Приговор № 1-269/2024 1-43/2025 от 27 августа 2025 г. по делу № 1-269/2024

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Усть-Кут 28 августа 2025 года

Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Шмидт С.П. (единолично),

при секретаре Б,

с участием:

государственного обвинителя- старшего помощника прокурора г.Усть-Кута Филимоновой Л.В.,

подсудимой Г,

защитника подсудимой- адвоката коллегии адвокатов «Ленгарант» ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-43/2025 в отношении

Г, <данные изъяты>,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Г умышленно причинила тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Преступление совершено в г.Усть-Кут Иркутской области при следующих обстоятельствах.

В период с 23 часов 13 мая 2024 года по 3 часа 14 минут 14 мая 2024 года Г, находясь в квартире, расположенной в г.Усть-Кут Иркутской области по адресу: <адрес>, из личных неприязненных отношений, возникших в результате ссоры с потерпевшим, действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью С, используя в качестве оружия нож, который держала в руке, нанесла С один удар указанным ножом в область живота, причинив потерпевшему телесное повреждение в виде колото-резаного ранения живота в околопупочной области с выпадением сальника, без повреждений внутренних органов, относящегося к категории повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека.

Подсудимая Г виновной себя в совершении изложенного выше преступления не признала, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний отказалась, в связи с чем в соответствии с п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ оглашены ее показания, данные в ходе предварительного следствия.

Допрошенная в качестве подозреваемой, Г показала, что она состоит в фактических брачных отношениях с С, с которым сложились хорошие, доверительные отношения.

13 мая 2024 года около 23 часов она и сожитель находились в квартире, расположенной в г. Усть-Кут Иркутской области по адресу: <адрес>, где С употреблял спиртное. В состоянии алкогольного опьянения С сдержан, агрессии не проявляет, спиртное употребляет редко. Ранее между ними конфликтов не было. В какой-то момент С вышел из квартиры. Она решила, что он пошел в магазин за спиртным, вышла на балкон и увидела, что тот находится в автомобиле, припаркованном возле дома, и разговаривает с девушкой. Она возмутилась, вышла на улицу, подошла к автомобилю и забрала ключ от автомобиля, после чего вернулась в квартиру. С пошел вместе с нею. В квартире конфликт между ними продолжился. Они выражались в адрес друг друга нецензурной бранью. С требовал вернуть ключи, которые она не отдавала, поскольку не хотела, чтобы он управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Она требовала, чтобы он покинул квартиру, поскольку ей был неприятен факт нахождения его в квартире после его разговора с другой девушкой. Однако С не желал уходить, продолжал конфликт, размахивал руками. В какой-то момент она взяла на кухне из подставки хозяйственный нож общей длиной около 17 см с клинком длиной 5-6 см из металла, окрашенного краской черного цвета, с рукоятью из полимерного материала черного цвета. Указанный нож она взяла, чтобы заставить С покинуть квартиру, опасаясь, что тот может на нее напасть и причинить ей вред, учитывая, что С находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивен, размахивал руками. У С была нарушена координация движения, его пошатывало. Держа нож в левой руке, она толкала С правой рукой, чтобы тот ушел из квартиры. Тот толкал ее в ответ и пытался зайти в квартиру. Она держала нож в руке, направив его клинком вперед. Пытаясь зайти в квартиру, С запнулся о порог и начал падать в ее сторону. Она автоматически вытянула правую руку. Ее левая рука, в которой находился нож, также была вытянута в сторону С. После того, как они отошли друг от друга, она увидела, что из тела С капает кровь, поняла, что тот в процессе падения наткнулся на выставленный ею нож и получил ранение. О случившемся она сообщила в полицию, вызвала работников скорой медицинской помощи. Факт причинения тяжкого вреда здоровью С она подтверждает. Однако она не имела умысла на нанесение удара ножом, действовала с целью предотвращения противоправных действий со стороны потерпевшего, поскольку опасалась его (л.д. 91-94 том 1).

Допрошенная в качестве обвиняемой, Г вину в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ, не признала, показала, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего она не имела. С запнулся о порог, упал на нож, который она держала в левой руке, и причинил себе телесное повреждение. От дачи дальнейших показаний отказалась, подтвердив данные ею ранее показания (л.д 214-216 том 1).

После оглашения показаний в судебном заседании подсудимая Г подтвердила их и суду показала, что 13 мая 2024 года С употреблял спиртное, сходил за новой порцией спиртного и зашел в квартиру, разговаривая по телефону. При этом в динамике телефона был слышен женский голос. Она находилась на кухне, резала продукты. С зашел и стал требовать у нее ключ от автомобиля, который она спрятала и не хотела отдавать, чтобы потерпевший не управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Между ними начался конфликт с использованием нецензурной брани из-за ее отказа отдать ключ. С набрасывался на нее, толкал. В ходе конфликта они переместились в коридор. При этом в ее руке находился нож, которым она до этого резала хлеб и который она переложила в левую руку. Правой рукой она толкала С, требуя, чтобы тот ушел из квартиры. Она переложила нож из правой руки в левую, чтобы после окончания конфликта и ухода С продолжить заниматься своими делами. В момент конфликта потерпевший угроз в ее адрес не высказывал, никаких предметов в руках не имел. С вышел за пределы квартиры. Она еще не успела отойти от двери, находилась в двух шагах от выхода, когда потерпевший открыл дверь в квартиру, желая вернуться, кричал, высказывал оскорбления. Она повернулась к нему всем корпусом, при этом нож держала в опущенной вниз левой руке за рукоять прямым хватом, направив острие вниз. С, заходя в квартиру, запнулся о порог входной двери и начал падать на нее. Она хотела его удержать, для чего одновременно подняла обе руки, забыв, что в ее левой руке находится нож. При этом правую руку она подняла до уровня плеча С, придержав его за плечо. Левую руку с ножом она держала на уровне живота. При этом локоть ее левой руки ни в какую опору не упирался. Руки находились в полусогнутом положении. Потерпевший упал на нее, она его оттолкнула от себя, приведя его в вертикальное положение, и увидела кровь, которая потекла из-под одежды С. Каким образом было причинено ранение, она не видела. Траекторию падения потерпевшего описать не может, поскольку нервничала в результате конфликта, события развивались очень быстро.

Ее рост составляет 160 см, в момент конфликта обута в обувь она не была. Потерпевший выше нее ростом ориентировочно на 4 см. В момент падения на нее С они находись на расстоянии около метра друг от друга. Она придвинулась к нему на полшага или один шаг, когда тот стал падать, чтобы его удержать. Траектория движения ее руки, в которой находился нож, была направлена снизу вверх.

После произошедшего она отбросила нож, который продолжала держать в руке, вызвала работников скорой медицинской помощи, зажала рану, поехала с потерпевшим в больницу. Она не помнит куда после случившегося положила нож, возможно, унесла на кухню и помыла. В дальнейшем С выдал данный нож сотрудникам полиции.

Она согласна с квалификацией ее действий по ч.1 ст. 118 УК РФ, в совершении данного преступления вину признает, в содеянном раскаивается.

Допросив подсудимую, потерпевшего, свидетеля, исследовав материалы уголовного дела, суд считает Г виновной в совершении изложенного выше преступления.

К такому выводу суд пришел на основании анализа и оценки показаний, как подсудимой, так и других доказательств.

Виновность подсудимой подтверждается следующими доказательствами:

Потерпевший С в судебном заседании показал, что сожительствует с Г на протяжении 7 лет. 13 мая 2024 года он употреблял спиртное с друзьями, в нетрезвом состоянии пришел домой в квартиру, расположенную в г. Усть-Кут по адресу: <адрес>, хотел взять ключ от автомобиля, чтобы послушать музыку в автомобиле. При этом он разговаривал по телефону со своей знакомой. Г находилась на кухне и что-то нарезала, возможно, услышала его разговор и начала кричать. Он спросил о том, где находится ключ от автомобиля, поскольку ключ обычно лежал в прихожей на тумбочке, на что Г отказалась его отдать. Он кричал, требовал, чтобы она отдала ключ, возможно, оскорблял, поскольку находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, его пошатывало. Г выталкивала его из кухни в прихожую, двигаясь на него, а он отходил назад. Он вышел за пределы квартиры и вернулся обратно. Входной проем оборудован металлической дверью, имеется металлический порог шириной 5-7 см. Г находилась в коридоре, когда он решил вернуться. Он запнулся о порог квартиры и начал падать на подсудимую. Они находились лицом к лицу по отношению другу к другу на расстоянии около 1,5 м. Г решила его удержать от падения, выставив руку вперед, однако точно он сказать не может, поскольку не помнит. Ножа в руке Г он не видел. Он начал падать на подсудимую, та его удержала, после чего оттолкнула от себя, поставив на ноги. На пол он не падал. После этого Г увидела текущую из-под его одежды кровь, закричала, стала вызывать сотрудников полиции и скорой медицинской помощи. Он кровь не видел, был пьян, в связи с чем обстоятельства произошедшего помнит частично, предполагает, что Г могла взять нож, чтобы его напугать, либо нож остался в ее руке, поскольку до этого она нарезала продукты, считает, что умысел на причинение ему телесных повреждений у подсудимой отсутствовал.

В момент конфликта никаких предметов в его руках не было, телесных повреждений до произошедшего у него также не было. На нем был одет спортивный костюм, состоящий из мастерки и трико черного цвета, он был обут в кроссовки черного цвета. Следователю он выдал нож черного цвета с лезвием небольшого размера, которым ему было причинено ножевое ранение. Г он может охарактеризовать с положительной стороны, претензий к ней не имеет, считает, что ранение получил в результате неосторожности.

Претензий к подсудимой он не имеет, между ними достигнуто примирение, они продолжают проживать совместно и вести общее хозяйство.

Из показаний потерпевшего от 9 сентября 2024 года, оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что 13 мая 2024 года в вечернее время он у себя дома употреблял спиртное. Когда он, находясь в своем автомобиле, разговаривал со знакомой, Г, узнав об этом, испытала чувство ревности. Между ними произошел словесный конфликт. Она забрала ключ от автомобиля и пошла в квартиру. Он направился следом. В квартире конфликт между ними продолжился, они высказывали в адрес друг друга нецензурную брань. Г стала выгонять его из квартиры, взяла на кухне нож хозяйственно-бытового назначения общей длиной около 15 см с длиной клинка около 10 сантиметров и рукоятью из полимерного материала черного цвета около 5 см, держала его в левой руке, направив острием вниз. По его мнению, Г взяла нож, поскольку он пытался отобрать у нее ключи от автомобиля. В какой-то момент он, находясь в состоянии опьянения, потерял равновесие и упал на Г, которая вытянула правую руку, чтобы его поймать. Одновременно с этим он почувствовал острую боль в правой части живота. Когда он падал, то между ними было расстояние примерно около 1 м. Дверь в квартиру была открыта. Он стоял в подъезде лицом по направлению к Г. После этого он был доставлен в больницу, где отказался от госпитализации, однако на следующий день был помещен в стационарное отделение больницы. Изначально он пояснил приехавшим по вызову сотрудникам полиции о том, что телесные повреждения получил на улице при падении на арматуру, поскольку не хотел, чтобы Г была привлечена к уголовной ответственности (л.л. 61-63 том 1).

8 октября 2024 года потерпевший дополнил, что Г ему удары ножом не наносила. 13 мая 2024 года около 23 часов он зашел домой, находясь в состоянии алкогольного опьянения, прошел на кухню, где находилась Г, которая стояла возле стола и резала хлеб. Между ними произошел конфликт. Г стала выгонять его из квартиры. Они переместились в прихожую. При этом в левой руке Г держала кухонный нож. Он хотел взять ключи от автомобиля, однако Г не отдала ему ключи, держа их правой рукой. Он пытался забрать ключи, оступился или запнулся, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения, и упал на Г, в левой руке которой в тот момент находился нож (л.д. 131-132 том 1).

В ходе осмотра места происшествия 19 сентября 2024 года объектом осмотра являлась квартира, расположенная в г.Усть-Кут Иркутской области по адресу: <адрес>. При осмотре было установлено, что вход в квартиру осуществляется через дверной проем, оборудованный металлической дверью, перед входом в квартиру имеется невысокий порог. При входе в квартиру находится прихожая. Квартира оборудована необходимой мебелью и бытовой техникой. В ходе осмотра была изъята кофта С, в которую тот был одет 13 мая 2024 года (л.д. 101-107 том 1).

8 октября 2024 года в ходе выемки потерпевшим С был выдан нож (л.д. 136-138 том 1).

Изъятые в ходе выемки и осмотра места происшествия предметы были осмотрены, признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств к материалам уголовного дела, помещены в камеру хранения вещественных доказательств (л.д. 114-116, 117, 139-142, 143, 156, 157, 207, 208 том 1).

По заключению эксперта № 92 от 27 сентября 2024 года на кофте имеется повреждение: с внешней стороны, с внутренней стороны подкладки кармана, с внутренней стороны подкладки молнии, соответствующие друг другу по месту расположения и градусу расположения по отношению к горизонтальным осям кофты, которые образованным в результате колото-резаного воздействия предметом с однолезвийной заточкой. Предположительно предмет, которым нанесены повреждения, был расположен лезвием вверх под углом, близким к 130 градусам по отношению к горизонтальной оси кофты (л.д. 124-128 том 1).

В соответствии с заключением эксперта № 96 от 17 октября 2024 года повреждение на кофте могло быть образовано, как представленным на экспертизу ножом, так и другим ножом с подобными размерными характеристиками (л.д. 149-153 том 1).

Согласно медицинской справке № 5865 С поступил в ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» 14 мая 2024 года в 3 часа 50 минут с диагнозом: проникающее ножевое ранение брюшной полости с выпадением сальника без повреждений внутренних органов (л.д. 10 том 1).

При осмотре медицинской карты стационарного больного № 1605 на имя С, признанной и приобщенной в качестве вещественного доказательства к материалам уголовного дела, возвращенной по принадлежности, С поступил в ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» 15 мая 2024 года в 10 часа 55 минут с диагнозом: колото-резаное ранение передней брюшной стенки справа, проникающее в брюшную полость, без повреждений внутренних органов, где находился до 21 мая 2024 года (л.д. 51-56, 57, 205-206 том 1).

Из заключения эксперта № 122 от 10 июля 2024 года следует, что у С имелось телесное повреждение в виде колото-резаного ранения живота в околопупочной области с выпадением сальника, без повреждений внутренних органов, относящегося к категории повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Давность причинения телесного повреждения не противоречит сроку, указанному в постановлении, что подтверждается представленной медицинской документацией. Принимая во внимание локализацию колото-резаного ранения, маловероятно, что данное ранение могло быть получено при обстоятельствах, указанных Г и С (л.д. 33-34 том 1).

По заключению эксперта № 30/122А-24 от 22 октября 2024 года, учитывая морфологию повреждения (длина раны 1,2 см, длина раневого канала 4,5 см) и характеристику ножа, представленного на экспертизу (ширина клинка 1,9 см на уровне следообразования- 4,5 см от кончика ножа), вероятность причинения повреждения представленным ножом исключается. Достоверно высказаться о возможности причинения телесного повреждения С при обстоятельствах, указанных подозреваемой Г и С при их допросах, не представляется возможным в виду недостаточности описания обстоятельств причинения повреждения (л.д. 162-166 том 1).

Свидетель К, врач- хирург ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ», в судебном заседании показала, что возможно 15 мая 2024 года она находилась на рабочем месте, однако обстоятельств поступления потерпевшего в медучреждение пояснить не может.

Из показаний свидетеля в ходе предварительного расследования следует, что 15 мая 2024 года в хирургическое отделение ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» поступил С, который был госпитализирован с диагнозом: колото-резаное ранение передней брюшной стенки справа, проникающее в брюшную полость, без повреждений внутренних органов. При проведении операции было установлено, что рана длиной 1,2 см имеет четкие ровные края, раневой канал длиной 4,5 см по направлению сверху вниз проникает в брюшную полость. Размеры ранения были определены ею визуально без использования специальных инструментов, поэтому допускается погрешность от 0,3 см до 0,8 см. В стационарной карте С размер раны указан без учета погрешности (л.д. 177-180 том 1).

Согласно заключению эксперта № 31/122Б-24 от 25 октября 2024 года, учитывая показания хирурга К от 23 октября 2024 года о возможной погрешности в измерениях имеющейся у С раны на 0,3-0,8 см, характеристику ножа, представленного на экспертизу, и описание раны в представленных медицинских документах, не исключается возможность причинения данного повреждения представленным на экспертизу ножом (л.д. 194-196 том 1).

Как следует из заключения № 12/122В-24 от 28 марта 2025 года по результатам дополнительной судебно-медицинской экспертизы, учитывая показания Г, не исключается возможность причинения колото-резаного ранения, имевшегося у С, при обстоятельствах, указанных подсудимой Г в судебном заседании, а именно: в момент падения С на Г траектория движения ее руки с ножом по отношению к потерпевшему была направлена снизу вверх.

С учетом того, что С не видел нож в руке Г, а также того, каким образом ему было причинено колото-резаное ранение, ответить на вопрос о возможности причинения телесных повреждений, имевшихся у С, при обстоятельствах, указанных потерпевшим в судебном заседании, ответить не представляется возможным.

Принимая во внимание показания потерпевшего и обвиняемой, данных ими в ходе предварительного расследования, в судебном заседании, положение С в момент причинения тому колото-резаного ранения могло быть вертикальным с наклоненным вперед телом по отношению к травмирующему предмету.

Врач-судебно-медицинский эксперт Усть-Кутского СМО ГБУЗ ИОБСМЭ Д в судебном заседании показал, что для причинения колото-резаного ранения, имевшегося у потерпевшего, необходимо было приложить усилие, достаточное для возникновения колото-резаного ранения.

Направление раневого канала размером 4,5 см, образованного в результате ранения у потерпевшего, было измерено при нахождении потерпевшего в вертикальном положении. Поскольку раневой канал направлен сверху вниз, то тело С в момент причинения ранения должно было находиться в наклоненном вперед положении.

Он пришел к выводу о том, что причинение телесного повреждения С не исключается при обстоятельствах, указанных подсудимой в судебном заседании, поскольку в ходе предварительного расследования Г показала, что потерпевший сам наткнулся на нож, тогда как в судебном заседании подсудимая сообщила более подробные сведения, в том числе о своем движении рукой, в которой держала нож, по направлению к потерпевшему. При этом, делая вывод о том, что причинение ранения не исключается при обстоятельствах, указанных подсудимой в судебном заседании, он имел в виду только те ее показания, которые процитировал, а именно: в момент падения С на Г траектория движения ее руки с ножом по отношению к потерпевшему была направлена снизу вверх. Тело потерпевшего было наклонено, поэтому направление раневого канала сверху вниз и траектория движения руки с ножом снизу вверх совпадает.

Маловероятно причинение телесного повреждения в виде колото-резаного ранения живота в околопупочной области с выпадением сальника, имевшегося у С, наткнувшись на нож при падении, поскольку рука, в которой находился нож, должна была быть зафиксирована так, чтобы ее невозможно было убрать, должен был быть упор руки с ножом в статичную поверхность, в противном случае рука рефлекторно отдергивается назад при соприкосновении с преградой.

Приведенные выше доказательства, положенные в основу обвинения Г, получены в ходе предварительного расследования с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, согласуются между собой, являются относимыми, допустимыми, достоверность каждого из них как и их совокупность в целом, не вызывает у суда сомнений, а совокупность собранных по делу доказательств является достаточной для правильного разрешения уголовного дела.

При этом суд исключает оговор подсудимой свидетелем и потерпевшим, поскольку для этого отсутствуют какие-либо основания и причины.

Показания потерпевшего об обстоятельствах конфликта с подсудимой существенных противоречий, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о виновности подсудимой, не содержат, поскольку подтверждены совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, сомневаться в их достоверности в этой части у суда нет оснований.

Показания потерпевшего о возникшем 13 мая 2024 года конфликте подтверждает также подсудимая Г.Свидетель К показала, что С поступил в хирургическое отделение ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» с диагнозом: колото-резаное ранение передней брюшной стенки справа, проникающее в брюшную полость, без повреждений внутренних органов. При проведении операции было установлено, что рана длиной 1,2 см имеет четкие ровные края, раневой канал длиной 4,5 см по направлению сверху вниз проникает в брюшную полость.

Оснований не доверять показаниям свидетеля К у суда не имеется, поскольку какой-либо заинтересованности свидетеля в исходе дела, оснований для оговора подсудимой в судебном заседании и в ходе предварительного расследования не установлено.

Показания свидетеля согласуются с данными, изложенными в осмотренной и признанной вещественным доказательством медицинской карте стационарного больного, а также с заключениями эксперта, из которых следует, что у С имелось телесное повреждение в виде колото-резаного ранения живота в околопупочной области с выпадением сальника, без повреждений внутренних органов, относящегося к категории повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В ходе осмотра места происшествия была изъята кофта потерпевшего, на которой согласно заключению эксперта № 92 обнаружено повреждение: с внешней стороны, с внутренней стороны подкладки кармана, с внутренней стороны подкладки молнии, соответствующие друг другу по месту расположения и градусу расположения по отношению к горизонтальным осям кофты, которые образованным в результате колото-резаного воздействия предметом с однолезвийной заточкой. Предположительно предмет, которым нанесены повреждения, был расположен лезвием вверх под углом, близким к 130 градусам по отношению к горизонтальной оси кофты.

Полученные по делу экспертные заключения соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, выполнены специалистами в области медицины, трасологии, квалификация которых сомнений не вызывает. Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, обоснованы; выводы экспертов представляются ясными и понятными, поэтому суд принимает их как достоверные доказательства.

Другие документы, являющиеся письменными доказательствами, также составлены в соответствии с требованиями закона, и объективно фиксируют фактические данные, поэтому суд также принимает их как допустимые доказательства.

Поэтому суд свои выводы об обстоятельствах совершения преступления, как и выводы о виновности Г в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью С, основывает на показаниях потерпевшего (за исключением его доводов о неосторожном причинении вреда здоровью), свидетеля, иных доказательствах, подтверждающих показания потерпевшего и свидетеля, а показания подсудимой и потерпевшего и их доводы о невиновности Г в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью С отвергает, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам преступления, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, разъяснениями эксперта по результатам судебно-медицинской экспертизы, и расценивает их как желание Г избежать уголовной ответственности за содеянное, стремление С, состоящего в фактических брачных отношениях с подсудимой, оказать содействие подсудимой избежать уголовной ответственности, что прослеживается, в том числе из показаний потерпевшего в ходе предварительного расследования от 9 сентября 2024 года.

Таким образом, на основании приведенных выше согласующихся между собой доказательств суд приходит к выводу о виновности Г в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью С, опасного для жизни человека, с применение предмета, используемого в качестве оружия.

Давая правовую оценку действиям подсудимой, суд исходит из установленных приведенными выше доказательствами обстоятельств дела, согласно которым подсудимая с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, умышленно, из неприязни, возникшей в ходе конфликта, вооружилась ножом, используя который в качестве оружия, нанесла потерпевшему удар в область расположения жизненно-важного органа- живота, в результате чего потерпевшему было причинено телесное повреждение, относящееся к категории повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Отвергая доводы подсудимой и ее защитника, а также потерпевшего о невиновности подсудимой в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, о квалификации действий по ч. 1 ст. 118 УК РФ, причинении вреда в результате самообороны, и, расценивая их как не достоверные, суд исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывает способ и орудие преступления, характер и локализацию телесного повреждения, а также непосредственно предшествующие преступлению взаимоотношения Г и С, последующее поведение подсудимой.

Судом достоверно установлено, что 13 мая 2024 года между потерпевшим С и подсудимой Г возник конфликт, в ходе которого подсудимая, испытывая личную неприязнь к потерпевшему, вооружилась ножом и умышленно нанесла потерпевшему удар ножом.

Наличие ссоры между потерпевшим и подсудимой незадолго до причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему, возникшая в результате ссоры личная неприязнь к потерпевшему, применение в качестве орудия преступления ножа, локализация ножевого ранения в области расположения жизненно-важных органов, - живота, свидетельствуют о наличии у подсудимой умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, опасного для жизни человека, и опровергают доводы стороны защиты и доводы потерпевшего о невиновности Г в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, опасного для жизни человека, и о причинении ранения по неосторожности.

Использование Г при совершении преступления в качестве орудия ножа, нанесение удара ножом по телу потерпевшего, в область расположения жизненно важного органа, свидетельствует не только о том, что подсудимая осознавала общественную опасность своих действий и предвидела возможность и неизбежность наступления тяжких последствий своих действий, но и желала их наступления, либо сознательно допускала наступление таких последствий, или относилась к ним безразлично.

Нанесение подсудимой удара ножом потерпевшему состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде колото-резаного ранения у потерпевшего, относящегося к категории повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека.

Мотивом умышленного причинения тяжкого вреда здоровью С явилась неприязнь подсудимой к потерпевшему, возникшая в результате ссоры.

Суд отвергает доводы подсудимой о ее действиях в целях самообороны, о причинении вреда в результате неосторожности, как и доводы потерпевшего о том, что он сам наткнулся на нож, и считает эти утверждения подсудимой и потерпевшего недостоверными, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергаются исследованными судом доказательствами, в том числе, заключениями экспертов и разъяснениями эксперта.

Судебно-медицинский эксперт Д в судебном заседании разъяснил, что телесное повреждение, имевшееся у С, возникло в результате ударного воздействия колюще-режущим травмирующим предметом с достаточной силой, и маловероятно, что оно могло быть причинено в результате падения потерпевшего на нож, поскольку рука подсудимой, в которой находился нож, должна была быть жестко зафиксирована так, чтобы ее невозможно было убрать, должен был быть упор руки с ножом в статичную поверхность, в противном случае рука рефлекторно отдергивается назад при соприкосновении с преградой.

Не проведение следственного эксперимента, как о том утверждал защитник, не свидетельствует о невиновности Г в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, с учетом того, что подсудимая подробно допрошена об обстоятельствах причинения ранения С, в ходе чего указала, в том числе о том, что локоть ее руки зафиксирован не был, опоры не имел, то есть ее рука двигалась свободно.

Учитывает суд также и тот факт, что Г правой рукой удерживала тело потерпевшего, остановив его падение на нее.

Таким образом, умысел подсудимой доказан характером ее действий в отношении потерпевшего, и рассматривать наступление последствий в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшего как случайный результат, выходящий за пределы ее предвидения, оснований не имеется. Нанося потерпевшему удар ножом, подсудимая действовала умышленно и не могла не осознавать, что может причинить тяжкий вред здоровью. При таких обстоятельствах ответственность за свои действия подсудимая должна нести в зависимости от наступивших последствий.

Оснований для квалификации действий Г по ч. 1 ст. 114 УК РФ суд не усматривает, поскольку ни в момент нанесения удара ножом, ни непосредственно перед его нанесением, потерпевший не осуществлял посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни подсудимой, и не угрожал ей применением такого насилия.

Таким образом, обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что подсудимая действовала в состоянии необходимой обороны, либо превысила ее пределы, отсутствуют; из показаний потерпевшего, самой Г следует, что потерпевший каких-либо действий, представляющих опасность для жизни и здоровья подсудимой, не совершал, каких-либо предметов в руках не имел, и угроз в адрес Г о применении к ней насилия, опасного для ее жизни и здоровья, не высказывал, удар ножом подсудимая нанесла потерпевшему умышленно, тогда, когда ее жизни ничего не угрожало, оснований опасаться потерпевшего у подсудимой не имелось, в связи с чем суд отвергает указанные доводы подсудимой в ходе предварительного расследования.

Оценивая показания подсудимой, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, суд доверяет им только в той части, в которой они подтверждаются другими доказательствами и не противоречат им, а именно: 13 мая 2024 года около 23 часов они находились в квартире, расположенной в г. Усть-Кут Иркутской области по адресу: <адрес>22, где С употреблял спиртное, пошел в магазин за спиртным, она вышла на балкон и увидела, что тот находится в автомобиле, припаркованном возле дома, и разговаривает с девушкой. Она возмутилась, вышла на улицу, подошла к автомобилю и забрала ключ от автомобиля, после чего вернулась в квартиру. С пошел вместе с нею. В квартире конфликт между ними продолжился. Они выражались в адрес друг друга нецензурной бранью. С требовал вернуть ключи, которые она не отдавала, поскольку не хотела, чтобы он управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Она требовала, чтобы он покинул квартиру, поскольку ей был неприятен факт нахождения его в квартире после его разговора с другой девушкой. Однако С не желал уходить, продолжал конфликт, размахивал руками. В какой-то момент она взяла на кухне из подставки хозяйственный нож общей длиной около 17 см с клинком длиной 5-6 см из металла, окрашенного краской черного цвета, с рукоятью из полимерного материала черного цвета. Указанный нож она взяла, чтобы заставить С покинуть квартиру. Держа нож в левой руке, она толкала С правой рукой, чтобы тот ушел из квартиры, держала нож в руке. Пытаясь зайти в квартиру, С запнулся о порог и начал падать в ее сторону. Она автоматически вытянула правую руку. Ее левая рука, в которой находился нож, также была вытянута в сторону С. О случившемся она сообщила в полицию, вызвала работников скорой медицинской помощи. Факт причинения тяжкого вреда здоровью С она подтверждает (л.д. 91-94 том 1).

В судебном заседании подсудимая Г показала, что 13 мая 2024 года С употреблял спиртное. С зашел в квартиру и стал требовать у нее ключ от автомобиля, который она спрятала и не хотела отдавать, чтобы потерпевший не управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Между ними начался конфликт с использованием нецензурной брани из-за ее отказа отдать ключ. В ходе конфликта они переместились в коридор. При этом в ее руке находился нож, которым она до этого резала хлеб и который она переложила в левую руку. Правой рукой она толкала С, требуя, чтобы тот ушел из квартиры. В момент конфликта потерпевший угроз в ее адрес не высказывал, никаких предметов в руках не имел. С вышел за пределы квартиры. Она еще не успела отойти от двери, находилась в двух шагах от выхода, когда потерпевший открыл дверь в квартиру, желая вернуться, кричал, высказывал оскорбления. Она повернулась к нему всем корпусом, при этом нож держала в опущенной вниз левой руке за рукоять прямым хватом, направив острие вниз. С, заходя в квартиру, запнулся о порог входной двери и начал падать на нее. Она хотела его удержать, для чего одновременно подняла обе руки. При этом правую руку она подняла до уровня плеча С, придержав его за плечо. Левую руку с ножом она держала на уровне живота. При этом локоть ее левой руки ни в какую опору не упирался. Руки находились в полусогнутом положении. Ее рост составляет 160 см, в момент конфликта обута в обувь она не была. Потерпевший выше нее ростом ориентировочно на 4 см. В момент падения на нее С они находись на расстоянии около метра друг от друга. Она придвинулась к нему на полшага или один шаг, когда тот стал падать, чтобы его удержать. Траектория движения ее руки, в которой находился нож, была направлена снизу вверх. После произошедшего она отбросила нож, который продолжала держать в руке, вызвала работников скорой медицинской помощи, зажала рану, поехала с потерпевшим в больницу. Она не помнит куда после случившегося положила нож, возможно, унесла на кухню и помыла. В дальнейшем С выдал данный нож сотрудникам полиции.

Поэтому суд кладет в основу выводов о виновности подсудимой изложенные выше ее показания, поскольку они содержат подробные сведения об обстоятельствах преступления, согласуются с показаниями потерпевшего о возникшем между ними конфликте и другими доказательствами, соответствуют фактическим обстоятельствам преступления.

Суд квалифицирует действия подсудимой по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Квалифицирующий признак умышленного причинения тяжкого вреда здоровью с применением предметов, используемых в качестве оружия, вменен подсудимой обоснованно, поскольку Г при совершении преступления использовала в качестве оружия нож хозяйственно-бытового назначения, которым нанесла удар потерпевшему.

По смыслу закона под предметами, используемыми в качестве оружия при умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, понимаются любые объекты, которыми, исходя из их свойств, можно причинить вред здоровью человека.

С учетом адекватного поведения подсудимой во время судебного заседания, данных в материалах уголовного дела о личности Г, не состоящей на учете у врачей психиатра, нарколога, получившей образование, социально адаптированной, у суда отсутствуют сомнения в ее вменяемости, и оснований для иного вывода у суда не имеется, поэтому подсудимая подлежит наказанию за совершенное преступление.

При назначении наказания подсудимой суд учитывает требования ст. 6-7 УК РФ, 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства совершения преступления, личность виновной, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отношение к содеянному, влияние назначенного наказания на исправление осужденной, условия жизни ее семьи.

Преступление, совершенное Г, является умышленным, оконченным, направлено против здоровья, относится в соответствие с ч.4 ст. 15 УК РФ к категории тяжких преступлений.

Г состоит в фактических брачных отношениях с потерпевшим, имеет постоянное место жительства и работы, по месту жительства характеризуется как не имеющий замечаний в быту человек, ранее не судима, к административной ответственности не привлекалась.

По месту работы Г зарекомендовала себя как ответственный, инициативный, обладающий организаторскими способностями, неоднократно поощрявшийся сотрудник, не имеющий нарушений трудовой дисциплины.

Иные действия Г, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, выразившиеся в организации доставления потерпевшего в медучреждение и оказании ему помощи после совершения преступления, в том числе обеспечение лекарствами, продуктами питания, принесении извинений, которые потерпевший воспринял как заглаживание вреда и заявил примирении, суд учитывает в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание.

В качестве иных смягчающих наказание обстоятельств суд в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ учитывает то, что Г впервые привлекается к уголовной ответственности, а также наличие у виновной несовершеннолетнего ребенка.

Суд не учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправность либо аморальность поведения потерпевшего, явившуюся поводом для совершения преступления, поскольку такого поведения в ходе исследования доказательств не установлено, конфликт, возникший между подсудимой и потерпевшим, с высказыванием оскорблений, был взаимным, потерпевший не являлся его зачинщиком.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, не имеется.

Оснований для изменения категории преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 111 УК РФ, совершенного Г, с учетом фактических обстоятельств его совершения и степени общественной опасности, согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Санкция ч. 2 ст. 111 УК РФ предусматривает наказание только в виде лишения свободы на срок до 10 лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Совершение Г умышленного тяжкого преступления, с учетом фактических обстоятельств содеянного, убеждают суд в том, что достижение целей наказания, в том числе восстановление социальной справедливости, исправление осужденной и предупреждение совершения ею новых преступлений, может быть обеспечено применением в отношении Г наказания только в виде лишения свободы и исключают назначение ей более мягкого вида наказания, чем лишение свободы, в соответствие со ст. 64 УК РФ, с учетом того, что исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не имеется.

При определении срока лишения свободы суд учитывает требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на условия жизни семьи подсудимой.

Совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, с учетом личности Г, которая впервые привлекается к уголовной ответственности, характеризуется удовлетворительно, имеет постоянное место жительства и работы, не привлекалась к административной ответственности, на протяжении всего периода после совершения преступления не замечена в каких-либо иных противоправных действиях, позволяют суду прийти к выводу о возможности исправления Г и предупреждения совершения ею новых преступлений без реального лишения свободы, в связи с чем необходимо в соответствии со ст. 73 УК РФ постановить считать назначенное наказание в виде лишения свободы условным, установив испытательный срок, в течение которого Г должна своим поведением доказать свое исправление, с возложением на осужденную определенных обязанностей, которые она должна исполнять в течение испытательного срока.

Совокупность смягчающих наказание обстоятельств, с учетом применения условного осуждения, исключают применение к осужденной дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Гражданский иск не заявлен

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ после вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: медицинскую карту стационарного больного на имя С оставить в архиве ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ», кофту возвратить владельцу, а при его отказе от получения- уничтожить как не представляющую ценности, нож уничтожить как орудие преступления.

Основания для освобождения осужденной от взыскания процессуальных издержек, состоящих из суммы, подлежащей выплате адвокату из федерального бюджета за оказание юридической помощи в размере 24 912 рублей, отсутствуют. Адвокат участвовал в судебном заседании по назначению, Г от него не отказывалась. С учетом размера судебных издержек, имущественного положения Г, ее трудоспособного возраста, с осужденной согласно требованиям ст. 131-132 УПК РФ следует взыскать процессуальные издержки в указанном размере.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении Г следует оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Г признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок три года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание осужденной Г в виде лишения свободы считать условным.

Установить осужденному испытательный срок два года, в течение которого она должна своим поведением доказать свое исправление.

Испытательный срок осужденной исчислять с момента вступления приговора в законную силу, с зачетом времени, прошедшего со дня провозглашения приговора.

Обязать осужденную Г в течение испытательного срока без предварительного уведомления государственного специализированного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, не менять место жительства, не выезжать за пределы Усть-Кутского района Иркутской области.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении Г до вступления приговора в законную силу и обращении его к исполнению оставить прежней, после вступления приговора в законную силу- отменить.

Взыскать в доход федерального бюджета с Г 24 912 рублей - процессуальные издержки в виде оплаты вознаграждения адвокату по назначению.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

медицинскую карту стационарного больного на имя С оставить в архиве ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ»,

кофту возвратить владельцу, а при его отказе от получения- уничтожить как не представляющую ценности,

нож уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Иркутский областной суд через Усть-Кутский городской суд Иркутской области в течение 15 суток со дня провозглашения приговора.

В случае апелляционного обжалования приговора осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционном инстанции.

Председательствующий: С.П.Шмидт