Апелляционное постановление № 22-3404/2023 от 23 октября 2023 г. по делу № 1-182/2023

Председательствующий Перминова А.А. Дело № 22-3404/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Омск 24 октября 2023 года

Суд апелляционной инстанции в составе председательствующего судьи Винклер Т.И.

с участием осужденной ФИО1,

адвоката Демина В.А.,

прокурора Винтенко Ю.Д. и ФИО2,

при секретаре Суворове В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Демина В.А. (основной и дополнительной) на приговор Куйбышевского районного суда г.Омска от 15 августа 2023 года, в соответствии с которым

ФИО1 а, <...> года рождения, уроженка г.<...>

ранее не судимая,

осуждена по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ к 1 году лишения свободы. На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условно с испытательным сроком в 10 месяцев. Для исполнения на осужденную возложен ряд обязанностей, согласно постановленного приговора.

Выслушав выступление осужденной ФИО1 и ее адвоката Демина В.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы в полном объеме, выступление прокурора Винтенко Ю.Д., возражавшей против доводов жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре, признана виновной и осуждена за представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, данных, повлекшее внесение в единый государственный реестр юридических лиц сведений о подставных лицах, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Преступление совершено в г.Омске в <...> года при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признала.

В апелляционной жалобе адвокат Демин В.А. выражает несогласие с постановленным приговором, считая его незаконным, необоснованным и не справедливым, постановленным с существенным нарушением норм уголовно-процессуального законодательства.

Приводит доводы о том, что в основу приговора положены доказательства, в частности, показания свидетелей, которые не получили никакой оценки со стороны суда. Обращает внимание, что, кроме свидетельских показаний, в основу приговора положены лишь первоначальные показания ФИО1, данные в качестве подозреваемой, которые не объективно ничем не подтверждены в ходе предварительного и судебного следствия. Отмечает, что позиция осужденной относительно незаконности получения от нее показаний никогда не изменялась, в том числе, и в ходе очных ставок с Р. и Т., которые оглашались в судебном заседании. Считает, что судом проигнорированы и оставлены без оценки доводы защиты в этой части, поскольку названные доказательства отсутствуют в приговоре.

Ссылаясь на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления с учетом ее показаний, данных в качестве подозреваемой и оглашенных судом (т. <...>), отмечает, что осужденная их не подтвердила, при этом утверждала о том, что они составлены начальником отделения дознания Омской таможни, производившего допрос, Р. а ею лишь подписаны под психологическим принуждением со стороны последнего, а также адвоката Пяткова и оперативного сотрудника Омской таможни Т. которые ее убеждали в благоприятном исходе по уголовному делу. Настаивает также на том, что осужденная была вынуждена, находясь в состоянии беременности и опасаясь выкидыша, подписать показания. Полагает, что у осужденной с защитником не была согласована позиция и обращает внимание в этой связи на обращение с жалобой в адвокатскую палату Омской области на адвоката Пяткова. Приводит данные о направлении судом запроса в адвокатское образование и о получении ответа о дате рассмотрения жалобы <...>.

Ставит под сомнение приговор с выводами о несостоятельности позиции защиты ввиду наличия подписей в протоколе допроса в качестве подозреваемой, при отсутствии замечаний и жалоб на состояние здоровья осужденной.

Приводит смысл закона, при котором в случае изменения подсудимым показаний суд обязан выяснить причины, по которым он отказался от ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства показаний, проверить и оценить их достоверность, сопоставив с иными исследованными в судебном разбирательстве доказательствами, а если подсудимый объясняет изменение или отказ от полученных в присутствии защитника показаний тем, что они были даны под принуждением в связи с применением к нему недозволенных методов ведения расследования, то судом должны быть приняты достаточные и эффективные меры по проверке такого заявления подсудимого. Приводит смысл закона, согласно которого при наличии оснований для проверки заявления подсудимого в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, суд направляет его руководителю соответствующего органа предварительного расследования, при том проведение такой проверки не освобождает суд от обязанности дать оценку материалам, представленным по ее результатам, и отразить свои выводы в приговоре.

Обращает внимание, что ходатайств со стороны государственного обвинителя заявлено не было, в частности, о направлении запроса на предоставление медицинской документации о состоянии здоровья на момент допроса ФИО1 в качестве подозреваемой. По мнению защиты, эти обстоятельства прямо свидетельствуют о том, что доводы в защиту ФИО1 опровергнуты не были, в частности, о недопустимости протокола допроса подозреваемой ФИО1.

Приводит доводы о недопустимости ордера адвоката Пяткова, который был исследован в судебном заседании, поскольку он не соответствует установленному образцу, поскольку таких ордеров можно выписать несчитанное количество, о недопустимости показаний Р. который не смог пояснить установленный порядок назначения адвокатов по назначению, а также назвать причины, по которым он звонит напрямую самому адвокату либо же в коллегию, что является нарушением. Полагает, что суд не учел факта возбуждения в отношении адвоката Пяткова дисциплинарного производства по жалобе ФИО1

Обращает внимание, что, признав первоначальный протокол допроса в качестве подозреваемой недопустимым доказательством, исключена возможность вынесения обвинительного приговора, так как иные собранные по делу доказательства не являются прямыми и не подтверждают предъявленный ФИО1 объем обвинения.

Оспаривает правильность выводов суда о квалификации действий осужденной по признаку совершения преступления группой лиц по предварительному сговору. Ставит под сомнение состоятельность выводов суда о том, что данный квалифицирующий признак нашел свое подтверждение в судебном заседании, что свидетельствует о предварительной договоренности подсудимой с иными лицами на совершение преступления до его начала, а также участие каждого из них в выполнении субъективной стороны преступления. Анализируя такие выводы, приводит доводы о том, что субъективная сторона преступления характеризуется психической деятельностью лица, непосредственно связанной с совершением преступления. Считает, что все исследованные в судебном заседании доказательства не указывали на наличие предварительной договоренности и формирование единого умысла, не подтверждали распределение ролей, не указывали на совместность действий, направленных на выполнение объективной стороны. Ссылается на отсутствие в приговоре ссылки на прямые доказательства, приведенные в обоснование позиции суда.

Кроме этого, обращает внимание на то, что в приговоре отсутствует ссылка на процессуальный документ о наличии иных лиц, с которыми ФИО1 могла совершить преступление.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат полагает об искажении смысла ряда свидетельских показаний, подробно анализируя показания.

Обращает внимание, что Т. не показывал о том, что «согласно информации УФНС России по Омской области, движение денежных средств на расчетных счетах ООО «<...>» носит транзитный характер, операции, свидетельствующие о фактическом введении финансово-хозяйственной деятельности отсутствовали», поскольку в этой части отвечал на вопросы фразами «Не помню. Нет». Оспаривает в этой связи выводы суда о транзитном характере операций, приведенные в обоснование фиктивной деятельности организации в лице ФИО1 в период с <...> по <...>.

Приводит показания свидетеля Р. о том, что в рамках расследования уголовного дела по адресу: г. Омск, <...> офис <...> сотрудниками Омской таможни был проведен обыск по месту нахождения офиса ООО «<...>», в ходе которого были обнаружены и изъяты документы различных фирм, в том числе, папка с банковскими документами и банковскими картами, печать ООО «<...>», что служило основанием для проведении проверки деятельности этой организации. Ссылается на то, что свидетель таких показаний не давал, соответственно, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

По мнению защиты, несоответствия содержатся и в показаниях свидетеля Т., поскольку на вопросы защитника о наличии документов, подтверждающих номинальность должности ФИО1 как директора, она отвечала, что не помнит, поскольку осматривали и сдавали документы в камеру хранения, по запросу из налоговой организации указано, что движение денежных средств носит транзитный характер, отрицала, что в документах было конкретно указано, что ФИО1 является номинальным директором, поэтому это является ее предположением. Полагает в этой связи о недопустимости показаний названного свидетеля.

Приводит данные о таких свидетелях, допрошенных судом, как Х., К., Х., С., З., которые не смогли пояснить относительно виновности ФИО1, а именно, о фиктивности регистрации юридического лица на осужденную. Считает, что свидетели, напротив, показали о намерениях ФИО1 заниматься юридической деятельности и фактической перерегистрации фирмы, о составлении договора аренды офисного помещения.

Полагает о должном учете положений ч. ч. 3, 4 ст.14 УПК РФ, отмене судебного решения с вынесением оправдательного приговора.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы (основной и дополнительной), суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Как это установлено судом, ФИО1, действуя в группе лиц с иным лицом, не установленным следствием, и желая внести в единый государственный реестр юридических лиц недостоверные сведения о себе, как о директоре ООО «<...>», при отсутствии цели управления обществом и осуществления административно-хозяйственной деятельности, использовала для перерегистрации организации данные своего паспорта и ИНН, в нотариальной конторе подписала заявление о внесении изменений в сведения о юридическом лице и предоставила все необходимые документы в налоговую инспекцию.

Вопреки доводам защиты, выводы суда о доказанности вины ФИО1 соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств, которым суд дал оценку с точки зрения относимости и достоверности. Все представленные по делу доказательства в их совокупности являются достаточными для разрешения дела по существу и осуждения ФИО1 по п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ. Ни одно из доказательств, допустимость которого вызывала бы сомнение, судом не положено в обоснование выводов о ее виновности.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда. Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст.307 УПК РФ.

Вопреки доводам защиты, суд не оставил без внимания позицию ФИО1, которая в полном объеме свою вину отрицала и настаивала на желании приобрести фирму с довольно перспективным направлением перевозки грузов и возможностью получения стабильного дохода.

Однако, суд апелляционной инстанции не находит такие утверждения ФИО1 убедительными, поскольку данных о том, что осужденная совершила хоть какие-то действия, связанные с управлением коммерческой организацией и осуществлением административно-хозяйственной деятельности до настоящего времени, суду 1 и апелляционной инстанции не представлено. Напротив, как это подтверждено доказательствами и не поставлено под сомнение сторонами, банковские документы и печать ООО «<...>» в распоряжении ФИО1 не находились, а были изъяты в рамках другого уголовного дела при обыске. Как это видно из показаний ФИО1, в установленном законом порядке оглашенных судом, она отдала оригиналы документы о внесении изменений при переоформлении фирмы иному лицу, а также флешку с полученным ключом электронной цифровой подписи, печать организации находилась у того же лица, он проставлял ее в договор аренды, подписанный ею по его же просьбе (т.<...>).

Вопреки позиции адвоката, в обоснование вины осужденной суд обоснованно привел в приговоре показания ФИО1 в качестве подозреваемой, оглашенные в установленном законом порядке.

Существо этих показаний сведено к тому, что она согласилась помочь знакомой, поскольку у ее предыдущего владельца возникли проблемы и ему необходимо было прекратить деятельность фирмы «<...>», она согласилась и организация была оформлена на ФИО1, хотя никакого отношения к управлению расчетными счетами ООО «<...>» она не имела и являлась номинальным директором (т. <...>). Между тем, поскольку доказанным являются обстоятельства, при которых ФИО1 никакого вознаграждения за это не получала, суд апелляционной инстанции исключает из приговора ссылку на «корыстные побуждения», что не влияет на существо постановленного приговора и не влечет его отмены.

Несмотря на представленные защитой документы о дисциплинарном взыскании адвоката Пяткова А.М., допустимость рассматриваемого доказательства под сомнение доводами жалобы не поставлена. Исходя из смысла закона, доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ. Представленная адвокатом выписка из протокола заседания совета адвокатской палаты Омской области от <...> не содержит данных о таких нарушениях, поскольку ограничено ссылками на нарушения Кодекса профессиональной этики адвоката, ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», стандарты осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве и существо проступка, связанного с ненадлежащим оформлением ордера и отсутствием в материалах производства адвоката письменного документа, свидетельствующего о согласовании правовой позиции. Между тем, такого согласования в письменном виде уголовно-процессуальный закон не предусматривает. При этом ордер свидетельствует о назначении адвоката, от участия которого ФИО1 не отказывалась, документ содержит все необходимые для допуска адвоката реквизиты (дату, данные удостоверения, подтверждающие его статус, контактные данные), осужденная в должном порядке имела конфиденциальную беседу с защитником и в рамках допроса подтвердила аналогичность своей позиции при опросе ее сотрудником таможни.

Поскольку к недопустимым доказательствам относятся, в том числе, показания подозреваемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, а таковой в ходе допроса участвовал, оснований для удовлетворения доводов защиты не имеется.

Выводы суда, кроме того, со ссылкой на разъяснение Суховой ее права не свидетельствовать против себя, иметь свидание с защитником наедине и конфиденциально, делать замечания и заявления, заявлять отвод адвокату, на обстоятельства, при которых она была обеспечена профессиональным защитником, согласилась давать показания по существу предъявленных ей подозрений, каждую страницу протокола подписала, являются достаточно убедительными. Суд с должной объективностью указал в приговоре, что факт возбуждения в отношении адвоката, принимавшего участие в ходе допроса в качестве подозреваемой ФИО1 дисциплинарного производства, не ставит под сомнение законность проведенного с его участием следственного действия, и о нарушении права на защиту свидетельствовать не может. С таким выводами суд апелляционной инстанции также соглашается, исходя из обстоятельств, при которых адвокат Пятков А.М. статуса не лишен, и обстоятельств, препятствующих его участию в деле, предусмотренных ст.72 УПК РФ, не имеется.

Оснований для проведения проверки в порядке ст.144 УПК РФ, на что указывает адвокат, по названным выше обстоятельствам, у суда не имелось. Отсутствовала у суда и объективная необходимость в истребовании медицинских документов о состоянии здоровья ФИО1 на момент ее допроса. Защита не была лишена возможности самостоятельного обращения как в правоохранительные органы, так и в медицинские учреждения, в рамках реализации предоставленного ей комплекса прав и обязанностей. Достаточных оснований для совершения действий, о необходимости которых заявляет адвокат, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для оказания на ФИО1 воздействия не имелось и не могло быть, поскольку отсутствуют признаки заинтересованности у кого-либо в ее уголовном преследовании. Как это видно из материалов дела, подозрения в номинальности организации ООО «<...>» возникли в связи с проведением обыска в ходе расследования иного уголовного дела по факту совершения преступлений в сфере валютного законодательства, в связи с чем, была опрошена и допрошена ФИО1, которая своей вины не отрицала.

Приведенный судом ряд доказательств, вопреки позиции защиты, как-то, показания следователя Т. оперативных сотрудников Омской таможни Т. и Р. о невиновности ФИО1 не свидетельствуют. Данные, следующие из показаний, объективно основаны на письменных доказательствах, содержание которых в достаточном объеме приведено в приговоре. Поэтому согласиться с тем, что суд постановил приговор с учетом искаженного смысла свидетельских показаний, суд апелляционной инстанции оснований не имеет.

Так, суд обоснованно привел в приговоре содержание протокола обыска от <...>, согласно которому в помещении ООО «<...>» были изъяты документы и печати фирм, в том числе, принадлежащие ООО «<...>». Отсутствуют основания для того, чтобы подвергать сомнению информацию УФНС России по Омской области, согласно которой ООО «<...>» обладало характеристиками организации, не осуществляющей реальной финансово- хозяйственной деятельности, движение денежных средств на расчетных счетах ООО «<...>» носило транзитный характер, операции, свидетельствующие о фактическом ведении финансово – хозяйственной деятельности организацией, отсутствовали. По этим обстоятельствам допрошены сотрудники налоговой инспекции З. (начальник контрольно-аналитического отдела УФНС РФ по Омской области) и Х. (начальник юридического отела межрайонной ИФНС России № <...>), показания которых, вопреки позиции защитника, о невиновности ФИО1 также не свидетельствуют. Не опровергают правильности позиции суда и показания свидетеля Х. на которые в жалобе ссылается адвокат.

Таким образом, все положенные судом в основу обвинительного приговора доказательства в их совокупности не находятся в противоречии по отношению друг к другу как в части юридически значимых обстоятельств, так и при изучении иных данных. Судом исследована в судебном заседании совокупность таких доказательств с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.

Вопреки доводам защиты, отсутствие намерений заниматься коммерческой деятельностью подтверждено не только собственным признанием ФИО1, но и показаниями К. о том, что она не видела осужденную, данными об отсутствии необходимого для работы штата сотрудников, документации, технических средств, оборудования и т.п., показаниями родственников и близких лиц, в частности, Ч. и ФИО1. Ошибочное указание фамилии свидетеля, на что обращено внимание защиты, требует внесения редакционных корректив, что на существо постановленного приговора не влияет.

Отсутствие в приговоре указания на очные ставки не лишает защиту возможности доказывать невиновность ФИО1 со ссылкой на названные доказательства, поэтому такие доводы основанием для отмены приговора являться не могут.

Юридическая оценка действиям осужденной ФИО1 по п. «б» ч. 2 ст. 173.1 УК РФ как предоставление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, данных, повлекшее внесение в единый государственный реестр юридических лиц, сведений о подставных лицах, совершенное группой лиц по предварительному сговору, дана судом верно. Участие в перерегистрации организации иного лица, обстоятельства, при которых это происходило, что фактически не отрицает осужденная, позволяет с выводами суда о наличии квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору согласиться. Редакционных изменений лишь требует приговор в связи с ошибочным указанием суда на выполнение осужденной с иным лицом объективной стороны преступления, что на существо постановленного приговора не повлияло.

В соответствии со ст.307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора в отношении осужденной приведены мотивы принятого решения о назначении наказания за преступление, отнесенное законодателем к категории средней тяжести.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ в должной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденной, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия жизни ее семьи. Учел суд в должной мере состояние здоровья и возраст ФИО1, ее удовлетворительные характеристики. Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признал полное признание вины в ходе предварительного расследования, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении малолетних детей, необходимость в операции на коленном суставе, состояние здоровья, кроме того, близких родственников. Отягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно не установлено.

В виде и размере своем назначенное наказание отвечает требованиям ч.1 ст.62 УК РФ. Чрезмерно суровым наказание не является. Суждения суда о наличии оснований для назначения наказания с применением положений ст. 73 УК РФ и возможности исправления осужденной в условиях свободы в должной мере мотивированы.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора либо иное его изменение, судом при рассмотрении дела допущено не было, поэтому апелляционная жалоба в этой части удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Куйбышевского районного суда г.Омска от 15 августа 2023 года в отношении ФИО1 ы изменить.

Исключить из приговора излишнюю ссылку на совершение преступления из корыстных побуждений.

Уточнить описательно-мотивировочную часть приговора указанием фамилии свидетеля Ч., а также указанием о выполнении осужденной с иным лицом объективной стороны преступления.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в течение 6 месяцев со дня его провозглашения в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи жалобы (представления) в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в г. Кемерово через суд, постановивший приговор.

Осужденная вправе участвовать в рассмотрении дела судом кассационной инстанции и пользоваться помощью защитника.

Председательствующий Т.И. Винклер