Апелляционное определение № 33-3143/2025 33-79/2026 от 18 января 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

УИД: 04RS0020-01-2025-001165-50

Дело № 33-79/2026 (33-3143/2025) поступило 18 ноября 2025 года

Судья Атрашкевич В.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 января 2026 года город Улан-Удэ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Ивановой В.А., судей коллегии Хаыковой И.К., Тараевой И.А., при секретаре Мункуевой Т.Б., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия о признании решений об отказе в установлении страховой пенсии по старости незаконным, обязании назначить досрочную пенсию по старости по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Северобайкальского городского суда Республики Бурятия от 8 октября 2025 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Ивановой В.А, ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Обращаясь в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия, истец ФИО1 просила признать незаконными решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия от 10.03.2025 № 141999/24 об отказе в установлении страховой пенсии ФИО1, решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия от 30.06.2025 № 59735/25 об отказе в установлении страховой пенсии ФИО1, обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия назначить ей досрочную пенсию по старости с даты обращения.

Исковые требования мотивированы следующим. 28 ноября 2024 года истец ФИО1 обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия с заявлением о назначении пенсии. Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия от 10.03.2025 № 141999/24 истцу отказано в установлении страховой пенсии. Необходимую продолжительность стажа работы истец выработала, однако в связи с тем, что двое из трех ее детей родились в городе <...> Республики Таджикистан, истцу было отказано в назначении пенсии. Действительно, двое из трех ее детей – Т., <...> года рождения, и Т., <...> года рождения, родились в городе <...> Республики Таджикистан. Однако, с 2001 года они проживали в городе Северобайкальск Республики Бурятия и до сих пор проживают и работают на территории Российской Федерации. 18 июня 2025 года истец ФИО1 вновь обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия с заявлением о назначении пенсии с предоставлением необходимых документов. Однако в установлении пенсии ей было отказано, но уже по другим причинам. На дату обращения продолжительность страхового стажа составил 21 год 07 месяцев 00 дней при требуемой продолжительности не менее 20 лет, продолжительность стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, составил 20 лет 04 месяца 28 дней при требуемой продолжительности не менее 20 лет. То есть необходимый стаж работы истцом был выработан, однако теперь ответчиком не включены периоды работы в специальный стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера: с 25 мая 2007 года по 1 декабря 2007 года, с 27 декабря 2007 года по 31 августа 2008 года – периоды нахождения в отпусках по уходу за ребенком; с 30 августа 2010 года по 10 сентября 2010 года, с 25 декабря 2012 года по 9 марта 2012 года – периоды нахождения в отпусках без сохранения заработной платы. Истец ФИО1 совместно с детьми, начиная с 2001 года, проживала на территории города Северобайкальска, ее сыновья являются гражданами Российской Федерации. Кроме того, ей не понятны те даты (периоды нахождения в отпусках по уходу за ребенком и отпусках без сохранения заработной платы), которые указывает ответчик, с ними не согласна категорически Следовательно, решения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия от 10.03.2025 и от 30.06.2025 являются незаконными.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования по изложенным в иске доводам поддержала, пояснив, что действительно находилась в отпусках без сохранения заработной платы с 25.01.2012 по март 2012 года, а также в период август- сентябрь 2010 года. В отпуске по уходу за ребенком она находилась с декабря 2006 года, и действительно в декабре 2007 года в связи с финансовым положением она работала в ЧУЗ <...>.

Представитель истца - адвокат Запекина О.П. в судебном заседании исковые требования по изложенным в иске доводам поддержала.

Представитель ответчика ОСФР по РБ по доверенности ФИО2, участвуя в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, просила отказать в удовлетворении требований, пояснив, что при повторном обращении ФИО1 в июне 2025 года обстоятельства наличия у неё двух несовершеннолетних детей пенсионным органом не рассматривались, решением от 30.06.2025 было отказано в назначении пенсии в связи с не достижением заявителя возраста 55 лет. При указании в решении периодов, не подлежащих включению в стаж, была допущена описка вместо 25.01.2012 указано 25.12.2012, фактически на дату принятия решений необходимый стаж, за вычетом периодов, не подлежащих включению в специальный стаж, у ФИО3 имелся, однако истец не достигла возраста, с которого может быть назначена пенсия. Старшие дети ФИО1, рожденные на территории Республики Таджикистан, в связи с условиями Договора, заключенного между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения 15.09.2021, не могут быть учтены при определении права на досрочную пенсию по п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ-400.

Представители третьих лиц Управления образования Администрации МО «г. Северобайкальск» и МАОУ «Средняя общеобразовательная школа №3» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Судом первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, приводя те же доводы, что и в исковом заявлении и в суде первой инстанции. Так, указывает, что документами, приложенными к исковому заявлению, подтверждается, что истец совместно с детьми, начиная с 2001 года, проживала на территории города Северобайкальска Республики Бурятия, ее сыновья по праву рождения являются гражданами Российской Федерации, доказательства, свидетельствующие о том, что она была лишена родительских прав в отношении своих детей, отсутствуют. Кроме того, указывает, что на территории Российской Федерации ей было выдано удостоверение многодетной семьи, при рождении третьего ребенка получен материнский (семейный) сертификат, то есть при получении всех социальных пособий, выплат и других мер социальной поддержки дети учитывались вне зависимости от места их рождения. Ссылаясь на Федеральный закон от 11.06.2022 № 175-ФЗ «О денонсации Российской Федерации Соглашения о гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», Федеральный закон от 15.07.1995 № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации», полагает, что принцип территориальности в области пенсионного обеспечения применяется только к вопросам учета стажа и не охватывает никакие другие элементы социально-демографического статуса лица, претендующего на назначение пенсии, а потому не может влиять на право женщины на назначение страховой пенсии по пункту 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» в зависимости от того, на территории какого государства рожден и воспитан ребенок. Кроме того, по мнению апеллянта, нестраховые периоды, в том числе по уходу за детьми, засчитываются в страховой стаж, если они имели место на территории Российской Федерации и, если иное не предусмотрено международными договорами, аналогичный подход также применяется в отношении рождения и воспитания детей при определении права на досрочную страховую пенсию по старости.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия по доверенности ФИО2 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия по доверенности ФИО4 возражала против доводов апелляционной жалобы, полагала, что оснований для отмены судебного решения не имеется.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в заседание судебной коллегии не явились. Истец ФИО1, третье лицо МАОУ «Средняя общеобразовательная школа № 3» просили о рассмотрении дела в их отсутствие.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом надлежащего извещения сторон считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Конституция РФ, провозглашая Российскую Федерацию правовым и социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, и закрепляя свободу труда, право каждого свободно выбирать род деятельности и профессию (статья 1, часть 1; статья 7; статья 37, часть 1), гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1). Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

В соответствии со статьями 8, 35 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону), при наличии не менее 15 лет страхового стажа (далее – Федеральный закон от 28.12.2013 № 400-ФЗ).

Продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, предусмотренная частью 2 статьи 8 настоящего Федерального закона, начиная с 1 января 2016 года ежегодно увеличивается на один год согласно приложению 3 к настоящему Федеральному закону. При этом необходимая продолжительность страхового стажа определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона.

С 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30. При этом необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости определяется на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, а при назначении страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, - на день установления этой страховой пенсии.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, женщинам, родившим двух и более детей, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 20 лет и проработали не менее 12 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 17 календарных лет в приравненных к ним местностях.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ досрочная страховая пенсия назначается женщинам, достигшим возраста 55 лет (с учетом положений, предусмотренных приложениями 5 и 6 к данному закону), если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностям, и имеют страховой стаж не менее 25 лет и 20 лет.

Страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях», но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию (часть 1 статьи 22 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, истец ФИО1, <...> года рождения, осуществляет трудовую деятельность в местности, приравненной к районам Крайнего севера, в городе Северобайкальск Республики Бурятия.

Из записей в трудовой книжки истца следует, что в период с 1 сентября 2003 года по 29 сентября 2012 года ФИО1 работала в МОУ «Средняя общеобразовательная школа № 3» г. Северобайкальск в должности <...>, была уволена в порядке перевода, 1 октября 2012 года была принята на должность <...> в хозяйственно-строительный отдел Управления образования Администрации МО «г. Северобайкальск», где работала до 31 декабря 2019 года и была уволена в порядке перевода, 1 января 2020 года ФИО1 была принята <...> в МАОУ «Средняя общеобразовательная школа № 3 г. Северобайкальск», где и работает в указанной должности по настоящее время.

6 декабря 2024 года истец ФИО1 достигла возраста 50 лет.

Из представленных в материалы дела копии свидетельств о рождении следует, что истец ФИО1 является матерью троих детей: Т., <...> года рождения, Т., <...> года рождения, родившихся в городе <...> Республики Таджикистан, и Т., <...> года рождения, родившейся в городе <...>, Российская Федерация.

28 ноября 2024 года истец ФИО1 обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия с заявлением о назначении страховой пенсии по старости на основании пункта 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», поскольку возраст истца на дату обращения за пенсией составлял 49 лет 11 месяцев, продолжительность страхового стажа составил 21 год 00 месяцев 19 дней при требуемой продолжительности не менее 20 лет, продолжительность стажа работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, составил 19 лет 09 месяцев 13 дней при требуемой продолжительности не менее 17 лет 00 месяцев, и она родила и воспитала трех детей.

10 марта 2025 года Отделением Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия по указанному обращению принято решение № 141999/24 об отказе в установлении страховой пенсии в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Причиной отказа в назначении пенсии послужило невыполнение условия для досрочного назначения страховой пенсии по старости по пункту 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ в связи с тем, что дети истца Т., <...> года рождения, и Т.., <...> года рождения, родились в городе <...> Республики Таджикистан. При принятии решения об отказе в назначении истцу пенсии пенсионным органом применены положения пункта 9 статьи 9 Договора о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан от 15 сентября 2021 года.

18 июня 2025 года истец ФИО1 повторно обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия с заявлением о назначении ей страховой пенсии по старости.

Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия от 30.06.2025 № 59735/25 истцу ФИО1 отказано в установлении пенсии в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к Федеральному закону № 400-ФЗ, согласно которому возраст, по достижении которого у ФИО1 возникает право на страховую пенсию по старости, составляет 55 лет (50 лет + 60 месяцев).

При этом, пенсионным органом в стаж для досрочного назначения пенсии не были включены следующие периоды: с 25.05.2007 года по 01.12.2007 года и с 27.12.2007 года по 31.08.2008 года в связи с нахождением истца в отпусках по уходу за ребенком, а также с 30.08.2010 года по 10.09.2010 года и с 25.12.2012 по 09.03.2012 – периоды нахождения в отпусках без сохранения заработной платы.

Оценив установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции исходил из того, что несмотря на достижение истцом возраста 50 лет и наличие необходимого стажа оснований для досрочного назначения пенсии в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» не имелось в связи с вступлением в силу Федерального закона от 03.10.2018 № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий», поскольку лишь один ребенок истца рожден на территории Российской Федерации, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для признания решений ответчика незаконными и возложения на пенсионный орган обязанности назначить истцу досрочную пенсию по старости.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку выводы суда первой инстанции в указанной части надлежащим образом мотивированы, основаны на полном, всестороннем и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка в их совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Так, в соответствии с пунктом 4 статьи 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В силу части 3 статьи 2 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

15 сентября 2021 года между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан заключен Договор о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения.

Российской Федерацией данный документ был ратифицирован Федеральным законом от 14.07.2022 № 242-ФЗ, вступившим в силу с 21 октября 2022 года.

Таким образом, пенсионное обеспечение граждан, переселившихся с территории Республики Таджикистан на территории Российской Федерации, осуществляется с применением Договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 года (далее – Договор), вступившего в силу с 21 октября 2022 года.

Указанный Договор распространяется на отношения, регулируемые законодательством о пенсионном обеспечении в Российской Федерации в том, что относится к страховой пенсии (пункт 1 статьи 2 Договора).

Договор распространяется и на отношения, регулируемые законодательством о пенсионном обеспечении договаривающихся сторон, которое изменяет или дополняет положения, изложенные в пункте 1 названной статьи, за исключением законодательства, которое расширяет круг лиц, а также устанавливает новые виды пенсионного обеспечения (страхования), если Договаривающиеся Стороны не договорятся об ином (пункт 3 статьи 2 Договора).

Согласно статье 9 Договора каждая Договаривающаяся Сторона назначает пенсию на основании страхового стажа, приобретенного на ее территории, в соответствии с ее законодательством, если иное не предусмотрено настоящим Договором (пункт 1).

Согласно пункту 9 статьи 9 Договора при определении права на досрочную страховую пенсию по старости (по возрасту), которая зависит от количества членов семьи, учитываются дети, рожденные и воспитанные: в отношении Российской Федерации – на территории Российской Федерации, а также на территории бывшей Российской Советской Федеративной Социалистической Республики; в отношении Республики Таджикистан – на территории Республики Таджикистан, а также на территории бывшей Таджикской Советской Социалистической Республики.

Таким образом, из буквального толкования пункта 9 статьи 9 Договора право на досрочную страховую пенсию по старости, которая зависит от количества членов семьи, при назначении пенсии на территории Российской Федерации подлежит определению с учетом детей, рожденных и воспитанных на территории Российской Федерации, а потому, вопреки доводам апелляционной жалобы, дети истца Т.., <...> года рождения, и Т.., <...> года рождения, как рожденные на территории Республики Таджикистан, не подлежат учету при назначении истцу страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ и, следовательно, обоснованно не были учтены ответчиком Отделением Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Бурятия при принятии решения от 10 марта 2025 года № 141999/24 об отказе в установлении истцу страховой пенсии.

Кроме того, как следует из полученного по запросу суда апелляционной инстанции ответа Врио начальника Управления по вопросам миграции К. от 14.01.2026 № 47/109, ФИО1, <...> года рождения, уроженка <...>, решением МВД но Республике Бурятия от 23 декабря 2004 года № <...> принята в гражданство Российской Федерации на основании части 4 статьи 14 Федерального Закона Российской Федерации от 11 ноября 2003 года № 151-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации», с применением части 1 статьи 24 Федерального Закона Российской Федерации от 31 мая 2002 года № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации», документирована паспортом гражданина Российской Федерации серии <...> № <...>, выданным <...> года отделением по вопросам миграции МО МВД России «Северобайкальский»;

Т., <...> года рождения, уроженец <...>, решением МВД по Республике Бурятия от 23 декабря 2004 года № <...> принят в гражданство Российской Федерации на основании части 4 статьи 14 Федерального Закона Российской Федерации от 11 ноября 2003 года № 151-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации», с применением части 1 статьи 24 Федерального Закона Российской Федерации от 31 мая 2002 года № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации», документирован паспортом гражданина Российской Федерации серии <...> № <...>, выданным <...> года ТП УФМС России по Республике Бурятия в г. Северобайкальск;

Т., <...> года рождения, уроженец <...>, решением МВД по Республике Бурятия от 23 декабря 2004 года № <...> принят в гражданство Российской Федерации на основании части 4 статьи 14 Федерального Закона Российской Федерации от 11 ноября 2003 года № 151-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации», с применением части 1 статьи 24 Федерального Закона Российской Федерации от 31 мая 2002 года № 62-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации», документирован паспортом гражданина Российской Федерации серии <...> № <...>, <...> года отделением по вопросам миграции МО МВД России «Северобайкальский».

Также из имеющейся в материалах дела копии трудовой книжки истца ФИО1 следует, что истец в период с 3 декабря 1991 года по 3 декабря 1998 года осуществляла трудовую деятельность на территории Республики Таджикистан, при этом гражданкой Российской Федерации не являлась.

Доводы апелляционной жалобы истца, сводящиеся к тому, что при получении ею всех социальных пособий, выплат и других мер социальной поддержки учитывались все дети истца вне зависимости от места их рождения, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора, поскольку основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии регламентируются законодательством РФ о страховых пенсиях, а в настоящем случае также Договором между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 года.

Ссылки в апелляционной жалобе на Соглашение о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 года не могут быть приняты во внимание в качестве основания для отмены судебного решения, поскольку соглашение денонсировано Федеральным законом от 11 июня 2022 года № 175-ФЗ «О денонсации Российской Федерацией Соглашения о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», а в отношениях между Российской Федерацией и Таджикистаном Соглашение от 13 марта 1992 года прекратило действие с даты вступления в силу Договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 года. При этом на момент заключения Договора между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан о сотрудничестве в области пенсионного обеспечения от 15 сентября 2021 года, а также на дату его ратификации истец ФИО1 возраста, с которого возможно было назначение досрочной пенсии, не достигла.

Относительно доводов апелляционной жалобы, касающихся периодов нахождения истца в отпуске по уходу за ребенком, судебная коллегия исходит из следующего.

До введения в действие Закона РФ от 25.09.1992 № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» статья 167 КЗоТ РСФСР предусматривала включение указанного периода в специальный стаж работы, дающего право на досрочное назначение пенсии по старости.

С принятием названного Закона РФ, который вступил в силу 6 октября 1992 года, период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях (ст. 167 КЗоТ РФ). Данным Законом статья 167 КЗоТ РФ была изложена в новой редакции.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 № 30 «О некоторых вопросах, возникших у судов при рассмотрении дел, связанных с реализацией гражданами права на трудовые пенсии» разъяснено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25.10.1992 г. № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Необходимо учитывать, что если отпуск по уходу за ребенком начался до 6 октября 1992 года, то период нахождения в данном отпуске подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, независимо от момента его окончания (до или после этой даты).

Таким образом, возможность включения в специальный стаж, дающий право на пенсию в связи с особыми условиями труда, периода нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком предусмотрена для периодов, имевших место до 6 октября 1992 года, то есть до момента вступления в законную силу Закона Российской Федерации от 25.09.1992 № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации».

При этом, как следует из материалов дела, отпуск по уходу за ребенком был предоставлен истцу ФИО1 после 6 октября 1992 года, что подтверждается приказом директора МОУ «СОШ № 3» № <...> от 4 июня 2007 года, согласно которому истцу ФИО1 предоставлен отпуск по уходу за ребенком до достижения им 1,5 летнего возраста с 25 мая 2007 года по 22 августа 2008 года, фактически из отпуска по уходу за ребенком истец ФИО1 вышла с 1 сентября 2008 года.

Также из материалов дела следует, что в указанный период нахождения в отпуске по уходу за ребенком, а именно с 2 по 26 декабря 2007 года истец ФИО1 осуществляла трудовую деятельность в ЧУЗ <...> на ст. Северобайкальск, что нашло свое подтверждение в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции сделан правильный вывод об отсутствии правовых оснований для включения в стаж в целях досрочного назначения страховой пенсии по старости периодов нахождения ФИО3 в отпуске по уходу за ребенком с 25 мая 2007 года по 1 декабря 2007 года, с 27 декабря 2007 года по 31 августа 2008 года.

Что касается периодов нахождения истца в отпусках без сохранения заработной платы с 30 августа 2010 года по 10 сентября 2010 года и с 25 января 2012 года по 09 марта 2012 года, то судом первой инстанции также обоснованно отказано во включении указанных периодов в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии.

Согласно пункту 2 постановления Правительства РФ от 10.09.2021 № 1532 «Об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2, 6 и 7 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях" исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2, 6 и 7 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2002 № 516 «Об утверждении Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», с учетом особенностей, установленных пунктом 3 настоящих Правил.

Согласно п. 4 и 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости (далее именуется - стаж), засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации (п. 4).

Периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом, в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков (п. 5).

Из изложенного следует, что включение в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости, периодов отпусков без сохранения заработной платы пенсионным законодательством не предусмотрено.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции правильно применив и истолковав приведенные выше нормы материального права, пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований о включении в страховой стаж, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости, периодов отпуска по уходу за ребенком, периода нахождения в отпуске без сохранения заработной платы, поскольку указанные периоды не относятся ни к периодам работы, ни к периодам получения пособия по обязательному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, предусмотренным частью 1 статьи 11, пунктом 2 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ.

При этом судебная коллегия отмечает, что доводы истца о недостоверности сведений, касающихся дат предоставления ей отпусков без содержания, по уходу за ребенком, опровергаются представленными в материалы дела приказами о предоставлении указанных отпусков.

Правовых доводов, в соответствии с которыми решение суда может быть отменено, в апелляционной жалобе не содержится. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не могут являться основанием для отмены судебного решения, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а повторяют позицию истца, выраженную в суде первой инстанции, исследованную судом первой инстанции и нашедшую верное отражение и правильную оценку в судебном решении.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было, оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Северобайкальского городского суда Республики Бурятия от 8 октября 2025 года 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 3-х месяцев в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Кемерово, путем подачи кассационной жалобы через Северобайкальский городской суд Республики Бурятия.

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 февраля 2026 года.