Приговор № 2-34/2017 от 5 декабря 2017 г. по делу № 2-34/2017

дело № 2-34/2017


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 06 декабря 2017 года

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Подносовой И.Л.

при секретаре Валевич И.Ю.

с участием:

государственного обвинителя - старшего прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Михайлова В.В.

подсудимых: ФИО1 и ФИО2;

защитников – адвокатов: Золотарева Л.Л., представившего удостоверение № 2028 и ордер № 636857 от 22 августа 2017 года, Головлева С.А., представившего удостоверение № 2029 и ордер № 617908 от 22 августа 2017 года;

потерпевшего П.П. и его представителя – адвоката Дергачева И.В., представившего удостоверение № 11351 и ордер № 002162 от 03 октября 2017 года;

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, без определенного места работы, с средним образованием, не женатого, на иждивении несовершеннолетних детей не имеющего, находящегося под стражей с 29 октября 2016 года, несудимого;

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <данные изъяты>, регистрации на территории РФ не имеющего, проживавшего без регистрации по адресу: <адрес>, с средним образованием, без определенного места работы, не женатого, на иждивении имеющего одного несовершеннолетнего ребенка, находящегося под стражей с 29 октября 2016 года, несудимого,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО2 совершили группой лиц по предварительному сговору убийство П.

Преступление совершено в <адрес> при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с <данные изъяты> до <данные изъяты>, у здания кафе «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, у подсудимых ФИО1 и ФИО2, находившихся в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры с П. возник умысел на убийство последнего.

Во исполнение своего умысла ФИО1 и ФИО2 в указанный период времени, действуя совместно и согласованно, умышленно, со значительной силой нанесли П. руками, ногами, а также фрагментом металлической цепи не менее 35 ударов в область головы, туловища и верхних конечностей. В продолжение преступного умысла, направленного на убийство П., подсудимые ФИО1 и ФИО2 с целью приискания орудий преступления проследовали по адресу проживания ФИО2: <адрес>, где каждый из них взял с собой нож, и вернулись к зданию кафе «<данные изъяты>»; преодолевая сопротивление П., отвели его к пересечению дорог улиц <данные изъяты>, где на участке местности напротив <адрес> умышленно нанесли П. не менее 39 ударов ножами в области правой боковой, левой боковой и передней поверхности шеи, в область головы, в область передней поверхности грудной клетки и правой кисти.

В результате совместных умышленных действий подсудимых от комбинированной (тупой и острой) сочетанной травмы головы, шеи, туловища, конечностей, выразившейся в повреждениях жизненно-важных органов (головного и спинного мозга, крупных сосудов шеи, глотки, трахеи), переломах ребер справа, множественных колото-резаных и ушибленных ранах, кровоподтеках, осложнившихся в совокупности травматическим шоком в сочетании с острой кровопотерей и жировой эмболией сосудов легких, наступила смерть П. на месте происшествия.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 вину в совершении убийства П. признали полностью.

В судебном заседании подсудимые ФИО1 и ФИО2 показали, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ они дважды приезжали в кафе «<данные изъяты>», расположенное на <адрес>: сначала около <данные изъяты> часов ночи, а потом – около <данные изъяты> часов утра, незадолго до закрытия кафе. Когда работа кафе закончилась, и посетители вышли на улицу, у них произошел конфликт с ранее незнакомым П., который в грубой форме стал предъявлять необоснованные претензии по поводу их поведения в кафе и угрожать им. Поскольку конфликт происходил у здания кафе в присутствии друзей П., они ушли, сели в свою машину, а, когда все разъехались, вернулись к П., и конфликт между ними возобновился. В ходе конфликта они оба нанесли П. удары металлической цепью, лежавшей до этого в машине ФИО2, а также руками и ногами по голове и различным частям тела, после чего, оставив П. лежащим на земле, уехали домой к ФИО2, где переоделись; потом по обоюдной договорённости решили вернуться к кафе, чтобы проверить, в каком состоянии находится П., и в целях самообороны каждый взял с собой нож, считая реальными угрозы П. расправой со стороны его друзей. Обнаружив П. в том месте, где они его оставили избитым, подошли к нему; П. узнал их и опять стал угрожать расправой, после чего они оба нанесли П. удары ножами в область шеи. Когда покидали место преступления, П. признаков жизни уже не подавал. В то же утро уехали на дачу, а по дороге выбросили мобильный телефон, который ФИО1 забрал у П. без цели хищения.

Вина ФИО1 и ФИО2 в совершении убийства П. помимо показаний самих подсудимых, подтверждается следующими доказательствами:

Из явки с повинной ФИО1 следует, что, когда он с ФИО2 в ночь на ДД.ММ.ГГГГ находился в кафе «<данные изъяты>», между ним и незнакомым мужчиной по вине последнего произошел конфликт, в результате которого он и ФИО2 его побили. После этого мужчина стал угрожать им убийством. Испугавшись угроз, они сходили домой к ФИО2, взяли ножи, вернулись обратно, и конфликт между ними и мужчиной возобновился. Когда мужчина опять стал угрожать убийством, он и ФИО2 нанесли ему удары ножами, вернулись домой, оставили ножи и уехали из города (т. 2, л.д. 78).

Из явки с повинной ФИО2 следует, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ в кафе «<данные изъяты>» у ФИО1 произошел конфликт с ранее незнакомым им мужчиной, которого они после этого на улице избили, нанеся множественные удары руками и ногами по голове и по телу. Придя домой, переоделись, поскольку их одежда была в крови, после чего ФИО1 предложил добить мужчину. Взяв каждый по ножу, вернулись и нанесли мужчине удары ножами по шее и по телу, в результате чего мужчина умер (т. 2, л.д. 185-187).

Согласно протоколу осмотра места происшествия и фототаблицы к нему, ДД.ММ.ГГГГ на участке асфальтированной дороги в 10-ти метрах от пересечения улиц <данные изъяты> в <адрес> обнаружен труп П. с признаками насильственной смерти: множественными линейными ранами в области головы, шеи и груди, кровоподтеками в области лица, тела, верхних и нижних конечностей. С места происшествия изъята обнаруженная в 20 метрах от трупа куртка со сквозными повреждениями ткани (т. 1, л.д. 44-52, 53-65).

Из показаний свидетеля А. следует, что П. проживал в её квартире. ДД.ММ.ГГГГ до <данные изъяты> часов П. находился дома, употреблял спиртные напитки. Утром его дома не оказалось; из дома он ушел с мобильным телефоном, но утром ДД.ММ.ГГГГ на её телефонные звонки уже не отвечал.

ДД.ММ.ГГГГ мобильный телефон «<данные изъяты>» в корпусе черного цвета, принадлежащий П., был обнаружен на участке местности слева от проезжей части автодороги <данные изъяты>, у поворота на <данные изъяты> (т. 3, л.л. 73-76, 77-80, 81-85, 86-88).

Свидетель В. показала, что ДД.ММ.ГГГГ до <данные изъяты> часов ФИО2 и ФИО1 находились у неё дома, а утром их дома не оказалось. Около <данные изъяты> часов ДД.ММ.ГГГГ к ней приехали сотрудники полиции, которые разыскивали ФИО2 и ФИО1 В присутствии сотрудников полиции она разговаривала по телефону с ФИО2, после чего последний вместе с ФИО1 приехали к ней домой, где и были задержаны.

Потерпевший П.П. в суде показал, что ему было известно, что П. около трех лет проживал в городе <адрес>. В этот период времени с П. не виделся, связь поддерживал по телефону, последний раз созванивался с П. за 2-3 месяца до его гибели. О том, что П. убили, узнал ДД.ММ.ГГГГ от его брата, проживающего в <адрес>.

Из протокола предъявления трупа для опознания следует, что ДД.ММ.ГГГГ потерпевший П.П. опознал в трупе мужчины, обнаруженного ДД.ММ.ГГГГ в районе <адрес>, П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1, л.д. 97-100).

По заключению судебно-медицинского эксперта, смерть П. наступила от комбинированной (тупой и острой) сочетанной травмы головы, шеи, туловища, конечностей, выразившейся в повреждениях жизненно-важных органов (головного и спинного мозга, крупных сосудов шеи, глотки, трахеи), переломах ребер справа, множественных колото-резаных и ушибленных ранах, кровоподтеках, осложнившихся в совокупности травматическим шоком в сочетании с острой кровопотерей и жировой эмболией сосудов легких.

При исследовании трупа П. обнаружены множественные (39) колото-резаные ранения головы, шеи, грудной клетки, правой кисти; открытая черепно-мозговая травма; множественные (16) ушибленные раны волосистой части головы и лица; рваная рана конъюнктивы левого глаза, кровоподтеки лица; закрытые переломы 6-10 ребер справа по передней подмышечной линии, множественные кровоподтеки туловища, верхних конечностей, правого бедра.

Исходя из количества и локализации колото-резаных ранений следует, что они образовались в результате 24 ударов в область правой боковой поверхности головы и шеи, 4 ударов в область левой боковой поверхности шеи, 1 удара в область передней поверхности шеи, 2 ударов в область передней поверхности грудной клетки, 8 ударов в область правой кисти, то есть в общей сложности, в результате 39 ударов колюще-режущим предметом (предметами), обладающим колюще-режущими свойствами (например, клинком ножа).

Остальные повреждения образовались в результате не менее чем: 18 травматических воздействий в область головы, 9 – в область туловища, 6 – в область верхних конечностей, 2 – в область правого бедра, то есть в общей сложности, в результате не менее чем от 35 травматических воздействий тупыми твердыми предметами, при этом, часть из них могла образоваться в результате ударов, нанесенных отрезком цепи.

Таким образом, весь комплекс установленных повреждений, который в своей совокупности по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью человека и находится в прямой причинной связи со смертью П. образовался в результате не менее чем от 74 травматических воздействий.

Выраженность трупных явлений, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия на <данные изъяты> час. <данные изъяты> мин. ДД.ММ.ГГГГ, соответствует давности наступления смерти П. от 1-2, но не более 6-8 часов до начала осмотра трупа (т. 3, л.д. 189-233).

Выводы судебно-медицинского эксперта о том, что все повреждения, выявленные при исследовании трупа П., образовались не более чем за 20-30 минут до наступления его смерти, и о возможности причинения колото-резаных повреждений ножом, клинок которого в своей следообразующей части имел лезвие и обушок с хорошо выраженными ребрами, и иным предметом со сходными конструктивными особенностями и размерными характеристиками, свидетельствуют о том, что весь комплекс повреждений у П. образовался при жизни, в результате совместных действий обоих подсудимых (т. 3, л.д. 189-233, т. 4, л.д. 198-201).

Согласно протоколу выемки от ДД.ММ.ГГГГ, из помещения морга <данные изъяты> была изъята одежда с трупа П. (т. 3, л.д. 117-119).

В ходе обыска, проведенного ДД.ММ.ГГГГ в квартире В., были изъяты предметы одежды и обувь, принадлежащие ФИО1 и ФИО2 (т. 3, л.д. 102-112).

Как следует из заключения судебно-медицинского эксперта, на вещах П., а также на изъятом по месту жительства ФИО2 правом ботинке темно-синего цвета найдена кровь, которая могла принадлежать П. и происхождение которой от ФИО1 и ФИО2 исключается; на изъятых из квартиры свитере и куртке черного цвета обнаружены следы, которые могли образоваться от смешения крови П. и ФИО1 (т. 4, л.д. 64-84, 95-125).

В соответствии с заключением судебно-медицинского эксперта, исследовавшего предметы одежды с трупа П., а также свитер, ботинок и куртку из квартиры В. основным механизмом образования следов крови на одежде П. является натекание и пропитывание материала кровью, излившейся из источников наружного кровотечения; на свитере, ботинке и куртке – контакт с предметами, несущими на своей поверхности наложения жидкой крови (т. 4, л.д. 138-156, 157-187).

Из показаний свидетеля У. в суде следует, что, работая диспетчером службы такси, утром ДД.ММ.ГГГГ она получила сообщение от водителя такси Н., которое сразу же передала в дежурную часть полиции, о том, что на пересечении улиц <данные изъяты>, недалеко от кафе «<данные изъяты>» лежит тело мужчины.

Допрошенный в качестве свидетеля полицейский <данные изъяты> О. в суде показал, что ДД.ММ.ГГГГ, около <данные изъяты> часов, в дежурную часть поступило сообщение, что на перекрестке улиц <данные изъяты> лежит мужчина. Приехав на место, обнаружил труп мужчины, лежащий в луже крови, с колото-резаными ранами в области шеи.

Из показаний оперуполномоченного <данные изъяты> Р. следует, что он опознал в обнаруженном трупе мужчины П.

Из показаний оперуполномоченного <данные изъяты> С. следует, что после обнаружения трупа П. при просмотре записи с камеры видеонаблюдения системы «<данные изъяты>», установленной на пересечении улиц <данные изъяты>, он увидел сначала П. шедшего со стороны кафе «<данные изъяты>», а потом двух мужчин, которые, догнав П., повалили его на землю и нанесли ему не менее пяти ударов каждый, после чего ушли в сторону кафе. Решив, что увиденное связано с событиями, которые до этого происходили в кафе, просмотрел записи с камер видеонаблюдения кафе «<данные изъяты>». На одной записи было видно, что ночью у здания кафе у П. произошел конфликт с двумя молодыми людьми, в одном из которых сотрудники кафе узнали ФИО2; на другой – как двое человек на автомобиле <данные изъяты> подъехали к П. и рядом с кафе стали его избивать. Приехав по месту жительства ФИО2, от В. узнал, что ФИО2 был в кафе с ФИО1

Из показаний охранника кафе «<данные изъяты>» Т., свидетелей У. и Ф. следует, что около <данные изъяты> утра ДД.ММ.ГГГГ у здания кафе «<данные изъяты>» подсудимые ФИО1 и ФИО2 ругались с П., но до их ухода никакого насилия они к друг другу не применяли.

ДД.ММ.ГГГГ в помещении <данные изъяты> администрации <данные изъяты> произведена выемка пяти видеофайлов с камеры наружного наблюдения на трёх оптических дисках (т. 3, л.д. 95-98), при просмотре которых в судебном заседании установлено, что видеофайлы содержат изображения, датированные <данные изъяты>, период времени с 06:20:44 до 06:22:45., на которых на участке местности, расположенном на пересечении улиц <данные изъяты>, двое мужчин, визуально похожие на подсудимых ФИО1 и ФИО2, преодолевая сопротивление, удерживают мужчину, визуально похожего на П.; при этом в руках у лиц, удерживавших П., находятся продолговатые предметы, похожие на ножи; когда П. оказывается лежащим на земле, сначала один из мужчин наклоняется к нему и производит резкие движения правой рукой в области головы, а потом второй производит в области головы и шеи потерпевшего такие же резкие движения, после окончания которых видно, что в руке у наносившего удары находится продолговатый предмет.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании подтвердили, что на просмотренных видеофайлах изображены они и П.

В ходе проверок показаний на месте, как следует из протоколов этого следственного действия, каждый из подсудимых указал место преступления и продемонстрировал с помощью манекена механизм нанесения ими самими и друг другом ударов руками, ногами, отрезком цепи и ножами П. (т.2, л. д. 122-131; 223-230).

По результатам проверок показаний на месте, судебно-медицинский эксперт пришел к выводу о том, что при обстоятельствах, указанных ФИО2, возможно причинение части повреждений, обнаруженных при исследовании трупа П. в результате неоднократных ударов металлической цепью, руками и ногами в области головы, груди, спины и верхних конечностей (т. 4, л.д. 24-32); при обстоятельствах, указанных ФИО1, возможно причинение всего комплекса повреждений, обнаруженных при исследовании трупа П., в результате многочисленных ударов кулаками, ногами, цепью и ножами (т. 4, л.д. 43-50).

Свидетель М. на предварительном следствии показал, что ночью ДД.ММ.ГГГГ в районе <адрес> он увидел сначала отъезжающую от кафе «<данные изъяты>» автомашину и лежащего на асфальте мужчину. Возвращаясь через какое-то время тем же путем, видел стоящих около этого мужчины двух парней, каждый из которых нанес лежащему мужчине не менее 10 ударов руками и ногами по голове, телу и конечностям.

Вышеизложенные обстоятельства М. подтвердил в ходе проверки показаний на месте, о чем имеется протокол от <данные изъяты> и фототаблица к нему, из которых следует, что в ходе проверки М. не только подтвердил факт нанесения ударов П. двумя лицами, но и продемонстрировал удары, нанесённые каждым из них (т. 2, л.д. 56-63, 64-72).

По заключению судебно-медицинского эксперта, часть повреждений в области головы, грудной клетки и правого бедра, обнаруженные на трупе П.., могли быть получены при ситуации, воспроизведённой свидетелем М. (т. 4, л.д. 7-13).

Показания М. в суде о том, что лежащего мужчину избивал только один человек, суд считает недостоверными, так как они противоречат показаниям самого М. на предварительном следствии, не согласуются с показаниями подсудимых ФИО1 и ФИО2 и другими доказательствами по делу.

Показания остальных допрошенных по делу свидетелей последовательны, сомнений в своей достоверности не вызывают, так как согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, позволяя в совокупности с другими исследованными по делу доказательствами установить фактические обстоятельства совершенного ФИО1 и ФИО2 преступления. Оснований для оговора свидетелями подсудимых судом не установлено, самими подсудимыми достоверность показаний свидетелей не оспаривалась.

Оценивая приведенные доказательства в их совокупности, суд находит их допустимыми и достоверными, а вину подсудимых ФИО1 и ФИО2 в совершении убийства П. – доказанной.

Давая правовую оценку действиям подсудимых, суд считает установленным, что ДД.ММ.ГГГГ, в ночное время, подсудимые ФИО1 и ФИО2 на почве внезапно возникшей ссоры с П., по предварительному сговору между собой, используя ножи и фрагмент металлической цепи в качестве орудий преступления, совершили убийство последнего.

Нанесение совместно ФИО1 и ФИО2 не менее 39 ударов клинками ножей и не менее 35 ударов со значительной силой руками, ногами и фрагментом металлической цепи П. в область расположения жизненно важных органов (головы, шеи, груди и туловища), свидетельствует о том, что каждый из подсудимых осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом на лишение П. жизни.

О наличии в действиях ФИО1 и ФИО2 предварительного сговора на убийство П. указывают доказательства, свидетельствующие о том, что подсудимые одновременно совершали действия по избиению потерпевшего, совместно приняли решение вернуться к месту, где оставили избитого ими П., оба были вооружены ножами, которыми стали наносить удары по телу потерпевшего в места расположения жизненно важных органов, их действия были вызваны одной причиной (конфликтом с П.), согласованы и объединены единым преступным умыслом.

По заключениям экспертов, проводивших амбулаторные комплексные психолого-психиатрические экспертизы, ни ФИО1, ни ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдают в настоящее время и не страдали в период инкриминируемых им деяний, оба могут в настоящее время и могли в период инкриминируемых им деяний в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Ни ФИО1, ни ФИО2 в момент совершения инкриминируемых им деяний не находились в состоянии аффекта или какого-либо другого эмоционального состояния, которое могло существенно повлиять на их сознание и поведение (т. 5, л. <...>).

Заключения экспертов являются мотивированными, соответствуют данным, имеющимся в материалах уголовного дела, научно обоснованы и признаются судом достоверными.

На основании этих заключений, с учетом установленных в суде обстоятельств совершенного преступления, суд признает ФИО1 и ФИО2 вменяемыми.

Действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 суд квалифицирует по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личности подсудимых, наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных.

ФИО1 не судим (т. 5, л. д. 104), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (т. 5, л. <...>), по месту прохождения воинской службы <данные изъяты> характеризуется положительно (т. 5, л. <...>).

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, суд признает его явку с повинной.

ФИО2 не судим (т. 5, л. д. 153), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (т. 5, л. <...>).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, суд признает его явку с повинной и наличие малолетнего ребенка, <данные изъяты> года рождения.

Судом не установлено, что совершение ФИО1 и ФИО2 убийства П. обусловлено состоянием алкогольного опьянения, в котором они находились в момент совершения преступления, поэтому, с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, сведений о том, что они не состоят на учете у нарколога, никогда не привлекались к административной ответственности, суд не признаёт факт нахождения подсудимых в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения обстоятельством, отягчающим наказание.

С учетом обстоятельств дела и данных о личностях подсудимых, суд назначает ФИО1 и ФИО2 наказание в виде лишения свободы, и полагает, что исправление подсудимых возможно только при реальном отбывании назначенного наказания, поскольку оснований для применения ст. 73 УК РФ не имеется.

В силу ч. 6 ст. 53 УК РФ, дополнительное наказание в виде ограничения свободы подсудимому ФИО2, являющемуся иностранным гражданином, не применяется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами содеянного, поведением подсудимых во время и после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного ими и дающих основания для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Учитывая фактические обстоятельства дела, степень общественной опасности содеянного подсудимыми оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, для изменения категории совершенного ими преступления на менее тяжкую, не имеется.

В связи с совершением подсудимыми особо тяжкого преступления, суд в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначает им отбывание лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 72 УК РФ суд засчитывает ФИО1 и ФИО2 в срок отбытия назначенного наказания время содержания под стражей в качестве меры пресечения в период предварительного следствия и судебного разбирательства.

Признавая ФИО1 и ФИО2 виновными в совершении преступления, относящегося к категории особо тяжких, и назначая наказание в виде лишения свободы, в целях обеспечения исполнения приговора, суд полагает необходимым избранную подсудимым меру пресечения в виде заключения под стражу, на период до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Требования о компенсации морального вреда, заявленные П.П. в размере 15 000 000 рублей, являются обоснованными по праву, поскольку не подлежит сомнению, что в связи с убийством его отца потерпевший испытал нравственные страдания, однако, в силу статей 151, 1101 ГК РФ, суд признает размер компенсации, определенный П.П., не соответствующим требованиям разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень причиненных П.П. нравственных страданий, характер взаимоотношений с отцом, с которым он в течение последних лет не виделся, реальную возможность возмещения подсудимыми взысканной судом суммы, руководствуется требованиями разумности и справедливости и считает необходимым снизить размер компенсации до 3 000 000 рублей, взыскав эту сумму в равных долях с ФИО1 и ФИО2

Процессуальные издержки в размере 30 764 рублей, выплаченные за счет средств федерального бюджета потерпевшему П.П. на покрытие расходов, связанных с его явкой в суд, на основании ст. ст. 131, 132 УПК РФ подлежат взысканию с подсудимых ФИО1 и ФИО2 в солидарном порядке.

Процессуальные издержки в части выплаты адвокату Золотареву Л.Л. из средств федерального бюджета вознаграждения в размере 13 200 рублей за оказание на основании ст. 51 УПК РФ юридической помощи подсудимому ФИО2 подлежат взысканию в доход государства с подсудимого ФИО2

Процессуальные издержки в части выплаты адвокату Головлеву С.А. из средств федерального бюджета вознаграждения в размере 14 400 рублей за оказание на основании ст. 51 УПК РФ юридической помощи подсудимому ФИО1, подлежат взысканию в доход государства с подсудимого ФИО1

Решая судьбу вещественных доказательств, суд руководствуется требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ, согласно которым мобильный телефон «<данные изъяты>» подлежит возврату потерпевшему П.П.; 14 ножей подлежат возврату В.; 4 оптических диска подлежат хранению при уголовном деле; одежда ФИО1 подлежит возврату подсудимому ФИО1, одежда ФИО2 подлежит возврату подсудимому ФИО2, одежда П. и марлевый тампон с веществом бурого цвета подлежат уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на пятнадцать лет с отбыванием в колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на один год.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным ограничения свободы; возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы исполнять после отбытия осужденным основного наказания в виде лишения свободы.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на четырнадцать лет шесть месяцев с отбыванием в колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить заключение под стражу. Срок отбывания наказания каждому исчислять с 06 декабря 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 и ФИО2 время их содержания под стражей в период с 29 октября 2016 года по 05 декабря 2017 года включительно.

Взыскать в пользу П.П. в счет компенсации морального вреда с ФИО1 1 500 000 рублей, с ФИО2 – 1 500 000 рублей.

Процессуальные издержки в размере 30 764 рублей, выплаченные за счет средств федерального бюджета потерпевшему П.П. на покрытие расходов, связанных с его явкой в суд, взыскать в доход государства солидарно с подсудимых ФИО1 и ФИО2

Процессуальные издержки в части выплаты адвокату Головлеву С.А. из средств федерального бюджета вознаграждения в размере 14 400 рублей за оказание на основании ст. 51 УПК РФ юридической помощи подсудимому ФИО1, взыскать в доход государства с подсудимого ФИО1

Процессуальные издержки в части выплаты адвокату Золотареву Л.Л. из средств федерального бюджета вознаграждения в размере 13 200 рублей за оказание на основании ст. 51 УПК РФ юридической помощи подсудимому ФИО2, взыскать в доход государства с подсудимого ФИО2

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу:

- мобильный телефон «<данные изъяты>» возвратить потерпевшему П.П.;

- 14 ножей возвратить В.;

- 4 оптических диска хранить при уголовном деле;

- одежду ФИО1 возвратить ФИО1;

- одежду ФИО2 возвратить ФИО2;

- одежду П. и марлевым тампон – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными ФИО1 и ФИО2 – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: /подпись/

Копия верна:

Судья И.Л. Подносова