Апелляционное постановление № 22-4829/2019 от 15 августа 2019 г. по делу № 22-4829/2019

Судья: Авилова И.В. № 22-4829/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Самара 16 августа 2019 года

Самарский областной суд в составе:

председательствующего судьи Свиридова Д.В.

с участием:

осужденного и гражданского ответчика ФИО1

защитника - адвоката ФИО23

потерпевшей и гражданского истца ФИО6

представителя потерпевшей и гражданского истца ФИО7

прокурора ФИО8

секретаря ФИО9

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката ФИО23 на приговор Нефтегорского районного суда Самарской области от 05 июня 2019 года, которым

ФИО1 <данные изъяты>

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Приговором суда удовлетворен гражданский иск потерпевшей ФИО6: с ФИО1 взыскано в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей и в счет возмещения имущественного вреда 92430 рублей.

Заслушав осужденного и защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора, потерпевшую и представителя потерпевшей, возражавших против доводов апелляционной жалобы, проверив материалы уголовного дела, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в том, что, являясь лицом, управляющим автомобилем, ДД.ММ.ГГГГ нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО18

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Защитник считает приговор суда первой инстанции незаконным, необоснованным и несправедливым. Полагает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, так же суд существенно нарушил уголовно-процессуальный закон. Считает, что суд не учел, что ФИО1 не мог своевременно обнаружить автомобиль марки «КАМАЗ» с прицепом, стоявший на проезжей части из-за внезапной технической неисправности, чтобы экстренным торможением с остановкой избежать наезда на данный прицеп. То есть ФИО1 не располагал технической возможностью избежать наезда. Кроме того, каждому действию водителя ФИО1 и водителя ФИО19 должна быть дана оценка, что судом не было сделано. Не проведен следственный эксперимент по выяснению того, имел бы возможность водитель ФИО1 своевременно обнаружить препятствие, если бы ФИО2 выполнил все требования Правил дорожного движения РФ (далее ПДД РФ), и в зависимости от результатов решать вопрос о виновности того или иного участника дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП). В ходе доследственной проверки следователем ФИО3 нарушены правила методики определения дальности видимости дороги и дальности видимости препятствия. Дальность видимости препятствия может превышать дальность видимости дороги только в случаях, когда препятствие определенным образом обозначено на дороге, заметно выделяется и различимо с расстояния, превышающего дальность видимости дороги.

Кроме того, до возбуждения уголовного дела были проведены следственные действия: осмотр места происшествия (т.1 л.д.71-72), осмотр участка автодороги (т.1 л.д.203-204), осмотр участка автодороги (т.1 л.д.222-223), которые, согласно УПК РФ, могут проводиться только в рамках предварительного расследования после возбуждения уголовного дела. Защитник считает, что следователем вместо осмотра места происшествия фактически проводился следственный эксперимент в соответствии с требованиями ст.181 УПК РФ.

В деле имеются заключения двух автотехнических экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, выводы которых противоречат друг другу, что является основанием для проведения повторной экспертизы. Однако суд незаконно отказал в ходатайстве защиты о проведении повторной экспертизы.

Также, в соответствии с требованиями ч.1.2 ст.144 УПК РФ, если после возбуждения уголовного дела стороной защиты или потерпевшим будет заявлено ходатайство о производстве дополнительной либо повторной судебной экспертизы, то такое ходатайство подлежит удовлетворению. Уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено ДД.ММ.ГГГГ. Обе автотехнические экспертизы были проведены до возбуждения уголовного дела. Таким образом отказ следствия после возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1 и отказ суда первой инстанции в ходатайстве защиты о проведении повторной судебной экспертизы после возбуждения уголовного дела незаконен, так как тем самым были существенно нарушены права обвиняемого на защиту, в том числе право обвиняемого, подсудимого принимать участие в производстве экспертизы.

Кроме того, при вынесении приговора и назначения наказания ФИО1 судом первой инстанции не была дана оценка противоправным действиям второго участника ДТП - ФИО19 в части нарушений ПДД РФ, что способствовало совершению ДТП, повлекшего смерть потерпевшей.

В апелляционной жалобе защитник просит обвинительный приговор в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор.

На данную апелляционную жалобу потерпевшей ФИО6 и государственным обвинителем поданы возражения, в которых указано, что оснований для изменения или отмены приговора и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Заслушав стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции считает, что приговор суда следует оставить без изменения по следующим основаниям.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждается совокупностью исследованных доказательств по уголовному делу, приведенных в приговоре, сомнений в законности и обоснованности они не вызывают.

Вина ФИО1 в совершении преступления, за которое его осудили, подтверждается показаниями потерпевшей ФИО6, представителя потерпевшей ФИО7, свидетелей обвинения: ФИО19, ФИО10, ФИО24, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, специалистов: ФИО16, ФИО17, эксперта ФИО22

Из показаний потерпевшей ФИО6 и представителя потерпевшей ФИО7 следует, что ДД.ММ.ГГГГ они узнали, что дочь ФИО6- ФИО18 погибла в ДТП в <адрес>, когда ехала на такси из <адрес>.

Из показаний свидетеля обвинения ФИО19 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он работал по договору и перевозил сою из <адрес> в <адрес> на автомобиле «Камаз». Перед выходом в рейс автомобиль был исправен. Выехал в 12 часов, проехав <адрес> повернул в сторону Нефтегорска, было темно. На спуске с горы внезапно пропал свет в автомобиле, как впоследствии установила экспертиза из-за того, что отломился провод от стартера. Съехать на обочину не мог, поскольку на данном участке дороги находятся отбойники. Выставить знак аварийной остановки не успел, поскольку увидел свет фар автомобиля двигающегося в попутном направлении. Взяв фонарик, он отбежал примерно на 25 метров сзади от автомобиля КАМАЗ и стал подавать сигнал, чтобы остановить двигающийся автомобиль, но водитель данного автомобиля «Рено-Логан», как впоследствии выяснилось ФИО1, не реагировал на сигнал и допустил наезд на «Камаз». Стоп сигналы на автомобиле Рено-Логан не включались, и тормозного пути на асфальте не было. После столкновения «Рено-Логан» отбросило на встречную полосу, где произошло ДТП с участием автомобиля «Вольво». Водитель «Вольво» включил аварийный сигнал. С данным водителем ФИО2 попытался оказать помощь участникам ДТП, но увидел свет фар еще одного приближающегося автомобиля. Стал вновь фонариком подавать сигнал, но также не удалось остановить следующий автомобиль «Камаз», который въехал в его прицеп. После чего вызвали «скорую медицинскую помощь» и другие службы.

Из показаний свидетеля обвинения ФИО10 следует, что он является собственником автомобиля «КАМАЗ». ДД.ММ.ГГГГ автомобилем управлял ФИО19 Перед выходом в рейс автомобиль был исправен. Примерно в 4 часа утра позвонил <данные изъяты> и сообщил, что в результате аварии с участием автомобиля «Рено-Логан» погибла девушка.

Из показания свидетеля обвинения-следователя СО МО МВД России <данные изъяты> ФИО24 следует, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве и выезжал на место ДТП, где произошел наезд автомобиля РЕНО-Логан под управлением ФИО1 на стоящий автомобиль КАМАЗ с прицепом под управлением ФИО19. у которого пропало электроосвещение из-за внезапно возникшей технической неисправности, которую перед выездом в рейс обнаружить было невозможно. В результате данного ДТП погибла пассажирка автомобиля РЕНО-Логан ФИО18 Следов торможения автомобиля Рено-Логан не было.

Из показаний свидетелей обвинения-сотрудников ГИБДД ФИО11 и ФИО14 следует, что, прибыв на место данного ДТП, они обнаружили четыре транспортных средства: два «Камаза», «Рено-Логан» и «Вольво». В автомобиле «Рено-Логан» находился водитель и пассажир-девушка на переднем сиденье. Девушка признаков жизни не подавала, у водителя «Рено-логан» были повреждения, он находился в состоянии шока. На данном участке местности освещение отсутствовало, асфальт был сухой, осадков в тот день не было. Разрешенная скорость движения 90 км/час.

Из показаний свидетеля обвинения ФИО12 следует, что ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле «Камаз» (государственный регистрационный знак №) он двигался со скоростью 60-65 км/час в сторону Оренбурга. В четвертом часу утра проехал подъем и начал спуск с горы. Увидев на пути препятствие, начал тормозить, но избежать столкновения с прицепом автомобиля «Камаз» не удалось. В процессе торможения боковым зрением увидел поврежденный автомобиль и рядом другой автомобиль, «Вольво» с включенными аварийными огнями. Позвонил в МЧС и сообщил об аварии.

Из показаний свидетеля обвинения ФИО13 следует, что он вместе с ФИО20 участвовали в качестве понятых при осмотре следователем ДД.ММ.ГГГГ места происшествия. Произошло ДТП с участием двух автомобилей «Камаз», «рено-Логан» и «Вольво». Подтвердил, что тормозного пути у автомобиля «Рено-Логан» на месте происшествия он не видел.

Из показаний свидетеля обвинения ФИО15 следует, что он работает в организации, которая занимается системой мониторинга транспортных средств, на которых установлена система «ГЛОНАСС». Программа зарегистрирована в Росреестре. В рамках данного уголовного дела он делал маршрут автомобиля «Рено-Логан» (регистрационный знак №) в виде графика. Скорость движения данного автомобиля на участке дороги, где произошло ДТП, была 121 км./час и после стало 0 км/час. При этом пояснил, что трекер, который устанавливается в автомобиль, не является измерительным прибором.

Из показаний специалистов - сотрудников центра по обслуживанию автомобилей «Камаз» «ПРАЦ КАМАЗ» инженера по гарантии ФИО16, слесаря-автоэлектрика ФИО17 следует, что в декабре 2017 года они были приглашены следователем в качестве специалистов при проведении осмотра автомобиля «Камаз» (государственный регистрационный знак №), который стал участником ДТП. Осмотр проводился на специализированной стоянке в <адрес>. В ходе осмотра было установлено, что самопроизвольно разрушено место крепления провода цепи питания (бортовой сети). Данное разрушение привело к полному обесточиванию всей электрической цепи автомобиля. Данное разрушение невозможно было предвидеть перед выездом при визуальном осмотре узлов и агрегатов автомобиля. Разрушение произошло во время движения.

Из показаний эксперта ФИО22 следует, что он проводил дополнительную автотехническую экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ. Выводы, изложенные в ней, он подтверждает полностью.

Показания вышеуказанных лиц со стороны обвинения объективно подтверждаются протоколами следственных действий и иными документами, указанными в приговоре. Из заключения эксперта (дополнительная автотехническая экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ) следует, что предельно-допустимая скорость автомобиля Рено-Логан в условиях места происшествия по условиям видимости на проезжую часть 40 м. определяется равной не более 71 км/ч.

При указанных исходных данных, с момента попадания прицепа в поле зрения водителя, то есть с расстояния 68.15 м., а также с расстояния 76 м., указанных в постановлении о назначении экспертизы, водитель автомобиля Рено Логан в данной дорожной ситуации располагал технической возможностью избежать наезда на прицеп применением экстренного торможения с остановкой на расстоянии видимости, двигаясь со скоростью 71 км/ч. предельно допустимой по условиям видимости (том 1, л.д.241-250).

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, все исследованные судом первой инстанции доказательства сторон, в том числе и доказательства стороны защиты, в том числе показания подсудимого, заключение специалиста ФИО21 № от ДД.ММ.ГГГГ и его показания в суде, были проверены судом в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ и были оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

При этом суд указал мотивы и основания, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие, в том числе дав надлежащую оценку показаниям подсудимого, специалиста ФИО21. допрошенного в суде по ходатайству стороны защиты.

Доводы апелляционной жалобы о неправильных выводах дополнительной авто-технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.241-250) нельзя признать обоснованными. Поскольку, как следует из материалов уголовного дела, данная экспертиза была назначена в соответствии с требованиями закона, при недостаточной ясности и полноте заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.101-106), проводилась с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, а также в надлежащем экспертном учреждении, лицом, имеющим специальные познания, который был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, эксперт ФИО22, проводивший дополнительную экспертизу, был допрошен в суде по ходатайству защитника ФИО23 (том 3 л.д.136). Данные экспертизы (первичная и дополнительная) были исследованы судом в совокупности с другими доказательствами по делу и им дана надлежащая оценка.

Согласно ч.1 ст.144 УПК РФ, при проверке сообщения о преступлении следователь вправе назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия.

Таким образом, закон разрешает назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта до возбуждения уголовного дела.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что по ходатайству адвоката ФИО23 в интересах ФИО1, перед экспертом при назначении и производстве дополнительной экспертизы были поставлены интересующие данных лиц вопросы (том 1 л.д.224). Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ данное ходатайство адвоката ФИО23 было удовлетворено (том 1 л.д.225). С постановлениями о назначении дополнительной автотехнической экспертизы и с ее заключением ФИО1 и адвокат ФИО23 были ознакомлены (том 2 л.д.48,56).

Доводы стороны защиты о том, что, в силу ч.1.2 ст.144 УПК РФ, в ходатайстве о назначении повторной судебной автотехнической экспертизы следователем и судом не могло быть отказано, так как экспертиза назначалась до возбуждения уголовного дела, не состоятельны.

Часть 1.2 статьи 144 УПК РФ не исключает действия других норм уголовно-процессуального закона, которыми установлено, что ходатайство лица, которое его заявляет, а также судебное постановление должны быть обоснованными (часть 1 статьи 271, часть 4 статьи 7 УПК РФ), а повторная экспертиза может быть назначена лишь при наличии оснований, предусмотренных статьей 207 УПК РФ.

Следовательно, вопреки доводам жалобы, одно лишь обращение стороны защиты с ходатайством о назначении повторной экспертизы, при отсутствии предусмотренных статьей 207 УПК РФ оснований для ее назначения, не влечет удовлетворения ходатайства стороны защиты в обязательном порядке. Иной подход, при котором принятие процессуального решения целиком и полностью зависело бы только от формального условия - обращения стороны защиты с соответствующим ходатайством, противоречил бы также части 1 статьи 8 УПК РФ, в силу которой правосудие по уголовному делу в Российской Федерации осуществляется только судом.

К аналогичному выводу пришел следователь в ходе расследования уголовного дела и председательствующий в суде первой инстанции, которые, не усмотрев предусмотренных статьей 207 УПК РФ оснований для назначения повторной экспертизы, правомерно отказали в удовлетворении ходатайства защитника.

В соответствии с ч.2 ст.176 УПК РФ, осмотр места происшествия может быть произведен до возбуждения уголовного дела.

В соответствии с ч.1 ст.144 УПК РФ при проверке сообщения о преступлении следователь вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленным УПК РФ, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Из материалов дела следует, что следователь ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.71-72), ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.203-204), ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.222-223), до возбуждения уголовного дела в соответствии с законом проводил процессуальное действие - осмотр места происшествия. Данное процессуальное действие он точно фиксировал в протоколах осмотра места происшествия. Доводы стороны защиты о том, что следователь проводил следственный эксперимент, но, вопреки закону, оформил протоколами осмотра места происшествия, а также доводы о том, что следователь нарушил правила методики определения дальности видимости дороги, не состоятельны.

Доводы стороны защиты о том, что ДТП и смерть <данные изъяты> наступили из-за действий водителя <данные изъяты>, и суд не дал оценки его действиям, ошибочна.

В соответствии с ч.1 ст.252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Суд, точно выполняя требования закона, рассмотрел дело в отношении ФИО1 Согласно постановлению следователя от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о преступлении, предусмотренном ч.3 ст.264 УК РФ, в отношении ФИО19 на основании п.2 ч.1 ст.24 УК РФ за отсутствием в деянии ФИО19 состава преступления (том 1, л.д.231-236). Кроме того, по закону суд исследует только установленные факты, а не предположения (чтобы бы было, если бы водитель <данные изъяты> выполнил все требования ПДД РФ), поэтому и в этой части доводы апелляционной жалобы несостоятельны.

Выводы суда в части оценки доказательств мотивированы и основаны на законе. Судом первой инстанции дана верная оценка доказательствам, представленным сторонами.

Действиям ФИО1 судом дана правильная уголовно-правовая оценка и квалификация их по ч. 3 ст. 264 УК РФ, поскольку факт нарушения им требований пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ при управлении транспортным средством, повлекшие ДТП, нашел свое подтверждение в судебном заседании. Данное нарушение ПДД, допущенное ФИО1, находится в причинной связи с наступившими последствиями, то есть доказано, что оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей ФИО18

При этом судом верно установлено, что смерть потерпевшей последовала от действий ФИО1 (наезд Рено-Логан под управлением ФИО1 на прицеп автомобиля Камаз), а не от последующего столкновения с автомобилем «Вольво».

Вывод суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении им преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, сомнений в законности и обоснованности они не вызывают.

Доводы защитника о существенном нарушении уголовно-процессуального закона не состоятельны.

Суд апелляционной инстанции считает, что судебное следствие проведено в соответствии с требованием ст. ст. 273-291 УПК РФ и в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. При этом общие требования судебного производства, в частности ст. 244 УПК РФ, судом выполнены. Все ходатайства сторон, в том числе стороны защиты, рассмотрены судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

С постановлением о назначении экспертиз, в том числе дополнительной авто- технической, ФИО1 был ознакомлен. Нарушений прав ФИО1 суд не усматривает, его доступ к правосудию не был ограничен, наоборот, он и адвокат Петров воспользовались своими правами, обратившись с ходатайством о дополнительных вопросах эксперту при назначении дополнительной авто- технической экспертизы. Данное ходатайство было удовлетворено следователем. Кроме того, по ходатайству защитника-адвоката Петрова в суде первой инстанции был допрошен эксперт, проводивший дополнительную экспертизу. Сведений об ошибочности выводов эксперта <данные изъяты>, либо о заинтересованности эксперта в исходе дела в материалах дела не имеется, и стороной защиты суду не представлено.

При таких обстоятельствах существенных нарушений уголовно-процессуальных прав заявителя данного ходатайства не усматривается.

Судом первой инстанции дана верная квалификация действиям подсудимого. Оснований для переквалификации не усматривается.

Решая вопрос о наказании ФИО1, суд учел требования ст.60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания учтено, что ФИО1 на учете у психиатра и нарколога не состоит, положительно характеризуется, ранее не судим, учтено состояние здоровья, наличие у него на иждивении престарелой матери.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, суд не усмотрел.

Судом первой инстанции верно учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, в том числе и то, что ФИО1 совершил преступление средней тяжести, повлекшее по неосторожности смерть человека.

При таких обстоятельствах ФИО1 правильно назначено наказание в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, а также данных о личности ФИО1 и других исследованных судом обстоятельств по делу, оснований для применения ч.6 ст.15, ст.53.1, ст.64, ст.73 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел. Суд апелляционной инстанции, также не усматривает оснований для применения к осужденному положений ч.6 ст.15, ст.53.1, ст.64, ст.73 УК РФ. Назначенное наказание нельзя признать чрезмерно суровым, оно законно и справедливо, вид и размер наказания назначены в соответствии с требованиями УК РФ. Наказание соответствует целям наказания, указанным в ст.43 УК РФ, а также соответствует задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ, судом первой инстанции правильно назначен вид исправительного учреждения - колония-поселение.

При разрешении гражданского иска потерпевшей ФИО6 о возмещении материального ущерба от преступления учтены необходимые фактические данные, и положения ст. 1064 ГК РФ. Суд первой инстанции обоснованно частично удовлетворил вышеуказанный иск и взыскал с ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, в пользу в пользу ФИО6 - 92430 рублей.

Суд при разрешении гражданского иска потерпевшей ФИО6 о размере денежной компенсации морального вреда учел все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения иска. Размер компенсации морального вреда определен в соответствии с тяжестью наступивших последствий для потерпевшей, а также с учетом материального положения осужденного. Суд апелляционной инстанции находит размер взысканной компенсации морального вреда в размере 400000 рублей в пользу гражданского истца соразмерным нравственным страданиям, причиненным ФИО6 По изложенным мотивам суд апелляционной инстанции считает, что размер компенсации, определенной судом первой инстанции, соответствует положениям ст. ст. 151, 1100-1101 ГК РФ, а также требованиям разумности и справедливости, характеру нравственных страданий, фактическим обстоятельствам дела, при которых был причинен моральный вред.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора суда первой инстанции, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Нефтегорского районного суда Самарской области от 05 июня 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника ФИО23 - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Судья: