Апелляционное определение № 33-7456/2025 33-88/2026 от 13 января 2026 г.

Председательствующий: Рерих Ю.С. № 33-88/2026

(33-7456/2025)

55RS0007-01-2025-003681-64


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 14 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе

председательствующего Магденко И.Ю.,

судей Калининой К.А., Савчук А.Л.,

при секретаре Павленок Е.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2838/2025

по апелляционной жалобе истца ФИО1

на решение Центрального районного суда г. Омска от 29 августа 2025 года

по иску ФИО1 к акционерному обществу «Газпромбанк», ФИО2 о взыскании премии, индексации заработной платы, упущенной выгоды и компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Савчук А.Л., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась в суд с иском к акционерному обществу «Газпромбанк» (далее – АО «Газпромбанк»), ФИО2, в обоснование указав, что 22 апреля 2024 года принята на работу в АО «Газпромбанк» на должность территориального руководителя по розничному бизнесу в Омской дирекции по развитию бизнеса, заключен трудовой договор.

Полагает, что ей по итогам работы 2024 года заработная плата выплачена не в полном объеме, а именно не выплачено вознаграждение по итогам работы за год в размере 2000000 рублей и годовая премия (13-я заработная плата) в размере 139 587 рублей (один оклад).

Расчет невыплаченного размера премии за год производит следующим образом ((5000000 рублей (премия по итогам 2024 года директора Омской дирекции в Омской дирекции по развитию бизнеса филиала Банка ГПБ (АО) «Западно-Сибирский»)+1000000 рублей (премия по итогам 2024 года заместителя директора по развитию бизнеса Омской дирекции филиала Банка ГПБ (АО) «Западно-Сибирский»)/3= 2000000 рублей.

Полагает, что ей не доначислялась ежемесячная премия, поскольку в период с 22 апреля 2024 года по 28 февраля 2026 года размер ее премии определялся исходя из итогов работы 7 дополнительных офисов, а в период с 1 марта по 11 июля 2025 года – только по итогам работы одного дополнительного офиса. Считает, что таким образом работодатель изменил условия ее трудового договора в одностороннем порядке без ее согласия.

Указывает, что с даты начала трудовых отношений и до 31 декабря 2024 года локальные нормативные акты работодателя истцом не нарушались. При этом, руководством Омской дирекции в Омской дирекции по развитию бизнеса филиала Банка ГПБ (АО) «Западно-Сибирский» получение истцом премии обусловлено подписанием ею соглашения о расторжении трудового договора и (или) увольнении.

Со стороны работодателя имеются факты трудовой дискриминации и принуждения её к увольнению, аннулирования пропуска, удаления из состава рабочей группы руководителей Западно-Сибирского филиала, уменьшении выплат. Предвзятое отношение ответчика выражается в том, что вновь принятый в феврале 2025 года территориальный руководитель проходит обучение, направляется в командировки за корпоративный счет, а истец вынуждена тратить свои личные денежные средства на это. Последняя руководит 5 офисами, подключена к системе корпоративного управления банка, проводит регулярные встречи по развитию бизнеса в Омском филиале, в чем истец ограничена. Истцу на корпоративную почту направляются уведомления о подписании документа об удержании из заработной платы 12850 рублей, которые истец не признает, поскольку данная сумма является выставленной банку штрафной санкцией от контрагента за несвоевременное согласование руководителем банка командировки.

Кроме того, в период работы истца ответчиком не производилась индексация заработного платы, в связи с чем полагает, что размер ее должностного оклада должен увеличиться на 16,6% и составить 162758 рублей 44 копейки.

Поскольку ответчиком спорные суммы своевременно выплачены не были подлежит начислению компенсация за нарушения сроков выплаты.

Также полагает, что действиями ответчика ей причинен ущерб в виде упущенной выгоды в общем размере 86000 рублей, поскольку в результате передачи недостоверной информации о ее увольнении она утратила возможность получить причитающиеся ей суммы в связи с участием в конкурсах, проводимых ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» и АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления». Недостоверные сведения переданы ФИО2, в связи с чем она должна нести ответственность.

В связи с вышеуказанными действиями ответчика истец испытывала моральные страдания.

С учетом уточнения исковых требований просила суд

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу задолженность по заработной плате в виде годовой премии (13-й зарплаты) в размере 139587 рублей; задолженность по заработной плате в виде вознаграждения по итогам года в размере 2000000 рублей; задолженность по заработной плате в виде не доначисленной и не выплаченной суммы в размере 16,6% индексации заработной платы на 2025 год в сумме 115857 рублей 20 копеек за период с 1 января 2025 года по 31 мая 2025 года, а также 23 171 рубль 44 копейки за каждый отработанный месяцев в 2025 году, начиная с 1 июня 2025 года до момента вступления решения суда в законную силу;

- обязать АО «Газпромбанк» произвести индексацию заработной платы истца в размере 16,6% на 2025 год, заключить с ней дополнительное соглашение в части увеличения оклада до 162750 рублей 44 копеек, произвести перерасчет всех выплат, рассчитанных на основе оклада в 2025 году, включая премиальные ежемесячные выплаты, компенсационные, отпускные выплаты, выплаты по нетрудоспособности и иные выплаты за 2025 год;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу за нарушение сроков выплаты зарплаты компенсацию за задержку в размере 366 800 рублей за период с 10 января 2025 года по 21 мая 2025 года за невыплату вознаграждения по итогам работы за 2024 год в сумме 2000000 рублей, начислять 1/150 компенсации за задержку выплаты заработной платы с 22 мая 2025 года по день выплаты вознаграждения по итогам работы за 2024 год;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу за нарушение сроков выплаты зарплаты компенсацию за задержку в размере 25 600 рублей 26 копеек за период с 10 января 2025 года по 21 мая 2025 года за невыплату годовой премии (13-я зарплата) за 2024 год в размере 139 587 рублей (один оклад), начислять 1/150 компенсация за задержку выплаты заработной платы с 22 мая 2025 года по день выплаты годовой премии (13-я зарплата) за 2024 год;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу за нарушение сроков выплаты компенсации за задержку в размере 9 667 рублей 12 копеек за период с 10 января 2025 года по 21 мая 2025 года за индексации заработной платы в 2025 году в сумме 115857 рублей 20 копеек, начислять 1/150 компенсации за задержку выплаты заработной платы с 22 мая 2025 года по день выплаты сумм индексации к окладу за 2025 год;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу упущенную выгоду в размере 50000 рублей, не полученных за участие в партнерской программе ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» по вине работодателя;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу упущенную выгоду в размере 36 809 рублей 54 копейки, не полученных за участие в партнерской программе АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» по вине работодателя;

- обязать АО «Газпромбанк» произвести перерасчет и осуществить выплату ежемесячных премий истцу за период с 1 ноября 2024 года до момента вступления решения суда в законную силу на основании финансовых результатов всех дополнительных офисов Омской дирекции филиала ПБ (АО) «Западно-Сибирский», в том числе с выплатой компенсации за нарушение сроков выплаты по формуле: компенсация = (ставка ЦБ / 150) х дни просрочки х сумма долга, а также произвести перерасчет и выплату всех выплат, рассчитываемых от средней заработной платы за 2024, 2025 годы;

- признать безосновательным требования АО «Газпромбанк» к истцу об удержании из заработной платы штрафных санкций, выставленных АО «Газпромбанк» со стороны третьих лиц;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу компенсацию морального вреда как за неоднократные нарушения материальных прав, так и личных неимущественных прав: достоинство личности, свобода, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, а также моральные страдания, полученные от дискриминации труда, предвзятого отношения, принуждения к увольнению, создания невыносимых условий труда со стороны АО «Газпромбанк» в сумме 1000000 рублей;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 1000000 рублей;

- обязать ФИО2 принести публичные извинения истцу за совершенные действия по представлению ООО «СК «СОАЗ-Жизнь» не достоверной информации в отношении истца в 2024 году;

- обязать АО «Газпромбанк» в лице ФИО2 внести изменения в отчетную документацию по партнерским программам АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» и ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» путем направления отчетных документов с верными данными, отражающих расчет и суммы вознаграждения, которые должна получит истец за достижения при участии в данных программах в АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» на сумму 36 809 рубля 54 копейки и в ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» на сумму 50000 рублей, а также аннулировать запись «уволенный сотрудник» из отчетной документации;

- взыскать с АО «Газпромбанк» в свою пользу сумму понесенных судебных расходов в размере 80000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования с учетом их уточнения поддержали, настаивали на их удовлетворении.

Представители ответчика АО «Газпромбанк» ФИО4 и ФИО5, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании исковые требования не признали, поддержали доводы, изложенные в письменных возражениях, просили отказать в удовлетворении заявленных требований истцу. Ссылались на то, что выплата премий по итогам года не является гарантированной выплатой (гарантированным доходом) работника, выплачивается отдельным работникам, внесшим существенный вклад в достижение ключевых показателей эффективности (КПЭ). Работодатель, по своему усмотрению, определяет размер премии за исполнение должностных обязанностей в течение года. В данном случае нарушений прав истца не наступило. Истцу помимо должностного оклада, выплачивалась ежемесячная премия, стимулирующая выплата с учетом фактически отработанного времени в строгом соответствии с условиями трудового договора и Положением об оплате труда. Удержаний из заработной платы не производилось. Стороной правоотношений между истцом и АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» и ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» банк не является, решение о выплате ей вознаграждения по итогам конкурса не принимает. После получения обращения истца по данному факту банком направлены письма в адрес названных организаций с просьбой проверить итоги конкурса в отношении данного сотрудника банка, по результатам дополнительной проверки организации, проводившие соответствующие мероприятия, произвели истцу выплаты. Полагают, что со стороны работодателя какие-либо права истца не нарушены, в связи с чем оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании участия не принимала, о дате, времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, представителя заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика ФИО2 ФИО6, действующий на основании ордера, в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменные возражения, в которых просил отказать в удовлетворении требований истца. Полагал, что истцом не представлено доказательств направления ответчиками, в том числе, ФИО2 недостоверной информации об участии ФИО1 в конкурсе. Кроме того, полагал, что направление в адрес организатора конкурса информации об увольнении конкурсанта не могло повлиять на решение ООО «СК СОГАЗ-Жизнь» о выплате или невыплате приза. Подведение итогов конкурса осуществлялось не ответчиком, а ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь» в 4 квартале 2024 года, то есть свое решение о выплате премии ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь» вправе принять до 31 декабря 2024 года, выплату производить, начиная с 1 января 2025 года. Истец, как сотрудник Банка, принимала участие в аналогичных конкурсах, организованных в ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь» в феврале, марте и апреле 2025 года, что свидетельствует об исправлении банком сведений об увольнении ФИО1 При этом, утверждение истца о том, что именно ФИО2 является уполномоченным сотрудником банка на внесение сведений в расчетные документы по выплате приза ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь», не основаны на представленных в дело доказательствах. Также полагал, что заявляя требования о защите чести и достоинства, истцом избран не верный способ защиты.

Судом постановлено решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней истец выражает несогласие с постановленным решением, просит его отменить, перейти к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции. Полагает, что добровольное удовлетворение требований в части неполучения выплаты за участие в партнерской программе не освобождает работодателя от компенсации морального вреда и судебных расходов. Считает, что требования о возложении обязанности принести извинения должны быть выделены в отдельное производство, запись «уволенный сотрудник» не соответствует действительности и исправлена только после обращения в суд. Указывает, что судом не дана оценка дискриминации в сфере труда и действиям ФИО2, допущены процессуальные нарушения, не дана оценка аудиозаписям, искажена позиция истца и требования рассмотрены как самостоятельные, а не как взаимосвязанные между собой. Полагает, что по данному спору обязательно участие прокурора, который к рассмотрению дела судом привлечен не был. Ссылается на наличие оснований для применения по аналогии положений КоАП РФ, при этом указывает, что допущенные работодателем нарушения не могут быть признаны незначительными, поскольку такое понятие как малозначительность в трудовых спорах отсутствует. Считает, что судом нарушен принцип состязательности и равноправия сторон, необоснованно отказано в истребовании ведомостей для получения премий, приказов и распорядительных документов работодателя о начислении премии, не рассмотрены по существу требования о снятии штрафных санкций Вновь приводит доводы о наличии оснований для взыскания в ее пользу годовой премии (13 зарплаты), вознаграждения по итогам работы за год, индексации заработной платы. Полагает, что лишена премии незаконном, поскольку понятия KPI и КПЭ в ее трудовом договоре отсутствуют. Настаивает на том, что в декабре 2024 года премию вместо нее получила ФИО2 Также ссылается на необоснованность отказа во взыскании процентов, начисленных в соответствии со статьей 395 ГК РФ.

В судебном заседании апелляционной инстанции истец Н.С.ВБ., ее представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, поддержали доводы апелляционной жалобы. Полагали необходимым перейти к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции и повторно рассмотреть требования истца с истребованием всех необходимых доказательств по делу.

Представитель ответчика АО «Газпромбанк» ФИО5, действующий на основании доверенности, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, согласился с решением суда первой инстанции, представив письменные возражения по доводам апелляционной жалобы.

Ответчик ФИО2, при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание не явилась, направила представителя ФИО6, действующего на основании ордера, который возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, согласился с решением суда. Полагал, что его доверитель каких-либо прав истца не нарушала.

Третье лицо АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления», ООО «СК СОГАЗ-Жизнь», надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание представителей не направили, о причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сочла возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 327? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалоб, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального или норм процессуального права.

Таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Частью 1 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (часть 1 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (часть 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 6 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 22 апреля 2024 года между АО «Газпромбанк» и ФИО1 заключен трудовой договор, по условиям которого истец принята на должность территориального руководителя по розничному бизнесу Омской дирекции по развитию бизнеса Филиала «Газпромбанк» (АО) «Западно-Сибирский» (том 1 л.д. 137).

Согласно пункту 4 трудового договора работнику устанавливается заработная плата в следующем размере:

- оклад - 121380 рублей;

- районный коэффициент – 1,15;

- иные выплаты, производятся в соответствии с Коллективным договором, законодательством, иными нормативными правовыми актами РФ, локальными нормативными актами Банка. Все виды выплат осуществляются в установленном Банком порядке в соответствии с Коллективным договором (том 1 л.д. 137).

В соответствии с абзацем 3 пункта 7 трудового договора, работодатель обязуется выплачивать работнику должностной оклад, иные выплаты осуществлять в случаях, предусмотренных законодательством, иными нормативными правовыми актами РФ, Коллективным договором, локальными нормативными актами Банка.

Абзацем 7 пункта 7 трудового договора предусмотрено обеспечение гарантий и компенсаций и осуществление выплаты в пользу Работника, предусмотренные законодательством, иными нормативными правовыми актами РФ, которые обязывают Банк к такому обеспечению и осуществлению выплат.

В соответствии с абзацем 2 пункта 8 трудового договора, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату должностного оклада в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы и иных выплат в случаях, установленных законодательством, иными нормативными правовыми актами РФ, Коллективным договором, локальными нормативными актами Банка.

Права работодателя предусмотрены пунктом 9 трудового договора, в том числе, поощрять работника за добросовестный эффективный труд.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 полагала, что заработная плата ей выплачена не в полном объеме, работодателем необоснованно не выплачена годовая премия, вознаграждение по итогам работы за год, не доплачена ежемесячная премия за несколько месяцев, не произведена индексация заработной платы, незаконно заявлено требование об удержании из ее заработной платы штрафных санкций, переданы недостоверные сведения о ее увольнении, что причинило ей убытки в виде упущенной выгоды, чем нарушены ее права как работника.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции не усмотрел оснований для их удовлетворения.

Проверяя обоснованность доводов апелляционной жалобы судебная коллегия исходит из следующего.

Статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относит в том числе обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (абзац седьмой статьи 2).

Работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы (абзац пятый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Данному праву работника в силу абзаца седьмого части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Часть первая статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Абзацем пятым части второй статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации к обязательным условиям, подлежащим включению в трудовой договор, отнесены условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

Частью первой статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части первой статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам (часть вторая статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда может включать помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, что предполагает определение ее размера, условий и периодичности выплаты (премирования) в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах и иных нормативных актах, содержащих нормы трудового права, то есть премия, которая входит в систему оплаты труда и начисляется регулярно за выполнение заранее утвержденных работодателем показателей, является гарантированной выплатой, и работник имеет право требовать ее выплаты в установленном локальном нормативном акте, коллективном договоре размере при условии надлежащего выполнения своих трудовых обязанностей (статья 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В отличие от премии, которая входит в систему оплаты труда, премия, предусмотренная частью первой статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из буквального толкования этой нормы, является одним из видов поощрения работников работодателем за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к компетенции работодателя. Такая премия не является гарантированной выплатой (гарантированным доходом) работника, выступает лишь дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяется по усмотрению работодателя, который определяет порядок и периодичность ее выплаты, размер, критерии оценки работодателем выполняемых работником трудовых обязанностей и иные условия, влияющие как на выплату премии, так и на ее размер, в том числе результаты экономической деятельности самой организации (работодателя).

Следовательно, при разрешении споров работников и работодателя по вопросу наличия задолженности по выплате премии юридически значимым обстоятельством является определение правовой природы премии: входит ли премия в систему оплаты труда, являясь при этом гарантированной выплатой, или эта премия не относится к числу гарантированных выплат, является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к дискреции (полномочиям) работодателя.

Поскольку трудовое законодательство не устанавливает порядок и условия назначения и выплаты работодателем премий работникам, при определении правовой природы премий подлежат применению положения локальных нормативных актов, коллективных договоров, устанавливающие систему оплаты труда, а также условий трудовых договоров, заключенных между работником и работодателем.

В соответствии с пунктом 2.2.1 Коллективного договора АО «Газпромбанк» на 2017-2020 годы, Банк имеет право поощрять работников за добросовестный эффективный труд в порядке, установленном локальными нормативными актами Банка (том 1 л.д. 187).

Согласно пункту 2.3.3. Коллективного договора, Банк обязан выплачивать в полном размере причитающуюся Работнику заработную плату в порядке, предусмотренном законодательством и локальными нормативными актами Банка (том 1 л.д. 187).

Пунктом 2.4.4 Коллективного договора предусмотрено, что Работник имеет право на своевременное и в полном объеме получение заработной платы в соответствии с заключенным трудовым договором.

Дополнительным соглашением к Коллективному договору на 2017-2020 годы, утвержденным 28 мая 2020 года, введена корпоративная информационная система «Автоматизированная система делопроизводства и документооборота», определен порядок электронного взаимодействия сторон (том 1 л.д. 193-194).

Действие коллективного договора на 2017-2020 годы в связи с истечением срока дополнительным соглашением, утвержденным 29 мая 2020 года, продлено на период с 7 июня 2020 года по 6 июня 2023 года, затем дополнительным соглашением, утверждённым 6 июня 2023 года, - на период с 7 июня 2023 года по 6 июня 2026 года (том 1 л.д. 195,198).

Во исполнение вышеуказанного положения Коллективного договора в Банке утверждено Положение об оплате труда и мотивации персонала от 9 ноября 2016 года (далее по тексту – Положение).

Согласно п. 2.1 Положения оплата труда работников Банка состоит из фиксированной части оплаты труда и нефиксированной части оплаты труда.

Фиксированная часть оплаты труда включает: заработную плату, состоящую из должностного оклада и компенсационных выплат (надбавок, доплат), размеры и/или условия выплат которых определены в трудовом договоре с работником, а также стимулирующие выплаты, осуществляемые при наличии финансовых возможностей Банка и включающие: текущие стимулирующие выплаты (ежемесячная премия, целевая премия Руководителя направления, целевая премия Руководителя подразделения, персональная надбавка и другие поощрительные начисления) годовую премию (13-я зарплата), иные выплаты стимулирующего характера.

Нефиксированная часть оплату труда включает: стимулирующие выплаты, осуществляемые при наличии финансовых возможностей Банка (вознаграждения по итогам работы за год, долгосрочное вознаграждение, иные виды вознаграждений и компенсационных выплат, устанавливаемых решениями Совета директоров) (раздел 2 Положения).

В соответствии с пунктом 3.3.1.1 Положения ежемесячное премирование работников Банка осуществляется в пределах фонда ежемесячного премирования, формируемого и распределяемого в порядке, установленном подразделом 5.4. настоящего Положения.

Пунктом 3.3.1.2. Положения предусмотрено, что ежемесячная премия может устанавливаться только работникам, состоявшим в штате Банка в месяце, за который выплачивается премия.

Согласно пункту 3.3.1.3 Положения ежемесячная премия устанавливается работникам дифференцированно исходя из оценки качества исполнения работниками в течение месяца должностных обязанностей, напряженности (количества) труда, отсутствия нарушений трудовой и производственной дисциплины.

Согласно справке от 10 июня 2025 года АО «Газпромбанк» о произведенных начислениях истцу в период с 22 апреля 2024 года по 31 мая 2025 года, истец ежемесячно начислялась заработная плата, включающая в себя должностной оклад, районный коэффициент, ежемесячные премии, в том числе целевые премии, разовые выплаты к праздничным датам, стимулирующие выплаты к отпуску (том 1 л.д. 148-149).

В подтверждение выплачиваемых истцу в указанный период сумм в качестве вознаграждения за труд, стороной ответчика представлены расчетные листки за период с апреля 2024 года по май 2025 года (том 1 л.д. 150-155).

Таким образом, истец ежемесячно помимо должностного оклада, получала ежемесячно премии, которые начислялись работодателем по результатам оценки ее труда в соответствии с требованиями локальных нормативных актов.

Ссылки в жалобе на изменение работодателем условий ее трудового договора в одностороннем порядке без ее согласия выразившееся в уменьшении количества подконтрольных ей дополнительных офисов с 7 до 1, что влияет на размер премии, состоятельными не могут быть признаны.

Согласно условиям трудового договора объем обязанностей истца определен наименованием должности, указанной в трудовом договоре, а также должностной инструкцией. Ни в трудовом договоре, ни в должностной инструкции при описании трудовой функции истца не указано на закрепление за ней полномочий по контролю за деятельностью конкретных дополнительных офисов.

Распределение курирования дополнительных офисов между территориальными руководителями осуществлялось ответчиком в рабочем режиме для обеспечения эффективной и результативной работы, в связи с чем принятие работодателем организационных решений, связанных с расширением численности территориальных руководителей и перераспределением между ними курируемых офисов не может быть отнесено к изменению трудовой функции работника, требующему согласования и заключения дополнительного соглашения к трудовому договору.

Оценивая доводы подателя жалобы о необоснованном не начислении годовой премии и вознаграждения по итогам работы за год, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 3.3.5.1 Положения, годовая премия (13-я зарплата) является инструментом, направленным на повышение эффективности (производительности) труда подразделения и мотивацию работников к инициативному и творческому труду, обеспечение качественного выполнения работниками своих должностных обязанностей в течение года (подтвержденного отсутствием нарушений/взысканий к их работе со стороны руководства банка).

Согласно пункту 3.3.5.2 Положения, выплата годовой премии (13-й заработной платы) работникам подразделения (направления) осуществляется в пределах выделенного подразделению фонда годового премирования (13-й заработной платы) (подраздел 5.6 Положения об оплате труда).

В силу пункта 3.3.5.6 Положения выделенный Подразделению (направлению) фонд годового премирования распределяется между работниками соответствующим руководителем (в порядке, установленном подпунктом 3.3.1.4 настоящего Положения) дифференцировано на основе оценки качества и результатов труда работника Подразделения (Направления) в отчетном году.

Пунктом 4.1. Положения об оплате труда устанавливается вознаграждение по итогам работы за год.

Из 4.1.1. Положения следует, что вознаграждение по итогам работы за год является инструментом мотивации работников Банка к достижению КПЭ.

Согласно п. 4.1.2 Положения, вознаграждение по итогам работы за год выплачивается за счет и в пределах фонда Вознаграждения по итогам работы за год выплачивается за счет и в пределах фонда Вознаграждения по итогам работы за год с учетом финансовых возможностей и результатов работы Банка в Отчетном году (подраздел 5.7 Положения).

В силу пункта 4.1.3 Положения, вознаграждение по итогам работы за год выплачивается отдельным работникам, внесшим существенный вклад в достижение КПЭ, как повторная годовая премия.

Согласно действующим в АО «Газпромбанк» локально-нормативным актам, регулирующих систему оплаты труда, а также условиями трудового договора, заключенного между сторонами, оспариваемый вид премий относится к стимулирующим выплатам, осуществляющим при наличии финансовой возможности и на усмотрение работодателя.

В постановлении от 15 июня 2023 года №32-П Конституционный Суд Российской Федерации отразил правовую позицию, согласно которой стимулирующие выплаты имеют определенное целевое назначение, что обусловливает возникновение права на их получение выполнением работником установленных действующим правовым регулированием требований (показателей, условий). При этом они являются составной - хотя, как правило, и переменной - частью заработной платы, а значит, на них в полной мере распространяются нормы российского законодательства и международного трудового права об охране заработной платы (статья 15, часть 4, Конституции Российской Федерации).

Вместе с тем, субъекты коллективно-договорного и локального нормотворчества могут действовать произвольно. Свобода их усмотрения при реализации соответствующих полномочий ограничена прежде всего конституционными предписаниями, возлагающими на них обязанность действовать с соблюдением принципов равенства и справедливости - которые в этой сфере должны проявляться в реализации требований равной оплаты за труд равной ценности и обеспечения справедливой заработной платы, - а также нормами трудового законодательства, чье социальное предназначение заключается, главным образом, в защите прав и интересов работника как слабой стороны трудового правоотношения.

Таким образом, при определении правил предоставления установленных системой оплаты труда стимулирующих выплат вообще и премиальных выплат в частности - наряду с положениями российского трудового законодательства о дисциплине труда - должны учитываться и непосредственно применяться не только коллективно-договорные и локальные нормативные акты, но и соответствующие конституционные предписания, а также нормы международного трудового права об охране заработной платы и нормы российского законодательства, закрепляющие его общие принципы.

До определения работодателем размера денежных средств, причитающихся работнику на конкретную дату, работник имеет право не на заработную плату в определенной сумме, а на оплату затраченного им труда в соответствии с его количеством и качеством.

Проанализировав положения Коллективного договора, Положения об оплате труда и мотивации персонала, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что и годовая премия (13-я зарплата), и вознаграждение по итогам работы за год, выплачиваемые работникам АО «Газпромбанк» являются стимулирующими выплатами, по своей природе являются мерами поощрения за добросовестный труд, зависят от усмотрения работодателя, эффективности и результативности труда работника, в связи с чем, не являются гарантированной выплатой и начисляются работнику на основании приказа работодателя, которым определяется их размер в зависимости от вклада работника для повышения эффективности труда подразделения.

Принимая во внимание, что выплата стимулирующих и премиальных сумм производится в порядке, на условиях и в размерах, определенных в трудовом договоре и в локальных нормативных актах работодателя, в том числе с учетом условия, предусматривающего самостоятельную оценку работодателем выполненных работником трудовых обязанностей, объема работы, личного вклада работника в результаты деятельности организации; при этом оценка показателей работника принадлежит работодателю, и само по себе не может рассматриваться как дискриминация в сфере труда, так как выплата стимулирующих сумм работникам является правом, а не обязанностью работодателя, судебная коллегия с выводами районного суда соглашается.

Ссылки подателя жалобы на то, что годовая премия, относящаяся к фиксированной части оплаты труда работников банка, подлежит безусловной выплате работникам при условии отсутствия у работника взысканий основаны на ошибочном понимании приведенных выше положений локальных нормативных актов работодателя, согласно которым годовая премия хоть и входит в фиксированную часть заработной платы, однако относится к числу негарантированных выплат, начисляется работникам на основании приказа работодателя, которым определяется размер указанной премии в зависимости от вклада работника для повышения эффективности труда подразделения в пределах выделенного фонда годового премирования.

Поскольку только работодателю принадлежит право оценивать свои финансовые возможности и личный трудовой вклад работника в результаты деятельности организации для принятия решения о поощрении районный суд обоснованно отказал в удовлетворении требований истца о взыскании сумм невыплаченных премий.

Кроме того, истцом были заявлены требования об индексации заработной платы.

В систему основных государственных гарантий по оплате труда работников статьей 130 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе включены меры, обеспечивающие повышение уровня реального содержания заработной платы, а также ответственность работодателей за нарушение требований, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В силу статьи 134 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определённые коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть шестая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, индексация заработной платы направлена на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, её покупательной способности, по своей правовой природе представляет собой государственную гарантию по оплате труда работников (статья 130 Трудового кодекса Российской Федерации) и в силу предписаний статей 2, 130 и 134 Трудового кодекса Российской Федерации должна обеспечиваться всем лицам, работающим по трудовому договору. Предусмотренное статьёй 134 Трудового кодекса Российской Федерации правовое регулирование не позволяет работодателю, не относящемуся к бюджетной сфере, лишить работников предусмотренной законом гарантии и уклониться от установления индексации, поскольку предполагает, что её механизм определяется при заключении коллективного договора или трудового договора либо в локальном нормативном акте, принятом с учётом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2010 года № 913-О-О, от 17 июля 2014 года № 1707-О, от 19 ноября 2015 года № 2618-О).

Из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что статьей 134 Трудового кодекса Российской Федерации установлена императивная обязанность работодателей, в том числе не относящихся к бюджетной сфере, осуществлять индексацию заработной платы работников в целях повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности.

Таким образом, право работника на индексацию заработной платы не зависит от усмотрения работодателя, то есть от того, исполнена ли им обязанность по включению соответствующих положений об индексации в локальные нормативные акты организации. Работодатель не вправе лишать работников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы и уклоняться от установления порядка индексации.

Пунктом 4.2 Положения установлено, что в целях повышения уровня реального содержания заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги Работодатель по мере необходимости и при наличии финансовых возможностей может проводить индексацию заработной платы.

Индексация заработной платы может производиться как в целом по Банку, так и дифференцировано по ГО и Филиалам с учетом региональных особенностей в оплате труда банковский работников (пункт 4.2.2 Положения).

Пункт 4.2.4 Положения предусматривает, что повышение уровня реального содержания заработной платы может также производиться путем ее увеличения безотносительно к порядку индексации, в частности посредством повышения должностных окладов и иных мер, в том числе не предусмотренных настоящим Положением.

Результатом реализации мер, направленных на повышение реального содержания заработной платы как путем индексации, так и иными способами, являются в том числе (но не ограничиваясь этим) издание приказа, заключение дополнительного соглашения к трудовому договору, в соответствии с которым в трудовой договор вносятся изменения, направленные на повышение уровня реального содержания заработной платы (пункт 4.2.5 Положения).

Изменения от 17 апреля 2025 года в Положение об оплате труда и мотивации персонала в Банке ГПБ (АО) от 9 ноября 2016 года (с изменениями от 30 января 2025 года) направлены истцу посредством системы АСДД (том 2 л.д. 107-109).

Как указано в пункт 4.2 Положения об оплате труда АО «Газпромбанк» индексация заработной платы также является правом, а не обязанностью Банка.

Таким образом, локальными нормативными актами АО «Газпромбанк» предусмотрен порядок и сроки индексации заработной платы, которые ответчиком нарушены не были. При этом проведение индексации обусловлено наличием финансовой возможности АО «Газпромбанк» и допускается как в целом по банку, так и дифференцировано с учетом финансовых особенностей отдельных регионов.

При таких обстоятельствах доводы истца о нарушении ее прав и наличии основании для индексации заработной платы в судебном порядке подлежат отклонению.

В соответствии с частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку нарушений работодателем установленного срока выплаты заработной платы, или каких-либо других выплат, причитающихся работнику, не имеется, основания для взыскания в пользу истца процентов в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации отсутствуют, о чем верно указал суд первой инстанции.

Ссылки подателя жалобы на необоснованность отказа во взыскании процентов, начисленных в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебной коллегией отклоняются в виду следующего.

В соответствии со статьей 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права; иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (указами Президента Российской Федерации; постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти; нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации; нормативными правовыми актами органов местного самоуправления), а также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка ФИО7, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации).

Применение положений статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в конкретных спорах зависит от того, являются ли спорные имущественные правоотношения гражданско-правовыми, а нарушенное обязательство - денежным, а если не являются, то имеется ли указание законодателя о возможности их применения к спорным отношениям

С учетом изложенного, поскольку спорные отношения не носят гражданско-правового характера и не относятся к денежным обязательствам по смыслу, придаваемому этим обязательствам нормами статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, то взыскание с ответчика процентов, начисленных на присужденные решением суда суммы по трудовому (служебному) спору, как меры ответственности за неисполнение денежного обязательства на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, недопустимо.

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании упущенной выгоды в виде неполученного приза за участие в конкурсе ООО «СК «СОГАЗ-жизнь» размере 50 000 рублей и за участие в программе АО «НПФ «ГАЗФОНД пенсионные накопления» в размере 36 000 рублей, суд первой инстанции не нашел оснований для взыскания с АО «Газпромбанк» сумм неполученного истцом вознаграждения за участие в проводимых в сентябре 2024 года мотивационных акциях в качестве упущенной выгоды.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец принимала участие в проводимых мотивационных акциях ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь» и АО «НПФ «ГАЗФОНД пенсионные накопления» в сентябре 2024 года, наряду с другими сотрудниками АО «Газпромбанка» являлась победителем указанных акций. В связи с указанным участием истцу определялся размер денежного вознаграждения, который не был своевременно выплачен, выплата указанного вознаграждения произведена ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь» и АО «НПФ «ГАЗФОНД пенсионные накопления» в период рассмотрения дела, право истца на получение выплат реализовано, спора по поводу их размера нет.

Факт получения вознаграждений за участие в названных конкурсах истце в судебном заседании апелляционной инстанции не оспаривала.

Доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для взыскании с ответчика компенсации морального вреда и судебных расходов в связи с добровольным удовлетворение требований в части неполучения выплаты за участие в партнерской программе состоятельными не могут быть признаны.

В силу положений части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации возмещению подлежит моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Между тем факт неправомерных действиями или бездействием работодателя, в результате которых истцу причинен моральный вред в ходже судебного разбирательства не установлен.

Из материалов дела следует, что между ООО «СК СОГАЗ-ЖИЗНЬ» и Газпромбанк (АО) заключен договор от 1 февраля 2021 года, предметом которого осуществление Банком за вознаграждение деятельности, направленной на привлечение физических лиц в качестве клиентов Компании для страхования интересов заключения физическими лицами с Компанией как со страховщиком договором индивидуального страхования жизни и здоровья на стандартных условиях, установленных Компанией для таких видов страхования, по стандартным тарифам, утвержденным компанией.

По условиям договора ООО «СК СОГАЗ-ЖИЗНЬ» в течение 5 рабочих дней с даты получения от банка подписанного Акта выплачивает банку вознаграждение за выполнение обязанностей по договору в размере, указываемом в Акте и рассчитываемом исходя из поступившей на расчётный счет Компании отчетном месяце суммы страховых взносов по Полисам, заключенным при содействии Банка (пункта 2.3.1, 2.3.10, 3.1, 3.2 договора и приложения № 2, № 6 к договору) (т. 2 л.д. 101-106).

22 мая 2024 года ООО «СК СОГАЗ-ЖИЗНЬ» представлен приказ о проведении в срок с 1 июня 2024 года по 30 сентября 2024 года среди сотрудников Газпромбанк (АО) мотивационной акции в целях развития продаж агента. Условия участия акции и форма приза доведены до сведения участников в форме информационной листовки. Результаты мотивационной акции утверждены приказом №341 от 9 декабря 2024 года, в числе победителей акции ФИО1 не поименована (том дела 2 л.д. 77, 78-79).

1 августа 2025 года ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь» издан приказ о внесении изменений в изменения в Приказ «О подведении итогов мотивационной акции», ФИО1 дополнительно включена в список победителей мотивационной акции, подготовлен договор дарения о передаче денежных средств (подарка) ФИО1 в соответствии с условиями акции (том 2 л.д. 134-140, 141-142, 144-147).

Истец подтвердила, что воспользовалась указанным предложением, направила в ООО «СК «СОГАЗ-Жизнь» необходимые сведения, денежные средства получила.

Согласно условиям агентского договора, заключенного между с АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» и Газпромбанк (АО) 22 апреля 2024 года Фонд поручает, а Банк (агент) обязуется за вознаграждение от имени и за счет Фонда на условиях Договора совершать фактические и юридические действия, направление на привлечение вкладчиков в целях заключения с ними договоров долгосрочных сбережений. Разделом 3 Договора определена оплата услуг (том 3 л.д. 143-153).

По сообщению АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» в целях стимулирования заключения договоров долгосрочных сбережений, работникам банков – партнеров и продвижения услуг Фонда в сентябре 2024 года на основании приказа Генерального директора Фондом проводились трейд-маркетинговые мероприятия, направленные на стимулирование работников банка-партнера «Газпромбанк» (АО). В соответствии с приказом выплаты участникам по итогам трейд-маркетинговых мероприятий производятся Фондом на основании заявлений участников и реестра. По поступившим из Банка сведениям территориальный руководитель по розничному бизнесу Омской дирекции по развитию бизнеса филиала Банка «Западно-Сибирский» ФИО1 принимала участие в трейд-маркетинговом мероприятии, но по предварительным данным Банка получателем выплаты не признавалась. Вместе с тем, по итогам дополнительной проверки, установлено, что ФИО1 выполнила все условия указанного мероприятия и подлежала включению в реестр лиц.

26 августа 2025 года АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» произвело перечисление вознаграждения по итогам участия в трейд-маркетинговом мероприятии за сентябрь 2024 года на основании заявления ФИО1, полученного 22 августа 2025 года (том 3 л.д.158-167).

В обоснование требований истец утверждала, что приз ей не выплачен в связи с сообщением банком организатору конкурса о ее увольнении.

Между тем представленные в материалы дела документы не содержат сведений о том, что направление в адрес организатора конкурса информации об увольнении конкурсанта на момент подведения итогов конкурса каким-то образом могло повлиять на решение ООО «СК «СОГАЗ-жизнь» о выплате или невыплате приза.

Доказательства направления ответчиком АО «Газпромбанк» и/или непосредственно ФИО2 недостоверной информации об участии ФИО1 в конкурсе, которая согласно условиям конкурса, исключала право призера на получение приза, в материалах дела не имеется.

При этом решение об определении победителя, выплате приза по итогам мотивационного конкурса и вознаграждения по итогам трейд-маркетингового мероприятия относится исключительно к компетенции их организаторов ООО «СК «СОГАЗ-жизнь» и АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» соответственно, АО «Газпромбанк» каких-либо решений в рамках данных мероприятий не принимает.

В приведенной связи нарушений прав истца в действиях АО «Газпромбанк», повлекших невыплату спорных сумм, не установлено, в связи с чем оснований для возложения на работодателя ответственности в виде возмещения морального вреда по данному основанию также не имеется.

Представленные истцом платежные поручения, из которых следует, что на счет истца денежные средства перечислялись через АО «Газпромбанк» приведенных выводов не опровергает и о выплате истцу спорных сумм работодателем не свидетельствует, поскольку первоначально спорные суммы перечислены ответчику ООО «СК «СОГАЗ-жизнь» и АО «НПФ ГАЗФОНД пенсионные накопления» с указанием назначения платежа, свидетельствующего о правовой природе и принадлежности денежных средств, а также удержании данными организациями НДФЛ до перечислении сумм, и затем с аналогичным назначением платежа перечислены истцу.

Указание в апелляционной жалобе на не рассмотрение по существу заявленных истцом требований о снятии штрафных санкций основанием для апелляционного вмешательства в постановленный судебный акт также служить не могут.

Разрешая заявленные истцом требования в части признания безосновательными требования АО «Газпромбанк» к ней об удержании из ее заработной платы штрафных санкций, выставленных АО «Газпромбанк» в связи с отменой бронирования гостиницы и возвратом билетов, суд не нашел оснований для их удовлетворения.

Сведений о том, что из заработной платы истца произведены какие-либо удержания, касающиеся расходов по бронированию истцом проживания по гостиничному ваучеру от 5 ноября 2024 года и приобретению билетов, в материалы дела не представлено.

В судебном заседании апелляционной инстанции истец и ее представитель подтвердили, что удержание спорных сумм ответчиком не производилось, в судебном порядке данные суммы не взыскивались, названное требование было заявлено в защиту от возможного предъявления иска к работнику о возмещении материального ущерба, между тем в настоящее время его актуальность утрачена, поскольку для работодателя истек срок давности обращения в суд с таким требованием.

С учетом изложенного, применительно к положениям статьи 3 гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающим возможность обращения в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющим способы защита прав, указание в апелляционной жалобе на не рассмотрение по существу заявленных истцом требований о снятии штрафных санкций основанием для апелляционного вмешательства в постановленный судебный акт также служить не могут.

Судебная коллегия не может согласиться с позицией истца, вновь приведенной в апелляционной жалобе, о наличии в действиях работодателя признаков трудовой дискриминации.

Статьей 3 Трудового кодекса Российской Федерации установлен запрет дискриминации в сфере труда.

Каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав (часть 1 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).

Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (часть 2 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).

Не являются дискриминацией установление различий, исключений, предпочтений, а также ограничение прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловлены особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите, либо установлены названным Кодексом или в случаях и в порядке, которые им предусмотрены, в целях обеспечения национальной безопасности, поддержания оптимального баланса трудовых ресурсов, содействия в приоритетном порядке трудоустройству граждан Российской Федерации и в целях решения иных задач внутренней и внешней политики государства (часть 3 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» разъяснено, что под дискриминацией в сфере труда по смыслу статьи 1 Конвенции Международной организации труда 1958 года №111 относительно дискриминации в области труда и занятий и статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации следует понимать различие, исключение или предпочтение, имеющее своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (в том числе неперечисленных в указанной статье Трудового кодекса Российской Федерации), помимо определяемых свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловленных особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите.

Доводы апеллянта о дискриминации материалами дела не подтверждаются, установление работодателем дифференцированного подхода при начислении премий с учетом оценки эффективности и результативности труда каждого работника о дискриминации не свидетельствует.

Признавая заявленные истцом требования о компенсации морального вреда необоснованными, суд первой инстанции исходил из того, нарушений со стороны АО «Газпромбанк» трудовых прав истца не выявлено.

С учетом приведенного выше оснований не согласиться с такими выводами судебная коллегия не усматривает.

Указания в жалобе о том, что требование о компенсации морального вреда связано с причинением вреда здоровью, отклоняются судебной коллегией, поскольку в обоснование такой компенсации истец указывала на несение расходов по оплате медицинских услуг, утрату доходов, психологические страдания и эмоциональную боль, имеющие, по ее мнению, причинно-следственную связь с действиями работодателя.

Таким образом, все доводы все доводы о причинении вреда здоровью обусловлены нарушением трудовых прав ФИО1, оснований для участия прокурора при рассмотрении настоящего дела не имелось, поскольку частью 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прокурор вступает в процесс и дает заключение в частности по делам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, в целях осуществления возложенных на него полномочий.

Доводам апеллянта об обратном основаны на ошибочном толковании норм права.

Вопреки доводам апелляционной жалобы районный суд также правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о возложении на ФИО2 обязанности принести публичные извинения истцу за совершенные действия по представлению ООО «СК «СОАЗ-Жизнь» не достоверной информации в отношении истца в 2024 году.

Статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Частью 2 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, содержатся в документе, исходящем от организации, такой документ подлежит замене или отзыву.

В случаях, когда сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, стали широко известны и в связи с этим опровержение невозможно довести до всеобщего сведения, гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также пресечения или запрещения дальнейшего распространения указанных сведений путем изъятия и уничтожения без какой бы то ни было компенсации изготовленных в целях введения в гражданский оборот экземпляров материальных носителей, содержащих указанные сведения, если без уничтожения таких экземпляров материальных носителей удаление соответствующей информации невозможно.

Частью 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет".

Порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 2 - 5 указанной статьи, устанавливается судом.

Если установить лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, невозможно, гражданин, в отношении которого такие сведения распространены, вправе обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности (часть 8 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Частью 10 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правила пунктов 1 - 9 указанной статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности. Срок исковой давности по требованиям, предъявляемым в связи с распространением указанных сведений в средствах массовой информации, составляет один год со дня опубликования таких сведений в соответствующих средствах массовой информации.

Вместе с тем, для удовлетворения иска необходима совокупность трех факторов: сведения носят порочащий характер (содержат обвинения в нарушении закона, нечестности, недобросовестности в бизнесе, нарушении этики); сведения были распространены (опубликованы, озвучены третьим лицам); сведения не соответствуют действительности.

Поскольку ФИО1 не доказан характер порочащих сведений, не доказан факт их распространения, а также распространения их именно ФИО2 основания для удовлетворения требований истца отсутствуют, о чем верно указано судом первой инстанции.

Доводы подателя жалобы о том, что требования о возложении обязанности принести извинения должны быть выделены в отдельное производство, не могут служить основанием для отмены постановленного судом решения, поскольку выделить выделение требований в отдельное производство в силу статьи 151 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является правом суда, которое он может реализовать в случае, если признает, что раздельное рассмотрение требований будет способствовать правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку ФИО1 в удовлетворении исковых требований отказано, оснований для взыскания с ответчика судебных расходов не имеется.

Ссылки в апелляционной жалобе на нарушение судом норм процессуального права, нарушение принципа состязательности и равноправия сторон носят голословный характер, и имеющимися в материалах дела доказательства не подтверждены, в связи с чем судебной коллегией отклоняются. Из протоколов судебных заседаний суда первой инстанции следует, что в судебных заседаниях обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Стороны не ограничивались в праве представления доказательств, суд создал сторонам, в том числе стороне истца все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, а все заявленные ходатайства рассмотрены и разрешены в соответствии с требованиями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Отказ в удовлетворении заявленных ходатайств по мотивам их необоснованности, при соблюдении предусмотренной процедуры разрешения этих ходатайств, не может быть оценен как нарушение закона и ограничение прав истца, при этом приведение непосредственно в тексте решения всех заявленных сторонами ходатайств и результатов их разрешения судом гражданским процессуальным законодательством не предусмотрено.

Разрешив в судебном заседании заявленные истцом ходатайства о вызове и допросе свидетелей, приобщении к материалам дела аудиозаписи разговоров, транскрибации которых имеются в материалах дела, назначении по делу судебной психиатрической экспертизы для установления степени вреда здоровью, причиненного истцу действиями ответчика, судебная коллегия не усмотрела предусмотренных статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для принятия дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции. При этом ходатайство о назначении по делу

Ранее заявлялось в суде первой инстанции, было разрешено судом, в его удовлетворении отказано в связи с отсутствием основании, предусмотренных статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку экспертиза назначается при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний, чего в данном случае для разрешения заявленных истцом требований не требуется.

При этом следует также учитывать, что назначать экспертизу это право суда, сам по себе отказ в назначении по делу экспертизы, с учетом объема и характера доказательств по делу не свидетельствует об ограничении прав ответчика в средствах доказывания; вопрос достаточности доказательств определяется судом (статьи 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам апелляционной жалобы оснований для применения по аналогии к правоотношениям сторон отдельных норм кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не имеется.

При изложенных обстоятельствах основании для отмены либо изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы истца судебная коллегия не усматривает.

Доводы, изложенные в жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, основания для переоценки этих доказательств у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Также судебной коллегией не установлено оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, поскольку процессуальных нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и влекущих безусловную отмену решения судом первой инстанции не допущено. Желание подателя жалобы осуществить сбор дополнительных доказательств по делу к основанием для рассмотрения дела по правилам производства в суде первой инстанции в силу частей 4,5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Центрального районного суда г. Омска от 29 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через Центральный районный суд г.Омска.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 января 2026 года.

Председательствующий /подпись/

«КОПИЯ ВЕРНА»

подпись судьи________Савчук А.Л.

секретарь судебного заседания

___________________

(подпись)

« » 2026 года

Судьи /подписи/