Решение № 2-1-503/2021 2-503/2021 2-503/2021(2-9146/2020;)~М-8776/2020 2-9146/2020 М-8776/2020 от 1 марта 2021 г. по делу № 2-1-503/2021

Дело № 2-1-503/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Калужский районный суд Калужской области в составе:

председательствующего судьи Сидоровой О.А.,

при секретаре Халиной Е.О.,

с участием прокурора Исаевой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Калуге 02 марта 2021 года гражданское дело по иску ФИО2 ча, ФИО1 к ООО «Калуга Авто» о признании незаконными приказов о применении дисциплинарных взысканий, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

13 ноября 2020 года ФИО2, ФИО1, обратились в суд с иском к ООО «Калуга Авто» о признании незаконными приказов о наложении дисциплинарных взысканий в виде замечания, выговора и увольнения по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ (неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание), восстановлении на работе, взыскании недоплаченной заработной платы и заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование требований ФИО2 указал, что с 09 октября 2017 года работал в ООО «Калуга-Авто» в должности механика по дополнительному оборудованию. В период работы приказом работодателя от 09 сентября 2020 года привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за отсутствие на рабочем месте 21 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов. Приказом от 10 сентября 2020 года привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за отсутствие на рабочем месте 26 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов.

Приказом от 05 ноября 2020 года уволен с занимаемой должности по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей 01 и 14 сентября 2020 года при наличии ранее примененных дисциплинарных взысканий.

ФИО1 в обоснование заявленных требований ссылается, что с 01 января 2017 года работал в ООО «Калуга-Авто» в должности механика по дополнительному оборудованию. В период работы приказом работодателя от 09 сентября 2020 года он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за отсутствие на рабочем месте 19 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов. Приказом от 11 сентября 2020 года привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за отсутствие на рабочем месте 28 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов.

Приказом от 13 октября 2020 года уволен с занимаемой должности по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей 01 и 14 сентября 2020 года при наличии ранее примененных дисциплинарных взысканий.

Истцы считают, что примененные к ним дисциплинарные взыскания и их увольнение по названным основаниям являются незаконными, поскольку прогулов они не совершали, от исполнения трудовых обязанностей не уклонялись.

Одновременно просят взыскать недоплаченную заработную плату за период с мая 2020 года (ФИО1), с июня 2020 года (ФИО2), ссылаясь на то, что при заключении трудового договора стороны пришли к соглашению о сдельной системе оплаты труда, которая применялась работодателем до апреля 2020 года и предусматривала, что величина заработной платы работника зависела от фактически выполненной работы и их стоимости, определенной в локальном акте общества.

Указывают, что локальным актом ООО «Калуга Авто», утвержденным директором ФИО5 и действующим в спорный период, для работников сервиса была установлена тарифная сетка стоимости одного нормо-часа по отдельным видам работ.

Ссылаясь на данную тарифную сетку и фактически отработанное время по каждому виду работ, с учетом уточнения требований, просят взыскать с ООО «Калуга Авто»:

- в пользу ФИО2 невыплаченную в полном объеме заработную плату за июнь 2020 года в размере 1721 руб. 65 коп., за июль 2020 года в размере 18499 руб. 84 коп., за август 2020 г. в размере 27551 руб. 66 коп., за сентябрь 2020 года в размере 5231 руб. 62 коп., а всего 53 004 руб. 77 коп.

- в пользу ФИО1 невыплаченную в полном объеме заработную плату за май 2020 года в размере 11 364 руб. 81 коп., за июнь 2020 года в размере 28 065 руб. 33 коп., за июль 2020 года в размере 10 019 руб. 71 коп., за август 2020 года в размере 82 367 руб. 19 коп., за сентябрь 2020 года в размере 5 093 руб. 33 коп., за октябрь 2020 года в размере 2 048 руб. 45 коп., а всего в размере 138 958 руб. 82 коп.

Кроме того, просят взыскать в пользу ФИО2 компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 15.07.2020 по 02.03.2021 в размере 2686 руб. 66 коп., в пользу ФИО1 - 7 502 руб. 33 коп.; в пользу ФИО2 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 06.11.2020 по 02.03.2021 в сумме 245 813 руб. 94 коп., в пользу ФИО1 за период с 14.10.2020 по 02.03.2021 в сумме 319 913 руб. 48 коп. и компенсацию морального вреда в пользу каждого их истцов по 50 000 руб.

ФИО2 и представители истцов по доверенностям ФИО3, ФИО6 в судебном заседании уточненные требования поддержали. Ссылались на то, что истцы не совершали вменяемые им нарушения трудовой дисциплины. С учетом установленного работодателем графика работы, указанные ответчиком в оспариваемых приказах дни прогулов являлись для истцов выходными днями. Предоставленные ответчиком табели учета рабочего времени с даты трудоустройства по 04 сентября 2020 года содержат недостоверные сведения об учете рабочего времени истцов, не соответствуют фактически существующему в организации сменному режиму работы.

Представитель ответчика по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, указав, что основанием для прекращения трудовых отношений послужило систематическое нарушение истцами трудовой дисциплины, а именно, неоднократное отсутствие на рабочем месте (прогулы), отказ от выполнения работы. Ссылалась на то, что в ООО «Калуга Авто» в отношении занимаемых истцами должностей установлена повременно-премиальная система оплаты труда, заработная плата состояла из должностного оклада и выплат стимулирующего характера (премий), выплачивалась истцам в полном объеме, в установленные сроки.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключение прокурора ФИО4, полагавшей необходимым исковые требования в части признания незаконными приказов о применении дисциплинарных взысканий и об увольнении удовлетворить, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основанию, предусмотренному пунктом 5 части первой статьи 81 ТК РФ (часть третья статьи 192 ТК РФ).

Пунктом 5 части первой статьи 81 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора (подпункт 1 пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2).

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (абзац первый пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2).

Судом установлено, что 09 октября 2017 года между ООО «Калуга-Авто» и ФИО2 был заключен трудовой договор №, согласно которому он принят на должность механика по дополнительному оборудованию. Установлена продолжительность рабочего времени – 40-часовая рабочая неделя (п.3.1) (л.д.144 т.1).

30 декабря 2016 года между ООО «Калуга-Авто» и ФИО1 был заключен трудовой договор №, согласно которому он принят на должность механика по дополнительному оборудованию. Установлена продолжительность рабочего времени – 40-часовая рабочая неделя (п.3.1) (л.д.118 т.1).

20 августа 2020 года истцами в адрес ООО «Калуга-Авто» направлена коллективная претензия, в которой они ссылались на нарушение порядка начисления заработной платы, необоснованное изменение работодателем в одностороннем порядке расценок, применяемых при ее исчислении. Просили произвести перерасчет заработной платы за период с июня 2020 года (л.д.10 т.1).

01 сентября 2020 истцами в адрес ООО «Калуга-Авто» вновь направлена коллективная претензия, запрошены расчетные листки, положение об оплате труда работников, первичные документы для начисления всех видов премий, приказы о премировании, письменные разъяснения методики и порядка начисления заработной платы сотрудникам (л.д.81 т.2).

04 сентября 2020 года ответчик вручил истцам требования о даче письменных объяснений причинах отсутствия на рабочем месте:

- ФИО2 - 21 августа 2020 года с 9.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.00; 26 августа 2020 года с 9.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.00, 01 сентября 2020 года с 9.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.00;

- ФИО1 - 19 августа 2020 года с 9.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.00, 28 августа 2020 года с 9.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.00, 01 сентября 2020 года с 14.00 до 18.00.

07 сентября 2020 года истцы предоставили в адрес работодателя объяснения со ссылкой, что в рабочие дни находились на своих рабочих местах.

Также судом установлено, что приказом работодателя от 09 сентября 2020 года ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за отсутствие на рабочем месте 21 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов (л.д. 158 т.1).

Приказом от 10 сентября 2020 года ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за отсутствие на рабочем месте 26 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов (л.д. 160 т.1).

Основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности явились: акты об отсутствии работника на рабочем месте от 21 августа 2020 № и от 26 августа 2020 года №, служебные записки ФИО16 от 21 и 26 августа 2020 года.

Приказом от 05 ноября 2020 года ФИО2 уволен с занимаемой должности по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей 01 и 14 сентября 2020 года при наличии ранее примененных дисциплинарных взысканий (л.д.168 т.1).

Основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности явились: акт об отсутствии работника на рабочем месте от 01 сентября 2020 №, служебная записка ФИО16 от 01 сентября 2020 года, служебная записка от 14 сентября 2020 года ФИО14

Приказом работодателя от 09 сентября 2020 года ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за отсутствие на рабочем месте 19 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов (л.д.133 т.1).

Приказом от 11 сентября 2020 года ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за отсутствие на рабочем месте 28 августа 2020 года с 09.00 до 18.00 часов (л.д.135 т.1).

Основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности явились: акты об отсутствии работника на рабочем месте от 19 августа 2020 № и от 28 августа 2020 года №, служебные записки ФИО16 от 19 и 28 августа 2020 года.

Приказом от 13 октября 2020 года ФИО1 уволен с занимаемой должности по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей 01 и 14 сентября 2020 года при наличии ранее примененных дисциплинарных взысканий (л.д.143 т.1).

Основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности явились: акт об отсутствии работника на рабочем месте от 01 сентября 2020 №, служебная записка ФИО16 от 01 сентября 2020 года, служебная записка от 14 сентября 2020 года ФИО14

Истцы выражали письменное несогласие с приказами работодателя о привлечении к дисциплинарной ответственности, ссылались на сменный режим работы и на то, что вменяемые в приказах нарушения не допускали.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО2 и ФИО1 также ссылаются, что не совершали прогулы в названные в приказах промежутки времени (21, 26 августа и 19, 28 августа 2020 года соответственно).

Указывают, что предоставленные ответчиком в суд табели учета рабочего времени за период с даты трудоустройства до 04 сентября 2020 года содержат недостоверные сведения об учете рабочего времени истцов. Составлены с учетом пяти рабочих дней (с понедельника по пятницу) и двух выходных дней (суббота, воскресенье). Однако данный режим работы в ООО «Калуга Авто» фактически не применялся. С момента их трудоустройства в организации по занимаемым ими должностям действовал сменный режим работы, они осуществляли трудовую деятельность на одной должности, на одном рабочем месте (подъемник №), но в разные смены, по установленному работодателем графику 2/2/3 (два рабочих дня, два выходных и три рабочих; далее два выходных дня, два рабочих и три выходных). При этом работодателем была определена обязанность для механиков по дополнительному оборудованию замещать друг друга в период отпуска и нахождения на листках нетрудоспособности.

Указывают, что те дни, которые работодателем в приказах о применении дисциплинарных взысканий указаны днями прогулов, фактически по существующему в организации графику работы являлись для каждого из них выходными днями.

С учетом положений вышеуказанных норм права и конкретных обстоятельств дела юридическое значение по настоящему делу имеет установление факта совершения истцами вменяемого дисциплинарного проступка – отсутствие на рабочем месте (прогула), причин данного отсутствия, учитывалась ли работодателем тяжесть совершенного проступка (если он был допущен) и обстоятельства, при которых он был совершен.

И именно на ответчике ООО «Калуга Авто» лежит бремя доказывания указанных выше обстоятельств, явившихся поводом к применению дисциплинарных взысканий, и могли ли они являться основанием для расторжения трудового договора.

Работодателем предоставлены табели учета рабочего времени истцов за период с 2017 года, из которых следует, что ФИО1 и ФИО2 осуществляли трудовую деятельность в режиме 5-дневной рабочей недели (с понедельника по пятницу), с двумя выходными днями (суббота, воскресенье) (л.д.178-188 т.1, л.д. 20-55 т.3).

Из пояснений директора ООО «Калуга Авто» ФИО5, данных в судебном заседании следует, что предоставленные в материалы дела табели учета рабочего времени не отражают с достоверностью фактически отработанное или неотработанное время работниками ФИО2 и ФИО1, так как данные табели заполнял сотрудник отдела кадров, который находится в другом здании (л.д.3об., 5 т.6).

Допрошенные судом в качестве свидетелей ФИО9 (работал в ООО «Калуга Авто» механиком), ФИО10 (работал в должности диагноста), ФИО11 (работал в должности механика), ФИО12 (работал в должности мастера-приемщика), ФИО13 (работал в должности сервисного консультанта) пояснили, что все сотрудники сервиса ООО «Калуга Авто», в том числе ФИО2 и ФИО1, с момента трудоустройства работали по сменному графику 2/2/3. При этом истцы осуществляли трудовую деятельность в разных сменах, замещали друг друга на период отпуска и болезни. У них было одно рабочее место - четырехстоечный подъемник№, который предназначен для работы с одним автомобилем. Указали, что работники сервиса никогда не работали в режиме 5-дневной рабочей недели (с понедельника по пятницу), с двумя выходными днями (суббота, воскресенье).

На сменный режим работы истцов также ссылался свидетель ФИО14 (работает в ООО «Калуга Авто» в должности менеджера по дополнительному оборудованию), подтвердивший, что ФИО2 и ФИО1 до сентября 2020 года осуществляли трудовую деятельность в разные дни, привлекались им к работе отдельно друг от друга.

Из представленных сторонами рабочих заказ нарядов и требований накладных к данным заказ-нарядам также следует, что ФИО2 и ФИО1 осуществляли трудовую деятельность, в том числе, в субботу и воскресенье.

Из предоставленных истцами фотокопий графиков сменности (л.д. 84,85 т.2), их пояснений, а также из содержания аудиозаписи разговора с директором ФИО5 (л.д.115-117 т.6) следует, что они были ознакомлены с ними (графиками) только 02.09.2020 и 03.09.2020 года. В них соответственно установлен график работы 5/2 с выходными днями в четверг и пятницу, который изменен на график работы 5/2 с выходными днями в субботу и воскресенье.

Установлено и не оспаривалось сторонами, что после 04 сентября 2020 года и до увольнения истцы работали по режиму 5-дневной рабочей недели, с выходными в субботу и воскресенье.

Доказательств осуществления ФИО2 и ФИО1 трудовой деятельности по графику 5/2 (с выходными днями в субботу и воскресенье) до 04 сентября 2020 года стороной ответчика в материалы дела не предоставлено.

Приобщенные же к материалам дела табели учета рабочего времени за период до сентября 2020 года по своему содержанию не соответствуют режиму работы истцов в ООО «Калуга Авто», не отражают дни их фактической работы. Противоречат иным доказательствам, в том числе показаниям свидетелей.

Таким образом, по делу с достоверностью установлено, что истцы с момента трудоустройства и до сентября 2020 года осуществляли трудовую деятельность по сменному режиму работы, по графику 2/2/3 с чередованием рабочих смен и дней отдыха.

Поскольку по делу установлен сменный режим работы сервиса ООО «Калуга Авто», а сторона ответчика уклонилась от предоставления действующего в организации в спорный период графика работы, суд принимает в качестве доказательств графики предоставленные стороной истца (л.д. 32, 43 т.7), которые согласуются с показаниями свидетелей; данными о выполнении работ, содержащимися в рабочих заказ-нарядах, предоставленных истцами (л.д.33-144 т.7).

Согласно данным графикам, дни, которые указаны работодателем в приказах о привлечении к дисциплинарной ответственности прогулами (21, 26 августа 2020 года для ФИО2 и 19, 28 августа 2020 года для ФИО1) являлись для них выходными. В связи с чем они отсутствовали на работе в указанные даты по уважительной причине, а следовательно нарушений трудовой дисциплины не допускали.

При этом судом учитывается, что работодатель после фиксации отсутствия ФИО1 и ФИО2 на работе 19 и 21 августа, последних о составлении соответствующих актов не уведомил. После того, как они отработали свои смены по существующему графику, в том числе в субботу и воскресенье (ФИО1 22 и 23 августа), работодатель вновь составил акты об отсутствии истцов на рабочем месте. Указанное свидетельствует о том, что как на дату первоначального составления актов об отсутствии на рабочем месте, так и повторных, работодатель не проинформировал истцов об изменении сложившегося в организации сменного режима работы.

Установив указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что ответчиком не было представлено доказательств, с достоверностью свидетельствующих, что ФИО2 и ФИО1 были допущены вменяемые дисциплинарные проступки (прогулы) - 21, 26 августа и 19, 28 августа 2020 года соответственно, и что имелись основания для применения к ним дисциплинарных взысканий в виде замечания и выговора.

При таких обстоятельствах требования ФИО2 о признании незаконными приказа от 09.09.2020 года за № о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания и приказа от 10.09.2020 года за № о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора; а также требования ФИО1 о признании незаконными приказа от 09.09.2020 года за № о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания и приказа от 11.09.2020 года за № о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора, являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Также суд соглашается с требованиями истцов о признании незаконными приказов об увольнении.

Так, приказом от 13 октября 2020 года ФИО1 уволен с занимаемой должности по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей 01 и 14 сентября 2020 года при наличии ранее примененных дисциплинарных взысканий вышеуказанными приказами от 09.09.2020 года за № и от 11.09.2020 года за №.

Приказом от 05 ноября 2020 года ФИО2 уволен с занимаемой должности по пункту 5 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей 01 и 14 сентября 2020 года при наличии ранее примененных дисциплинарных взысканий вышеуказанными приказами от 09.09.2020 года за № и приказа от 10.09.2020 года за №.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник может быть уволен на основании пункта 5 части первой статьи 81 ТК РФ только при условии неоднократного нарушения работником трудовых обязанностей без уважительных причин. Нарушение трудовых обязанностей признается неоднократным, если, несмотря на дисциплинарное взыскание, которое не снято и не погашено, со стороны работника продолжается или вновь допускается виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей.

По делу установлено, что истцы нарушений трудовой дисциплины в виде прогулов не допускали, факт систематического неисполнения или ненадлежащего исполнения ими трудовых обязанностей ответчиком не доказан и не нашел подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В связи с признанием незаконными приказов о применении в отношении ФИО2 и ФИО1 дисциплинарных взысканий в виде замечаний и выговоров, суд приходит к выводу об отсутствии признака неоднократности неисполнения истцами без уважительных причин трудовых обязанностей.

Указанное является самостоятельным основанием для признания незаконными приказа работодателя от 13.10.2020 года за № об увольнении ФИО1 на основании п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ и приказа от 05.11.2020 года за № об увольнении ФИО2 на основании п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ (неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание).

Кроме того заслуживают внимание доводы стороны истцов о том, что они не допускали вменяемых им нарушений трудовой дисциплины 01 и 14 сентября 2020 года и не уклонялись от исполнения трудовых обязанностей.

Так, указанными приказами от 13.10.2020 за № и от 05.11.2020 за № ФИО1 и ФИО2 также вменяются дисциплинарные проступки - неисполнение трудовых обязанностей 01.09.2020 и 14.09.2020.

Основанием для вынесения приказов и доказательством подтверждающим факт нарушения трудовой дисциплины послужили служебная записка ФИО16 от 01.09.2020, акты об отсутствии на рабочем месте ФИО1, ФИО2 от 01.09.2020, служебная записка ФИО14 от 14.09.2020.

Однако, как следует из установленного судом графика работы сервиса ООО «Калуга Авто» - 01 сентября 2020 года для ФИО2 являлся нерабочим (выходным) днем. Следовательно, оснований для привлечения его к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей в указанный день не имелось.

В свою очередь ФИО1, оспаривая факт нарушения трудовой дисциплины, ссылается, что, согласно графика, 01.09.2020 присутствовал на рабочем месте, надлежащим образом исполнял порученную ему работу.

Указывает, что в соответствии с представленным ООО «Калуга Авто» рабочим заказ-нарядом № от 01.09.2020, выполнял работу по установке сигнализации (охранная система с двухсторонней связью и автозапуском) на автомобиль Creta VIN №, получив материалы на складе общества по требованию накладной № от 01.09.2020 к заказ-наряду № от 01.09.2020 (л.д.154 т.7).

В соответствии с указанным заказ-нарядом автомобиль принят 01.09.2020 в 10.23 час. При этом нормативное время, которое ФИО1 должен был затратить на выполнение работы по установке сигнализации, указано в рабочем заказ-наряде и составляет 7 часов.

Акт от 01.09.2020 за № об отсутствии на рабочем месте ФИО1 подписан ФИО16, ФИО17, ФИО15

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО15 пояснил, что его работа не связана с деятельностью ФИО1, 01.09.2020 года он в составе комиссии единожды зафиксировал отсутствие ФИО1 на рабочем месте (подъемник №), после чего подписал акт, который ему предоставил ФИО16 Далее в течение дня он не контролировал отсутствие на рабочем месте истцов.

В целях установления обстоятельств написания служебной записки, акта от 01.09.2020 и их оценки в совокупности с представленными доказательствами и пояснениями представителя истца судом неоднократно вызывались для допроса в качестве свидетелей ФИО16 и ФИО17, которые на настоящее время состоят в трудовых отношениях с ответчиком, последние от явки в судебное заседание уклонились.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ответчиком не представлено достаточных доказательств, с достоверностью свидетельствующих о совершении ФИО1 вменяемого дисциплинарного проступка 01 сентября 2020 года.

В подтверждение доводов о не исполнении истцами трудовых обязанностей 14 сентября 2020 года ответчиком предоставлена служебная записка ФИО14 в соответствии с которой ФИО1 и ФИО2 отказались от проведения работ по установке сигнализации на автомобиль №

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 пояснил, что данная служебная записка была им написана в связи с отказом истцов от установки сигнализации, однако обстоятельств данного отказа он не помнит, как и того, кто из них конкретно заявил об отказе от выполнения работы. Также не помнит, выполняли ли истцы другую работу в указанный день.

Как следует из прослушанной судом аудиозаписи разговора ФИО14, ФИО2 и ФИО1, состоявшегося 15.09.2020 года, ФИО14 поделился с истцами информацией о том, что написал служебную записку об их отказе от выполнения работы по просьбе директора. Пояснил, что он не имел претензий к работе ФИО2 и ФИО1, но дорожит работой. При этом из содержания данной аудиозаписи разговора следует, что истцы 14 сентября 2020 года не отказывались от исполнения трудовых функций (л.д. 160, 161 т.3).

ФИО14 содержание прослушанной аудиозаписи не оспаривалось.

ФИО2 и ФИО1 ссылаются, что 14 сентября 2020 года выполняли следующие работы:

- установка сигнализации на автомобиль по рабочему заказ-наряду № от 07.09.2020 г. - количество времени затраченного на выполнение работы 7 часов;

- установка сигнализации на автомобиль по рабочему заказ-наряду № от 10.09.2020 г. - количество времени затраченного на выполнение работы 7 часов;

- установка сигнализации на автомобиль по рабочему заказ-наряду № от 14.09.2020 г. - количество времени затраченного на выполнение работы 7 часов.

Указывают, что выполнение работ по указанным рабочим заказ-нарядам именно 14 сентября 2020 года подтверждается получением товарно-материальных ценностей со склада ООО «Калуга Авто» 14.09.2020 по требованиям накладным, предоставленным ответчиком (л.д.155, 155об.).

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание содержание аудиозаписи разговора истцов с ФИО14, по делу с достоверностью не установлено, что выполняя поручения работодателя 14 сентября 2020 года по указанным заказ-нарядам истцы без уважительных причин отказались от выполнения иной работы, то есть совершили дисциплинарный проступок.

Согласно пункту 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

В связи с чем суд удовлетворяет требования истцов в указанной части.

При разрешении требований о взыскании недоплаченной заработной платы суд исходит из следующего.

Согласно условиям заключенных с истцами трудовых договоров, им установлена оплата труда в размере должностного оклада 12 000 руб., надбавки согласно Положения об оплате труда и Положения о премировании. Указано, что работнику могут выплачиваться также премии, иные установленные законодательством РФ и руководящими документами общества виды материального поощрения (п.2.1, 2.2).

Сторона ответчика, возражая против удовлетворения иска, предоставила в суд Положение об оплате труда, датированное 2016 годом, которым в организации устанавливается повременно-премиальная с поощрительными выплатами система оплаты труда (п. 2.2.) (л.д.44.т.2).

В свою очередь ФИО2 и ФИО1, обращаясь в суд с настоящим иском, ссылаются, что с даты трудоустройства истцам начислялась заработная плата по сдельной системе оплаты труда.

Указывают, что внутренним документооборотом ООО «Калуга Авто» предусмотрено составление рабочих заказ-нарядов в соответствии с которыми работодатель поручает работнику выполнение определенного перечня работ на конкретном автомобиле. Так, в рабочем заказ-наряде фиксируются сведения об автомобиле, о заказчике работ, наименование работ подлежащих выполнению, указывается нормативное время необходимое для выполнения работ по видам; наименование и количество запасных частей и материалов необходимых для выполнения работ и сведения об исполнителе. По результатам выполнения работ исполнитель в соответствующей графе указывает свою фамилию. Рабочий заказ-наряд является неотъемлемой частью итогового экземпляра заказ-наряда, который закрывается по результату выполнения работ, оплачивается заказчиком и хранится в ООО «Калуга Авто».

Ссылаются, что после закрытия заказ-наряда (итогового) и поступления оплаты от заказчика (если установка дополнительного оборудования заказана физическим лицом) или покупателя автомобиля (если установка дополнительного оборудования включена в стоимость автомобиля), выполненные по рабочему заказ-наряду исполнителем работы подлежат оплате.

Номер рабочего заказ-наряда идентичен номеру итогового заказ-наряда, дата заказ-наряда (итогового) обычно имеет ту же или более позднюю дату.

Далее, в компьютерной базе 1С организации на основании внесенных сервисным консультантом сведений из рабочего и итогового заказ-нарядов происходит учет выполненных конкретным исполнителем работ по их видам, наименованию, номерам заказ-нарядов, стоимости работ и услуг (суммы работ и услуг), количеству выработанных нормо-часов.

По итогам месяца работодатель, исходя из количества выработанных нормо-часов по закрытым заказ-нарядам и стоимости видов работ, указанных в тарифной сетке, производил расчет заработной платы каждого работника сервиса.

Стоимость одного нормо-часа по видам работ определена в тарифной сетке - локальном акте работодателя, который утверждался директором и доводился до сведения работников сервиса под роспись.

При этом ссылаются, что заработная плата работника исчислялась по следующей формуле: количество нормо-часов, выполненных работником по видам работ, умноженное на стоимость одного нормо-часа, согласно тарифной сетке.

В подтверждение наличия сдельной системы оплаты труда стороной истцов в материалы дела предоставлены следующие доказательства.

Копия Положения об оплате труда ООО «Калуга Авто», утвержденного в 2016 году, которая в апреле 2020 года работодателем направлялась в адрес Государственной инспекции труда по <адрес>.

Из данного Положения следует, что оно по своему содержанию отличается от ранее приобщенного к материалам дела стороной ответчика. В нем имеется ссылка на установление в организации повременно-премиальной и сдельно-премиальной систем оплаты труда (л.д.3 т.2).

Представителями ООО «Калуга Авто» не оспаривался факт направления в Государственную инспекцию труда по <адрес> указанного Положения, которое по своему содержанию отличается от предоставленного суду.

В связи с чем суд принимает данную копию Положения как допустимое доказательство того, что в организации действовала, в том числе, сдельная система оплаты труда.

Кроме того, стороной истца предоставлены копии тарифных сеток за октябрь 2019 года, за ноябрь 2018 года, за июль 2018 года, утвержденные руководителями ООО «Калуга Авто», с указанием стоимости одного нормо-часа по отдельным видам работ сервиса (л.д.102-104 т.2).

Допрошенные судом в качестве свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО9 подтвердили пояснения истцов о существующем в организации порядке расчета заработной платы путем умножения стоимости нормо-часа, указанного в тарифной сетке, на количество нормо-часов выработанных сотрудником по закрытым рабочим заказ-нарядам. Указали, что знакомились под роспись с предоставленными истцами копиями тарифных сеток, исходя из которых сотрудникам сервиса исчислялась заработная плата.

Вышеуказанные свидетели, а также допрошенные судом в качестве свидетелей ФИО14, ФИО12, ФИО13, подтвердили, что учет выработанных исполнителями (работниками сервиса) часов производился ответчиком в компьютерной базе 1C по их количеству, видам работ и заказ-нарядам. Данные, заносимые в базу 1С, по своему содержанию соответствуют тем распечаткам из нее, которые предоставлены истцами на л.д. 109-119 т.2.

Кроме того, свидетели ФИО10, ФИО9, ФИО11, ФИО12, подтвердив наличие в ООО «Калуга Авто» сдельной системы оплаты труда для сотрудников сервиса, ссылались, что в организации фактически не применялось премирование работников.

Из представленных стороной ответчика приказов о премировании работников (л.д.179 т.3) следует, что в них отсутствует указание на основания премирования, какое либо обоснование размера начисляемых премий. Как по запросу истцов в досудебном порядке (л.д.81 т.2), так и в рамках рассмотрения настоящего дела ООО «Калуга Авто» не приведен расчет выплачиваемых истцам премий, не указана методика данного расчета.

Напротив, сторона истцов ссылается, что ранее расчетные листки им не выдавались, с приказами о премировании их не знакомили, а указанные ответчиком суммы выплат, включающие также премии за период до апреля 2020 года, фактически соответствовали приведенному ими расчету заработной платы по сдельной системе оплаты труда.

В подтверждение истцами предоставлены расчеты заработной платы, в соответствии с которыми начисленная работодателем заработная плата (по справкам формы 2-НДФЛ) в 2019, 2020 годах соответствует предоставленным расчетам за январь 2019 - март 2019 года, декабрь 2019 года, январь-март 2020 года, исходя из количества выработанных истцами нормо-часов по видам работ и стоимости одного нормо-часа по тарифной сетке (л.д.26-37 т.6, л.д.131-141 т.6, л.д.169-170 т.7).

Оценив в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ предоставленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что в организации в отношении занимаемых истцами должностей в спорные периоды существовала сдельная система оплаты труда и приведенный истцами порядок расчета заработной платы.

При этом судом учитывается, что ответчик, оценивая критически доказательства, предоставленные стороной истцов и показания допрошенных судом свидетелей, в свою очередь, не ходатайствовал о допросе ни одного свидетеля (сотрудника сервиса), ссылались на невозможность обеспечения явки в судебное заседание работников организации (ФИО16, ФИО17), вызванных в суд по ходатайству истцов. Оспаривая копии предоставленных истцами документов (рабочие заказ-наряды, таблицы из компьютерной базы 1С), ответчик уклонился от предоставления подлинников заказ-нарядов с указанными номерами и датами, сославшись на ограниченный срок хранения документов данного вида.

В то же время, содержание данных заказ-нарядов (рабочих), а также то, что работы по ним выполнялись истцами, ответчик в рамках рассмотрения дела не опроверг. Доказательства обратного, либо сведения о том, что указанные в нарядах, а также в таблицах из базы 1С виды работ в заявленные дни фактически осуществляли другие работники, ответчиком также не предоставлены.

Поскольку сторона ответчика уклонилась от предоставления документов об исполнителях работ по указанным истцами рабочим заказ-нарядам (приведены их номера, даты и виды выполняемых работ по графикам), суд считает возможным принять в качестве допустимых доказательств копии данных документов, приобщенных истцами.

Так, предоставленные истцами ежемесячные таблицы выполненных ими работ из компьютерной базы ответчика (л.д.109-119 т.2), ведение которых подтверждено показаниями свидетелей, по своему содержанию (по видам работ и по номерам заказ-нарядов), согласуются с имеющимися в материалах дела иными доказательствами, а именно, с данными по количеству нормо-часов, содержащимися в рабочих заказ-нарядах (л.д.53-155 т.7), по количеству нормо-часов указанных в таблицах в строке заказ-наряда с соответствующим номером (л.д.119-128 т.2), данными о сумме работ по итоговому заказ-наряду за вид работ, выполняемых истцами.

Статьями 21 и 22 ТК РФ закреплено право работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы и корреспондирующая этому праву обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 140 Трудового кодекса РФ, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете, выплатить не оспариваемую им сумму.

С учетом положений вышеуказанных норм права, а также установленных по делу обстоятельств, суд признает обоснованными требования истцов о взыскании в их пользу с ответчика недоплаченной заработной платы за период с мая 2020 года (ФИО1) и с июня 2020 года (ФИО2) по дату увольнения.

При этом суд соглашается с предоставленными стороной истцов расчетами недоплаченной заработной платы ФИО1 на л.д. 125 т. 6 (за май 2020 года), на л.д. 27,29,31,33,35 (за июнь-октябрь 2020 года) и на л.д.170 т. 6, а также ФИО2 на л.д. 28, 30,32,34 (за июнь-сентябрь 2020 года) и на л.д. 122 т.6.

Данные расчеты учитывают виды фактически выполненных каждым из истцов в спорный период работ и затраченное на их исполнение время (л.д.109-119 т.2), стоимость данных работ по утвержденной работодателем тарифной сетке (л.д.9 т.1), данные о начисленной работодателем заработной плате за указанные периоды (л.д.166, 167 т.3), являются обоснованными и проверяемыми.

При таких обстоятельствах размер задолженности по заработной плате работодателя перед ФИО2 составляет за июнь 2020 года - 1721 руб. 65 коп., за июль 2020 года - 18499 руб. 84 коп., за август 2020 г. - 27551 руб. 66 коп., за сентябрь 2020 года - 5231 руб. 62 коп., а всего 53 004 руб. 77 коп.

Размер задолженности по заработной плате работодателя перед ФИО1 составляет за май 2020 года - 11 364 руб. 81 коп., за июнь 2020 года - 28 065 руб. 33 коп., за июль 2020 года - 10 019 руб. 71 коп., за август 2020 года - 82 367 руб. 19 коп., за сентябрь 2020 года - 5 093 руб. 33 коп., за октябрь 2020 года - 2 048 руб. 45 коп., а всего 138 958 руб. 82 коп.

В силу ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку заработная плата истцам в полном объеме была выплачена несвоевременно, они имеют право на взыскание компенсации, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно расчетам на л.д. 166,167 т. 7, которые признаются судом правильными. Стороной ответчика не оспорены.

Таким образом, в пользу ФИО2 подлежит взысканию компенсация за задержку выплаты заработной платы за период с 15.07.2020 по 02.03.2021 в размере 2686 руб. 66 коп.; в пользу ФИО1 - 7 502 руб. 33 коп.

Из части второй статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

На основании частей с первой по четвертую статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922 утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (далее - Положение), которым в том числе определены виды выплат, применяемых у работодателя, которые учитываются для расчета среднего заработка, порядок и механизм расчета среднего заработка.

В соответствии с пунктом 5 Положения при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если:

- за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации;

- работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам;

- работник не работал в связи с простоем по вине работодателя или по причинам, не зависящим от работодателя и работника;

- работник в других случаях освобождался от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации.

С учетом положений вышеуказанных норм права, а также фактически существующего в организации в спорный период сменного режима работы, повременного учета рабочего времени и сдельной системы оплаты труда, суд соглашается с размером среднедневного заработка, определенного в расчете истцов (л.д.129 т. 6 по ФИО2 и л.д. 168 т.7 по ФИО1). Данный расчет учитывает графики работы истцов, данные о их нетрудоспособности, периоды отпусков, освобождения от работы с сохранением заработной платы, а также сведения о выплаченной работодателем заработной плате.

В связи с чем с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО2 подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 06.11.2020 по 02.03.2021 в сумме 245 813 руб. 94 коп., из расчета 68 дней х 4 155 руб. 07 коп. – 13% подоходный налог.

С ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО1 подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 14.10.2020 по 02.03.2021 в сумме 319 913 руб. 48 коп., из расчета 92 дня х 3 996 руб. 92 коп. – 13% подоходный налог.

Вопреки доводам стороны ответчика, предусмотренный ст. 392 ТК РФ срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора по всем заявленным истцами требованиям не пропущен.

Иные доводы стороны ответчика о законности применения дисциплинарных взысканий и правильности начисления заработной платы истцам противоречат исследованным в ходе рассмотрения дела доказательствам и не опровергают обстоятельства, установленные судом.

В силу ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных истцам нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о существенном нарушении их трудовых прав, а именно неоднократное незаконное привлечение к дисциплинарной ответственности, незаконное увольнение, длительность периода невыплаты в полном объеме заработной платы, последствия этих нарушений. С учетом требований разумности и справедливости суд взыскивает с ООО «Калуга Авто» в пользу каждого истца компенсацию морального вреда по 25 000 руб.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пользу с ответчика подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины, от которых истцы были освобождены при подаче иска.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 ча, ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконным приказ от 09.09.2020 года за № о применении к ФИО2 чу дисциплинарного взыскания в виде замечания и приказ от 10.09.2020 года за № о применении к ФИО2 чу дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Признать незаконными приказ от 05.11.2020 года за № об увольнении ФИО2 ча на основании п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ (неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание) и восстановить ФИО2 ча на работе в ООО «Калуга Авто» в должности механика по дополнительному оборудованию с 06 ноября 2020 года.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО2 ча невыплаченную в полном объеме заработную плату за июнь 2020 года в размере 1721 руб. 65 коп., за июль 2020 года в размере 18499 руб. 84 коп., за август 2020 г. в размере 27551 руб. 66 коп., за сентябрь 2020 года в размере 5231 руб. 62 коп., а всего 53 004 руб. 77 коп.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО2 ча компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 15.07.2020 по 02.03.2021 в размере 2686 руб. 66 коп.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО2 ча заработную плату за время вынужденного прогула за период с 06.11.2020 по 02.03.2021 в сумме 245 813 руб. 94 коп.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО2 ча компенсацию морального вреда в сумме 25 000 руб.

Признать незаконным приказ от 09.09.2020 года за № о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания и приказ от 11.09.2020 года за № о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Признать незаконными приказ от 13.10.2020 года за № об увольнении ФИО1 на основании п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ (неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание) и восстановить ФИО1 на работе в ООО «Калуга Авто» в должности механика по дополнительному оборудованию с 14 октября 2020 года.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО1 невыплаченную в полном объеме заработную плату за май 2020 года в размере 11 364 руб. 81 коп., за июнь 2020 года в размере 28 065 руб. 33 коп., за июль 2020 года в размере 10 019 руб. 71 коп., за август 2020 года в размере 82 367 руб. 19 коп., за сентябрь 2020 года в размере 5 093 руб. 33 коп., за октябрь 2020 года в размере 2 048 руб. 45 коп., а всего в размере 138 958 руб. 82 коп.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО1 компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 15.07.2020 по 02.03.2021 в размере 7 502 руб. 33 коп.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 14.10.2020 по 02.03.2021 в сумме 319 913 руб. 48 коп.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 25 000 руб.

Решение суда в части восстановления ФИО2 ча и ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с ООО «Калуга Авто» в пользу местного бюджета государственную пошлину в сумме 11 478 руб. 80 коп.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калужский областной суда через Калужский районный суд в течение одного месяца.

Председательствующий

Мотивированное решение составлено 10 марта 2021 года.

Копия верна О.А.Сидорова