Решение № 2-731/2021 2-731/2021~М-160/2021 М-160/2021 от 14 марта 2021 г. по делу № 2-731/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 марта 2021 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Широковой М.В.,

при помощнике судьи Цуленковой Е.А.,

с участием прокурора Самойлова Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-731/2021 (УИД 38RS0003-01-2021-000217-68) по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 с иском к публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» (далее по тексту – ПАО «РУСАЛ Братск»), в котором просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В обоснование иска ФИО1 указал, что он начал свою трудовую деятельность в ПАО «РУСАЛ Братск» с 04.08.1987 в должности машиниста крана 3 разряда в цехе анодной массы, 22.12.1987 переведен на должность слесаря-ремонтника 3 разряда цеха анодной массы, 01.02.1988 - анодчика. 10.04.1991 уволился из организации на основании ст. 31 КЗОТ РСФСР. 30.07.1991 вновь был принят на работу в ПАО «РУСАЛ Братск» на должность анодчика. Согласно распоряжению от 12.11.2015 №235/ЛС был уволен с 12.11.2015 по собственному желанию в соответствии с п. 3 ч. 1 ст.77 ТК РФ. Стаж работы в ПАО «РУСАЛ Братск» в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов - 28 лет 3 месяца, в том числе в должности анодчика - 27 лет 9 месяцев.

19 сентября 2017 года клиникой ФГБНУ ВСИМЭИ г. Ангарск ему был установлен диагноз: профессиональная ХОБЛ 2 ст., с редкими обострениями, с выраженными симптомами (САТ 27), нестойкая ремиссия, ДН 1. Нарушение ФВД 2 ст. по смешанному типу.

Решением Братского городского суда от 10.05.2018, которое вступило в законную силу, в его пользу с ПАО «РУСАЛ Братск» была взыскана компенсация морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 120 000 рублей. Суд при этом учитывал одно профессиональное заболевание: профессиональная ХОБЛ 2 степени.

При прохождении ежегодного обследования в 2018 году в клинике ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» г. Ангарска у него было выявлено новое заболевание, которое признано профессиональным: профессиональный рак мочевого пузыря рТ1N0М0 1 стадия 3 клиническая группа. Согласно медицинских заключений № 2213, № 1434 клиники ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» г. Ангарска у него установлен комплекс двух профессиональных заболеваний: профессиональная ХОБЛ 2 ст., с выраженными симптомами (САТ 27), с редкими обострениями, нестойкая ремиссия, ДН 1 и профессиональный рак мочевого пузыря рТ1N0М0 1 стадия 3 клиническая группа. При этом согласно заключению ВК № 260 от 30.10.2018, диагноз профессиональный рак мочевого пузыря рТ1N0М0 1 ст. 3 гр. установлен на основании длительного стажа работы с профессиональными канцерогенами.

На основании извещения об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № 264 от 30.10.2018, направленного клиникой ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических» в г. Ангарске, составлен комиссионный акт о случае профессионального заболевания от 06.03.2019, утвержденный главным государственным санитарным врачом по Иркутской области в г. Братске и Братском районе ФИО2 Согласно указанному акту заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса получения алюминия электролитическим способом, непосредственной причиной заболевания послужило действие возгонов каменноугольных пеков и смол. При этом согласно пункту 19 указанного акта вина работника не установлена.

Согласно гигиенически критериям оценки и классификации условий труда по показателям вредности и опасности факторов производственной среды, тяжести трудового процесса, общая гигиеническая оценка условий труда анодчика 5 разряда в электролизном производстве соответствует 3 классу 3 степени (вредный).

На основании вышеназванного акта, по результатам освидетельствования в ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 4 вследствие имеющегося заболевания медико-социальной экспертизой ему установлена 3 группа инвалидности, причина инвалидности - профессиональное заболевание, что подтверждается справкой серии МСЭ-2018 № 1180217, и утрата профессиональной трудоспособности в размере 40 % в связи с профессиональным заболеванием от 30.10.2018, что подтверждается справкой серии МСЭ-2006 № 0530137.

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 4 по карте № 535.4.38/2019 к акту освидетельствования № 745.4.38/2019 от 01.04.2019 он нуждается в проведении реабилитационных мероприятий: медикаментозное лечение, санаторно-курортное лечение, противопоказана работа в контакте с токсическими веществами (возгоны каменноугольных смол, бензпирен, пылью, физическим напряжением, общим охлаждением).

В связи с профессиональным заболеванием, рак мочевого пузыря, он вынужден проходить курсы химиотерапии, а это, как всем известно, действенный, но очень опасный для организма способ уничтожения рака, после воздействия сильных биоактивных химических веществ страдает весь организм и после каждого пройденного им курса химиотерапии он чувствует слабость, недомогание, головокружение, эмоциональную подавленность, депрессию, страх за свою жизнь и при этом нет никаких гарантий, что опухоль не даст метастазы. Мысли о том, что эффективных методов лечения рака в настоящее время не существует, тот факт, что он зависим от лекарственных препаратов, и с возрастом болезни будут только прогрессировать, постоянные отъезды из дома на лечение, а также осознание того, что он инвалид угнетают его и причиняют нестерпимые моральные страдания и переживания. Он лишен возможности вести полноценную жизнь, вынужден принимать лекарственные препараты, ему требуется постоянное лечение, он несет затраты на приобретение лекарств, прохождение медицинских процедур, которые не производятся в Братске, в связи с чем вынужден выезжать в г. Москва. Свои физические и моральные страдания, а также нравственные переживания оценивает в размере 1 000 000 рублей. Поскольку второе профессиональное заболевание: профессиональный рак мочевого пузыря было выявлено после решения Братского городского суда от 10.05.2018 и соответственно, не было учтено при определении размера компенсации морального вреда, то полагает, что имеются все правовые основания для взыскания в его пользу компенсации морального вреда по второму заболеванию, так как каждое профессиональное заболевание является отдельным страховым случаем. Считает, что размер компенсации морального вреда, заявленный им в настоящем исковом заявлении, соответствует требованиям ст.ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, степени его физических и нравственных страданий, связанных со страшным диагнозом – рак, соответствует принципам разумности и справедливости. Причинение вреда жизни и здоровью гражданина является безусловным доказательством причинения ему физических и нравственных страданий.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «РУСАЛ Братск» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, по доводам и основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск.

Выслушав стороны, изучив письменные материалы дела, предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца о взыскании компенсации морального вреда законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации установлено, что в Российской Федерации, являющейся социальным государством, охраняются труд и здоровье людей (ст. 7).

Здоровье человека – высшее неотчуждаемое благо, без которого утрачивают свое значение многие другие блага и ценности.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ТК РФ), обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. ст. 22, 212 ТК РФ).

Положениями ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в том числе, в редакции, действовавшей на момент увольнения истца), возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Анализируя представленные доказательства, суд установил, что решением Братского городского суда Иркутской области от 10.05.2018 с ПАО «РУСАЛ Братск» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 120 000 руб., решение вступило в законную силу 18.06.2018.

При этом в решении суда от 10.05.2018 установлено, что истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком в периоды с 04.08.1987 по 10.04.1991 и с 30.07.1991 по 12.11.2015, в том числе работая в электролизном цехе.

В период с 11.09.2017 по 20.09.2017 ФИО1 прошел обследование в

клинике ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-биологических исследований» в г. Ангарске. По результатам обследования, согласно медицинскому заключению № 1970, ему установлен диагноз профессионального заболевания: хроническая обструктивная болезнь легких 2 ст. с выраженными симптомами (САТ 27), с редкими обострениями, нестойкая ремиссия. ДН 1. Нарушение функции внешнего дыхания 2 ст. по смешанному типу.

На основании извещения об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № 123 от 20.09.2017, направленного клиникой ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-биологических исследований» в г. Ангарске ответчиком было проведено расследование случая профессионального заболевания истца, составлен комиссионный акт о случае профессионального заболевания от 08.11.2017, утвержденный главным государственным санитарным врачом по Иркутской области в г. Братске и Братском районе.

Согласно указанному акту причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: при работе анодчика - соли фтористоводородной кислоты (п/р) с.с. ПДК с.с 0.5 мг/м3, фактическая концентрация 0,51 мг/м3 превышение в 1, 02 раза, гидрофторид 0,26-0,54 мг/м3, ПДК 0,1 мг/м3 превышение 2,6-5,4 раз, время воздействия до 100% рабочей смены. Пыль ПДК -16 мг / м3, фактическая среднесменная концентрация от 6,3 - 6,9 мг/м3, превышение от 1,05-1,15 раза, время воздействия 100% времени смены.

Согласно гигиеническим критериям оценки и классификации условий труда по показателям вредности и опасности факторов производственной среды, тяжести трудового процесса, общая гигиеническая оценка условий труда анодчика 5 разряда в электролизном производстве соответствует 3 классу 3 степени (вредный).

На основании вышеназванного акта, по результатам освидетельствования в ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 4 вследствие имеющегося заболевания медико-социальной экспертизой установлена третья группа инвалидности и утрата профессиональной трудоспособности в размере 30%.

Согласно части 2 статьи 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В ходе рассмотрения данного дела судом установлено, что при прохождении ежегодного обследования в 2018 году в клинике ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» г. Ангарска у истца ФИО1 было выявлено новое заболевание, которое признано профессиональным: профессиональный рак мочевого пузыря рТ1N0М0 1 стадия 3 клиническая группа. Согласно медицинских заключений № 2213, № 1434 клиники ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» г. Ангарска у истца установлен комплекс двух профессиональных заболеваний: профессиональная ХОБЛ 2 ст., с выраженными симптомами (САТ 27), с редкими обострениями, нестойкая ремиссия, ДН 1 и профессиональный рак мочевого пузыря рТ1N0М0 1 стадия 3 клиническая группа. При этом согласно заключению ВК № 260 от 30.10.2018, диагноз профессиональный рак мочевого пузыря рТ1N0М0 1 ст. 3 гр. установлен на основании длительного стажа работы с профессиональными канцерогенами.

На основании извещения об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № 264 от 30.10.2018, направленного клиникой ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических» в г. Ангарске, составлен комиссионный акт о случае профессионального заболевания от 06.03.2019, утвержденный главным государственным санитарным врачом по Иркутской области в г. Братске и Братском районе ФИО2 Согласно указанному акту заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса получения алюминия электролитическим способом, непосредственной причиной заболевания послужило действие возгонов каменноугольных пеков и смол. При этом согласно пункту 19 указанного акта вина работника не установлена.

На основании вышеназванного акта, по результатам освидетельствования в ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 4 вследствие имеющегося заболевания медико-социальной экспертизой ему установлена 3 группа инвалидности, причина инвалидности - профессиональное заболевание, что подтверждается справкой серии МСЭ-2018 № 1211382 от 24.02.2021, и утрата профессиональной трудоспособности в размере 40 % в связи с профессиональным заболеванием от 30.10.2018, что подтверждается справкой серии МСЭ-2006 № 0531203 от 24.02.2021.

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 4 по карте № 482.4.38/2021 к акту освидетельствования № 537.4.38/2021 от 15.02.2021 ФИО1 нуждается в проведении реабилитационных мероприятий: медикаментозное лечение, санаторно-курортное лечение, противопоказана работа в контакте с токсическими веществами (возгоны каменноугольных смол, бензпирен, пылью, физическим напряжением, общим охлаждением).

Изложенные обстоятельства не являются предметом спора между сторонами, ими признаны, письменные доказательства, подтверждающие данные обстоятельства, представлены суду и сторонами не оспариваются.

Таким образом, поскольку второе профессиональное заболевание - профессиональный рак мочевого пузыря было выявлено после решения Братского городского суда от 10.05.2018, соответственно, оно не было учтено при определении размера компенсации морального вреда, в связи с чем имеются основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда по второму заболеванию.

Разрешая исковые требования, суд исходит из положений ст. 151 ГК РФ, в соответствии с которой если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами.

Виды, объем и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом (ст. 184 ТК РФ).

Ответственность работодателя заключается в возмещении работнику причиненного вреда путем: возмещения заработка (полностью или частично) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; возмещения дополнительных расходов в связи с трудовым увечьем; выплаты единовременного пособия в связи с трудовым увечьем или смертью кормильца; выплаты морального вреда.

Таким образом, оценив исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что причинителем вреда здоровью истца является ответчик, при этом вина ответчика установлена письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие вредных факторов и повышенной чувствительности организма истца к их воздействию. Непосредственной причиной заболевания явилось воздействие вредных веществ и повышенная чувствительность организма к их воздействию.

Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, исходя из положений абз. 14 ч. 1 ст. 21 и ст. 237 ТК РФ, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Обязанность возместить моральный вред работодатель несет при условии наличия в его действии (бездействии) вины, которая, как указано выше, установлена представленными в материалы дела доказательствами.

Действующее законодательство предусматривает единственный способ компенсации морального вреда - выплату денежных средств.

При определении размера морального вреда суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывает объем и характер причиненных работнику нравственных или физических страданий, подтвержденных материалами дела, а также индивидуальные особенности потерпевшего и другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных им страданий. Также суд принимает во внимание, что в акте о случае профессионального заболевания выводы о вине работника в возникновении или увеличении вреда отсутствуют.

С учетом установленных обстоятельств по делу, исходя из положений п. 2 ст. 1101 ГК РФ, объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, суд находит размер компенсации морального вреда в сумме 400 000 руб., разумным и справедливым.

Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 400 000 руб., в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере в сумме 600 000 руб. истцу следует отказать.

При этом, доводы ответчика о том, что истцом самостоятельно было реализовано право на труд, истец по своему личному волеизъявлению работал на вредном производстве, пользовался предусмотренными законом компенсациями за работу в условиях вредного производства - не могут повлиять на выводы суда, поскольку, как установлено вышеназванными правовыми нормами, труд – свободен, и именно на работодателе лежит обязанность обеспечить работнику безопасные условия труда.

Иные доводы сторон, исходя из установленных по делу обстоятельств и выводов суда, учитывая вышеназванные правовые нормы, не имеют правового значения в рамках рассматриваемого спора.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ истец освобождена от уплаты госпошлины при подаче данного иска в суд, тогда как ответчик от уплаты судебных расходов не освобожден, с учетом положений абз. 8 ч. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в доход муниципального образования города Братска государственную пошлину в размере 300 рублей, исчисленном в соответствии с требованиями ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в части взыскания с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в его пользу компенсации морального вреда в большем размере - отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в бюджет муниципального образования города Братска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами, прокурор вправе принести апелляционное представление в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья М.В. Широкова