалы дела, выслушав участвующих в судебном заседании лиц, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения судебного решения.

В силу положений ч.1 ст.79 УК РФ, ст.175 УИК РФ в совокупности с положениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2009 года №8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания», при рассмотрении ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденного, отбывшего установленную законом его часть, суд должен учитывать поведение осужденного, его отношение к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, отношение осужденного к совершенному деянию и то, что осужденный частично или полностью возместил причиненный ущерб или иным образом загладил вред, причиненный в результате преступления.

Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания допустимо только к тем осужденным, которые, по признанию суда, для своего исправления не нуждаются в полном отбывании назначенного судом наказания.

Таким образом, суд может принять решение об условно-досрочном освобождении, проанализировав совокупность всех юридически значимых обстоятельств.

Суд так же обязан учитывать и возможное достижение целей наказания, перечисленных в ст.43 УК РФ: восстановление социальной справедливости, исправление осуждённого и предупреждение совершения новых преступлений.

Обжалуемое решение указанным требованиям соответствует. Вывод суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства основан на правильной оценке юридически значимых обстоятельств, свидетельствующих о невозможности применения в отношении ФИО1 условно-досрочного освобождения от отбывания лишения свободы. Оснований считать данный вывод не соответствующим фактическим обстоятельствам дела суд апелляционной инстанции не усматривает.

Из представленных суду первой инстанции материалов дела следует, что ФИО1 отбывает наказание за совершение четырех преступлений средней тяжести, двух тяжких преступлений и одного особо тяжкого преступления.

В соответствии с ч.3 ст.79 УК РФ условно-досрочное освобождение может быть применено только после фактического отбытия осужденным не менее двух третей срока наказания, назначенного за особо тяжкое преступление.

Начало срока отбывания наказания осужденным ФИО1 исчисляется с ДД.ММ.ГГГГ, окончание срока наказания – ДД.ММ.ГГГГ, 2/3 срока наказания отбыто ДД.ММ.ГГГГ.

Применительно к положениям ст.79 УК РФ формальное отбытие осужденным установленного для применения данной нормы срока наказания, не является безусловным и обязательным для суда основанием для условно-досрочного освобождения осужденного от отбывания наказания, а должно учитываться при разрешении данного ходатайства в совокупности с другими обстоятельствами, которые бы позволили суду прийти к выводу о том, что для своего исправления осужденный не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции правильно принял во внимание все сведения о поведении осужденного за весь период отбывания наказания. Указав об отбывании наказания, согласно приговору, с ДД.ММ.ГГГГ, осужденный оставил без внимания зачет в срок наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, срок отбывания наказания осужденному ФИО1 исчисляется с ДД.ММ.ГГГГ и период нахождения его в условиях следственного изолятора учитывается в 2/3 срока наказания, по истечении которого возникает право на возможность применения ст.79 УК РФ.

Исследовав в своей совокупности все представленные сторонами в отношении ФИО1 юридически значимые сведения, в том числе и характеризующие его с положительной стороны, суд первой инстанции сделал правильный, соответствующий фактическим обстоятельствам дела вывод об отсутствии в настоящее время оснований для условно-досрочного освобождения осуждённого, мотивировав свое решение. Данное решение суда первой инстанции суд апелляционной инстанции признает верным.

Как следует из представленных материалов, которые были исследованы в судебном заседании судом первой инстанции и отраженны в обжалуемом постановлении, осужденный ФИО1

с ДД.ММ.ГГГГ содержался в СИЗО-1 <адрес>, за нарушение режима содержания с ним неоднократно проводились профилактические беседы (в 2014 году - 3 раза, в 2015 году - 4 раза), а также дважды к нему применялись взыскания в виде выговоров от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ,

с ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по <адрес>, требования режима соблюдал, взысканий не имел, имел 15 поощрений: в 2016 году 2 поощрения за добросовестное отношение к труду, в 2017 году 6 поощрений - за активное участие в воспитательных мероприятиях (2), за добросовестное отношение к труду (3), за хорошее поведение (1), в 2018 году 4 поощрения - за хорошее поведение (3), за добросовестное отношение к труду (1), в 2019 году 3 поощрения - за хорошее поведение (1), за добросовестное отношение к обучению (1), за активное участие в воспитательных мероприятиях (1) (л.д.76),

осужденный был трудоустроен с ДД.ММ.ГГГГ кухонным рабочим столовой, ДД.ММ.ГГГГ переведен резчиком пищевой продукции столовой, уволен ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ кухонным рабочим, ДД.ММ.ГГГГ был уволен; ДД.ММ.ГГГГ дневальным отряда, ДД.ММ.ГГГГ уволен; ДД.ММ.ГГГГ дневальным ПТУ, ДД.ММ.ГГГГ переведен уборщиком клуба, ДД.ММ.ГГГГ переведен дневальным комнаты свиданий (л.д.108-109),

прошел обучение, по окончании которого присвоена квалификация ДД.ММ.ГГГГ станочник деревообрабатывающих станков второго разряда (л.д.84), ДД.ММ.ГГГГ электрогазосварщика второго разряда (л.д.85),

с ДД.ММ.ГГГГ был переведен в облегченные условия содержания,

с 27 ноября по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение в Б-1 МСЧ-37 <адрес> (л.д.51);

с ДД.ММ.ГГГГ отбывает наказание в ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес>, нарушений установленного порядка отбывания наказания не допускает, имеет поощрения: в 2019 году 2 поощрения - за активное участие в воспитательных мероприятиях (1), за добросовестное отношение к труду (1), в 2020 году 7 поощрений - за добросовестное отношение к труду (6), за активное участие в воспитательных мероприятиях (1), в 2021 году 2 поощрения - за добросовестное отношение к труду (л.д.76, 111, 115, 124),

осужденный был трудоустроен с ДД.ММ.ГГГГ подсобным рабочим, с ДД.ММ.ГГГГ переведен рабочим по комплексному обслуживанию и ремонту зданий,

прошел обучение, по окончании которого ДД.ММ.ГГГГ присвоена квалификация подсобного рабочего 1 разряда (л.д.85),

администрациями обоих исправительных учреждений осужденный ФИО1 характеризуется положительно,

администрация ФКУ ИК-2 считает целесообразным удовлетворение ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении.

Наличие в описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления ошибочных сведений в дате трудоустройства ФИО1 в ФКУ ИК - 4, где указано с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.134) вместо ДД.ММ.ГГГГ (л.д.108-109), не влияет на обоснованность выводов суда.

Довод суда о том, что осужденный не работал в колонии, не имел поощрений, с чем выразил несогласие осужденный ФИО1, согласно тексту постановления, отнесен к 2014, 2015 годам (л.д.134, 135), когда осужденный содержался в следственном изоляторе и с ДД.ММ.ГГГГ стал отбывать наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по <адрес>, где был трудоустроен с ДД.ММ.ГГГГ и получил первое поощрение ДД.ММ.ГГГГ.

Заявление осужденного на имя начальника ФКУ ИК-4 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором он указал, что признает вину полностью, в содеянном раскаивается (л.д.93), сведения о котором содержатся и в его характеристиках, исследовалось в судебном заседании, что подтверждается протоколом судебного заседания (л.д.128). Вывод суда о том, что он не усматривает подтверждений раскаяния в содеянном ФИО2, признавшего вину по приговору суда частично, основан на совокупности изложенных в обжалуемом постановлении обстоятельств.

Судом первой инстанции отмечена положительная динамика в поведении осужденного с июля 2016 года, его добросовестное отношение к труду в период отбывания наказания, соблюдение порядка отбывания наказания, суд учел положительные характеристики осужденного ФИО1 администрацией исправительных учреждений, однако, обоснованно не посчитал их достаточными для вывода о возможности достижения целей уголовного наказания в случае условно-досрочного освобождения осужденного.

Согласно приговору Свердловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с осужденного ФИО5 в счет возмещения девяти потерпевшим причиненного материального ущерба, а двум из потерпевших также в счет компенсации морального вреда, взысканы различные денежные суммы, указанные в приговоре суда и в обжалуемом постановлении.

Наличие в исправительных учреждениях исполнительных листов о взыскании с осужденного ФИО5 в пользу потерпевших денежных сумм подтверждается сведениями, представленными как из ФКУ ИК-4, так и из ФКУ ИК-2 УФСИН России по <адрес> (л.д.50, 51, 64, 65, 78, 108-109).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно представленным материалам осужденный ФИО1 при отбывании наказания в ФКУ ИК-4 УФСИН России с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть в течение 3 лет 8 месяцев,

был трудоустроен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, (с 27 ноября по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение в Б-1 МСЧ-37 <адрес>), с ДД.ММ.ГГГГ до перевода в ФКУ ИК-2 ДД.ММ.ГГГГ (л.д.108-109), то есть в течение не более 2 лет 1 месяца. При необходимости возмещать причиненный потерпевшим материальный ущерб осужденный в течение 1 года 6 месяцев (с учетом периода лечения) в исправительном учреждении трудоустроен не был, заявлений осужденного о необходимости его трудоустройства и отказа администрации исправительного учреждения в представленных материалах не имеется.

Исследовав сведения о размере возмещенного потерпевшим материального ущерба, который стал осуществляться путем удержаний из заработной платы осужденного только с апреля 2017 года, несоразмерность причиненного потерпевшим ущерба и его возмещения осужденным, проанализировав выписку о движении денежных средств по его лицевому счету с 2017 по 2020 года и сведения о том, что до 2019 года в добровольном порядке осужденный фактически не предпринимал мер к добровольному перечислению денежных средств в счет погашения исковых требований, а впоследующем данные действия осужденного были разовыми, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что достаточных мер к возмещению причиненного преступлениями ущерба за всё время отбывания наказания ФИО1 не предпринял.

Отношение осужденного ФИО1 к вопросу о возмещении потерпевшим причиненного преступлениями вреда судом первой инстанции оценено правильно и суд апелляционной инстанции с изложенными в обжалуемом постановлении выводами суда согласен.

Возмещение вреда, причиненного преступлением, в размере, определенном решением суда, является одним из важнейших условий для условно-досрочного освобождения и достижения цели наказания: восстановления социальной справедливости, которая по отношению к потерпевшим восстанавливается путем защиты их законных интересов и прав, нарушенных преступлением. Отношение осужденного к погашению исковых требований объективно характеризует и степень его исправления. Утверждение осужденного о том, что он не имел возможности исполнять приговора суда в данной части не могут быть приняты во внимание.

Факт причинения вреда потерпевшим был очевиден сразу же после совершения преступлений, гражданские иски потерпевших были удовлетворены приговором суда ДД.ММ.ГГГГ, поэтому ФИО1 имел длительный период времени для возмещения причиненного потерпевшим вреда. В период отбывания наказания на лицевом счете осужденного оставались денежные средства, позволяющие осуществлять возмещение потерпевшим ущерба в добровольном порядке, которые были потрачены осужденным на личные нужды. Иных мер к заглаживанию причиненного потерпевшим вреда, которые бы свидетельствовали об искреннем раскаивании осужденного в содеянном, им не предпринималось.

Мнение администрации исправительного учреждения учитывалось судом в совокупности с иными, имеющими значение по делу обстоятельствами.

Таким образом, исходя из установленных в ходе рассмотрения ходатайства обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно не посчитал положительные сведения о поведении осужденного в период отбывания наказания достаточными для удовлетворения его ходатайства и счел, что поведение ФИО3 не свидетельствует о возможности его условно-досрочного освобождения. С ФИО1, в поведении которого действительно отмечается положительная динамика, тем не менее, необходимо продолжить проведение воспитательной работы, направленной на формирование более устойчивых правильных социальных установок, с целью недопущения совершения противоправных деяний в будущем.

Доводы осуждённого ФИО1, фактически сводящиеся к утверждению о наличии предусмотренных законом оснований для его условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, носят исключительно субъективный характер и опровергаются установленными в рамках судебного производства по делу фактическими обстоятельствами и представленными в распоряжение суда материалами.

Само по себе несогласие осуждённого с приведённой в постановлении оценкой его поведения за весь период отбывания наказания об её ошибочности не свидетельствует. Выводы суда основаны на исследованных по делу доказательствах.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, изложенная в постановлении позиция суда первой инстанции требованиям закона, регулирующего отношения, связанные с условно-досрочным освобождением от отбывания наказания, не противоречит.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Судебное решение отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ и отмене по доводам жалобы осужденного не подлежит.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции установил, что в нарушение положений п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания», в соответствии с которыми суды не вправе отказать в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания по основаниям, не указанным в законе, суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления принятое решения, в том числе, мотивировал тем, что ФИО1 ранее освобождался условно-досрочно за преступления против собственности. Суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части обжалуемого постановления указание на применение к осужденному ранее условно-досрочного освобождения за совершение аналогичных преступлений.

Указанное уточнение основанием отмены судебного решения не является, поскольку не опровергает правильность вывода суда о невозможности в настоящее время применения к осужденному условно-досрочного освобождения.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить, исключив из описательно-мотивировочной части на 5 листе постановления указание на применение к осужденному ранее условно-досрочного освобождения за совершение аналогичных преступлений.

В остальной части постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационной порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья: Смирнова Е.Н.