Решение № 2-3578/2024 2-496/2025 2-496/2025(2-3578/2024;)~М-3520/2024 М-3520/2024 от 24 июня 2025 г. по делу № 2-3578/2024

УИД 74RS0032-01-2024-006124-37

Дело № 2 – 496/2025


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 июня 2025 г. г. Миасс Челябинской области

Миасский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Захарова А.В.

при помощнике судьи Пановой И.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному казенному учреждению социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга» о признании приказов и дополнительного соглашения к трудовому договору не законными, взыскании компенсаций морального вреда

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО2 обратился в суд с многочисленными исками (с учетом уточнений) к Государственному казенному учреждению социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга» (далее – ответчик, Учреждение) о:

- признании незаконными и отмене приказов: НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, взыскании компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей;

- признании незаконным и отмене приказов: НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей;

- признании незаконным и отмене приказов: НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, взыскании компенсации морального вреда в размере 170 000 рублей;

- признании незаконным и отмене приказов: НОМЕР от ДАТА, НОМЕР от ДАТА, признании недействительным дополнительного соглашения от ДАТА к трудовому договору НОМЕР от ДАТА, взыскании компенсации морального вреда в размере 37 636 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что осуществляет трудовую деятельность в Учреждении в должности специалиста по охране труда. Оспариваемые приказы и дополнительное соглашение к трудовому договору являются незаконными, вменённые приказами требования не предусматриваются трудовой функцией истца, и нарушают нормы трудового законодательства. Истец ценой своего здоровья, работая по ночам и в выходные дни, вынужден выполнять неправомерные распоряжения работодателя. Незаконные действия ответчика, заведомо знающего о неправомерности своих приказов и сознательно принуждающего истца к их исполнению, влекут необходимость взыскания компенсаций морального вреда (т. 1, л.д. 3 – 5, 55 – 57, 208 – 210; т. 3, л.д. 3 – 5; т. 4, л.д. 4 – 5).

Определениями Миасского городского суда Челябинской области гражданские дела по искам ФИО2 объединены в одно производство (т. 1, л.д. 90; т. 3, л.д. 183 – 184; т. 4, л.д. 114).

В судебном заседании истец ФИО2 поддержал заявленные требования по указанным выше основаниям, пояснив, что инвалидности не имеет, в спорные периоды времени госпитализации не подвергался, вред здоровью истца действиями работодателя не установлен.

Представители ответчика ФИО3, ФИО4 исковые требования не признали по основаниям, изложенными в письменных возражениях. Представители Учреждения пояснили, что истец всячески уклоняется от надлежащего выполнения своих трудовых обязанностей, рабочее время использует для неоднократных ежедневных длительных занятий физкультурой на свежем воздухе (во дворе Учреждения), не воспринимает устные распоряжения руководства, в силу чего работодатель вынужден издавать многочисленные письменные распоряжения (приказы), чтобы побудить истца исполнять свои трудовые обязанности. Тем самым причиной издания многочисленных приказов является категоричное нежелание истца выполнять какие – либо устные распоряжения и просьбы работодателя, ФИО2 требует оформление всех рабочих вопросов исключительно в письменном виде, с их последующей отправкой истцу по почте (отказывается от личного получения документов). За не исполнение (не надлежащее исполнение) оспариваемых приказов какие – либо штрафные санкции в отношении ФИО2 (снижение или лишение премии и т.п.) не применялись.

Из письменных возражений представителя ответчика на иски так же следует, что череда приказов работодателя в отношении истца вызвана тем, что ФИО2 не вступает в устное общение по рабочим вопросам не только с непосредственным руководителем, но и с большинством коллектива. ФИО2 с мая 2024 года по настоящее время фактически не исполняет свои должностные обязанности, многочисленными исками стремится запретить работодателю обращаться к нему по любым трудовым вопросам, требования о взыскании компенсации морального вреда в заявленных ФИО2 размерах свидетельствуют о намерении истца необоснованно обогатиться за счет работодателя (т. 3, л.д.97 – 98).

Представители третьих лиц – Государственной инспекции труда в Челябинской области, Министерства социальных отношений Челябинской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом (т. 2, л.д. 56, 56 оборот).

В предыдущем судебном заседании представитель Государственной инспекции труда в Челябинской области ФИО5 показала, что по обращению работодателя проводила профилактический визит в Учреждение в феврале 2025 года, по результатам которого было установлено, что имеющиеся документы нуждаются в актуализации в области охраны труда. У истца, как специалиста по охране труда, имеется должностная обязанность по контролю за прохождением работниками учреждения соответствующего обучения. Так же было установлено, что по некоторым рабочим местам просрочена специальная оценка условий труда, специалисту по охране труда (т.е. истцу) необходимо пройти обучение, до прохождения соответствующего обучения истец подлежит отстранению от выполнения трудовых обязанностей. Фактически действующая в настоящее время должностная инструкция специалиста по охране труда ФИО2 не соответствует специфики Учреждения (ответчика), и является формальной. Разработка локальных нормативных актов, в т.ч. «Порядка обучения охране труда», является правом работодателя. По результатам профилактического визита был составлен Акт (т. 2, л.д. 3 оборот – 4 оборот).

В письменных возражениях представитель Министерства социальных отношений Челябинской области полагал исковые требования ФИО2 не подлежащими удовлетворению по причине их не доказанности (т. 2, л.д. 59 – 61).

Заслушав участвующих лиц и исследовав все материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений

Актом приема – передачи копий документов по охране труда подтверждается факт передачи работодателем истцу ФИО2 копий 77 документов в области охраны труда, для использования в работе (т. 1, л.д. 160- 162).

ГКУСО «Центр Радуга» является самостоятельным юридическим лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке (т. 3, л.д. 73 – 82).

Из Устава ГКУСО «Центр Радуга» следует, что названное Учреждение создано для оказания услуг в сфере социальной защиты населения, для детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (т. 3, л.д. 48 – 55).

В Учреждении трудоустроены на постоянной основе по трудовым договорам более 50 человек (т. 3, л.д. 56 – 63).

Конституцией РФ провозглашена свобода труда. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ст. 37).

Трудовые правоотношения в РФ регламентируются нормами трудового законодательства, к которым так же относится Трудовой кодекс РФ.

В силу ст. 15 Трудового кодекса РФ (далее по тексту – ТК РФ) трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Законом даётся понятие работодателя - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры (ст. 20 ТК РФ).

Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

Соответственно, на работника трудовым законодательством РФ возложена обязанность добросовестно исполнять свои трудовые функции, при этом соблюдать как правила внутреннего трудового распорядка, так и трудовую дисциплину.

Работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, и привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности за несоблюдение ими своих трудовых обязанностей в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (ст. 22 ТК РФ).

Вместе с тем, трудовым законодательством РФ так же установлена и ответственность работодателя за не исполнение (не надлежащее исполнение) своих обязанностей по отношению к работнику.

Работник, права которого нарушены, либо если у сторон трудовых отношений имеются неурегулированные разногласия по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), вправе обратиться в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, к которым в данном случае относится и суд (ст. ст. 381 – 382 ТК РФ).

Во исполнение ст. ст. 214 и 217 ТК РФ работодателем (ответчиком) ДАТА разработано и утверждено Положение о системе управления охраной труда (далее – СУОТ), представляющее собой комплекс взаимосвязанных и взаимодействующих элементов, устанавливающих политику и цели в области охраны труда у конкретного работодателя и процедуры по достижению этих целей (т. 1, л.д. 104 –108).

Из материалов дела и показаний сторон следует, что ДАТА между ФИО2 и Учреждением заключен трудовой договор, в соответствии с условиями которого ФИО2 принят на должность инженера по охране труда по совместительству, с ДАТА истец принят на основную работу на 1 штатную единицу в качестве специалиста по охране труда (т. 1, л.д. 6 – 8).

Согласно должностной инструкции Специалиста по охране труда от ДАТА, с которой истец был ознакомлен ДАТА, специалист по охране труда непосредственно подчиняется директору учреждения (п. 1.2).

Особыми условиями допуска специалиста по охране труда к работе являются: обучение по охране труда и проверка знаний требований охраны труда не реже одного раза в три года (п. 1.5).

Специалист по охране труда должен знать и руководствоваться при выполнении трудовой функции: должностной инструкцией, общей инструкцией по охране труда и о мерах пожарной безопасности для работников, локальными нормативными актами учреждения, штатным расписанием, особенностями структуры учреждения и его подразделений и др. (п. 1.6).

Разделом 2 должностной инструкции ФИО2 предусмотрено, что в состав должностных обязанностей специалиста по охране труда входит нормативное обеспечение безопасных условий и охраны труда, в том числе: разработка, согласование и актуализация проектов локальных нормативных актов учреждения, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда; осуществление мониторинга законодательства РФ и передового опыта в области охраны труда (т. 1, л.д. 17 – 21, т. 3, л.д. 20 – 21).

Специалист по охране труда должен уметь разрабатывать проекты локальных нормативных актов учреждения с соблюдением государственных нормативных требований охраны труда, использовать требования трудового законодательства РФ и законодательства РФ в области охраны труда, в том числе о техническом регулировании, о промышленной, пожарной, транспортной, радиационной, конструкционной, химической, биологической безопасности, о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения (т. 1, л.д. 17 – 21, т. 3, л.д. 21).

Соответственно, в должностные обязанности истца, являющегося специалистом Учреждения в области охраны труда, входит нормативное обеспечение безопасных условий и охраны труда в Учреждении, включающее в себя разработку, согласование и актуализацию проектов локальных нормативных актов Учреждения, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда; в т.ч. о техническом регулировании, о промышленной, пожарной, транспортной, радиационной, конструкционной, химической, биологической безопасности, о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения.

При этом специалист по охране труда непосредственно подчиняется директору Учреждения, что прямо явствует из пункта 1.2. должностной инструкции истца (т. 1, л.д. 17).

Из Акта профилактического визита, составленного Государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в Челябинской области ФИО5 ДАТА следует, что по результатам визита в Учреждении были выявлены нарушения в ведении документации в области охраны труда (карт оценки проф. рисков, карт специальной оценки условий труда, личных карт выдачи средств индивидуальной защиты (СИЗ) и Положения об обеспечении работников СИЗ).

Так же было установлено, что специалистом по охране труда (т.е. истцом ФИО2) не пройдено обучение и отсутствует проверка знаний в области охраны труда, что в силу требований ст. 76 ТК РФ влечёт отстранение работника от работы до устранения данного обстоятельства.

В Учреждении усматривается: отсутствие актуализации документов в области охраны труда (в связи с изменением законодательства), большинство документов датированы 2021 годом, нарушение сроков проведения оценки специальных условий труда; нарушение сроков, порядка и учета выдачи СИЗ; нарушение сроков обучения сотрудников в области охраны труда; а так же допуск работников, не прошедших обучение и проверку знаний требований охраны труда до исполнения ими трудовых обязанностей.

Указанные нарушения попадают под контроль работодателя, который в свою очередь делегировал их контроль и исполнение специалисту по охране труда ФИО2 (согласно должностной инструкции от ДАТА, с которой истец ознакомился ДАТА (т. 3, л.д. 20 – 28).

Названный выше Акт сторонами не оспорен, недействительным не признан(т. 2, л.д. 34 – 35).

С учетом изложенного, суд полагает установленным (на момент проведения профилактического визита ДАТА) факт несоответствия наличествующих в Учреждении документов в области охраны труда требованиям действующего законодательства, контроль за исполнением которых поручен специалисту по охране труда ФИО2 Надлежащих доказательств обратному сторонами в материалы дела не предоставлено.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О проведении первичного инструктажа» работодателем приказано специалисту по охране труда ФИО2 (истцу) немедленно: провести первичный инструктаж для медицинской сестры ФИО7; вместо изготовления Предписаний организовать обучение для медицинской сестры ФИО7 согласно должностной инструкции специалиста по охране труда в установленные законодательством сроки. С приказом истец был ознакомлен ДАТА в 08-36 часов (т. 1, л.д. 10, 113).

В качестве основания для признания названного выше приказа незаконным истец полагает необходимость проведения первичного инструктажа работнику исключительно лишь его непосредственным руководителем.

Из текста иска следует, что мед.сестре ФИО7 истец лично провёл вводный инструктаж при её трудоустройстве (т. 1, л.д. 3).

Согласно показаниям сторон, данным в судебном заседании, и материалов дела следует, что непосредственный руководитель мед.сестры ФИО7 на момент издания оспариваемого приказа фактически отсутствовал.

Частями 1 и 2 ст. 212 ТК РФ предусмотрено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда.

Тем самым обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (в т.ч. юридическое лицо). Однако, поскольку априори является не возможным совершение конклюдентных действий самим юридическим лицом (не являющегося субъектом живой природы), от имени юридического лица действует его руководство.

В этом случае руководитель юридического лица вправе делегировать свои полномочия иному сотруднику.

Согласно пунктам 11 и 13 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464), вводный инструктаж по охране труда проводится специалистом по охране труда или иным уполномоченным работником организации, на которого приказом работодателя возложены обязанности по проведению вводного инструктажа по охране труда.

Первичный инструктаж по охране труда проводится для всех работников организации до начала самостоятельной работы, а также для лиц, проходящих производственную практику.

Тем самым, указанными выше «Правилами…» предусмотрена возможность проведения инструктажей (вводного, первичного и прочих), как специалистом по охране труда, так и иным лицом, которому работодатель (в лице руководителя) делегирует соответствующие полномочия.

Пунктом 22 указанных «Правил…» предусмотрено, что инструктаж по охране труда на рабочем месте проводится непосредственным руководителем работника.

Вместе с тем, п. 103 «Правил...» установлено, что все виды инструктажа по охране труда, за исключением целевого инструктажа по охране труда, проводимого по наряду-допуску, могут проводить специалисты служб охраны труда и иные уполномоченные работники, на которых приказом работодателя возложены обязанности по проведению инструктажа по охране труда.

Суд отмечает, что п. 103 «Правил…» в данном случае может быть применён по аналогии закона.

Кроме того, из Письма Минтруда России от 26.07.2024 года № 15-2/ООГ-2494 следует, что в число необходимых умений специалиста по охране труда (в силу профессионального стандарта) так же входит проведение инструктажей, стажировок на рабочем месте.

Принимая во внимание, что работодателем истца является Учреждение (т.е. юридическое лицо), названный работодатель (в лице руководителя Учреждения), вправе делегировать полномочия по проведению инструктажей на рабочем месте (вводных, первичных и др.) соответствующему сотруднику.

В нашем случае названным сотрудником (прошедшим необходимое профессиональное обучение и в силу занимаемой должности обладающего необходимыми специальными познаниями), является именно истец - специалист по охране труда ФИО2

Из показаний сторон, данных в судебном заседании, следует, что непосредственный руководитель (руководитель структурного подразделения) мед.сестры ФИО7 отсутствовал на рабочем месте по уважительным причинам, в силу чего директором Учреждения и было принято решение, оформленной указанным выше приказом, о проведении первичного инструктажа (проведение которого является необходимым условием допуска к работе) ФИО8 именно истцом, как единственным специалистом Учреждения в области охраны труда.

В этом случае делегирование полномочий по проведению первичного инструктажа работодателем было делегировано именно истцу ФИО2, являющему единственным специалистом Учреждения в области охраны труда, поскольку непосредственный руководитель мед.сестры ФИО8 отсутствовал.

Специалист по охране труда должен знать и руководствоваться при выполнении трудовой функции: должностной инструкцией, общей инструкцией по охране труда и о мерах пожарной безопасности для работников, локальными нормативными актами учреждения, штатным расписанием, особенностями структуры учреждения и его подразделений и др. (п. 1.6).

Разделом 2.2. должностной инструкции специалиста по охране труда Учреждения на ФИО2 возложена обязанность проводить вводный инструктаж по охране труда и координировать проведение иных инструктажей по охране труда на рабочем месте (т. 1,л.д. 60)

Поскольку должностной инструкцией специалиста по охране труда ФИО2 прямо регламентировано его непосредственное подчинение руководителю Учреждения, в должностные обязанности истца входит обеспечение безопасных условий и охраны труда, истец является единственным работником Учреждения, наиболее подготовленным в области охраны труда и проводит вводные инструктажи всем работникам Учреждения, при этом проведение первичного инструктажа работнику является необходимым условием его допуска к работе и проводится до начала самостоятельной работы, непосредственный руководитель работника (мед.сестры ФИО8) отсутствовал, издание работодателем оспариваемого приказа являлось срочным, необходимым (для обеспечения возможности мед. сестры приступить к работе), и обоснованным (отсутствие иного лица, способного вместо ФИО2 провести соответствующий инструктаж), суд полагает, что приказ НОМЕР от ДАТА издан в пределах компетенции работодателя и данном случае является обоснованным.

Суд отмечает, что оспариваемый приказ обладал бы признаками не законности в случае наличия непосредственного руководителя мед.сестры ФИО8 (который и был бы обязан его провести), что в действительности не имело место.

Суд приходит к выводу, что в данном конкретном случае, в отсутствии непосредственного руководителя у работника, которому является необходимым провести первичный инструктаж, руководитель Учреждения, на которого возложена обязанность обеспечить бесперебойную деятельность юридического лица (в т.ч. обеспечение возможности мед.сестры осуществлять свою трудовую функцию), вправе как сам провести первичный инструктаж, таки делегировать его проведение другому надлежащему сотруднику.

Иное (необходимость проведение первичного инструктажа исключительно непосредственным руководителем при его фактическом отсутствии (болезнь, отпуск, вакансия и прочее), сделает невозможным осуществление деятельности всего социального Учреждения, что является недопустимым.

Суд отмечает, что согласно показаниям сторон, данным в судебном заседании, истец ФИО2 не проводил первичный инструктаж ФИО8, тем самым фактически оспариваемый приказ остался не исполненным. В настоящее время ФИО8 уволилась (т. 1, л.д. 103), в связи с чем отпали правовые основания издания приказа, тем самым права истца фактически не были нарушены.

С учетом изложенного, в удовлетворении искового требования о признании незаконным и отмене приказа НОМЕР от ДАТА суд полагает необходимым отказать.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О разработке проектов документов, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда» истцу приказано разработать проекты инструкций по охране труда для водителя и дворника в срок до ДАТА. С приказом истец был ознакомлен ДАТА в 16-45 часов, при этом на бланке приказа ФИО2 указал, что данные инструкции разработаны и утверждены ранее (т. 1, л.д. 12, 115).

Сторона ответчика утверждает, что место нахождения спорных инструкций, разработанных ранее, но не актуализированных, было не известно работодателю, поскольку ФИО2, у которого ранее (в силу исполняемых им должностных обязанностей) хранились оригиналы инструкций, не сообщил работодателю о месте их нахождения и своевременно не передал их, что явилось основанием полагать спорные инструкции утерянными. Кроме того, инструкции по охране труда для водителя и дворника были разработаны несколько лет назад и не актуализированы на момент вынесения оспариваемого приказа.

Факт отсутствия актуализации инструкций по охране труда для водителя и дворника на момент издания оспариваемого приказа сторонами не оспаривается и так же подтверждается указанным выше Актом профилактического визита.

Актуализированных (либо вновь разработанных) инструкций по охране труда для дворника и водителя сторонами в материалы дела не предоставлено.

Из части первой ст. 21, части второй ст. 22, части первой ст. 210, части первой и абзаца второго части второй ст. 212, части первой ст. 219, части первой ст. 237 ТК РФ в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Создание безопасных условий труда продиктована необходимостью максимально защитить работников от получения им травмы или иного вреда жизни и здоровью при осуществлении трудовой функции.

Статьёй 214 ТК РФ (по указанными выше причинам) установлена обязанность работодателя (в т.ч. ответчика) обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда.

Из письменных возражений ответчика и пояснений представителей Учреждения, данных в судебном заседании, следует, что необходимость разработки проектов инструкций по охране труда для водителя и дворника вызвана рабочей необходимостью - в связи с планируемым работодателем трудоустройства работников по указанным профессиям (т. 1, л.д. 93 оборот). Доказательств обратному суду не предоставлено.

Поскольку разработка инструкций по охране труда вызвана производственной необходимостью, должностными обязанностями ФИО2, являющегося специалистом по охране труда Учреждения, прямо предусмотрена разработка соответствующих инструкций (п. 2.1 должностной инструкции истца), приказ НОМЕР от ДАТА суд полагает обоснованным и вынесенным работодателем в пределах своих полномочий, адресованный надлежащему лицу (специалисту по охране труда).

Так как ФИО2 на тексте приказа указал о практической готовности спорных инструкций («ранее были разработаны и утверждены»), и подтвердил названное утверждение в судебном заседании, суд полагает, что приказом был установлен достаточный срок для их разработки (до ДАТА – т. 1, л.д. 12). Таким образом, истец имел возможность в сравнительно небольшой промежуток времени актуализировать спорные инструкции, что не составило бы для специалиста по охране труда значительных трудозатрат (по причине их практической готовности).

В этой связи довод истца о ничтожно малом (не выполнимом) сроке для исполнения приказа (период с ДАТА по ДАТА) суд полагает голословным (так как по утверждению самого ФИО2 фактически аналогичные инструкции (не актуализированные) имели место быть). Доказательств большого объёма работы, необходимого для актуализации имевших место спорных инструкций, истцом не предоставлено.

При этом мнение истца о том, что отсутствовала сама необходимость разработки спорных инструкций (поскольку в Учреждении имелись ранее разработанные аналогичные инструкции), суд полагает голословным, поскольку представитель ГИТ в судебном заседании показал, что имеющиеся в Учреждении инструкции нуждаются в актуализации (приведении в соответствии с действующим в настоящее время законодательством).

Из текста иска так же следует, что истец полагает оспариваемый приказ им выполненным, так как ФИО2 в указанный в приказе срок были разработаны методические указания по разработке инструкций (а не сами инструкции). В этой связи суд приходит к выводу, что истцом самостоятельно был проделан тот объём работ, в которых не было необходимости (разработке подлежали инструкции по охране труда на водителя и дворника, а не методические указания о методах их разработки), тем самым довод истца том, что исполнение оспариваемого приказа работодателя было осуществлено неимоверным напряжением и ценой здоровья ФИО2, не является обоснованным (т. 1, л.д. 3 оборот).

Доказательств причинения вреда здоровью истца действиями работодателя в материалы дела не предоставлено.

Истцом так же было указано, что истребуемые ответчиком должностные инструкции по своему содержанию на 99,9 % являлись готовыми (т. 1, л.д. 3 оборот), что так же свидетельствует о наличии у истца фактической возможности надлежащего исполнения приказа.

Суд отмечает, что в сиу требований ст. 214 ТК РФ работодатель обеспечивает разработку и утверждение локальных нормативных актов по охране труда.

При этом именно к компетенции работодателя относится вопрос о необходимости разработке новых, или актуализации прежних инструкций по охране труда.

Пунктом 2 Основных требований к порядку разработки и содержанию правил и инструкций по охране труда, разрабатываемых работодателем» (утв. Приказом Минтруда России от 29.10.2021 года № 772н) установлено, что работодатель в зависимости от специфики своей деятельности и исходя из оценки уровней профессиональных рисков вправе устанавливать в правилах и инструкциях по охране труда дополнительные требования безопасности, не противоречащие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Пунктом 5 указанных выше Основных требований регламентировано, что правила (стандарты) и инструкции по охране труда должны поддерживаться в актуальном состоянии и соответствовать производственным процессам работодателя, организационным или структурным изменениям.

Письмом Минтруда России от 25.01.2022 года № 15-2/ООГ-131 разъяснено, что разработку или актуализацию инструкций по охране труда, следует проводить при внесении изменений в соответствующие нормативные правовые акты, затрагивающие их положения.

Письмом Минтруда России от 11.10.2024 года № 15-2/ООГ-321 разъяснено, что работодатель вправе локальным нормативным актом утвердить распределение обязанностей и ответственности должностных лиц за разработку инструкций по охране труда организации.

Тем самым суд приходит к выводу, что именно в компетенции работодателя (а не иного специалиста Учреждения) входит разрешение вопроса о необходимости либо разработки новых инструкций по охране труда (в т.ч. с учетом дополнительных требований безопасности), либо актуализации прежних.

Следовательно, издавая оспариваемый приказ работодатель, полагая о необходимости разработки новых инструкций по охране труда для водителя и дворника (в том числе с возможностью дополнительных требований безопасности в соответствии с изменениями законодательства), действовал в пределах своей компетенции. Оснований для отмены оспариваемого приказа по доводам, указанным в иске, не имеется.

С учетом изложенного, в удовлетворении искового требования ФИО2 о признании незаконным и отмене приказа НОМЕР от ДАТА суд полагает необходимым отказать.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении документов, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда» истцу приказано немедленно предоставить директору Учреждения инструкции по охране труда для водителя и дворника (т.к. ФИО2 при ознакомлении с оспариваемым приказом указал, что данные инструкции разработаны и утверждены ранее – т. 1, л.д. 13).

Из преамбулы названного выше приказа следует, что последний был издан руководителем Учреждения по причине указания ФИО2 на бланке предыдущего приказа о наличии разработанных и утверждённых инструкций по охране труда для водителя и дворника (т. 1, л.д. 12).

Согласно показаниям стороны ответчика, данным в судебном заседании, истец ФИО2 не идёт на устный контакт с директором и иными руководителями Учреждения, требуя оформления всех рабочих отношений сторон исключительно в письменном виде, с их последующим отправлением по почте, и отказывается получать документы лично. Спорные инструкции (в т.ч. на которые ФИО2 указал как в действительности существующие), истцом работодателю не передавались (изначально оригиналы всех инструкций по охране труда хранились у истца, как специалиста по охране труда, ответственного за соблюдение безопасности труда в Учреждении).

В судебном заседании ФИО2 так же не отрицал факт того что всю служебную переписку он требует направлять ему почтой.

Соответственно, причиной издания оспариваемого приказа НОМЕР от ДАТА явилась необходимость руководителя Учреждения (по указанным выше обоснованным причинам), иметь надлежащие (разработанные или актуализированные) должностные инструкции по охране труда на водителя и дворника, о наличии которых указал сам истец, но которые не были переданы работодателю. Тем самым суд полагает издание оспариваемого приказа НОМЕР от ДАТА обоснованным и выполнимым (при наличии на это доброй воли истца), в связи с чем не находит оснований для отмены оспариваемого приказа по указанным ФИО2 основаниям. Довод ФИО2 о злом умысле работодателя, выражающимся в издании приказа НОМЕР, являющегося издевательским, своего подтверждения не нашёл.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении документов по охране труда», истцу приказано (в день ознакомления с приказом) предоставить протокол осмотра рабочих мест работников учреждения, проведённого комиссией по охране труда ДАТА. В случае отсутствия протокола осмотра письменно объяснить причину отсутствия протокола. С приказом истец был ознакомлен в 13-11 часов ДАТА (т. 1, л.д. 62, 166).

ДАТА приказом НОМЕР указанный выше приказ НОМЕР от ДАТА был отменён по причине наличия технической опечатки (т. 1, л.д. 173).

Разрешая требование истца о признании спорного приказа НОМЕР от ДАТА незаконным, суд исходит из следующего.

Приказом Учреждения НОМЕР от ДАТА утверждён состав комиссии по охране труда Учреждения: председатель комиссии – директор ФИО3, заместитель председателя комиссии –председатель Совета Учреждения, педагог-организатор ФИО9, член комиссии – социальный педагог ФИО10 (т. 1, л.д. 167).

Истец ФИО2 в состав комиссии по охране труда не входит, доказательств обратному ответчиком в материалы дела не предоставлено.

Соответственно, поскольку истец не входил в состав комиссии (проводил работу не в составе комиссии, а параллельно ей), на него не могут быть возложены обязанности по ведению и (или) оформлению результатов осмотра рабочих мест членами комиссии. В этом случае названная обязанность может быть возложена на кого-либо из членов комиссии, либо (по отдельному поручению), на иное лицо. Доказательств наличия отдельного поручения истцу по фиксации (оформлению) результатов работы комиссии, ответчиком суду не предоставлено.

Тем самым оспариваемый приказ НОМЕР от ДАТА является незаконным и подлежит отмене. Поскольку работодатель самостоятельно отменил оспариваемый приказ, у суда отсутствуют основания для его отмены.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О разработке проектов документов, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда», истцу приказано в срок до ДАТА актуализировать программу проведения первичного инструктажа для социального педагога и инструкцию по охране труда для социального педагога. С приказом истец был ознакомлен в 16-45 часов ДАТА (т. 1, л.д. 16, 117).

Актуализация программ и инструкций по охране труда подразумевает их приведение в актуальное (действующее в настоящее время) состояние после внесения соответствующих изменений в те законодательные акты в области охраны труда, на основании которых данные программы (инструкции) были разработаны ранее. Соответственно, не является возможным актуализация программ (инструкций), которых ранее не были разработаны и утверждены (поскольку данных программ (инструкций) фактически не существует). В этом случае речь может идти только по разработке новых программ (инструкций).

Обязанность работодателя разработать и утвердить инструкции по охране труда для своих работников предусмотрена ст. ст. 209, 211.2 ТК РФ.

Суд отмечает, что программа первичного инструктажа на рабочем месте непосредственно Правилами обучения по охране труда не предусмотрена.

Однако, по мнению Минтруда России, для проведения такого инструктажа работодателю следует разработать программу инструктажа по охране труда на рабочем месте, которая должна учитывать в том числе профессию (должность) работника и характер выполняемых им работ (Письмо от 30.05.2022 года № 15-2/В-1677).

Вместе с тем, так же не имеется законодательного запрета на разработку (и соответственно, актуализацию в дальнейшем), программы первичного инструктажа на рабочем месте.

В силу совокупности требований ст. ст. 209, 211.2, 214 ТК РФ, согласно которым именно работодатель ответственен за охрану труда своих сотрудников, именно работодатель определяет необходимость наличия (отсутствия) тех или иных программа и инструкций по охране труда.

Соответственно, работодатель вправе так же разработать и программу проведения первичного инструктажа в случае, если признает необходимость данного документа.

Из Акта приема – передачи копий документов по охране труда от ДАТА следует, что руководителем Учреждения были переданы специалисту по охране труда ФИО2 для работы копии документов по охране труда, согласно перечню (т. 1, л.д. 160 – 162).

Тем самым, истцом ФИО2 были лично получены копии необходимых специалисту по охране труда в работе документов ДАТА.

Согласно пунктам 11 и 42 названного выше Акта, истцу работодателем помимо прочего так же были переданы копии инструкции по охране труда для педагогического персонала и программы первичного инструктажа НОМЕР для педагогического персонала: педагога-психолога, педагога-организатора, социального педагога, педагога дополнительного образования, учителя логопеда, учителя – дефектолога, инструктора по физической культурен, инструктора по труду, воспитателя. Указанные инструкции и программа первичного инструктажа были разработаны и утверждены ранее - ДАТА (т. 1, л.д.160 – 161).

Следовательно, в Учреждении на момент издания оспариваемого приказа НОМЕР от ДАТА имелись ранее разработанные и утверждённые в 2021 году: программа проведения первичного инструктажа для педагогического персонала, включая социального педагога; и инструкция по охране труда для педагогического персонала, в том числе для социального педагога.

Поскольку названные выше документы были разработаны в 2021 году, к моменту издания оспариваемого приказа назрела необходимость их актуализации.

Письмом Минтруда России от 30.05.2022 года № 15-2/В-1677 работодателю, исходя из профессии (должности) работника и характера выполняемых им работ, рекомендовано разработать программу инструктажа по охране труда на рабочем месте.

Соответственно, при отсутствии актуальной программы проведения первичного инструктажа для социального педагога (должность социального педагога является необходимой для обеспечения целевой деятельности социального учреждения), которая ранее была разработана и утверждена в Учреждении, и инструкции по охране труда для социального педагога, является обоснованным и необходимым для деятельности Учреждения издание оспариваемого приказа НОМЕР от ДАТА.

Факт отсутствия актуальных редакций программы проведения первичного инструктажа и инструкции по охране труда для социального педагога подтверждается показаниями инспектора ГИТ и стороной ответчика.

Обязанность работодателя разработать для своих работников инструкции по охране труда прямо предусмотрена ст. 214 ТК РФ.

При этом работодатель (в силу вышеназванных причин) имеет право делегировать разработку инструкций по охране труда соответствующему специалисту, в т.ч. единственному специалисту в области охраны труда Учреждения, коим является ФИО2

Суд отмечает, что в силу п. 3.1.1 профессионального стандарта специалиста по охране труда (утв. Приказом Минтруда России от 22.04.2021 года № 274 н), в трудовую функцию специалиста по охране труда (истца) входит разработка, согласование и актуализация проектов локальных нормативных актов, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда

Из Письма Минтруда России от 11.10.2024 года № 15-2/ООГ-3210следует, что Министерство полагает работодателя вправе локальным нормативным актом утвердить распределение обязанностей и ответственности должностных лиц за разработку инструкций по охране труда организации.

Из Письма Минтруда России от 26.07.2024 года № 15-2/ООГ-2494 следует, что в число необходимых умений специалиста по охране труда (в силу профессионального стандарта) так же входит подготовка инструкций по охране труда.

Доказательств невозможности (не реальности) исполнения приказа НОМЕР от ДАТА в срок до ДАТА (по причине большого объёма работ, отсутствии необходимой материальной базы, отсутствие необходимых знаний ответственного лица в области охраны труда, его нахождении на излечении и иных субъективных причин), в материалы дела не предоставлено.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым отказать в удовлетворении искового требования о признании незаконным и отмене оспариваемого приказа НОМЕР от ДАТА.

Довод истца о том, что социальный педагог является лицом, освобождённым от прохождения первичного инструктажа, суд полагает не обоснованным, поскольку в силу п. 13 Правил обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464), перечень профессий и должностей работников, освобожденных от прохождения первичного инструктажа по охране труда, утверждается работодателем. В Учреждении отсутствует соответствующий перечень, тем самым социальный педагог от прохождения первичного инструктажа не освобождён. Доказательств обратному суду не предоставлено.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О разработке проектов документов, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда», истцу приказано в срок до ДАТА разработать проект локального нормативного акта – Положения о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда работников ГКУСО «Центр Радуга». С приказом истец был ознакомлен в 11-05 часов ДАТА (т. 1, л.д. 212).

Причиной не согласия истца ФИО2 с оспариваемым приказом явилось мнение истца о том, что в его трудовые обязанности не входит разработка указанного выше Положения, а так же то, что от разработки последнего фактически отстранена комиссия по охране труда (т. 1, л.д. 209).

В силу действующего трудового законодательства обучение своих работников охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, является обязанностью работодателя (ст. ст. 214, 219 ТК РФ).

Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464 утверждены соответствующие Правила обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, в силу которых является обязательным обучение охране труда работников, заключивших трудовой договор.

Положением о СУОТ Учреждения так же предусмотрена необходимость обучения работников охране труда (т. 1, л.д. 194 оборот).

Соответственно, законодательством и локальным нормативным актом Учреждения предусмотрена прямая обязанность работодателя (включая ответчика) обучить своих работников охране труда и безопасным методам и приёмам выполнения работ.

Одним из видов документов в области охраны труда является соответствующий локальный нормативный акт работодателя (в данном случае Учреждения), в том числе разработанный в форме специального Положения о порядке обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда.

В этом случае издание оспариваемого приказа о разработке проекта локального нормативного акта – Положения о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда работников Учреждения, является обоснованным.

Пунктом 2.1 должностной инструкции специалиста Учреждения по охране труда прямо предусмотрена должностная обязанность ФИО2 разрабатывать, согласовывать и актуализировать проекты локальных нормативных актов учреждения, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда (т. 1, л.д. 17 оборот).

Поскольку работодатель вправе делегировать свои полномочия в области охраны труда соответствующему специалисту (работнику), пунктом 2.1 должностной инструкции специалиста по охране труда (т. 1, л.д. 17 оборот, 70 оборот, т. 3, л.д. 21) прямо предусмотрена обязанность истца разрабатывать проекты локальных нормативных актов в области охраны труда, ФИО2 является единственным специалистом Учреждения в области охраны труда, суд полагает обоснованным возложение работодателем обязанности разработать проект локального нормативного акта Учреждения в области охраны труда. Доказательств невозможности (не реальности) исполнения приказа НОМЕР от ДАТА в срок до ДАТА (по причине большого объёма работ, отсутствии необходимой материальной базы, отсутствие необходимых знаний ответственного лица в области охраны труда, его нахождении на излечении и иных субъективных причин), в материалы дела не предоставлено.

Кроме того, фактически истцом ДАТА был предоставлен работодателю проект Положения о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда работников Учреждения (т. 1, л.д. 235 – 237).

С учетом изложенного, в удовлетворении искового требования о признании незаконным и отмене спорного приказа НОМЕР от ДАТА суд полагает необходимы отказать.

Утверждение истца о том, что названным выше оспариваемым приказом от разработки Положения отстранена комиссия по охране труда, не влечёт за собой признание приказа недействительным, так как работодатель вправе сам определить лицо, ответственное за разработку локального нормативного акта в области охраны труда, а истец является единственным специалистом по охране труда в Учреждении. Кроме того, оспариваемым приказом на истца возложена обязанность разработатьименно проект Положения, на стадии разработки проекта может не участвовать комиссия по охране труда, поскольку работодатель вправе впоследствии (на стадии принятия и утверждения Положения), включить соответствующую комиссию. Тем самым участие комиссии по охране труда в разработке проекта локального нормативного акта не является обязательным.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О доработке проектов документов, содержащих требования по обеспечению безопасных условий и охраны труда», истцу приказано в срок до ДАТА доработать проект локального нормативного акта – Положения о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда работников ГКУСО «Центр Радуга» (в частности, истцу приказано указать законодательные акты РФ, на основании которых оно разработано (т.к. в документе истец указал, что разработал Положение на основании решения директора и своего практического опыта)), и указаны иные недостатки Положения, подлежащие исправлению. С приказом истец был ознакомлен в 10-15 часов ДАТА (т. 1, л.д. 238, т. 3, л.д. 11 – 12).

Причиной издания указанного выше приказа явилось предоставление истцом ФИО2 проекта локального нормативного акта – Положения о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда работников ГКУСО «Центр Радуга», который не был принят комиссией по охране труда работодателя в связи с его не соответствием нормативным требованиям, предъявляемым к его разработке.

Суд отмечает, что законодательством нормативная форма Положения о порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда не установлена, вместе с тем, указанный локальный нормативный акт (далее – ЛНА) должен соответствовать требованиям законодательства в урегулированной законодательством части.

Комиссией по охране труда Учреждения были установлены следующие недостатки в представленном ФИО2 проекте ЛНА: не указаны законодательные акты РФ, на основе которых разработано Положение (в представленном ФИО2 проекте указано, что проект разработан истцом на основании решения директора и практического опыта истца в области обучения охране труда, что не соответствует требованиям законодательства);не указано, кем именно разрабатывается программа вводного инструктажа, программы стажировки на рабочем месте, из каких разделов они должны состоять, каким образом утверждаются; в какие сроки и по каким причинам проводится внеплановый инструктаж по охране труда; каким образом определяется перечень профессий и должностей, которым необходимо пройти стажировку на рабочем месте, из каких разделов должны состоять, каким образом утверждаются; в какие сроки и по каким причинам проводится внеплановый инструктаж по охране труда; каким образом руководитель Учреждения определят перечень профессий и должностей работников, которым необходимо пройти стажировку на рабочем месте; какие именно работы следует относить к работам повышенной опасности (с целью включения выполняющих их работников в перечень профессий и должностей, работников, которым необходимо пройти стажировку на рабочем месте); каким образом определяется количество работников, закреплённых за работником, ответственным за организацию и проведение стажировок на рабочем месте; в каких конкретно случаях необходимо проводить периодические учения, указанные в п. 9 проекта Положения, какова их периодичность; указать в п. 10 проекта Положения, какие конкретно требования устанавливаются в Учреждении к порядку проведения стажировки на рабочем месте, к работникам, ответственным за организацию и проведение стажировки на рабочем месте, а так же к продолжительности и месту проведения стажировок; каким образом, с какой периодичностью, с какими именно работниками, по каким программам и инструкциям в Учреждении проводится обучение по оказанию первой помощи пострадавшим, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, обучение по охране труда у работодателя, в т.ч. обучение безопасным методам и приёмам выполнения работ (отсутствие подобного обучения является нарушением требований охраны труда);указать, кто конкретно должен разрабатывать инструкции по охране труда, в объёме которых проводятся инструктажи на рабочем месте, какие формы и методы будут применяться в Учреждении для проведения инструктажа на рабочем месте; каким образом и кем будет проводиться проверка знания требований охраны труда после проведения инструктажа по охране труда.

Оспариваемый приказ от ДАТА НОМЕР издан во исполнение решения комиссии по охране труда (т. 1, л.д. 238 – 246), и в пределах компетенции руководителя Учреждения.

Суд отмечает, что фактически оспариваемый приказ направлен на устранение недостатков, выявленных комиссией по охране труда (т.е. является обязательным для исполнения всеми сотрудниками Учреждения), и соответствует положениям трудового законодательства в области охраны труда (ч. 3 ст. 214, ст. ст. 215, 219 ТК РФ), и Правилам обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда (утв. Постановлением Правительства РФ от24.12.2021 года № 2464).

Доказательств обратному истцом, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не предоставлено.

Суд так же считает необходимым отметить, что в силу требований ст. 214 ТК РФ (согласно которым работодатель обязан обеспечить обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда); ст. 215 ТК РФ (согласно которым работодатель обязан проходить в установленном прядке обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда), в Положении работодатель так же вправе урегулировать и иные вопросы, которые работодатель полагает необходимыми (например, формы и методы проведения инструктажей, определить ответственных лиц, проводящих обучение по охране труда, и т.п.).

Принимая во внимание, что истцом не представлено доказательств неправомочности оспариваемого приказа, оспариваемый приказ фактически направлен на устранение недостатков в проекте локального нормативного акта, содержащего требования по охране труда (т.е. во исполнение ранее изданного приказа НОМЕР от ДАТА, который судом признан обоснованным), в удовлетворении требования ФИО2 о признании незаконным и отмене приказа НОМЕР от ДАТА суд считает необходимым отказать.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении объяснения», истцу приказано в течение 2-х рабочих дней с момента ознакомления с приказом дать письменное объяснение причин, по которым он допускает указанные в докладных нарушения гигиенических требований во время посещения общественного санузла. С приказом истец был ознакомлен в 13-01 часа ДАТА (т. 3, л.д. 13, 110).

Необходимость истребования работодателем письменного объяснения от работника по возникшей рабочей (служебной) ситуации в 2-х дневный срок регламентирована п. 1 ст. 193 ТК РФ.

Основанием издания приказа явились докладные записки заведующего хозяйством ФИО11 и уборщика служебных помещений ФИО12 от ДАТА, согласно которым ДАТА в 12-10 час. истец ФИО2 посещал санузел (что подтверждается записью с камеры видеонаблюдения), и оставил после себя тряпку, испачканную каловыми массами, которую не выбросил в мусорное ведро. Так же на полу валялся кусок туалетной бумаги в каловых массах, что вызвало возмущение уборщика служебных помещений (т. 3, л.д. 108 – 109).

Из объяснительной записки ФИО2 следует, что действительно истец в 12-05 час. ДАТА заходил в санитарный узел с целью мытья рук. Затем в 12-22 час. ДАТА ФИО11зашла в рабочий кабинет истца и на повышенных тонах предъявила ФИО2 претензии по поводу загрязнения туалета, завив, что половая тряпка (лежит в углу) грязная. ФИО2 считает, что объяснительные записки и оспариваемый приказ являются элементами его «продолжающейся травли» (т. 3, л.д. 111).

В соответствии со ст. ст. 21, 189 ТК РФ работник обязан соблюдать дисциплину труда (т.е. обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором).

Статьёй 2 ТК РФ регламентировано право работника (применительно к настоящему спору – всех работников Учреждения) на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, при этом в силу положений ст. 219 ТК РФ под охраной труда понимается система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя в том числе санитарно-гигиенические мероприятия.

Соответственно, работодатель обязан обеспечить всех работников Учреждения надлежащими условиями труда, включающими в себя санитарно-гигиеническую безопасность при выполнении работниками трудовых функций (иное влечёт угрозу жизни и здоровью граждан, в т.ч. по причине возможного распространения различных опасных инфекционных заболеваний, вызванных нечистотами).

Правилами внутреннего трудового распорядка Учреждения на работников возлагается обязанность по соблюдению трудовой дисциплины (т. 2, л.д. 37 – 44).

Следовательно, работодатель, получив жалобы сотрудников Учреждения на действия истца, обвиняемого иными работниками в нарушении санитарно-эпидемиологических норм и охраны труда (оформленных докладными записками), был вправе издать оспариваемый приказ, в котором истребовать у ФИО2 соответствующие объяснения по поводу возникшей конфликтной ситуации. Срок для исполнения приказа является законным (ст. 193 ТК РФ) и достаточным (2 рабочих дня с момента ознакомления с приказом).

Поскольку названный выше приказ издан работодателем в пределах своей компетенции, является законным и обоснованным (разрешение конфликтной ситуации между работниками), не повлёк для истца каких-либо негативных последствий (в виде снижения размера премии, привлечения к дисциплинарной ответственности), суд не находит оснований для его отмены.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении объяснения», истцу приказано в течение 2 рабочих дней с момента ознакомления с приказом дать письменное объяснение причин, по которым он отказался организовать обучение по охране труда избранного члена комиссии по охране труда ФИО14 С приказом истец был ознакомлен в 08-11 часов ДАТА (т. 3, л.д. 14, 113).

Необходимость истребования работодателем письменного объяснения от работника по возникшей рабочей (служебной) ситуации в 2-х дневный срок установлена п. 1 ст. 193 ТК РФ.

Основанием издания приказа явилась докладная записка специалиста по кадрам ФИО13, из которой следует, что к специалисту по кадрам обратилась член комиссии по охране труда ФИО14 с вопросом об обучении её требованиям охраны труда. На вопрос ФИО13 о том, кто должен организовать обучение ФИО14, истец сообщил, что он организует обучение только вновь принятых работников; работников, чья работа связана с воздействием вредных (опасных) факторов; и обучение по оказанию первой помощи. ФИО2 отказался готовить заявку на обучение ФИО14 требованиям охраны труда (т. 3, л.д. 112).

Из объяснительной записки ФИО2 от ДАТА следует, что сведения, изложенные в докладной специалиста по кадрам ФИО13, не соответствуют действительности (т. 3, л.д. 114).

При этом каких – либо доказательств, опровергающих факты, изложенные в докладной записке ФИО13 (оформленную заявку на обучение ФИО14 охране труда, доказательства проведения обучения работника именно специалистом по охране труда), истцом не предоставлено.Как неоднократно указывалось судом выше, обязанность работодателя обучить работников охране труда прямо регламентирована трудовым законодательством РФ.

Пунктами 57 и 46 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464) прямо предусмотрена обязанность работодателя обучить работника, являющегося членом комитета (комиссии) по охране труда, по программам обучения требованиям охраны труда, продолжительностью не мене 16 часов.

Из названного выше Акта профессионального визита следует, что деятельность Учреждения в области охраны труда (контроль и исполнение нормативных требований в области охраны труда), работодателем делегирована специалисту по охране труда ФИО2 (согласно его должностной инструкции от ДАТА).

Разделом 2.2. должностной инструкции специалиста по охране труда Учреждения так же прямо предусмотрена обязанность указанного специалиста: выявлять потребность в обучении по охране труда; координировать проведение инструктажей по охране труда на рабочем месте; выявлять потребность в обучении работников по вопросам охраны труда; анализировать и систематизировать данные о прошедших обучение работниках; оказывать методическую помощь в разработке программ обучения и инструктажей и пр. (т. 4, л.д. 59 оборот- 60).

При этом специалист по охране труда несёт ответственность (п. 4.4 должностной инструкции) за невыполнение приказов, распоряжений и поручений директора Учреждения (т. 4, л.д. 63).

Суд отмечает, что в силу раздела 3 профессионального стандарта специалиста по охране труда (утв. Приказом Минтруда России от 22.04.2021 года № 274 н), в обязанности последнего так же входит информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах; оформление документации и ведение служебной переписки в соответствии с требованиями, утвержденными в организации; осуществление контроля за соблюдением работниками нормативных правовых актов об охране труда и другое. К необходимым знаниям специалиста по охране труда так же относится знание порядка доведения информации по вопросам условий и охраны труда до заинтересованных лиц.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что на специалиста по охране труда ФИО2, являющегося единственным специалистом Учреждения в данной области, указанными выше нормативными актами и должностной инструкцией возложена обязанность по выявлению лиц, которым необходимо проведение обучения, информирование работника о необходимости прохождения обучения, а так же обеспечение обучения работника, являющегося членом комитета (комиссии) по охране труда, по соответствующим программам обучения требованиям охраны труда.

В этой связи издание директором Учреждения оспариваемого приказа, вынесенного в переделах компетенции работодателя и в пределах должностных обязанностей истца, суд полагает законным и обоснованным.

Суд отмечает, что оспариваемым приказом на истца не возложена какая-либо обязанность, и истребовано объяснение по поводу возникшей рабочей ситуации, требующей вмешательства руководства. Каких –либо негативных последствий для истца (снижение размера премии, привлечение к дисциплинарной ответственности) оспариваемый приказ не повлёк.

Сделанное истцом в иске утверждение о необходимости выдачи ему работодателем заданий (в т.ч. по обучению ФИО14) исключительно в письменном виде (путём издания соответствующего приказа – т. 3, л.д. 4), суд полагает не обоснованным, так как в обязанности специалиста по охране труда Учреждения входит выявление потребности в обучении по охране труда, выявление потребности в обучении работников по вопросам охраны труда.

В этой связи выдача специалисту по охране труда письменного приказа (распоряжения) работодателя по каждому конкретному вопросу, входящему в компетенцию специалиста, не является необходимой и повлечёт затруднение работы всего социального Учреждения. Специалист по охране труда, в пределах своей компетенции обязан добросовестно исполнять свои должностные обязанности, в т.ч. возложенные на него действующим законодательством и должностной инструкцией.

С учетом изложенного, в удовлетворении искового требования ФИО2 о признании незаконным и отмене приказа НОМЕР от ДАТА суд полагает необходимым отказать.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении документов по охране труда», истцу приказано в срок до ДАТА предъявить директору документы, подтверждающие организацию им обучение по охране труда избранного члена комиссии по охране труда ФИО14 С приказом истец был ознакомлен в 16-20 часов ДАТА (т. 3, л.д. 16, 120).

Необходимость истребования работодателем письменного объяснения от работника по возникшей рабочей (служебной) ситуации в 2-х дневный срок установлена п. 1 ст. 193 ТК РФ.

Основанием для издания названного выше приказа послужила объяснительная записка ФИО2 от ДАТА о том, что сведения, изложенные в докладной специалиста по кадрам ФИО13, не соответствуют действительности (т. 3, л.д. 114).

Поскольку в Учреждении возник производственный вопрос, связанный с исполнением сотрудником своих должностных обязанностей (что входит в компетенцию работодателя в силу положений ст. 215 ТК РФ), специалистом по охране труда ФИО2 в своей объяснительной записке опровергалась докладная записка специалиста по кадрам ФИО13, в целях подтверждения (опровержения) факта надлежащего исполнения сотрудником своих должностных обязанностей, работодатель был вправе издать оспариваемый приказ.

Срок исполнения приказа (предоставить подтверждающие позицию истца документы до ДАТА), является разумным и исполнимым. Доказательств обратному суду не предоставлено.

Суд отмечает, что оспариваемым приказом на истца не возложена какая-либо обязанность (помимо представления работодателю подтверждающих позицию истца документов по поводу возникшей рабочей ситуации, требующей вмешательства руководства). Каких –либо негативных последствий для истца (снижение размера премии, привлечение к дисциплинарной ответственности) оспариваемый приказ не повлёк.

Приведённый ФИО2 в иске довод о том, что оспариваемый приказ надуман и нацелен на разрушение системы управления охраной труда, является голословным, т.к. не подтверждается какими – либо доказательствами (т. 3, л.д. 4 оборот). Истцом не указано в иске и не приведено в судебном заседании иных оснований для отмены оспариваемого приказа, помимо вышеперечисленного. Доказательств наличия и предоставления истцом руководителю Учреждения испрашиваемых приказом документов, в материалы дела не предоставлено.

С учетом изложенного, приказ НОМЕР от ДАТА суд полагает законным и не подлежащим отмене.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении объяснения», истцу приказано в течение 2 рабочих дней с момента ознакомления с приказом дать письменное объяснение причин, по которым указанные в докладной работники оказались не обучены оказанию первой помощи пострадавшим. С приказом истец был ознакомлен в 08-11 часа ДАТА (т. 3, л.д. 15, 118).

Необходимость истребования работодателем письменного объяснения от работника по возникшей рабочей (служебной) ситуации в 2-х дневный срок предписано п. 1 ст. 193 ТК РФ.

Основанием издания приказа явилась докладная записка заместителя директора ФИО15, согласно которой при проведении повторного инструктажа на рабочем месте по охране труда было установлено, что у сотрудников Учреждения, работающих по трудовым договорам: ФИО16 (педагог-психолог), ФИО17 (специалист по социальной работе), ФИО18 (воспитатель), ФИО19 (социальный педагог) отсутствует обучение требованиям охраны труда работников по программе «Оказание первой помощи пострадавшим» (т. 3, л.д. 117).

Из объяснительной записки ФИО2 от ДАТА следует, что сведения, изложенные в докладной зам. директора ФИО15, не соответствуют действительности (т. 3, л.д. 119).

При этом каких – либо доказательств, опровергающих факты, изложенные в докладной записке ФИО15, истцом не предоставлено.

Суд отмечает, что обязанность работодателя обучить работников требованиям охраны труда прямо предусмотрена трудовым законодательством РФ (ст. 214 ТК РФ).

Поименованные в докладной записке сотрудники Учреждения (педагог-психолог, специалист по социальной работе, воспитатель, социальный педагог) являются сотрудниками, непосредственно работающими с людьми (в т.ч. детьми), в силу чего являются работниками, которым обязательно прохождение обучению требованиям охраны труда по оказанию первой помощи пострадавшим. Доказательств обратному суду не предоставлено.

Необходимость проведения обучения по оказанию первой помощи пострадавшим, предусмотрена разделом 4 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464).

Разделом 2.2 должностной инструкции специалиста по охране труда Учреждения прямо предусмотрена обязанность истца организовывать проведение периодического обучения работников оказанию первой помощи пострадавшим (т. 3, л.д. 22, т. 4, л.д. 60).

Из текста иска ФИО2 так же следует, что истец признаёт свою обязанность по проведению работникам Учреждения обучению оказания первой помощи пострадавшим (т. 3, л.д. 4 оборот).

Тем самым именно на истца возложена обязанность проведения соответствующим сотрудникам Учреждения обучения по оказанию первой помощи пострадавшим. Поименованные в докладной зам. директора сотрудники трудоустроены гораздо позднее специалиста по охране труда ФИО2, тем самым именно истец был должен провести им соответствующее обучение по оказанию первой помощи пострадавшим.

Доказательств тому, что поименованные выше сотрудники обучены оказанию помощи пострадавшим в надлежащем порядке, в материалы дела не предоставлено. Ответчик в письменных возражениях на иск так же указывает на фактическое отсутствие обучения последних. Суд отмечает, что пунктами 2.1.2, 2.3.1, 2.3.2, 2.5.1 должностной инструкции специалиста по охране труда предусмотрены обязанности и знания специалиста по охране труда по: оформлению документации и ведению служебной переписки, порядка доведения информации до всех заинтересованных лиц, оформлению, учету и хранению документации, составлении её номенклатуры (в т.ч. в электронном виде).

Соответственно, в случае прохождения названными выше сотрудниками Учреждения соответствующего обучения по вопросам охраны труда, специалист по охране труда (в силу надлежащего исполнения своих должностных обязанностей), должен располагать доказательствами наличия данного обучения (к примеру, располагать оригиналами или копиями соответствующих документов). Доказательств изъятия работодателем данных документов у специалиста по охране труда суду не предоставлено.

Суд отмечает, что оспариваемым приказом на истца не возложена какая-либо обязанность (помимо предоставления объяснения), и истребовано объяснение по поводу возникшей рабочей ситуации, требующей вмешательства руководства. Каких –либо негативных последствий для истца (снижение размера премии, привлечение к дисциплинарной ответственности) оспариваемый приказ не повлёк.

Сделанное истцом в иске утверждение о необходимости выдачи ему работодателем заданий (в т.ч. по обучению соответствующих сотрудников оказанию первой помощи пострадавшим исключительно в письменном виде (путём издания соответствующего приказа – т. 3, л.д. 4), суд полагает не обоснованным, так как в обязанности специалиста по охране труда Учреждения входит выявление потребности в обучении по охране труда, выявление потребности в обучении работников по вопросам охраны труда.

В этой связи выдача специалисту по охране труда письменного приказа (распоряжения) работодателя по каждому конкретному вопросу, входящему в компетенцию специалиста, не является необходимой и повлечёт затруднение работы всего социального Учреждения. Специалист по охране труда, в пределах своей компетенции обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, в т.ч. возложенные на него действующим законодательством и должностной инструкцией.

С учетом изложенного, в удовлетворении искового требования ФИО2 о признании незаконным и отмене приказа НОМЕР от ДАТА суд полагает необходимым отказать.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении документов по охране труда», истцу приказано в срок до ДАТА предъявить директору документы, подтверждающие обучение оказанию первой помощи пострадавшим, для педагога-психолога ФИО20, воспитателя ФИО18, социального педагога ФИО19, специалиста по социальной работе ФИО21 С приказом истец был ознакомлен в 16-22 часа ДАТА (т. 3, л.д. 17, 121).

Обязанность истца организовывать проведение периодического обучения работников Учреждения оказанию первой помощи пострадавшим предусмотрена разделом 2.2 должностной инструкции специалиста по охране труда (т. 3, л.д. 22, т. 4, л.д. 60).

Основанием для издания названного выше приказа послужила объяснительная записка ФИО2 от ДАТА о том, что сведения, изложенные в докладной зам. директора ФИО15, не соответствуют действительности (т. 3, л.д. 119).

Так как в Учреждении возник производственный вопрос, связанный с исполнением сотрудником своих должностных обязанностей (что входит в компетенцию работодателя в силу положений ст. 215 ТК РФ), специалистом по охране труда ФИО1 в своей объяснительной записке опровергалась докладная записка зам. директора ФИО15 об отсутствии обучения сотрудников Учреждения правилам оказания первой помощи пострадавшим, в целях подтверждения (опровержения) факта надлежащего исполнения сотрудником своих должностных обязанностей, работодатель был вправе издать оспариваемый приказ.

Срок исполнения приказа (предоставить подтверждающие позицию истца документы до ДАТА), является разумным и исполнимым. Доказательств обратному суду не предоставлено.

Приведённый ФИО2 в иске довод о том, что оспариваемый приказ свидетельствует о злом умысле работодателя, является голословным, т.к. не подтверждается какими – либо доказательствами (т. 3, л.д. 4 оборот). Истцом не указано в иске и не приведено в судебном заседании иных оснований для отмены оспариваемого приказа, помимо вышеперечисленного.

Доказательств наличия и предоставления истцом руководителю Учреждения испрашиваемых приказом документов, в материалы дела не предоставлено.

Довод истца о том, что им в заявлении от ДАТА вх. НОМЕР испрашивались у ответчика все необходимые ему для работы документы (т. 3 л.д. 33 - 35), не свидетельствует о не законности оспариваемого приказа, поскольку истцом испрашивался крайне значительный объём документов за несколько лет (в т.ч. и тех, в которых у истца нет необходимости), и которые в силу должностных обязанностей должны иметься (в т.ч. в виде копий) у самого истца. Кроме того работодателем было предоставлено истцу 7 дней и все необходимые технические средства, на изготовление копий документов для их дальнейшего использования истцом в работе. Объяснительная записка истца сводится к простому отрицанию факта отсутствия обучения сотрудников правилам охраны труда, и не содержит каких – либо указаний на доказательства проведения соответствующего обучения, место их нахождения (хранения), какой – либо иной конкретики, позволяющей выявить факт наличия обучения, в силу чего объяснительная записка истца может являться избранной ФИО2 тактикой защиты от требований работодателя по исполнению истцом своих должностных обязанностей.

Сам ФИО2 не указал каких – либо объективных данных (в т.ч. в объяснительной записке), позволяющих установить факт прохождения сотрудниками Учреждения соответствующего обучения (сведения о датах обучения, реквизитах документов об окончании обучения, направлениях на обучение и т.п.). В силу должностных обязанностей у истца, являющегося специалистом по охране труда и обучающего правилам оказания первой помощи пострадавшим, должны храниться соответствующие документы, подтверждающие надлежащее исполнение истцом своих должностных обязанностей, в т.ч. и документы (их копии) о проведении сотрудникам соответствующего обучения. Названные документы истцом суду не предоставлены. Доказательств изъятия работодателем у истца указанных документов так же не предоставлено.

Суд отмечает, что оспариваемым приказом на истца не возложена какая-либо обязанность (помимо представления работодателю подтверждающих позицию истца документов по поводу возникшей рабочей ситуации, требующей вмешательства руководства). Каких – либо негативных последствий для истца (снижение размера премии, привлечение к дисциплинарной ответственности) оспариваемый приказ не повлёк.

С учетом изложенного, принимая во внимание право работодателя на получение достоверной информации о сложившейся в Учреждении рабочей ситуации, приказ НОМЕР от ДАТА суд полагает законным, обоснованным и не подлежащим отмене.

Приказом НОМЕР от ДАТА «О предоставлении объяснения», истцу приказано в течение 2 рабочих дней с момента ознакомления с приказом предоставить письменное объяснение причин, по которым он считает себя вправе контролировать график работы и работу сотрудника ФИО23, и по которым между ним и ФИО23 возник конфликт ДАТА в 8.20 в кабинете ФИО23 С приказом истец был ознакомлен в 15-00 часов ДАТА (т. 3, л.д. 18, 124).

Необходимость истребования работодателем письменного объяснения от работника по возникшей рабочей (служебной) ситуации в 2-х дневный срок установлена п. 1 ст. 193 ТК РФ.

Основанием для издания оспариваемого приказа явилась докладная записка сотрудника ФИО23, согласно которой ДАТА в 8 -20 час. в мастерскую явился истец и начал указывать сотруднику ФИО23, что и когда ему делать, контролировал работы (что не входит в должностные обязанности истца), вызвав своим словами конфликтную ситуацию, в ходе которой у ФИО23 поднялось давление (т. 3, л.д. 115).

Срок исполнения приказа (предоставление объяснения в течение 2-х рабочих дней с момента ознакомления с приказом), является разумным и исполнимым. Доказательств обратному суду не предоставлено.

Из докладной записки медицинской сестры ФИО22 от ДАТА следует, что ДАТА в 8-35 час. к ней обратился сотрудник ФИО23, у которого было установлено значительное повышение артериального давления. (мед. работник в целях контроля ежедневно утром измеряет давление ФИО6 по его личной просьбе, и утром ДАТА (до посещения названного сотрудника истцом) артериальное давление ФИО23 было в норме). Со слов ФИО23 мед.сестре стало известно, что произошёл конфликт между последним и ФИО2 (т. 3, л.д. 116).

Из объяснительной записки ФИО2 от ДАТА следует, что сведения, изложенные в докладной рабочего ФИО23, не соответствуют действительности (т. 3, л.д. 123).

Из показаний сторон, данных в судебном заседании, и должностной инструкции специалиста по охране труда Учреждения следует, что истец ФИО2 является специалистом, и не относится к категории руководителей, в подчинении которых находятся иные работники.

Доказательств тому, что ФИО2 проводилась беседа (либо иной вид работы) с сотрудником ФИО23 относительно требований охраны труда (контроль за исполнением которых входит в должностные обязанности истца), в материалы дела не предоставлено.

Правилами внутреннего трудового распорядка Учреждения на работников возлагается обязанность по соблюдению трудовой дисциплины (т. 2, л.д. 37 – 44).

Следовательно, работодатель, получив докладные записки сотрудников Учреждения на действия истца, был вправе издать оспариваемый приказ, в котором истребовать у ФИО2 соответствующие объяснения по поводу возникшей конфликтной ситуации. Срок для исполнения приказа является достаточным (2 рабочих дня с момента ознакомления с приказом).

Довод истца о надуманности оспариваемого приказа не обоснован, поскольку обоснованность последнего подтверждается докладными записками сотрудников Учреждения по факту действий ФИО2, которые требуют соответствующего реагирования со стороны работодателя.

Сам ФИО2 был вправе подать докладную записку на имя руководителя Учреждения по поводу нарушения сотрудником ФИО23 требований охраны труда (при обнаружении таковых), чего истцом сделано не было.

Непосредственный руководитель ФИО23 так же не обращался к руководству Учреждения по факту допущения последним каких – либо нарушений (включая требования правил охраны труда) при осуществлении трудовой функции.

Поскольку названный выше приказ издан работодателем в пределах своей компетенции, является законным и обоснованным (разрешение конфликтной ситуации между работниками), не повлёк для истца каких-либо негативных последствий (в виде снижения размера премии, привлечения к дисциплинарной ответственности и пр.), суд не находит оснований для его отмены.

Приказом НОМЕР от ДАТА «Об отстранении от работы» истец был отстранён (не допущен) к работе, по причине не прохождения в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда, с 10.00 часов ДАТА на весь период времени до предоставления ФИО2 документа о проверке знаний требований охраны труда работодателю. Так же было приказано организовать ФИО2 прохождение обучения и проверки знаний требований охраны труда в ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования» в форме очно-заочной с применением дистанционных технологий обучения. Истец был обязан предоставить работодателю документы о прохождении им соответствующего обучения. С приказом истец был ознакомлен в 09-52 часа ДАТА (т. 4, л.д. 13, 64).

Пунктом 59 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464), установлено, что плановое обучение требованиям охраны труда по программам обучения требованиям охраны труда указанным в подпунктах "а" и "б" пункта 46 настоящих Правил (по общим вопросам охраны труда, по обучению безопасным методам и приемам выполнения работ при воздействий вредных (опасных) факторов), проходят работники с периодичностью не реже одного раза в 3 года.

Пунктами 68, 70 указанных выше «Правил обучения…» регламентировано, что проверка знания требований охраны труда работников является неотъемлемой частью проведения инструктажа по охране труда и обучения по охране труда и направлена на определение качества знаний, усвоенных и приобретенных работником при инструктаже по охране труда и обучении по охране труда. Плановое и внеплановое обучение по охране труда завершается соответствующей проверкой знания требований охраны труда работников.

Пунктом 2.2 должностной инструкции специалиста по охране труда Учреждения предусмотрена обязанность истца ФИО2 выявлять потребность сотрудников Учреждения в обучении по охране труда (т. 4, л.д. 59 оборот).

Соответственно, именно на истца, являющегося единственным специалистом в области охраны труда Учреждения, возложена должностная обязанность выявлять потребности работников в обучении охране труда, включая и потребность в обучении самого истца (обучение должно быть пройдено один раз в 3 года).

Факт отсутствия у истца ФИО2 соответствующего обучения в области охраны труда подтверждается указанным выше Актом о профилактическом визите от ДАТА, а равно подтверждается сторонами в судебном заседании, включая самого истца, который в тексте иска так же указал на отсутствие у него требуемого обучения по охране труда (т. 4, л.д. 4).

В силу положений ст. 76 ТК РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда.

При этом работник отстраняется от работы (не допускается к работе) на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Поскольку факт отсутствия у специалиста по охране труда ФИО2 соответствующего обучения в области охраны труда был установлен в ходе профилактического визита в Учреждение специалиста Государственной инспекции труда в Челябинской области ДАТА, ДАТА работодателем, на основании ст. 76 ТК РФ издан оспариваемый приказ, которым ФИО2 был отстранён от работы на весь период времени, до прохождения обучения. Одновременно работодателем организовано (п. 3 оспариваемого приказа) прохождение истцом обучения и проверки знаний требований охраны труда в ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования» (т. 4, л.д. 13).

Поскольку специалистом по охране труда ФИО2 действительно не было пройдено необходимое обучение охране труда, в силу прямого указания закона (ст. 76 ТК РФ) работодатель был обязан отстранить его от работы до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы (прохождения соответствующего обучения).

В этой связи оспариваемый приказ является законным и обоснованным, суд не находит оснований для его отмены.

Довод истца о том, что его отстранение от работы безосновательно, так как ответчик не направлял его на обучение по охране труда, суд полагает ошибочным, поскольку именно на самого ФИО2 должностной инструкцией возложена обязанность истца выявлять в Учреждении потребность сотрудников (включая специалиста по охране труда ФИО2) в обучении по охране труда.

Суд отмечает, что истцу ФИО2 было доподлинно известно (должно было быть известно) о том, что по состоянию на ДАТА (дата издания оспариваемого приказа), он является лицом, не прошедшим в установленном порядке соответствующее обучение в области охраны труда, поскольку очередное обучение (сроком действия 3 года) было пройдено ФИО2 ДАТА, о чем имеется подпись истца в протоколе комиссии по проверки знаний требований охраны труда (т. 4, л.д. 58, 66).

Приказом НОМЕР от ДАТА «О допуске к работе специалиста по охране труда ФИО2» (в связи с успешным прохождением обучения) истцу приказано подписать протоколы НОМЕР и НОМЕР заседания комиссии ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования» по проверке знаний требований охраны труда и предоставить их специалисту по кадрам ФИО13 в день выхода на работу. Истец допущен к работе. ФИО2 приказано приступить к работе на следующий рабочий день с даты получения приказа(т. 4, л.д. 14).

В силу положений ст. 76 ТК РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда.

При этом работник отстраняется от работы (не допускается к работе) на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

От работы истец ФИО2 был отстранён названным выше приказом НОМЕР от ДАТА (по причине не прохождения им соответствующего обучения по охране труда), на весь период времени, до предоставления ФИО2 документа о проверке знаний требований охраны труда работодателю. Прохождение обучения истца организовано в очно-заочной форме, с применением дистанционных технологий обучения. ФИО2 вменена обязанность предоставить работодателю актуальную информацию о номере своего телефона и адреса электронной почты для оперативной связи работодателя с истцом по вопросам обучения и для направления ему обучающего материала или другой необходимой информации для организации его обучения.

Пунктом 5 приказа ФИО2 разрешено находиться на рабочем месте для прохождения обучения и пользоваться техническими средствами работодателя в случае отсутствия у истца условий для обучения.

С данным приказом истец был лично ознакомлен ДАТА, и получил копию приказа (т. 4, л.д. 13 – 13 оборот).

Обучение истца осуществлял не его работодатель, а независимое специализированное учебное заведение.

В соответствии со ст. 15, 189 ТК РФ работник соблюдать дисциплину труда и подчиняться обязательным для всех правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, в том числе обязанность по надлежащему и своевременному прохождению обучению по охране труда.

Согласно п. 1.2 должностной инструкции специалиста по охране труда Учреждения, истец ФИО2 непосредственно подчиняется директору Учреждения (т. 1, л.д. 17).

Соответственно, истец ФИО2, являясь сотрудником (специалистом по охране труда) Учреждения, подчиняющийся непосредственно директору Учреждения, так же должен соблюдать трудовую дисциплину, выражающуюся, в том числе, и в надлежащем исполнении письменного приказа руководства.

Тем самым, приказом директора Учреждения, с которым ФИО2 был своевременно ознакомлен, именно на истца была фактически возложена обязанность сообщить работодателю об окончании обучения и предоставить документы о проверке знаний требований охраны труда.

Соответственно, предоставить документы об окончании своего обучения (фактически сообщив работодателю о его прохождении, необходимого для дальнейшего допуска к работе), была возложена на истца.

Суд отмечает, что именно ФИО2, являясь обязанным добросовестно исполнять свои должностные обязанности и обладающий надлежащими сведениями об окончании своего обучения, должен был своевременно предоставить работодателю сведения (документы) об успешном прохождении обучения, в целях своего последующего допуска к работе. Иное будет означать злоупотребление работником (истцом) своим правом (отсутствие добросовестного поведения после окончания обучения, выражающегося в несвоевременном сообщении об окончании обучения работодателю).

После ознакомления с приказом об обучении и получении копии приказа, служебной запиской от ДАТА истец ФИО2 сообщил работодателю о том, что всю информацию по вопросам обучения необходимо направлять ему почтовым извещением по адресу регистрации истца (т. 4, л.д. 67).

Из показаний сторон и материалов дела следует, что ФИО2, обучающийся в очно-заочной форме с применением дистанционных технологий обучения, фактически закончил последнее ДАТА (т. 4, л.д. 88).

Протоколы заседания комиссии по проверке знаний требований охраны труда были направлены учебным заведением на электронную почту, которой пользовался истец во время обучения (для их подписания истцом). Истец на полученное электронное письмо не ответил, протокол заседания комиссии от ДАТА не подписал. Тем самым ФИО2, закончив обучение, в нарушение требований названных выше нормативных правовых актов, не сообщил работодателю о его завершении.

ДАТА работодатель (получив письмо учебного заведения об окончании истцом обучения правилам охраны труда), почтовым отправлением (поскольку истец не присутствовал на работе и иным образом, помимо почтового отправления, отказался получать служебную документацию), направил ФИО2 письмо о том, что обучение истца завершено, и ФИО2 необходимо подписать ранее высланные ему учебными заведением по электронной почте протоколы заседания комиссии. Данное письмо работодателя было получено истцом ДАТА, однако истец на работу не явился, протоколы заседания комиссии не подписал (т. 4, л.д. 76 – 78).

С ДАТА по ДАТА истец находился на излечении (т. 4, л.д. 79 – 80).

После излечения ДАТА истец, заведомо зная об окончании своего обучения (получения письма работодателя ДАТА), на работу не вышел, об уважительности своей не явки работодателю не сообщил.

Соответственно, ДАТА работодатель, получив сведения об окончании заболевания ФИО2, и имея сведения (от учебного заведения) об окончании истцом обучения, отсутствие которого послужило основанием для отстранения истца от работы, издаёт оспариваемый приказ НОМЕР о допуске ФИО2 к работе в связи с окончанием обучения. Работодатель по почте (в связи с отказом истца иным образом получать документацию), направляет копию приказа НОМЕР, а так же протоколы заседаний комиссии по охране труда и повторно сообщает истцу о необходимости их подписания. Названное письмо работодателя получено истцом по почте ДАТА (т. 4 л.д. 81 – 83).

В этой связи издание работодателем приказа НОМЕР именно ДАТА является основанным на фактических обстоятельствах дела. С учетом того, что истец не сообщил работодателю об окончании своего обучения (т.е. не исполнил возложенную на него приказом обязанность), и до ДАТА был нетрудоспособен, ДАТА на работу так же не вышел, суд не находит оснований полагать, что издание оспариваемого приказа было умышлено затянуто работодателем во времени.

На работу истец ФИО2 вышел только ДАТА.

Каких – либо негативных последствий не явка истца на работу в установленный законом срок (привлечение к дисциплинарной ответственности, снижение премии), для ФИО2 не повлекло.

Выйдя на работу ДАТА, истец ФИО2 отказался подписывать протокол НОМЕР заседания комиссии ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования» по проверке знаний требований охраны труда, которое он успешно прошёл (т. 4, л.д. 89).

В обоснование своего отказа от подписания протокола ФИО2 в тексте иска указал, что полагает своё обучение не завершённым, так как по программе обучения безопасным методам и приёмам выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных факторов необходимо пройти практические занятия в объеме не менее 25 % от общего количества учебных часов, которые фактически не проводились (т. 4, л.д. 4 оборот – 5).

Названное выше утверждение истца о не прохождении им до настоящего времени соответствующего обучения в установленном законом порядке, суд полагает голословным, по следующим основаниям.

ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования», в котором в 2025 году проходил обучение истец, является аккредитованным образовательным учреждением и имеет соответствующую лицензию на осуществление образовательной деятельности (т. 4, л.д. 90 – 91).

Из протоколов заседания комиссии ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования» от ДАТА следует, что истец ФИО2 прошёл обучение по программам: «Общие вопросы охраны труда и функционирования системы управления охраной труда» в объёме 16 часов, и «Обучение безопасным методам и приемам выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных производственных факторов, опасностей, идентифицированных в рамках специальной оценки условий труда и оценки профессиональных рисков», в объёме 16 часов (т. 4, л.д. 87 – 88).

Принимая во внимание наличие аккредитации специализированного образовательного обучения, названные выше протоколы заседания комиссии специализированного образовательного учреждения, отсутствие доказательств признания указанных выше протоколов недействительными (ничтожными), суд полагает, что ФИО2 прошёл соответствующее обучение по охране труда. Доказательств иному истцом, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не предоставлено.

По аналогичным основаниям суд не принимает во внимание утверждение истца о том, что обучение должно иметь место с отрывом от работы, поскольку аккредитованным специализированным учебным заведением факт надлежащего обучения истца подтверждается указанными выше документами. В период обучения истец фактически свои должностные обязанности не исполнял (т.е. не привлекался работодателем к работе, тем самым обучался в отрыве от работы). Истец с требованиями о признании обучения недействительным не обращался.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что в действиях истца, доподлинно знавшего о прохождении им обучения и получившего необходимые документы о завершении обучения (протоколы заседания комиссии по охране труда), являющегося трудоспособным с ДАТА (лист нетрудоспособности закрыт ДАТА), не явившегося на работу с ДАТА и не представившего работодателю документы об окончании своего обучения (обязанность по предоставлению которых была возложена на ФИО2), имеются признаки злоупотребления правом.

К дисциплинарной и (или) материальной ответственности за названные выше действия (бездействие) истец работодателем не привлекался.

Исходя из указанных выше фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу об обоснованности и законности издания работодателем приказа НОМЕР от ДАТА, не находя оснований для его отмены.

Указание истца о затянутости во времени издания работодателем оспариваемого приказа НОМЕР суд, исходя из вышеизложенных обстоятельств дела, полагает голословным, отмечая, что именно ФИО2, в нарушение возложенной на него работодателем обязанности, своевременно не сообщил об окончании своего обучения, и своевременно не вышел на работу.

Суд отмечает, что в своей судебной записке от ДАТА истец ФИО2 фактически требует от работодателя обучать его не по программе соответствующего аккредитованного учебного заведения, а по варианту, предложенному истцом, так же считая необходимым разрешение работодателем вопроса о командировочных, жилье (несмотря на то, что истцу доподлинно известно о предстоящем обучении именно в родном городе в очно-заочной форме с применением дистанционных методов обучения) - т. 4, л.д. 67.

Названное выше обстоятельство может свидетельствовать о изначальном нежелании ФИО2 надлежаще исполнять оспариваемый приказ руководства и изначальном не согласии истца, являющегося специалистом по охране труда, ранее неоднократно проходившегося соответствующее обучение, с программой аккредитованного учебного заведения. Не желание истца проходить соответствующее обучение под предлогом его неполноты свидетельствует о нежелании ФИО2 выходить на работу после завершения обучения и надлежаще исполнять свои должностные обязанности.

В этой связи мнение истца о том, что ФИО2 обязан к выходу на работу только после получения приказа о его допуске, суд полагает ошибочным, так как в силу положений ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

Тем самым именно истец был обязан надлежаще и своевременно пройти соответствующее обучение правилам охраны труда (без которого он не мог быть допущен к работе), и своевременно сообщить об окончании обучения (даже в случае своего не согласия с программой учебного заведения) работодателю, поскольку именно на ФИО2 была возложена обязанность по надлежащей передаче документов об окончании своего обучения работодателю, чего истцом сделано не было. Не своевременность сообщения работодателю об окончании своего обучения, о котором не может знать работодатель, так как обучение проводится сторонней организацией, приводит к злоупотреблению истцом своем правом.

Поскольку в период с ДАТА по ДАТА истец был нетрудоспособен, ФИО2 своевременно не сообщил об окончании своего обучения и не подписал протокол заседания комиссии, издание работодателем оспариваемого приказа ДАТА не привело к умалению прав истца, который вышел на работу по своему желанию только ДАТА, т.е. спустя 10 дней после издания оспариваемого приказа.

Следовательно, поскольку прохождением истцом соответствующего обучения по охране труда были устранены причины, послужившие основанием для его отстранения от работы, работодателем законно и обоснованно был издан оспариваемый приказ о допуске специалиста по охране труда ФИО2 к работе.

Мнение истца о фактическом не прохождении им обучения по охране труда (в силу отсутствия необходимых, по мнению истца, практических занятий, которых ему якобы не проводилось), суд полагает голословным, так как ФИО2 не представлено каких – либо доказательств, подтверждающих факт не надлежащего оказания ему образовательных услуг ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования».

Суд отмечает, что п. 46 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464), установлено, что обучение требованиям охраны труда в зависимости от категории работников проводится: а) по программе обучения по общим вопросам охраны труда и функционирования системы управления охраной труда продолжительностью не менее 16 часов; б) по программе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных производственных факторов, источников опасности, идентифицированных в рамках специальной оценки условий труда и оценки профессиональных рисков, продолжительностью не менее 16 часов.

Из названных выше протоколов заседания комиссии ЧОУ ДПО «Академия профессионального образования» от ДАТА следует, что истец ФИО2 прошёл обучение по обеим программам в объёме 16 часов каждая, что полностью соответствует требованиям указанных выше «Правил…» (т. 4, л.д. 87 – 88).

Довод истца о том, что его не пускали на работу опровергается материалами дела, включая текст приказа НОМЕР от ДАТА, пунктом 5 которого прямо разрешено ФИО2 находиться на рабочем месте для прохождения обучения по охране труда, и пользоваться техническими средствами работодателя. С данным приказом истец был ознакомлен ДАТА (т. 4, л.д. 64 оборот).

Суд отмечает, что истцом не представлено доказательств его обращений в соответствующие компетентные органы (Государственную инспекцию труда, прокуратуру и др.) по факту не предоставления работодателем возможности ФИО2 посещать своё рабочее место. Из объяснительных записок сторожей Учреждения следует, что сотрудники не препятствовали ФИО2 в доступе в Учреждение, у истца так же имеются ключи от ворот и кабинета (т. 4, л.д. 101 – 104).

Утверждение истца о необходимости проведения ему дополнительного обучения по программе использования (применения) средств индивидуальной защиты (СИЗ), не обосновано в силу нижеследующего.

Пунктом 38 «Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда» (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 года № 2464), регламентировано, что обучению по использованию (применению) СИЗ подлежат работники, применяющие средства индивидуальной защиты, применение которых требует практических навыков. Работодатель утверждает перечень средств индивидуальной защиты, применение которых требует от работников практических навыков в зависимости от степени риска причинения вреда работнику. При выдаче средств индивидуальной защиты, применение которых не требует от работников практических навыков, работодатель обеспечивает ознакомление со способами проверки их работоспособности и исправности в рамках проведения инструктажа по охране труда на рабочем месте.

В Учреждении разработаны нормы выдачи СИЗ (приказ НОМЕР от ДАТА), применение которых не требует от сотрудников Учреждения (в т.ч. уборщиков служебных помещений), практических навыков в силу специфики социального Учреждения (перчатки, сапоги резиновые, головной убор), соответственно, обучение по программе использования указанных выше СИЗ истцу не требуется (т. 4, л.д. 27).

В силу п. 1 ст. 196 ТК РФ необходимость подготовки работников (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительного профессионального образования, а также направления работников на прохождение независимой оценки квалификации для собственных нужд определяет работодатель.

Тем самым, именно руководство Учреждения самостоятельно определяет необходимость прохождения сотрудниками Учреждения (включая специалиста по охране труда) соответствующего обучения.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым отказать в удовлетворении искового требования о признании незаконным и отмене оспариваемого приказа НОМЕР от ДАТА.

Поскольку судом отказано в удовлетворении основных исковых требований о признании незаконными приказов НОМЕР от ДАТА и НОМЕР от ДАТА (об отстранении от работы и допуске истца к работе соответственно), не подлежит удовлетворению и производное от основного требование о взыскании компенсации за вынужденный прогул в сумме 37 636 рублей. Суд отмечает, что приведённый истцом расчет за вынужденный прогул носит явно предположительный характер, арифметически не точен и не верен (т. 4, л.д. 5).

Довод истца на незаконность издания приказа о его допуске к работе суд полагает не обоснованным, поскольку соответствующее обучение (отсутствие которого явилось основанием для отстранения от работы) ФИО2 прошёл.

Ссылки истца о вынесении работодателем в отношении него многочисленных дисциплинарных взысканий не могут служить основанием для отмены оспариваемых приказов работодателя, поскольку сами приказы о наложении дисциплинарных взысканий истцом не обжалуются и предметом настоящего судебного разбирательства ее являются.

Разрешая исковое требование о признании недействительным дополнительного соглашения к трудовому договору истца, суд исходит из следующего.

В силу положений ст. 57 ТК РФ условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты), являются обязательными условиями труда.

Статьёй 72 ТК РФ предусмотрено, что изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом

Следовательно, названными выше правовыми нормами предусмотрена возможность изменения обязательных (существенных) условий трудового договора (за исключением случаев, прямо предусмотренных ТК РФ), только по соглашению сторон (т.е. по соглашению работника и работодателя).

Дополнительным соглашением от ДАТА НОМЕР к трудовому договору НОМЕР от ДАТА стороны изменили раздел оплаты труда трудового договора истца.

При этом пунктом 3 дополнительного соглашения стороны придали названному дополнительному соглашению обратную силу, указав, что дополнительное соглашение распространяет своё действие на трудовые отношения, возникшие с ДАТА (т. 4, л.д. 11, 95).

Тем самым названное выше дополнительное соглашение фактически направлено на изменение условий оплаты труда работника.

Статьёй 306 ТК РФ регламентировано, что об изменении определенных сторонами условий трудового договора работодатель - физическое лицо в письменной форме предупреждает работника не менее чем за 14 календарных дней.

Доказательств соблюдения работодателем названной выше правовой нормы в материалы дела не предоставлено.

Истец ФИО2 в судебном заседании показал, что изменение условий трудового договора явилось для него неожиданностью, он подписал последнее, находясь в взволнованном состоянии, вновь введёнными условиями ухудшается положение работника.

В судебном заседании стороны подтвердили факт начисления истцу заработка в соответствии с оспариваемым дополнительным соглашением.

Суд отмечает, что копия дополнительного соглашения, представленная истцом, содержит письменное указание ФИО2 о его не согласии с п. 2 соглашения. Копия дополнительного соглашения, представленного ответчиком, не содержит письменного указания истца о не согласии с документом. Оригинала дополнительного соглашения стороной ответчика (у которого он должен храниться), суду не предоставлено. Соответственно, не представляется возможным установить факт наличия (отсутствия) волеизъявления работника (его согласия) с дополнительным соглашением на момент его издания. Однако в настоящее время сам факт обжалования истцом оспариваемого документа свидетельствует о не согласии работника с изменёнными ему работодателем условиями оплаты труда.

Доказательств тому, что изменение условий оплаты труда истца (оспариваемое дополнительное соглашение) вызвано производственной или иной существенной необходимостью (включая изменение условий оплаты труда сотрудникам всего Учреждения, в т.ч. по причине издания соответствующего распоряжения учредителем), в материалы дела не предоставлено.

Статьёй 12 ТК РФ установлено, что нормативный правовой акт, содержащий нормы трудового права, не имеет обратной силы и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие.

Частью 1 ст. 61 ТК РФ определено, что трудовой договор (и соответственно, дополнительное соглашение к нему) вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем.

Поскольку оспариваемым дополнительным соглашением ему придана обратная сила (что прямо противоречит требованиям трудового законодательства), работник указывает на своё несогласие с данным документом, утверждая об ухудшении своих условий труда в связи с изданием оспариваемого дополнительного соглашения (фактическое снижение размера заработка), доказательств тому, что размер заработка истца оспариваемым документом не уменьшен (а равно доказательств тому, что издание дополнительного соглашения вызвано существенной необходимостью), ответчиком не предоставлено, суд полагает оспариваемое соглашение незаконным и подлежащим отмене.

Вместе с тем суд отмечает, что доказательств изменения условий труда истца (в лучшую для работника сторону) оспариваемым дополнительным соглашением, в материалы дела сторонами не предоставлено.

Требование истца о признании оспариваемого дополнительного соглашения не действительным не может быть удовлетворено, поскольку нормы трудового законодательства не предусматривают возможности признания приказа (распоряжения) работодателя недействительным, в данном случае нормативный документ является именно незаконным.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Статьёй 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, не обеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др. – пункт 46 указанного выше Пленума Верховного Суда РФ).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 30 названого выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ).

Учитывая, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 (абзац 14 части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд полагает, что поскольку противоправными действиями ответчика (признание настоящим решением незаконными: приказа НОМЕР от ДАТА и дополнительного соглашения от ДАТА к трудовому договору) были нарушены трудовые права истца, ФИО2 имеет право на взыскание с работодателя компенсации причинённого ему морального вреда, который презумируется законодательством..

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд учитывает длительность периода нарушения трудовых прав истца, степень вины работодателя, который частично восстановил нарушенное право истца (самостоятельная отмена приказа НОМЕР от ДАТА), принимая во внимание, что истец оспариваемыми нормативными актами не был привлечён к дисциплинарной ответственности, в отношении него так же не применялись меры материального характера (снижение размера премии), действиями ответчика вред здоровью истца не был нанесён (доказательства обратному отсутствуют), инвалидности истец не имеет, надлежащих доказательств обращения в медицинские учреждения с жалобами на ухудшение общего состояния здоровья или обострения хронических заболеваний именно по причине незаконных действий работодателя не представлено, не представлено доказательств ухудшения материального состояния как самого истца, так и членов его семьи в результате издания оспариваемых документов, с учетом социальной направленности работодателя, не являющегося коммерческим учреждением и находящимся на обеспечении учредителя, в целя соблюдения баланса прав и законных интересов сторон, суд приходит к выводу о необходимости взыскания компенсации морального вреда в пользу истца в размере 10 000 рублей, полагая данную сумму соотносимой как с пережитыми ФИО2 нравственными страданиями, так и с допущенным нарушением его трудовых прав.

Требования истца о компенсации морального вреда в истребуемых им размерах, поименованных в исковых заявлениях и уточнениях к ним, (включая требования о взыскании компенсации морального вреда отдельно за каждый изданный в отношении истца нормативный акт), суд полагает необоснованными и не подлежащими удовлетворению, так как действия работодателя имеют единую, не раздельную правовую природу (трудовые отношения сторон), и не были направлены на умышленное причинение вреда истцу.

Суд отмечает, что компенсация морального вреда является мерой, направленной на восстановление прав и законных интересов пострадавшего лица, но не должна являться способом обогащения лица, в т.ч. работника, и не зависит от финансовой возможности работодателя выплатить желаемые работником суммы.

Взыскание истребуемых истцом сумм в качестве компенсации морального вреда фактически является не соразмерной тяжести совершённого ответчиком проступка, материальные последствия которого не наступили.

Доказательств совершения ответчиком именно умышленных действий, равно как и негативного отношения работодателя к истцу, в материалы дела не предоставлено.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей за удовлетворённые требования не имущественного характера (ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 (паспорт НОМЕР, выдан ДАТА) к Государственному казенному учреждению социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга» (ИНН <***>) о признании приказов и дополнительного соглашения к трудовому договору не законными, взыскании компенсаций морального вреда частично удовлетворить.

Признать незаконным приказ директора Государственного казенного учреждения социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга» НОМЕР от ДАТА «О предоставлении документов по охране труда».

Признать незаконным и отменить дополнительное соглашение НОМЕР от ДАТА к трудовому договору НОМЕР от ДАТА, заключенное между Государственным казенным учреждением социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга» и ФИО2.

Взыскать с Государственного казенного учреждения социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО2 к Государственному казенному учреждению социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга», отказать.

Взыскать с Государственного казенного учреждения социального обслуживания «Миасский центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Радуга» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей 00 копеек.

Настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи жалобы через Миасский городской суд.

Председательствующий:

Мотивированное решение суда составлено 25.06.2025 года.