Приговор № 1-121/2018 от 15 мая 2018 г. по делу № 1-121/2018

Дело № 1-121/2018


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Омск 16 мая 2018 года

Омский районный суд Омской области в составе

председательствующего судьи Тригуб М.А.,

при секретаре судебного заседания Власюке А.С.,

с участием государственного обвинителя Холодовой О.А.,

потерпевшей Г.Л.Н.,

представителя потерпевшей П.С.В.,

подсудимых ФИО3, ФИО3,

защитников – адвокатов Ивашовой Ю.С., Третьяк А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО3, <данные изъяты>

ФИО3, <данные изъяты>

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 и ФИО3 совершили <данные изъяты> хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору в Омском районе Омской области при следующих обстоятельствах.

В период времени с 20.07.2017 года по 02.08.2017 года в дневное время, ФИО3 и ФИО3, находясь на территории дачного участка <данные изъяты>», расположенного в <адрес>, предварительно договорившись между собой, совместными действиями, <данные изъяты>, умышленно, из корыстных побуждений, похитили металлический котел объемом 100 литров, принадлежащий Г.Л.Н., который поместили в самодельную двухколесную тележку и перевезли в пункт приема металла.

С похищенным имуществом ФИО3 и ФИО3 с места преступления скрылись, распорядившись похищенным по своему усмотрению, причинив потерпевшей Г.Л.Н. материальный ущерб на общую сумму 10 000 рублей.

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал полностью и в содеянном раскаялся. Согласно ст. 51 Конституции Российской Федерации от дачи показаний в судебном заседании отказался.

По ходатайству государственного обвинителя в соответствии со ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были оглашены показания ФИО3, данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что в 2015 году он с разрешения М.А.Г. вместе со своей сожительницей (А.А.Н.) стали проживать на дачном участке <данные изъяты>», расположенном в <адрес>, который принадлежит Г.Л.Н. С июля 2017 года с ними также стал проживать его брат – ФИО3 С разрешения Г.Л.Н. они пользовались имуществом, распоряжаться имуществом, им не разрешали. В июле 2017 года ФИО3 предложил похитить с дачного участка чугунную печь, состоящую из железного котла, объемом 100 литров, принадлежащую Г.Л.Н. на что ФИО3 ответил согласием. ФИО2 взял самодельную двухколесную тележку, на которую они погрузили чугунную печь и отвезли в пункт приема металла в <адрес>. С продажи печи ФИО2 передал ему 200 рублей (т. 1 л.д. 200-202). В судебном заседании подсудимый ФИО3 оглашенные показания подтвердил в полном объеме, в содеянном раскаялся.

Подсудимый ФИО2 вину в предъявленном обвинении признал полностью и в содеянном раскаялся. Согласно ст. 51 Конституции Российской Федерации от дачи показаний в судебном заседании отказался.

По ходатайству государственного обвинителя в соответствии со ст. 276 УПК РФ в судебном заседании были оглашены показания ФИО3, данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что с начала июня 2017 года он вместе со своим братом ФИО3 проживали на дачном участке <данные изъяты> расположенном в <адрес>, который принадлежит Г.Л.Н. С разрешения Г.Л.Н. они пользовались имуществом, находящимся на дачном участке, распоряжаться имуществом им не разрешали. В июле 2017 года он предложил ФИО3 похитить с дачного участка чугунную печь, состоящую из железного котла, объемом примерно 100 литров. Он взял самодельную двухколесную тележку, на которую они вместе погрузили чугунную печь. Чугунную печь они сдали в пункт приема металла, расположенный в <адрес> за 800 рублей, из которых 200 рублей он отдал ФИО1. Вырученные деньги он потратил на свои нужды (т. 1 л.д. 227-229). В судебном заседании подсудимый ФИО3 оглашенные показания подтвердил в полном объеме, в содеянном раскаялся.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая Г.Л.Н. показала, что у нее имеется дачный участок <адрес>» <адрес>. Г.Л.Н. знакома с ФИО3 и с ФИО3, которые в 2017 году проживали у нее на даче. Г.Л.Н. отдала им ключи и разрешила пользоваться имуществом в дачном доме и на участке, периодически она приезжала на участок. В один из дней она приехала на дачу и обнаружила, что Х-ных на участке нет, она осмотрела территорию участка и обнаружила, что отсутствует чугунная печь, которая состояла из железного котла, объемом 100 литров, которая стояла возле бани. Данную печь она приобрела в сентябре 2016 года за 25 000 рублей, причиненный ущерб для неё является значительным. Ущерб в размере 10 000 рублей ей возмещен в полном объеме.

В связи с возникшими существенными противоречиями в показаниях потерпевшей Г.Л.Н., в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании частично оглашались ее показания, данные в ходе предварительного следствия.

Из оглашенных показаний свидетеля Г.Л.Н. следует, что у нее в собственности имелась чугунная печь, которая состояла из железного котла объемом 100 литров, сваренная внутри алюминиевая парилка, неокрашенная. Печь приобреталась с рук на <адрес> за 10 000 рублей, при этом Г.Л.Н. ранее цену печи указывала 25 000 рублей, с учетом цены новой печи, приобретенной в магазине, так как неправильно поняла вопрос дознавателя о стоимости печи (т. 1 л.д. 75-77).

Оглашенные показания свидетель Г.Л.Н. не подтвердила, настаивала на показаниях, данных в судебном заседании.

По ходатайству государственного обвинителя, с согласия сторон, в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашены показания не явившихся в судебное заседание свидетелей М.А.Г., А.А.Н., данные ими в ходе предварительного следствия.

Из оглашенных показаний свидетеля М.А.Г. следует, что потерпевшая Г.Л.Н. – его тётя. У Г.Л.Н. имеется дачный <адрес>. На территории участка находится дом, баня, сарай. С мая 2017 года на дачном участке стали проживать Х-ны. Ни он, ни Г.Л.Н. не разрешали ФИО3 продавать с дачного участка какое – либо имущество. В июле 2017 года он приехал на участок, ФИО2 стал говорить, чтобы он вернул ему 3 000 рублей, которые занимала его супруга (Б.Ю.). Он пояснил, что с Б.Ю. не проживает, находится с ней в разводе. 02.08.2017 года он приехал на дачный участок. ФИО2 на участке не было. ДД.ММ.ГГГГ он обнаружил, что на участке отсутствует чугунная печь с котлом из нержавеющей стали, емкостью 100 литров, принадлежащая Г.Л.Н. ФИО1 пояснил, что ФИО2 забрал чугунную печь с котлом за его долги перед ним, он не разрешал ФИО3 распоряжаться имуществом, находящемся на дачном участке. Соседи по даче пояснили, что видели, как Х. на тележке перевозили чугунную печь с котлом (т. 1 л.д. 41-43).

Из оглашенных показаний свидетеля А.А.Н. следует, что она проживает совместно с ФИО3 С 2015 года они периодически подрабатывали у М.А.Г. на дачном участке в <адрес>, который принадлежит Г.Л.Н. В июле-августе 2017 года с ними также стал проживать ФИО2. В один из дней ей позвонил М.А.Г. и стал спрашивать, куда они дели чугунную печь с дачного участка. Она сказала, что ничего об этом не знает, позже от сотрудников полиции ей стало известно, что Х. похитили чугунную печь с территории дачного участка (т. 1 л.д. 73-74).

Помимо свидетельских показаний, вина подсудимых подтверждается следующими доказательствами:

В заявлении от 10.08.2017 года потерпевшая Г.Л.Н. просит привлечь к уголовной ответственности ФИО3 и ФИО3, которые в период времени с июля 2017 года по 02.08.2017 года похитили принадлежащее ей имущество, причинив ей материальный ущерб (т. 1 л.д. 4).

Протоколом осмотра места преступления от 21.02.2018 года осмотрена территория дачного участка <адрес>. Зафиксирована обстановка на месте совершения преступления (т. 1 л.д. 153-155).

В протоколе явки с повинной от 05.09.2017 года ФИО3 признался в том, что в начале июля 2017 года совместно с ФИО3 похитили с территории дачного участка <адрес> чугунную печь с металлическим котлом, который впоследствии сдали в пункт приема металла (т. 1 л.д. 17-18).

Протоколом проверки показаний на месте от 17.02.2018 года, согласно которому подозреваемый ФИО3 рассказал и показал, при каких обстоятельствах, он совместно с ФИО3 совершили хищение чугунной печи с железным котлом с территории дачного участка <адрес> (т. 1 л.д. 147-152).

Протоколом проверки показаний на месте от 19.02.2018 года, согласно которому подозреваемый ФИО3 рассказал и показал, при каких обстоятельствах, он совместно с ФИО3 совершили хищение чугунной печи с железным котлом с территории дачного участка <адрес> (т. 1 л.д. 176-181).

Согласно заключению судебно – психиатрической комиссии экспертов № 204/А от 05.03.2018 года, ФИО2 психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, лишающим его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает таковыми в настоящее время, он обнаруживает признаки умственной отсталости легкой степени. ФИО3 в период времени, относящийся к деянию, в совершении которого он подозревается, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО3 как обнаруживающий признаки легкой умственной отсталости с ограничением интеллектуально – волевого контроля, критических, прогнотических способностей и связанными с ними нарушениями поведения, представляющий общественную опасность, нуждается в принудительном наблюдении и лечении у врача – психиатра в амбулаторных условиях по месту пребывания в соответствии с ч. 2 ст. 22, ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99 УК РФ в случае его осуждения (т. 1 л.д. 171-173).

Оценив в совокупности и исследовав в ходе судебного заседания собранные по делу доказательства, суд находит их достоверными, допустимыми и в целом достаточными для разрешения данного дела, а вину подсудимых ФИО3, ФИО3 доказанной.

Суд квалифицирует действия подсудимых ФИО3 и ФИО3 по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ – кража, то есть <данные изъяты> хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 и ФИО3 в период времени с 20.07.2017 года по 02.08.2017 года, при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, с территории дачного участка <адрес> похитили металлический котел объемом 100 литров, принадлежащий Г.Л.Н., стоимостью 10 000 рублей. С похищенным имуществом подсудимые ФИО3 и ФИО3 с места преступления скрылись и распорядились им по своему усмотрению.

Вина ФИО3 и ФИО3 в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевшей, оглашенными показаниями свидетелей и подсудимых.

Показания подсудимых, потерпевшей и свидетелей, последовательны, согласуются между собой, не имеют существенных противоречий, и подтверждаются совокупностью иных исследованных доказательств, в том числе протоколом осмотра места происшествия, протоколом явки с повинной и др. в связи с чем, суд признает их правдивыми и берет в основу приговора.

Также суд учитывает, что ФИО3 и ФИО3 при их допросе и в ходе проведенной с их участием проверки показаний на месте, последовательно указали на место хищения, способ хищения, а также количество и наименование похищенного имущества, то есть сообщили сведения которые могли быть известны только лицам непосредственно совершившим хищение, более того как следует из показаний потерпевшей Г.Л.Н. и свидетеля М.А.Г. подсудимые имели доступ к похищенному имуществу, что позволяет суду прийти к выводу о доказанности стороной обвинения факта совершения подсудимыми кражи имущества принадлежащего потерпевшей.

Квалифицирующий признак «кража совершенная группой лиц по предварительному сговору» нашел свое подтверждение в судебном заседании. Как было установлено в судебном заседании, ФИО3 и ФИО3 договорились о совместном совершении хищения, распределили роли и похитили принадлежащее потерпевшей имущество.

Квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину» в судебном заседании своего подтверждения не нашел по следующим основаниям.

По смыслу закона, при квалификации действий лиц, совершивших кражу по признаку причинения гражданину значительного ущерба, следует учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство.

Материальный ущерб, причиненный потерпевшей Г.Л.Н. не признается судом значительным, поскольку, похищенное имущество не является предметами первой необходимости. Более того, сам факт хищения не поставил потерпевшую в трудное материальное положение, при этом в судебном заседании потерпевшая пояснила, что у неё имеется стабильный доход. Вышеизложенные обстоятельства, указывают на то, что Г.Л.Н. действиями подсудимых значительный ущерб причинен не был.

В связи с изложенным, суд, исключает из обвинения квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину».

Таким образом, принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимых ФИО3 и ФИО3 доказана в полном объеме, а представленные стороной обвинения доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости, достоверности, а в целом они являются достаточными для разрешения данного уголовного дела по существу.

Суд не соглашается с позицией потерпевшей относительно размера причиненного ей действиями подсудимых ущерба. Так в силу положений ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. Таким образом суд не вправе выйти за объем предъявленного подсудимым обвинения. Более того позиция потерпевшей опровергается доказательствами имеющимися в материалах дела, в частности показаниями данными потерпевшей в ходе расследования настоящего уголовного дела, в которых потерпевшая указала, что печь приобреталась ей с рук на <адрес> за 10 000 рублей, при этом Г.Л.Н. ранее цену печи указывала 25 000 рублей, с учетом цены новой печи, приобретенной в магазине, так как неправильно поняла вопрос дознавателя о стоимости печи. Суд полагает, что оглашенные потерпевшей показания достоверны, не имеют каких-либо противоречий в связи с чем берет их в этой части в основу при вынесении приговора.

Назначая вид и размер наказания, суд руководствуется положениями части 3 статьи 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимых, наличие смягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Преступление, совершенное ФИО3 и ФИО3 является умышленным, в соответствии со ст. 15 УК РФ относится к категории средней тяжести.

Как личность ФИО3 по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно (т.1 л.д. 222), ФИО3 – отрицательно (1 л.д. 250), на учете в БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» ФИО3 и ФИО3 не состоят и не наблюдаются (т.1 л.д.216, 243), на учете у врача нарколога БУЗОО «Наркологический диспансер» ФИО3 и ФИО3 не состоят и не наблюдаются (т. 1 л.д. 218, 244).

Обстоятельствами, смягчающими наказание, в соответствии со ст. 61 УК РФ ФИО3 и ФИО3 суд признает: полное признание вины, раскаяние в содеянном, добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние здоровья подсудимых и их близких родственников, в отношении ФИО1 суд признает в качестве обстоятельств смягчающих наказание явку с повинной, наличие у него на иждивении малолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, не установлено.

Учитывая изложенное, обстоятельства совершенного преступления, общественную опасность содеянного, категорию совершенного преступления, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, данные о личности подсудимых, влияние наказания на возможность исправления подсудимых, суд считает справедливым, необходимым для достижения цели исправления назначить ФИО3 и ФИО3 наказание в виде обязательных работ.

При назначении наказания судом учитываются положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Оснований для изменения категории преступления в силу ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд не находит с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности.

Суд не находит оснований к назначению подсудимым дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией части 2 статьи 158 УК РФ, с учетом общественной опасности совершенного ими деяния и личности подсудимых.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, ролью виновного, его поведение во время или после совершения преступления, либо других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усматривает, поэтому возможности для назначения наказания ниже низшего предела либо иного более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией статьи, т.е. для применения положений ст. 64 УК РФ, суд не находит.

В силу ч. 2 ст. 99 и ч. 2 ст. 22 УК РФ ФИО2 суд считает необходимым назначить принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.

Суд полагает, что ФИО2 по своему психическому состоянию представляет опасность как для себя, так и для окружающих. Так согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 05.03.2018г. №204\А ФИО3 по своему психическому состоянию может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО3, как обнаруживающий признаки легкой умственной отсталости с ограничением интеллектуально-волевого контроля, критических, прогностических способностей и связанными с ними нарушениями поведения, представляющий общественную опасность, нуждается в принудительном наблюдении и лечении у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту своего пребывания. В связи с чем суд полагает, что ФИО3 представляет опасность в связи со своим психическим состоянием, что является основанием для применения к нему принудительных мер медицинского характера.

Иск потерпевшей Г.Л.Н. в части взыскания с подсудимых в счет компенсации морального вреда 20 000 рублей удовлетворению не подлежит, так как в соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда возможна только в случае нарушения личных неимущественных прав, принадлежащих гражданину нематериальных благ. Компенсация же морального вреда при причинении имущественного ущерба действующим законодательством не предусмотрена. Также суд не находит оснований для взыскания с подсудимых суммы причиненного материального вреда поскольку материальный вред в размере установленном в судебном заседании был возмещен потерпевшей. Между тем, суд соглашается с заявленными потерпевшей требованиями относительно взыскания с подсудимых юридических расходов в сумме 5 000 рублей, с подсудимых солидарно.

От уплаты судебных издержек, предусмотренных п.1 ч.2 ст. 131 УПК РФ, выплаченных адвокатам, с учетом материального положения подсудимых, отсутствия у них работы и постоянного источника дохода, суд считает возможным ФИО3 и ФИО3 полностью освободить на основании ч.6 ст. 132 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 180 часов.

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 200 часов.

Назначить ФИО3 принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра.

Меру пресечения ФИО3 и ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлению настоящего приговора в законную силу.

Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО3 в пользу Г.Л.Н. в счет расходов по оплате услуг представителя 5 000 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Омского областного суда через Омский районный суд Омской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или представления осужденный вправе в течение 10 суток со дня подачи апелляционной жалобы или получения копии представления ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. В этот же срок вправе заявлять ходатайство о поручении осуществления своей защиты избранным адвокатом, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий М.А. Тригуб