Апелляционное определение № 33-1749/2026 от 27 апреля 2026 г.

УИД 58RS0018-01-2023-001674-60 1 инстанция № 2-47/2026

Судья Егорова И.Б. № 33-1749/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2026 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Гошуляк Т.В.,

судей Валетовой Е.В., Черненок Т.В.,

при ведении протокола помощником судьи Ибрагимовой Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО Банк ВТБ, ООО «СФО Оптимум Финанс» о признании незаключенными кредитного договора и договора кредитной карты, взыскании неосновательного обогащения,

по апелляционной жалобе ПАО Банк ВТБ на решение Ленинского районного суда г. Пензы от 12 февраля 2026 г., которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серия № №) к ПАО Банк ВТБ (ИНН №, ОГРН №), ООО «СФО Оптимум Финанс» (ИНН №, ОГРН №) о признании незаключенными кредитного договора и договора кредитной карты, взыскании неосновательного обогащения удовлетворить.

Признать незаключенным кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ № № между ПАО Банк ВТБ и ФИО1.

Признать незаключенным договор кредитной карты от ДД.ММ.ГГГГ № № между ПАО Банк ВТБ и ФИО1.

Взыскать с ПАО Банк ВТБ в пользу ФИО1 сумму неосновательного обогащения в размере 1 056 444 (одного миллиона пятидесяти шести тысяч четырехсот сорока четырех) руб. 40 коп.

Взыскать с ПАО Банк ВТБ в бюджет муниципального образования город Пенза государственную пошлину в размере 28 564 (двадцати восьми тысяч пятисот шестидесяти четырех) руб.

Взыскать с ООО «СФО Оптимум Финанс» в бюджет муниципального образования город Пенза государственную пошлину в размере 3 000 (трех тысяч) руб.».

Заслушав доклад судьи Черненок Т.В., проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО Банк ВТБ о признании незаключенными кредитного договора и договора кредитной карты, взыскании неосновательного обогащения.

В обоснование заявленных исковых требований ФИО1 указал, что ДД.ММ.ГГГГ на его личный номер телефона поступил звонок от лица, представившегося сотрудником ПАО Банк ВТБ и сообщившего о несанкционированном воздействии третьих лиц на мобильное приложение ПАО Банк ВТБ в виде оформления на имя истца кредитных обязательств и необходимости отмены совершаемых операций для пресечения нарушения прав истца. В дальнейшем ФИО1 соединили с сотрудником службы безопасности, предложившим истцу для пресечения незаконных действий совершить ряд операций по отмене оформленной на его имя заявки на заключение кредитного договора в автоматическом режиме путем последовательного набора на телефоне в тональном режиме кодовых значений, приходящих на номер телефона в СМС-сообщениях. После введения очередного кода автоинформатор сообщил, что оформление кредитного договора успешно отменено и звонок был прекращен. Осознавая возможность совершения противоправных действий, истец незамедлительно обратился на горячую линию ПАО Банк ВТБ с требованием о блокировке всех открытых на его имя счетов, где ему подтвердили совершение в отношении него противоправных действий. В связи с чем истец незамедлительно обратился непосредственно в отделение банка по адресу: <адрес>, где сотрудники банка сообщили о необходимости вновь обратиться на горячую линию. По заявлению ФИО1, поданному в ОП №1 СУ УМВД России по г. Пензе, 14 сентября 2022 г. возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, о ходе расследования которого истцу неизвестно. Согласно письму №№, полученному истцом в ответ на свое обращение в Банк России в ноябре 2022 г., нарушений условий заключенных истцом и ответчиком кредитного договора №№ и договора кредитной карты №№, оснований для их аннулирования проведенной проверкой не выявлено. Установлено, что денежные средства по оформленным истцом кредитным договорам переведены банком на счета неизвестных лиц. Истец считает, что заключение вышеуказанных договоров с ответчиком противоречит нормам материального права, между истцом и ответчиком отсутствуют какие-либо кредитные договоры, договоры на предоставление кредитной карты, соответствующие требованиям законодательства, содержащие оформленные в соответствии с законом индивидуальные условия договора и указание срока их действия. Истец также полагает, что не был ознакомлен со всеми условиями кредитных договоров, договора кредитной карты, поскольку такие договоры априори предполагают наличие в их тексте подлежащих отдельному согласованию условий, согласование которых производится со слов заемщика и подтверждается проставлением в кредитном договоре специального символа в графе соответствующего условия - «V». В пользу недействительности заключенных между истцом и ответчиком договоров свидетельствует и то, что зачисляемые ответчиком на счет истца кредитные средства одномоментно несколькими операциями были переведены на неизвестные истцу счета. При этом истцу в ходе обращений в правоохранительные, контролирующие и надзорные органы не удалось установить, кому в действительности были предоставлены кредитные средства. Поскольку списание полученных истцом денежных средств происходило с его счета одномоментно с их зачислением, истец полагает, что он не может считаться получившим кредитные денежные средства в смысле ч. 6 ст. 7 Закона о потребительском кредите. Поскольку истец за период с ДД.ММ.ГГГГ по дату подачи искового заявления произвел платежи по недействительным сделкам в общем размере 311 574 руб. 83 коп., данная сумма подлежит возврату в порядке применения последствий недействительности сделок.

С учетом неоднократных увеличений исковых требований ФИО1 просил признать недействительными кредитный договор №№, а также договор кредитной карты №№, в рамках которого открыт счет №; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в его пользу денежных средств в общей сумме 381 654 руб. 86 коп., уплаченных по недействительным сделкам.

Решением Ленинского районного суда г. Пензы от 7 августа 2023 г. исковые требования ФИО1 к ПАО Банк ВТБ о признании недействительными кредитного договора и договора кредитной карты, взыскании денежных средств оставлены без удовлетворения (т. 1? л.д. 221-226).

На основании определения судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ произведена процессуальная замена ответчика ПАО Банк ВТБ на его правопреемника ООО «СФО Оптимум Финанс» по гражданскому делу по иску ФИО1 к ПАО Банк ВТБ о признании недействительными кредитного договора и договора кредитной карты, взыскании денежных средств в части исковых требований о признании недействительным кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ №№ (т. 2, л.д. 114).

В соответствии с апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от 2 мая 2024 г. решение Ленинского районного суда г. Пензы от 7 августа 2023 г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителя ФИО1 по доверенности С.П.В. без удовлетворения (т. 2, л.д. 175-181).

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 27 ноября 2024 г. решение Ленинского районного суда г. Пензы от 7 августа 2023 г. с учетом определения об исправлении описки от 18 января 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от 2 мая 2024 г. оставлены без изменения, кассационная жалоба и уточнения к ней ФИО1 - без удовлетворения (т. 2, л.д. 246-255).

На основании определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 8 июля 2025 г. решение Ленинского районного суда г. Пензы от 7 августа 2023 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда от 2 мая 2024 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 27 ноября 2024 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции (т. 3, л.д. 34-43).

Протокольным определением Ленинского районного суда г. Пензы от 8 сентября 2025 г. ООО «СФО Оптимум Финанс» привлечено к участию в деле в деле в качестве соответчика.

По состоянию на дату рассмотрения дела, с учетом изменений и увеличения исковых требований, ФИО1 просил признать незаключенными кредитный договор №№, а также договор кредитной карты №№, в рамках которого открыт счет №; взыскать с ПАО Банк ВТБ в его пользу неосновательное обогащение в сумме 173 349 руб. 25 коп., уплаченной по договору кредитной карты, и в сумме 883 095 руб. 15 коп., уплаченной по кредитному договору №№, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

Ленинский районный суд г. Пензы постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе ответчик Банка ВТБ (ПАО) указывает, что решение не отвечает требованиям законности и обоснованности. Кредитные договоры от ДД.ММ.ГГГГ №№ и №№ заключены ФИО1 в электронном виде, подписаны с использованием электронных технологий - с использованием аналога собственноручной подписи заемщика, процедура идентификации и аутентификации не нарушена. СМС-сообщения с кодами доступа получены самим истцом, им же совершены действия по набору цифровых кодов-подтверждений, в связи с чем заключение договоров и перевод денежных средств явились следствием действий самого истца. В связи с чем спорные договоры не могут быть признаны незаключенными, стороны достигли соглашения по всем существенным условиям договора, форма сделки соблюдена, денежные средства перечислены заемщику. Кроме того, истец погашал задолженности по договорам, что свидетельствует о принятии условий этих договоров. Кроме того, считает, что неосновательным обогащением по признанной незаключенной кредитной сделке для кредитора могут являться только проценты за пользование кредитными денежными средствами, полученная сумма кредита является неосновательным обогащением заемщика - истца.

ПАО Банк ВТБ просит решение Ленинского районного суда г. Пензы от 12 февраля 2026 г. отменить полностью и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 просил решение Ленинского районного суда г. Пензы от 12 февраля 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ПАО Банк ВТБ - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчиков ПАО Банк ВТБ, ООО «СФО Оптимум Финанс» Ю.В.С., действующая на основании доверенностей, доводы апелляционной жалобы поддержала, просила решение Ленинского районного суда г. Пензы от 12 февраля 2026 г. отменить, принять по делу новое решение, которым истцу в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель истца ФИО1 - С.П.В., действующий на основании доверенности, просил решение Ленинского районного суда г. Пензы от 12 февраля 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ПАО Банк ВТБ - без удовлетворения.

Истец ФИО1 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен.

Руководствуясь ст. ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившегося истца ФИО1

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что оснований для отмены принятого по делу решения не имеется.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 является клиентом ПАО Банк ВТБ, на основании заявления от ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен договор комплексного обслуживания путем присоединения к Правилам комплексного обслуживания физических лиц в ПАО ВТБ 24 (т.1, л.д. 62-63).

ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО1 в ПАО Банк ВТБ через мобильное приложение была направлена заявка на получение кредита, по результатам рассмотрения которой между ПАО Банк ВТБ и ФИО1 был заключен кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ №№, по условиям которого заемщику предоставлен кредит (лимит кредитования) в размере 893 958 руб. на срок 60 месяцев (в случае невозврата кредита в срок - до полного исполнения обязательств), с уплатой процентов в размере 9,5% годовых (т.1, л.д. 66-68).

Кредитный договор подписан истцом электронной подписью (одноразовым паролем) через мобильное приложение «ВТБ Онлайн» в соответствии с Правилами комплексного обслуживания физических лиц.

ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в размере 795 175 руб. были зачислены на счет ФИО1 и в тот же день переводами в размере 501 970 руб., 9 000 руб. (16 переводами) и 49 735 руб. (3 переводами) были переведены на счета банковских карт стороннего банка (т. 1, л.д. 74, 74 об., 129 об.).

В ту же дату, ДД.ММ.ГГГГ, от имени истца в ПАО Банк ВТБ через мобильное приложение направлена анкета-заявление на выпуск и получение банковской карты ПАО Банк ВТБ (т. 1, л.д. 81-82), между сторонами заключен договор о предоставлении и использовании банковских карт ПАО Банк ВТБ от ДД.ММ.ГГГГ №№, подписанный истцом простой электронной подписью (т. 1, л.д. 76-77).

По условиям данного договора заемщику предоставлен лимит овердрафта в размере 176 000 руб.

Впоследствии, ДД.ММ.ГГГГ, на основании договора уступки права требований № ПАО Банк ВТБ уступило ООО «СФО Оптимум Финанс» право требования по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ №№, заключенному с ФИО1 (т. 2, л.д. 48-49).

По факту совершения в отношении ФИО1 неустановленным лицом мошеннических действий ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ (т 1, л.д. 23), впоследствии действия неустановленного лица переквалифицированы с п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ на п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Постановлением следователя по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ОП №1 СУ УМВД России по г. Пензе, от ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие по уголовному делу № приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УК РФ, то есть в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

На момент рассмотрения дела в суде первой инстанции счет по договору о предоставлении и использовании банковских карт ПАО Банк ВТБ от ДД.ММ.ГГГГ №№ закрыт, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 внесены денежные средства в общем размере 173 349 руб. 25 коп. (т. 1, л.д. 61).

По кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ №№ за период с момента заключения по ноябрь 2025 года произведены выплаты в общем размере 883 095 руб. 15 коп. (т. 3, л.д. 82-123).

Обращаясь с данным иском в суд, ФИО1 считает, что кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ №№ и договор кредитной карты от ДД.ММ.ГГГГ №№ являются незаключенными, поскольку у него отсутствовало волеизъявление на их заключение. Доступ к его онлайн-банку ВТБ получен лицом, представившимся в ходе телефонного звонка сотрудником ПАО Банк ВТБ, под предлогом необходимости предотвращения совершения мошеннических действий в отношении истца.

Разрешая заявленные исковые требования суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 153, 307, 420, 1102, 1109 ГК РФ, постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», правовой позицией изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-О исходил из того, что истец не имел намерений на заключение спорных кредитных договоров, данные договоры были заключены не им, вопреки его воле и интересам, в связи с чем признал спорные кредитные договоры незаключенными и взыскал с ПАО Банк ВТБ в пользу ФИО1 сумму неосновательного обогащения в виде оплаченных по договорам денежных средств в размере 1 056 444 руб. 40 коп.

Вышеуказанные выводы суда, по мнению судебной коллегии, являются правильными. Мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, подробно изложены в решении суда, основаны на собранных по делу и правильно оцененных доказательствах, оснований не согласиться с которыми судебная коллегия не усматривает.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом.

Из ст. 153 ГК РФ следует, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Из п. 1 ст. 435 ГК РФ следует, что офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

Согласно ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно п.1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В п. п. 1, 7, 8, 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с п. 2 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (в редакции действовавшей на период возникновения спорных правоотношений) заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита, а в соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

В п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с настоящим Федеральным законом.

При этом, в ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. №63-ФЗ «Об электронной подписи» указано, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Согласно ст. 9 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. №63-ФЗ «Об электронной подписи» электронный документ считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

Нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности: правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи; обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Из вышеизложенных ном закона и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Согласно позиции Банка России, изложенной в Информационном письме от 3 февраля 2022 г. №ИН-02-59/6 «О порядке согласования с заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)», индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом ч. 14 ст. 7 Федерального закона №353-ФЗ установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

По мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Федерального закона №353-ФЗ.

Учитывая вышеизложенные правовые нормы, в рамках рассмотрения настоящего спора необходимо установить кем именно была принята публичная оферта банка на заключение договора, было ли волеизъявление лица, от имени которого с банком заключен договор, или данное лицо совершало лишь технические действия, позволяющие третьему лицу реализовать свое волеизъявление, в пользу кого банком произведено исполнение обязательств по сделке.

Судом первой инстанции верно установлено, что кредитный договор и договор кредитной карты были подписаны путем указания идентичных СМС-кодов, направленных банком, и СМС-кодов. То есть все действия по заключению спорных кредитных договоров со стороны заемщика выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения. При этом проставленная от имени заемщика простая электронная подпись не являлась аналогом его собственноручной подписи в соответствии с требованиями Федерального закона от 6 апреля 2011 года №63-ФЗ «Об электронной подписи».

ФИО1 не имел намерений на заключение спорных кредитных договоров, данные договоры были заключены не им, вопреки его воле и интересам. Он был введен в заблуждение неустановленным лицом, позвонившим с абонентского номера №, являющегося подменным, что подтверждается материалами уголовного дела №, и представившимся сотрудником ПАО Банк ВТБ. Указанное лицо сообщило, что его (истца) мобильное приложение банка подверглось несанкционированному воздействию третьих лиц, которые предпринимают действия по оформлению кредита, в связи с чем необходимо совершить ряд операций по отмене заявки на заключение кредитного договора.

Осуществляя длительное время телефонные переговоры, ФИО1 не имел возможности подать заявку на заключение спорных договоров и ознакомиться с условиями заключаемых якобы им договоров.

Таким образом, все действия по заключению кредитных договоров и переводу денежных средств со счета истца в ПАО Банк ВТБ выполнены неустановленным лицом.

При указанных обстоятельствах, банк должен был убедиться, что намерение заключить договоры исходит от надлежащего лица и обеспечить безопасность дистанционного предоставления услуг, идентифицировать клиента надлежащим образом, что исключило бы хищение денежных средств третьими лицами.

Как верно указал суд первой инстанции оформление кредитов в дистанционном режиме с последующим выводом денежных средств в течение короткого промежутка времени (девятнадцать переводов) позволяло банку как профессиональному участнику спорных правоотношений выявить их подозрительный характер и принять меры к блокированию операций. Однако банк не учел интересы потребителя и не обеспечил безопасность дистанционного предоставления услуг, в связи с чем его действия нельзя признать добросовестными и осмотрительными.

Удовлетворяя исковые требования ФИО1 о признании незаключенными кредитного договора и договора кредитной карты суд первой инстанции учел поведение истца после совершения им действий по набору цифровых кодов-подтверждений - обращение в банк и полицию в короткий промежуток времени после набора цифровых кодов-подтверждений, пришел к правильному выводу о незаключенности указанных договоров как совершенных в отсутствие волеизъявления ФИО1

Установив, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 внесены денежные средства по договору о предоставлении и использовании банковской карты Банка ВТБ (ПАО) от ДД.ММ.ГГГГ №№ в размере 173 349 руб. 25 коп.; по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ №№ с момента заключения по ноябрь 2025 года в размере 883 095 руб. 15 коп., суд первой инстанции обоснованно взыскал указанные суммы на основании ст. 1102 ГК РФ с ПАО Банк ВТБ в пользу ФИО1

Изложенные в апелляционной жалобе ПАО Банк ВТБ доводы о том, что кредитные договоры от ДД.ММ.ГГГГ №№ и №№ заключены ФИО1 в электронном виде, подписаны с использованием аналога собственноручной подписи заемщика, СМС-сообщения с кодами доступа получены самим истцом, им же совершены действия по набору цифровых кодов-подтверждений, в связи с чем заключение договоров и перевод денежных средств явились следствием действий самого истца являются несостоятельными, опровергаются установленными в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции обстоятельствами из которых следует, что волеизъявление истца не было направлено на заключение кредитного договора и договора о карте, указанные действия по заключению кредитных договоров и переводу денежных средств со счета истца выполнены неустановленным лицом.

Доводы апелляционной жалобы ПАО Банк ВТБ о том, что истец погашал задолженности по договорам, что свидетельствует о принятии условий этих договоров являлись предметом исследования суда первой инстанции и были обоснованно отклонены, поскольку факт погашения задолженности не означает заключение ФИО1 оспариваемых кредитных договоров, а говорит лишь о его намерении избежать начисления штрафных санкций в случае просрочки погашения задолженности.

Ссылка в апелляционной жалобе ПАО Банк ВТБ на то, что неосновательным обогащением по признанному незаключенным кредитному договору для кредитора могут являться только проценты за пользование кредитными денежными средствами, полученная сумма кредита является неосновательным обогащением заемщика - истца, не свидетельствуют о незаконности принятого по делу решения.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Как следует из обзора судебной практики Верховного Суда РФ №1 (2014), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 24 декабря 2014 г., в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Исходя из вышеприведенных положений действующего законодательства, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют.

Ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Поскольку ответчик ПАО Банк ВТБ, с учетом признания вышеназванных кредитных договоров незаключенными, не представил доказательств, подтверждающих наличие законных оснований для удержания денежных средств ФИО1, внесенных в счет погашения задолженности по кредитным договорам, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что денежные средства, оплаченные ФИО1 по спорным договорам являются неосновательным обогащением, возникшим на стороне ответчика и подлежащими возврату.

Доводы апелляционной жалобы ПАО Банк ВТБ по существу повторяют позицию апеллянта, изложенную в ходе разбирательства в суде первой инстанции, сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства по делу, дал им надлежащую правовую оценку и постановил решение, отвечающее нормам материального права, регулирующим правоотношения сторон при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

На основании изложенного судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Пензы от 12 февраля 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ПАО Банк ВТБ - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 мая 2026 г.

Председательствующий

Судьи