Апелляционное определение № 22-4550/2025 от 18 декабря 2025 г.

Судья Кучеревский С.А. Дело № 22-4550/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Барнаул 19 декабря 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Плоских И.М.

судей Борисовой Л.В. и Некрасовой Н.М.

при секретаре: помощнике судьи Скорых Л.В.

с участием:

прокурора Сергеевой И.А.

адвоката Огнева Ю.В.

осужденного ФИО1 (по системе видеоконференц-связи)

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Устиновой Е.П. на приговор Бийского городского суда Алтайского края от 23 сентября 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, судимый:

- 15 сентября 2022 года Бийским городским судом по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года;

- 20 июня 2023 года тем же судом по ч. 1 ст.119, ч.2 ст.116.1, ч.2 ст.69 УК РФ к 1 году принудительных работ с удержанием 5 % из заработка в доход государства (наказание отбыто 20.09.2024),

осужден по:

ч.1 ст.264.1 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года,

ч.1 ст.111 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы,

на основании ч.ч.3,4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения основных наказаний и полного присоединения дополнительного наказания назначено 3 года лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года;

на основании ч.5 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Бийского городского суда от 15 сентября 2022 года и в соответствии со ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена не отбытая часть наказания по приговору от 15 сентября 2022 года и назначено окончательно 4 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года;

разрешены вопросы о зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей в порядке меры пресечения, о вещественных доказательствах, о распределении процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Плоских И.М., выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что, будучи подвергнутым административному наказанию по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ постановлением и.о. мирового судьи судебного участка *** <адрес> от ДД.ММ.ГГ (вступило в законную силу ДД.ММ.ГГ), он ДД.ММ.ГГ (то есть в течение срока, когда с учетом назначенного административного наказания и положений ст.4.6 КоАП РФ, считается подвергнутым административному наказанию), находясь в состоянии опьянения, управлял автомобилем «ЛИФАН 214813», государственный регистрационный знак *** в городе <адрес>

он же ДД.ММ.ГГ не позднее 16 часов 38 минут, находясь по <адрес> в <адрес>, на почве личных неприязненных отношений умышленно нанес ТВВ не менее четырех ударов руками по лицу и голове и не менее одного удара ногой в область ребер слева, причинив закрытую тупую травму левой половины грудной клетки, включающую закрытый перелом 10-го ребра слева по задней подмышечной линии, посттравматический пневмоторакс слева, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; а также кровоподтеки лба и век обоих глаз, не повлекшие вреда здоровью.

Преступления им совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции свою вину в предъявленном ему обвинении по ч.1 ст.264.1 УК РФ полностью признал, по ч.1 ст.111 УК РФ - не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Устинова Е.П. отмечает, что выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111УК РФ, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, исследованные доказательства являются противоречивыми, имеющиеся противоречия не устранены. Не дана судом надлежащая оценка последовательным показаниям ФИО1, который утверждал, что не причинял ТВВ телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью. Показания подзащитного подтверждаются показаниями свидетелей РСВ и ВВА Оспаривает вывод суда об отсутствии у потерпевшего оснований для оговора ФИО1 и при этом указывает, что именно ФИО1 выгнал ТВВ из дома БДВ, поэтому к показаниям потерпевшего суду следовало отнестись критически, притом, что опровергаются иными доказательствами, не являются последовательными на стадии предварительного расследования и в суде. Отмечает, что согласно карты вызова скорой медицинской помощи, ТВВ высказывал жалобы касаемо своего физического состояния. Однако, допрошенные в судебном заседании РСВ и ВВА пояснили, что находящиеся во дворе дома пьяные мужчины за помощью к ним не обращались, телесных повреждений не было. Судом не дана оценка наличию у ТВВ объективной возможности совершать активные действия в случае причинения ему ФИО1 инкриминируемых травм и под воздействием алкоголя (ходил к БДВ, а затем к БДВ «разбираться» с ФИО1), вернулся домой, и только после этого СОИ (мать потерпевшего) вызвала бригаду «скорой помощи». Не дана судом должная оценка доводам защиты о том, что ФИО1 в силу алкогольного опьянения и по состоянию здоровья (заболевание позвоночника) не мог нанести удары ногами ТВВ Положенные в основу приговора показания свидетеля БДВ о времени прихода к нему потерпевшего (темное время суток) и наличии у последнего повреждений, опровергаются показаниями сотрудников «скорой помощи», сведениями biysk.ginfo.ru, иными доказательствами, совокупность которых, как указывает защитник, свидетельствует о том, что ТВВ пришел к БДВ исключительно в светлое время суток и без каких-либо телесных повреждений. Кроме того, показания БДВ на разных этапах производства по делу содержат противоречия, чему также суд не дал оценку. Автор полагает о необходимости критически оценивать показания свидетеля РАВ, поскольку опровергаются данными протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ. Кроме того, об обстоятельствах дела РАВ стало известно из текста поручения следователя, соответственно его показания являются недопустимым доказательством. Суд первой инстанции не дал оценки тому обстоятельству, что судебно-медицинская экспертиза потерпевшему проведена на основании заверенной ксерокопии медицинской карты стационарного больного ТВВ, тогда как сам ТВВ от прохождения экспертизы отказался, а в КГБУЗ «ЦГБ» об уголовной ответственности за ложные, ошибочно внесенные в медицинскую карту сведения, врачи не предупреждались. В медицинской карте стационарного больного, представленной на исследование эксперту, имелись сведения, не соответствующие действительности: в мед.карте указано о наличии кровоподтеков в правой и левой лобных областях, что противоречит сведениям в карте вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГ, согласно которой таких повреждений медицинскими работниками СМП не обнаружено. Доводы защиты судом не проверены и оценку в обжалуемом приговоре не получили. Просит оправдать ФИО1 по ч.1 ст.111 УК РФ в связи с непричастностью к преступлению В части осуждения по ч.1 ст.264.1 УК РФ просит смягчить наказание, применив ст.73 УК РФ.

В возражениях государственный обвинитель Даскина Т.Н. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, с обеспечением принципа состязательности и равноправия сторон. Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Причем доказанность вины ФИО1 и правильность квалификации его действий по ч.1 ст.264.1 УК РФ стороной защиты в апелляционном порядке не оспариваются.

Доводы жалобы в защиту ФИО1 о его невиновности по ч.1 ст.111 УК РФ и процессуальной недопустимости доказательств обвинения, положенных в основу приговора, были предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты. Оснований сомневаться в правильности таких выводов, не имеется.

Обстоятельства совершенного ФИО1 в отношении ТВВ преступления установлены, и его виновность в содеянном подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств (содержание подробно изложено в приговоре):

показаниями потерпевшего ТВВ, согласно которым, в ходе ссоры с ФИО1 тот выгнал его из дома БДВ, где совместно употребляли спиртное, затем ФИО1 нанес ему удары руками по голове и лицу, а также удары ногой в левый бок, отчего он стал задыхаться и испытал сильную боль; позже из своего дома госпитализирован бригадой «скорой помощи»;

показаниями свидетеля БДВ, данными на стадии предварительного расследования и исследованными в судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, согласно которым, подтвердил наличие конфликта между ТВВ и ФИО1 при совместном распитии спиртного, о требованиях ФИО1, чтобы ТВВ покинул дом; слышал звуки удара из комнаты, где находились ТВВ и ФИО1;

показаниями свидетеля БДВ, которому со слов ТВВ известно о причинении телесных повреждений, видел кровь на лице потерпевшего; кроме того, и ФИО1 ему говорил, что ТВВ вел себя некорректно, за что и получил;

показаниями свидетеля СОИ, согласно которым, ТВВ (сын) ей сообщил, что в доме у БДВ в ходе распития спиртного его избил ФИО1; она видела кровь на лице и одежде; вызвала «скорую помощь»; БДВ в ее присутствии подтвердил наличие конфликта между ТВВ и ФИО1;

показаниями свидетеля КЕВ о том, что видела кровь и следы побоев на лице ТВВ

заключением судебно-медицинской экспертизы ТВВ о наличии, характере, локализации, механизме и давности причинения имеющихся телесных повреждений, степени тяжести вреда здоровью; протоколом осмотра места происшествия.

Приведены в приговоре показания иных лиц по значимым для дела обстоятельствам, иные письменные доказательства, содержание которых в приговоре раскрыто. Все представленные доказательства суд в соответствии с требованиями статей 87,88 УПК РФ тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку. Оснований подвергать сомнению достоверность и процессуальную пригодность положенных в основу приговора доказательств, на чем настаивает защитник в жалобе, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает. Все доказательства, положенные в основу приговора, правильно признаны судом как полученные в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и никаких противоречий, влияющих на доказанность вины осужденного и юридическую оценку его действий по ч.1 ст.111 УК РФ, не содержат.

Показания потерпевшего ТВВ, вопреки доводам защиты, обоснованно признаны судом достоверными и соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Данных, свидетельствующих о какой-либо заинтересованности потерпевшего при даче им показаний, а равно позволяющих усомниться в достоверности его показаний, уличающих ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, или расценить показания как оговор, в частности по мотиву мести, вопреки жалобе адвоката, из материалов дела не усматривается. Аналогичные доводы защиты были предметом проверки суда первой инстанции, и суд обоснованно расценил эти доводы критически, привел в приговоре мотивы такого решения, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Как видно из протокола судебного заседания, потерпевший ТВВ после оглашения его показаний, данных на стадии предварительного расследования, подтвердил их правильность. В связи с чем, доводы защитника о непоследовательности и противоречивости его показаний, нельзя признать обоснованными. Притом, и на стадии предварительного расследования, и в судебном заседании, ТВВ последовательно утверждал, что именно ФИО1 нанес ему удары и причинил ему телесные повреждения; последовательны показания потерпевшего и касательно объема насильственных действий, иных обстоятельств конфликта.

Показания свидетеля НПН не опровергают показаниям потерпевшего. То обстоятельство, что сам НПН, как видно из его показаний, не помнит в силу алкогольного опьянения обстоятельств, не ставит под сомнение достоверность показаний ТВВ Доводы жалобы и в данной части нельзя признать обоснованными.

Свидетель БДВ, как видно из материалов дела, не был очевидцем конфликта между ФИО1 и ТВВ, сообщил сведения, известные ему со слов потерпевшего и от осужденного, а также об обстоятельствах, произошедших с его участием уже после совершения ФИО1 противоправных действий в отношении ТВВ Показания свидетеля касательно времени, когда ТВВ пришел к нему за помощью («темное время суток»), являются субъективным восприятием. Поэтому информация, представленная biysk.ginfo.ru о захода солнца ДД.ММ.ГГ в 17 часов 14 минут, вопреки жалобе адвоката, не ставят под сомнение правдивость показаний БДВ, в том числе, о визите к нему потерпевшего и наличии на его лице крови.

Ссылка защитника в жалобе на показания свидетелей РСВ и ВВА в подтверждение доводов о недостоверности показаний ТВВ и БДВ, является неуместной. Из показаний РСВ и ВВА, письменных материалов дела (карты вызова СМП от ДД.ММ.ГГ в 15:00 и в 15:15 на <адрес> на л.д.131-136 т.2) не усматривается обстоятельств, указывающих на прибытие указанных медицинских работников для оказания помощи ТВВ и об освидетельствовании ими ТВВ Согласно карте вызова СМП (л.д.151-153 т.1), бригада СМП получила вызов для оказания помощи ТВВ в 16:24 и прибыла по месту жительства потерпевшего на <адрес> в 16:38 в составе фельдшера СНВ, мед.сестры СМА; в карте зафиксированы жалобы в потерпевшего, в том числе на боли в области грудной клетки, наличие гематомы обоих глаз, факт госпитализации.

Соответственно, вопреки жалобе защитника, показания РСВ и ВВА не ставят под сомнение правдивость показаний ТВВ и БДВ, в том числе о наличии у потерпевшего повреждений на лице. Притом, и сам ФИО1 не отрицал нанесение им ударов ТВВ по лицу.

Старший оперуполномоченный РАВ допрошен в судебном заседании об обстановке на месте происшествия. Доводы жалобы о недопустимости использовать такие показания в качестве доказательства, являются ошибочными, в связи с чем отклоняются судом апелляционной инстанции.

При исследовании и оценке показаний свидетеля БДВ на разных стадиях производства по делу, нарушений, которые могли бы повлиять на правильность установленных судом фактических обстоятельств совершения ФИО1 преступления, вопреки жалобе адвоката, не допущено. Обстоятельств, свидетельствующих об искажении в протоколе допроса на стадии предварительного расследования фактически данных показаний, не установлено. В приговоре приведены мотивы, по которым суд взял за основу показания БДВ на стадии предварительного расследования и критически оценил позицию в судебном заседании, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Оснований для признания недопустимым доказательством заключение судебно-медицинской экспертизы ТВВ, о чем ставит вопрос в жалобе защитник, суд апелляционной инстанции не усматривает. Экспертиза назначена и проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, компетентность и квалификация эксперта сомнений не вызывает, при производстве экспертизы использовались общепринятые методики, выводы мотивированы, научно обоснованы, являются ясными и понятными. Предоставление следователем в распоряжение эксперта заверенной ксерокопии медицинской карты стационарного больного ТВВ и проведение СМЭ только на основании медицинских документов, вопреки жалобе, не свидетельствует о необъективности экспертного исследования. Как видно из исследовательской части СМЭ, оценка содержащихся в мед.документах сведений проводилась экспертом в пределах его компетенции, с позиции достаточности и допустимости для целей судебно-медицинской экспертизы. Доводы жалобы в данной части основаны на ошибочном представлении защитником о применяемых методиках проведения подобных экспертиз, в связи с чем отклоняются как необоснованные. Данных, свидетельствующих о недостоверности сведений, указанных в карте стационарного больного ТВВ, не имеется. Доводы жалобы в данной части крайне надуманы. Как видно из заключения СМЭ потерпевшего, кровоподтеков в правой и левой лобных областях у ТВВ не зафиксировано. В связи с чем, доводы защитника о противоречиях в мед.документах, отклоняются как необоснованные.

Доводы защитника о том, что ФИО1 по состоянию здоровья и в силу опьянения не мог нанести потерпевшему удар ногой по телу, а равно о причинении потерпевшему телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, иным лицом и при иных обстоятельствах, противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, и отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные.

Судом в приговоре дана надлежащая оценка всем исследованным доказательствам. Доказательства, на которые суд сослался в приговоре в обоснование виновности осужденного, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, существенных противоречий по значимым обстоятельствам дела, подлежащим доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, не содержат, в связи с чем, обоснованно признаны судом достоверными, допустимыми и относимыми, а в совокупности достаточными для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора. В связи с чем с доводами жалобы защитника о том, что приговор в части осуждения по ч.1 ст.111 УК РФ основан на домыслах и предположениях, при отсутствии достаточных доказательств виновности осужденного, суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Как видно из исследованных доказательств и судом это установлено, именно осужденный умышленно нанес удары ТВВ, в том числе ногой в область грудной клетки, где по заключению судебно-медицинской экспертизы локализованы телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Никаких сомнений о наличии причинной связи между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде причинения ТВВ тяжкого вреда здоровью, не имеется.

То обстоятельство, что потерпевший самостоятельно покинул место преступления, совершал активные действия до госпитализации, на что обращает внимание в жалобе адвокат, не противоречит выводам суда о виновности ФИО1 Притом, доводы защитника о невозможности потерпевшего с полученной травмой (перелом ребра) совершать активные действия, голословны.

Правильно установив фактические обстоятельства, суд верно квалифицировал действия осужденного ФИО1 по ч.1 ст.111 УК РФ. Оснований для постановления оправдательного приговора, о чем ставит вопрос защита, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает.

Ни при производстве предварительного расследования, ни в ходе судебного разбирательства, не допущено процессуальных нарушений, которые повлекли бы за собой отмену приговора суда. По делу отсутствуют объективные данные, которые бы давали основание предполагать, что уголовное дело сфабриковано, а доказательства могли быть сфальсифицированы, как утверждает защитник в жалобе. Все доказательства исследованы судом в соответствии со ст.240 УПК РФ, содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц или иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено. Какие-либо противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Изложенные в жалобе доводы, по существу, сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. Тот факт, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и о неправильных выводах суда.

Наказание осужденному назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данных о личности виновного, других обстоятельств, указанных в ст.60 УК РФ, в том числе смягчающих наказание, которыми суд признал: признание вины и раскаяние в содеянном по ч.1 ст.264.1 УК РФ; состояние здоровья осужденного и его близких родственников, оказание им помощи.

Иных смягчающих обстоятельств, помимо установленных в приговоре и подлежащих учету в соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ, из материалов дела не усматривается. Не указано о наличии таковых и автором жалобы.

Выводы суда о назначении ФИО1 наказания только в виде реального лишения свободы, а по ч.1 ст.264.1 УК РФ с дополнительным наказанием, в приговоре мотивированы. Окончательное наказание назначено с соблюдением правил ч.5 ст.74, ст.70 УК РФ. Формального подхода к оценке обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания, судом не допущено. Суд апелляционной инстанции считает, что назначенное осужденному наказание соразмерно содеянному и данным о личности, сможет обеспечить достижение целей наказания, предусмотренных ст.43 УК РФ, соответствует принципам справедливости и гуманизма, предусмотренным ст.ст.6,7 УК РФ. Обстоятельств, которые могли бы повлиять на назначение наказания и не учтенных судом, из материалов дела не усматривается, не приведено таковых и в апелляционной жалобе. Оснований для смягчения наказания, о чем просит защита, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции не усматривает.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Бийского городского суда Алтайского края от 23 сентября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение трёх суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий И.М. Плоских

Судьи Л.С. Борисова

Н.М. Некрасова